# Заколдованная библиотека

DevilishHeat

Все мы любим легенды и сказки, даже если прекрасно понимаем, что они очень далеки от реальности. Аликорны сражаются с духом хаоса? Древняя принцесса, заточённая в библиотеке под деревом, ждёт, когда её найдут? Чудесные и весьма очаровательные истории, но они всё же не более правдивы, чем рассказы про Дэринг Ду и им подобные. По крайней мере, Рэрити так думала раньше.

Больше она так не думает.

[Изображение: https://i.imgur.com/Hf4obmLl.png]

События фанфика происходят в альтернативной вселенной, где все принцессы были превращены в духов, заперты в разных уголках Эквестрии столетия назад и стали лишь легендой.

Автор арта в шапке и всех артов в начале глав Arctic Waters

Разрешение на перевод есть.

Переводчики до третьего акта: DevilishHeat, _007_, Nethlarion, IlIlIlIIllIllx, CorruptionCode, Nogood.

Редакторы до третьего акта: Legat_89, Randy1974, RePitt, alexs201181, команда TheHeartCrusaders.

Переводчик третьего акта: Shaddar

Редакторы третьего акта: Randy1974, RePitt

Читать на Фикбуке.

Дополнительные материалы:

Музыкальная тема, написанная одним из вдохновившихся историей читателей. Видео ряд состоит из артов к главам, так что если не хотите спойлеров, можно просто послушать.

Истории от автора оригинала:

О призрачных принцессах и простуженных единорогах — действие происходит где-то до 7 главы.

Заколдованная библиотека: Невошедшее — небольшие истории от автора дополняющие оригинал.

Потрясная библиотека — а что если Рэйнбоу Дэш выпала бы доля освобождения принцессы?

Вспышки времени — небольшие дополнение к главам с 1 по 11.

Новый день рождения — небольшая история происходящая во время второго акта.

Истории фанатов вдохновлённые оригиналом:

Песнь Гармонии. Легенды о четырёх принцессах — небольшая история о том, как могла бы звучать та самая легенда.

Заколдованная библиотека: Аметистовые грёзы — рассказ расширяющий Интерлюдии VI и VII, читать не раньше 31 главы оригинала.

Пропавшая принцесса — рассказ вдохновлённый авторской вселенной "библиотеки".

Читать продолжение: Заколдованное королевство

## — Акт I — Глава 1 — Библиотека в лесу

Ты одинок, сам по себе, и что?

Ужели ты ослеп?

Забыл, что ты имеешь и что твоё по праву?

— Lauren Aquilina — King

[Изображение: https://i.imgur.com/hbUA6qa.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/N1AKbCz.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/pA7tsLp.png]

Рэрити не верила в сказки.

Так же сильно, как любила читать их. Она знала, что ни один спаситель не придёт и не украдёт её сердце. Она знала, что драконы не охраняют похищенных девиц, и она была уверена, что рассказ «Принцесса в библиотеке» — всего лишь красивая сказка.

Впрочем, её младшая сестра была иного мнения.

— Однажды, давным-давно, в Эквестрии была не одна, а четыре принцессы.

С нижнего этажа бутика послышался голос Свити Белль, читавшей, по её мнению, подходящим для подобных легенд голосом.

— Четыре принцессы правили землями мудро, с состраданием и безграничной любовью.

Как и её сестра, Свити Белль обожала приключения и сказки. Рэрити сбилась со счета, сколько раз кобылка и её лучшая подруга, пегаска Скуталу, громили её бутик, пытаясь получить кьютимарки авантюристов.

Спускаясь по лестнице, Рэрити подумала, что слышала этот миф столько раз, что могла практически дословно зачитать его по памяти. В конце концов, в детстве это была её самая любимая сказка.

— Старшие сёстры-принцессы — прекрасные и бессмертные, точно поднимаемые ими солнце и луна, правили в гармонии. Старшая сестра — пони с нежно-розовой шерсткой и радужной гривой — управляла солнцем. Она поднимала его каждое утро, принося день для своих пони, чтобы они играли и грелись в его лучах. Она поощряла стремление к знаниям, надеясь вдохновить пони на великие дела.

— Младшая сестра правила луной, — продолжила Свити. — Она призывала, казалось, бескрайнюю сапфирную ночь, покрытую звёздами, присматривающими за её пони. Она заботилась о них, пока те спали, и оберегала от страшных кошмаров.

— Разве лунная принцесса не старшая? — послышался голос Флаттершай.

— А, чего? Твоя версия легенды ошибочна, — произнесла Свити, и Рэрити, даже не присутствуя в комнате, понимала, что кобылка закатила глаза.

Добравшись до кухни и заглянув внутрь, она увидела свою сестру, читающей лежащую на кухонном столе книгу, и Флаттершай, сидящую рядом.

Свити откашлялась.

— «Третья принцесса правила кристальными полями. Её любовь к поданным была настолько сильна, что пропитывала землю, взращивая тепло и радость даже в самых холодных сердцах». Знаешь, по некоторым версиям она была предком принцессы Дензы, — добавила она. — А теперь, к самому лучшему…

Рэрити улыбнулась, когда Свити Белль ненадолго затихла для пущего эффекта. Кажется, кое-кто подсмотрел пару уроков у старшей сестры.

— Принцесса в библиотеке.

— Четвёртая и младшая принцесса, хоть и не столь опытная в правлении, как другие, обладала магическими навыками, не имеющими себе равных во всём королевстве, и любовью к знаниям, более безграничной, чем все вопросы мироздания. Даже поздней ночью, когда все души спали, звук её перьев, царапающих свитки, играл бесконечную мелодию, заполнявшую библиотеку замка.

— Её единственный, помимо любимых ею книг, спутник, по слухам, был бесстрашным созданием, любившим принцессу столь же самоотверженно, сколь был любим в ответ.

Между тем Рэрити шептала наизусть строки в унисон с сестрой — «мир стремится к равновесию: на любое добро найдётся и зло…»

* * *

В Эквестрии жил дух дисгармонии, алчущий переделать мир ради своих игрищ. Его никто не волновал, кроме него самого, и единственный, кого он радовал, был он сам, превращавший пони в свои полные противоположности.

Наконец, в один знаменательный день, принцессы объединились и с помощью дипломатии сумели усмирить этого дикого монстра. Они заключили перемирие, и Дух был умиротворен на какое-то время.

Жизнь шла своим чередом. Четыре принцессы правили с миром и гармонией, а Духу было позволено баловаться, до тех пор, пока это не приносило вреда. Так продолжалось до одного рокового дня. Дух дисгармонии был ужасно оскорблён, и беда пришла в эти земли.

* * *

— Свити, это отличная история, но мы правда должны начать готовиться, — мягко напомнила Флаттершай.

— Но сейчас начнётся часть, где он пленил её! Бедную принцессу заперли в библиотеке, окружённой лесом… НАВСЕГДА! — для выразительности Свити Белль топнула копытом по столу, напугав жёлтую пегаску. — И знаешь, что о ней говорят?

Кобылка понизила голос и заговорщически посмотрела из стороны в сторону.

— Я-я предпочла бы не…

— Говорят, если прислонить голову к определённому дереву в Вечнодиком лесу… — Свити забралась на столешницу, медленно повернулась к Флаттершай и, лавируя между тканей, подошла прямо к пегаске.

— Если прислушаться ооочень внимательно, можно услышать… — безо всякого предупреждения она громко топнула передним копытом по столу. — …ЕЁ ВОПЛИ ОТЧАЯНИЯ!

— Свити Белль! Слезь со стола сейчас же!

Стоявшая у двери в кухню Рэрити бросила грозный взгляд на младшую сестру и её ужасающее отсутствие манер. Это не помогло, и Свити Белль все ещё стояла на тех вещах, которые приготовила Рэрити для весенней коллекции.

— Честное слово, даже Опалесенс ведёт себя лучше, чем ты.

Кобылка, раздражённая тем, что её прервали, спустилась со стола.

— Рэрити, ты уверена, что не будешь проводить поиски в лесу? — спросила Флаттершай, прижав ушки к голове и закусив губу. — Я не хочу спасать детей от… вопящих пони…

— Брось, дорогуша, это просто сказка. Неужели ты и вправду веришь, что под каким-то деревом в Вечнодиком лесу есть призрак? — спросила Рэрити, садясь рядом с Флаттершай и не обращая внимания на Свити, поднявшую копыто к мордочке в попытке изобразить вопли измученной души. Флаттершай ответила едва различимым кивком, и Рэрити покачала головой, сосредоточившись на уборке тканей со стола. — Вот я точно не верю в это, но всё же обещаю вам, что в этом году ни один пони в лесу прятаться не будет.

— Ну-у-у, вот поэтому тебя и не стоило назначать ответственной за Ночь Поисков в этом году. С тобой совсем не весело… — пожаловалась Свити Белль, положив подбородок на сложенные копыта. — И почему я не живу в Холлоу Шейдс? Они всегда проводят Ночь Поисков в лесу.

— Потому что Холлоу Шейдс не находится возле леса, кишащего древесными волками, — подчеркнула Рэрити, взяв перо и блокнот с кухонного стола. Затем она указала кончиком пера на свою сестру. — Ты бы хотела удирать от древесных волков в Ночь Поисков?

Свити Белль отвернулась, бормоча себе под нос.

— Я бы очень хотела посмотреть, как ты бы удирала от древесных вол…

— Рэрити права, Свити Белль,— вмешалась Флаттершай, пытаясь разрядить обстановку. — Организовывать поиски в городе гораздо веселее и безопаснее. Помнишь время, когда всё организовывала семья Эппл?

— Но я хочу увидеть Вечнодикий лес! Я сказала Скуталу, что ты проведёшь поиски там! — запротестовала Свити, стуча копытами по столу. — Вдруг никто не находил принцессу из библиотеки лишь потому, что все слишком сильно боятся туда сунуться?

— Свити…

Кобылка снова ударила копытом по столу.

— Серьезно! Подумай об этом! В Понивилле нет библиотеки! У нас есть лишь книги, которые можно взять в ратуше. Что, если принцессе из библиотеки принадлежала наша библиотека, но она была утеряна, потому что Дух дисгармонии вырастил лес вокруг неё?! А-а-а?!

— У меня нет на это времени, — сказала Рэрити, записывая что-то в свой блокнот. Немного погодя она кинула взгляд на настенные часы и ахнула, увидев стрелку, указывающую прямо вниз. — Уже шесть?!

Она быстро встала из-за стола и побежала к выходу из кухни, её блокнот левитировал позади неё.

— Флаттершай, дорогуша, мне нужно проверить, как идут последние приготовления. Пожалуйста, приведи свою группу к ратуше ровно в семь. И убедись, что Свити и её друзья не убегут в лес!

— Какая же ты занудная!

— Непреклонная!

* * *

Пони не знают наверняка, что привело в ярость Духа дисгармонии. Некоторые легенды гласят, что он хотел захватить всё королевство, в других же говорится, что его мирный договор с принцессами был расторгнут, когда они отказали ему в простой просьбе. После того, как его первоначальный гнев утих, он извинился перед ними, заявив, что закроет глаза на совершённый, по его мнению, проступок. Но принцессы были умны, и в своей мудрости усомнились в его искренности, и возложили на себя задачу отыскать единственное магическое оружие, которое может победить его.

Однако когда принцессы добрались до тайника с магическими драгоценными камнями, они обнаружили, что те были украдены Духом. Он разбросал их по всей земле, оставив нетронутым лишь хранившийся внутри короны самой молодой принцессы.

Королевство оказалось в опасности, и четыре принцессы разработали план, как найти драгоценные камни и одолеть подлого Духа дисгармонии. Принцесса любви и доброты осталась в столичном замке править от имени остальных, предотвращая проникновение страха и разлада в сердца пони. Другие же три принцессы разошлись, держа свои пути в разные края королевства, дабы вернуть то, что было потеряно.

Не ведали три принцессы, что следовал Дух за ними по пятам, замышляя нечто зловещее.

* * *

Рэрити подошла к парадной двери и, выйдя из своего бутика, глубоко вздохнула при виде занимавшегося заката. Времени оставалось мало. Всего час, чтобы удостовериться в том, что подготовка к ежегодному празднику шла по плану. И будь она проклята, если позволит всем тяжким трудам пойти насмарку: не каждый же день тебя выбирают организатором Ночи Поисков, в конце-то концов.

Понивилль не был самым модным городом в Эквестрии, и Рэрити была полна решимости это исправить. По крайней мере, подготовка прошла довольно гладко. Семья, владеющая местной пекарней, отвечала за угощения для празднества и как-то умудрилась закончить всё вовремя, хоть их и было всего двое. Погода тоже была прекрасной, и останется таковой, даже если Даймонд Даск не расчистит небо так быстро, как сказал. Она знала, что ни один пони в Эквестрии не может очистить небо «ровно за десять секунд, Рэрити!».

Труся по городу, она с удовлетворением отметила, что все декорации были на месте. Стены украшали пурпурные и оранжевые вереницы огней и бумажные фонарики, изображающие четыре кьютимарки: полную луну, солнце, поднимающееся над облаками, рубиновое сердце и книгу. Никто не знает кьютимарки четырёх принцесс из легенд, поэтому каждый город Эквестрии придумал свои собственные варианты.

— Рэрити!

Повернувшись, она заметила ярко-розовую бегущую галопом единорожку. Корона и парик всех оттенков северного сияния подпрыгивали на голове кобылы, и Рэрити была потрясена тем, как сделанную ею жёлтую накидку волокли по грязной земле.

— Спринг! — воскликнула Рэрити, дождавшись, пока Спринг Шоуэрс дойдет до нее, прежде чем начать отчитывать. — Дорогуша, тебе нужно быть осторожнее с этим костюмом. Теперь весь подол грязный.

Единорожка зажгла рог и заклинанием очистила низ накидки от грязи. Затем поправила гриву Спринг и серебряные туфельки, которые та носила. Обувь была украшена несколькими жёлтыми драгоценными камнями, найденными Рэрити.

— Извини, Рэрити. Я переволновалась и забыла об осторожности, — призналась единорожка, поправив корону и парик. Затем она взглянула на кьютимарку солнца за облаком на плаще и сглотнула. — Я должна спрятаться между музыкальным магазином и продуктовым, верно?

— Правильно! — сказала Рэрити и левитировала сумочку, заполнив её драгоценными камнями, чтобы отдать Спринг. — И не забудь свои «Элементы гармонии».

Спринг взяла их и кивнула. После минуты молчания она снова заговорила.

— Знаешь, я мечтала быть солнечной принцессой с тех пор, как была жеребёнком.

Рэрити улыбнулась.

— Я уверена, ты будешь замечательной принцессой солнца.

* * *

Первой поддалась уловке Духа старшая принцесса — самая сильная.

Она знала, что будет первой из тех, кого надо уничтожить. Принцесса солнца доблестно боролась с Духом от заката до рассвета, в конечном счете позволив застать себя врасплох, когда Дух солгал, сказав, что уже добрался до её сестры. Благодаря проявленной слабости, он смог пленить принцессу в пещере возле бушующего водопада, прокляв на нескончаемую жизнь в форме духа в месте, где во веки веков никто не найдёт её.

Но и этого ему было недостаточно.

* * *

— Принцесса Селестия!

Кобылки повернулись на звук голоса и увидели, как земная пони радостно прыгает к ним. Рэрити никогда раньше её не видела, и она была убеждена, что запомнила бы пони с таким... пышным стилем гривы. И Спринг знает её, судя по манере взмахов копытом.

— Её имя — Селестия, — продолжила розовая пони, остановившись рядом со Спринг и любуясь плащом. — Или, по крайней мере, так мы называем её дома.

Ах да. Точно так же, как кьютимарки принцесс, их имена были оставлены на воображение каждого города. Сказать по правде, Рэрити думала, что "Принцесса Селестия" звучит гораздо более величественно, чем "принцесса Солнца", но кем она была, чтобы изменять традиции Понивилля? «Что ж, могло быть и хуже. Я могла бы жить в Филлидельфии и называть её "принцесса Солнышко". Брр».

— Пинки Пай! — воскликнула Спринг, широко улыбнувшись. — Я и не знала, что ты останешься в Понивилле на праздник! Думала, ты вчера вернулась обратно домой в Холлоу Шейдс.

Пинки покачала головой и хихикнула.

— Не-е! Я осталась ещё на несколько дней, — объяснила земнопони, прежде чем перейти к Рэрити и протянуть ей копыто. — Привет! Я Пинки Пай, а ты, должно быть, Рэрити! Спринг рассказала мне о тебе и о том, как супермного всего ты сделала для праздника.

Рэрити любезно улыбнулась, подняла копыто и почувствовала самое бурное копытопожатие за последние несколько недель.

— Рада знакомству, Пинки Пай. Я рада, что вы останетесь в Понивилле на фестиваль! Как говорится, чем больше, тем лучше.

Поприветствовав Пинки Пай, Рэрити заметила на её шее серебряную цепь с расписанным в центре кулоном, на котором был изображён полумесяц. «Как мило», — подумала она, припоминая, что уже слышала о том, что жители Холлоу Шейдс не только очень любили «Легенду о четырёх принцессах», но и то, что им особенно нравилась лунная принцесса.

— Пинки — странствующий организатор вечеринок и кондитер. У неё прелестный ларёк, с которым она путешествует по всей Эквестрии, — сказала Сприг, причмокнула губами и добавила. — Она устроит самую классную вечеринку и в придачу сделает тебе наилучший торт во всей Эквестрии.

Пинки подпрыгнула на месте несколько раз, без устали кивая.

— Ты можешь заглянуть немножко позже! Я буду на ярмарке около бадьи с плавающими в воде яблоками! Выловишь ртом яблочко — и я сделаю с ним кексик!

— Непременно загляну, — ответила Рэрити, поворачиваясь к седельным сумкам, чтобы взять блокнот. — А пока в путь. Мне надо проверить двух других принцесс и Духа.

Она взглянула на Спринг.

— Пожалуйста, не забудь, что тебе нужно спрятаться в секретном месте ровно в восемь часов.

Спринг кивнула, и Рэрити улыбнулась двум кобылам.

— Тогда увидимся после праздника, — она обернулась и поспешила прочь, потерявшись в мыслях.

Она принесла достаточно изумрудов? Если нет... она всегда может... оторвать от сердца несколько драгоценных камней из личной коллекции.

Спустя несколько мгновений единорожка поняла, что рядом за ней следует Пинки Пай с улыбкой до ушей.

Когда Пинки заметила, что Рэрити смотрит на неё, глаза розовой пони загорелись.

— Ну?! Как у вас устроена Ночь Поисков?

— У нас? Я думала, празднество везде одинаково? — спросила Рэрити, продолжая искать взглядом принцесс и Духа.

Пинки со смешком закатила глаза и покачала головой.

— Ну, мы этого не узнаем, пока ты мне не скажешь, глупышка!

Рэрити рассмеялась.

— Полагаю, ты права. На самом деле, всё довольно просто. Жеребята разделяются на несколько групп, которые затем должны приступить к «поиску потерянных принцесс». Как только они найдут хотя бы одну, она должна дать им два драгоценных камня, и первая группа, собравшая все шесть от трёх принцесс, должна пойти в ратушу и отдать их последней принцессе, — подробно объяснила она. — Однако если группа наткнётся на Духа и не сможет решить его загадку, то потеряет два драгоценных камня.

— О-о-о! Тогда это, похоже, как у нас дома! — воскликнула заметно довольная Пинки. — Моя лучшая подруга — Лулубай — говорит, что все пони очень плохо ищут принцесс. Поэтому я прилагаю все усилия для того, чтобы найти их и доказать её неправоту!

— Ты прилагаешь все усилия... Ты же, разумеется, не думаешь, что они настоящие? — скептически спросила Рэрити, вдруг вспомнив о своей младшей сестре. Многие пони и вправду верят, что когда-то существовали принцессы, запертые по всей Эквестрии?

— Конечно они реальны! Если бы Лулубай не должна была остаться дома, она бы тоже помогла искать принцесс, — Пинки пожала плечами и печально вздохнула. Прежде чем Рэрити успела её об этом спросить, печальное выражение исчезло и бодрый нрав взял верх. — Всё-таки это будет весело! Год назад, в Филлидельфии, одна из ненастоящих принцесс принесла три пудди...

— Рэрити!

Рэрити отвернулась от Пинки и увидела Сноуи Синдер — голубую пегаску, машущую ей издалека. Над её тёмно-синей гривой возвышался белый фальшивый рог, одета она была в тёмно-синий плащ с вышитой на нём кьютимаркой лунной принцессы и серебряными подковами с вкраплениями круглых синих драгоценных камней. Шею украшал элегантный чёрный воротник с серебряными вставками.

— Ну наконец-то! — сказала Рэрити, помахав кобыле. — А вот и «принцесса Селена».

* * *

Младшая сестра пала следующей жертвой уловок Духа. Лишь вспыхнул её рог, и рождена была гора. В пещере средь горы той она нашла убежище и дожидалась наступления ночи, с тем, чтобы связаться со своей сестрой посредством снов. Невольно она дала Духу атаковать себя во тьме, и он наложил на неё проклятие, заточив в пещере на веки вечные и превратив в духа.

Именно в эту ночь пони впервые узнали что такое ночной кошмар.

* * *

— Принцесса Луна! — вскрикнула Пинки Пай, радостно стуча копытами, когда Сноуи присоединилась к ним. Она покрутилась вокруг пегаски, кивнув в знак одобрения её костюма, затем остановилась и прижала копыто к подвеске ожерелья.

— Эх! Лулубай бы понравилось! — земнопони повернулась к швее. — Это тоже ты сделала, Рэрити?

— Ну конечно! Я сделала все костюмы за исключением Книжечки. Черили и дети позаботились об этом, — сказала Рэрити, в последний раз поправляя костюм Сноуи.

Для «Книжечки» — именно так в Понивилле звали принцессу, запертую в подземной библиотеке — к большому разочарованию Рэрити, костюм по традиции был сделан жеребятами в школе.

Толстые квадратные очки, клетчатая юбка, украшенная книгами, белая рубашка с нагрудным карманом, бабочка и сумка, наполненная книгами по математике; если бы принцесса знаний действительно существовала, то можно было только представить ужас принцессы при виде этого преступления против моды

Рэрити бы точно ужаснулась.

Она вытащила два мешочка из сумки — один пурпурный, другой белый, и левитировала их Сноуи.

— Вот, держи, дорогуша. Белый — твой, а так как ты будешь рядом с Сансет Твинкл, не могла бы ты передать ей фиолетовый?

— Денза милая! Её костюм и вправду что-то с чем-то, — хихикнула Сноуи, взяла сумки и тоскливо вздохнула. — Не думаю, что мы со Смоки Синдер смеялись так с тех пор, как на прошлой неделе на городском собрании мэр Мэйр споткнулась на подиуме.

— Кстати, если ты собираешься к ней, могу я пойти с тобой? — спросила Пинки, отпуская её ожерелье. — Я хотела бы увидеть все костюмы. — Сноуи кивнула в ответ и Пинки широко улыбнулась.

— В таком случае, я лучше встречусь с мэром Мэйр, — время было на исходе, и Рэрити всё ещё нужно убедиться, что политик переоденется и будет готова. — Мероприятие вот-вот начнётся. Ещё немного, и всех детей соберут вокруг ратуши.

«Надеюсь, там будет Свити Белль с подругой». Рэрити нравилась Скуталу, но она... иногда со слишком большим энтузиазмом поддерживает идеи Свити. Тем не менее, как бы кобылка ни хотела повстречать принцессу Книжечку, Рэрити знала, что сестре никогда не хватит храбрости или глупости вправду отправиться в Вечнодикий лес с подругой.

Она надеялась.

* * *

Младшая принцесса разыскивала ответы на страницах своих драгоценных книг. Она спряталась в тайной библиотеке,построенной под её руководством и погребённой под растущим дубом в бесплодных землях меж маленькой деревни и горы. Однако за считанные дни до того, как она планировала начать изыскания, житель близлежащей деревни выдал её местоположение Духу в обличии странствующего пони.

* * *

Спустя тридцать минут перед ратушей собралась половина Понивилля. Рэрити наблюдала из-за кулис, как «принцесса Кейденс», также известная как мэр Мэйр, приветствовала группы жеребят, которым не терпелось поскорее начать. Чуть поодаль ото всех она увидела старых пони, что ходили по разным маленьким ларькам, установленным немного ранее. Для тех, кто был уже недостаточно молод для участия в фестивале, имелись угощения, сувениры и игры. По воздуху разносился запах сахарной ваты, жареных каштанов и других сладких деликатесов. Шиканья на особо разошедшихся пони смешивались с музыкой местного диджея.

Южнее она заметила причудливый стенд, рядом с которым находилось бадья с водой, где плавали яблоки. Она не могла не поражаться быстротой, с которой Пинки вытаскивала подносы с кексами, пирожными и печеньем из-под ларька. И количество пони, ожидающих в очереди за угощениями, более чем впечатляло. «Возможно, Кейкам следует рассмотреть возможность принять её на работу в Сахарный Уголок».

— Если Дух схватит вашу группу, то отберёт два Элемента гармонии, и вам придется вернуть их снова, — объяснила мэр Мэйр, указав на стоящего рядом белого жеребца, на передних копытах которого были накладные лапы — орлиная и львиная.

Мэр поправила розовый парик на голове и спросила:

— Есть вопросы?

Пока мэр отвечала на вопросы жеребят, Рэрити выкроила время найти группу, с которой будет работать Флаттершай. Ей не терпелось увидеть волнение и удивление на лице Свити Белль от того, что Рэрити приготовила к этому празднику. Она осмотрела толпу и наконец нашла свою лучшую подругу Флаттершай, которая выглядела... необычайно взволнованной?

Желтая пегаска дрожала, стоя на месте, едва ли обращая внимание на жеребят, кружком собравшихся вокруг неё. Она рассеянно накручивала пряди гривы и поглядывала на магазин, кажется, ища какого-то пони. Если бы Рэрити не знала Флаттершай так хорошо, она бы просто отмахнулась от странного поведения кобылы и пошла себе дальше — только вот она знала подругу, как свои четыре копыта.

И такое поведение могло означать только одно.

Рэрити перевела взгляд на жеребят, окружавших Флаттершай. Предполагалось, что в каждой группе будет девять жеребят и один взрослый. Прищуренными глазами и с нарастающим гневом она посчитала: раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь.

— О, эта кобылка до конца своих дней не забудет ту взбучку, что я ей устрою, — прошипела единорожка, прилагая всю силу воли, чтобы не прокричать имя Свити Белль на всю Эквестрию.

«Если жеребята пошли в Вечнодикий лес...»

Рэрити даже думать не хотела, что это может значить. Древесные волки, мантикоры, кокатрисы; она начала сожалеть о том, что спросила Флаттершай о созданиях, которых можно найти в лесу.

«Может, сестра набивает рот кексами?»

Да, должно быть, именно так. Свити была самой большой сладкоежкой в Понивилле, и объевшись, наверняка сидела где-то с заслуженной болью в животе.

Со всей возможной сдержанностью, на какую только была способна, единорожка оставила место за кулисами и спустилась с подиума к Флаттершай, игнорируя вопросительные взгляды толпы. Рэрити не сомневалась, что если бы была такая возможность, её подруга наверняка съёжилась бы до размеров мыши в тот момент, когда увидела приближающуюся к ней единорожку.

Голос Флаттершай был едва слышен, когда кобыла подошла к ней.

— Р-Рэрити, я...

— Не сейчас, дорогуша.

Она потянула Флаттершай подальше от толпы жеребят, чтобы поговорить наедине. К счастью, жеребята были слишком увлечены речью мэра и ничего не замечали.

— Давай найдем их, а потом поговорим, — не было времени стоять здесь и слушать извинения Флаттершай, какими бы искренними они ни были. — Когда в последний раз ты видела Свити?

— Чуть раньше начала церемонии. Она и Скуталу сказали, что всего лишь хотят перекусить. Они выглядели такими голодными. Даймонд Даск помогал мне искать их, но... — Флаттершай осеклась, опустив ушки. Она склонила голову и добавила:

— Мне жаль, Рэрити. Я не должна была...

— Флаттершай, дорогая, это не твоя вина. Ты не нянька, и это Свити решила не слушать тебя и сбежала. Ты ничего не смогла бы сделать, чтобы остановить её. Поверь. — Единорожка посмотрела назад на подиум и с облегчением увидела мэра, которая всё ещё болтала о старой легенде, а значит, у них осталось несколько минут, прежде чем мероприятие начнётся. Она вздохнула и потерла лоб копытом. — Я сначала осмотрю прилав...

— Флаттершай!

Две кобылы повернулись и увидели синего жеребца, бегущего к ним.

— Я их везде искал, — просипел он. Грудь его раздувалась как кузнечные меха, и он, наконец-то догнав кобылок, пытался отдышаться. Он заметил Рэрити и её выражение лица. — Эм. П-привет, Рэрити...

Она вздохнула.

— Привет, Даск. Флаттершай только что закончила вводить меня в курс дела, и я очень благодарна за то, что ты помогаешь нам найти мою сестру и её подругу.

Даск сглотнул.

— Я посмотрел на рынке — никаких следов того, что они там. Я ходил по городу, останавливался у твоего бутика, спрашивал кого только можно и... — он перешел на шёпот, поджав ушки, избегая взгляда Рэрити.

— И... — поторопила она жеребца.

— И... в последний раз, когда какой-то пони видел их, они направлялись в сторону дома Флаттершай, говоря что-то о... — он посмотрел на Рэрити — …Вечнодиком лесе...

Флаттершай прикрыла рот копытом, широко распахнув глаза.

— О нет!

Рэрити почувствовала слабость в коленях. Свити была в Вечнодиком лесу совсем одна, не считая Скуталу. Сестре едва хватало сил в магии для поднятия метлы: если кто-то нападёт на них, у них не будет шансов.

— Зекора... Кто-нибудь видел Зекору? — спросила она, пытаясь восстановить дыхание и успокоиться. — Она всегда опаздывает на фестиваль. Возможно, она всё ещё в лесу и уже нашла девочек.

— Вообще-то, я думаю, она действительно всё ещё в лесу, — вмешалась Флаттершай с надеждой в голосе после того, как Рэрити напомнила ей о травнице.

Рэрити кивнула. Если Зекора найдет их, всё будет в порядке.

— Ну ладно. Я пойду искать их, прежде чем случится что-то ужасное, — единорожка повернулась к Флаттершай, — Флаттершай, пожалуйста, тактично разъясни возникшую ситуацию мэру и держи ухо востро на случай, если жеребята вернутся.

Даск шагнул к ней.

— Рэрити, стой. Я пойду с тобой. Там небезопасно.

— Нет, не надо. Пожалуйста, возьми это, — прервала Флаттершай, дав ему небольшую сумку, в которую её группа жеребят должна была положить драгоценные камни, полученные от принцесс. — Я должна пойти с ней... Я-я виновата в том, что они убежали, так что это будет справедливо. Пожалуйста, займи моё место на празднике.

Даск кивнул и взял сумку.

— Флаттершай, ты уверена? — спросила Рэрити, получив в ответ решительный кивок.

— Конечно, — она сделала паузу. — Наверное.

* * *

Злобный Дух, не утруждаясь боле скрываться под личиной, вошёл в незащищенную библиотеку и напал на юную принцессу. Он отнял у неё физическую форму и оставил вечно наблюдать за книгами, которые она так любила. Всё ещё неудовлетворенный этим, он встал рядом с деревом и преобразил все бесплодные земли вокруг него, попутно сметя с лица земли маленькую деревню.

Он поднял левую лапу и призвал опасный лес, дабы сокрыть дуб, надеясь ввергнуть кобылу во тьму и отчаяние. Он поднял правую лапу и вдохнул жизнь в павшие ветви, создав воющих зверей из дерева и ужаса, дабы отпугнуть блуждающих пони от того, чтобы отважиться пойти в лес и отыскать принцессу.

* * *

Пожалуй, Вечнодикий лес был одним из самых страшных мест, в которое Рэрити или любой другой понивиллец когда-либо имел несчастье ходить. Потребовалась бы исключительно важная причина, по которой кто-нибудь мог ступить под его полог — например, посещение местной травницы или поиски двух потерявшихся жеребят.

Седельная сумка ощутимо стукалась об её бок, когда Рэрити и до смерти перепуганная Флаттершай шли по лесу, изо всех сил стараясь не обращать внимание на вой вдалеке. Лучи лунного света просачивались сквозь кроны деревьев, отбрасывая пугающие тени. Запах прелых листьев и гнилой древесины пронизывал воздух, и земля пачкала когда-то кипенно-белые копыта единорожки грязью и веточками. Ох, как же она жалела, что не надела сапожки. Если грязь засохнет, оттирать её будет настоящим кошмаром.

Часть Рэрити чувствовала вину за то, что волновалась о таких, учитывая все обстоятельства, пустяках, но эти досужие, пустячные мысли занимали и удерживали её разум от рисования ужасающих картин обо всех тех бедах, что могли приключиться с её сестрой. Единорожка глянула вбок и поняла, что Флаттершай идет очень близко к ней. Глаза пегаски прыгали от одного силуэта к другому, как у зверька, напуганного своей собственной тенью. Тем не менее Рэрити была впечатлена своей подругой: всем, что та сказала и сделала; они шли по лесу по меньшей мере сорок минут, но робкая кобыла по-прежнему держалась прекрасно.

Если бы только она не вздрагивала и не шикала на Рэрити всякий раз, когда та выкрикивала имя сестры.

— Не так громко! — прошептала Флаттершай, лихорадочно махая на неё копытом, призывая умолкнуть. — Древесные волки могут услы...

— Флаттершай, если я не буду кричать их имена, они никогда не услышат нас. А это значит, что мы просто-напросто будем блуждать почём зря, — ворчливо отчитала её Рэрити, закатив глаза. Прокашлявшись, она снова выкрикнула имя Свити Белль, но на сей раз немного тише, чтобы не нервировать Флаттершай, и так уже находящуюся на грани.

— Ч-что, если они уже вернулись в Понивилль? — продолжила Флаттершай, маневрируя между камней и сомнительных кочек. — Может быть, нам стоит вернуться и прове...

— Даймонд Даск обещал разыскать нас, если они вернутся, — напомнила Рэрити, глядя вдаль сквозь бесконечные ряды деревьев, надеясь заметить светло-серый или оранжевый цвета — или, желательно, сразу оба. По сути, она была так занята, крутя головой по сторонам, что не заметила, как направилась прямо к большой дыре в земле.

— Что, если он потеряется, пытаясь найти нас? — спросила Флаттершай, глядя из стороны в сторону, также не заметив обрыв в полутора метрах от себя.

Рэрити вздохнула.

— Флаттершай, ты совершенно не помо... — её слова превратились в панический визг, когда Рэрити шагнула в пустоту и упала вниз в метровую яму, приземлившись на круп.

— Рэрити! — вскрикнула Флаттершай, стоя на краю и с ужасом смотря сверху на подругу. — Ты в порядке?! Рэрити?!

С некоторым трудом Рэрити встала с твердой земли, скрежеща зубами от боли.

— Я в порядке, дорогуша. Наверное... — чуть помедлив, сказала она, поднимаясь и копытом стрясла с себя грязь. «Ну и ночка же у меня...»

Окидывая взглядом яму, можно было предположить, что кто-то надавил на землю и сформировал идеально круглую впадину. Она отвернулась от Флаттершай, и её поприветствовал необъятный дуб, высящийся посреди дыры и покрытый лозами и листвой.

— Что это сделало? — спросила Флаттершай, уставившись на дуб над головой, а после опустив взгляд на провал вокруг него. — Или кто? Это ведь не природное явление?

— Понятия не имею, — пробормотала Рэрити, приближаясь к дереву и обходя его вокруг. Наконец, оказавшись позади дуба, прямо напротив того места где она упала, единорожка пришла к выводу, что яма имеет ширину примерно двадцать метров, метр в глубину и дерево, стоящее в самом центре. «Что за чудеса...». Она скользнула взглядом по стволу вверх и увидела... «Окно?»

К её удивлению, это было похоже на правду — возле верхушки было маленькое полуоткрытое круглое окошко. Откуда там взялось окно? Единорожка снова шагнула было к дереву, но тут же попятилась, наступив на что-то тонкое и острое. Она сразу же посмотрела вниз и магией подняла провинившийся объект — потускневшую и потемневшую от времени чёрную металлическую тиару.

— Р-Рэрити? — позвал голос с другой стороны дерева.

— Секундочку! — отозвалась она, вращая и внимательно осматривая тиару. «Что, во имя Эквестрии, это тако...». Её мысли прервались, когда она услышала вдалеке два визга, что были ей прекрасно знакомы. Она обронила тиару и побежала на звук. — Это девочки?!

— Думаю, да!

С помощью Флаттершай она вылезла из ямы, и обе они помчались со всех ног, направляясь туда, откуда доносились пронзительные крики. «Хоть бы всё было хорошо, хоть бы всё было хорошо, хоть бы всё было хорошо», — вновь и вновь мольбой вспыхивала в голове эта мысль, сердце готово было вот-вот вырваться прямо из груди. Спустя несколько минут бега они в нерешительности остановились, наткнувшись на маленький обветшалый домик. Дверь была сорвана с петель, а посреди него проросло дерево, разворотив в процессе добрую половину крыши. Грязное стекло единственного прямоугольного окошка было покрыто сеткой трещин и зияло дырами.

Почему же, скажите на милость, он стоит посреди леса?

— Уходи! — раздался слабый голос изнутри дома. — Здесь нет никаких пони!

— Ага! И кроме того, они невкусные для древесных волков! В-вкус у них супермерзкий! — добавил ещё один дрожащий голос.

Рэрити шагнула к дому.

— Древесные волки?

Мгновение  тишины — и внезапно в окне появилась оранжевая мордашка, уставившаяся на них широко распахнутыми глазами.

— Фух, это не древесные волки! — воскликнула Скуталу, прижимаясь носом к окну и заметно расслабившись. — Это всего лишь Флаттершай и Рэрити!

— Рэрити?! — вторая мордочка появилась на другой половине окна, глянула  на Рэрити и завопила, снова скрываясь из виду. — Это даже хуже, чем древесные волки!

— О, тут ты не ошиблась, — прошипела Рэрити, тяжёлыми шагами двигаясь к дому и оставив позади Флаттершай. Она перешагнула порог дома, в котором была всего одна комната, и обнаружила двух съёжившихся кобылок у противоположной стены. Она подошла к ним, обогнув гниющий деревянный стол, и магией подняла за шкирку двух жеребят. — Вы хоть понимаете, как мы волновались?! О, ты только погоди, стоит матери с отцом об этом узнать...

— Прости нас! — беспомощно воскликнула Свити Белль и, защищаясь, прижала копыта к груди. — Пожалуйста! Мы просто хотели найти принцессу, чтобы получить кьютимарки искателей принцессы, а потом мы нашли этот дом и начали исследовать его, но потом раздался крик, а потом мы подума...

— Мне даже отдалённо не интересны ваши оправдания! — прошипела Рэрити, разворачиваясь и уходя прочь из хижины; кобылки в магическом захвате парили подле неё.

Пока две подруги продолжали тараторить оправдание за оправданием, Рэрити улучила минутку и осмотрелась. По всему полу были разбросаны листы бумаги, порванные ткани и всевозможный мусор. Вопреки беспорядку, на столе аккуратно стояли две тарелки и стаканы, наполненные грязной водой, а постельное бельё на односпальной кровати было в превосходном состоянии, как будто кто-то только сегодня застелил кровать. Старые книги аккуратно выстроились на книжной полке по соседству, а на стенах висели выцветшие картины. У Рэрити создавалось впечатление, что обитатели таинственного дома просто однажды ушли и не вернулись, оставив свои пожитки.

Она вышла из дома, и обе отчаявшиеся и несчастные пленницы бесцеремонно шлёпнулись на землю.

— Флаттершай целый год с нетерпением ждала того момента, когда её назначат одним из организаторов, а вы взяли и разбили её мечту!

— О, ну, я не была прям настолько воодушевл...

— Разбили! — повторила Рэрити, топнув копытом и жестом заставляя замолчать свою протестующую подругу. Она грозно взглянула на Свити Белль со Скуталу и указала копытом на Флаттершай. — Извинитесь сейчас же!

Две кобылки повернулись к Флаттершай и склонили головы.

— Извини, Флаттершай... — они повернулись к Рэрити. — Извини, Рэрити...

Рэрити в ответ лишь фыркнула, в то время как Флаттершай ласково им улыбнулась.

— Я так рада, что мы нашли вас в целости и сохранности, — подбодрила она их, ласково гладя по головам. После чего обернулась и радостно воскликнула:

— Теперь мы можем вернуться!

— Оу...

Рэрити уже собралась было ответить согласием, как перед её внутренним взором пронеслись образы окна в дереве и странной тиары. В костёр её любопытства подкинули хорошую вязанку дров, и теперь, когда они проделали весь этот путь, никому же не повредит, если единорожка быстро вернётся и возьмёт тиару, верно? Хорошая чистка — и она будет как новенькая.

— Погоди-ка. Я хочу на кое-что глянуть, — сказала Рэрити. Она осмотрелась по сторонам и увидела свет вдалеке. Отлично.

— Смотри, вон там хижина Зекоры, и, кажется, она дома. Почему бы тебе и девочкам не отправиться обратно в Понивилль, а я пока схожу за Зекорой, закончив то, что мне нужно сделать?

— Но что тебе нужно сделать? — спросила Флаттершай, от её былого радостного оживления не осталось и следа. — Рэрити, мне это не нравится. Пожалуйста, давай вернемся вместе…

Единорожка улыбнулась ей.

— Флаттершай, дорогая, я быстро. Правда. Кроме того, мне нужно кое-что обсудить с Зекорой. Не знаю, сколько времени это займет, поэтому я бы предпочла, чтобы вы вернулись домой, чтобы мэр Мэйр не слишком волновалась, — она повернулась к двум кобылкам, которые смотрели на неё горящими глазами и восторженно улыбались. — И прежде чем вы спросите, нет, вы не можете остаться со мной.

— Ну вот...

С видимой неохотой пегаска и жеребята отправились в сторону города. Флаттершай постоянно оглядывалась, кусая губу и печально смотря на Рэрити, словно умоляя её передумать. Вместо этого та лишь улыбнулась и помахала ей, а после отвернулась и попыталась отыскать путь к огромному дубу.

Это заняло у неё добрых десять минут, но Рэрити удалось снова найти его. Она осторожно спустилась в провал и потрусила вокруг дерева, в конце концов оказавшись на той стороне, где было окно. К её удивлению, когда она посмотрела на него, то увидела маленькую чёрную сову, сидящую на подоконнике.

Та с любопытством посмотрела на неё в ответ, повернув голову вбок и несколько раз ухнув. Это кажется странным, но присутствие совы несколько успокоило Рэрити. Единорожка улыбнулась ей, прежде чем продолжить свои поиски, и через минуту раздалось её тихое  "а-га!", когда она снова отыскала тиару.

— Привет, милашка, — мурлыкнула она, вынув носовой платок из своей седельной сумки и счищая грязь с тиары. — Подожди, я тебя всю вычищу! Ты будешь сказочно смотреться с моим будущим костюмом, — очередное уханье совы отвлекло её от этих приятных мыслей, и она посмотрела вверх на птицу, напомнив себе о существовании других вещей, которые были ей любопытны.

Глаза единорожки скользнули по коре вниз, надеясь найти другое окно или подсказку о необычной природе дерева. Наконец она заметила близ корней прямоугольный объект, прикрепленный к коре. Положив тиару в седельную сумку, Рэрити направилась к дереву — сова безмолвно наблюдала из кроны. Она поняла, что к стволу была прибита своего рода металлическая памятная табличка, но надпись была сокрыта под несколькими слоями грязи и пыли. Так как её платок уже был грязным, Рэрити осторожно вытерла им табличку, и после нескольких деликатных взмахов платком на памятной доске проступили слова. Когда она прищурилась, пытаясь прочесть их, то почувствовала, как сердце замерло в груди.

ПУБЛИЧНАЯ БИБЛИОТЕКА ПОНИВИЛЛЯ

Открыто на пожертвования принцессы Твайлайт Спаркл

Слова Свити Белль эхом звучали в голове единорожки:

«Подумай об этом! В Понивилле нет библиотеки! У нас есть лишь книги, которые можно взять в ратуше. Что, если принцессе из библиотеки принадлежала наша библиотека, но она была утеряна, потому что Дух дисгармонии вырастил лес вокруг неё?!»

— Это... Это невозможно...

* * *

После того, как три принцессы были заточены в ловушках по всей Эквестрии, и Элементы, способные одолеть его, были утрачены безвозвратно, Дух вернулся в королевский замок и поведал последней принцессе о страшной судьбе, что постигла её любимых друзей. Как заключительный акт злодейства, он проклял её, провозгласив о том, что ни она, ни кто-либо из её потомков не смогут найти пленённых принцесс — и даже если их найдут другие, принцессы никогда не освободятся из своих тюрем.

Как только Дух покинул эти земли, обратившись в дым, принцесса приказала рыцарям искать пропавших принцесс и нести по долам и весям сие сказание, ибо надежда не угаснет до тех пор, пока солнце и луна сменяют друг друга день за днём.

* * *

Это не могло быть правдой, но в то же время имело смысл. Она посмотрела в сторону дома, покинутого так, словно  никто не удосужился забрать свои вещи... или, может быть, у них просто не было времени взять их.

Могут ли старые легенды быть правдой? Рэрити смотрела на землю, сердце оглушающе билось в груди. Она действительно стояла на вершине потерянной библиотеки, забытой на века? Но где же вход? И... хотела  ли она войти? Осмелится ли она на это?

«Что, если внутри действительно находится призрак принцессы?» Она тряхнула головой. «Нет. Не будь глупой, Рэрити. Не существует таких вещей, как призраки, запертые в библиотеках, или злые духи. Уверена, что этому должно быть логическое и разумное объяснение». Она постучала копытом по дереву, проверяя, не полое ли оно, но, по всей видимости это было не так.

Итак, где же вход?

Когда Рэрити отошла на несколько шагов в сторону, земля под её копытами превратилась из мягкой грязи в... дерево? Она глянула вниз и, копытом счистив рыхлую грязь, поняла, что стоит на ветхом деревянном люке. Она сделала несколько шагов назад и уставилась на него; из головы разом вылетели все мысли. Через мгновение она почувствовала, будто некая неведомая сила захватила её тело и уговорила использовать магию, чтобы распахнуть закрытый люк; его петли заскрипели после того, как, казалось, оставались непотревоженными... месяцами? Годами? Может, даже веками?

Единорожка опёрла крышку на дерево, посмотрела вниз на вновь явленный миру проход и увидела винтовую лестницу, уходящую вниз и растворяющуюся во мраке. Кинув прощальный взгляд на солнечный свет, остающийся позади, она глубоко вздохнула и начала спускаться по ступеням, которые привели её ко входу в туннель, в котором плескалась кромешная тьма. Только лишь сноп света, падающий кругом откуда-то с потолка, освещал это подземное царство, и когда Рэрити ступила под его лучи, то подняла голову и обнаружила меньший проход, выдолбленный в земле и дубе. С противоположного конца этого небольшого, уходящего вверх лаза, на неё взирала ухнувшая несколько раз сова.

— Вот мы и снова встретились, — сказала она, наблюдая, как сова перепрыгнула из окна в этот ход.

Оказавшись внутри, птица сделала над Рэрити несколько кругов, села ей на спину и снова заухала.

— Ну, как говорится, чем больше, тем веселее! — воскликнула Рэрити, поворачиваясь ко входу в тоннель и чувствуя себя гораздо увереннее с пускай и любопытным, но всё-таки товарищем, теперь прихорашивающим крылья на её спине.

Она зажгла рог, тем самым озарив путь перед собой, и пошла вниз по туннелю, в итоге выйдя в абсолютно тёмную комнату. Когда она ступила под её своды, первое, что почувствовала Рэрити — это запах чернил и старых книг. Бродя по комнате, она пролила свет на пару столов с несколькими лежащими на них книгами — как открытыми, так и закрытыми. Внутри чернильницы в форме совы, наполненной свежими чернилами, стояло перо, а рядом с ним лежал открытый пергамент, на котором кто-то так и не закончил писать что-то похожее на трактат по магическому телекинезу.

Слегка беспокоил вопрос: откуда вообще взялись чернила?

Она отошла от столов и углубилась в комнату, оказавшись лицом к лицу с несколькими рядами книжных шкафов.

— Это правда, — прошептала она, в основном самой себе, но всё-таки услышала уханье в ответ от своей спутницы. Конечно, не существовало никакого способа узнать, была ли это та самая библиотека из сказки, но не было никаких сомнений, что она действительно нашла какую-то тайную библиотеку. — Свити Белль была права…

Насколько велика была библиотека? Что скрывалось за тьмой, окружавшей её? Как же Рэрити хотелось, чтобы рог мог осветить всю комнату. Судя по тому, как долго она добиралась до подножия лестницы, можно было с уверенностью предположить, что она должна была быть невероятных размеров.

Единорожка подошла к стене, и, осветив её, увидела на ней огромную чёрную подпалину, как будто кто-то бросил в неё бомбу. И не только это, но и обезображенную поверхность с выжженными отверстиями и шрамами.

На соседнем столе стоял одинокий тёмно-синий подсвечник с четырьмя ответвлениями. Свечи внутри каждого были в безупречном состоянии, словно бы они никогда не зажигались или никогда не становились жертвой времени. Рэрити хотела было их зажечь, но воздержалась. Чем дольше она смотрела на него, тем больше её охватывало растущее чувство тревоги. Единорожка не могла не думать, что это просто нелепо, но ей казалось, что канделябры как-то следят за ней.

«Возможно, лучше двигаться дальше, Рэрити».

Единорожка отвернулась от стола и продолжила изучать то, что видела в библиотеке. Перед одним из рядов книжных шкафов она нашла большую корзину, а внутри — подушку и сложенное одеяло. Однако она не придала этому особого значения, а вместо этого проследовала к одному из рядов книжных шкафов. Оказавшись внутри, Рэрити прищурилась, вглядываясь в книги и пытаясь прочесть имена на корешках. Хотя стоит признать, что с тем скудным светом, который испускал её рог, сделать это было трудновато, и отнюдь не помогало то, что некоторые из книг были настолько старыми, что слова на корешках начали исчезать. Она остановилась и выбрала наугад книгу, открыв её на первой странице.

«Изучение сновидений и Магии: том девять», — прочитала она вслух сове, которая непринуждённо запрыгнула ей на голову и с любопытством заглянула в книгу. Единорожка около минуты листала страницы, то тут, то там читая по паре предложений. — Интересно, есть ли какие-нибудь книги о драгоценных камнях.Наверняка в недрах библиотеки должны быть чрезвычайно редкие и ценные книги. Возможно, она могла бы одолжить одну?

— Ну-ка, — сказала она, поставив книгу на своё место. — Попробуем найти их.

И вот тогда она почувствовала это.

Будто ощущение покалывания в задней части шеи, и одновременно с этим ощущением она почувствовала, что сердцебиение ускоряется всё быстрее и быстрее. В тот момент, когда копыто всё ещё касалось корешка книги, которую она только что задвинула в книжный шкаф, у Рэрити сложилось очень сильное впечатление, что за ней наблюдает нечто иное, помимо совы на голове. Как бы она ни пыталась думать о книгах, мысли возвращались к тому, как Свити Белль изображала вопящую, терзаемую душу. В этот миг она была слишком напугана и не могла даже моргнуть, неотрывно глядя на книгу перед собой и пронзительно-ярко ощущая когти совы на голове и колючие ощущения на шее.

Она должна была посмотреть страху в лицо.

Прежде чем единорожка успела бы сделать резкий выдох, Рэрити стремительно обернулась и посмотрела в тёмный проход, к своему облегчению не увидев там ничего необычного. Она глянула в другую сторону и была точно также поприветствована непорочной, лишённой всяческих призраков тьмой. Рэрити медленно выдохнула, воздержавшись от более бурного проявления чувств.

— Сказка о четырёх принцессах — выдумка, Рэрити, — шептала она себе снова и снова, продолжив свой путь по проходу меж книжных шкафов. Каждые несколько секунд она останавливалась и осматривалась по сторонам и, убеждаясь, что никакой принцессы по-прежнему нет, продолжала свой путь.

Сова спрыгнула обратно ей на спину и теперь развлекала себя игрой с ремнем седельной сумки или прятками внутри завитого хвоста Рэрити, милостиво соизволяя кобыле нести себя. Рэрити осознала, что боится не так сильно благодаря тому, что маленькая сова всё ещё составляла ей компанию, и была той очень признательна. Без сомнений, если бы здесь были настоящие призраки, сова бы уже улетела. Разве что…

Она остановилась.

Разве что принцесса научила сову заманивать ничего не подозревающих пони в свою кошмарную библиотеку. Она подняла хвост и оглянулась на создание, запутавшееся в локонах. Сова дважды хлопнула глазами и ухнула на нее, прежде чем попытаться выбраться из заточения. Рэрити улыбнулась и закатила глаза. Она слегка потрясла хвостом, помогая сове освободиться, и стоило только той распутаться, как она быстро заняла своё место на голове единорожки. Это не сулило ничего хорошего её гриве, но она, не будем это скрывать, отдала предпочтение компании, а не стильной укладке.

Рэрити шла ещё несколько минут, прежде чем снова остановилась и глянула на книги.

— Посмотрим... как бы называлась книга о драгоценных камнях? — задалась единорожка вопросом вслух, ведя копытом по корешкам книг. Она наклонилась, чтобы получше осветить их рогом, но, опять же, это мало помогло, и она с досадой проворчала себе: — Я почти ничего не вижу. И почему я не взяла тот канделябр?

В тот момент, когда она договорила, сова взлетела с её спины и взмыла к потолку, скрывшись в темноте.

— Подожди, вернись! — позвала Рэрити, завидуя способности Флаттершай общаться с животными. — Ну вот…

Единорожка повернулась к книгам, но застыла на месте, когда услышала громкий звук с другой стороны комнаты. Рэрити подняла глаза и, спустя мгновение, чёрная сова появилась из темноты, с трудом удерживая в своих когтях подсвечник.

— Ух ты, спасибо! — воскликнула Рэрити, радуясь тому, что снова видит свою новую подругу.

Сова пролетела над Рэрити и без предупреждения отпустила канделябр. Прежде чем Рэрити смогла поймать его и уберечь от удара о пол и поломки, подсвечник завис в воздухе, объятый малиновой аурой.

— Что за...

Канделябр, который парил на боку, сам собой выровнялся, одна за другой вспыхнули четыре свечи. Он степенно опустился к тому месту, где стояла Рэрити, и завис близ книги, на которую она смотрела. Сова снизилась и села на спину Рэрити, пока та с ужасом уставилась на левитирующий объект.

«Как он это делает?» Было очевидно, что кто-то левитировал его, но за исключением её здесь никого не было, и она сильно сомневалась, что сова может колдовать. Её мысли вернулись к принцессе из легенды, и она снова ощутила колющее ощущение в своей шее. Решив, что, возможно, таинственные обладатели парящего подсвечника были где-то во мраке перед ней, Рэрити начала пятиться назад, но с каждым её шагом подсвечник становился всё ближе, будто следуя за ней.

— Кыш! — шикнула она, отгоняя его копытом. Пятясь задом, она сердито смотрела на канделябр, как будто пытаясь убедить левитирующего его, кем бы он ни был — и саму себя — что не боится и не напугана. И конечно же, вся её показная храбрость рухнула в тартар в тот миг, как она крупом врезалась в стол, и стоящая на нём пыльная ваза с громким «бух» рухнула на пол.

Единорожка испустила пронзительный вопль и рванула в лабиринт книжных шкафов, лихорадочно пытаясь найти выход и всё быстрее мчась во весь опор от того, что канделябр всё ещё летел за ней. Совершенно не помогло и то, что когда она на бегу глянула на книжные шкафы, то к своему несчастью мельком сквозь пространство между книгами увидела какого-то пони на другой стороне, бегущего с той же скоростью, что и она. На мгновение фигура повернула голову и посмотрела на Рэрити, навсегда отпечатав в памяти единорожки картину двух пронизывающих фиолетовых глаз.

Наконец, после того, что представлялось вечностью бега и визга, она увидела вдалеке выход из библиотеки. Единственное, что стояло на пути к свободе — три высокие стопки книг, сложенных прямо между ней и дверью. К счастью, нужно было лишь быстро обежать вокруг них и юркнуть в тоннель.

К несчастью, она не видела в темноте ни зги, в том числе летящую рядом сову или эти книги на полу. Взвизгнув, Рэрити споткнулась о большие тома в метре от башен из книг и полетела вперёд, в конце концов врезавшись в одну и этих кип. От удара седельная сумка раскрылась, и её содержимое: модный журнал, какая-то косметика, листы бумаги и тиара вылетели.

Прежде чем она смогла прийти в себя, три башни накренились в её сторону, и Рэрити успела лишь прикрыть свою голову в ожидании неотвратимого дождя из словарей, энциклопедий и учебников.

Она ждала.

И ждала.

И ждала ещё немного, пока не прошла половина минуты — хотя для неё будто минула вечность — а она всё ещё не была в забытьи от погребения под беспощадным войском знания. Единорожка открыла один глаз и, подняв голову, обнаружила парящие в воздухе  книги, каждая из которых была окутана той же магической аурой, что и канделябр, который, видимо, по-прежнему следовал за Рэрити, судя по тому, как он кружил вокруг нее. Стоило только Рэрити отвернуться от книг, она наконец увидела её.

Она была кобылой, что стояла на книжном шкафу и пристально смотрела на парящие книги. Всё ещё было слишком темно, чтобы разобрать что-то кроме того, что, судя по всему, у неё были крылья, сияющий рог, блистающая грива, горящие фиолетовые глаза и тиара на голове.

— Стар, — сказала она. — Свет, пожалуйста.

Рэрити была так сильно потрясена этим зрелищем, что почти не понимала, о чём говорила кобыла. Канделябр, кружащий вокруг единорожки, вознёсся к потолку и остановился прямо над лабиринтом книжных шкафов. Полыхнула яркая зарница, и Рэрити с широко раскрытыми глазами наблюдала за тем, как подсвечник превратился в грандиозную люстру. Одна за другой возжигались свечи, пока сотня пылающих огней не осветили потолок. Затем магическая аура, окружающая люстру, дважды моргнула, и свет, исходящий от свечей, усилился и заполнил всю комнату.

Рэрити смогла лишь оглядеться в благоговейном страхе.

Перед ней простирались многие ряды книжных шкафов. В конце комнаты она увидела серебряную винтовую лестницу, ведущую на нижний этаж, где, вероятно, находилось ещё больше книг. Вдоль некоторых стен стояли дополнительные стеллажи, доходящие до потолка, и которые, должно быть, имели высоту как минимум пятнадцать метров. Стены, которые не заслоняли книжные шкафы, оказались украшены прекрасными картинами, изображающими замок, очень похожий на Кантерлотский, солнце, луну и стражника из королевской армии. Также было несколько чёрно-белых полотен, в том числе одно со спящим драконом-малышом и одно с самой библиотекой.

Разумеется, ничто в библиотеке и близко не было столь ошеломляющим, как живущая в ней кобылка.

Принцесса в библиотеке.

Эфирная аура окружала её светло-лавандовую шёрстку, которая лоснилась так, что могла посоперничать с оной у Рэрити после целого дня в спа-салоне. К зависти Рэрити, её сапфирово-синий хвост и грива с фиолетовыми и розовыми прядками не только буквально развевались на магическом ветру, но и искрились. Крылья были аккуратно прижаты к бокам; на шее она носила нечто вроде широкой ленты золотого ожерелья, выплёскивающейся на грудь, там расширявшейся и соединявшейся краями, образуя острый угол, на ногах — золотые подковы, а голову венчала золотая же корона, усыпанная сапфирами и звездообразным самоцветом пурпурного цвета, который выглядел в точности так же, как кьютимарка на её бедре. Только когда Рэрити увидела кьютимарку принцессы, она перевела взгляд ниже и поняла, что кобылка буквально парит над книжным шкафом, а не стоит на нём.

О небо...

Маленькая чёрная сова приземлилась на книжный шкаф прямо близ принцессы и дважды ухнула ей. Искра магии вылетела из рога аликорна, и книги, реющие над Рэрити, взмыли и исчезли в лабиринте книжных шкафов. Рэрити могла только догадываться, что их вернули на свои места. Как только книги умчались, принцесса дважды моргнула, и, когда она открыла глаза второй раз, они перестали светиться.

* * *

И так проходили года, и становились веками, и Духа слова оставались верны, и принцессы никогда не были найдены, и история их затерялась в бездне времён и стала не более чем сказкой на ночь для жеребят. Однако есть те, кто всё ещё верит в сие сказание и просит всех внимательно прислушиваться к звукам леса.

Возможно, если те внемлят сей просьбе, то звук пера, царапающего бумагу, будет однажды услышан из недр пустотелого дерева — ведь самая юная принцесса всё ещё внутри, и ждёт, чтобы её нашли.

* * *

И Рэрити действительно нашла её.

И когда принцесса в библиотеке обернулась и посмотрела на неё взглядом настороженным, но и вместе с тем пытливым, когда принцесса ничем иным, но взглядом заманила Рэрити в перипетии своего тёмного прошлого...

Тогда Рэрити поверила в сказки.

## — Интерлюдия I — Журнал исследований

[Изображение: https://i.imgur.com/3uWRGsd.png]

* * *

— Скажи мне, странник, чего ты ищешь? Крышу над головой иль друзей, что поговорят с тобой?

— У нас есть лишь пара домов да дюжина яблонь, но мы рады приветствовать тебя за нашим столом и угостить трапезой.

— Я ищу принцессу знаний. До меня дошли слухи, что в этих краях у неё есть библиотека. Я готов поделиться сведениями о том, что она ищет.

— Принцесса знаний? Вы ошибаетесь, странник. Ни одна принцесса не ступала в наш город уже очень давно.

— Правда? Возможно, эта корона сможет вас переубедить. Она была дана мне как знак моей доброй воли.

— ...Её библиотека находится под великим дубом. Помоги принцессе, странник, ради всех нас.

— О, даже не сомневайтесь.

* * *

Запись в журнале № 413

Я понятия не имею, сколько уже здесь нахожусь.

Может, неделю или две, но по ощущениям будто целую вечность. Я не спала с тех пор, как он ушёл, и ещё не чувствовала голода. Интересно, надо ли мне ещё дышать? Я застряла в петле времени между жизнью и смертью? Когда я выберусь, то стану прежней? Или я останусь такой же? Узнаю ли я когда-нибудь?

Но без карты — никогда.

Я искала её повсюду. Я просмотрела каждую книгу на первом этаже и каждую на втором. Что, если Дискорд обманул меня, сказав, что карта находится здесь? Если я не найду карту, то никогда больше не увижу Спайка.

Но если он солгал, тогда почему Спайк не вернулся? Он бы никогда не бросил меня, если только что-то не случилось. Он бы никогда не оставил меня здесь одну, если только Дискорд действительно не…

Никто из жителей не спускался ко мне, и землетрясение, которое я почувствовала после его ухода, заставило меня поверить, что вокруг дерева, как он и сказал, вырос лес. С жителями деревни всё хорошо? Успели ли они спастись? Слышат ли мои призывы о помощи? Хоть кто-нибудь слышит меня?

Я всё ещё не могу выбраться. Я пыталась найти выход несколько часов назад — или дней, но полупрозрачный чёрный барьер останавливал меня снова и снова. Я боюсь подойти к нему, чтобы исследовать. Боюсь, что он может исчезнуть, и я выйду из библиотеки, не найдя карты. Я хотела попробовать, получится ли левитировать предметы за пределы барьера, чтобы проверить, удерживает ли он только моё тело, но тревожусь, что на мою магию тоже распространяется его предостережение. Если я покину библиотеку без карты, и она действительно исчезнет, тогда…

Я всё продолжаю думать про тиару. Я с недоверием отнеслась к его словам о том, что она принадлежала принцессе Луне, но чем больше я думаю об этом, тем сильнее убеждаюсь, что так и есть. Что он с ней сделал? Или он солгал? Меня успокаивает мысль о том, что Селестия наверняка его остановит. Он не сможет одолеть её. Она придёт за мной. Разве нет?

Ещё он забрал мой изумруд. Тот самый, что Спайк подарил мне на день рождения. Это была единственная вещь, оставшаяся от Спайка, и он забрал его в качестве «наказания за единоличную ответственность за падение Эквестрии».

Это не моя вина. Даже если он так говорит, это не правда.

Я не могу с ним согласиться. Не могу просто так сдать

Это не имеет значения.

Я начала кропотливое изучение своих книг в поисках шифров и загадок. Карта может быть спрятана в словах книг, зашифрована в строках и абзацах. Я должна найти карту. Должна найти карту. Я должна найти карту.

«Одержимость может стать твоей собственной тюрьмой».

Так он сказал, это должно быть ключом к разгадке.

Мне нужно найти карту, а затем выйти и отыскать с её помощью Спайка. Я скучаю по нему.

Прости меня, Спайк.

Это всё моя вина.

## — Глава 2 — Принцесса в библиотеке

[Изображение: https://i.imgur.com/odLfIFj.png]

[Изображение: source: imgur.com]

Рэрити показалось, что прошла целая вечность, пока она и принцесса участвовали в импровизированной игре в гляделки. Всё это время маленькая сова то и дело переводила взгляд с одной кобылы на другую.

— Ты Книжник? — спросила принцесса, не дождавшись слов от потрясённой единорожки.

Всё шло не так, как представляла себе Рэрити. Пусть она и не планировала встретиться с духом принцессы Эквестрии, но она ожидала больше... криков и леденящих душу завываний. По крайней мере, она смогла чуточку расслабиться, видя, что неотрывный взгляд принцессы не был полон злости или гнева.

Это был, скорее, взгляд любопытства с капелькой... раздражения? Рэрити показалось, что аликорн оценивает ситуацию, которая, учитывая обстоятельства, была лучше, чем Рэрити предполагала, убегая от принцессы. Её душа могла быть изгнана в Тартар за незаконное проникновение, или она могла сама превратиться в духа, но пока всё шло неплохо.

— Нет, ты не он. Ты была в секции космологии, а он никогда не будет искать неправильное в неправильном месте, — наконец сказала принцесса, сменив тему разговора несколько сухим тоном. Она остановилась на мгновение, как будто ожидая от Рэрити хоть какого-то знака, намёка на понимание, но, когда растерянная кобыла не подала этот знак, принцесса объяснила: — Ты искала книгу по геологии в секции космологии.

То были первые слова, которые принцесса сказала ей, а возможно, и какому-либо другому пони за последние столетия. Можно было подумать, что она спросит «кто ты?» или «что ты здесь делаешь», или самое популярное — «как ты посмела потревожить мой вечный покой, глупая смертная?! Прочь!»

Вместо этого она выбрала...

— ... и книги о драгоценных камнях находятся в секции геологии, которая является пятьсот пятьдесят первым классом по десятичной системе классификации книг Старсвирла, тогда как космология является сто тринадцатым классом.

... ворчливую лекцию о десятичной системе классификации книг Старсвирла.

Рэрити не была уверена, как именно она должна реагировать, что сказать или что делать. К счастью, ей не пришлось слишком долго думать об этом; когда принцесса закончила свою речь, сова полетела к Рэрити, села на свое любимое место на её голове и с любопытством похлопала её ухо крылом.

— Темис! — с негодованием воскликнула принцесса, плавно опустилась на книжный шкаф и топнула по нему копытом. — Ты не должен быть дружелюбным с посторонними, пока я не закончу их допрашивать, — она повернулась к Рэрити и снова спросила. — Ты не Книжник, верно?

Рэрити потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что к ней обращается принцесса, особенно учитывая то, что она всё ещё переваривала информацию о сложившейся ситуации.

— К-книжник?

Кто это?

Когда Рэрити покачала головой, принцесса прищурилась.

— Тогда зачем ты пришла сюда?

Рэрити, не находя слов, несколько раз открывала и снова закрывала рот. Разве это не вопрос на миллион? Что подтолкнуло её спуститься под дерево и увидеть всё, что в нём есть? На это, скорее всего, повлияло любопытство, да, но было что-то ещё. Легенда о «Четырёх принцессах» некогда была для единорожки сказкой, под которую она жеребёнком засыпала каждую ночь. Возможно, это было не столько любопытство, сколько то, что маленькая кобылка внутри неё, которая страстно хотела спасти принцесс, никогда по-настоящему не уходила.

— Ради... тебя?

Принцесса нахмурилась и подняла копыто, как будто собиралась снова топнуть по книжному шкафу.

— Ради меня?! — воскликнула она глубоко потрясённым и гневным голосом. Но после гнев утих и обернулся удивлением. — ... Меня, — тихо повторила она, опустив и копыто и ушки. Она села на задние ноги и моргнула. — Меня? — шепнула она, поднеся копыто к мордочке и нахмурившись. — Никто никогда не возвращался ради меня... Кроме Диск...

Рэрити так и не услышала конца предложения: принцесса стремительно поднялась и распахнула крылья, в гневе стиснув зубы и зло вперившись в неё:

— Почему я? — спросила она холодным, обороняющимся тоном, её рог начал светиться. — Что ещё тебе нужно от меня? Как ты смог вернуться?! Ты был повержен!

— В-вернуться?! П-повержен? — Рэрити сделала несколько шагов назад, наступая на рассыпавшееся содержимое седельной сумки, магией подняв журнал с пола и используя его в качестве импровизированного щита. Она была слишком юна и прекрасна для того, чтобы быть разорванной на кусочки злым духом! — Я-я в жизни никогда не была здесь! Я просто искала свою младшую сестру в Вечнодиком лесу и наткнулась на вашу библиотеку!

— Лжец! — рявкнула принцесса. Её рог начинал светиться сильнее. В тот момент, когда она посмотрела вниз и заметила корону, лежащую у ног Рэрити, и вновь перевела взгляд на единорожку, казалось, её ярость утроилась. — Откуда это у тебя?! Так это ты!

— Нет! Я нашла её недалеко от дерева! — взмолилась Рэрити, тряся головой и Темисом, всё ещё прикрывающим крылом её ухо. — Честное слово! Мне просто было любопытно!

Но оправдание единорожки осталось неуслышанным или проигнорированным.

Разгневанная принцесса топнула по книжному шкафу.

— Прекрати мне лгать! — приказала она, поднимая Рэрити в воздух своей магией и швырнув в сторону ближайшего шкафа, как будто единорожка была не более чем тряпичной куклой.

Шкаф заскрипел и покачнулся от столкновения. Будто удара со всей силы головой об шкаф было недостаточно, от столкновения на неё обрушился целый град тяжёлых книг.

Рэрити приземлилась с громким глухим стуком, пыль из книг разлетелась повсюду, из-за чего единорожка раскашлялась и захрипела, пока пыль вокруг не осела. Она попыталась пошевелить левой передней ногой, но почувствовала колющую боль, достаточно острую и неожиданную, чтобы к глазам подступили слёзы.

— Ты…

Услышав голос принцессы, Рэрити распахнула глаза и затаила дыхание, и пока она лихорадочно пыталась придумать выход из этой ситуации, из этого места с разгневанным духом аликорна, мысли в голове неслись ураганом. Она могла попытаться побежать к выходу и, возможно, спровоцировать очередную атаку, или могла замереть и надеяться, что ярость принцессы поутихнет. Ни один из вариантов не выглядел сильно обнадёживающим, но прежде чем она решила, как быть, голос раздался вновь.

— Почему ты не защищаешься?! Это очередная уловка?

Несмотря на нахлынувший страх, Рэрити наконец развернулась — а это было весьма болезненно — и посмотрела на принцессу. Кобыла ответила тем же, грозно распахнув крылья, но всё же с намёком на сомнения во взгляде.

Рэрити сумела — осмелилась —  выдавить из себя лишь прерывистое «ч-что?».

— Зачем ты пришёл?! — спросила принцесса голосом, не допускающим возражений, но жестокая ярость пропала из её позы. — Кто ты?

— Р-Рэрити! — выпалила та в ответ. — Моё имя Рэрити, и я заглянула сюда лишь из любопытства! — «скорее безрассудства», подумала она.

Принцесса отступила, медленно опуская крылья.

— Так ты не Дис-?.. Я-я…

Рэрити перевела взгляд с принцессы на выход, прикидывая, сможет ли до него добраться прежде, чем принцесса поймёт, что происходит. Она решила, что это, пожалуй, единственный шанс выбраться отсюда живой, учитывая растерянно выглядящую принцессу. Несмотря на то, что подвёрнутая лодыжка явно не помогала набрать скорость, не говоря уж про пульсирующую головную боль, страх пересилил страдания, и Рэрити решила рискнуть, нежели остаться в библиотеке ещё хоть на секунду. Она поднялась и рванула к выходу, стараясь подавить стоны от боли в ноге.

— П-подожди!

В четырёх шагах от тоннеля её настиг голос принцессы, вслед за которым появилась она сама, телепортировавшись прямо перед выходом. Единственный путь к свободе был заблокирован, но Рэрити не собиралась легко сдаваться. Глубоко вдохнув, она призвала всю магическую энергию, что у неё была. Конечно, это практически ничего не сделает бестелесному духу принцессы, но по крайней мере у неё появится столь необходимая возможность. Едва заметив, что она перешагнула свои разбросанные вещи, Рэрити сфокусировала всю свою магию в ошеломляющую вспышку, вылетевшую принцессе прямо в лицо.

Как и ожидалось, заклинание лишь слегка отвлекло аликорна, чего, тем не менее, вполне хватило. Сердце Рэрити бешено колотилось, она вдохнула побольше воздуха и помчалась через проход, открывшийся в тот момент, когда принцесса невольно отшагнула в сторону. Она бежала к лестнице настолько быстро, насколько позволяло её травмированное копыто, но когда она была уже всего в нескольких метрах от неё, раздался голос принцессы.

— Подожди! Прошу, не уходи!

Рэрити резко остановилась как вкопанная. Сама не зная почему, она обернулась и увидела принцессу, стоящую на другом конце тоннеля. Та подняла копыто, словно в попытке зайти в тоннель, но когда она попыталась, появился полупрозрачный розовый барьер и, потрескивая, заставил её, поджав ушки, отступить.

— Пожалуйста. Мне очень жаль. Прошу, не уходи, — умоляла её принцесса ломающимся голосом.

Вместо ответа Рэрити просто отвернулась и зашагала прочь. Поднимаясь, она перескакивала через две ступени за раз и вскоре увидела дневной свет… свобода.

Как только она выпрыгнула из отверстия в земле, то сразу с облегчением выдохнула. Она не имела понятия, чем же спровоцировала духа напасть на неё, но её это не волновало. У неё хватило ума и сил выбраться оттуда.

Знание того, что ей никогда больше не придётся проходить через всё это, вполне могло сойти за компенсацию боли в ноге. «Менее чем через двадцать минут, дома, я буду в безопасности» — подумала она, идя в сторону Понивилля и мысленно уже представляя себе отдых в бутике «Карусель». «И принцесса может нападать на кого-нибудь другого, на кого только пожелает, и оставаться в этой библиотеке одна... хоть целую вечность...»

Несмотря на все её усилия забыть произошедшее, она не могла ни прекратить думать о несчастной принцессе, ни перестать слышать мольбы, в которых та просила не бросать её в одиночестве. Она остановилась и оглянулась на люк, ушки прижались к её голове, и она прикусила губу.

Это… какая-то бессмыслица, разве нет?

Если бы принцесса хотела убить её, разве она не сделала бы это в тот момент, когда увидела Рэрити? Кроме того, почему принцесса спасла её от башен из падающих книг? Там было достаточно энциклопедий, чтобы оглушить Рэрити, и было бы гораздо легче избавиться от неё, когда она лежала беспомощная, не в состоянии защитить себя.

Почему она не атаковала её раньше?

— Так вы познакомились с духом принцессы, верно?

Рэрити повернулась к люку и обнаружила рядом с ним жеребца. Он был облачён в темный плащ с капюшоном, который закрывал бо́льшую часть лица, оставляя открытой только тёплую, но усталую улыбку. Судя по той немногой шёрстке, что она видела, та была больше серая, чем охристо-жёлтая, какой, должно быть, была в пору его юности. В сочетании с длинной роскошной бородой казалось, что лучшие его годы уже прошли, но он всё ещё был в хорошей форме, учитывая, как далеко он ушёл от города.

Рэрити в ужасе сделала шаг назад, что побудило старого жеребца поднять копыто.

— Пожалуйста, не бойтесь! Я не причиню вреда. Я часто прогуливаюсь по лесу, и мне просто стало любопытно, кого это сюда занесло, учитывая, что немногие пони осмеливаются бродить здесь.

— К-кто вы? — спросила Рэрити, деля ещё один шаг назад. Что это творится с Вечнодиким лесом и пони, которые, казалось, в буквальном смысле приходят прямо из сказок? Что-то в жеребце заставило её задуматься над вопросом принцессы. — Вы Книжник?

Жеребец засмеялся.

— Так вот как она меня прозвала? — он погладил бороду, мягко улыбаясь. — Как восхитительно метко! Мои предки и я, должно быть, уже принесли ей тысячи книг! И если эти старые кости не подведут меня, возможно, я смогу принести ещё сотни!

Сотни книг? Это же значит, что Книжник, и, должно быть, вся его семья приходили сюда на протяжении веков, но...

— Как так получилось, что она никогда не видела вас? Не прошло и десяти минут, как она начала меня преследовать.

Книжник задумчиво наклонил голову.

— Да, но вы трогали её книги, не так ли? Вы могли бы бродить по библиотеке неделями, и она не заметила бы вашего присутствия, пока вы не потревожили бы её книги, — ответил он, переведя взгляд с Рэрити на люк. — Однако я не удивлён. Жить в этой библиотеке век за веком, не имея никого, кроме книг, составляющих тебе компанию? Они являются такой же частью её, как она является частью их.

— Вы ранены? — спросил он, глянув на копыто Рэрити, когда та зашипела, шагнув вперёд.

Он покачал головой и вздохнул.

— Ай-яй. Всё так же поспешны в суждениях, не так ли, принцесса Твайлайт? Полагаю, это ещё одна причина, почему я не спешу с ней знакомиться. Осмелюсь сказать, я бы не отделался травмой копыта, если бы она подумала, что я — он.

— Он? — теперь, когда она была вне опасности, Рэрити стало любопытно, за кого её приняла принцесса.

Книжник с прищуром покосился на неё.

— Разве вы ещё не догадались? — он снова погладил бороду и нахмурился. — Так, как же там звучал этот абзац? Ага! — просветлев лицом, он победоносно улыбнулся, приосанился, прочистил горло и с чувством продекламировал:

— Младшая принцесса спряталась в тайной библиотеке, построенной под её руководством и погребённой под растущим дубом. Однако за считанные дни до того, как она планировала начать искания, житель близлежащей деревни выдал её местоположение Духу в обличии странствующего пони.

«Конечно! И как же я сама не вспомнила?» — вопросила Рэрити саму себя. Теперь вся ярость и все обвинения принцессы обретали смысл.

— С какой ужасающей судьбой ей пришлось столкнуться! — продолжал рассуждать он. — Быть запертой в библиотеке до конца вечности! Не имея ни выхода, ни возможности перемолвиться словом хоть с кем-нибудь, не считая двух безответных сов! Хм, интересно, разговор с ними сильно отличается от разговора с самой собой? А теперь страхи бедной кобылки отпугнули ещё одну пони.

Он снова вздохнул, покачав головой.

— Какое одинокое существование!

Чем больше жеребец говорил, тем больше Рэрити жалела принцессу Твайлайт.

Можно ли обвинять её в жестокости, если она думала, что Рэрити — Дух? И тем более она смотрела на неё после нападения с таким раскаянием.

— Но ты всё ещё здесь!

Скорбь на лице Книжника сменилась довольством.

— Как восхитительны могут быть причуды судьбы. Вы нашли принцессу Твайлайт именно в Ночь поисков! Это почти как попасть в сказку. Правда ведь? — его улыбка становилась всё шире. — Вашу собственную сказку!

Денза правая, это звучит заманчиво, не так ли? Её личное приключение, прямо как в романе. Единорожка прикусила губу и взглянула на дерево.

— Но... — она обернулась на Книжника. — В сказке... ничего не говорится о том, как освободить принцесс.

— Чего Дух не знал, однако, — начал цитировать старик. — Так это того, что когда потерянные реликвии принцессы Магии будут возвращены на своё законное место в глубинах библиотечного дерева, заклинание, удерживающее её в ловушке, будет разрушено, и мир в королевстве будет восстановлен.

Рэрити нахмурилась, открывая и закрывая рот несколько раз.

— Н-но... я никогда раньше не слышала эту часть предания, — прошептала она. — Этого не может быть!

Книжник хмыкнул.

— Пони, боюсь, довольно забывчивые существа, и, возможно, прошло более тысячи лет с момента событий сказки. Вещи теряются со временем, и среди них правда о том, что действительно произошло так давно. Осмелюсь предположить, что, должно быть, существует  более пятидесяти различных версий сказки, если не сотни!

— Но тогда какая из них — правда? — спросила Рэрити, делая шаг навстречу жеребцу.

Он лишь засмеялся в ответ.

— Зачем спрашивать меня? Когда это случилось, меня и на свете-то ещё не было! Я понимаю, что не выгляжу так уж молодо, но могу заверить вас, что я не такой старый, дитя! — ответил он, широко улыбнувшись, когда Рэрити торопливо пояснила, что не имела в виду, что ему было несколько столетий. — Тем не менее, я по счастливой случайности знаю полную сожалений принцессу, которая могла бы рассказать вам, что на самом деле произошло!

Он улыбнулся и указал на землю под Рэрити.

— Сомневаюсь, что она забыла, что привело к её заключению. Как вы считаете?

Он прочистил горло и поправил плащ.

— Однако мне до́лжно уже откланяться. Час поздний, а у моей супруги ужасный характер, особенно когда я слишком сильно задерживаюсь! Опасаюсь порой, что она была бы не прочь со скалкой в зубах полюбоваться искрами из моих глаз! — он весело подмигнул. Снова прочистив горло, он начал поворачиваться.

— Ну, что же, всего вам наилу…

— П-постойте! — окликнула его Рэрити. — Если вам всё это известно, то почему вы сами не пытались искать эти потерянные реликвии?

Книжник рассмеялся.

— О, я пытался! Но, к сожалению, без особого везения. Но вы... — он улыбнулся и погладил бороду. — Есть у меня какое-то дивное предчувствие, что именно вы можете добиться успеха там, где я потерпел неудачу, моя маленькая пони.

— Но откуда вы всё это знаете? Почему вы даже не…

— Ну-ну, всему своё время! — перебил он её, кивая в сторону дерева. — Если вы решите посещать это место и впредь, то мы увидимся вновь! Если же нет, тогда, полагаю, принцесса Твайлайт может просто подождать кого-либо другого, кто мог бы помочь ей. Не правда ли?

С этим он ушёл, оставив Рэрити наедине с её мыслями и его прощальными словами.

Ничто не мешало ей развернуться и отправиться домой, в Понивилль, но... это ли настоящее её желание? Могла ли она уйти теперь, зная всё то, что она узнала?

В раздумьях повернувшись к люку, она долго не отводила от него взгляд.

«Прошу, не уходи!»

Эхо этих слов, произнесённых тихим, неуверенным тоном, до сих пор раздавалось в ушах. Что... что, если принцесса Твайлайт всё ещё сидит там, всё ещё ждёт её возвращения? Наконец, тяжело вздохнув и убедившись, что она, должно быть, сошла с ума, Рэрити магией открыла люк и вошла внутрь.

«Безумие!» — эта мысль не покидала её, пока она спускалась по лестнице так быстро, как позволяло её вывихнутое копыто. «Горячечный бред!» — продолжила она, трусцой  двигаясь к свету в конце туннеля. Рэрити старалась не думать слишком много о том, что обычно подразумевают под этим выражением.

Дойдя до конца туннеля, она махнула копытом перед входом и, когда барьер не появился, осторожно заглянула внутрь.

За столом, что стоял поодаль, она увидела сидящую принцессу Твайлайт. Сова — «Темис, кажется?» — прыгая вокруг, с интересом смотрела в журнал. Вместе с ним все вещи Рэрити были подобраны и аккуратно разложены на столе.

Покосившись на обложку, принцесса вздохнула и магией подняла к глазам журнал Рэрити.

— Любопытно, что же это такое — «Мэйнхеттен»? — размышляла она вслух, положив журнал вниз, чтобы посмотреть на Темиса. Тот только ухал в ответ. Принцесса уставилась на него на мгновение и ни с того ни с сего швырнула журнал в стену с разочарованным стоном.

Но прежде чем тот ударился о шкаф, Твайлайт остановила его и аккуратно вернула на стол, склонив голову и в то же время вздыхая. Рэрити даже стало обидно, что с журналом обращались лучше, чем с ней. Но всё же он стоил целых двадцать пять битов, и она была благодарна за бережное обращение.

— Это город, — сказала Рэрити, ошарашив своим заявлением не только принцессу, но и саму себя.

Твайлайт и Темис повернулись и уставились на Рэрити, будто это она была привидением.

— Ты… всё ещё здесь? — аликорн встала и направилась к Рэрити, несколько раз открывая и закрывая рот, очевидно не зная, что сказать.

Рэрити прокашлялась.

— Я… да — она неуверенно шагнула в комнату, морщась каждый раз, когда наступала на повреждённое копыто. Единорожка заметила, что принцесса Твайлайт тоже поморщилась. «Надеюсь это потому, что она сожалеет о содеянном». — Я… Далеко не каждую ночь доведётся встретить... принцессу!

Она надеялась, для Твайлайт её смех не показался столь же вымученным, как ей самой.

Та, в свою очередь, лишь смотрела на неё с каменным лицом.

Решив проигнорировать очевидный шок принцессы, Рэрити указала на её затруднение со «Стиль Мэйнхеттенцев: неделя моды», лежавшим на столе.

— Мэйнхеттенец — это житель города Мэйнхеттен, — пояснила она, делая шаг назад, в ответ на шаг аликорна к ней. Это не осталось незамеченным, и принцесса в спешке попятилась. После небольшой заминки Рэрити продолжила. — Это журнал моды, выходящий раз в два месяца.

Этого оказалось достаточно, чтобы вывести аликорна из транса. Её ушки мгновенно оживились, услышав новую информацию.

— Журнал? — она посмотрела вниз на книжицу и открыла её, с интересом перелистывая страницы. Тем временем Рэрити неловко стояла около минуты, пока принцесса не заговорила вновь.

— Удивительно! Никогда не видела подобных книг! Как слово «журнал» приобрело такое значение? А эти иллюстрации такие правдоподобные. Ваши художники используют магию, чтобы добиться такой реалистичности? Это какая-то продвинутая магия? — она подняла журнал и постучала по обложке. — Из какого пергамента это сделано?

Неожиданно она телепортировалась прямо к Рэрити, чуть не напугав её до полусмерти, и вновь открыла журнал. Она показала изображение позирующей модели и указала на камеру, висящую у той на шее.

— А это что такое?

— Эм, это фотографическая камера или просто фотоаппарат, — пробормотала Рэрити, внезапно заметив, что теперь, когда принцесса стояла близ неё, стало очень холодно. — Эти «иллюстрации» — фотографии, сделанные камерой.

Она никак не могла прекратить искоса поглядывать на любознательную пони, всё ещё не привыкнув к неожиданному и радикальному изменению её поведения. Возможно, резкие перепады настроения шли в комплекте со всеми штучками «принцессы-призрака».

«Является ли она принцессой, если она… мертва уже несколько столетий? Превращение в бестелесного духа вообще считается смертью?»

Принцесса Твайлайт вовсе не выглядела мёртвой. Разве призраки не должны быть прозрачными и мертвенно-бледными? Рэрити чуть не поддалась искушению попытаться провести копытом сквозь аликорна, но подавила столь неподобающий для леди импульс любопытства. Она посмотрела на лицо принцессы и осознала, что королевская особа выглядела… необъяснимо привлекательно в своих попытках понять, что же такое камера.

Твайлайт медленно кивнула.

— Фотографическая камера.

Она телепортировалась, уселась обратно за стол и посмотрела на многочисленные ряды книжных шкафов.

— Элара, пожалуйста, принести мне свежий пергамент! — сказала она, прежде чем вернуться к журналу. Огромная книга появилась рядом с ней.

Но прежде чем Рэрити смогла хотя бы спросить себя, что это ещё за пони — Элара, ответ пришёл в виде громкого уханья. Ещё одна маленькая сова — на этот раз белая — взлетела вверх вдоль спиральной лестницы с нижнего этажа, неся в когтях поношенную сумку с веточками, торчащими из неё. О, во имя небес Эквестрии, это — свежий пергамент?

Как только Элара достаточно приблизилась, принцесса Твайлайт подняла ветви из мешка и вспышкой своего рога превратила их в три листа пергамента. Она листала страницы журнала Рэрити и делала заметки. Время от времени открывала свою собственную книгу, видимо, чтобы получить справку. Она полностью погрузилась в себя, лишь изредка делала короткие замечания для Темиса и Элары. Последняя приземлилась на стол и теперь возилась с разбросанными листами, аккуратно складывая их клювом в стопку.

Поскольку принцесса Твайлайт совершенно перестала обращать на единорожку хоть какое-то внимание, то теперь, когда библиотека была ярко освещена, Рэрити сочла возможным осмотреться получше. Нижний ярус вызывал любопытство, и оставалось только задаваться вопросом, насколько глубока библиотека на самом деле. Сколько ещё этажей, заполненных книгами и секретами, погребено под землей?

И всё же единорожка чувствовала, что было бы неправильно исследовать библиотеку без согласия принцессы Твайлайт. Это, безусловно, во всех смыслах был дом принцессы, а лазить по домам пони без их разрешения, по общему мнению, считалось дурным тоном.

— Принцесса Твайлайт? — позвала Рэрити, пытаясь пробудить пони из её экспедиции в мир современной моды. Но эта попытка не увенчалась успехом, поскольку принцесса была слишком занята, записывая что-то, прочитанное ею в журнале. Спустя минуту, не получив ни ответа, ни даже признака того, что её услышали, единорожка снова позвала, слегка повысив голос: — Кхм, принцесса?

Будто в сцене из фильмов ужасов, принцесса Твайлайт и обе совы совершенно синхронно обернулись посмотреть на неё без какого-либо выражения. Сразу же пожалев о том, что прервала их, и пересиливая желание убежать отсюда прямо сейчас, Рэрити судорожно прочистила горло и спросила:

— М-могу ли я осмотреться здесь? Уверяю, что ничего не буду трогать.

Принцесса Твайлайт окинула взглядом библиотеку, а потом и саму Рэрити.

— Я... да, можешь, — ответила она, наконец отложив перо, которым писала.

— Хорошо, тогда не смею вас дальше беспокоить, — торопливо проговорила Рэрити.

Принцесса, казалось, была с головой поглощена тем, что она писала, и Рэрити не хотелось быть тем раздражителем, который стоило бы запустить в книжный шкаф. Снова. Она почувствовала толику облегчения, как только принцесса повернулась к столу и подняла перо. Впрочем, это чувство быстро испарилось, когда аликорн, будто не в состоянии решить, как поступить, вновь подняла на нее взгляд.

— Наслаждайтесь журналом, — сказала Рэрити, надеясь, что этого будет достаточно для решения дилеммы принцессы Твайлайт.

Она огляделась и увидела лестницы в конце ряда шкафов. С него она и решила начать. Движимая разгоревшимся любопытством, она уже было тронулась в ту сторону, но тут же о себе напомнило пострадавшее копыто. С первым же шагом неожиданная, резкая боль, пронзила всю ногу, и ей, к своему удивлению, пришлось через эту боль глубоко вдохнуть.

Этого было достаточно, чтобы аликорн окончательно отложила перо. Она телепортировалась к Рэрити и стала внимательно осматривать травмированную конечность, не замечая мелькнувший в глазах единорожки страх.

— Сильно болит? — спросила принцесса Твайлайт, глядя на Рэрити почти бесстрастно, но на грани беспокойства.

— Вовсе нет! — попыталась соврать Рэрити. Но это у неё получилось очень плохо, особенно когда для демонстрации она попыталась пробежаться, но не смогла удержаться от болезненной гримасы. Остановившись, она повернулась к принцессе и нервно рассмеялась. Та лишь подняла бровь, не впечатлённая актерским мастерством Рэрити.

— Да, я вижу.

В воздухе перед принцессой появилась книга, которую та начала быстро листать.

— Здесь есть целительное заклинание, оно должно убрать боль, — объяснила она, найдя нужную страницу и начав читать. — Пожалуйста, стой смирно.

Аликорн повернулась к Рэрити, и её рог засветился.

Единорожка хотела бы остановить себя, но, только увидев свечение рога Твайлайт, не могла сдержаться от порыва закрыть глаза и в отчаянии скрестить ноги перед собой.

— Нет, нет, нет! Пожалуйста, нет! Я в полном порядке, пожалуйста, не используйте магию, прошу! — беспомощно умоляла она, пятясь, несмотря на боль.

Когда же она вновь открыла глаза, сожаление нахлынуло на неё. Может, Рэрити и пыталась спрятать свою боль, но принцесса этого не могла. Её ушки прижались к черепу, на лице читалось нечто большее, чем просто оскорбление или смятение от реакции кобылки. Словно её ранили в самое сердце.

— П-принцесса Твайлайт, я… я не хотела…

— Я понимаю.

Без малейшего труда с лица аликорна исчезли эмоции.

— Приношу свои извинения.

Она захлопнула парящую рядом книгу, и та исчезла. Без дальнейших разъяснений принцесса телепортировалась обратно за стол, взяла перо и начала писать. По крайней мере притворилась, что пишет, учитывая, что она не макала перо в чернила уже несколько минут.

Рэрити чувствовала себя абсолютно отвратительно. Принцесса ведь всего лишь пыталась помочь, и что получила в ответ? Реакцию глупой, запуганной кобылки. Если она сейчас уйдёт, Твайлайт, скорее всего, даже не попытается её остановить.

— Принцесса Твайлайт? — единорожка всё же решилась окликнуть её. Она сглотнула ком в горле, когда аликорн неожиданно прекратила писать, лишь безмолвно уставившись на пергамент. — Я не хотела так себя вести, особенно когда вы были так добры и предложили то лечебное заклинание.

В ответ лишь тишина.

— Принцесса Твай…

— Это моя вина.

Именно так ответила принцесса, и Рэрити почувствовала себя только хуже. Сама по себе мысль, что она оправдывала действия аликорна, швырнувшего её в книжный шкаф, была немного смешна, но ей казалось это правильным.

— Принцесса, пожалуйста, я вовсе не…

— Это моя вина, — аликорн всё так же смотрела на пергамент, перо парило в воздухе. — Это моя вина, — вновь повторила она, и у Рэрити появилось впечатление, что Твайлайт не только говорила сама с собой, но и что речь шла уже вовсе не о инциденте с единорожкой. И снова три слова повторились шёпотом. Снова и снова, и снова.

Рэрити больше не могла терпеть это.

— Нет, — громко и чётко сказала она, выбив принцессу из транса, ставшего западнёй. — Это не ваша вина.

Твайлайт повернулась к ней и необычайно спокойным голосом спросила:

— Разве? — повернувшись обратно к пергаменту, она молчала какое-то время, прежде чем окончательно отложить перо. — Обмен.

— Обмен?

Принцесса взглянула на Рэрити.

— Ты… искала книгу о драгоценных камнях, — ответила та, снова глядя в журнал. — Жди здесь.

И принцесса телепортировалась прочь, Рэрити могла лишь слышать различные шумы из другого конца зала. Тем временем две совы подлетели к единорожке и примостились у неё на голове по разные стороны от её рога. И с каких это пор её голова — любимый насест для сов? Но возможности ответить на этот вопрос ей не представилось. Аликорн появилась в нескольких метрах от неё в компании толстой книги, которую она тут же расположила перед Рэрити.

— Это единственная доступная копия «Полной энциклопедии изысканных камней». Лучшая книга по драгоценным камням, что у меня есть, — объяснила она. Её рог засветился, и на полу появилась деревянная коробочка, заполненная карточками.

При более близком осмотре Рэрити заметила, что карточки были заполнены различной информацией о книгах. Книгах, взятых из библиотеки столетия назад. На них были имена пони, адреса, даты, когда они брали книгу, но нигде не было даты возвращения. «Неужели все эти книги всё ещё где-то там»? Неожиданно в голове всплыли слова Книжника.

«Чего дух не знал, однако, так того, что когда потерянные реликвии принцессы магии будут возвращены на свое законное место в глубинах библиотечного дерева, заклинание, удерживающее принцессу в ловушке, будет разрушено, и мир в королевстве будет восстановлен».

Может… может быть, эти книги и были потерянными реликвиями, содержащими ключ к освобождению принцессы?

— Библиотека больше не выдаёт книги. Раньше я позволяла пони брать книгу-другую, но сильно сомневаюсь, что они их когда-то вернут. Мои книги — это всё что… — она остановилась. — Они мне очень дороги. Но, — её взгляд опустился на книгу, предложенную Рэрити, — тебе я всё же позволю её взять, а я возьму твою кни… журнал.

Единорожка кивнула, хотя едва обращала внимание на слова принцессы. «Здесь не меньше тридцати карточек! Тридцать книг, разбросанных по всей Эквестрии, или даже за её пределами! И как я должна их най…»

Стоп. Когда это она успела решить, что будет их искать?

— Хорошо, — продолжила Твайлайт, — но ты должна заполнить библиотечную карту, просто для порядка. — Перед ней вместе с пером появилась новая чистая карточка, — ты ведь Рэрити, верно?

Пауза повисла в комнате, после чего принцесса подняла взгляд на кобылку, пристально уставившуюся на содержимое деревянной коробки.

Единорожка на мгновение погрузилась в мысли, но клевок одной из сов быстро вернул её к реальности, заключавшейся в беседе с принцессой-духом.

— Ох! Кхм, да, — ответила она, наблюдая, как Твайлайт кивнула и продолжила писать.

— Рэрити, — та медленно повторила, не прекращая записывать. — Место жительства?

Очередной клевок вырвал Рэрити из потока мыслей.

— П-пардон?

— Место жительства, — сухо повторила принцесса, приподняв бровь.

— Понивилль?

— Настоящее место жительства, пожалуйста, — ответила Твайлайт, нахмурившись.

— Э-это моё насто…

— Понивилль был уничтожен давным-давно, и некоторые добрейшие семьи остались без дома, хотя, учитывая, что никто не возвращался ко мне, это, похоже, не самое страшное, что с ними стало, — перебила её принцесса достаточно жёстким голосом, чтобы Рэрити сделала шаг назад. Это не осталось незамеченным, и её выражение немного смягчилось. Она вздохнула и бегло сделала запись, — какой сейчас лунный месяц и солнечный год?

— «Лунный месяц» и «солнечный год»? — переспросила Рэрити. «Что это за календарь?», — она пыталась вспомнить школьные знания о древнем летоисчислении Эквестрии и припомнила, что больше тысячи лет назад он действительно носил другое имя. — У нас… только обычные месяцы и… «эквестрийские» года, — нервно поправила она.

— Вы… изменили его? Зачем понадобилось… Ох, — принцесса замолчала, наблюдая за пером и карточкой, парящими рядом. Не поднимая взгляда, она тихо спросила: — Что случилось с прин… — но вдруг остановилась и потрясла головой.

— Что случилось с кем? — всё же поинтересовалась Рэрити.

Принцесса посмотрела на неё.

— Кто каждый день поднимает солнце и луну?

— Поднимает солнце и луну?

«Какое это имеет отношение к»… И тут Рэрити снова вспомнила старую сказку.

«Старшие сёстры-принцессы — прекрасные и бессмертные, как поднимаемые ими солнце и луна, правили в унисон».

Ох.

Единорожка осознала, что принцесса Твайлайт, вероятно, не имела ни малейшего представления, что произошло после её заключения. Она не знала, что Дух сбежал из королевства, а другие принцессы были… пленены где-то в Эквестрии. Единственным источником информации были книги, принесённые Книжником.

«Что принцесса Твайлайт знала? А чего не знала? И главное, почему не спросила про мир за пределами библиотеки с самого начала?»

— Кто-нибудь поднимает солнце и луну? — спросила аликорн, вырывая Рэрити из её мыслей.

— Принцесса Денза, она поднимает и солнце, и луну, — ответила единорожка, надеясь, что следующий вопрос будет про то, что произошло столетия назад.

Твайлайт от такого откровения потупила взгляд.

— Принцесса Денза?

Рэрити лишь медленно кивнула.

— Принцесса Каденза Армор X. Она и остальные члены семьи Армор веками были нашими монархами и каждое поколение поднимали небесные светила, — разъяснила она. — Это было традицией, впервые новая принцесса опускает солнце и поднимает луну на своей коронации.

Принцесса Каденза Армор IX умерла около двадцати лет назад, и тогда к правлению пришла Каденза десятая — или принцесса Денза, как она просила её называть. Рэрити была маленькой кобылкой, когда это произошло, так что к её великому сожалению, она не могла присутствовать на торжественном событии.

— ...Армор? — медленно повторила принцесса, — так Кейденс и Шайнингу Армору удалось… — её ушки поникли, а её выражение изменилось…

Это была тоска.

Тоска и боль. Рэрити даже не представляла, что взгляд может выражать столь сильные эмоции. Это было даже больнее, чем когда она отказалась от лечебного заклинания. Всё любопытство Рэрити о старой сказке было смыто и позабыто. Взгляд принцессы был потерянным, расфокусированным, далёким, но для Рэрити всё было ясно. Эти глаза были окнами, ведущими в душу пони, забытую на столетия, и Рэрити была переполнена необъяснимым удушающим желанием утешить аликорна.

Но она не могла.

— Я… я… — принцесса сделала шаг назад, часто моргая.

Она пыталась сдержать слёзы?

Карточки и перо были телепортированы на дальний стол, пока принцесса продолжала медленно пятиться.

— Я… я должна уйти, — запинаясь, сказала она, закрыв глаза и делая глубокие вдохи. — Книгу нужно вернуть через семь дней.

Впервые за эту длинную ночь Рэрити не была рада видеть, как принцесса удаляется от неё.

— Да, но прин…

— Ты вернёшься? — перебила её Твайлайт, открыв глаза, чтобы посмотреть на единорожку. Как и несколько часов назад она смотрела с молчаливой мольбой.

Рэрити замерла на мгновение.

— Я-я обещаю, но…

Принцесса так и не услышала окончания фразы. Прежде чем единорожка успела что-либо сказать, она телепортировалась, получив нужный ответ, унеся с собой все ответы, что искала Рэрити. Телепортировалась прежде, чем Рэрити смогла спросить, что случилось, или попытаться во всём разобраться.

Две совы полетели в глубь библиотеки, без сомнения, последовав за своей хозяйкой. Как только они удалились, люстра на потолке замерцала, и всё вокруг погрузилось во тьму. Рэрити наблюдала, как одинокий подсвечник спустился к полу и стал освещать оставленную принцессой книгу. Единорожка подняла книгу магией и направилась в сторону выхода в сопровождении канделябра, освещавшего ей путь.

Разве что…

Она остановилась, развернулась и пошла к столу, на котором остались библиотечные карты. Свет канделябра лёг на стол, позволяя без проблем просматривать карточки и читать имена на них. Она остановилась на карте книги про погодные условия, взятой неким Биттервайнд Синдером, жившим в… восточном портовом городе? Её школьные знания географии оставляли желать лучшего, но разве местность около Филлидельфии несколько веков назад не считалась одними из крупнейших портов Эквестрии?

И разве Сноуи Синдер, играющая принцессу Селену на этой Ночи Поисков, не переехала именно из Филлидельфии несколько лет назад?

Рэрити положила книгу, взяла чистую карту и заполнила её. Когда перед ней уже лежала идеальная копия библиотечной карточки, она остановилась ненадолго, думая о том, что только что сделала и что это означало. Неужели она собиралась искать все эти книги? Их вообще возможно найти? И самое главное, хотела ли она их искать?

«Если вы решите посещать это место и впредь, то мы увидимся вновь! Если же нет, тогда, полагаю, принцесса Твайлайт может просто подождать кого-либо другого, кто мог бы помочь ей. Не правда ли?»

Что, если никто больше не придёт помочь принцессе Твайлайт? Эти сомнения окончательно укрепили решение Рэрити взять свою новую библиотечную карту и положить её в седельную сумку вместе с остальным содержимым, за исключением журнала и короны. Их она оставила на столе для аликорна. Вместо них в сумку отправилась предложенная ей книга, после чего единорожка вновь пошла к выходу из тоннеля. Канделябр всё это время следовал за ней.

Она вошла в тоннель и начала идти по нему, пока несколько глухих ударов и неожиданное отсутствие света не остановили её. Рэрити обернулась и увидела подсвечник, парящий у входа. Он пытался и дальше следовать за ней, но, к её потрясению, тот же самый барьер, ранее остановивший принцессу, появился вновь и блокировал путь канделябру. Рэрити смотрела на бесплодные попытки того покинуть библиотеку.

Почему барьер не останавливал её?

Как бы ни было ей жаль бедную вещицу, ничего нельзя было с этим поделать, и наконец Рэрити развернулась, зажгла рог и пошла к выходу. Поднявшись по спиральной лестнице и выбравшись наружу, закрыла за собой люк . Ей казалось, прошло не меньше пяти минут, пока она смотрела на дверь, прежде чем поднять взгляд на вывеску, прибитую к дереву.

Открыто на пожертвования  принцессы Твайлайт Спаркл.

Единорожка подняла копыто и провела им по имени принцессы, но её мысли были прерваны, а ушки навострились, услышав, что кто-то выкрикивает её имя вдали. Не отрывая копыта от таблички, она оглянулась в направлении звуков. Как долго её не было?

Когда она сможет вернуться?

Она вообще вернётся?

Рэрити опустила копыто на землю, отвернулась от дерева и, направившись к краю провала, с некоторыми трудностями выбралась из него. Она пустилась галопом в направлении зовущих её голосов, игнорируя внутренний голос, говорящий вернуться к дереву и спуститься по ступеням обратно в затерянную библиотеку к одинокой принцессе.

Воспоминания о ней продолжали роиться в её голове. С момента, когда та спасла Рэрити, до её просьб остаться и предложения обмена, и самое главное, того выражения, выдавшего многие века грусти и одиночества, каких Рэрити ранее не видывала.

Одиночества, которое будет преследовать её мысли, пока она будет идти домой с Флаттершай и Даймонд Даском. Одиночества, которое будет наполнять её сны в эту ночь, призывая вернуться в библиотеку. Одиночества, которое будет преследовать всё её естество, облачённое в данное обещание вернуться, и единственное имя, которое она никогда не забудет.

Твайлайт Спаркл.

Принцесса в библиотеке.

## — Глава 3 — Вопросы в лабиринте

[Изображение: https://i.imgur.com/JuFM2bg.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/RYOowBK.png]

* * *

— Твайлайт, как вообще мы должны жить здесь?

— Принцесса поможет мне построить библиотеку, Спайк. Пока я провожу исследование, все мои книги должны быть неподалёку, если мы хотим найти оружие, способное остановить его.

— Но… как мы можем спрятаться здесь, в библиотеке? Он в любом случае её найдёт! Мы ведь не можем построить секретную библиотеку под деревом…

— ...Спайк, ты только что подкинул мне идею.

* * *

История Вечнодикого леса была покрыта мраком тайн не меньше, чем история жившей в его глубинах принцессы. Как долго эти деревья сторожат библиотеку? И как долго прошлое аликорна будет по капле сочиться из её слов, будто смола из деревьев вокруг? Прошло всего два дня, а вопросы в голове Рэрити завывали снова и снова, как древесные волки, никогда не сдающиеся в погоне за добычей — или же, в её случае, ответами. Тысячи ответов похоронены в потерянной библиотеке, и Рэрити скоро узнает их все...

«Если только я смогу найти эту проклятую библиотеку!»

— Рэрити, мы видим это дерево уже в третий раз…

— Не говори глупостей! Мы проходили возле него не три раза.

Строго говоря, она была права, они проходили мимо дерева с дуплом не три, а все четыре раза, что, совершенно случайно, совпадало с количеством часов, проведённых в поисках библиотеки принцессы Твайлайт.

Наверное, это судьба. Злой рок решил, что сейчас, когда Рэрити подготовилась, поиск библиотеки был сродни поиску уценённых тканей из Седловой Аравии в последний день весенней распродажи. Её ботинки были полностью покрыты грязью, причёска начинала терять свой блеск, вещи в седельной сумке всё тяжелели и тяжелели, а лучшая подруга начинала считать, что Рэрити съехала с катушек... если не записала её в сумасшедшие ещё после предложения пойти в лес.

«Она ведь так не считает, правда?»

— Флаттершай, ты же видела дерево! — бессильно воскликнула она, останавливаясь и поворачиваясь к пегаске. Её подруга лишь прикусила губу и уставилась на землю под ногами.

— А этот заброшенный дом, где прятались девочки? Всё сходится! В самом деле, зачем мне вообще выдумывать всё это? Да, у меня есть кошка, но это не делает меня сумасшедшей старухой-кошатницей!

Флаттершай поджала ушки и наконец неохотно посмотрела на разгневанную единорожку.

— Рэрити… может, просто пойдём домой? Пожалуйста?

Её опасения были вполне обоснованы, ведь в Ночь Поисков она два часа плутала по лесу, после того как единорожка отправила её с кобылками обратно в Понивилль.

Хоть Рэрити и чувствовала вину за то, что в порыве любопытства позволила Флаттершай бродить одной с двумя жеребятами, такую же вину она испытывала и к одинокой принцессе. Она не могла просто сдаться и прекратить попытки найти её снова. Даже если бы она захотела, то не представляла, как жить дальше. Она не могла просто притвориться, что принцессы Твайлайт не существует. Эти мысли не давали ей покоя. Каждая книга, попавшаяся на глаза, каждый случайный взгляд в сторону леса, каждое упоминание королевской семьи…

Всё это будет постоянно напоминать ей о секретах, обнаруженных под тем полым дубом.

Рэрити отвернулась от укоризненного взгляда Флаттершай.

— Ты… не веришь мне? — тихо спросила единорожка, но смирение в её голосе звучало скорее как оскорблённый упрёк. Это было ожидаемо от любого другого пони, особенно после реакции Даймонд Даска на её рассказ. Но видеть, как Флаттершай сомневается в её словах… Она бы солгала, сказав, что её не волнует потеря доверия со стороны самого близкого, задушевного друга.

— Рэрити, я…

— Так ты считаешь, что Даск прав? Что у меня были галлюцинации, вызванные страхом?

Её слова были гораздо резче, чем заслуживала Флаттершай, и, хоть она пожалела о них в ту же секунду, её переполняло отчаяние, пересиливая желание извиниться. То, насколько сложно было найти библиотеку, абсолютно не имело смысла. Не помогало и то, что с каждым пройденным шагом, с каждой минутой в лесу к ней приходило понимание, почему её подруга может считать, что она спятила.

— Ты ко мне несправедлива, — ответила пегаска, немного колеблющимся, но громким и отчётливым голосом. — Меня бы здесь не было, не верь я тебе.

Рэрити оглянулась на свою подругу, стиснув зубы и прижав ушки к голове. Если уж Флаттершай считала необходимым это высказать, должно быть, она оказалась куда суровее, чем хотела.

— Я приношу свои извинения, Флаттершай, — наконец выговорила она, с отчаянием и беспомощностью в каждом слоге и издала тяжёлый вздох, потирая лоб копытом.

— Просто я… ты видела книгу, и я... я даю слово, что я не обма…

— Давай осмотримся ещё разок, — мягко прервала её Флаттершай с обнадёживающей улыбкой. Она оглянулась вокруг и сглотнула.

— Если… если мы не найдём её, завтра можно ведь будет поискать снова? Принцесса…

— Принцесса Твайлайт.

— Да, точно, — продолжила Флаттершай после кивка. — Принцесса Твайлайт ведь никуда не уйдёт, — добавила она с тихим смешком, который, к счастью, был заразительным.

Рэрити улыбнулась и покачала головой.

— Полагаю, ты права, — сказала она, хихикая в ответ. — Тогда в путь!

И подруги продолжили путь по мрачному, зловещему лесу. Рэрити, словно ястреб в поисках добычи, высматривала приметное дерево, пока они не дошли до хижины Зекоры, где остановились передохнуть.

В доме травницы была кромешная тьма — и неудивительно, ведь Зекора на неделю покинула Понивилль после Ночи Поисков. Для неё было обычным отсутствовать целыми неделями, но она всегда старалась принимать участие в важных событиях ближайшего города, чтобы поддерживать имидж. Рэрити часто приходила к ней за помощью с заклинаниями, хоть и знала, что большинство жителей Понивилля побаиваются зебру.

— Я не понимаю! Дерево должно быть где-то рядом! — воскликнула единорожка, поворачиваясь от окна в сторону леса. — И тот дом! Мы ведь могли видеть дом Зекоры оттуда, разве не так?

Флаттершай осмотрелась, прежде чем развернуться к Рэрити.

— Я… я не знаю? — призналась она и вновь посмотрела в лес, потирая копытом у лица. — Ты лишь сказала, что свет вдали — это дом Зекоры, но у нас с девочками не было возможности проверить.

— Но ведь это так! — настаивала Рэрити, хотя она сама и не была у Зекоры дома в ту ночь. — … Или нет? Я имею в виду, что ещё это могло быть?

Она сильно сомневалась, что кто-нибудь ещё жил в Вечнодиком лесу, и, если только мантикоры и другие чудовища не начали ходить с факелами, здесь не могло быть других источников света.

— Вот увидишь. Тот дом должен быть где-то рядом.

Видимо судьба решила сыграть с ними злую шутку: заброшенный дом как сквозь землю провалился. Они скитались по лесу ещё не менее двадцати минут, и даже Рэрити начала сомневаться, не было ли это всё галлюцинацией. У неё вырвалось разочарованное, неподобающее леди рычание; подобрав какую-то ветку магией, она швырнула её в ближайшее дерево. «Ну и ладно! — подумала Рэрити, угрюмо взглянув во тьму. — Если она не хочет, чтобы её нашли, так и быть! У меня есть дела поважнее, чем всю ночь играть в прятки с дубом».

Низкое рычание вырвало её из размышлений, ушки немедля навострились. Денза правая, да, они не обедали и не ужинали, но это не повод Флаттершай так себя вести. Это совсем на неё не похоже.

— Что ж, ладно, пошли домой, — вздохнув, Рэрити наконец уступила пожеланиям подруги. Ворча, она повернулась к пегаске.

— Вовсе не обязательно издавать такие зву… Флаттершай?

Что-то было не так. Лицо кобылки побледнело, а широко распахнутые глаза сосредоточились на обеспокоенной подруге.

— Ф-Флаттершай? — прошептала та, её сердце начало колотиться всё чаще. — Ч-что случилось?

— Р-Р-Рэрити, н-не с-смо…

Голос кобылки истончился и перерос в слабый испуганный писк. Когда Рэрити повернулась назад, чтобы увидеть источник этого странного звука, каждый волосок шерсти встал дыбом, а дыхание стало быстрым и прерывистым.

В нескольких метрах на неё пялились два суженных сияющих зелёным глаза. Раньше Рэрити не посчастливилось встречаться с древесным волком вблизи, и ей сразу же захотелось, чтобы всё так и оставалось. Деревянная волкоподобная тварь выдыхала зелёноватый тошнотворный дым меж обнажённых острых клыков, а тело, состоявшее из веток и листьев, сочилось грязью и всевозможными отвратительными субстанциями.

Единорожка осторожно попятилась от хищника, не нарушая зрительного контакта.

— Флаттершай, дорогуша? — спросила она, пытаясь выглядеть спокойнее и увереннее, чем была на самом деле, и получила едва слышимый писк в ответ.

— Помнишь, Свити Белль и Скуталу заставили нас играть с ними в прятки? И как мы осторожно крались вокруг дома, чтобы они нас не нашли? — послышался ещё один писк. — Тогда делай как я.

Полные ужаса, две кобылки отступали нога в ногу, спровоцировав волка на низкое рычание и шаг в их сторону. Им удалось сделать целых пять шагов, но, к несчастью, сломанная под копытом ветка послужила спусковым крючком для ярости древесного волка. Издав громогласный вой, зверь рванулся в их сторону, и кобылкам ничего не оставалось, кроме как…

— БЕЖИМ!

Не теряя ни секунды, Рэрити помчалась за Флаттершай, всё больше и больше теряясь в глубинах ужасающего леса, и окончательно утратила чувство направления. Казалось, они бежали уже несколько часов, ноги начали гореть от изнеможения, но надвигающаяся угроза быть съеденными стала на удивление хорошим стимулом не останавливаться.

В конце концов завывания начали отдаляться. Единорожка сосредоточилась на пони, бегущей перед ней, и не заметила маленькой ямы под ногами. С пронзительным воплем Рэрити упала в овражек, приземлившись на правое копыто.

Оно и так было не самым здоровым и ещё не оправилось от травмы, нанесённой принцессой Твайлайт, а после падения вывихнулось окончательно. Пронзающая жгучая боль в ноге вырвала из Рэрити полный агонии стон. Она рухнула на землю, слёзы струились по её лицу.

— Р-Рэрити!

Флаттершай подбежала к ней и попыталась помочь единорожке подняться на ноги, но в ужасе остановилась при виде древесного волка, появившегося из-за деревьев.

Кобыла, уже смирившись со своей смертью, повернулась к Флаттершай и попыталась оттолкнуть её.

— Беги! Спасайся! — заорала она, не желая подруге ужасной участи жертвы в лапах хищника.

Единорожку очень тронула неловкая попытка вцепившейся в неё пегаски защитить подругу. Глядя на грозного зверя, подкрадывающегося всё ближе, Рэрити подумала о принцессе Твайлайт и отчаянно пожелала, чтобы та была здесь и разнесла древесного волка в щепки.

В этот миг она услышала крик совы.

Прежде, чем хищник превратил бы их в свой вечерний пир, знакомая чёрная сова спикировала с веток ближайшего дерева и начала клевать лицо зверя. Этой героической атаки было достаточно, чтобы отвлечь хищника от двух кобыл и перевести его внимание на маленькую птицу.

Неужели принцесса отправила своего дражайшего питомца спасти их?

Темис продолжал клевать древесного волка, бешено размахивая крыльями, и в конце концов вцепился острыми когтями в зелёные глаза зверя. Этим он дал Флаттершай достаточно времени, чтобы помочь Рэрити, пока хищник отбивался от Темиса, злобно рыча.

Как бы ни была проворна птица, этого оказалось недостаточно. К ужасу кобылок, древесный волк, яростно размахивающий лапами, одним из ударов достиг цели и отшвырнул Темиса. С глухим стуком тот упал на землю и, обездвиженный, развалился у дерева.

«О нет! Неужели он…» — беспомощно подумала Рэрити.

Ярость закипела внутри единорожки, и ей внезапно захотелось напасть на зверя, но этому не было суждено сбыться: ещё один крик совы, куда более злобный, чем первый, привлёк всеобщее внимание. Спустя секунду белая сова соскочила с другого дерева и начала жестоко клевать волка. Хищник пытался отделаться от неё тем же способом, но эта птица была гораздо быстрее, громко хлопала крыльями и летала кругами.

Совершенно неожиданно сова рванула вглубь леса, и древесный волк помчался следом. Лишь когда рычание полностью затихло вдали, Флаттершай снова начала помогать Рэрити подняться на ноги. Та, несмотря на пронзавшую её сильную боль в повреждённом копыте, каждый раз, когда она наступала на него, волновалась совсем о другом. Подруга, по всей видимости, беспокоилась о том же. О маленькой, ошеломлённой, спотыкающейся сове. Немного придя в чувство, Темис взлетел на несколько метров, но тут же упал. Следующая попытка оказалась успешнее, и он медленно и неуверенно направился вглубь леса.

— П-подожди! — прокричала ему Рэрити и попыталась побежать за ним, но, в силу травмированного копыта, безуспешно. Он наверняка полетел обратно в библиотеку, и это, скорее всего, единственная возможность снова её найти. Единорожка повернулась к Флаттершай:

— Ну же! Мы ещё можем нагнать его! — её ушки поникли, когда пегаска не последовала за ней. — Флаттершай? Это совы принцессы! Мы должны пой…

— Нет.

— Флаттершай! — Рэрити издала что-то среднее между криком и хныканьем, оглядываясь между давно пропавшей из виду совой и её подругой и энергично жестикулируя. — Но!.. Ты!.. Сова!.. И принцесса!.. Что значит «нет»?! — она потребовала объяснений, но получила в ответ лишь короткое решительное «нет».

— Флаттершай! — завизжала она, позабыв о больном копыте до того, как раздражённо, бессознательно топнула им по земле и издала полный боли визг.

Из всех редких случаев, когда Флаттершай решается быть напористой, почему именно сейчас? В другой ситуации Рэрити даже гордилась бы подругой, если бы не хотела просто топнуть и последовать за совой в одиночку.

— Но, Флаттершай, он ведь ранен! Даже если не найдём принцессу, мы просто не можем ему позволить летать в таком состоянии! — выпалила она в ответ, ударив здоровым копытом по земле в попытке придать вес своим словам.

— Его ранили из-за нас, потому что мы не ушли прежде, чем встретили древесного волка, — возразила Флаттершай, слегка поморщившись и опустив ушки. — Мне… мне тоже не хочется оставлять маленькую раненую сову, но уже ночь, и ты тоже ранена.

— Но Флаттершай!

Та лишь вздохнула, слегка улыбнувшись.

— Пожалуйста, пошли домой? — даже после всего пережитого она спрашивала, оставляя возможность выбора. — Мы попробуем снова, как только поправишься.

Рэрити окинула подругу взглядом и, хотя часть её упорно желала отправиться за совой, в конце-концов уступила, кивнув в ответ. Неустойчивой, болезненной походкой она последовала за подругой домой.

Не оглядываясь назад, глубоко вздохнула и сказала себе, что ей не обязательно снова видеться с принцессой Твайлайт.

* * *

Спустя несколько дней Рэрити с сожалением признала, что, строго говоря, оказалась права. Не то чтобы она хотела снова увидеть принцессу Твайлайт, ей было необходимо, и эта потребность встретиться ещё раз была крайне сильна.

В течение очередного часа непрерывные шаги стучали по деревянному полу мастерской, словно стрелки часов, ведущие обратный отсчёт до падения Рэрити в пучины безумия. Её внешний вид прекрасно справлялся с подчёркиванием измотанного состояния разума. Взъерошенная грива с торчащими прядями волос, постоянное пожевывание губ, в перерывах от бормотания, и небольшое подёргивание глаза при каждом шаге перевязанного копыта.

Рэрити теряла рассудок и отлично это осознавала. Даже посторонние пони проявляли любопытство относительно произошедшего. Слухи и сплетни распространялись как лесной пожар, и уже весь город знал: Рэрити ходила в Вечнодикий лес в Ночь Поисков. Даже несмотря на то, что Даймонд Даск не рассказывал, о чём она бормотала, он всё же упомянул дюжине пони что Рэрити вела себя «странно» после того, как её нашли.

Её не удивляло, что весь город сгорал от нетерпения, желая узнать, что же она видела в лесу, но если даже Флаттершай, по всей видимости, не верила ей, то ожидать этого от остальных было глупо.

— Мне нужно снова встретиться с ней, Опал. Я боюсь, что съеду с катушек, если этого не случится.

Для лежащей на хозяйском шезлонге кошки постоянное расхаживание могло бы быть идеальным успокаивающим проводником в мир грёз, но было проблематично задремать под непрекращающиеся громкие беседы Рэрити самой с собой. Опал, потянувшись, мяукнула в ответ, прежде чем снова свернуться в клубок. Хоть мяуканье и было больше похоже на зевки, чем на ответы, пони, к сожалению, не преуспели в понимании запутанного языка кошек, так что Рэрити была вольна интерпретировать ответ как сама пожелает.

— Опалесенс, я не спятила! — завизжала она, топнув здоровым копытом по полу. Кошка в ответ прижала ушки и зашипела на пронзительно визжащую единорожку. Та хмыкнула и вернулась к своему вовсе не бредовому бормотанию.

— Мне не нужно встретить её вновь!

— Мне нужно снова с ней увидеться.

— Нет, не нужно!

Кого вообще волнует принцесса Твайлайт? Точно не её.

Ей это было безразлично, когда она вернулась с Флаттершай, как и в те шесть раз, когда она пыталась прокрасться обратно в лес. Ключевым словом было именно «пыталась», так как это оказалось довольно сложно, из-за Флаттершай, всё время заскакивавшей проведать её. Рэрити понимала, что подруга всего лишь хочет, чтобы она отдохнула. Но в самом деле, разве кобыле нельзя спокойно сбежать из собственного дома?

Принцесса Твайлайт не имела значения. Она абсолютно точно не та мысль, что не покидала головы и не давала сосредоточиться на чём-либо ещё. Ведь как можно думать о чём-то ещё, когда одна мысль никогда не тормозит и проносится слово за словом, как непрерывное предложение без какой бы то ни было пунктуации, поглощающее все мысли, не дающее дышать и …

— Её книга! — Рэрити отбросила незавершённые размышления и левитировала увесистый том, взятый в библиотеке, показывая первую страницу своей совершенно не заинтересованной кошке.

— Здесь написано, «Собственность Твайлайт Спаркл»! Видишь?! — Она положила книгу на диван и левитировала к себе Опалесенс, прижимая её к груди.

— Они думают, я потеряла рассудок, но они ошибаются! — сказала единорожка, поднеся питомца так близко к лицу, что та легко могла бы её поцарапать.

— Ты ведь мне веришь, дорогуша? Не так ли?!

Осознание свалилось на Рэрити с силой тысячи острых царапающих когтей, когда её ненаглядная кошка, её единственный верный друг в этом тёмном и мрачном мире отчаяния и недоверия лишь взвыла на неё.

«О небеса, я в самом деле превращаюсь в рехнувшуюся старуху-кошатницу».

Но если это её судьба, она согласна.

— Если принцесса Твайлайт станет причиной моего безумия, так тому и быть! — провозгласила она, бросив свою бедную кошку обратно на кушетку для обмороков. Не имело значения, что кошка спасалась бегством из комнаты, или что не последовало бурных аплодисментов, вдохновлённых её заявлением. Важным было лишь то, что она приняла решение: она найдёт эту миром забытую принцессу, и ни один древесный волк её не остановит.

И тогда, как только Твайлайт будет найдена, всё, что потребуется Рэрити — это фотоаппарат для мгновенного доказательства её неизменного здравомыслия. «Ох, Рэрити, да ты гений, непонятый современниками». С ослепительным изображением принцессы никто не сможет опровергнуть её утверждение. Плюс ко всему, у неё уже были планы отправиться в Кантерлот через две недели, так что она могла бы показать снимки самой принцессе Дензе! Неоспоримое доказательство!

Посмеиваясь про себя над тем, насколько блестящим был её план, она помчалась в прихожую и надела седельную сумку. Искра магии, и книга принцессы Твайлайт появилась перед единорожкой, та поспешно затолкала её в сумку. «Я куплю фотоаппарат, отправлюсь на поиски принцессы, верну ей книгу и сделаю снимки», говорила она сама себе, второпях уходя из бутика.

Был всего лишь полдень, так что быстрая прогулка по пока ещё не забитой покупателями торговой площади Понивилля должна была привести её в магазин Флиттер Шаттера, где она купит лучший фотоаппарат из имеющихся. Камеры вообще могут делать снимки призраков? Она сильно сомневалась, что существует руководство по съёмкам паранормального. Может, Флиттер что-то подскажет.

Рэрити так сильно увлеклась фантазией о восхвалении её, как «кобылы, нашедшей принцессу Твайлайт», что по пути к торговой площади совсем не замечала подозрительных взглядов от окружающих пони. Их перешёптывание осталось незамеченным, заглушённое быстрым стуком копыт и поглотившими её мыслями. Единорожка так и представляла её прекрасную винтажную камеру…

— Рэрити!

… и фотографию принцессы Твайлайт. Кстати о ней, интересно, как бы выглядела аликорн с заплетённой гривой? Безусловно, макияж не будет лишним. После этого она может сделать хоть мильон фотографий, по одной для каждого жителя Эквестрии, чтобы ни у кого не было ни тени сомнений в её здравомы…

— Рэрити!

— М-м? — единорожка повернулась, выдернутая из своих мыслей, и увидела оранжевую кобылку. — Ох, Эпплджек!

Земная пони и её семья с давних времён были фермерами Понивилля. Бабуля Смит — бабушка Эпплджек, по слухам, была старейшим жителем города. Хоть у Рэрити и не было много общего с Эпплджек, они достаточно неплохо ладили.

Фермерша улыбнулась и потрясла головой.

— Во имя Эквестрии, Рэрити. Я тебя кличу уже не меньше пяти минут. Уж готова была сдаться!

— Оу. В самом деле? — кобылка ощутила, как разгорелись её щёки. Она прокашлялась и поправила седельную сумку.

— Всамделишнее не бывает. — Эпплджек поправила шляпу и улыбнулась. — Всё хотела потолковать с тобой, да никак момент улучить не могу… до сих пор, имею в виду. Я… слыхала тут разное про тебя.

Единорожка задержала дыхание.

— О-ох. Неужели? — как можно беспечнее пыталась ответить она, но и близко не получилось. — Надеюсь, только хорошее?

Улыбка фермерши стала застенчивой, и она потёрла шею копытом.

— Нууу, не совсем… По большей части, о Ночи Поисков… Я просто хотела сказать, что…

«Денза помилуй, неужели все считают, что я сошла с ума?!» — она знала, что была немного не в себе последнее время, но это просто смешно! Кобылка не могла дождаться, когда у неё будут эти снимки, чтобы бросить их в лицо всем неверующим!

— Эпплджек, — прервала она, тонко улыбнувшись и сделав глубокий вдох. — Я понятия не имею, что всем наговорил Даймонд Даск, но настаиваю на возможности высказать свою версию событий прежде, чем ты поверишь ему. В самом деле, Вечнодикий лес — ужасное место, может, это у него были галлюцинации, мм? И ты же знаешь, как сильно он любит сплетничать, да ему давно пора вступить в местный клуб сплетников!

— Воу, потише, сахарок, — сказала кобылка, поднимая копыто, чтобы предотвратить дальнейшие разглагольствования. — Я лишь хотела сказать — это очень смелый поступок, отправиться в Вечнодикий лес в одиночку, особенно за своей сестрой.

Она посмотрела в сторону маячащего на горизонте мрачного леса.

— Эпплы живут здесь с самого основания города, и за всё это время сунуться в лес отважилось столько же пони, сколько у меня копыт. Так что… — она вновь посмотрела на Рэрити и ухмыльнулась. — Ты либо смелая, либо отчаянная, но мне это по нраву.

Единорожка заулыбалась, распрямляясь, чтобы казаться выше. Она и вправду была отважной, разве нет?

— Ах да, ну я просто не могла оста… Подожди, — перебила она саму себя и наклонила голову. — Ты… Твоя семья! Они ведь жили здесь с основания Понивилля? — спросила Рэрити с нарастающим внутри восторгом. Если это действительно так, значит, кто-то из её предков должен был знать принцессу ещё до её заточения в библиотеке!

— Так точно, сахарок! — воодушевлённо ответила Эпплджек. — прадед Бабули Смит его и основал!

Сердце Рэрити бешено колотилось в груди. Это… это означало, что у семьи Эпплов должны быть книги, свитки и информация о Эквестрии до поимки Твайлайт, и всё это спрятано в амбаре! Возможно, даже подсказка, как вновь найти библиотеку!

— Агась, — гордо продолжала Эпплджек, увлёкшаяся историей своей семьи и их роли в основании города, — он переехал сюда со своей бедной семьёй и, раз уж никто ничего не построил возле Вечнодикого леса раньше, решил возвести здесь амбар, а потом стали обустраиваться другие путешественники, и …

Подождите-ка.

Вечнодикий лес?

Этого не может быть! В легенде говорится, что Дух вырастил Вечнодикий лес вокруг библиотеки Твайлайт! Тот дом с проросшим внутри деревом подтверждает это! Разве нет?!

— Подожди, подожди, дорогуша! — поспешно перебила Рэрити, пытаясь поддерживать ровный ритм дыхания. — Ты… ты хочешь сказать, Вечнодикий лес уже был здесь, ещё до основания Понивилля? — осторожно спросила она, отчётливо произнося каждое слово, словно разговаривала с жеребёнком.

Эпплджек кивнула.

— Мой прапрадед обнаружил секрет вольт-яблочного джема и решил построить ферму рядом с лесом.

— И-и-и он построил дом внутри леса?! Наверняка так и было! — с нарастающим после каждого ответа отчаянием в голосе произнесла Рэрити. — Возможно, библиотеку?

— Не неси чепухи! С чего бы ему или кому бы то ни было захотелось жить в Вечнодиком лесу? — спросила Эпплджек, тряся головой и слегка фыркая, её выражение лица стало суровым. — Рэрити, это место небезопасно. Моего прапрадядю — Эппл Крамбла — загрызли древесные волки. Там живут всевозможные опасные существа, не говоря о бездонных ямах. Никто кроме Зекоры никогда не жил в…

— Нет! — выкрикнула единорожка, топая копытом. — Нет, нет, нет, нет! В этом нет никакого смысла! — внезапно она начала наматывать круги вокруг Эпплджек, беспрестанно бормоча.

— Он не мог построить дом возле Вечнодикого леса! Разве ты не понимаешь?! Вывеска на библиотеке! Там написано «Публичная библиотека Понивилля», — кобылка остановилась и, тяжело дыша, повернулась к Эпплджек. — Как ты объяснишь вывеску?! Как?!

Та лишь безмолвно уставилась на неё.

— Рэрити, в твоих словах нет ни крупицы здравого смы…

— Эпплджек, я не сумасшедшая! Я видела дерево и вывеску на нём! — беспомощно продолжала она настаивать на своём, закрыв лицо копытами и разочарованно простонав.

Спустя мгновение Рэрити опустила копыта, вздохнула, посмотрела наверх и …обнаружила маленькую белую сову, летающую кругами у них над головами, держа что-то в когтях.

— Элара?.. — прошептала Рэрити, широко распахнув глаза. Её сердце начало биться в далеко не здоровом ритме. На неё нахлынуло причудливое ощущение, будто время остановилось, пока её глаза были прикованы к Эларе, словно та была призраком. Она пережила нападение древесного волка! Но… неужели она вернулась в поисках Рэрити? Принцесса Твайлайт послала её? Значит ли это, что Рэрити может снова найти библиотеку?

Эпплджек тоже подняла взгляд.

— Ты глянь-ка! Я думала, совы ночные птахи, но эта летает средь бела дня! — воскликнула она, следя за полётом Элары. Прищурившись, она спросила: — А чёй-та у неё в когтях?

Прежде чем они успели рассмотреть, что же это было, сова неожиданно посмотрела вниз на Рэрити и полетела прочь. Единорожка запаниковала от осознания, что единственное существо в Понивилле, видевшее принцессу, удалялось от неё. Не тратя время на объяснения, она помчалась за Эларой в сопровождении стреляющей в ногу боли при каждом шаге.

— Ра-Рэрити?! — окликнула Эпплджек, побудив кобылку обернуться назад.

— Никуда не уходи, Эпплджек! Я мигом! Нам нужно поговорить!

Сказав это, она обернулась обратно к Эларе, которая резко повернула и исчезла за углом здания. «Э, нет, не смей» — думала Рэрити, преследуя сову по улицам города и избегая встречных пони. Она никогда не думала, насколько же большим был Понивилль, пока не прошло не меньше пятнадцати минут погони за совой.

Периодически птица ненадолго поворачивалась, будто проверяя, следует ли за ней кобылка. После третьего или даже пятого поворота она неожиданно чрезвычайно ускорилась, вызвав у Рэрити панику, и исчезла из её поля зрения. Повернув за угол, единорожка оказалась на небольшой рыночной площади с фонтаном в центре. Какие-то пони проходили мимо, болтали, ели, смотрели на витрины множества магазинов на площади. К великому разочарованию единорожки, Элары нигде не было. Она была так близка, а теперь единственный шанс найти принцессу Твайлайт буквально улетал от неё, возможно, даже навсегда.

Она осмотрела магазины вокруг в надежде найти сову усевшейся на одном из зданий. Рэрити прошла мимо магазина тканей, продуктового, магазина домашних товаров и, наконец, остановилась перед «Перьями и свитками» Инки Овла. Украшение фасада магазина было посвящено совам, на деревянной раме двери были вырезаны самые разные виды ночных птиц. По другую сторону окна были расположены перья различных цветов и широкий ассортимент прозрачных чернильниц в виде сов.

Точно такие же, как у принцессы.

На улице рядом с магазином стоял огромный синий котёл, заполненный почти до самого края какой-то чёрной жидкостью, оказавшейся при внимательном осмотре чернилами. Более того, рядом с котлом стояла одинокая чернильница в форме совы. В отличие от остальных, эта выглядела старой и грязной, со следами чернил внутри и различными царапинами на стекле. «Это её несла Элара?» — подумала Рэрити, робко взяв сосуд в свои копыта, чтобы рассмотреть поближе.

— Поставь на место! — неожиданно прошипели на неё. — Я сказал, поставь на место!

Единорожка немедленно осмотрелась вокруг и заметила чёрного жеребца-единорога, стоящего в дверном проёме магазина и неистово размахивающего копытом. Одна из его задних ног была заменена деревяшкой, и кобылка не горела желанием узнать, какой инцидент привёл к такой необходимости.

— Ой, прошу прощения! — ответила она, возвращая сосуд на место. — Я подумала…

Он хмыкнул и прошагал к ней, левитируя чернильницу и вынимая из неё пробку. Затем он аккуратно окунул её в котёл, наполнил чернилами, очистил, вернул пробку и поставил на место.

— Эти совы прилетают веками, и я не позволю пронырливой кобыле их остановить, — сказал он, развернувшись и направившись обратно в магазин, оставляя Рэрити в одиночестве. Неужели она и правда принадлежала прин…

— Даже не думай об этом! — меньше чем через минуту предупредил Инки Овл, снова высунув голову из-за двери, и вернулся в здание, ворча себе под нос.

Рэрити с широко распахнутыми глазами перевела взгляд с принадлежности для письма на дверь. «Они прилетают веками?! Столетиями совы делают… Дух знает что, и он никогда не задавался вопросами? Никогда не задумывался, откуда или почему они прилетают?!» Или же… Возможно, она не единственная, кто знает о существовании принцессы Твайлайт?

— Подождите пожалуйста! — прокричала она, рванув в магазин.

Магические шары тускло освещали мрачное помещение, деревянный декор, посвящённый совам, выглядел впечатляюще, и запах чернил и пергамента наполнил нос Рэрити. Маленькие котелки, заполненные чернилами различных цветов, были расставлены повсюду, и единорожка не могла не отметить, что для полного образа дома ведьмы не хватало лишь чёрной кошки. Отправившись вглубь магазина, она проходила мимо множества полок с разносортными каллиграфическими принадлежностями: авторучки, перья, чернильницы и пергамент самых разных цветов. На некоторых были практически абсурдные ценники.

Наконец она нашла Инки Овла, согнувшегося за деревянной стойкой и ищущего что-то под ногами. На стене за ним висела рамка с минималистичным, но элегантным рисунком детёныша дракона. Пергамент в рамке был сильно изношенный и имел маленькие надрывы тут и там. Над драконом было написано «Солар».

— Чего тебе? — спросил Овл, выпрямляясь и ставя на стол банку с каштанами. Он раздражённо постучал по стойке копытом, не утруждаясь скрыть недовольство нежеланным присутствием Рэрити. — Давай быстрее, она скоро вернётся за чернилами.

— Она вернётся за чернилами? Вы про сову? Они действительно прилетают уже столетия?

Инки Овл кивнул и сверкнул гордой улыбкой.

— Они прилетают с тех самых пор, как мой прадед начал свой бизнес. В первый же день бурая сова села на тот самый котёл снаружи, и мой предок на удачу дал ей первую совообразную чернильницу. С той поры совы прилетают за чернилами и оставляют орех каштана как оплату, — он с любовью посмотрел на банку. — Мой отец любил говорить, что мы благословлены совами.

«Благословлены совами? Серьёзно»?

— Но вы не знаете куда они уносят чернила? Или кто их посылает? Или зачем? — спросила Рэрити, не понимая, как Инки или его предки не задались этими вопросами сами. — Неужели вы не пытались следовать за ними?

Тот лишь слегка улыбнулся.

— О, ну конечно я пытался проследовать за ними. На самом деле, даже в самую гущу Вечнодикого леса, — тут он с глухим стуком положил свою культяпку на стол. — Хотя местные древесные волки не оценили мой визит. Должен признать, я жив лишь потому, что совы нашли меня и начали клевать зверей.

— Я так думаю, они прилетают по привычке, — продолжил он, посмотрев на стену, и с помощью магии снял иллюстрацию, осторожно вынул пергамент из рамки и показал Рэрити. — Первая сова принесла несколько таких рисунков моему прадеду, но сохранился лишь этот, благодаря заклинанию. По словам прадеда, каждое сообщение было простым рисунком с заголовком, наверняка сделанным хозяином сов. Полагаю, его уже нет в живых, ведь однажды сообщения перестали приходить.

Рэрити посмотрела на рисунок внимательнее, хоть это и было довольно трудно в тускло освещённом помещении.

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/4LvNG7Mw2rlwDeUaT163jidT3kpujX9DcFLKxr_iK5Ay-PhMPut0HiIAWjIuvoZ5M6wF2Ifa6m7xXa6xTcNjqZXob5cPQRQM9CmGC62Bpwe3XprpztisS-ftgOzNFH18gB1j-E1I]

Если принцесса отправляла эти послания после заточения, то их содержание не имеет смысла. Почему не отправить просьбу о помощи? Почему просто… рисунки? Она перевернула пергамент, но на обратной стороне также не оказалось ничего полезного.

— Что ж, прошу прощения… — Инки Овл взял банку магией и пошёл в сторону выхода. — Прошло уже три недели, мне этого не хватало, да и бедняжка устроила беспорядок, пытаясь наполнить чернильницу самостоятельно.

Рэрити проводила его взглядом, прежде чем повернуться обратно к пергаменту. Она сощурила глаза в попытке найти какую-нибудь полезную подсказку. «Вот было бы освещение получше». Она осмотрелась вокруг и увидела зажжённую свечу на стенде. Единорожка левитировала её к себе и поднесла ближе к рисунку. Как только она это сделала, изображение… изменилось?

Одна за одной, на пергаменте начали появляться буквы до тех пор, пока в шоке уставившаяся на строку случайных светящихся букв Рэрити не произнесла:

— Это… шифр?

Пытаясь рассмотреть получше, она поставила свечу на стол, но как только пламя отдалилось от пергамента, буквы сразу же исчезли.

— Что, во имя Эквестрии, это… — кобылка моргнула и обратно поднесла пламя к рисунку, наблюдая, как шифр незамедлительно появился вновь. Проделав это ещё несколько раз, она почувствовала, как бешено забилось её сердце. Принцесса Твайлайт всё же спрятала в письмах послание!

Но зачем их зашифровывать?

Рэрити осмотрелась в поисках пергамента и пера, но когда нашла их и начала переписывать код, иллюстрация пропала из её копыт.

— Ч-что? Подождите, куда оно…

— Оставь рисунок в покое и поторапливайся! Она вернулась, она вернулась! — окликнул её Инки Овл, прижав лицо к окну и левитируя изображение дракона рядом с собой. Когда Рэрити присоединилась к нему, прижимаясь к окну, он продолжил. — Видишь? Каштан!

Элара вернулась и стояла рядом с котлом, толкая орех к чернильнице.

— Они никогда не задерживаются, — тихо произнёс продавец. — Они оставляют орех, забирают чернильницу и отправляются в лес. Если я пытаюсь выйти к ним — сразу же улетают.

Рэрити прикусила губу. Она хотела выйти наружу, но если это спугнёт сову…

Ни с того ни с сего Элара посмотрела на двух пони, уставившихся на неё по другую сторону окна. Она задержала взгляд на Инки Овле на несколько секунд, а потом посмотрела на Рэрити. Замахав крыльями и взлетев в воздух, Элара вцепилась одним когтем в пробку сосуда, а другим взялась за стекло.

Кобылка сделала шаг к дверям, продолжая внимательно наблюдать за совой.

Как только чернильница была надёжно закреплена в когтях, Элара подлетела к Рэрити с другой стороны окна. Единорожка пропустила мимо ушей удивлённый вздох Овла, всё внимание было приковано к сове. Они пристально смотрели друг на друга, пока Элара наконец не ухнула и не полетела прочь.

Было очевидно: она хотела, чтобы Рэрити последовала за ней. Но осмелится ли единорожка на это? Посмеет ли она поддаться любопытству? Или же это тёмное желание, которое она подавляла в течение целой недели? Ведь этим оно и было — тёмным, иррациональным желанием вернуться и вновь увидеть призрака, поглотившего её мысли, сны и мечты. Любопытство вело её прямо в пасть древесных волков, но она…

Но она рванула из магазина вслед за Эларой, не утруждаясь прощанием с шокированным продавцом и игнорируя пульсирующую боль в копыте, игнорируя то, что у неё с собой нет камеры, отбрасывая возможность спокойной тихой жизни, останься она в бутике.

* * *

Запись в журнале номер 23

Я наконец-то нашла зацепку, и мне не терпится показать её принцессе Селестии. Я уже рассказала брату и Кейденс, они были немного обеспокоены, но, думаю, они всегда беспокоятся обо мне. Особенно Шайнинг Армор. Он всё ещё относится ко мне как к маленькой кобылке!

Я нашла старый дуб в долине и, считаю, он может быть лучшим местом для строительства моей библиотеки и начала исследования. С поддержкой принцессы Селестии должно быть вовсе не сложно построить библиотеку под деревом, и, надеюсь, он не сможет её найти. А ещё меня беспокоят некоторые деревенские жители возле дерева. Они выглядят вполне безобидно, но я не хочу, чтобы они знали о моём присутствии.

Спайк, как я и надеялась, отправится со мной. Похоже, он слегка даже слишком взволнован перспективой приключений.

— Твайлайт Спаркл — единорожка и Спайк — дракон против самого бога хаоса! — воскликнул он.

Полагаю, он просто ещё не знает, что большая часть «приключения» будет чтением книг. Жду не дождусь, когда увижу его лицо после осознания, что жизнь будет точно такой же, как во дворце!

Я буду скучать по столице — Кантерлоту. Новая библиотека даже близко не будет такой же обширной, как во дворце, и я не хочу ни с кем разговаривать, за исключением Спайка. Не уверена, как много моих лекций о магической астрологии он ещё вытерпит! Хотя, если мои подозрения верны, вдали от дома мы будем недолго.

Спайк вместе со мной встречался с шифровальщиком, мистером Вижинером, несколько часов назад. Он недавно изобрёл шифр и научил нас им пользоваться. Это очаровательный процесс с использованием кодового слова — ключа и таблицы алфавита. Хотя Спайк считает его немного сложным. В любом случае я не сомневаюсь, что кое-какой драконикус попытается читать наши письма и послания, так что, уверена, мы должны иметь способ усложнить ему жизнь. Также обязательно позабочусь, чтобы только Спайк мог прочесть сообщения.

Принцесса Селестия верит, что я могу помочь остановить Дискорда, и я не собираюсь её подводить. Она, принцесса Луна, Шайнинг Армор… все рассчитывают на меня.

Я ни за что их не подведу.

* * *

Засохшие листья хрустели под копытами Рэрити, ушки то и дело вздрагивали от воя древесных волков вдали, а сердце билось о грудную клетку в такт бегу, пока она следовала за совой через лес. «Это безумие» — думала она снова и снова, и она была права: у неё не было ни малейшего желания вернуться в Понивилль.

Кобылка заметила, что Элара летит в постоянном темпе, не останавливаясь на передышку и не оглядываясь. Сова лишь замедлялась, проверяя, следует ли за ней Рэрити, затем с уханьем продолжала свой путь. По-видимому, Элара идеально ориентировалась в лесу, тогда как единорожка была уверена, что заблудится сразу же, как только потеряет её из виду.

Пятнадцать минут спустя она услышала вблизи рычание и немедленно замерла. «Ещё древесный волк!» — подумала она в панике. Элара же не выглядела обеспокоенной присутствием зверя ни на каплю, даже после происшествия несколькими днями ранее. Она быстро подлетела к Рэрити, поставила перед её копытами чернильницу и взгромоздилась на мордочку пони, прикрывая её рот крыльями. «Она хочет, чтобы я не шумела?»

Ответ на этот вопрос вскоре был найден: Элара быстро взлетела и понеслась вглубь леса, громко ухая по пути. Рэрити чуть не побежала следом, но остановилась, услышав, как хищник сорвался в погоню, последовав за уханьем. Спустя несколько минут, когда всё вокруг затихло, а страх Рэрити достиг невиданных высот, она услышала счастливый крик совы и увидела приближающуюся Элару.

— Ох, слава Эквестрии, ты вернулась! — вскрикнула единорожка, получив очередное уханье в ответ.

Элара снова взяла чернильницу в когти и вспорхнула обратно в воздух, трижды ухнула на Рэрити и полетела дальше. После продолжительного плутания по лесу они наконец-то достигли своего назначения.

Когда Рэрити увидела вдалеке величественный дуб, у неё перехватило дыхание. Элара полетела вперёд к открытому окну с чернильницей в когтях, пока её спутница спускалась в яму и таращилась на внушительное древнее дерево.

Она не сошла с ума! Она практически закричала от счастья и чуть не помчалась обратно в Понивилль, чтобы утереть всем нос.

Сделав глубокий вдох, она подошла к люку и отворила его магией. Рэрити осторожно вошла внутрь и направилась вниз, освещая свой путь рогом. Она остановилась прямо перед входом, вспомнив про барьер, появлявшийся раньше. Предварительно помахав копытом в проходе и не увидев барьера, она вошла в комнату, погружённую в кромешную тьму.

Элары нигде не было видно, Рэрити предположила, что та уже с принцессой. Её мысли перенеслись к Темису, к тому, как жестоко он был атакован древесным волком. Выжил ли он?

— Принцесса? — неуверенно окликнула единорожка, пытаясь заприметить аликорна во тьме. Как вообще можно было призвать призрака? Выложив из книг и свечей пентаграмму, попутно скандируя Десятичную систему Старсвирла?

Рэрити осмотрелась вокруг и заметила знакомый голубой канделябр на ближайшем столе. Подойдя, она заметила всё то же малиновое свечение.

— Эм… Пардон? — спросила она, испытывая глупое чувство от разговоров с подсвечником.

Пробудившись ото сна, четыре свечи загорелись, и он взлетел в воздух, начав кружить вокруг единорожки. Это даже напомнило ей поведение восторженного щенка. Но всё же, хоть канделябр и ускорит её поиски, без сомнения, отыскать принцессу было бы проще в полностью освещённой комнате. «Что она там говорила, чтобы заставить его трансформироваться?»

— Старсвет, пожалуйста? — она осмелилась попробовать, но канделябр лишь ненадолго остановился, прежде чем продолжить беспрестанно наворачивать круги. После нескольких безуспешных попыток она решила продолжить поиски.

— Принцесса Твайлайт?

Кобылка безрезультатно осматривала книжные полки сверху донизу. «Я и правда так сильно хочу её найти? Может, сама судьба говорит мне возвращаться домой?» У Рэрити вырвался разочарованный вздох. Неужели она прошла через всё это, чтобы вот так просто отступить? Неужели ей не было суждено поучаствовать в невероятном приключении, как Дэринг Ду?

— Ну и ладно! — возмущенно воскликнула единорожка, взмахнув гривой и топнув копытом по полу. Неужели теперь, когда Рэрити вернулась по собственной воле, принцесса неожиданно оказалась по ушки в своих призраченских делах? Что ж, может, Рэрити не так уж и хотелось увидеться с ней! Хах!

— Тоже мне, призрак, — пробормотала она, усевшись и нахмурившись на канделябр с его надоедливым мельтешением. Единорожка заметила небольшую стопку книг неподалёку и в порыве разочарования толкнула её копытом, наблюдая, как книги с грохотом развалились по полу. Пристально посмотрев на них с минуту, она решила, что, возможно, пора отправляться домой. Махнув гривой, Рэрити встала, развернулась и оказалась лицом к лицу с не менее сердитой принцессой. С визгом единорожка завалилась на круп.

Все её мысли целую неделю были поглощены необходимостью вновь встретиться с принцессой. Сейчас же Рэрити обнаружила, что, возможно, не стоило быть такой нетерпеливой. Принцесса Твайлайт осмотрела её с невпечатлённым выражением лица, выглядящем более чем ужасающим в тусклом свете канделябра.

«Так вот, как я умру» — подумала Рэрити, тяжело сглотнув.

Однажды, столетия спустя, кто-нибудь найдёт библиотеку и увядшее тело единорожки в ней. Это будет невероятно интеллигентный красавец-детектив из Мэйнхеттена, одетый в пальто и элегантную фетровую шляпу. После захватывающего и напряжённого расследования, он выяснит, кто убийца, и затем драматично объявит: «Это сделала принцесса Твайлайт Спаркл своим расширенным изданием мемуаров Старствирла Бородатого!»

— Они были в алфавитном порядке, — эти слова вырвали Рэрити из её предсмертной задумчивости.

— Я… Я… прошу прощения… Я… — пропищала единорожка.

Аликорн прошагала мимо своей гостьи и начала вновь сортировать столь бесцеремонно разбросанные по полу книги. Закончив с этим, она повернулась к Рэрити и уже было раскрыла рот, предположительно для того, чтобы продолжить читать нотации.

Но их не последовало.

Она таращилась на единорожку несколько мгновений, прежде чем прикрыть рот, и неожиданно подошла так близко, что это наверняка было нарушением личного пространства, должного предоставляться призраками живым.

— Снова ты… — выражение её лица немного смягчилось, а в голосе прозвучала не злость или раздражение, а неверие. Принцесса выглядела сбитой с толку самим присутствием Рэрити.

Она сделала несколько шагов назад, не сводя внимательного взгляда со своей посетительницы, позволяя той неуверенно подняться.

Единорожка нервно посмеивалась, отряхиваясь после сидения на полу.

— А, да! Снова я, — запинаясь, выдавила она с улыбкой на лице, надеясь, что её неистово бьющееся сердце вскоре успокоится. — Это я задержалась тут прошлый раз, а теперь именно я вернулась. Вот чудачка!

Принцесса Твайлайт повернулась к канделябру, всё так же паря рядом с гостьей.

— Стар, а ну прекращай и живо наверх. — По её команде подсвечник взлетел к потолку и превратился в люстру. Как только комнату залил свет, принцесса обернулась к единорожке.

Обе кобылки пристально смотрели друг на друга, не решаясь нарушить молчание. Спустя несколько секунд Рэрити осознала: она не знает, о чём говорить, что делало повисшую тишину ещё более неловкой.

— Ты принесла мою книгу? — безэмоционально спросила Твайлайт.

— Ох! — единорожка в спешке открыла седельную сумку и вынула книгу о драгоценных камнях. — Как и обещала, принцесса, — сказала она, протянув ей книгу.

Глаза аликорна распахнулись от удивления, Рэрити могла поклясться, что на краткий миг увидела призрачную улыбку. Принцесса робко взяла книгу своей магией и уставилась на неё в изумлении.

— Ты… Ты в самом деле вернула её…

— А почему я должна была её не возвращать? — спросила единорожка, закрыв сумку и улыбнувшись принцессе. — Все должны возвращать книги в библиотеку. Разве нет?

Твайлайт пристально смотрела на свою посетительницу, будто это она была чем-то потусторонним. Затем, выражая согласие, быстро кивнула с восторгом, поразительно напоминающим восторг маленького жеребёнка. Искра магии вылетела из её рога, и перед ней появилась коробка с библиотечными карточками. Вскоре возникло и перо, которым принцесса сделала пометку на левитированной к ней карточке, относящейся к книге Рэрити.

— Спасибо, что вернула её, — ответила аликорн, после чего карточки и книга исчезли в последовавшей вспышке магии.

— Я… — она оглянулась на другой конец коридора из книжных шкафов. — Я хорошо позаботилась о твоей кни… — она встряхнула головой, прежде чем продолжить, — журнале. Ты пришла его забрать? — в голосе неожиданно появилось что-то похожее на огорчение.

— Ах, ну, я…

— Нам сюда, — принцесса куда-то пошла, даже не дожидаясь ответа.

Рэрити последовала за ней через многочисленные ряды шкафов. Молчание хоть уже и не было неловким, но всё ещё никуда не пропало. Тысячи вопросов проносились в её голове, но не было надлежащего способа их задать. Не могла ведь она ни с того ни с сего спросить «эй, принцесса, а как так вышло, что ты заперта здесь навечно?» Рэрити помнила, как принцесса подразумевала, что Дух был побеждён. Разве ей не было любопытно? Чем больше единорожка задумывалась об этом, тем больше всплывало вопросов, но ей всё ещё не хватало смелости их задать.

Наконец они пришли, и Твайлайт пошла к столу неподалёку. Рэрити шла позади аликорна и увидела свой журнал, он лежал раскрытый на столе рядом с пергаментом, на котором были незавершённые записи. Также там было несколько старых книг о моде. Принцесса Твайлайт сравнивала моду её времён с современной? Это был бы обворожительный анализ и увлекательное чтение.

Прежде чем Рэрити смогла заглянуть в записи на свитке, Твайлайт свернула его и убрала к своим книгам. Затем она взяла журнал и левитировала его к хозяйке.

— Я не успела закончить заметки о нём, — призналась она, глядя на журнал с каплей сожаления.

— … Недели было недостаточно? — единорожка считала, учитывая с каким интересом принцесса читала его неделю назад, что она должна была прочесть журнал от корки до корки не меньше пятидесяти раз.

— Более чем, но… — бросив взгляд на стол с лежащим на нём свитком, Твайлайт выглядела слегка пристыжённой. — Я… предполагала, ты больше не вернёшься, так что была уверена, что времени закончить предостаточно.

Рэрити села и взяла журнал в копыта.

— Ах, в таком случае, как много времени вам нужно на завершение? — спросила она, мельком пролистывая страницы. — Если не много, для меня не проблема одолжить его ещё на несколько часиков.

Это не только осчастливит принцессу, но и даст Рэрити лишнее время закончить осмотр библиотеки. Ей всё ещё было любопытно, что же на нижнем этаже, и, возможно, ещё ниже тоже что-то есть? Она ожидала ответа Твайлайт, но когда его не последовало, подняла взгляд.

К её удивлению, принцессе было неудобно. «Нет, не так. Она выглядела… виноватой?» Её ушки поджались, и, проследив за её взглядом, Рэрити поняла, что Твайлайт уставилась на её забинтованное копыто.

— Ох! Принцесса, это вовсе не из-за вас…

— Я прошу прощения… — раздался ответ, полный раскаяния. — Я могу… Если ты хочешь…

Рэрити доброжелательно улыбнулась, пряча копыто. Хоть она и сомневалась, что принцесса стала бы теперь на неё нападать, она не была уверена, что хотела бы иметь дело с магией принцессы в ближайшее время.

— Вовсе не обяза…

— Хуу!

Единорожка обернулась и почувствовала безмерное облегчение, увидев ковыляющего к ним Темиса. Его левое крыло было полностью обмотано в ткань, разматывающуюся с каждым шагом. Маленькая сова выглядела в восторге от встречи с Рэрити, ухая на неё несколько раз.

— Темисто! — отчитывала совёнка Твайлайт, левитируя его на стол. Она поправила повязку магией. Когда та закончила, Темис радостно ухнул, аликорн лишь вздохнула и строго покачала головой. — Тебе нельзя много двигаться пока крыло не поправится. Вдруг ты поранишься снова? Я ведь не смогу отправиться наружу и помочь тебе.

Рэрити неожиданно почувствовала себя ужасно виноватой. То, как принцесса смотрела на Темиса, как рада она была поделиться журналом с Эларой… Эти совы были её единственными друзьями, а Рэрити своими действиями чуть не убила их обоих. Её чувство вины лишь удвоилось, когда Темис ослушался Твайлайт и взлетел на своё любимое место на голове единорожки, спотыкаясь и держась за её рог для поддержки.

— Темис, а ну прекращай, — вновь пожурила его принцесса, левитируя на пол. — Отправляйся в гнездо, или я накажу Эларе заставить тебя сидеть смирно.

Он подчеркнул своё разочарование, ухнув, и заковылял прочь, аликорн повернулась к своей гостье.

—… Моя книга оказалась полезной? — спросила она, и, когда Рэрити кивнула, на её лице появилось удовлетворённое выражение. По правде говоря, той просто не хватило духу сказать принцессе, что она не продвинулась дальше первой страницы. — Ты хотела бы взять ещё одну?

Прежде чем единорожка могла хотя бы открыть рот, за неё уже ответили.

— Может быть, тебя заинтересует книга о том, как себя правильно подать?

— Вы имеете в виду, о моде? Если позволите, я не откажусь взять одну. — ответила Рэрити, моргнув в недоумении.

— Тогда, пожалуйста, подожди минутку. Мне нужно будет сходить на нижний этаж…

— Нижний этаж? — поспешно перебила единорожка, широко улыбаясь. Наконец-то! Идеальный повод туда заглянуть. — Могу я пойти с вами? Мне интересно взглянуть, какие ещё книги здесь есть!

— Я… на нижний этаж? — с неожиданной нерешительностью ответила Твайлайт. — Полагаю, ничего плохо в этом нет, но там… — она замолчала и прикусила губу — … небольшой беспорядок.

— Ой, меня это совсем не волнует! — настаивала Рэрити с сияющей улыбкой.

— Ну ладно… — ответила аликорн после небольшой задержки и направилась к лестнице.

* * *

Следует признать, нижний этаж не был столь впечатляющим, учитывая, что Рэрити абсолютно ничего не могла разглядеть. Она спускалась за принцессой по спиральной лестнице, пока они не пришли к едва освещённому балкону с видом на второй этаж.

«Может, стоило взять с собой канделябр?» — подумала Рэрити, заглядывая в темень ниже балкона.

— Свирл! Свет, пожалуйста! — произнесла принцесса.

И вдруг Рэрити заметила тусклый свет, мерцающий где-то внизу. Спустя минуту свечение приблизилось, и она смогла разглядеть силуэт одного из, по всей видимости, многих заколдованных канделябров Твайлайт. В отличии от Стара, этот был мало заинтересован в Рэрити и просто пролетел мимо неё к потолку, где он превратился в прекрасную люстру.

Теперь же, когда всё помещение было освещено, у единорожки отвисла челюсть от открывшегося перед ней вида. Как она и представляла, здесь в самом деле были дюжины книжных шкафов, но вместо того, чтобы быть расставленными в упорядоченные ряды, как на первом этаже, они образовывали гигантский изощрённо переплетающийся лабиринт. Хоть такой дизайн и был очень впечатляющим, он вовсе не выглядел практичным.

— Принцесса, как вам пришла в голову идея такого дизайна для библиотеки?

— Мне? — фыркнула Твайлайт. — Я за это не в ответе, — поправила она, осмотрев лабиринт с брезгливым выражением на лице, прежде чем продолжить спуск по лестнице.

Странно. Если это сделала не она, тогда…

— Это сделал Дух? — продолжила Рэрити, вспоминая, что в легенде говорилось о его любви устраивать беспорядок везде, где только мог.

Принцесса остановилась и посмотрела через плечо на свою гостью слегка прищуренными глазами.

— Дух хаоса?

— Ну да, — приподняв бровь, ответила Рэрити, будто это было очевидно, ведь так оно и было. Как Твайлайт могла не знать, кто такой Дух? — Дух который… заставил вас здесь остаться, — пояснила она, стараясь высказаться как можно мягче нежели «запер вас здесь до скончания времён».

Принцесса лишь молча смотрела на кобылку ещё минуту и продолжила спуск на нижний этаж без лишних слов. Единорожка поспешила за ней и осознала, что, возможно, затронула больную для аликорна тему. «Где твоя тактичность?» — ругала она себя, отлично зная, что не добьётся расположения принцессы подобным образом.

Спустившись с последних ступеней, Твайлайт молча повела Рэрити вдоль стены лабиринта, пока они не дошли до единственного входа. Принцесса сделала глубокий вдох и оглянулась между лабиринтом и единорожкой.

— Ты уверена, что хочешь войти? Я могу сама найти нужную тебе книгу.

— Вполне уверена. — кивнула она в ответ.

— Ты была права. Дух хаоса и дисгармонии превратил книжные шкафы на этом этаже в лабиринт, — сказала Твайлайт, оглянувшись на вход

— Могу представить, почему это может быть затруднением.

— Ох, — аликорн покачала головой, — он сделал куда больше, чем хаотичная расстановка шкафов. Если ты уверена, что хочешь искать там книгу, советую зайти раньше меня.

Рэрити нахмурилась, но осторожно сделала, как ей сказали. Зайдя внутрь, она в ожидании задержала дыхание, но ничего не произошло, из-за чего на принцессу упал вопросительный взгляд. Та лишь сделала глубокий вдох и шагнула в лабиринт, после чего поверхность начала трястись.

Жёлтое свечение магии окутало книжные шкафы, и они взлетели в воздух. Принцесса по большей части выглядела раздражённой, тогда как Рэрити в шоке уставилась на переставляющие сами себя шкафы. Книги повылетали с полок и устроились на другие, а на месте входа появились шкафы, перекрывая путь наружу.

Спустя несколько мгновений, когда магия рассеялась и всё приземлилось на пол, Твайлайт сделала глубокий вдох и сказала:

— У нас есть примерно двадцать минут чтобы найти нужную секцию, взять книгу и покинуть лабиринт, — проинструктировала она, направившись влево к книжным полкам, просматривая номера на них. — Нам нужна секция социальных наук, ищи номер триста девяностый.

— Как мы будем знать, сколько времени осталось? — спросила Рэрити, следуя за принцессой и просматривая номера.

Похоже, поиск нужной секции будет очень трудоёмкой задачей, учитывая, что секция семьсот сорок была между сто двадцатой и пятисот пятидесятой.

— Я отсчитываю секунды с момента входа в лабиринт, — ответила Твайлайт, повернула на первой развилке налево и продолжила: — Моя магия здесь не работает, так что я не могу телепортировать или призвать книгу.

— Откуда ты так много обо мне знаешь? — спросила она, повернув направо.

— Ч-что? — спросила Рэрити, которую застали врасплох, отвернулась от полок с книгами и подошла к принцессе. — Что вы имеете в виду?

— Похоже, что ты — четыре — знаешь — три — почему — два — я здесь. Один, — она остановилась и подняла копыто. — Остановись, пожалуйста. — Рэрити последовала инструкции прямо перед тем, как поверхность начнёт трястись вновь, а несколько шкафов исчезнут, открывая впоследствии новые проходы.

— Осталось семнадцать минут, — объявила принцесса, направляясь по одному из новых путей. — Ты даже не спрашивала, почему я здесь, ведь уже знаешь… — она остановилась и повернулась к Рэрити, прищурив глаза. — Я ведь права?

— Я… Вы понимаете…

— И единственный, кто может знать об этом, это сам Дух хаоса, — продолжила Твайлайт, шагая в сторону единорожки, которая отступала в ответ.

— При-принцесса, я не он! Я могу объя… — тряся головой и отступая к стене лабиринта, начала Рэрити.

— Я никогда этого не говорила, — перебила аликорн. — Не в этот раз. Шестнадцать минут.

Они продолжали идти ещё с минуту, пока прямо перед ними неожиданно не появился шкаф, перекрывший им путь. Вернее, путь Рэрити, так как принцесса прошла прямо сквозь него, отделившись от своей спутницы.

Единорожка упёрлась копытами в новую преграду, тщетно пытаясь её сдвинуть.

— Эм, принцесса Твайлайт? — она окликнула, но, не получив ответа, развернулась в поисках другого пути к аликорну. Рэрити провела несколько минут в попытках найти способ добраться до принцессы.

— «Сказка о четырёх принцессах», о чём она? — кобылка остановилась, чтобы осмотреться, но не нашла никого в поле зрения.

— Когда ты впервые пришла в мою библиотеку, сказала: «Сказка о четырёх принцессах не может быть правдой». Что это значит? — голос принцессы отчётливо раздавался во всей комнате, хоть и звучал, будто она уже была на другом конце лабиринта. — О чём эта сказка?

— Она о четырёх принцессах, живших давным-давно, — объяснила Рэрити, зайдя в очередной тупик и разворачиваясь назад, используя голос принцессы как ориентир. — Они вступили в сражение с Духом хаоса, и он спрятал оружие, способное победить его. Три принцессы отправились на поиски, но… он запер их.

— Десять минут, — объявила Твайлайт где-то вдали. — Где? Где он их запер?

— Он запер принцессу солнца около водопада, — начала рассказывать Рэрити, когда шкаф рядом исчез, и она вошла в другую часть лабиринта, — принцессу луны внутри горы и принцессу мудрости внутри… — ещё один шкаф исчез, но в этот раз она нашла принцессу в соседнем коридоре, — подземной библиотеки, — договорила сухим голосом Рэрити смотрящей вперёд аликорну, полностью её игнорировавшей. Та посмотрела на единорожку и спросила:

— Они жили давным-давно? Насколько давно?

— Принцесса, легенде более тысячи лет… — ответила Рэрити, не вспомнив точного числа, и увидела, как ушки Твайлайт поникли, а глаза широко распахнулись.

— Более тысячи лет? — едва слышно спросила аликорн, опустив взгляд на пол.

— Принцесса Твайлайт…

Как должно быть ужасно осознавать это: всё, что ты когда-либо знал и любил уже давно похоронено неумолимым течением времени. Рэрити не могла даже попытаться представить, каково это. Она почувствовала необходимость утешить принцессу, погрузившуюся в уныние, и направилась к коридору.

— Восемь минут.

Прежде чем Рэрити успела дойти до аликорна, книжный шкаф появился в проходе вновь, скрыв принцессу с глаз.

— Чтоб тебя! — пробормотала она, топнув копытом по полу и направилась вправо вдоль стены. И почему создавалось впечатление, что Твайлайт целенаправленно её избегает?

И вновь единорожка была в полном одиночестве в непредсказуемом лабиринте. Её уже утомляли все эти тупики, перестановки шкафов и чувство отдалённости от принцессы.

— Что насчёт Духа? — спросила Твайлайт голосом, эхом раздающимся по комнате. Оттенок боли и уныния в её словах испарился, сменившись прохладным тоном. — Он был повержен. Я права?

Рэрити повернула направо, прошагала несколько метров и свернула налево, пытаясь оттянуть ответ на вопрос.

— Нет, — ответила она наконец, впервые довольная, что не видит принцессы, не видит её реакции на то, что виновник её несчастий никогда не был наказан. — Если верить легенде, он заточил принцесс солнца, луны и … вас, а потом покинул Эквестрию.

— Аха!

Будто среагировав на бурную реакцию Твайлайт, весь лабиринт поднялся в воздух где-то на на полметра, а затем с грохотом приземлился обратно. Несколько шкафов взлетели не меньше чем на пять метров, создавая подобие коридора, через который Рэрити могла увидеть принцессу на другом конце лабиринта.

— Он «покинул» Эквестрию?! — спросила аликорн, топнув копытом по полу. — Невозможно! Он был повержен! Должен быть. У него недостаточно сил, чтобы победить принцессу! — книжные шкафы снова рухнули на пол, но голос Твайлайт становился только громче. — Это неверно. Ваши предки не сильно-то заботились о сохранении истории Эквестрии.

«Кажется, кое-кто не хочет признавать истину».

— Принцесса Твайлайт, я не пытаюсь вас задеть, — осторожно начала Рэрити, зная наверняка, что последующее заявление может быть оскорбительным. — Но вы ясно дали понять: вы не имеете ни малейшего представления о событиях после вашего заключения. У вас нет возможности знать наверняка, ошибочна ли легенда.

Тишина.

Иронично шумная тишина звенела в ушах Рэрити, казалось, нестерпимо долго. Принцесса попросту не отвечала. Сколько же минут длилось молчание? Рэрити замедлила шаг, пока совсем не остановилась, сердце колотилось в груди. Неужели она пересекла черту?

— Тебе снятся кошмары? — наконец спросила принцесса.

— Кошмары? Ну конечно, — в недоумении ответила единорожка. — Каждому пони снятся кошмары.

На самом деле, ей приснилось не меньше трёх за последнюю неделю, во всех она была духом, навечно заточённым в бутике «Карусель».

— В прошлом… ещё до моего плена, кошмаров не существовало, — продолжила Твайлайт. Казалось, её голос разносится по всей комнате, и Рэрити вновь начала её искать. — Луна… В смысле, принцесса луны, всегда могла проникать в сны и следить, чтобы все пони просыпались отдохнувшими и бодрыми. До моего заточения у меня был лишь один кошмар, — она запнулась. — В последнюю ночь, когда я ещё могла спать.

— В-вы имеете в виду…

— У тебя есть пони, о котором ты заботишься, брат или сестра, например? — спросила аликорн, поспешно меняя тему разговора.

— Младшая сестра, — ответила Рэрити, остановившись в очередном тупике. Она подумала о Свити, и в каком восторге та была бы, узнав о реальности существования принцессы. — Свити Белль.

— Представь, что в твоём первом кошмаре на Свити Белль напали, а ты не в силах что-либо сделать? — продолжила Твайлайт. Рэрити не хотелось даже думать об этом, но принцесса, похоже, была полна решимости создать яркую картинку. — А что, если это был бы твой последний сон? Сон, в котором самый дорогой тебе пони страдает от монстра, и каждая секунда этого сна преследует тебя каждое мгновение после пробуждения?

— Я…

— Луна была для меня почти как сестра. Она заботилась обо мне, и я заботилась в ответ, даже когда она считала, что настоящая сестра этого не делала. — Вновь опустилась тишина. Как вдруг принцесса прошагала прямо перед Рэрити, даже не беспокоясь оглянуться на единорожку, проходя через ещё один шкаф. — В моём кошмаре он сделал то, что я планировала для него. Он превратил меня в камень, наказав за мои деяния.

— Наказав за ваши деяния? — смотря на номера на полках, спросила Рэрити. Она решила всё же попытаться найти нужную им книгу, пока ещё есть время. Ей не было известно, сколько именно у них осталось времени, но не смела спросить об этом принцессу.

Твайлайт появилась вновь и направилась по пути, которым сможет пройти живущий. Рэрити поспешила нагнать аликорна и направилась следом, внимательно следя за ней и попутно избегая столкновений со стенами лабиринта, когда принцесса резко поворачивала.

Аликорн по прежнему упрямо отводила взгляд от Рэрити по мере того как продолжала рассказ:

— Он напал на неё, а я не могла ничего поделать, лишь наблюдать из своей гранитной тюрьмы. Я… была обращена в камень… — тут она остановилась и подняла взгляд. — Иногда я задумываюсь, а быть запертой в библиотеке не тоже самое, в некотором роде?

— Принцесса… — Рэрити подняла копыто, намереваясь утешительно похлопать по плечу. Но прохлада в конечности, прошедшем сквозь принцессу, немедленно напомнила о реальности, ненадолго забытой ею. Единорожка в спешке отдёрнула копыто и прижала его к груди, шерсть встала дыбом.

Принцесса закрыла глаза, стиснула зубы и прошла сквозь один из книжных шкафов, вновь оставляя Рэрити в одиночестве.

— Постойте, принцесса! — в отчаянии прокричала единорожка, сожалея о своём поступке. — Я не хотела… — С вырвавшимся вздохом отчаяния она закрыла лицо копытами. «Почему всё так сложно?».

— И тогда я проснулась. — Единорожка опустила копыта, а её ушки тут же встали торчком, услышав принцессу.

— Я убеждала себя, что Луна, должно быть, скрывается, что она не могла следить за снами в ту ночь. Убеждала себя, что мы спрятались достаточно хорошо, и он никогда нас не найдёт. Ведь даже я не знала, где были остальные. Лгала себе, ведь мысль о том, что… что-то пошло не так… я уже навредила столь многим и… до тех пор, пока у меня не было осязаемого, существенного доказательства, что на неё напали, верила в свои догадки. Но на следующий день пришёл он… — её голос наполнился горькой злобой, — с тиарой Луны на голове, дразня меня её «восхитительными» качествами.

— Чёрная тиара?.. — спросила Рэрити с широко распахнутыми глазами. Она вспомнила Ночь Поисков и грязную, ржавую тиару, которую нашла брошенной рядом с деревом. «Неудивительно, что она приняла меня за духа, увидев корону!»

— Именно поэтому я уверена, что рассказанная тобой история не верна.

Рэрити развернулась и увидела принцессу, сидящую за ней со взглядом, прикованном к аккуратно расставленным книгам.

— Сначала он добрался до неё, затем пришёл за мной… и должен был отправиться за принцессой Селес… — закрыв глаза, она издала протяжный, утомлённый вздох. — Ноль.

И вновь жёлтая магия окутала все книжные шкафы до последнего и переставила лабиринт по-новому. Но на этот раз Рэрити была слишком занята наблюдением за Твайлайт, чтобы следить за изменениями.

Аликорн наконец-то повернулась и посмотрела на единорожку, и, хотя её выражение лица было безразличным, глаза отражали совсем другой спектр эмоций: отчаяние и сожаление. Когда лабиринт прекратил свои перестановки, принцесса посмотрела на полку за Рэрити и сказала:

— Ох. Секция костюмов и манер.

Единорожка глянула за спину и заметила позади полку, отмеченную номером триста девяносто один. Она бегло окинула взглядом книги, осознав, что они её ни капли не интересуют.

— Но, принцесса Твайлайт, они где-то…

— Если они и вправду где-то заперты, то с этим ничего не поделать, — ответила аликорн, поджав ушки. — Я не в состоянии помочь или даже найти их, я здесь застряла. — она едва успела договорить, как Рэрити тут же ответила:

— Но не я.

Их глаза широко распахнулись, когда обе кобылки осознали предложение, лежащее за этими словами. Неужели она взяла и так просто предложила подобное?

Принцесса потрясла головой.

— Нет, ты не сможешь. Если он и впрямь запер остальных, сомневаюсь, что он намеревался позволить их найти.

— И всё же я здесь, — парировала Рэрити. — Я нашла вас. Даже дважды. Кто знает, может, мне и с поиском остальных принцесс повезёт не меньше.

— Но… — Твайлайт выглядела совершенно сбитой с толку. — Но ты… Ты… хочешь найти… Почему? — выпалила она, запинаясь и моргая от удивления. — Почему тебе хочется…

— А почему бы и нет? — продолжила Рэрити, не в состоянии остановиться, когда идея угнездилась в её мыслях, хотя часть её и не была в восторге от намечающейся доблестной охоты за сокровищами. Она пригладила гриву копытом и нахмурилась. — Это не совсем безрассудно, правда, особенно учитывая, что вы можете мне помогать отсюда. И кто-то ведь должен найти остальных принцесс. На самом деле… — она прикусила губу. — Мы с Флаттершай собирались в Кантерлот через несколько недель и могли бы попросить помощи у принцессы Дензы!

Ну конечно! Если она сделает снимки принцессы Твайлайт, то сможет показать их самой Кадензе в Кантерлоте! И разве Твайлайт не намекала, что Денза дальний предок первоначальных четырёх принцесс? Конечно же, Денза не посчитает их рассказ выдумкой! Разве может быть иначе?

— Нет. — Выдернутая из своих мыслей ответом принцессы, Рэрити удивлённо моргнула.

— …Нет? — Твайлайт лишь вздохнула и отвела взгляд.

— Я… не хочу, чтобы ещё больше невинных пони подвергались опасности из-за… этого. Если действительно есть способ освободить нас, кто-нибудь нашёл бы его гораздо раньше, — она снова повернулась к Рэрити, а её выражение смягчилось. — Я… уже получила больше чем желала, когда ты вернулась.

Единорожка раскрывала и закрывала рот несколько раз, потеряв дар речи. «И это всё? Она так легко сдаётся? Но почему?» — спрашивала она себя, у неё сложилось впечатление, что принцесса что-то от неё скрывает. Но опять же, наверняка есть миллионы вещей, которые она не намеревалась разглашать.

— Тогда, как скажете, — хотя и неохотно, отступилась Рэрити. Принцесса заметно расслабилась и кивнула.

— Думаю, тебе стоит выбрать книги по нраву, — предложила она, посмотрев на полку за своей гостьей. — У нас не так много времени, чтобы найти выход отсюда, пока лабиринт не перестроится вновь.

* * *

Учитывая, что единорожка провела пятнадцать минут, решая, какую книгу взять, а затем ещё столько же принцесса объясняла, почему другая была бы лучшим выбором, две кобылки невольно запустили очередную перестановку лабиринта, из-за чего покинули его позже, чем намеревались. Несмотря на это, Рэрити и не горела желанием уходить.

Вместо этого она уселась за один из столов у главного входа и принялась за чтение, пока принцесса дописывала свой анализ журнала. К тому времени Рэрити чувствовала себя в библиотеке гораздо спокойнее и, надо признать, получала удовольствие, отвечая на множество вопросов Твайлайт.

Прошло ещё пара часов и не меньше шестидесяти вопросов, прежде чем Рэрити, наконец, решила отправиться домой.

— Ну что же, мне следует вернуться до того, как Флаттершай поднимет армаду зверей на мои поиски, — сказала она, закрыв книгу о моде древности и убрав её в сумку. — Тогда я оставлю вам свой журнал? — Твайлайт подняла взгляд от своего чтения, кивнула и добавила:

— И пожалуйста, не забудь, дата возврата через пять дней.

— Значит, пять дней! Этого должно быть достаточно, — ответила единорожка.

Достаточно, чтобы купить фотоаппарат и различные принадлежности, как ей пришло в голову, просто необходимые принцессе. Она также захватит с собой собственную копию сказки, о которой тихонько попросила Твайлайт, когда они вышли из лабиринта.

Также ей понадобится карта Эквестрии и больше информации о легенде, если она хочет иметь хоть какие-то шансы найти двух пропавших принцесс и потерянные книги. Раз уж Твайлайт не может покинуть библиотеку, то и узнать, что Рэрити солгала, никогда не сможет? Лишь то, что принцесса так легко сдалась, вовсе не значит, что и ей следует.

Да и как она могла? Как можно жить, зная, что где-то заперты в ловушке две одиноких беспомощных пони? Было бы откровенной жестокостью  просто-напросто притвориться, что не знаешь о их существовании, и даже не попытаться их вызволить.

— Всего наи… — начала было Рэрити, повернувшись к столу, но с удивлением обнаружила, что принцесса уже пропала из виду. Она встряхнула головой и пошла дальше к туннелю. «Возможно, в следующий раз мне стоит занести ей книгу по надлежащему этикету».

— Рэрити?

Единорожка остановилась прямо перед туннелем, развернулась и обнаружила в нескольких метрах перед собой аликорна, выглядевшую неуверенной в себе.

— Да, принцесса?

— Когда ты предложила попытаться найти остальных. Неважно, намеревалась ты или нет, я хотела сказать… — на мгновение она сделала паузу и посмотрела прямо в глаза Рэрити. — Спасибо.

— Всегда пожалуйста, принцесса Твайлайт, — ответила единорожка с великолепнейшей улыбкой на губах.

Аликорн лишь кивнула и испарилась вновь. Рэрити с минуту смотрела на место, где прежде стояла принцесса, всё так же улыбаясь, затем развернулась и вошла в туннель.

«Я буду только рада найти их».

## — Глава 4 — Парад принцессы

[Изображение: https://i.imgur.com/PXQsEVt.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/dtb2gYr.png]

* * *

— Шайнинг Армор, я… не думаю, что он сдастся мирно…

— Принцесса Селестия не пошла бы на это, считая, что это не сработает, Твайлайт.

— Но… Мне страшно… Если у нас не получится, Селестия сказала, я буду должна… Что, если я не могу остановить его? Что, если не могу быть носителем элеме…

— Твайли, если до этого и дойдёт, ты справишься. И запомни, мы с Кейденс всегда будем рядом и поддержим тебя.

* * *

— Фотоаппарат?

— Зеркальная система со спектральной матрицей, если точнее, — с улыбкой на лице процитировала продавца Рэрити, левитируя камеру в воздухе перед принцессой, чтобы та могла её осмотреть.

Твайлайт даже близко не выглядела так же воодушевлённо, как Рэрити. Судя по тому, как она попятилась на несколько шагов, стало очевидно: чуждый объект её беспокоил. С другой стороны, то, как она навострила ушки и наклонила голову, было явным признаком восхищения и любопытства, вызываемыми маленьким устройством.

Буквально пара щелчков, и у Рэрити будет неопровержимое, неоспоримое и непоколебимое доказательство, что принцесса Твайлайт отнюдь не плод её воображения. Довольно осязаемое доказательство, чтобы его можно было предоставить самой принцессе Дензе. В конце концов, до поездки в Кантерлот, которую они с Флаттершай планировали неделями, всего несколько дней, и это отличная возможность попросить принцессу о помощи.

Единорожка опустила камеру и деликатно погладила её копытом, будто это был наитончайший шёлк из Седловой Аравии. В самом деле, учитывая ценник, это недалеко от правды.

Рэрити левитировала к себе седельную сумку, достала инструкцию по применению к камере и бегло просмотрела страницы.

— Меня заверили, что это лучшая модель из имеющихся и она способна сделать снимки… — кобыла посмотрела на принцессу и лукаво улыбнулась, — совершенно чего угодно.

Единорожка едва успела договорить, как инструкция испарилась из её магической хватки и оказалась перед принцессой. Тут же возник пергамент, куда Твайлайт записывала незнакомые слова из журнала моды, и начал пополняться по мере чтения.

Рэрити же решила не терять времени и опробовать камеру в действии, пока её призрачная фотомодель была поглощена чтением. Она навела объектив на принцессу, посмотрела в видоискатель и… никого не увидела?

— Принцесса? — подняла взгляд Рэрити, но не нашла аликорна. Однако после беглого осмотра она обнаружила Твайлайт, прижавшуюся к стене с широко распахнутыми крыльями и шокировано уставившуюся на единорожку.

— О-ох, прошу прощения, я вовсе не хотела вас напугать!

Объектив камеры тут же опустился, а Рэрити неловко прокашлялась. Возможно, наставлять неизвестные штуковины на бурно реагирующего аликорна с пристрастием швырять пони в книжные полки, не самая блестящая идея, приходившая ей в голову.

— Это больно? — спросила принцесса, вновь поднеся к себе инструкцию и постоянно переводя взгляд то на него, то на камеру.

Хоть Рэрити и понимала, почему Твайлайт беспокоилась, но подавить умилённый смешок было почти невозможно.

— Ничуточки! — с энтузиазмом заявила она, навела объектив на себя, улыбнулась и практически щёлкнула очередной снимок. Не то чтобы модница была против фотографирования своей юной красы, но возникла идея куда интересней.

— Почему бы вам самой не попробовать, принцесса Твайлайт? — сказала она, развернувшись к аликорну и левитировав к ней камеру. — Ознакомившись с теорией, должно быть, не терпится перейти к практике?

Лицо принцессы Твайлайт тут же засияло, и она осторожно перехватила камеру в свой магический захват. Рэрити находила абсолютно умилительным то, с каким восхищением принцесса смотрела на аппарат, о чём единорожка не преминула бы упомянуть вслух, знай она аликорна получше. Тем временем Твайлайт, явно не замечающая завороженного взгляда Рэрити, изучила инструкцию и направила объектив на близлежащий стол.

После щелчка кнопки, фотокарточка выехала из камеры прямо в копыто принцессы. Ещё в течение тридцати секунд аликорн не могла оторвать округлившиеся глаза от фотографии.

— Но... — не договорила она и повернулась к единорожке, развернув к ней изображение черного квадрата. — Ничего не происходит.

Принцесса Твайлайт ещё раз перечитала справочник и нахмурила брови:

— Почему она не работает?

Когда аликорн беспомощно посмотрела на Рэрити, та захихикала, закусив губу.

«Ох, Денза, ну не мило ли выглядит принцесса, сбитая с толку новыми технологиями?»

— Наберитесь терпения, она не совсем мгновенная. Может стоит встряхнуть её? — посоветовала кобыла, сделав схожее движение копытом.

Слова явно не убедили Твайлайт, но она тем не менее потрясла фотокарточку, а затем поднесла её к лицу, наморщив лоб. Спустя пару секунд глаза принцессы округлились, а рот принял форму буквы «о», вместе с тем Рэрити расплылась в улыбке.

— Это... как оно… что за магия... — слова принцессы Твайлайт определенно не поспевали за мыслями. Аликорн телепортировалась к единорожке и показала ей фотографию, продолжая исторгать кашу из неоконченных предложений.

— Ого! Какой хороший снимок стола, — воскликнула Рэрити, взяв фотографию, чтобы рассмотреть поближе.

На самом деле стол был расщеплен посередине, но нельзя же просто так взять и стать профессиональным фотографом?

— Может, ещё одну?

Не успела единорожка закончить предложение, а принцесса Твайлайт уже начала искать, чтобы ещё сфотографировать.

— Так... — она с минуту смотрела на Рэрити, и та, не сумев удержаться, приняла эффектную позу. Но, к её разочарованию, аликорн отвернулась и направила объектив на сидящую на столе Элару.

«Ну и ладно, я и сама могу сделать предостаточно фотографий самостоятельно» — с наигранной обидой подумала Рэрити, всё ещё улыбаясь, хотя и почувствовав укол досады. Наблюдая, как принцесса Твайлайт, сделав снимок, начала яростно махать фотокарточкой, чтобы ускорить процесс проявления, единорожка едва могла сдержать смех.

Как только снимок проявился, аликорн тут же подбежала к Рэрити за «экспертной» оценкой.

— О, какая прелесть! — воскликнула единорожка, восхитившись фотографией озадаченной Элары, смотревшей прямо в объектив.

Теперь, когда принцесса Твайлайт, похоже, впечатлилась концепцией фотографирования, у Рэрити возник вопрос: не пора ли уже попробовать сделать снимок самой королевской персоны?

— Принцесса Твайлайт, может вы хотите, чтобы вас сфотографировали? — вопросила она, осторожно беря копытами камеру из магического захвата принцессы.

— Ну хорошо.

Сделав пару шагов назад, модница направила камеру на принцессу. Видоискатель явил Рэрити чудной вид: принцесса Твайлайт стояла, вся напрягшись: ушки прижаты к голове, а один глаз закрыт.

Единорожка не смогла сдержать смешка, из-за чего аликорн одарила её пристальным взглядом.

— Прошу прощения, принцесса. Вы расслабьтесь, это вовсе не больно, я обещаю.

Слова явно не возымели должного действия, потому что принцесса всё ещё выглядела не в своей тарелке. Пряча половину лица за гривой, она готова была бежать сломя голову при первых признаках опасности. В этот раз Рэрити смогла подавить вырывающийся смешок.

«Если кто ещё и считает меня вменяемой, то он определенно пересмотрит свое отношение, стоит мне рассказать, как невероятно могущественный дух испугался фотоаппарата», — улыбаясь, подумала единорожка.

— Принцесса, а теперь скажите «сыр».

— Сыр?

Помещение озарила вспышка, и камера исторгла из себя фотокарточку, способную насмешить кого угодно. Вот она — принцесса Твайлайт Спаркл, бессмертная пленница библиотеки под деревом, выглядящая так, словно ей на нос села муха. Закусив губу, Рэрити передала фотографию своей модели, которая незамедлительно её взяла и после пристального осмотра бросила на единорожку укоризненный взгляд.

— Я выгляжу просто нелепо! — возмутилась аликорн, расправив крылья от явного негодования.

— Простите, принцесса, — ответила Рэрити, не сумев сдержать пару смешков. — Не хотели бы... то есть... может, мне стоит сделать ещё пару фотографий? Уверена, стоит вам пообвыкнуться, и мы сразу запечатлим кадры получше.

Спустя минуту задумчивого нахмуривания бровей, единорожка уже начала бояться, что ответ будет отрицательным.

— Хорошо, но, если я снова выйду нелепо, я...

— В этот раз все будет хорошо, принцесса, обещаю вам. Просто представьте, будто вы на очень важном мероприятии и хотите показать себя в лучшем свете.

— Ла-адно.

Слова оказали куда большее влияние на принцессу, чем Рэрити того ожидала. Неловкий страх, превративший первую фотографию в курьез, бесследно исчез. Твайлайт оценила несколько десятков поз, уделяя каждой не больше половины секунды. Наконец, она выставила одно копыто перед собой, расправила крылья и глубоко вздохнула:

— Готово, можно... нет, подожди...

Аликорн взмахнула крыльями пару раз и быстро их осмотрела прежде, чем ещё раз сделать глубокий вдох:

— Теперь всё... Я готова.

Улыбке она предпочла спокойное выражение лица, обрамлённое гривой. Даже казалось, будто сама шевелюра делает это осознано. Однако один мятежный локон болтался подле левого глаза.

Каким бы ни был замысел принцессы, Рэрити была поражена.

«А она красавица, не правда ли?»

Целую минуту единорожка таращилась на аликорна, прежде чем заглянуть в визир и сделать две фотографии. Когда карточки проявились, Рэрити с удовольствием обнаружила, что на них принцесса получилась такой же изумительной, как и в жизни. Сама принцесса Твайлайт Спаркл, одобрительно покачавшая головой, казалось, тоже была удовлетворена фотоснимком.

Взяв фотографии, аликорн проследовала к столу, где продолжила чтение инструкции. Теперь у Рэрити появилась столь необходимая возможность сделать фотографии библиотеки.

— Я сейчас вернусь, принцесса, — объявила единорожка, и засим оставила её наедине с фотографиями и книгами.

Если Рэрити намеревалась доказать Дензе, что принцесса Твайлайт не является плодом её воображения, то надо было раздобыть фотографии не только самого духа, но и библиотеки. Ощущая достаточную уверенность, чтобы побродить в одиночестве, Рэрити пошла на фотоохоту: лабиринт, парящие канделябры, прочие элементы декора — всё и вся, способное помочь ей в этом деле. Когда единорожка уже почти закончила осмотр, она обнаружила маленький стол с пергаментами и перьями, стоящий в укромном месте на первом этаже.

— Рэрити?

— Ах! — От столь неожиданного появления у кобылки чуть не случился сердечный приступ, но она быстро собралась и, прочистив горло, сказала с улыбкой: — Да, принцесса?

— Могу я снова одолжить сие устройство? — аликорн посмотрела на камеру.

— Ну конечно же, принцесса! Прошу вас, — ответила единорожка, передавая аппарат. — Рада, что камера вам так понравилась.

Твайлайт дежурно поблагодарила и снова телепортировалась, давая Рэрити возможность осмотреть стол. Над ним висели календарь и часы — их единорожка принесла, чтобы принцесса могла следить за временем. Кобылке было приятно видеть, что аликорн уже заполнила квадратики текущей недели различными делами, хотя один и остался на удивление пустым.

Опустив взгляд, единорожка обнаружила свой экземпляр «Мифов и легенд Эквестрии», лежащий среди бумаг. Несмотря на протесты Твайлайт, Рэрити всё равно принесла книгу, надеясь выудить из аликорна любую полезную информацию. Рядом лежал пергамент, весь исписанный комментариями, дополнениями и вопросами к содержанию легенды.

Другими словами то, что и было нужно единорожке.

— Так-так, — пробормотала Рэрити, скосив глаза на текст. — Заметка номер тысяча шестьсот...

— Рэрити!

От ужаса единорожка практически отскочила от стола, повернулась и увидела принцессу Твайлайт с весьма разочарованным выражением лица.

«Денза милосердная, ну почему я роюсь в её вещах? Просто прекрасно, Рэрити, ты расстроила духа всесильной принцессы-аликорна. Отличное дополнение для твоего резюме».

— Пр-принцесса Твайлайт! — воскликнула Рэрити, переводя взгляд с бумаг на аликорна. — Я... В-вы пришли показать мне ещё фотографий?

Принцесса быстро кинула взгляд на стол, а затем посмотрела на единорожку и покачала головой.

— Я... — начала она, но явно не знала, как закончить предложение. Рэрити готова была поклясться, что на щеках аликорна появился румянец. — Ты скоро уйдёшь?

— Относительно скоро, да, — ответила модница, нахмурив бровь.

Не... перешла ли она где-то границы дозволенного?

— А что такое? Если надо я уйду прямо сейчас.

— Нет, — отрицательно потрясла головой принцесса. — Я просто... Не знаю, будет ли камера готова к твоему уходу, — сказала она и, по-видимому, расстроенно посмотрела на пол. — У меня возникли трудности с её сборкой.

— Со сборкой камеры? — приподняла бровь Рэрити.

Принцесса Твайлайт кивнула и предложила проследовать за ней. Они миновали ряды книжных шкафов и подошли к столу у парадного входа, на котором Элара сортировала части того, что тридцать минут назад было новой и дорогостоящей камерой.

— Я думала, что в книге, которую ты мне дала, будет инструкция к сборке, но...

Принцесса левитировала к себе детали и пристально на них посмотрела.

— Это... потому что... её не предполагается разбирать... — тихо сказала единорожка, наблюдая, как аликорн положила части камеры обратно на стол с подавленным вздохом.

Рэрити, возможно, не смогла бы скрыть весь свой ужас, если годы, проведенные в индустрии моды, не помогли бы ей отточить искусство делать лицо кирпичом. Почувствовав нахлынувшую слабость, она левитировала детали камеры. Не стоили бы они тысячу битсов, она позволила бы им прямо сейчас упасть на землю, но вместо этого медленно положила их обратно на стол.

— Я... я... — она отшатнулась назад с дрожащими коленями, и не осела на пол только ввиду отсутствия рядом кушетки. Одному Духу известно, сколь долго в библиотеке не делали генеральную уборку.

Глубоко вздохнув, Рэрити приложила копыто к щеке. Единственным утешением в сложившейся ситуации было то, что принцесса Твайлайт не знала, к чему могут привести её действия. Возможно.

— Полагаю, уже ничего нельзя поделать... Почти тысяча битсов коту под хвост...

— Тысяча битсов?! — ошарашенно спросила принцесса, переводя полный ужаса взгляд с разобранной камеры на единорожку. Аликорн начала махать копытом в воздухе, будто в попытке подобрать слова. — Но ты же могла купить... маленький домик рядом со дворцом за эти деньги! — выпалила она.

Даже несмотря на свое состояние, Рэрити не смогла сдержать смешок при виде ужаса, охватившего принцессу.

— Уже нет. Боюсь, что за последние тысячу лет битсы серьезно потеряли в цене, — объяснила единорожка, окинув детали последним опечаленным взглядом. Больше продолжать разговор о ней не имело смысла, и Рэрити быстро перешла к более важной теме.

А именно, к освобождению принцессы Твайлайт.

— Ну ладно, я, пожалуй, возьму свои карточки и пойду, — объявила модница и схватила стопку из тридцати карточек, на каждой из которых была переписана информация об одной из утерянных книг Твайлайт. — Уже достаточно поздно, а я пообещала маме, что возьму на ночь свою сестрёнку Свити Белль.

Учитывая, что обычно с ней увязывается ещё и Скуталу, то времени на сборы будет ещё меньше.

— Не забудь мою книгу! — в спешке добавила аликорн, левитируя огромный том позади Рэрити.

Единорожка сморгнула. Она и думать забыла про эту книгу, в основном потому, что сама Твайлайт настояла на том, чтобы Рэрити её взяла.

— Принцесса, это очень радушно с вашей стороны позволить мне взять столько книг, но я буду занята подготовкой к поездке, так что у меня не...

— К возврату через четыре дня, — перебила принцесса Твайлайт, настойчиво прижимая книгу к седельной сумке единорожки.

Отчего такая настойчивость? И почему количество дней продолжает сокращаться? В самом деле, после того как Рэрити уже в срок вернула две книги, резонно было бы предположить, что принцесса начнёт больше доверять ей и увеличит количество дней, но никак не сократит.

— Вы же уже вернетесь из поездки к тому времени?

Рэрити кивнула и, положив книгу в сумку, остановилась прямо перед входом в тоннель.

— Да! В субботу вечером, если точнее. Обещаю, что первым делом наведаюсь к вам утром воскресенья, если у вас нет возражений, конечно же.

Аликорн пару раз кивнула, затем пошла к столу с разобранной камерой. Левитировав детали, принцесса исчезла вместе с ними во вспышке света. Рэрити уже привыкла к тому, что принцесса Твайлайт никогда не прощается, так что она просто пожала плечами и вошла в туннель.

— А, Рэрити, подожди!

Единорожка замерла и оглянулась в библиотеку, где в нескольких метрах от неё стояла Твайлайт.

— Да, принцесса?

Аликорн на мгновение смущенно замялась, но потом произнесла:

— О, эм... до свидания.

Рэрити не удержалась и захихикала.

— И вам, до свидания, принцесса Твайлайт, — немного поклонилась для пущего эффекта единорожка.

Засим принцесса кивнула и телепортировалась, побудив Рэрити игриво покачать головой и наконец покинуть библиотеку.

«Значит, воскресенье».

* * *

Кантерлот был, вероятно, любимым городом Рэрити. Одно извечное желание пожить внутри его белокаменных стен уже говорило само за себя.

Изысканный театр, впечатляющий стиль, экстравагантно элегантные магазины, архитектурно шедевральные рестораны, великолепные сады и сливки общества пони можно было найти в столице Эквестрии. И это не говоря о многочасовых походах по магазинам, музеям и просто прогулках по мостовым города с чувством собственной принадлежности к элите. По многим причинам одно пребывание в городе уже было для Рэрити сродни мечте, ставшей явью, а уж с учетом её текущей миссии, она могла представить себя в роли протагониста новейшей эквестрийской сказки.

И эта сказка, как и любая другая хорошая история, начнется с аудиенции у монарших особ.

Давным-давно три принцессы были заточены в собственном королевстве. Легенда гласит, что принцесса солнца нашла свое пристанище рядом с бушующим водопадом, принцесса луны — в недрах ею же созданной горы, а последняя — во чреве подземной библиотеки.

Однако сейчас первостепенной задачей для Рэрити был осмотр достопримечательностей.

Даже если она собиралась их искать, то для неё лично на них свет клином не сошёлся. У Рэрити была своя жизнь, и, как бы ужасно это ни звучало, принцессам некуда было деваться. Так что пока у них с Флаттершай был распланирован весь день, и ради принцесс жертвовать им единорожка не собиралась.

— О, Флаттершай! Только взгляни на это ожерелье! — ахнула Рэрити, возбужденно указывая на изумрудное украшение в витрине одного из крупнейших блошиных рынков Кантерлота.

Многочисленные ряды прилавков, предлагающих товары на любой вкус, расположились на необъятной площади. С учетом столпотворения — не то, чтобы Рэрити считала это большой проблемой — потребуется как минимум несколько часов, чтобы обойти их все. Она надела своё лучшее сапфировое ожерелье, и, как Рэрити и думала, все встречающиеся ей на пути кобылы, таращились на неё открыв рот. И модница не могла сказать, что не получает от этого удовольствие. Пусть она и из Понивилля, но это не значит, что она не может одеться как коренной житель столицы.

— О, это тоже прекрасно! — продолжила единорожка, указывая на рубиновое ожерелье. Ничего такого, чего бы она раньше не видела, но тоже вполне себе красивое.

Получив в ответ только хихиканье, Рэрити оглянулась на Флаттершай, которая разглядывала одну из фотографий, сделанных в библиотеке. И было несложно догадаться какую именно.

— Грациознейшая из принцесс, — со смешком отметила единорожка, отворачиваясь обратно к прилавку. Пусть она и не могла показать эту фотографию принцессе Дензе по вполне понятным причинам, но это же не означало, что она не может оставить её себе.

«Приятный и веселый способ напомнить о начале моей... дружбы?.. с принцессой Твайлайт. Забавно, кто бы мог подумать, что когда-нибудь я назову призрака своей подругой».

— Ага, крайне грациозная, — кивнула Флаттершай, тихо хихикая.

Время в поезде Понивиль — Кантерлот подруги скоротали за разговорами о принцессе Твайлайт. А также Рэрити рассказала Флаттершай о своём решении начать поиски и двух оставшихся аликорнов. Идея колесить по всей Эквестрии, находясь в потенциальной опасности, была ожидаемо принята без особого энтузиазма, хотя фотографии принцессы немного поубавили скептицизм подруги. Надежды единорожки относительно весомых доказательств существования принцессы Твайлайт оправдались: всякий, увидевший их, охотнее в неё верил.

— Следующим делом мы пойдем к Флорал Фауне? — спросила Флаттершай, отдавая фотографии.

Посещение магазина Флорал Фауны, специализирующегося на дикорастущих цветах, было единственным мероприятием пегаски в их плане; учитывая, что практически всё остальное время занимали дела, запланированные Рэрити, отказать ей было бы верхом неучтивости.

— Ну конечно же, дорогуша! А затем мы просто обязаны посетить это причудливое кафе-мороженое на пятой авеню. Говорят, их мороженое просто невообразимое.

Тут она заметила книжный прилавок чуть поодаль. Возможно, при должном везении, она сможет найти там одну из книг принцессы Твайлайт!

— Я пошла, Флаттершай! — крикнула Рэрити и направилась к прилавку.

Ларьком с вывеской «Походные книги Винтер и Спрингс» заведовала старая пегаска, которой, несмотря на её преклонный возраст, удалось сохранить яркий охристый цвет шёрстки. Очки придавали ей изысканный и интеллигентный вид. Прилавок был без излишеств, оно и понятно, ведь его надо быстро собирать и разбирать.

— О, какое у вас чудесное ожерелье! — воскликнула кобыла, и, сложив копыта вместе, прищурилась в попытке получше рассмотреть его. — Никогда не видела ничего подобного!

— Да, тут не поспоришь, — рассеянно играя с украшением, Рэрити начала осматривать товары.

Как минимум тридцать томов были аккуратно разложены на прилавке. Ну не чудесно было бы, окажись они все разом утерянными книгами принцессы Твайлайт? Достав карточки, Рэрити начала сверять названия, пытаясь найти совпадения.

— Могу я вам помочь, дорогуша? — поинтересовалась кобыла, перекладывая книги, чтобы единорожка могла быстрее с ними ознакомиться.

— О, спасибо большое! — в ответ на помощь Рэрити мельком улыбнулась и вернулась к сверке: — Очень любезно с вашей стороны, но я бы и сама справилась. Только... — подавленно вздохнув, она убрала карточки. — Только жаль, что у вас нет нужных мне книг.

Вообще, Рэрити не могла сказать, что была полностью опустошена этой вестью, ведь не каждый день можно наткнуться на тысячелетнюю книгу, которая... Тысячелетнюю? Она осмотрела книги на прилавке: кожаные переплеты растрескались, страницы запятнались от использования. Тут-то единорожка и поняла, что у книг принцессы Твайлайт в принципе не было возможности пережить тысячу лет. Особенно, если они были просто разбросаны по всей стране, а не хранились с должным вниманием.

Рэрити оцепенела. «Значит... значит ли это, что её невозможно освободить?»

— Дорогая, понимаю ваше огорчение, но ещё рано расстраиваться! Прошу, дайте взглянуть на ваши карточки, — попросила она, делая жест копытом.

Потрясённая единорожка отдала их, и кобыла начала тщательное изучение.

— Ох, боюсь, что большинство названий мне вообще ничего не говорит, — сказала она спустя минуту, но прежде чем с губ Рэрити успел сорваться драматический вздох, кобыла продолжила: — Хотя вот это вроде бы мне знакомо!

— Правда?

Она кивнула и переписала название на клочок бумаги.

— Сможете посетить меня в следующую пятницу? Мы с мужем в скором времени покинем город, но, если я найду её, то приеду вместе с ней.

— О, это было бы просто замечательно! — тут же просияв, воскликнула Рэрити. — Вот только я не местная. Я приехала сюда из Понивилля.

— Из Понивилля, говорите? — улыбнулась кобыла и вернула карточки. — Мой муж очень любит Понивилль. Каждый год навещает его. Постоянно думаю, что пора начать ездить с ним, потому что он каждый раз оставляет там какую-нибудь книгу! Иногда мне даже кажется, что он их раздает просто так, — добавила она, шутливо покачав головой. — Что до книги, то, думаю, смогу встретиться с вами завтра в полдень, если это вас устроит. Только надо уточнить место и время.

— О, спасибо! Это очень любезно с вашей стороны! — сказала Рэрити, стараясь напрасно не надеяться лишний раз. Она по настоящему обрадуется, когда увидит книгу, не раньше.

Утвердив время встречи и уладив другие вопросы, Рэрити вместе с Флаттершай направилась дальше по своим делам. Точнее направились бы, но вдалеке раздались фанфары. Пони вокруг удивленно замерли и шустро побежали в сторону звуков, оставив подруг стоять в замешательстве.

— О, похоже, принцесса вернулась из Седельной Аравии! — воскликнула пожилая кобыла. — Вам лучше поторопиться, если хотите увидеть её!

Флаттершай ещё даже не успела выказать своей радости, а Рэрити уже тащила её прочь, попутно благодаря старушку. Сама единорожка думала, что принцесса давно вернулась, но разве она могла упустить такую возможность, особенно когда до неё было… копытом подать, причём в прямом смысле.

Подруги продирались сквозь сборище туристов и местных жителей, единодушно желавших хотя бы мельком приобщиться к событию. Отдалённое звучание оркестра по мере их приближения становилось всё громче, заглушая гам восторженных пони и спешные извинения Флаттершай, непреклонно проталкиваемой Рэрити сквозь толпу. Когда же они наконец дошли до края тротуара, где уже уселись кобылки и жеребята, то осторожно обогнули их и стали наблюдать.

Юные поняши забирались на родителей, чтобы получше разглядеть представление; кобылы млели и хихикали при одном виде гвардейцев; пони постарше брюзжали о монархии, превратившейся в чрезмерно напыщенное развлекательное шоу. Для Рэрити буря эмоций вокруг оказалась заразительной. Это лишь приумножало её пламенное желание стать частью мира шоу и престижа, гламура и блеска.

Солдаты всех родов и званий маршировали по улицам ровными шеренгами, ведомые трубами королевского оркестра. А какие наряды и обмундирование: их безупречно сшитые, безупречно сочетающиеся дизайны; как же Рэрити завидовала пони, ответственному за королевский гардероб. Её сердце будто билось в такт с громким цоканьем подков; в надежде уловить появление монаршей кареты как можно раньше, взгляд вперился в край улицы.

И ей — чему она позже удивилась — захотелось, чтобы принцесса Твайлайт была здесь и могла увидеть зрелище своими глазами.

Мысли единорожки, однако, тут же развеялись при громогласном звуке фанфар и воплей толпы, возвещавших о прибытии королевской четы.

Принцесса Каденза Армор Десятая и её муж — принц Сильвер Лэнс в роскошной золотой колеснице въехали на улицу. Принц — изумительный единорог с прелестной лазурной шёрсткой и перламутрово-белой гривой — поднял копыто, вследствие чего его плащ соскользнул с плеча. В толпе воцарилось молчание — все пони до единого пристально смотрели на пару.

И вот принцесса Денза поднялась внутри колесницы, сердце Рэрити замерло. Конечно, Твайлайт тоже была, ну, принцессой, но от неё по спине единорожки не бежали мурашки так, как от Дензы. Она была принцессой, о которой Рэрити слышала всю свою жизнь, с которой мечтала встретиться и для которой, улыбнись ей судьба, хотела бы день за днем придумывать элегантные наряды.

— Она така-а-ая красивая, — с придыханием молвила кобылка у ног Рэрити, с открытым ртом смотря на Дензу, словно та была фарфоровой куклой.

Принцесса унаследовала бледно-розовую шёрстку от её матери и бабушки. Казалось, шерсть сверкает под лучами солнца; она неподражаемо дополнялась плащом из серебряного шёлка, висевшим на её теле и закрывающим кьютимарку. Лиловая грива была заплетена в мудрёно выглядящий пучок, скрывающий розовые полоски, украшающие гриву и видимые лишь в редчайших случаях, когда принцесса распускала волосы на публике.

Денза изумительно улыбнулась и помахала копытом; восхищённые возгласы вырвались из восторженной толпы, среди которой были и Рэрити с Флаттершай. Принцесса и принц махали народу с грацией и утончённостью, ожидаемыми от них. Сильвер Лэнс наклонился и что-то прошептал своей жене, на что та рассмеялась и прижалась к нему на мгновенье. Ах, как же они безупречны — королевская чета.

Конечно, она никогда бы в этом не призналась, но Рэрити ох как им завидовала. Разве не было это мечтой большинства кобыл? Как же она желала оказаться в этой золотой колеснице, сидя бок о бок с прекрасным принцем — любовью всей её жизни и помахивать обожающей толпе. Как же она мечтала о своём принце, шепчущем ей на ушко, заставляющим её смеяться и ощущать непередаваемое блаженство в каждом аспекте жизни.

Это было бы чудесно! Разве нет?

Звуки трубы вырвали её из мира грёз и Рэрити продолжила наблюдать, как парад уходил вдаль. Её взгляд был прикован к принцессе до тех пор, пока колесница не исчезла за поворотом. В отсутствие монарших особ сборище начало разбредаться. Большая их часть не увидит принцессу до следующего торжества. Но Рэрити?

Она уже скоро встретится с ними вновь.

* * *

Конечно же, как только посетит магазин, куда хотела зайти Флаттершай.

— Думаю, мы почти у площади, о которой говорил стражник, — объявила пегаска, ведя подругу через один из многочисленных переулков Кантерлота.

Им подсказали, что магазин можно найти около статуи «Наставник», но пока им этого не удавалось.

— Он сказал, что статую тяжело не заметить.

Следует признать: Рэрити была не в состоянии помочь в поисках. Её мысли беспрестанно возвращались к Дензе, она снова и снова прокручивала в голове её красноречивое обращение, которое должно будет убедить принцессу помочь… другой принцессе. Верит ли Денза в легенду? Разве она не потомок одной из принцесс? Из всех пони в Эквестрии, уж она-то должна верить.

— Вот же он!

Голос Флаттершай выдернул Рэрити из размышлений. Она обнаружила, что они пришли на небольшую площадь с внушительного размера статуей в центре. Там было на удивление мало пони, особенно если учесть, что шёл разгар туристического сезона Кантерлота. Но Рэрити вовсе не жаловалась. Ну разве что чуть-чуть, ведь это значило, что некому восхищаться её ожерельем.

Пегаска незамедлительно помчалась к магазину, оставляя подругу позади. Полевые цветы никогда не были страстью единорожки, так что она решила получше осмотреть величественную мраморную статую. Подойдя ближе, она приметила бледную голубую ауру магии, обволакивающую статую. Без сомнений, это было средство защиты от разного рода повреждений.

На монументе были изображены прекрасная принцесса-аликорн и маленькая кобылка. Королевская особа сидела на задних ногах и с благожелательной улыбкой на лице смотрела на кобылку, аккуратно охватывая своим крылом юную пони. Хотя это лишь мрамор, принцесса выглядела так, словно была готова ожить в любое мгновение.

Юная единорожка же глядела на аликорна со светлой улыбкой. «Любопытно… Она выглядит крайне знакомо…» — подумала Рэрити, наклонив голову и прищурив глаза. Если бы не отсутствие крыльев и кьютимарки и сам факт того, что кобылка искренне улыбалась, она имела бы поразительное сходство с принцессой Твайлайт. «Возможно, её причёска была писком моды в те далёкие времена». Основание статуи было украшено резными изображениями солнца, а также надписью.

«Наставник»

[Изображение: https://i.imgur.com/DaAydlN.jpg]

— Любопытные статуи. Вы согласны?

Рэрити повернулась и увидела пегаса-стражника, стоящего рядом с ней. «Откуда он взялся-то?»

— Ах, эхм, конечно! Они и вправду достойны внимания.

Их глаза встретились, жеребец снял шлем и явил взгляду тёмно-синюю гриву, великолепно сочетающуюся с его белой шерстью.

— Вы, должно быть, не местные. Выглядели вы с подругой слегка потерянно: дважды прошли мимо моего поста немногим ранее, — пояснил он, нахально ухмыляясь. — Ещё раз, и я бы остановил вас, чтобы предложить помощь.

Щёки Рэрити раскраснелись. Замечательно, она вела себя перед привлекательным стражем, как бестолковая туристка. Без сомнений — она на правильном пути к встрече со своим прекрасным принцем.

— Ах, видите ли, последний раз я бывала здесь довольно давно, — выговорила она, нервно посмеиваясь и поигрывая гривой. — Но мы всё же нашли, что искали! В спасательной операции необходимости нет!

При виде ухмылки жеребца Рэрити отвернулась к статуе, пока её щёки не раскраснелись сильней.

— Наставница и её ученица, я полагаю. Редко встретишь статую аликорна, изображающую не принцессу Дензу.

— На самом деле, есть ещё две статуи аликорнов. «Хранитель снов» здесь неподалёку. Она моя любимая, — он остановился, чтобы кивнуть в сторону одного из переулков.

— Я мог бы проводить вас туда, если хотите! И вашу подругу тоже, конечно же, — поспешно добавил он.

«О-ля-ля! Как знать, Рэрити, может ты ещё и найдёшь своего прекрасного принца!»

— Ох, дорогуша, но разве вы не на службе? — ответила единорожка, приподняв бровь и улыбнувшись. — Мне вовсе не хотелось бы втягивать вас в неприятности!

— Ах, это… — начал сторож, залившись румянцем и потирая шею.

— Полагаю, предложение может остаться в силе и после конца моей смены? — спросил он, получив в ответ лишь хихиканье. Жеребец прокашлялся и покрутил на копыте шлем. — Так что же привело вас в столицу?

— Что ж, если желаете знать, мы с лучшей подругой уже давно планировали эту поездку, — распрямившись, объяснила она и, сделав паузу для драматизма, добавила. — А ещё я надеюсь удостоиться аудиенции у принцессы Дензы.

— Правда? — при этих словах лицо стражника приняло серьёзное выражение. — В такое время? Я буду сегодня среди эскорта гостей.

— Эм, ахм, видите ли… Я ещё не записалась в очередь на аудиенцию, — призналась единорожка и неловко перешагнула, при виде его поднявшихся бровей.

— Ещё нет? Как же так? Вы рассчитывали заявиться в замок и своим обворожительным видом и очарованием добиться встречи с принцессой Дензой? — на его лицо вернулась ухмылка.

Рэрити наигранно хихикнула в ответ на завуалированный комплимент.

— Быть может…

По правде говоря, она подумывала вынести это на заседание королевского двора, но решила, что не стоит обсуждать принцессу Твайлайт в присутствии стольких пони. Слушания затянутся до самого воскресенья, пока она будет показывать фотографии всем присутствующим.

— Вы, случайно, не подскажете, где я могла бы записаться на аудиенцию сегодня?

— Мне жаль, — жеребец покачал головой и прикусил губу, — но сегодня уже поздно: записаться можно только в полдень. Я бы посоветовал подождать до завтра и направиться в замок пораньше. Главный секретарь всегда в вестибюле в это время, вам нужно лишь поговорить с ним.

От таких новостей ушки Рэрити поникли.

— Но… мой поезд отправляется завтра вечером! Мне придётся встретиться с принцессой в течение нескольких часов после записи. Это ведь почти невозможно!

— Почему бы вам в таком случае не задержаться до выходных? Полагаю, ваша подруга не будет против остаться ещё на денёк?

Как бы ни прельщала идея задержаться в Кантерлоте ещё на день, Рэрити знала, что этому не бывать.

— У меня не получится, — ответила она, покачав головой и тяжело вздохнув. — Дома у меня запланирована встреча на воскресенье. Было бы несказанно грубо с моей стороны нарушить данное обещание.

Единорожка застонала и положила копыто на лоб. Организация ещё одной поездки в столицу будет той ещё головной болью, и всё сильно осложнялось недавними внушительными затратами на… разобранный фотоаппарат.

— Не вешать нос! — ободряюще заявил стражник, надевая шлем и подмигивая. — Как знать, быть может, удача благоволит вам!

— Полагаю, «удача» — это намёк на ваше имя? — спросила Рэрити с поистине обворожительной улыбкой на лице.

— Не совсем, — рассмеялся жеребец и отрицательно помахал головой. — Я Рифт Шилд. Но уверен, обязательно найдётся язык, с которого это переводится как удача. Увы, но мне пора.

Тут он поклонился, добившись тем самым от Рэрити очередной вереницы смешков, и начал вышагивать прочь.

— При следующей встрече я лично отведу вас к принцессе, мисс Заплутавшая Туристка!

— Знаете, у меня тоже имя есть!

— Не терпится его узнать!

С этими словами Рифт Шилд скрылся в переулке, разминувшись с Флаттершай на доли минуты. Восторженная пегаска вышла на площадь, неся не меньше трёх сумок, под завязку набитых садовыми принадлежностями. Она осторожно поставила их на землю у статуи и принялась пересчитывать содержимое. Теперь, когда Флаттершай вернулась из магазина, они могли отправиться за тем особым мороженым! И, может быть, даже заглянуть в театр или прогуляться по парку, раз уж этим вечером не будет встречи с принцессой Дензой.

Рэрити дождалась, когда подруга закончит проверять содержимое.

— Ты готова, дорогуша?

— Как никогда! Я купила всё, что хотела, — восторженно объявила пегаска и благодарно улыбнулась, когда Рэрити подобрала сумку поменьше. — Извини, что я так задержалась! Там было столько всего интересного, и услужливый продавец дал мне так много советов по садоводству.

— Милая, не беспокойся об этом! У меня была очаровательная беседа с весьма выдающимся городским стражем. Теперь я понимаю, почему все кобылы на параде так млели от гвардейцев. Не смотри на меня так, я не одна из них! — запротестовала единорожка и фыркнула в ответ на дразнящие смешки подруги. — Вернёмся к нашим планам: давай поспешим, пока очередь за мороженым чересчур не растянулась.

— Разве мы не должны сначала заглянуть в замок? — предложила Флаттершай, идя рядом с Рэрити и аккуратно привязывая пакеты с покупками к седельным сумкам. — Это ведь важнее мороженого?

Единорожка наигранно вздохнула и грациозно помахала копытом в пренебрежительном жесте.

— Похоже, сегодня никаких замков. Мне подсказали, что мы давно опоздали на запись, теперь мне придётся идти завтра до полудня. Не самое удобное время, на мой взгляд, но откладывать ещё дальше у меня нет никакого желания.

— Хочешь, я пойду с тобой?

— В этом нет необходимости, моя дорогая, но я благодарна за предложение. Это не должно занять много времени, ни в коем случае не хотелось бы лишать тебя осмотра достопримечательностей из-за моих дел.

Делов-то было: прийти, записаться на аудиенцию, помолиться судьбе, чтобы принцесса не была занята, встретиться с ней, убедить в существовании принцессы Твайлайт, составить план по спасению, а затем отправиться домой и насладиться чашечкой чая. Проще пареной репы.

«Что может пойти не так, в самом деле?»

К сожалению, ответом было: очень многое.

* * *

В точности как посоветовал Рифт Шилд, она направилась в замок ещё до двенадцати, намереваясь добиться встречи как можно скорее. Уверенной походкой Рэрити следовала к своей цели, пока не показался главный вход с двумя охранниками у закрытых ворот.

При их виде энергичности поубавилось, шаги стали не такими твёрдыми и более неспешными. Всего пять минут назад казавшаяся безупречно отрепетированной речь теперь выглядела дефектной, недоработанной и она не могла вспомнить от неё и половины. Единорожка остановилась, чтобы достать фотографию. Хоть «достойная» фотография Твайлайт и была вдохновляющей, но успокоиться и вернуть хоть какую-то уверенность помогло именно смехотворное изображение. Рэрити убрала снимки обратно в сумку и продолжила путь, вдохновлённая «элегантными» выражениями принцессы на фотографии.

Или стоять у дверей было куда менее приятно, чем патрулировать город, или же ей просто повезло при встрече с Рифтом. Но не в пример ему стражники у ворот вовсе не выглядели дружелюбно.

— Цель визита, — спросил стоявший слева стражник при её приближении.

Странно, разве Рифт не говорил, что за посетителей отвечал секретарь? Неужели ей нужно пройти предварительное тестирование, только чтобы получить возможность на запись к принцессе Дензе?

— Я бы желала попасть на аудиенцию у принцессы Дензы. У меня есть… информация, способная помочь в решении многолетней… затруднительной ситуации?

— Затруднительной ситуации значит? Да ещё и многолетней? — спросил сторож, приподняв бровь.

— Эм, ну... — смогла лишь в ответ вымолвить Рэрити. Она вдруг осознала, как нелепо будет звучать правда из её уст, а подобающей лжи, которая помогла бы ей добиться аудиенции, единорожка не заготовила. Ей осталось только достать фотографии из седельной сумки: — Ну, я...

Взглянув на фотографию, стражник издал мучительный вздох и закатил глаза:

— Опять двадцать пять.

Рэрити могла поклясться, что услышала, как второй сторож застонал. Стражники переглянулись, и стоявший перед единорожкой спросил:

— Не хочешь ей заняться?

— Ну уж нет, сейчас твоя очередь.

Стражник вздохнул и посмотрел на Рэрити:

— Пройдемте.

Он провел её по коридору мимо множества дверей в комнату, увешанную разного рода изображениями.

— Выкладывайте всё что есть на стол.

По сравнению с фотографиями Рэрити, представленные в комнате «доказательства» казались просто смешными: расфокусированные, плохо отпечатанные картинки, которые могли бы с равным успехом подтвердить существование снежного пони. На паре изображений, однако, можно было даже различить кобыл, но было очевидно, что их крылья, если и не были поддельными, то, по крайней мере, какими-то неестественными. Сколько же пони приходило сюда, уверяя, что нашли потерянных принцесс? Говорил ли хоть кто-то из них правду или всех их проигнорировали, прямо как сейчас саму Рэрити?

— Но мои доказательства реальны!

— Ну, конечно же, мисс, — фыркнул жеребец, закатив глаза. — И где вы её нашли? — он содрал одну из фотографий со стены и грубо плюхнул её на стол перед единорожкой.

— У себя в подвале? — затем ещё одну. — А может она чудесным образом материализовалась у вас прямо в ванной? Или она всё это время пряталась у вас под кроватью? Не хотите дождаться следующего желающего объявить о находке принцесс и сравнить ваши рассказы, а? — снова фыркнул он и покачал головой. — Послушайте, мисс, у нас нет на всё это времени, и могу вас заверить, что у принцессы тоже. Не знаю уж, кем вы там себя возомнили, раз считаете, что мы в самом деле вам повери...

— Но я говорю правду! — воскликнула Рэрити, топая копытом. Она взяла фотографии и показала стражнику. — Хотите сказать это подделка?! Зачем вообще мне их подделывать?! Какой мне от этого прок?!

— Чтоб меня, — проворчал он, беря фотографии. — Они и впрямь хороши. Моё уважение. А это у нас что такое? Библиотека? — спросил он, разглядывая фотокарточки.

— Подземная библиотека, — поправила Рэрити. — В центре Вечнодикого леса.

— Вечнодикого леса?! Вы слонялись по Вечнодикому? Пфф, леди, вы должно быть совсем сбрендили, — воскликнул он и положил фотографии на стол. — И почему же принцесса оказалась именно там?! — снова фыркнул он. — Чем же вы таким занимались, что аж «нашли» её?

Рэрити не знала сколько ещё сможет терпеть подобное отношение. Оставалось лишь надеяться, что он не доведет её до срыва.

— Значит подземная, да? Как волшебно! — ухмыльнулся жеребец как-то неуместно снисходительно. — Спорю, вы её и во сне видели? — продолжал он, срывая новое изображение со стены.

Когда он положил его на стол, Рэрити увидела похоже детский карандашный рисунок улыбающегося синего аликорна с кьютимаркой в форме полумесяца.

— «Принцесса Ву-у-у-уна» и ваши кошмары прекращает?

Рэрити прикусила губу. «Будь выше этого, Рэрити. Будь. Выше». Хоть жеребцы и вели себя по-хамски, не в её интересах было проявлять неуважение, если кобылка надеялась на сотрудничество с их стороны.

Она слегка улыбнулась и мягко оттолкнула его копыто в сторону.

— Боюсь нет, но…

Как только его нога опустилась, он настойчиво поднял её вновь, пихая рисунок к Рэрити.

— Знаете, эта пони слала нам письма годами. Может подсказать вам адресок, чтобы вы вместе «отыскали» ещё принцесс? Что скажете? — С каждым словом он подступал к ней всё ближе, заставляя пятиться. — Может и клуб сыщиков принцесс вместе соберёте? Здорово же будет?

— Прекратите вы нако…

— А перестанете нам докучать? Разве не весело будет?

Тут Рэрити врезала по столу: с неё довольно.

— Ах, да замолкнешь ты уже, остолоп?! — рявкнула она, толкнув стражника прочь с такой силой, что тот покатился кубарем по полу, попутно топая по упавшему следом рисунку. Лишь когда он ошарашенно посмотрел снизу на единорожку, она осознала, что натворила и на кого напала.

Хранитель порядка выглядел, будто получил смачную пощёчину, хотя учитывая обстоятельства, она была к этому близка. Он поднялся на ноги, высоченный и устрашающий, и прищурил глаза.

— Не стоило этого делать.

Рэрити отступила, прижав ушки, сердце колотилось в груди, а страх струился по венам. Но всё уже сделано.

… Конечно, он был чрезвычайно груб. Единорожка стояла на своём, но всё же тяжело сглотнула.

Однако, к сожалению для Рэрити, жеребец пересёк комнату и схватил какие-то чёрные ключи, висевшие на стене. «О, не-не-не, — в панике пронеслось у неё в голове. — Он ведь не посадит меня за решётку? Флаттершай ведь будет волноваться! Да она там с ума сойдёт!» — единорожка отшагнула несколько раз от стражника и жалостно потрясла головой.

— Пожалуйста, подождите! Не стоит горячиться!

— А об этом надо было думать прежде, чем нападать на меня, дамочка, — рявкнул он, выдвигая ящичек из стола поблизости и доставая оттуда кандалы.

— Может вы найдёте ещё одну принцессу в темнице: что б не скучно было.

* * *

Запись в журнале №2015

Рэрити сегодня принесла очень любопытное устройство. Оно называется фотоаппарат и способно создавать невероятно яркие и реалистичные иллюстрации чего угодно менее чем за минуту. Правда, похоже, что они чрезвычайно дорогостоящие. Я разобрала это устройство, чтобы получше изучить его механизмы, но, боюсь, Рэрити была не в восторге от моего решения.

После этого она ушла готовиться к поездке в столицу Кантер, ныне именуемую Кантерлотом. Во главе там сейчас потомок Шайнинга и Кейденс. Я была бы несказанно рада, сделай мне Рэрити несколько её фотографий, но, в силу обстоятельств, это теперь невозможно.

Сейчас важнее всего починить её аппарат. Мне нужно увидеть, как выглядит мир по ту сторону стен. Рэрити вроде бы выглядит нормальной, и она не упоминала ничего необычного касательно окружающего мира. Единственный способ проверить мои предположения касательно легенды — это факты, и Рэрити не является надёжным источником. Не то чтобы я не доверяю её рассудительности (хотя есть у меня некие сомнения: как бы ни было это приятно, до сих пор не понимаю, зачем она вернулась после столкновения с книжным шкафом), но она может быть предвзятой. В самом деле, как она может называть ненормальными странности, ставшие нормой современности?

Мне также понравились остальные вещи, которые она принесла. Время-отслеживательный прибор и календарь уже показали свою чрезвычайную полезность. Я распланировала две следующие недели и, надеюсь, это поможет вновь стать организованной. Нужно рассортировать книги в библиотеке в поисках карты. Думаю, буду искать шифры, раз уж не помню, когда делала это в последний раз. Начну с перебора первых букв каждой главы каждой книги, вдруг найду ключ. Времени должно хватить до возвращения Рэрити в воскресенье.

Целый день свободен от планов и дел, чтобы полностью сосредоточиться на её визите. У меня подготовлен ряд интересующих меня вопросов, и я отыскала несколько книг, которые могут её заинтересовать. Надеюсь на это. Жду не дождусь её возвращения. Даже странно: не припомню, чтобы с таким нетерпением ждала чего-либо с момента появления в библиотеке давным-давно Совелия и его приятеля.

Всё же, как бы много времени ни было в моём распоряжении — следует сосредоточиться на ремонте аппарата Рэрити. Хотелось бы сделать несколько корректировок, чтобы он работал лучше прежнего. Надеюсь, они приглянутся ей.

* * *

Если в Кантерлоте и было место, куда Рэрити не хотела бы попасть и уж тем более там спать, то это тёмное, грязное подземелье замка. Ради всех принцесс, там так грязно, холодно и мрачно; ужасно бессердечно — приговаривать кого-либо к ночи в столь отвратительном месте.

Она прохаживалась по камере, и цоканье копыт вместе с эхом от бормотания разносились по каменным коридорам. Кобыла-охранник, стоявшая на страже, недоброжелательно поглядывала на Рэрити, после того как убедилась, что шикать на неё было бесполезно: напротив, единорожка каким-то образом начинала топать ещё громче. Хоть у неё и было право хранить молчание, она упорно им не пользовалась.

Сколько часов она уже торчит здесь?

По ощущениям не меньше вечности, да и судя по едва видимым из её зарешёченного окошка потемневшим небесам, прошло уже далеко не пара часов. По крайней мере стража была достаточно цивилизованной, и они сообщили Флаттершай, что её подруге будет нездоровиться до следующего утра — то есть, совершенной случайно, до момента, когда её выпустят. Хотя бы волноваться о встрече с кобылой из книжного магазина не нужно: её подруга обещала об этом позаботиться..

— Унизительно, — пробормотала Рэрити, скрежеща зубами, и остановилась. Унизительным было обращение с ней.

— Именно так и есть.

И всё же, она жалела лишь о том, что из-за её действий Флаттершай осталась одна в этом большом городе.

Мысли единорожки вернулись к сторожу и её эмоциональному срыву. Жалкий охраннишка даже не дал ей договорить и объяснить ситуацию. Она едва вставила слово, прежде чем он начал свой обстрел унизительными заявлениями. Кто вообще дал ему хоть какие-то полномочия?

Но больше всего, сильнее унижения и оскорблённости, она была разочарована и подавлена. Прямо как тогда, когда ей не поверила Флаттершай, но теперь втройне. Вот значит, как ощущала себя принцесса Твайлайт целую тысячу лет, запертая в своей библиотеке и неспособная что-либо сделать для собственного спасения? Или для Рэрити это было и того тяжелей, ведь у неё были возможности рассказать остальным, но ни один пони ей не верил?

Может, поэтому никто раньше и не «находил» принцесс. От них всех так же отмахивались? И в итоге они сдавались и бросали найденных ими принцесс? Как же ужасно: до конца жизни маяться с этими знаниями, но не иметь возможности что-либо сделать.

Она села на пол и, вздохнув, уткнула лицо в копыта.

— Почему вообще я это делаю?

«Это ли не вопрос на миллион?»

Здесь, в заточении, где единственное занятие — это копание в своей голове, она наконец задумалась над своей ситуацией. Менее месяца назад лишь идея о пропавшей в лесу принцессе была бы отброшена в сторону, как бесполезная сказка и не более того. Но сейчас она строила планы по убеждению правительницы Эквестрии в существовании принцессы в библиотеке посреди Вечнодикого леса.

Неужели она позволила духу приключений затмить здравый смысл? Неужели поддалась искушению и помешалась на мысли об участии в грандиозной сказке наяву? Неужели Твайлайт каким-то образом её заколдовала и заставила ей помогать?

«Принцесса Твайлайт…»

И почему Рэрити угодила в темницу лишь ради какого-то призрака? Призрака принцессы, между прочим, напавшей на неё и сломавшей дорогущую камеру! Заставившей её почти три часа блуждать по проклятому лабиринту!… А также принёсшую свои извинения за нападение… Поблагодарившую её за предложенную помощь… Даже остановившую её, только чтобы попрощаться…

Мысли Рэрити унеслись к очаровательному любопытству принцессы к фотоаппарату, и кобылка с трудом сдерживала улыбку. Конечно, улыбка исчезла в тот же миг, как она вспомнила о теперь уже нарушенном обещании. Поезд наверняка уже тронулся в путь, и она искренне сомневалась, что им удастся урвать билеты на утро воскресенья или хотя бы на полдень.

— Она ведь не расстроится? — прошептала себе под нос Рэрити, сиротливо сверля взглядом пол. «Нет, конечно же, нет. Она будет занята со своими книгами и камерой и вряд ли заметит, что я вернулась позже обещанного!»

[Изображение: https://i.imgur.com/isLhFUQ.png]

## — Глава 5 — Драконья библиотека

[Изображение: https://i.imgur.com/CiwsjBh.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/GJE54aB.png]

* * *

— Шайнинг Армор, это правда? Ты отзываешь солдат в замок? Ты не посмеешь!

— У нас с Кейденс не было выбора. Ты видел реакцию королевского двора на новости! Мы не можем рисковать и позволить королевству погрязнуть в панике! Мы должны думать о…

— Нет! А как же Селестия и Луна?! Как же Твайлайт?! Они где-то там! Вы должны отправить больше солдат в лес Пониви…

— Её там нет! Ты ведь сам сказал, что она исчезла!

— Я… я был неправ! Мы должны поискать ещё раз! Она должна…

— Мы уже всё обыскали! Даже обычные пони уже думают, что он их убил!

— Они не мертвы! Она не мертва! Кейденс, ты…

— Мы… Мне нужно думать о королевстве. Это безнадёжно. Ты же знаешь: проклятие, наложенное им, не позволяет нам их найти! И как мы уже сказали, через несколько месяцев должен родиться наш жеребенок и...

—…Ваш жеребёнок? Жеребёнок?! Вы… вы бросаете их ради… Вы… предатели! Я сам их найду! Не нужны мне ни вы, ни ваш… жеребёнок!

* * *

Ничто так не возбуждало творчество Рэрити, как тюремное заключение. Может из-за того, что делать было нечего, а может её вдохновение сияло ярче всего, когда она погружалась во тьму, или же ей попросту нужно было отвлечься. По крайней мере это помогало не замечать запаха гнили от... чем бы эта чёрная штуковина в углу не была.

К ее огромному счастью кончик ложки, которой она ела свой отвратительный ужин, можно было использовать как ручку, оставлявшую видимые белые царапины на серых стенах. Охранница, стоявшая у двери, часто раздражённо поглядывала на Рэрити , но, очевидно, не настолько беспокоилась по этому поводу, чтобы остановить единорожку.

Правда, дизайн платья в тюремном стиле не очень-то сочетался с непристойными и вульгарными сообщениями, оставленными предыдущими обитателями камеры, но тут явно не помешает капелька художественного декора. Ей следовало бы договориться о другой встрече с принцессой Дензой, в этот раз по поводу смены дизайна темницы. В самом деле, средневековье ведь давно прошло.

— Лок, сюда идёт лейтенант! — крикнул голос за пределами комнаты, побудивший охранницу Рэрити в спешке выпрямиться.

«Лейтенант?» — подумала Рэрити, мельком взглянув на вход в камеру, и снова отвернулась. Как раз, что ей нужно. Без сомнений — еще один грубиян, который будет издеваться над ней. Почему нельзя оставить её в покое?

— А, лейтенант Шилд!

Собравшись с духом, Рэрити глубоко вздохнула, повернулась, чтобы посмотреть на своего нового посетителя, и почувствовала, как её сердце ёкнуло. Хоть в этот раз он и был одет в бирюзовую броню, Рэрити всё же узнала своего «прекрасного принца» из минувшего дня. О небеса, эта новая броня каким-то образом сделала его еще привлекательней. Как же ей хотелось убежать куда-нибудь и спрятаться от неизбежно неловкого разговора с солдатом, но её тюремная камера справлялась со своей задачей на ура.

«Вот тебе и романтическая вторая встреча…»

— Никаких происшествий, сэр! — гордо воскликнула кобыла, бросив на единорожку недобрый взгляд, прежде чем снова повернуться к своему начальнику. — Хотя она довольно много строчила на стенах.

Рифт Шилд взглянул на Рэрити. Лишь на мгновение, но более чем достаточно, чтобы ей стало неловко и она отвернулась.

— Спасибо, Лок Пин. Не могли бы вы, пожалуйста, открыть дверь? — его голос прозвенел вовсе не так приятно и очаровательно, как накануне. — Заключённая свободна.

Рэрити моргнула, подняла глаза и вместе с охранницей одарила его недоверчивым взглядом. Может, всё же это и есть её прекрасный принц?..

Лок Пин неловко переступила на месте.

— Л-лейтенант? — сказала она, переводя взгляд туда-сюда между Рэрити и Рифтом.

— Вы увере… — поднявшаяся бровь командира быстро заставила ее замолчать и шустро схватить ключи, висящие на стене. — Эм, то есть, да, сэр! Незамедлительно, сэр!

Под звон ключей дверь распахнулась, и кобыла отшагнула в сторону, освобождая проход для Рэрити. Но единорожка стояла в камере как вкопанная и в недоумении моргала. В чём же подвох? Это, должно быть, какая-то уловка. Как иначе?

— Можешь выходить, — подтолкнул её Рифт спустя мгновение, затем улыбнулся ей и продолжил: — Конечно, если не хочешь задержаться ещё на ночь. Даже не представляю, насколько неуютно в этой камере, но если ты привязалась к ней…

«Денза помилуй, нет уж, спасибо».

— Нет, нет!

Рэрити поспешно выскочила из камеры, не желая задерживаться там ни на минуту. У неё вырвался вздох облегчения, когда за ней закрыли дверь. Единорожка начала отряхиваться в попытке избавиться от пыли, грязи и всяческой мерзости, коих в тюрьме было в избытке, но остановилась, заметив, что на неё уставились все присутствующие. Она было открыла рот, но не нашлась что сказать.

Рифт улыбнулся охраннице.

— Спасибо, Лок Пин, — он взглянул на Рэрити и кивнул в сторону двери. — Мы уже уходим.

После того как стражница отдала ему честь, он отправился к выходу, не удосужившись ещё раз посмотреть на Рэрити.

Она молча проследовала за ним, не смея открывать рот: вдруг чего ляпнешь, и бросят обратно за решётку? Резко переменившееся отношение Рифта смутило Рэрити, но у неё не было роскоши противиться шансу на спасение. Они прошли через замок, миновав несколько стражников, отсалютовавших лейтенанту, но глядевших на единорожку с подозрением. Будто все знали, что она напала на их сослуживца. Впрочем, вспомнив насколько сильно пони любят слухи, Рэрити уверилась: так оно и было.

Она попыталась полюбоваться интерьером замка, когда они проходили по коридору, полному бриллиантов и зеркал, но обнаружила, что не способна сфокусироваться на чём-либо, кроме Рифт Шилда. Кобылка понятия не имела, куда он её вёл, но надеялась, что либо к выходу, либо к принцессе Дензе.

Некоторое время спустя ответ появился перед ней в виде двух огромных дверей замка. Её охватила досада при виде знакомых ей жеребцов у входа, и она не смогла не замедлить рысцу. По всей видимости, Рифт это заметил и потому повернулся к ней, чтобы одарить обнадёживающей улыбкой.

— Нет нужды быть такой молчаливой, — сказал он, поворачиваясь обратно в сторону дверей. — Я не собираюсь использовать против тебя ничего, что ты скажешь. Ты понимаешь это?

Когда они дошли до стражников, улыбка на его лице исчезла так же быстро, как появилась ранее. Он сделал гораздо более устрашающее выражение и взглянул на двух жеребцов, теперь выглядевших жалкими и растерянными, нежели пугающими и высокомерными. Они бросили беглый взгляд на Рэрити, прежде чем шустро отсалютовать Рифту. У заточивший единорожку в темнице солдата, поджавшего хвост меж задних ног, отлично удавалось избегать зрительного контакта со своим командиром.

— Лейтенант… — вздрогнув, промямлили они, когда Рифт нахмурился пуще прежнего.

— Спейдс, — сказал лейтенант, мельком взглянув на пленителя Рэрити, и повернулся ко второму жеребцу. — Как стражники, чьи идеалы вы с Клабсом олицетворяете?

— Мы олицетворяем идеалы принцессы Кадензы, сэр! — незамедлительно ответил Спейдс, становясь по стойке смирно и впечатывая копыто в пол.

Его слова вызвали у Рифта улыбку, чего нельзя сказать о Клабсе, всё больше и больше выглядевшем так, словно желал оказаться где угодно, только не здесь.

— Молодец, Спейдс, — продолжил Рифт, поворачиваясь к Клабсу. — А теперь скажи мне: провоцировать пони напасть на себя и сажать их за решётку за это — один из идеалов принцессы Кадензы?

— Н-нет, сэр! — ответил Спейдс, неловко глядя на своего товарища.

— Но, сэр! Кобыла на фотографии! Она выглядела точь-в-точь как статуя. Невозможно, чтобы это и вправду была… — Клабс осёкся под суровым взглядом командира и прижал ушки. Отступив назад, он слегка склонил голову.

— Прошу прощения, сэр… — с этими словами стражник открыл магией дверь и отошёл в сторону, освобождая проход для Рэрити и Рифта.

Не говоря стражникам больше ни слова, лейтенант вышел наружу. Как только Рэрити присоединилась к нему и двери за ними закрылись, он повернулся к единорожке и широко улыбнулся.

— Итак, мисс Заплутавшая Туристка, посещение Кантерлотской темницы тоже входило в расписание вашей поездки? — спросил он, ведя себя практически как днём ранее, и игриво толкнул её копытом. — Должен признать, не ожидал я, что наша вторая встреча пройдёт вот так, Рэрити.

При виде недоумённого выражения кобылки, он пояснил:

— Стражники сказали твоё имя.

«Таким он мне больше нравится», — подумала она, следуя за ним по дороге в город. Единорожка, прихорашивая копытом гриву, обворожительно улыбнулась своему спасителю.

— Не случись этого, ты бы лишился возможности вызволить меня из этого отвратительного места! — воскликнула она и похихикала над Рифтом, который демонстративно кивнул и выпятил грудь.

— Я у тебя в долгу, лейтенант Рифт Шилд.

— Извини. Иногда мне приходится работать под прикрытием, — объяснил он, застенчиво почёсывая шею. Он взглянул на свою броню и стукнул по ней копытом. — Эта зелёная штуковина не самая… неприметная.

Рэрити рассмеялась, но сумела сдержать желание поправить, что это был не зелёный, а бирюзовый.

— Да, полагаю, не самая.

Они недолго прошлись в тишине до главных ворот и остановились, дожидаясь, когда стражники их откроют. Рэрити ожидала услышать слова прощания от Рифта, но тот лишь обменялся парой фраз со стражей и вышел за ворота в город. Рэрити солгала бы, сказав, что не обрадовалась возможности провести чуть больше времени в компании её рыцаря в сияющих доспехах.

— Ну так что, мисс Рэрити, может быть, после целого дня взаперти тебя приободрит ночная экскурсия по городу? — предложил он с обаятельной ухмылкой на лице. Он прокашлялся и снял шлем, без особого интереса рассматривая его. — Не хочу хвастаться, но я провожу лучшие экскурсии в Кантерлоте.

— В самом деле?

— Клянусь честью мундира! — усмехнувшись, ответил он.

— В таком случае, с пребольшим удовольствием.

Лишь после импульсивного согласия на полночную экскурсию в компании обворожительного красавца её осенила мысль: «Почему он не спросил о принцессе Твайлайт?» Он ведь знал, за что её посадили за решётку. Разве ему не было интересно услышать её версию событий? Или он собирался избегать этой темы? После таких размышлений вместо восторга она вновь почувствовала волнение.

Рифт, по всей видимости, не обратил внимания на резкий спад энтузиазма у спутницы.

— Замечательно!

Он надел шлем и осмотрелся, выбирая направление, и в итоге указал на улицу дальше по дороге. — Слушай, мы можем пойти здесь. Так мы дойдём прямиком до площади Лунного света.

В конце концов, Рэрити решила, что беспокоиться сейчас было бессмысленно, да и Рифт не выглядел так, будто имел скрытые мотивы, даже наоборот, казался олицетворением доброжелательности. Она сделала глубокий вдох, изгоняя прочь все тревоги, и изобразила столь очаровательную улыбку, насколько только могла.

— Ну что, тогда пойдем? — спросила она, делая шаг в указанном направлении.

Рифт усмехнулся.

— Пойдём, — он взял инициативу на себя, прошагал немного по улочке и посмотрел на Рэрити. — Так ты говоришь, что нашла одну из потерянных принцесс?

* * *

Несмотря на поздний час, Рэрити не была удивлена, увидев, что жизнь в Кантерлоте всё ещё кипит. В отличие от Понивилля, столица была настоящим светочем хорошего вкуса и интеллигентности — несмотря на стражей, предъявляющих идиотские обвинения. Она позволила Рифту провести себя мимо множества ресторанов и заведений для элиты общества, приводивших её внутреннюю леди в неописуемый восторг. Тем не менее здесь находились несколько мест, которые она хоте… нет, должна была увидеть. Рэрити молча попрощалась с одной из немногих возможностей погрузиться в ночную жизнь Кантерлота и проследовала за Рифтом по менее заполненной улице.

По правде говоря, её внимание к пони и магазинам вокруг отчасти было вызвано молчаливостью Рифта после её рассказа. Конечно же, она опустила некоторые детали: ни к чему ему было знать, например, о том, что Твайлайт на неё напала, так что она — из страха наткнуться на реакцию, как днём ранее — попыталась подать всё более правдоподобно. Если какой-то охраннишка мог зашвырнуть её в темницу, узнавать на что способен лейтенант не было никакого желания.

— Так, — начал он наконец, — Вечнодикий лес, значит? Хмм…

— Ты мне тоже не веришь. Ведь так? — спросила Рэрити, вздрогнув, и протяжно выдохнула. Учитывая как шли дела, она даже не понимала, с чего бы ей расстраиваться.

— Не то чтобы я не верю тебе, — осторожно продолжил жеребец с неуверенной, но обнадёживающей улыбкой на лице. Он устремил взгляд вдаль и почесал шею, очевидно, пытаясь подобрать подходящие слова. — Скорее… Ну…

— Но наверняка ведь принцесса Каденза верит в их существование! У неё есть эти амба… стражники, собирающие информацию о принцессах! Лишь потому, что ты не вери…

— Я никогда и не говорил, что не верю в них, — перебил Рифт, ведя Рэрити на другую небольшую площадь. Он подошёл к статуе и сел близ неё, сняв шлем. — Просто понимаешь… Вечнодикий лес уже обыскивали. Задолго до наших времён, но тогда гвардия прочесала его вдоль и поперёк вместе с… другом одного из предков принцессы Дензы, посвятившим невероятно, невероятно много времени поиску в том лесу. Да, мы давненько не заглядывали туда, но он и гвардия не могли ничего упустить.

— Тогда пошли в лес вместе, и сам всё увидишь!

Если он лично встретится с Твайлайт, то не отыщет и во всей Эквестрии причины отказать ей в незамедлительном визите к Дензе. Этот план просто безупречен.

— Пфф, да брось, я не могу пойти с тобой на прове… И не смотри на меня так! Не могу же я каждый раз бросать службу и отправляться проверять все подобные заявления! Мы слышим подобные истории годами, знаешь ли! Помимо этого мне нужны весомые доказательства, прежде чем я начну что-то делать, уж тем более отправлюсь проверять лично.

— Какие ещё доказательства тебе нужны? Я предоставила фотографии аликорна и всей библиотеки! — беспомощно воскликнула Рэрити. Он что, хотел увидеть вещественные доказательства? Может попросить принцессу Твайлайт покинуть библиотеку и присоединиться к поездке в Кантерлот?

На лице Рифта промелькнула неловкость.

— Честно? Я… не думаю, что что-либо помимо настоящих принцесс во плоти убедит кого-нибудь в столице за исключением очень немногих. Или, возможно, что-то более осязаемое, например… Если бы ты показала корону принцессы, или что-то вроде этого.

Рэрити застонала, уткнувшись лицом в копыта. Показать корону? Как, во имя Эквестрии, она должна это сделать? Регалия была практически частью Твайлайт! Да даже если она не была бесплотной, кто сказал, что аликорн позволила бы ей взять тиару? Рэрити отвернулась, чтобы отвлечься от всё более удручающих мыслей, и осмотрелась.

Уединённая площадь была совершенно пуста, в отличие от более проходных улиц города. Украшения фасадов зданий вокруг придерживались лунно-звёздной тематики — принцессе Твайлайт это бы определённо понравилось. Группка пьяных постояльцев вывалилась из единственного открытого бара и поплелась в сторону ближайшей улочки.

Внимание Рэрити было приковано к статуе рядом с ней, слегка напоминавшей о скульптуре, виденной днём ранее.

Как и у «Наставника», здесь была изображена прекрасная принцесса-аликорн с жеребёнком. Молодой пони лежал на пьедестале, погружённый в глубокий сон, и улыбался. Принцесса сидела рядом; крылья распахнуты вокруг жеребёнка, будто защищая его. По всему пьедесталу были нанесены изображения полумесяцев. По крайней мере теперь понятно, почему это площадь «Лунного света».

Как и у другой статуе, на основании было выгравировано название.

«Хранитель снов»

— Ты раньше никогда их не видела? — вдруг спросил Рифт. Его лоб был слегка нахмурен, и на мгновение Рэрити почувствовала себя словно на полицейском допросе. — В самом деле?

— Никогда, — ответила она, отчего-то нервничая, несмотря на невинно звучащий вопрос. — Говорю же, как бы я того ни желала, но в Кантерлоте бываю нечасто.

Он недолго помолчал, а выражение на его лице смягчилось.

— Они посвящены легенде о четырёх принцессах, — сказал жеребец, поворачиваясь к статуе. — По крайней мере пони любят так говорить. С другой стороны, в некоторых книгах об истории Кантерлота утверждается, что это простые украшения, а в других, что их воздвигли в честь аликорнов, погибших в бою столетия тому назад.

Он провёл копытом по статуе и прищурил глаза.

— Должно быть ей около семи или восьми веков.

— Ну и ну, прямо настоящий эксперт.

Рифт широко улыбнулся после такого замечания и поставил копыто на землю.

— Говорил же: лучший гид в Кантерлоте! — воскликнул он, ударяя копытом по нагруднику, затем посмотрел на статую и продолжил. — На самом деле, всего их четыре. Предположительно город разрастался вокруг них. Сейчас мы в Лунном квартале, здесь проходит вся ночная жизнь и расположены подобающие заведения. Помнишь статую, где мы встретились? Это был Солнечный двор, там расположены магазины и базары. Есть ещё одна в самом замке, а последняя находится в районе Знаний. Там публичная библиотека и школы.

— О! Я читала о чём-то подобном в путеводителе! Хотя там ничего не говорилось о статуях, — отметила единорожка, пытаясь припомнить подробности о содержании упомянутой книги. — А зря, я нахожу их очаровательными.

— Знаешь, я могу объяснить, почему Клабс так отреагировал и думал, что ты морочишь ему голову.

— Клабс? Ты про стражника? Того грубияна? — спросила она, скептически приподняв бровь. — Уж извини, если подобная тема не вызывает у меня энтузиазма.

— Он вёл себя так из-за них, — с нахальной улыбкой на лице сказал Рифт и кивнул на статую.

Рэрити переводила взгляд со статуи на жеребца, в корне не понимая, как хотя бы отдалённо могут быть связаны скульптуры и стражник. Но потом всё же вспомнила, как тот грубиян упоминал сходство между фотографий с ними. В самом деле? Он подумал, что она просто скопировала дизайн одной из них? Единорожка вновь посмотрела на запечатлённого в камне аликорна.

— Прости за мои слова, но единственное сходство между моими снимками и статуей это то, что у пони и там и там есть крылья и рог. Так я теперь шарлатанка лишь потому, что на моих фотографиях аликорн?

— Да нет же, дело не в этом, — рассмеявшись и покачав головой, ответил Рифт. Он надел шлем и направился к одному из переулков. — Давай так, будет проще, если ты сама всё увидишь. Может нам повезёт, и Дасти Пейджес ещё не закрыла библиотеку.

Рэрити последний раз взглянула на статую и потрусила следом за жеребцом. Они прошли через полдюжины улочек; единорожка по дороге столь глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила площади — большей, чем та, на которой она была днём раньше — пока они не вышли на неё. В отличие от площади Лунного света, эта была значительно обширнее и пользовалась куда большей популярностью у пони. Различные прохожие слонялись туда-сюда, заглядывая во множество магазинов, открытых даже в столь поздний час и всё ещё обслуживающих клиентов.

Хоть она и слышала, что городская библиотека Кантерлота была настоящим чудом архитектуры, лично единорожке видеть её не доводилось. Она собиралась сходить туда с Флаттершай, если бы не то злополучное заключение. Теперь же, стоя перед зданием, она желала разделить с подругой неописуемое впечатление, произведённое на неё.

— Вот мы и пришли! — воскликнул Рифт, указывая на вход. — Городская библиотека Кантерлота!

Здание было построено в классическом архитектурном стиле и тянулось вдаль на целый квартал. Экстерьер, казалось, был сделан из мрамора, но притом на нём, невзирая на разрушительное воздействие погоды, не было ни царапины. Парадную лестницу, ведущую ко входу, охраняли два каменных стража; на фасаде строения были выгравированы изображения звёзд и свитков. Однако внимание Рэрити привлекло не столько само здание, сколько то, что буквально сидело на нём.

На крыше библиотеки восседала каменная статуя гигантского дракона. Создание присело на задних лапах, обратив лицо к улице и частично распахнув свои огромные крылья. Когтистая лапа вцепилась в край крыши, а хвост свисал со здания, создавая своими шипами импровизированную лестницу. Вопреки своему внушительному виду, на лице дракона было умиротворение, словно он всего лишь присматривал за площадью. Но сильнее всего взгляд Рэрити приковало что-то наподобие овального камня в свободной лапе создания. Быть может, самоцвет? Драконы ведь любят драгоценные камни? Она вспомнила прочитанные ею легенды об их одиозных грудах сокровищ, некоторые из которых, если верить сказаниям, были размером с весь Понивилль.

Единорожка с трудом могла вообразить, как же много времени ушло на ваяние этого зверя, или, с чего следует начать, почему его возвели именно здесь. Драконы были где-то в конце её списка ассоциаций с книгами и библиотеками.

— Денза правая, что это делает на крыше библиотеки? — спросила Рэрити, по-прежнему глазея на скульптуру. Ей было жаль, что у неё нет крыльев, чтобы взлететь и взглянуть поближе. Но она всё же смогла разглядеть на здании под ним какие-то слова, так что она прищурилась и прочитала вслух:

— Semper tē prōtegam.

— Это примерно переводится как «я всегда буду тебя защищать», объяснил Рифт, глядя на надпись. — Сама же статуя называется «Страж». Она была построена примерно в одно время с остальными.

Рэрити кивнула, заинтригованная камнем в лапе дракона, и пыталась разгадать его значение. Он точно не выглядел как какой-либо из значимых символов Эквестрии, да и на других статуях, насколько она помнила, ничего подобного не было.

— И на страже чего он стоит? Полагаю, библиотеки? Или города? — спросила она, представляя, как грозное чудище оживает, чтобы встать на защиту столицы ото зла.

— Можно и так сказать, но, если верить некоторым пони, на самом деле он защищает кое-что в самой библиотеке. — Рифт поднялся по ступеням, жестом зовя за собой единорожку, но дойдя до дверей и потянув за ручку, он издал протяжный стон.

— Проклятье, Дасти, — пробормотал он, прижимаясь лицом к окну из дымчатого стекла, чтобы заглянуть внутрь. — Не, похоже, сегодня она закрылась пораньше.

Рэрити последовала его примеру, тоже прижимаясь лицом к стеклу. Как бы она ни старалась, в библиотеке не было видно ни зги, кроме теней и силуэта какого-то массивного объекта у входа. Она прищурилась… «Может, ещё одна статуя?»

— Ну, по всей видимости, какая бы книга ни должна была объяснить поведение твоего сослуживца, она вне нашей досягаемости. — заявила единорожка, отшагивая от окна, раз уж ей не повезло разглядеть что-либо. Не то чтобы какая-либо книга могла оправдать поведение того хама. — По-прежнему не понимаю, как, во имя Эквестрии, серая статуя аликорна могла опровергнуть правдивость моих фотографий, но увы.

Она ожидала ответа, но жеребец попросту продолжал глазеть внутрь библиотеки, а его лоб вновь нахмурился.

— Рифт?

— Я… я не понимаю, ты сейчас это серьёзно или нет, — сказал он, отрывая голову от двери и глядя на кобылку. Рэрити хотела было возмущённо спросить, что это он имел в виду, но жеребец продолжил раньше:

— Так эта твоя принцесса, имя-то у неё есть?

— Твайлайт, — ответила Рэрити — Твайлайт Спаркл.

«Чем сейчас занята Твайлайт», — задалась вопросом единорожка. Как она отреагирует на следующий день, когда Рэрити не появится в назначенный срок? А если она вообще не сможет завтра уехать? Она всем сердцем надеялась, что принцесса не сильно расстроится…

— Твайлайт Спаркл? — медленно повторил Рифт, погрузившись после этого в молчание практически на минуту. Он опёрся копытом на дверь. — Я… ладно, я посмотрю, что можно сделать, — наконец сказал он, отходя от двери, и перевёл взгляд на Рэрити. — Я помогу тебе и твоей принцессе.

Рэрити ошеломлённо моргнула.

— Ты… правда? Ты поможешь ей? — недоверчиво спросила она, сердце в её груди колотилось и чуть не вырвалось наружу, когда собеседник ответил улыбкой и кивком. Прежде чем она сумела сдержать свой порыв, единорожка хлопнула копытами с головокружительным упоением. — О, Рифт! Даже не знаю, как и благодарить тебя! Уверена, принцесса Ден…

— Эй-эй, не беги вперёд паровоза! — воскликнул он, поднимая копыто, чтобы пресечь дальнейшие предположения. — Тебе понадобится что-то куда весомее, чем твои фотографии, чтобы началось расследование. У нас не меньше дюжины снимков ничуть не менее правдоподобных, чем твои.

— Но… Но ты только что сказал, что тебя не устроит ничего, кроме принцессы собственной персоной на блюдечке с голубой каёмочкой! — возразила Рэрити, топая копытом по земле.

Рифт поднял бровь.

— Я совершенно точно уверен, что говорил не совсем так, но… — он вздохнул и потёр глаза. — Слушай, если ты говоришь правду, то наверняка ведь найдёшь, чем меня убедить? Например, побольше информации о ней и других принцессах, я даже не знаю. Уверен, принцесса Твайлайт с радостью поделится с тобой фактом-другим, учитывая, что ты пытаешься помочь ей и остальным выбраться. Разве нет?

Рэрити тихонько застонала и закусила губу.

Предложение Рифта было элементарным, если бы не включало в себя признание принцессе Твайлайт, что Рэрити занималась именно тем, чего аликорн просила не делать. Она не хотела, чтобы ей помогали? Не хотела найти остальных? Единорожка была в замешательстве от того, что кто-то может хотеть провести остаток жизни запертым навечно в библиотеке.

— Ладно, — наконец ответила она, — я соберу доказательства.

Рэрити отошла от входа в библиотеку и спустилась по лестнице, ощущая всё большую тяжесть с каждой пройденной ступенью и каждой тревожной мыслью. Без помощи принцессы Дензы поиск других принцесс может затянуться на месяцы или годы. Может и на все десятилетия. Неужели она была готова провести, возможно, годы жизни в поисках пропавших книг и аликорнов?

Кобыла ступила на площадь и вновь подняла взгляд на дракона. «Разве не было бы проще, если бы ты просто ожил и помог мне в поисках?» — размышляла она, желая, чтобы чудище сделало что-нибудь, а не просто пялилось на неё безучастным взглядом. Однако чем дольше она смотрела на каменного дракона, тем больше взгляд создания казался ей умоляющим. «Чудесно, теперь уже и статуи давят мне на жалость, заставляя помочь Твайлайт».

— Итак, может продолжим нашу экскурсию?

Рэрити отвернулась от дракона и обнаружила рядом с собой Рифт Шилда. Был соблазн согласиться, но она была полностью вымотана и огорчена результатом поездки. А ещё стоило не забывать про бедняжку Флаттершай, ожидающую её в отеле, так что со стороны Рэрити было бы непростительно развлекаться в обществе лейтенанта, пока её лучшая подруга места не находила, переживая за неё.

— Извини, но я вынуждена отложить предложение до следующего раза, — ответила она, извинительно улыбнувшись. — Я прилично вымоталась, да и подруга, должно быть, всё не может меня дождаться.

Она оглянулась, посмотрела примерно в направлении туристической зоны и, повернувшись обратно и похлопав ресницами, сказала:

— Тебе не сложно проводить меня до отеля? Боюсь, я слегка потерялась, — она была практически честна. В самом деле, у неё было лишь размытое представление, как добраться до своего ночлега, да и прощаться со своим прекрасным спасителем пока не хотелось.

Рифт подмигнул.

— С удовольствием, мисс Заплутавшая Туристка.

* * *

Следующим утром Рэрити была по уши в делах. Между Флаттершай, в последнюю минуту захотевшей купить угощений зверушкам, и необходимостью отстоять очередь за билетами, дарующими им проезд в Понивилль, в сутках почти не оставалось времени.

Теперь же они стояли на вокзале в окружении пони, носившихся со своими чемоданами, и единорожка сокрушалась, что ей так и не удалось взглянуть на статую в библиотеке. Намёки Рифт Шилда зажгли в ней любопытство. Что ещё хуже, все поезда были битком набиты пони, так что она сумела достать билеты лишь на вечерний рейс, прибывающий в столь позднем часу, что можно даже не думать о походе вглубь Вечнодикого леса.

Она надеялась, что принцесса не будет ждать её всё это время.

— Может она боится Духа?

После обещания Рифту скоро увидеться вновь и воссоединения с Флаттершай, они провели большую часть следующего дня, заканчивая свои дела в Кантерлоте и обсуждая всевозможные причины, почему бы принцессе Твайлайт вдруг не хотеть найти остальных и освободиться самой.

Рэрити, приподняв бровь, взглянула на пегаску из-под солнцезащитных очков.

— Дух? Ты про Духа хаоса?

Флаттершай кивнула.

— Ну… он ведь по-прежнему на свободе. Разве не так? Вдруг она опасается, что, если покинет библиотеку, то он сделает что-нибудь скверное ей?.. Или деревне? — предположила она, поправляя седельную сумку и поглядывая на проходящих мимо пони. Они ведь даже не подозревали об истине, похороненной в истории их королевства. — Вдруг он уже пленял других пони?

— Думаю, вполне возможно, — признала Рэрити, поворачиваясь к поезду, на котором им предстояло отправиться уже через несколько часов. Если Дух и впрямь избежал расправы, она сильно сомневалась, что он забросил свои злодеяния. Это бы выглядело в некотором роде противоестественно, особенно для кого-то, приложившего столько усилий для пленения трёх аликорнов.

— А что если… — Флаттершай умолкла на мгновение. — Что если он станет тебя преследовать? Нас? Ведь ты пытаешься помочь принцессе Твайлайт.

Рэрити ответила не сразу. На самом деле эта мысль никогда не приходила ей в голову. Если Дух и вправду был жив, что мешало ему остановить Рэрити и не дать освободить Твайлайт? Более того, никто не мог знать наверняка: быть может, никто не спас принцесс раньше именно потому, что он чинит препятствия всем тем, кто пытается?

— Дорогуша, уверена, что сейчас у меня и без того есть чем забить голову, — сказала единорожка, в надежде сменить тему.

Она находила размышления о возможной кончины от озлобленного духа хаоса не самой приятной темой для обсуждения.

— Вот например: что я скажу принцессе Твайлайт? Не могу же я рассказать про темницу, ведь тогда придётся объяснять, как я туда попала, и признаться, что я ослушалась её указаний. — Рэрити бросила взгляд на часы, висевшие на столбе неподалёку, и вновь перевела взгляд на поезд. — И я искренне сомневаюсь, что она примет «меня кинули за решётку, потому что вы выглядите, как статуя» за весомую причину.

Может, стражник по-настоящему считал, что Кантерлотские вариации принцесс непреложная истина и пришёл в ярость из-за того, что внешность Твайлайт не совпадает с ними. Может даже получится под таким предлогом слегка сменить имидж принцессе. Небесам лишь известно, сколько обворожительных причёсок можно сотворить со сверкающей гривой как у аликорна. При таких мыслях Рэрити слегка улыбнулась.

— О! Это вы!

Подружки повернулись на голос. К невообразимой радости Рэрити, она узнала в подходящей к ним кобыле владелицу книжного стенда с рыночной площади. Пожилая кобыла, по-видимому, слегка сбила дыхание; объёмная сумка стучала ей по бокам.

Рэрити сняла очки и помахала продавщице.

— А, мисс Скролл Кипер! Как мило увидеться вновь! — воскликнула она, когда та нагнала их с Флаттершай. Единорожка и думать не могла, что встретится с ней снова, и возрождённая надежда вернуть одну из книг принцессы незамедлительно её приободрила. — Флаттершай сказала, что вы сегодня уезжаете, так что я и не рассчитывала вас отыскать!

Скролл Кипер потрясла головой.

— Наш поезд уже скоро отправляется, это так, но я увидела вас и просто должна была подойти! Ваша подруга говорила, что вчера у вас возникли небольшие трудности? — поинтересовалась она.

— Ах… — Рэрити прокашлялась и почувствовала, как разгораются её щёки. — Ну да! — начала она, поигрывая очками и нервно посмеиваясь. — Боюсь, меня застала врасплох непредвиденная ситуация, но уверяю вас, уже всё разрешилось! Беспокоиться не о чем!

Скролл Кипер, по-видимому, такие вести пришлись по душе, и её лицо озарила улыбка.

— Рада это слышать, дорогая! Ваша подруга выглядела довольно взволнованно, — сказала она, заставляя Флаттершай слегка покраснеть. Кобыла повернулась к своей седельной сумке, открыла её и стала в ней рыться. — А ещё у меня хорошие новости по поводу книг, что вы искали!

— В-в самом деле? — спросила Рэрити, чуть не сорвавшись на писк от восторга.

«Неужели она… Могли ли… Может ли быть?»

Ответ на её вопросы она получила несколько секунд спустя, когда пегаска извлекла синюю книгу в кожаном переплёте. На миг сердце Рэрити заполонила радость, но ощущение мгновенно улетучилось при более подробном осмотре. Довольно громоздкий том на вид был в превосходном состоянии. Оформление обложки, конечно, было старомодным, но не могла ни одна книга, сменившая уйму хозяев и читанная невиданное количество раз на протяжении веков, сохраниться в таком отличном состоянии.

— Вот она! — воскликнула Скролл Кипер, совершенно не замечая уже не столь восторженное выражение единорожки. — «Магические пределы» Камелии — профессора магического анализа! Потребовалось чутка покопаться и немного удачи, но она оказалась среди книг, которые мы собирались взять в поездку! Боюсь, однако, у неё уже был владелец. Надеюсь, вас это не волнует.

Она передала находку Рэрити, принявшей её больше из вежливости. Единорожка погладила копытом кожу; как и ожидалось, она была в идеальном состоянии. Возможно, это новомодная тенденция — делать новые книги под старину или что-то вроде того. «Всё же можно и заглянуть внутрь», — удручённо подумала она, открывая книгу, и с распахнутыми глазами замерла на первой странице.

Как Скролл Кипер и упоминала, у книги в самом деле был предыдущий владелец, и упомянутая личность элегантным почерком вверху страницы вывела лавандовыми чернилами: «Собственность Твайлайт Спаркл». Рэрити провела копытом по надписи, проверяя, не привиделось ли ей, но сколько бы она ни повторяла движение, имя никуда ни исчезало.

«Она настоящая...»

— Вчера я заскочила в публичную библиотеку Кантерлота, чтобы кое-что проверить, и обнаружила, что это в самом деле, как я и подозревала, первое издание книги, выпущенной тысячу лет назад! — заявила Скролл Кипер и после краткой паузы одарила молодых кобыл таинственной улыбкой.

— Но как такое возможно? — спросила Флаттершай, робко беря книгу у Рэрити, чтобы осмотреть. — Она выглядит совершенно новой!

От замечания Флаттершай таинственная улыбка на лице Скролл Кипер лишь расплылась ещё шире.

— Это потому что, по всей видимости, перед нами очень особенная книга, — начала она, распрямляясь будто или, лучше сказать, уже начиная лекцию. — В древние времена книги ценились ничуть не меньше золота и серебра, а некоторыми и того больше! Для тех пони знания были ценнейшими сокровищами, и обладание книгой считалось великой привилегией! И потому некоторые из самых могущественных библиотекарей и хранителей книг были готовы на всё ради защиты своих сокровищ.

Она снова покопалась в сумке, достала бутыль воды и открутила крышку.

— Глядите!

Прежде чем кто-либо из подруг сумел остановить пожилую кобылу, Скролл Кипер выплеснула воду на книгу. Жидкость летела прямо в неё, но вдруг, когда том уже почти намок, появилась прозрачная золотая аура магии и оттолкнула воду. Насколько помнила Рэрити, магия принцессы Твайлайт была тёмно-фиолетовой, точно не золотой. Кто тогда наложил чары?

— Видите? — сказала Скролл, закрывая бутылку, и положила её в сумку. — Защитные чары! Причём невероятно сильные, раз уж до сих пор держатся!

Пока две подруги продолжали глазеть на книгу, пожилая кобыла достала небольшой кошелёк.

— А теперь, если вы по-прежнему заинтересованы в покупке…

Рэрити при этих словах моргнула.

— Хм? О! Конечно, конечно! Весьма заинтересованы, в самом деле, — в спешке сказала она, доставая свой кошелёк и открывая его.

Она не брала с собой всех сбережений, но надеялась, что уж на книгу-то хватит. Это было весьма редкое издание, но не могло же оно быть до безобразия дорогим. К тому же Скролл Кипер была похожа на адекватную кобылу.

— Сколько я должна?

Пегаска покачала головой.

— Что ж, дорогая, это не только редкая, но и магическая книга, так что… — она прокашлялась и спрятала кошелёк обратно в сумку. — Я бы хотела получить взамен что-то помимо битов.

— Что-то другое? — спросила Рэрити, и её энтузиазм пошёл на спад. У неё не было ничего стоящего взамен. Что ей теперь делать?

Скролл Кипер кивнула, проводя копытом по груди.

— Тогда на рынке на вас было наипрелестнейшее сапфировое ожерелье… — начала она, не замечая с ужасом нахлынувшее на Рэрити осознание. — Я бы с превеликим удовольствием обменяла книгу на него!

«Ни в коем случае».

Это было первое, что пришло в голову единорожке при мысли расстаться со своим возлюбленным украшением.

— Ах… Моё ожерелье? Но… Эмм… — бормотала она, поигрывая локоном гривы и пытаясь поскорее придумать, что ещё может заинтересовать кобылу. Она в жизни не согласится расстаться со своим оже… — Ай!

Флаттершай отнюдь не легонько толкнула Рэрити в рёбра, чтобы привлечь внимание той и неодобрительно на неё посмотреть.

— Рэрити…

Единорожка возмущённо посмотрела в ответ. Ах, так теперь она хочет эту книгу? Притом что каких-то три дня назад даже не верила в существование Твайлайт? Да знала ли она, каких усилий стоило найти сапфир такой величины? Не думала же она, что они на деревьях растут? Рэрити как раб на галерах пыхтела ради этого сапфира! Не меньше часа доводила его до блеска! И ещё с час отыскивала подобающую серебряную цепь для него!

Скролл Кипер забрала книгу и начала было убирать обратно в сумку.

— Ну что ж, если вас это не устраивает, боюсь, я должна поторапливаться, дорогая! Мой муж, наверное, уже заждался, да и поезд отбывает совсем скоро.

Взгляд Рэрити метался между её сумкой и книгой, она прикусила губу. Если не получит её сейчас, может никогда уже и не найти. Ей не по карману было по первой своей прихоти разъезжать по всей Эквестрии. Но с другой стороны, её сапфир был столь восхитительным и ценным, а как он сочетался с глазами и шёрсткой единорожки…

— Эх… Так и быть… — уступила она, залезая в сумку за своим ненаглядным, обворожительным ожерельем. Рэрити задержала на нём взгляд в последний раз и протянула копыто теперь невероятно восторженной пожилой кобыле для обмена на определённо менее обворожительно выглядящую книгу.

Скролл Кипер незамедлительно надела ожерелье, её глаза засверкали от восхищения. Такого зрелища было практически достаточно, чтобы Рэрити не слишком сильно сожалела о своём украшении. Очевидно слишком взбудораженная для формальностей, Скролл быстренько поблагодарила единорожку за сделку и упорхнула прочь, бормоча что-то о впечатлении мужа.

Рэрити наигранно вздохнула и убрала книгу принцессы.

— Вот и всё, полагаю… — прошептала она, пытаясь найти утешение в том, что приобретение, по крайней мере, несказанно обрадует Твайлайт. Единорожка не могла припомнить, чтобы аликорн вообще из-за чего-либо улыбалась.

Когда книга уже покоилась в сохранности в сумке, Рэрити оглянулась на Скролл Кипер, и увидела её вдали, бурно беседующей с жеребцом в возрасте. К её удивлению, он выглядел… подозрительно знакомо. Чёрный плащ, скрывавший практически всё тело, длинная борода… «Где я его видела?..» Нескольких мгновений на размышления хватило, чтобы её сердце замерло в груди, когда она вспомнила, кто же он. Она на самом-то деле даже уже встречала его однажды: в ту самую ночь, когда впервые встретила и принцессу Твайлайт.

«Так вы познакомились с духом принцессы, верно?»

Книжник.

Она совсем позабыла о его существовании. Словно её разум полностью сосредоточился именно на принцессе, но не на пони, уговорившем её дать Твайлайт второй шанс.

— Рэрити? Ты меня слушала? — спросила Флаттершай, безуспешно пытаясь вернуть подругу в реальность. Она положила копыто на плечо единорожке, но та проигнорировала жест и направилась в сторону супружеской пары.

— Это он…

Единственный пони помимо Рэрити, наверняка знавший о существовании принцессы Твайлайт. Единственный пони, способный помочь ей в поиске книг. Единственный пони, знающий больше неё. И он стоял прямо на другом краю станции, собираясь сесть на поезд и исчезнуть из её жизни.

Она не могла этого позволить.

— Рэрити! Ты куда? — спросила забеспокоившаяся Флаттершай, глядя как подруга сорвалась с места.

— Подождите! Пожалуйста! — звала единорожка, маневрируя между идущими пони и чемоданами, понаставленными буквально на каждом шагу; она практически галопом неслась к противоположной стороне станции. Парочка уже садилась на поезд, и она с тревогой поняла, что её не услышали.

— Скролл Кипер! — в этот раз она кричала громче, но вновь осталась неуслышанной.

К моменту когда она достигла дверей поезда, пара уже затерялась в вагоне и дородный кондуктор внутри был достаточной причиной для Рэрити не пытаться ломиться мимо него. Она галопом проскакала вдоль всего поезда в надежде ухватить Книжника и его жену в одном из окон, но удача была не на её стороне.

В конце концов она услышала последний сигнал кондуктора, и дверь закрылась. И что ей теперь делать? Скролл Кипер говорила, что они отправляются домой, но… Рэрити отшагнула и посмотрела на панель, висевшую рядом с поездом. В расписании было всего две остановки: Холлоу Шейдс и водопад Понхель, и она не была знакома ни с тем, ни с другим местом.

С тяжестью на сердце единорожка смотрела, как поезд покидает станцию, увозя с собой единственного пони, способного хоть как-то помочь в поиске принцесс. Она обернулась и увидела Флаттершай, наблюдавшую за ней издали и, по всей видимости, всё ещё пытающуюся понять, почему её подруга помчалась сломя голову. Быстренько помахав, чтобы успокоить Флаттершай, Рэрити достала книгу Твайлайт, открыла её на первой странице и в последний раз провела копытом по почерку принцессы.

«Одна есть, ещё двадцать девять…»

## — Глава 6 — Нарушенное обещание

[Изображение: https://i.imgur.com/uDKFQCz.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/XeyahZ1.png]

Утро понедельника встретило пением птиц и… уханьем?

Подавив зевок, Рэрити перевернулась на спину и сняла маску для сна. Из окна падал яркий свет, и глазам пришлось немного пообвыкнуть. К удивлению единорожки, на подоконнике её ожидала знакомая белая сова, успевшая дважды ухнуть, пока кобылка её разглядывала.

«Элара? Что она тут делает?»

Никогда раньше она не улетала за пределы леса, чтобы проводить Рэрити до библиотеки. Может, что-то случилось с принцессой Твайлайт?

— Элара! — единорожка отворила магией окно, впуская птицу. — Доброе утро!

Сова осторожно влетела в комнату и начала кружить на безопасном расстоянии от спящей в углу кошки. Наконец она уселась на изголовье кровати и пару раз моргнула, глядя на единорожку.

— Я ужасно сожалею, дорогуша. Мне внезапно пришлось задержаться в Кантерлоте, так что я не смогла вчера прийти! — объяснила Рэрити и получила в ответ вроде бы облегченное «ух». Подождав, пока Элара перелетит со спинки на кровать, единорожка продолжила:

— Как поживает принцесса Твайлайт?

Сова лишь посмотрела вниз и потеребила когтями простынь. Точно не к добру.

— Расстроена? — рискнула предположить Рэрити с надеждой, что дело было не в том. Однако к её досаде, сова взглянула на неё и, тихо ухнув, кивнула.

— Ясно, — вздохнула кобылка и поднялась с кровати. Сделав глубокий вдох, она левитировала собранные прошлым вечером седельные сумки. — Уверяю, не стоит беспокоиться. Пока она не начнет швырять меня о книжные стеллажи, я уверена, всё поправимо.

Элара радостно ухнула и, взлетев, примостилась на спину Рэрити, подальше от когтей потянувшейся кошки. За то время, что единорожка наскоро причёсывала гриву и красилась, она переняла настрой совы: если принцесса и впрямь была серьёзно расстроена, Элара навряд ли вела бы себя столь беззаботно.

Убедившись, что она ничего не забыла, Рэрити отправилась в лес, ожидая короткой, спокойной прогулки.

И всё же…

И всё же, хоть по пути она и вовлекла сову в славную, но определённо одностороннюю беседу, что-то странное не давало ей покоя на пути к библиотеке.

Лес уже далеко не так страшил её. Даже напротив, она пообвыклась к его… зловещей красоте. Даже узнавала некоторые места, по которым её водила сова, что давало ей надежду однажды начать обходиться без помощи проводников.

Но всё же именно в этот раз у неё было тревожное, отчётливое впечатление, будто что-то или кто-то следует за ней. К сожалению, из-за гама лесных зверьков было крайне сложно определить, были ли шаги, слышимые ею, реальны — хоть она и была готова в этом поклясться. Рэрити в очередной раз остановилась, чтобы оглянуться, но снова никого не обнаружила во тьме, сгущавшейся позади.

Взглянув наверх, она отметила, что Элара уже не первый раз на их пути так же глядела вглубь леса со своего насеста на ветке поблизости. «Наверняка ведь, если она тоже оглядывается каждые несколько минут, это не моё разыгравшееся воображение?»

— Кто здесь? — неуверенно позвала Рэрити. — Знаете, преследовать пони считается крайне грубым!

Ответом на её замечание о надлежащем этикете было лишь молчание; кобылка вздохнула и развернулась обратно, давая понять Эларе, что готова идти дальше. Сова взлетела с ветки и продолжила вести единорожку через лес, пока они не дошли до хорошо им знакомого дуба.

Успешно сопроводив гостью, сова взлетела к кроне древа, уселась на ветвь и устремила взгляд вглубь леса. Рэрити мельком глянула за спину в надежде застать возможного преследователя и спрыгнула во впадину. Оказавшись внизу, она прошагала к люку и спустилась в библиотеку.

«Ну вот я и здесь».

Она немного помедлила у самого входа, собираясь с духом перед встречей с расстроенным аликорном. Может, Твайлайт давно уже обо всём позабыла! На самом деле Рэрити была уверена, что принцесса уже ничуточки не переживала! Ну серьёзно, это был всего лишь один день. Не целый же месяц прошёл, или чего посерьёзней.

Единорожка ступила внутрь и обнаружила, что магический канделябр уже на потолке и освещает всю комнату. Правда, было одно отличие: свет казался… темнее в некотором роде. Не столь гостеприимным, как раньше.

Она надеялась, что это просто игра воображения.

— Принцесса Твайлайт? — позвала Рэрити и направилась вглубь библиотеки, блуждая среди книжных рядов. — Я премного извиняюсь за опоздание! Мне пришлось задержаться в Кантерлоте!

Но ответа не последовало. Ни звука, ни вздоха, ни пшика, ни чиха — ничего. «Странно, — подумала она, — раньше она бы уже отозвалась». Быть может, принцесса чем-то занята в лабиринте? По уши в поисках книжки и вовсе никого не игнорирует. Уж наверняка не грустит в одиночестве.

Библиотека была на удивление опрятной: никаких стопок книг на каждом углу. Твайлайт, видимо, была настроена серьёзно, когда говорила, что наведёт тут порядок за время отлучки Рэрити. Единорожка наугад потыкала книги в надежде чудесным образом призвать аликорна, как раньше, но даже спустя несколько минут попытки оставались тщетны.

Она ещё раз огляделась.

— Принцесса? Принцесса Твайлайт!

Ничего.

Рэрити прикусила губу. В прошлые разы тоже никто не спешил с порога её приветствовать, но … интуиция подсказывала: что-то не так. Воздух казался прохладнее, что усугубляло и без того негостеприимную атмосферу. «Я просто себя накручиваю», — повторяла она, продолжая поиски.

Побродив ещё какое-то время, единорожка наконец-то нашла стол, где Твайлайт разместила все свои новые вещи. В отличие от остальной библиотеки здесь был совершенный бардак: повсюду разбросаны листы пергамента, тут и там лежали раскрытые книги.

Вглядевшись в листы, Рэрити обнаружила на них изображения как самой фотокамеры, так и её отдельных частей. Также были пометки о том, как детали стыкуются друг с другом и как можно улучшить конструкцию.

— Она пытается починить камеру? — прошептала кобылка, несколько обрадовавшись возможности восстановления аппарата. Он всё-таки был не из дешёвых и получить его обратно было бы неплохо.

Взглянув на другой свиток, она увидела своё имя в его заголовке. Осмотрев получше, единорожка поняла, что это список вопросов и тем, заготовленных для обсуждения с ней; от вопросов о самой Рэрити: чем она любит заниматься, где работает, каково социальное положение, и всё в таком духе — до устройства современного мира. Кобыле даже в голову никогда не приходило, что у принцессы могут быть вопросы к ней, да ещё и о ней самой. Она-то знала, кто такая Твайлайт, но только сейчас поняла, что аликорн, в сущности, понятия не имеет, кем является Рэрити, помимо «пони, ненароком наткнувшейся на библиотеку».

Она подняла взгляд на календарь и заметила, что один день выделялся на фоне остальных — то был день обещанного Рэрити возвращения. В то время как другие даты были забиты разнообразными делами, на воскресенье было записано лишь два слова…

Визит Рэрити

«Ох».

Единорожка снова взглянула на пергамент на столе и пробежалась по списку вопросов, пытаясь избавиться от представшей в воображении Твайлайт, дожидающейся её весь день. Не стоит раздувать из мухи слона. Пусть и не получилось прийти днём ранее, если это приободрит принцессу, она с превеликим удовольствием ответит на вопросы сегодня. У них ведь целый день впереди, и она намеревалась наверстать упущенное.

Первым делом Рэрити собиралась взять список и перечитать его. И она так бы и поступила, не исчезни внезапно пергамент чуть ли не из-под носа. Вскрикнув от удивления, кобыла отшагнула от стола и быстро осмотрелась, но никого не заметила. Денза помилуй, неужели Твайлайт снова принялась играть в прятки? Может, стоит до десяти вслух посчитать? Или идея с призывом пентаграммой из книг была не так и плоха?

— Принцесса Твайлайт? — отважилась отозваться Рэрити.

Произнося эти слова, она спешно оглядывалась, в надежде приметить аликорна хоть краем глаза, но безрезультатно. «Тьфу ты». Ей вовсе не хотелось прибегать к разгрому ещё одной аккуратно рассортированной стопки книг, но, как бы поспешила объявить Свити, иногда устроение беспорядка было оправдано. Но как назло, после наведения Твайлайт порядка в библиотеке, вокруг не было ни единой стопки книг, чтобы её опрокинуть.

— Рэрити.

Когда-нибудь принцесса Твайлайт напугает её до смерти.

Перепуганная единорожка оглянулась и в нескольких метрах от себя увидела аликорна.

— О-ох, принцесса! Вот вы где! — нервно улыбаясь, поприветствовала она.

По мнению Рэрити, Твайлайт вовсе не выглядела бодрой и весёлой, но также не была и озлобленной или опечаленной. Как и сама единорожка, принцесса анализировала ситуацию, в особенности свою гостью. Твайлайт сделала шаг вперёд и, прищурив глаза, стала её осматривать.

— Вчера тебя не было, — сказала она размеренно, отступив обратно. Ни её голос, ни лицо не выдавали ни намёка на эмоции. — Я было подумала, ты ранена, или на тебя напали, — её ушки опустились на краткий миг.

— Я вол… Элара и Темис беспокоились о твоём благополучии.

Конечно, Рэрити без труда отгадала первоначальную фразу, но решила не заострять на этом внимание. Вместо того она положила копыто на грудь.

— Что вы говорите, в самом деле? Как заботливо с их стороны! — она покрутила головой, притворяясь, будто ищет сов. — Ужасная нерадивость с моей стороны — заставлять их переживать! Хорошо, что волноваться не о чем! Всего лишь небольшая непредвиденная зами…

— Ты принесла взятую тобой книгу? — перебила её Твайлайт, понизив температуру в комнате на несколько градусов лишь своим голосом.

Рэрити мысленно поморщилась. Это явно недобрый знак.

— Эм, да! — поспешно ответила она, заглянув в сумку, и задержала копыто над книгами, пытаясь определить, какую стоит показать первой. В конце концов она выбрала взятую у принцессы, надеясь сохранить вновь обретённый том как козырь на случай, если настроение аликорна не пойдёт в гору.

— Вот и она!

Твайлайт взяла книгу и куда-то её телепортировала. Никакого заполнения библиотечной карты, никакого «спасибо», ничего. Затем последовало неловкое молчание, когда обе пони, по-видимому, не находили, что сказать. Неужели так и дальше будет продолжаться? Подобная перспектива казалась единорожке далеко не радужной. Она полезла в сумку за второй книгой.

— Как поездка? Понравилось? — вдруг спросила Твайлайт.

— О, ещё как! — солгала Рэрити, вынимая копыто из сумки. — Было превосходно!

На самом же деле, компания Флаттершай была единственным светлым пятном во всей поездке. Единорожка не хотела, чтобы принцесса узнала о её времяпровождении в темнице, да и в честности касательно других результатов она смысла не видела. Раз уж нарушила обещание, то можно хоть обставить всё, будто оно того стоило.

— Там было столько всего интересного! Например, для начала…

Разговоры о Кантерлоте и высшем свете Эквестрии были темой, на которую Рэрити могла говорить без конца. Она могла беспрестанно расписывать все прелести столицы, чем успешно и занималась, приукрашивая каждую деталь повествования и изображая Кантерлот лучшим местом в мире. Этот блеск, гламур, шик, да совершенно всё!

Также единорожка в красках описала принцессе замок — точнее ту его часть, что удалось повидать: темницу и зал, заполонённый зеркалами и кристаллами, через который её провёл Рифт.

Она пришла в такой восторг от своих ярких описаний, что не заметила удручённого взгляда и поникших ушей Твайлайт.

— Я на самом деле обожаю Кантерлот. Уж вы-то понимаете, почему я не могла не задержаться хотя бы на денёк? — закончила Рэрити, издав мечтательный вздох, и только тогда заметила перемены в лице аликорна. — П-принцесса?

— Понимаю, — прошептала Твайлайт, сиротливо водя по полу копытом. — Я тоже всегда любила дом.

От этих пяти слов Рэрити ощутила себя самым бестактным и бесчувственным жеребёнком на свете.

— Ох, Эквестрии ради, принцесса Твайлайт, я… я не хотела… я… — запиналась единорожка в разбушевавшейся панике, прикрывая рот копытами и тряся головой. Но уже было поздно. Сказанного не воротишь. — Я премного извиняюсь! Я не зна…

— Тебе что-то ещё нужно? — перебила принцесса, глядя на единорожку. — Я была занята перед твоим приходом.

— Принцесса Твай…

— Я понимаю, — подняв копыто, сказала аликорн. — С чего бы тебе возвращаться сюда? Кантерлот ведь куда приятней. Я не виню тебя за задержку: кто вообще захочет тратить время на общение с пони, швырнувшей их в шкаф? — спросила она холодным и неумолимым, как темница замка, голосом.

Но всё же, несмотря на это, её лицо выдавало лишь единственную эмоцию — одиночество. Рэрити ещё никогда не видела, чтобы оно настолько охватывало аликорна.

Подобное одиночество опустошает, оставляя пустую оболочку, движимую лишь инстинктами, а не желанием деяний и свершений. Как Рэрити надеялась понять одиночество, подобного которому сама никогда не испытывала? Пока же она хотя бы могла замечать его обрывки в действиях Твайлайт, в её глазах и речах.

Это напомнило о их первой встрече — которая, казалось, была так давно, хотя и была лишь недавно, — когда принцесса умоляла Рэрити не уходить. Она сбросила все барьеры, всю важность королевской персоны, и обнажила невероятно одинокую кобылу, просящую о компании, ведь больше ей ничего не оставалось. Не осталось ничего, кроме книг, не способных поддержать беседу, и наверняка уже давно поблёкших воспоминаний.

— Если тебе больше ничего не нужно, Рэрити, — продолжала Твайлайт, поднимаясь на все четыре. — То я удалюсь по делам. Ты не обязана возвращаться сюда, если сама того не желаешь.

Календарь, заметки, вопросы… Чувство вины захлестнуло единорожку.

Твайлайт дожидалась Рэрити, потому что та была её единственной ниточкой к внешнему миру, а она не пришла. Теперь же из-за её языка без костей принцесса чувствовала себя не только никому не нужной, но и променянной на потерянное ей самой.

Когда Твайлайт развернулась, намереваясь уйти, Рэрити заговорила практически паническим голосом:

— Я искренне прошу прощения, принцесса Твайлайт! Мне действительно жаль! — совершив подобный проступок, единорожка могла сделать лишь одно — искренне, от всего сердца принести извинения.

Просить прощения, потому что в конце концов было неважно, из-за чего она не явилась, важным был только сам факт — обещание она не сдержала. Аликорн обернулась и посмотрела на неё, что достаточно приободрило Рэрити, чтобы продолжить.

— На самом деле мне нравится проводить здесь время. Сильнее, чем вы могли подумать — это так. Я безмерно виновата перед вами за то, что не вернулась вчера. У меня нет оправданий.

По началу выражение лица принцессы даже не дрогнуло: Рэрити уже было испугалась, что её речь не возымела эффекта, как вдруг в комнате стало светлее. И, как и комната вокруг, лицо аликорна слегка просветлело, а ушки воспрянули. В глазах её теперь читалась не печаль, а нечто, что у Рэрити получалось описать только как… надежду? Быть может, даже искренняя вера в слова единорожки?

Но тут выражение сменилось вновь.

— Подожди-ка… — щурясь, сказала Твайлайт. Она шагнула к своей гостье и прошептала: — Ты… посетила замок?

Рэрити приподняла бровь. Разве не об этом она тут весь последний час распиналась? Она была более чем уверена, что уделила не меньше десятка минут на оды дизайну интерьера древнего сооружения.

— Ну да? Хоть я уже и от всего сердца извинилась за задержку в столице ради того, чтобы побольше поглазеть…

— Нет, я не об этом, — ответила Твайлайт, тряхнув головой, и сделала ещё шаг к собеседнице, с каждым мгновением выглядя всё внушительней. — Ты упомянула посещение в замке кристального зала. Я права?

— Да… Ну, так скажем, это был довольно большой коридор, заполненный зеркалами и ведущий из… — тут она осеклась: слово темница повисло на языке, она прокашлялась и продолжила: — Какой-то части замка к выходу.

Твайлайт пристально на неё посмотрела.

И вдруг рядом с ней появилась раскрытая книга.

— Замок Кантерлота претерпел несколько серьёзных перестроек, произведённых после вознесения принцессы Ми Аморе Кадензы Первой, последовавшего из её роли в первой полемике Кристальных земель, — выглядело так, словно она цитирует книгу по памяти, и Рэрити вполне допускала, что так и было. Страница перевернулась. — Внушительных размеров коридор был добавлен и украшен кристаллами и зеркалами. Он соединил вход замка с башней принцессы Кадензы, тронным залом и темницей.

На следующем развороте была нарисованная от копыта иллюстрация коридора, через который Рифт Шилд провёл Рэрити.

Единорожка нахмурилась, глядя то в книгу, то на аликорна.

— Принцесса, я не по…

— Уверена, ты заметила, что эта часть замка не соединена с парадным входом и не предназначена для обычных посетителей. И если ничего существенно не изменилось со времён моего заточения, единственные причины там побывать — это либо аудиенция у принцессы Кейденс или её потомков, либо пребывание в темнице. Единственной причиной, почему ты видела это место, может быть то, что ты пыталась попасть на аудиенцию с принцессой Дензой — именно то, что я просила тебя не делать.

Лицо Рэрити стало бледным, как у покойника.

— Я… эм… ну… — запиналась она, водя копытом по гриве. Ей отчаянно нужно было придумать ответ и поскорее: с каждой секундой молчания взгляд Твайлайт становился суровее и суровее. — Т-туда теперь пускают посетителей!

Твайлайт хранила молчание. Не издала ни звука, ни писка, ни даже шороха. Лишь щурилась ещё сильней, вызывая у Рэрити ощущение, будто некий призрачный взор до самой глубины души проникает и копается в ней.

— Хорошо-хорошо! — воскликнула она, прижимая ушки к голове. — За решёткой я была! Меня посадили в темницу в субботу, так что на поезд домой я попасть никак не могла, ведь была занята тесным знакомством со всей гадостью, что копилась там веками! Вот почему я была в том коридоре, вот почему я не сдержала обещание!

Лицо Твайлайт тут же выдало нахлынувшее на неё беспокойство, и она поджала ушки.

— Тебя посадили в темницу? — спросила она куда более мягким тоном, чем допрашивала ранее. Из-за этого беспокойства аликорна Рэрити желала, надеялась, умоляла, заклинала чтобы следующим вопросом не было… — Как так вышло?

Два пути лежало пред единорожкой.

Простой путь — наплести очередную фантастическую историю об интригах и расследованиях, вовлёкших её в дело о краже в Кантерлоте, и надеяться, что Твайлайт в это поверит.

Или же сложный путь — рассказать всё как было, распоров деликатные нити, удерживающие её ложь вместе, принять гнев принцессы и надеяться, что её не не кинут снова в шкаф. А уж после думать, что делать дальше.

— Потому что доказательства вашего существования, которые я принесла, оказались недостаточны для получения аудиенции у принцессы Дензы, — сказала она, совсем не колеблясь — ну или разве что чуть-чуть — и попыталась не потерять самообладания в момент, когда всё беспокойство улетучилось с лица аликорна. Рэрити оставалось лишь пожинать, что она сама же и посеяла.

— Вместо этого, — продолжила она, преодолевая желание вернуться к лёгкому пути, — стражи восприняли всё как розыгрыш и решили проучить меня ночью в темнице.

Вот так.

Теперь, когда всё вскрылось, оставалось только встретить лицом к лицу угрожающе спокойный шторм в виде совершенно молчаливой принцессы. Рэрити приняла столь горделивый и важный вид, насколько могла, пытаясь не испугаться непроницаемого, но в то же время разъярённого взгляда аликорна, как бы непостижимо это не звучало. Рэрити была полностью готова к обязанным последовать крикам, но была попросту обезоружена, видя как Твайлайт, под звук падающей на пол книги, попросту молча телепортировалась невесть куда.

Единорожка не имела и малейшего понятия как реагировать на подобное, посему просто моргала, пялясь на место, где аликорн находилась совсем недавно.

— Принцесса? — решилась позвать она, но не добилась ответа. — Принцесса, пожалуйста, я приношу свои извинения, что пошла туда без вашего разрешения!Давайте обсудим это? Пожалуйста, — спустя ещё несколько призывов, также оставшихся без ответа, Рэрити тяжело вздохнула и подобрала магией книгу.

— Принцесса Твайлайт! Вы ведёте себя просто смеш…

— Я ведь говорила, что не хочу тебя вмешивать! — голос принцессы прогромыхал на всю библиотеку, практически словно она была сразу повсюду. Вдруг аликорн явилась поверх книжного шкафа; крылья распахнуты, а в глазах бушует огонь. — Ты не можешь мне помочь!

— Почему? — требовательно спросила Рэрити, вконец сбитая с толку непреклонностью Твайлайт против помощи. — Вы позволили мне искать книги! Чем же отличается поиск информа…

— Из-за книг в темницы не сажают! — перебила принцесса и телепортировалась прямо перед Рэрити, заставляя ту отшагнуть назад. — Насколько мне известно, он всё ещё на свободе! Насколько мне известно, никто до сих пор не помог мне по одной причине — он их всех переловил или поубивал!

На такое у Рэрити ответа не было, не потому что считала принцессу правой. Если Дух действительно разгуливал по Эквестрии и вставлял палки в колёса освободителям принцесс, то… почему он не помешал Рэрити заполучить одну из книг Твайлайт? Они ведь были ключом к её освобождению. Разве нет?

— Но принцесса…

— Разве ты не понимаешь?! — аликорн продолжала, неуклонно распаляясь всё сильней и сильней. — Твоих доказательств не хватило даже чтобы убедить в моём существовании знать Эквестрии!

— Да потому что вы не хотите дать мне больше фактов! — рявкнула Рэрити в ответ, шагая в сторону Твайлайт — это был столь дерзкий поступок, что она была уверена в заслуженности очередного заточения в темнице, будь в библиотеке хоть что-то подобное. — Как по-вашему я должна доказать ваше существование другим, если вы мне ничего говорить не хотите, да ещё и запрещаете искать информацию самостоятельно?

Было очевидно — аликорн не ожидала отпора от единорожки, она поджала ушки и отступила на пару шагов. Но, однако, это не поубавило желание Рэрити высказать всё, что было на уме. Она продолжала наступать в сторону принцессы, топая копытом о пол.

— Ну почему вы против моей помощи?!

— Потому что не хочу, чтобы кто-то подвергался опасности из-за меня! Не хочу я этого! Только не снова! — выпалила Твайлайт, топая о пол в ответ, а её голос даже слегка надломился. — Какое тебе вообще до меня дело?!

В ретроспективе это выглядело даже забавно, как Рэрити задавалась этим вопросом и пыталась выпытать ответ из себя, но теперь же слова дались легко и естественно:

— Ведь ты мой друг, Твайлайт! — воскликнула она со всей искренностью, которой ранее ей недоставало.

Всё потому что за короткие несколько недель, как она нашла библиотеку, единорожка даже не задумывалась, что возвращается туда не из жажды приключений и тайн, но лишь из любопытства к подруге аликорну.

— Н-но, ведь… — принцесса пятилась ещё дальше, тревога в её глазах сменилась на полнейшее недоумение. Она неоднократно открывала рот, но, очевидно, мысли мчались быстрее чем она могла бы произносить их. Когда же язык перестал заплетаться, она протараторила ошеломлённым голосом: — Но ведь я назвала тебя Духом! Да и встретила ты меня всего… пять взятых книг назад!

— Принцесса, если я не отстала от жизни, у дружбы нет отсчёта на вступление в силу.

Твайлайт выглядела так, словно желала парировать резким аргументом, но подходящего подобрать не могла. Воспользовавшись подвернувшимся безмолвием принцессы, Рэрити продолжила:

— И я вновь приношу извинения за нарушенное обещание — я не должна была этого допустить — и за всё, что я наделала. Не так должны вести себя друзья.

Аликорн не проронила ни слова и, по-видимому, пыталась обдумать слова единорожки.

— Благодарю за извинения, — наконец сказала она.

— И прошу вас, поверьте, я действительно желаю вам помочь, — продолжила Рэрити, отлично понимая, что вновь ступает на тонкий лёд. — Всем сердцем.

— Я… не знаю, — сказала Твайлайт, бродя вокруг и бормоча себе под нос. Было чудно́ видеть, как она шагает сквозь книжные полки: к такому зрелищу Рэрити ещё привыкла не до конца.

Пока принцесса была погружена в раздумья, единорожка стала изучать поднятую с пола книгу. К её безмерному удивлению, автором была отмечена та самая пони, что сейчас бормотала об опасностях путешествий по всей Эквестрии в поисках давным-давно пропавших принцесс.

В Рэрити разыгралось любопытство, она открыла книгу и отметила, что та была полностью написана от копыта элегантной лавандовой каллиграфией. Кобылка пролистала несколько страниц и наугад остановилась на одной. Там было изображение зала совещаний с его названием и описанием чуть ниже.

* * *

«Сады согласия»

Возведённые после окончания первой Войны хаоса Сады согласия были спроектированы для служения местом встреч четырёх принцесс и Духа хаоса.

Переговоры проводились каждую годовщину завершения Первой войны хаоса. Принцессы предоставляли Духу небольшой участок бесплодной земли, где ему дозволялось творить любой хаос, а взамен он обязывался соблюдать мир с остальным королевством Эквестрии. В случае же нарушения соглашения, Элементы гармонии будут использованы, да постигнет его заточение в камне или участь и того страшнее.

Мраморные стены украшали несколько гобеленов, изображавших вырезки из событий войны: от самого начала до победы над Духом хаоса и вознесения Твайлайт Спаркл, ставшего логичной наградой за важнейший вклад в завершение противостояния. Благодаря заклинанию, созданному совместными усилиями Старсвирла Бородатого и принцессы Спаркл, стены помещения и весь дворец целиком покрывал защитный барьер, препятствующий распространению магии хаоса. Таким образом принцессам нечего было опасаться в течение Встреч мира.

Но эти встречи закончились с приходом Второй эры хаоса, начавшейся после пятой Встречи мира, когда Дух потребовал нечто большее, чем просто земли, и ему было отказано.

* * *

—… вознесение Твайлайт Спаркл, ставшего логичной наградой за важнейший вклад в завершение противостояния.

Взгляд единорожки задержался на предложении, и Рэрити осознала, что до этого момента считала, что принцесса Твайлайт была аликорном, как бы всегда. Единорожка открыла содержание и отыскала искомую главу:

— Вторая война хаоса, страница четыреста тринадцать.

Полистав книгу, Рэрити достигла искомой страницы и сглотнула:

«Это… Что это?»

Слова «твоя вина» были написаны заглавными буквами на всем развороте. «Могла… могла ли Твайлайт такое написать?» Но почерк даже близко не был похож. Просмотрев следующие страницы, единорожка обнаружила, что вся глава целиком исписана одними и теми же обвинительными словами. Рэрити снова открыла начало главы и попыталась прочесть первоначальный текст, но была прервана Твайлайт, которая решила продолжить отстаивать свою точку зрения.

— То, что ты нашла меня, отнюдь не означает, что найти других будет просто! — принцесса указала на календарь, висящий над столом: — Прошла уже тысяча лет! Если даже я понятия не имею, куда он мог их заточить, то как ты сможешь найти информацию столь же… столь же… — Она выхватила книгу из магического захвата Рэрити и помахала ей. —… Столь же потерянную и невосполнимую, как взятые у меня книги!

Рэрити просто смотрела в ответ, опустив копыто, которым она пыталась дотянуться до книги. Ей, конечно, сильно хотелось засмеяться и похлопать по голове блаженно несведущего аликорна, но вместо этого единорожка решила просто объяснить всё с невинной улыбкой.

— Почему ты так на меня смотришь? — осторожно спросила Твайлайт, похоже не понимая, что происходит.

— О, пустяки! — беззаботно ответила Рэрити, проведя копытом по гриве. Затем она дотронулась до щеки: — Просто задумалась, стоит ли мне положить куда-нибудь свою сумку, потому что «потерянная и невосполнимая» книга жуть какая тяжёлая.

Ответ последовал не сразу.

— Ты… ты нашла книгу? — удивленно вопросила аликорн.

— Так, как же она там называлась? — продолжила единорожка, поднимая копыто, чтобы полюбоваться остатками хуфикюра недельной давности. — Вроде бы «Магические пределы» Камелии — профессора магического анализа, — Рэрити достала магией книгу, в тайне наслаждаясь зрелищем Твайлайт с отвисшей челюстью, словно аликорн была кобылкой, которой подарили подарки раньше дня рождения. — Да, точно! Это вам, принцесса, — улыбаясь самой обаятельной улыбкой единорожка левитировала книгу её владельцу.

Глядя, с какой осторожностью Твайлайт взяла вновь обретённую вещицу, можно было подумать, будто ей подарили крайне хрупкий, прекраснейший во всём королевстве бриллиант.

— Это… — она потеряла дар речи в момент, когда открыла первую страницу и увидела собственный почерк. Она начала перелистывать страницы и бормотать, словно входила в транс. — Может… а вдруг именно поэтому я не могу найти карту? Что если потерянные книги играют ключевую роль в её поиске? — по-видимому, вопросы были адресованы к ней самой, из-за чего у Рэрити возникло ощущение, что о её присутствии совершенно позабыли.

Хотя она и сама была слишком занята, чтобы об этом беспокоиться.

«Карта? Какая карта?» — подумала она, ломая голову в попытке вспомнить об этом. Ни в словах Книжника, ни в легенде совершенно не упоминалась никакая карта, но она должно быть крайне важна, раз её искала Твайлайт, и даже более чем, если имела отношение к потерянным книгам. Единорожка навострила уши, при мысли, что карта может быть связана с местонахождением остальных аликорнов.

— Карта, с помощью которой можно найти принцесс? — спросила Рэрити, делая шаг вперёд, чтобы заглянуть в книгу, она надеялась, что после такого подарка, Твайлайт охотнее станет делиться информацией.

— Нет, — ответила аликорн, не отрывая глаз от книги. — Для поиска… — к разочарованию Рэрити, принцесса оборвала речь и, закрыв и прижав к груди своё сокровище, подняла взгляд на собеседницу. — …Чтобы помочь другу, — сказала она не без усилий.

— Вы про одну из принцесс? — спросила единорожка. В конце концов, сколь бы ужасающе это ни звучало, любой другой друг Твайлайт уже давно должен был покинуть этот мир.

Твайлайт поморщилась.

—… Нет, он… не аликорн.

— Он?

Хотя Рэрити и понимала, что принцесса не хотела ворошить эту тему, но её любопытство взяло верх над тактичностью.

— Вы хотите сказать, что Дух заточил ещё пони помимо вас и двух других принцесс? — вот это была новая, ценная информация. — Кого?

Твайлайт закрыла глаза и помассировала лоб.

— Нет, его не… Я не уверена, что и вправду… Он сказал, только карта поможет… — она застонала и отвернулась, скрипя зубами. — Ты будешь… Пожалуйста, не могла бы ты продолжить поиски моих книг? — снова с заметным усилием спросила аликорн.

— И… — она глубоко вдохнула. — Поищешь информацию о других принцессах? Конечно, не подвергая себя опасности.

Рэрити едва сдерживала свой восторг, возбуждённо притопывая копытами по полу.

— Принцесса, почту за честь помочь вам. Определённо, я продолжу разыскивать ваши книги, — сказала она с облегчением, ведь её роль в этой сказке не оборвалась так скоро. Единорожка хихикнула и похлопала ресницами. — Хорошо, что вы не взимаете штраф за просрочку!

Твайлайт прищурилась, водя копытом у рта.

—… Не взимаю штраф за просрочку?

— Ну или штрафуете курьера! — спешно добавила Рэрити, нервно смеясь и отшагивая немного назад, внезапно представив, как вмиг улетучатся все её сбережения. — Вы ведь не штрафуете?

Твайлайт лишь молча щурилась всё сильней.

— Стойте! — взвизгнула единорожка, тряся головой. — Прошу, не берите с меня неустойку. Я всерьёз сомневаюсь, что во всей Эквестрии хватит денег на это.

Твайлайт закатила глаза, и Рэрити могла поклясться, что увидела довольную ухмылку.

— Да не собираюсь я тебя штрафовать, Рэрити. Не ты ведь её брала, — сказала она, словно это было очевидно, и телепортировала книгу прочь. — С моей стороны это было бы несправедливо.

— Хвала Эквестрии, — заметно расслабившись, ответила единорожка. — Боюсь, мои сбережения сильно поредели после покупки камеры. — Лишь когда с губ сорвалось последнее слово, она осознала: кому и о чём она говорила. — Не то чтобы всё ещё на вас сержусь, конечно же! — второпях добавила она.

Но Твайлайт и не выглядела расстроенной напоминанием.

— С чего бы тебе сердиться? Я починила твоё фотографирующее устройство.

— Починили?

Уж это-то точно было приятным сюрпризом, учитывая, что Рэрити явно сомневалась в способности принцессы починить камеру, не зная даже очевидных вещей о её работе. Но опять же, от добра ведь добра не ищут? Особенно без добротной суммы битов в запасе.

Твайлайт кивнула.

— Мне ещё нужно чуть-чуть её подрегулировать, но это должно быть недолго.

— Ах, ну, планов у меня всё равно нет, можно и подо… — не успела она закончить, как рог Твайлайт засиял, и внезапно они с Рэрити очутились на нижнем этаже, стоя перед столом прямиком у входа в лабиринт. От довольно причудливого ощущения после телепортации у неё пробежали мурашки. — Ну или так.

Единорожка заметила фотоаппарат, лежащий на столе, но, как она и подозревала, как новенький он не выглядел. Несколько бесприютных частей механизма лежали неподалёку, но Рэрити сдержала желание отметить, что устройство навряд ли станет работать в несобранном состоянии.

— Я наложила заклятья, чтобы модифицировать некоторые детали. Фотографии теперь должны быть качественнее, — начала Твайлайт, левитируя камеру к единорожке. Также она передала клочок пергамента, на котором были отмечены довольно простые заклинания. — А ещё я адаптировала кое-какие заклинания смены цвета, так что теперь ты можешь менять цветовую палитру изображений.

— Ясно…

Рэрити внимательно осмотрела фотоаппарат, и принялась за чтение пергамента. Полутона, тёплый, холодный, тёмный: они все выглядели как фильтры, вроде тех, какие можно было найти в магических камерах, столь дорогих, что единорожка о них могла только мечтать. Она было направила устройство на близлежащую книжную полку, но передумала и взглянула на Твайлайт.

— Почему бы нам не сфотографироваться вместе? — предложила она, с энтузиазмом размахивая камерой. Твайлайт не успела ни возразить, ни согласиться, как Рэрити уже примчалась и встала рядом, слегка дрожа от повеявшего на неё от аликорна холода. Направив на них объектив, она сквозь широченную улыбку спросила:

— Заклинание накладывать сейчас?

— Эм, нет, на саму фотографию, — ответила Твайлайт, ёрзая на месте. Она протянула копыто к камере. — Может стоит сначала запечатлеть что-нибудь другое для…

— Нет-нет! — запротестовала Рэрити, отмахиваясь от копыта принцессы, откашлялась и вернулась в позу с улыбкой на лице. — Вот так, отлично, вы гото… Принцесса, могли бы хоть попытаться смотреть в камеру.

К недовольству Рэрити, Твайлайт, с глазами по пять бит, упорно пялилась на потолок.

— Здесь кто-то ещё, — медленно прошептала аликорн, отодвигаясь от камеры. — Наверху.

Единорожка незамедлительно покосилась наверх.

— Кто-то ещё? — спросила она шёпотом. — Постойте, а как вы узнали? Я ничегошеньки не слышала!

Твайлайт прищурила глаза.

— Чары на книгах предупреждают меня о прикосновениях к ним. Так я и узнала о твоём присутствии в твой первый визит, — она закрыла глаза и навострила ушки. — Они в отделе социальных наук.

«Так за мной всё же следили! — подумала Рэрити, прикусив губу. — Но кто? И зачем?»

— Что нам теперь делать? — поспешно прошептала она. — Принцесса? — за полминуты так и не получив ответа, кобыла оглянулась и обнаружила, что аликорна и след простыл.

— Ради всех пони…

«В самом-то деле, — подумала она, положив фотоаппарат обратно на стол, и помчалась к лестнице. — Обязательно было меня бросать?» Пони, которых сюда занесло, могут оказаться полезны, а зная склонность принцессы к не самым дружелюбным приветствиям, будет куда лучше, если Рэрити сама их найдёт. Когда же она наконец поднялась этажом выше, там царила тишина, а канделябр более не освещал помещение. «Да уж, попробуй тут не напугать».

Так тихо, насколько могла, Рэрити шагала через ряды книжных шкафов, светя своим рогом в поисках незваных гостей.

— Принцесса Твайлайт?

«А вдруг это Дух пришёл по мою душу из-за помощи Твайлайт?» — неожиданно вспыхнула у неё мысль, и единорожка замерла на месте. Она покачала головой и продолжила поиски.

— Нет, Рэрити, не глупи. Уверена, он и знать обо мне не знает, если вообще до сих пор жив, что до… — она остановилась вновь.

— А вдруг всё же он? Эквестрия родная, а если принцесса права?! Может позволил мне найти книгу, чтобы убедиться, что я помогаю Твайлайт, и теперь он здесь, чтобы оборвать мою жизнь! Или ещё чего похуже! Хотя, куда уж ху…

— Рэрити.

Единорожка резко вдохнула от ужаса и впечаталась в ближайшую книжную полку, хватая ближайшую книгу, как импровизированный щит от хаотического губителя. Она обернулась и поначалу никого не нашла, пока не взглянула наверх, где на шкафу стояла аликорн.

— Принцесса Твайлайт! — отдышавшись, прошипела Рэрити. — Неужели обязательно вытворять такое каждый раз?!

Твайлайт проигнорировала вопрос, вместо этого глядя на потолок.

— Канделябр сработал, значит это не были Элара или Темис.

— В каком плане сработал?

— Стар настроен на выключение при обнаружении посторонних в библиотеке, — объяснила принцесса и, исчезнув на мгновенье, появилась поверх шкафа вдали.

Рэрити уставилась в потолок, вспомнив, что ранее канделябр не среагировал на её приход. Означало ли это, что Твайлайт больше не считает её посторонней? При осознании этого, довольная единорожка слегка улыбнулась, тут же позабыв зачем вообще поднималась наверх. Однако ей поспешили напомнить: грохот и крики раздались у входа в библиотеку, напугав Рэрити до полусмерти.

Твайлайт тут же телепортировалась, а Рэрити куда медленнее начала прокладывать свой путь между книжными стеллажами. Аликорна вместе с магическим канделябром она нашла у входа в туннель.

— Они ушли! — объявила Твайлайт, сверля взглядом проход.

Рэрити быстро миновала аликорна и вышла за барьер.

— Может они все еще снаружи! Как только их найду, сразу вернусь!

— О, эм, подожди! — окрикнула принцесса Твайлайт.

Когда единорожка обернулась, аликорн позвала Темиса. И спустя секунду черная сова уже кружила над принцессой.

— Темис, пожалуйста, лети за ней, — проинструктировала Твайлайт сову, прежде чем обратилась к Рэрити: — И, прошу, будь осторожна…

— Конечно, — кивнула единорожка.

Рэрити молнией выскочила из библиотеки в лес, но посреди углубления вокруг дуба никого не оказалось.

— Есть здесь кто? — выкрикнула она, обходя древо. Снова никого. Рэрити вылезла из оврага и двинулась в лес. Однако единорожке оставалось лишь раздраженно констатировать, что кем бы ни был вторгшийся, его след давно простыл. Взглянув на дуб, Рэрити заметила, что Элары тоже не видать. Может она полетела за нежданным гостем?

Ещё раз оглядев окрестности, единорожка заметила огоньки вдалеке, прямо как в Ночь поисков. Флаттершай сказала, что тогда так и не проверила, была ли это хижина Зекоры или нет, так что, может быть, быстро глянуть, что же это на самом деле, неплохая идея. Если уж на то пошло, загадочный посетитель библиотеки мог пойти туда в поисках убежища.

Но вдруг огонек погас.

Рэрити сделала ещё пару шагов в сторону исчезнувшего света, как вдруг заметила его в абсолютно другом направлении и ближе, чем он был ранее. По спине единорожки пробежали мурашки, и не такие, которые пробегали при чувстве преследования. Это был глубинный инстинкт, говоривший, что, чем бы ни был тот огонек, Рэрити не захочется с ним связываться.

Он напугал само её естество, и она не знала почему.

Свечение снова исчезло, теперь насовсем. Сглотнув, Рэрити медленно направилась обратно к библиотеке. Если выбирать из двух сверхъестественных сущностей, то выбор, очевидно, был в пользу призрачной принцессы-библиотекарши, а не наводящего жуть мерцающего огонька. Спустившись по лестнице, Рэрити обнаружила, что Твайлайт всё ещё сидит рядом с барьером.

— Ты их нашла? — спросила принцесса, наклонив голову, будто пытаясь разглядеть кого-то за единорожкой.

— Нет, когда я вышла, никого уже не было, — ответила Рэрити, направившись к Твайлайт. — Элара тоже куда-то делась, — вздохнула кобыла, входя в библиотеку. — Может она последовала за незнакомцами? Интересно что… Принцесса… что вы…

По всему полу хаотично аккуратными стопками лежали книги. Все стеллажи опустели.

— Принцесса, зачем вы вообще это сделали? — вопросила единорожка, переводя взгляд с равнодушного аликорна на бардак. — Порядок ведь был безупречный!

— Мне нужно проверить, не ведет ли новая книга к карте, — ответила принцесса, открывая еще пару томов. Книга, которую принесла Рэрити, материализовалась над Твайлайт, паря в воздухе, пока аликорн занималась другими томами. Она была будто в трансе, пока не взглянула на единорожку и ещё раз не удостоверилась в её присутствии.

Если принцесса собиралась заняться поиском карты, то Рэрити и не ожидала, что её пригласят принять участие. Несколько неловко единорожка улыбнулась и спросила:

— Ну я тогда пойду? Возьму камеру и вернусь в любой другой день. И больше никаких опозданий на день, — добавила она, также неловко посмеявшись.

Твайлайт опустила книгу.

— Я… — она несколько раз пыталась что-то сказать, но осекалась.

— Или я могу помочь разложить книги, после того, как вы их просмотрите? — предложила Рэрити, плотно выравнивая стопку книг магией. — Элара всё ещё не вернулась, и я подумала, может нам нагнать то время, что я пропустила ввиду своего… эм, заключения.

Твайлайт с минуту смотрела на книгу перед собой, но всё же закрыла её и положила на пол. Аликорн перевела взгляд на Рэрити и неспешно кивнула.

— Ну хорошо.

Единорожка с энтузиазмом хлопнула в копыта.

— Вот и отлично! — воскликнула она и, взяв книгу, взглянула на обложку. — «Астрологическо-астрономические аномалии» Астрономики Астролоджи.

Рэрити было вошла в ряды книжных шкафов, как вспомнила о своём полнейшем незнании десятичной системы классификации книг Старсвирла. Вернувшись в фойе, она смущённо кашлянула.

— Где именно она должна быть?

— В секции астрономии, — раздалось в ответ, из-за чего единорожка раскраснелась пуще прежнего.

Тишина.

— Которая там, где?..

— Пятая секция, пятьсот двадцатый раздел, ряд В, ячейка двадцать шестая.

— Ах да! Верно, — будто бы она и сама знала это, ответила Рэрити, прокашлявшись, и принялась разглядывать номера на ближайших полках. Ей стало любопытно, нет ли у принцессы какой шпаргалки по системе, иначе она тут застрянет на всю ночь. — Я миг…

— Ху!

Их внимание привлекло знакомое уханье, обе кобылы обернулись, чтобы посмотреть на влетающую в библиотеку Элару, которая приземлилась рядом с Твайлайт.

— А, Элара! — воскликнула Рэрити. — Где ты была?

— Элара, ты последовала за незнакомцами? — спросила Твайлайт, получив в ответ уханье. — Докуда ты их отследила?

Сова опять ухнула и указала крылом на Рэрити. Твайлайт нахмурилась, глядя на единорожку.

— Понивилль.

«Понивилль? Но кто? О Твайлайт знает лишь Флаттершай, и она не стала бы следить за мной».

— Теперь ты пойдёшь домой? — внезапно спросила Твайлайт, вырывая Рэрити из размышлений. — Элара вернулась.

Единорожка, поджав ушки, положила книгу на место.

— Ох… Полагаю, мне бы следовало… — по правде говоря, она хотела бы задержаться подольше, но принцесса ведь будет занята с книгами.

Когда Рэрити закончила говорить, Твайлайт тут же поднялась и телепортировала к себе книгу.

— О, я тут подумала, может ты захочешь взя… — она с явным трудом осеклась, и книга исчезла из виду. Принцесса села на пол и вернулась к чтению. — Хорошо. Будь осторожна по дороге домой.

— Так могу я взять книгу, принцесса? — спросила Рэрити, сделав шаг к аликорну. — С удовольствием бы взглянула, что вы для меня выбрали!

Твайлайт поглядела на единорожку, очевидно не в силах подобрать слова.

— Ох, эмм… Я… — книга снова появилась рядом с ней и робко поплыла к Рэрити. — Это книга, эм, заклинаний, используемых в геологии. Ты упоминала, что часто используешь драгоценные камни в своих работах, и я подумала, что тебе они могут понравиться.

Книга открылась и явила единорожке несколько заметок, сделанных одним из карандашей, которые подарила Рэрити.

— Я отметила для тебя интересные моменты и заклинания. Хотела их тебе продемонстрировать вчера, но ты…

— Так почему бы не продемонстрировать их сейчас? — воскликнула Рэрити, беря книгу и садясь рядом с аликорном. — Я ведь не обязана уходить прямо сейчас, в самом деле! Если, конечно, вы не хотите продолжить заниматься картой. Всегда могу прийти на следующий день, — предложила единорожка, снова поднимаясь.

Твайлайт молча переводила взгляд со своей давно утерянной книги на ту, что держала в копытах Рэрити.

— Я… — модница боялась, что принцесса в любом случае отправит её восвояси, но страх, как копытом сняло, когда аликорн отложила свою книгу в сторону и телепортировала все остальные тома обратно на стеллажи. — Да, я могу показать и сейчас, — тихо ответила Твайлайт, беря и открывая книгу на случайной странице.

— Прекрасно! — воскликнула Рэрити, садясь поближе к аликорну. Кобыла закусила губу, прежде, чем честно признаться: — На самом деле, я не хотела уходить прямо сейчас.

Твайлайт не ответила и лишь взглянула на единорожку, затем посмотрела на книгу и откашлялась.

— Начнём с этого заклинания, — наконец произнесла принцесса, указывая на иллюстрацию сияющего драгоценного камня. — Оно заставляет камни ярко сиять, что позволяет заклинателю видеть их даже сквозь толстую породу.

Сколь бы не была прекрасной иллюстрация, Рэрити подумала, что Твайлайт не могла показать в книге ничего красивее, чем та маленькая довольная улыбка, что украшала её собственное лицо.

## — Интерлюдия II — Письмо для Твайлайт

[Изображение: https://i.imgur.com/ZFLTKI9.png]

Дорогая Твайлайт.

Как же давно мы не виделись! Война закончилась практически год назад, но ты всё так же не вылезаешь из своей «тайной библиотеки». Как твои крылья? После вознесения я крайне долго привыкала к своему новому рогу. Надеюсь, у тебя это проходит полегче.

До нас дошли вести об основании Понивилля. Ты наверняка уже в курсе об этом, но фермеры, живущие там, служили во дворцовой страже! Они ушли в отставку ещё до начала войны и, я полагаю, жили раньше где-то у Великих водопадов; Шайни считает, что они перебрались поближе к тебе инстинктивно. Он говорит: «Королевская стража — это навсегда».

Мы с Шайнингом с огромным удовольствием навестили бы тебя, но до сих пор разгребаем последствия войны. По словам тёти Селестии, ещё не все чейнджлинги ушли из Эквестрии. Я была уверена: они покинут королевство, ведь мы одолели их королеву. Но весьма вероятно, что некоторые пожелали обустроиться здесь насовсем — пусть даже им придётся скрывать своё истинное обличие. Хоть Дискорд и был в союзе с королевой чейнджлингов, теперь он не оказывает ей никакой поддержки. Я лишь надеюсь, что мы сможем найти их и мирно разрешить эту проблему.

Все ужасно скучают по тебе, особенно Шайни, но я тебе этого не говорила. Знаю, тётя Селестия навещала тебя на прошлой неделе. Как прошла встреча? Она рассказала, что заколдовала твои книги, и теперь они навсегда защищены от повреждений. А ещё она считает: ты забыла, что давно уже не маленькая кобылка. Как же сильно надо было «радостно наброситься», чтобы чуть не повалить её, глупышка?

Тётя Луна, возможно, скоро навестит тебя. Её… отношения с тётей Селестией слегка натянуты. В соседней деревне организовали очередной «праздник солнца» в честь тёти Селестии; хоть тётя Луна никогда и не признает этого, но ты можешь представить, как она чувствует себя из-за этого. Она проще переносила подобные вещи, когда ты была здесь. Но теперь, когда её любимая ночная сова упорхнула, некому постоянно любоваться звёздным небом и напоминать этим, сколь прекрасна её ночь.

Мы с Шайни попытаемся найти время и заехать в Понивилль в следующем месяце. Слышала, тебя кормят отличными яблочными пирогами. Ты главное не переедай, а то заработаешь несварение!

Надеюсь, скоро увидимся.

Кейденс

## — Глава 7 — Поиски принцессы Книжечки

[Изображение: https://i.imgur.com/AiY2TiS.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/jIXAviS.png]

— Сегодня восхитительный день!

Рэрити захлопнула книгу и позволила проступить дьявольски довольной улыбке. На планирование этого дня у неё ушло не менее двух визитов в библиотеку, и попросту быть не могло причины, по которой что-то пошло бы не так. Именно сегодня она перестанет быть единственной душой, уверенной в существовании принцессы Твайлайт. Именно сегодня сможет выдерживать странные взгляды чуть смелее, чем раньше. Именно сегодня она перестанет быть сумасшедшей.

Сегодня Флаттершай повстречается с Твайлайт и отныне поверит в рассказы о призраках, сказки и заявления Рэрити.

— Рэрити?

Единорожка обернулась и посмотрела туда, где сидела принцесса, занятая чтением одного из любовных романов, что принесла ей Рэрити. Хоть у Твайлайт книг и было с лихвой, она проявляла интерес к более современной литературе, так что единорожка решила — просто невозможно начать лучше, чем с романов. Лёгкие, добродушные, романтичные — в самом деле, за что их можно невзлюбить? Аликорн, на самом деле, уже проштудировала две из четырёх книг и по-видимому была близка к финалу третьей.

Рэрити не сомневалась, Твайлайт будет от них в восторге.

— Да, принцесса? — спросила кобылка певучим голосом, мысленно пробегаясь по списку вопросов, какие ещё могла бы задать аликорн касательно Флаттершай… или захватывающих романов.

— Все современные романы такие предсказуемые? — взглянув на единорожку и озадаченно хмурясь, спросила Твайлайт. Она размахивала одной из книг с помощью телекинеза. — Во всех трёх костяк сюжета был одинаков, за исключением различий в деталях.

Во спасение её безупречного дня, Рэрити притворилась, что не услышала этого невероятно некорректного вопроса. Не ей было указывать на серьёзный недостаток вкуса у принцессы касательно утончённой литературы. Бедняжка.

— Принцесса, пока я не ушла за Флаттершай, у вас остались другие вопросы?

Твайлайт опустила книгу.

— Я… Ты уверена, что это удачная затея? Пони обычно не особо… полны энтузиазма при встрече со мной.

— Ай, да не глупите! Всё пройдёт без задоринки, — успокоила её Рэрити, отмахнувшись копытом от тревог Твайлайт. — Вам следует слегка расслабиться, дорогуш… Принцесса.

Единорожка по чуть-чуть подготавливала Флаттершай к этому последние дни, так что аликорну будет сложно произвести плохое впечатление, когда каждый знает свои роли.

— Я ни капли не сомневаюсь: вы отлично поладите. К тому же здесь более чем достаточно книг, которые могут её заинтересовать. Так что если дело не заладится, вы всегда можете прибегнуть к обсуждению книг. Знаете, а ведь она обожает читать!

Не сказать, чтобы это убедило Твайлайт, но дальше спорить она не стала.

— Ну хорошо. Ты упоминала, что она заботиться о животных? Я могла бы подобрать полезные книги на эту тему.

— Да, в этом она хороша! — ответила Рэрити, осматривая библиотеку. Кстати о животных, а где же совы?

— Рэрити, — начала Твайлайт, вернувшаяся к своему захватывающему чтиву. — Я заметила, что протагонисты в этих книгах все имеют сходство с тоб…

— Ну и где Элара и Темис? — спешно перебила единорожка, отворачиваясь и вертя головой в поисках сов, пытаясь скрыть бледный румянец, проступивший на щеках. — Я надеялась, что они составят мне компанию, для большего комфорта Флаттершай по пути в библиотеку.

— Они дожидаются снаружи с тех самых пор, как ты сказала им, что уходишь… где-то пять глав назад, — как ни в чём не бывало проинформировала Твайлайт, получив в ответ нервный смешок.

— Ой, я и забыла. — Рэрити прокашлялась, надела седельную сумку, лежавшую на столе неподалёку, и улыбнулась принцессе. — Ну так что! Может, пока я не ушла, стоит ещё раз повторить наш план?

— Никаких разговоров про Духа, только животные и забота о них, — монотонно повторила Твайлайт, переворачивая страницу. Она закрыла книгу, взяла последнюю из стопки и перевернула её. Лоб принцессы хмурился всё пуще и пуще с каждой секундой чтения аннотации. В конце концов она подняла взгляд на Рэрити с чем-то средним между отвращением и пренебрежением на лице. — Рэрити, это ведь крайне…

— Принцесса, давайте не будем судить о книге по её рекламе?

Твайлайт было открыла рот в попытке возразить, но вместо этого вздохнула и раскрыла книгу.

— Полагаю, ты права…

— Развлекайтесь! — крикнула вслед Рэрити, отправившись к тоннелю раньше, чем принцесса могла бы продолжить оскорблять её литературные предпочтения. — Вернусь примерно через час!

Кобылка, поднявшись по лестнице, вышла в лес и застала двух сов, жмущихся друг к дружке на ветке и наслаждающихся по-видимому приятным сном.

— Ну же, вы двое, — позвала она, наблюдая, как птицы проснулись и слетели к ней вниз. — Флаттершай уже должна нас ждать.

* * *

— Этот день будет идеальным.

Рассчитывать на «восхитительный» день было мелковато по меркам Рэрити. Ей нужен был идеально прошедший день, если уж она хотела, чтобы Твайлайт и Флаттершай стали друзьями.

Пегаска сделала глоток чая, поставила его на стол и нерешительно посмотрела на подругу.

— Рэрити, ты в этом уверена? — спросила она, нежно гладя копытом Элару, с удовольствием уплетающую из миски насекомых, когда Темис же развлекался с остальными животными в коттедже.

— Более чем, — словно в миллионный раз повторила единорожка, напоминая себе не выказывать раздражения. Если она хотела, чтобы всё шло как по маслу, Флаттершай должна уверенно принять решение, а для этого следует проявить терпение и поддержку. — Дорогуша, мы ведь планировали это несколько дней! Разве ты не хочешь с ней познакомиться?

— Ох, конечно хочу! — ответила та, кивнув, но сколь быстро появился запал, так же быстро он и угас. — Но ведь в лесу так опасно, и… как же пони, преследовавший тебя ранее? — она сложила копыта на стол и прижала ушки. — Даже не знаю, Рэрити…

Единорожка прикусила губу. Она в самом деле так и не выяснила, кто же был тем загадочным незваным гостем в библиотеке, но…

— Флаттершай, волноваться совершенно не о чем! Должно быть кто-то просто заплутал. Я сильно сомневаюсь, что кто-то, планирующий следить или напасть на меня, стал бы так неосторожно кричать и выдавать себя.

Пегаска не проронила не слова.

— Ах, Флаттершай, ну пожа-алуйста. Заблудиться будет попросту невозможно, и дорога будет совершенно безопасна! — настаивала Рэрити, постукивая копытами по столу и надувая губки столь очаровательно, насколько умела. Её порадовало, когда Элара тоже начала смотреть на пегаску своими восхитительными круглыми глазами, ковыляя вокруг так умильно, как только могла. — Пожалуйста, пожалуйста, пожа-а-а…

— Хорошо-хорошо, — сдалась пегаска, деликатно отодвигая чай и вставая из-за стола.

Элара бодро взлетела и уселась на голову Флаттершай, отчего та хихикнула

Ликующе вскрикнув, Рэрити встала и направилась к двери, левитируя сумку Флаттершай ей на спину, затем проделывая тоже самое со своей. Темис под пристальным взглядом кролика, которого настойчиво попросили остаться дома, взлетел и уселся на пегаску.

— Почтовая карточка у тебя? — спросила Флаттершай, закончив давать указания зверушкам, снующим по коттеджу.

— Да, да! Положила тебе в сумку! Пойдём, дорогуша! — поторапливала Рэрити, открывая дверь и указывая наружу. — Принцесса Твайлайт ждёт нас и мы… — она замолкла, обнаружив, что перед ней был не пустой сад, а две крайне знакомые кобылки с тяжёлыми на вид сумками на спинах, стоящие перед дверью с занесёнными копытами и собирающиеся постучаться.

— Девочки! А вы что здесь делаете? — с любопытством глядя на них, спросила единорожка.

— Ох, привет девочки! — отозвалась Флаттершай, подходя к ним. — Я не ожидала вас так скоро!

Кобылки синхронно издали унылый вздох.

— Черили отправила нас сегодня.

— Что сегодня? — спросила Рэрити, глядя то на кобылок, то на подругу. — Я чего-то не знаю?

Скуталу молча переводила взгляд куда угодно, только не на единорожку; Свити Белль тем временем пробормотала что-то невнятное себе под нос.

Их головы опустились ещё ниже, когда Флаттершай нахмурилась и требовательно спросила:

— Ну и? Не собираетесь ей ничего рассказать?

—… Черили задала нам дополнительное задание по биологии в наказание за прогул в понедельник, — объяснила Свити, слишком пристыженная, чтобы взглянуть на сестру. — Флаттершай обещала дать книгу для нашего доклада…

— Что могу сказать, я сильно разочарована, Свити Белль, — рассердившись на сестру и её подругу, отчитала их Рэрити. — Это крайне безответственно!

— Прости, сест… — поморщившись, начала Свити.

— Зачем вообще вам прогу…

И тут на неё свалилось осознание, вскипятив её гнев в считанные секунды.

— Нет, — прошептала Рэрити, грозно шагая на кобылок, отступавших с недоумением на лицах. Они даже не успели заговорить, как кобыла указала копытом на них. — Это были вы?! Вы за мной следили!

Ну конечно! Не удивительно, что тот крик был таким писклявым! Они уже тогда весь день за ней следовали? Они ясно дали понять, что знают о её зачастивших посещениях леса! Слежка была бы вполне логичным продолжением их невероятно дурно продуманного плана!

— М-мы? — пропищали кобылки в ответ, переглядываясь с ещё большим недоумением.

Ага, в невинность играют, значит? Они держат её за слабоумную? Словно они были ужаснейшей безвкусицей из всех одежд, что попадались ей на глаза, она кружила вокруг кобылок, прищурившись и меча обвинения в таком темпе, что не замечала призывов Флаттершай замолчать.

— У меня слов нет, насколько же вы обе безмозглые! Тащиться за мной в Вечнодикий лес?! Не думаю, что я…

— Но, Рэрити, мы нико…

—… никогда в своей жизни такой дурости не делала, как вы! Я думала…

— Эм, Рэрити, ты…

—… что до библиотеки меня преследовал кто-то опасный! Я могла напасть на вас! — обвиняла она, топая копытом по полу. — Вы совсем ничему не научились после прошлого похода в лес?! Кобылкам туда нос совать не следует ни при каких обстоятельствах, никогда!

Нашкодившие пони довольно долго молчали, пока единорожка ни топнула копытом по полу вновь и ни спросила:

— Ну и?!

На это отреагировала Флаттершай, подойдя к подруге и прошептав:

— В понедельник утром в Сахарном уголке была акция «Слопай мороженого сколько влезет» за три бита…

— Ох.

«Упс…»

На лице Рэрити промелькнула нервозная улыбка, но быстро сменилась на суровую мину.

— Это по-прежнему крайне безответственно, девочки! Стыдно! — продолжала она отчитывать, пытаясь игнорировать расплывающиеся в улыбках лица кобылок. Единорог потрепала их гривы, прокашлялась и пошла прочь. — Теперь занимайтесь уроками, а мы пошли! До скорого…

— В лесу есть библиотека?.. — спросила Скуталу, поворачиваясь к подружке.

Рэрити довольно громко сглотнула и оглянулась на кобылок.

— Нет, нету там ничего, — быстро сказала она, стараясь вложить максимум убедительности и строгости в эти слова. — А теперь идите, нечего время те...

— Так я... была права? — вопросила Свити.

Единорожка покачала головой, жестом призывая Флаттершай помочь.

— Нет, не права! Я просто драматизи...

Но её слова утонули в потоке вопросов, изливавшихся из двух кобылок. Причём, в процессе, подружки чуть не запрыгнули на Рэрити. Её «нет» потерялись среди «а где она?», «а там страшно?» и других потешных вопросов.

Немного перевести дух модистке удалось, только когда кобылки отошли в сторонку обсудить во всех красках теории о потерянной библиотеке, что они будут делать, когда найдут её и как будут выглядеть метки за её обнаружение.

— Девочки! — наконец гаркнула Рэрити, вынуждая кобылок замолчать. Что же, пути назад не было, но, если она и не могла повернуть время вспять, то могла по крайней мере не допустить похода подруг в библиотеку. — В Вечнодикий лес ни ногой! Если там и есть библиотека, чего я ни в коем случае не утверждаю, то это не повод там слоняться кобылкам!

— А-а почему нет? — спросила Скуталу.

— Мы хотим увидеть библиотеку! — добавила Свити Белль.

— А я хочу стать королевой, и что теперь?

— Мы бы её первой нашли, не отправь ты нас тогда домой в Ночь поисков! — фыркнула Свити и плюхнулась на землю, скрестив передние ноги. — Так не честно...

— А как насчёт Эппл Блум?! Той, что на ферме живет?! — продолжала Скуталу, явно показывая подруге, что рано сдаваться. — Она у Зекоры учится, и ей с сестрой то и дело приходится туда ходить!

— Ну, это дело Эпплджек, я же не собираюсь мириться с вашими походами в лес, и это моё последнее слово! — грозно сказала Рэрити, радуясь, что щенячьи глазки её сестры не оказывали на неё никакого эффекта.

— Ладно вам, девочки, — дружелюбно улыбаясь, добавила Флаттершай гораздо более нежным тоном. — Рэрити права. В Вечнодиком лесу слишком опасно.

Свити Белль уже открыла рот для протеста, но Скуталу прикрыла его копытом.

— Ты права! Мы больше туда ни ногой, — подозрительно серьезно согласилась кобылка. Пегаска проигнорировала удивленный взгляд подруги и подтолкнула Свити ко входу в домик. — Пойдём делать домашку, а, Свити Белль?

Сморгнув, кобылка резво закивала головой.

— Конечно! Пойдём! Кому вообще нужна эта библиотека!

Подружки помахали взрослым на прощание копытами и зашли в домик. Флаттершай просто смотрела на закрывшуюся дверь, а Рэрити, положив копыто на лицо, выдохнула так сильно, что даже принцесса Твайлайт должна была услышать.

— Слушай, Рэрити, ты же не думаешь, что они пошли делать уроки?

— Конечно же, нет, — единорожка еще раз мучительно выдохнула и опустила копыто. Если кобылки и не преследовали её до этого, то теперь точно будут. Рэрити обхватила ручку двери магией. — Похоже, придется взять их с собой.

— В лес?! — ошеломленно вопросила Флаттершай.

— Выбора нет, — кивнула единорожка. — Смею тебя заверить, они пойдут туда что с нами, что без нас. Так что уж лучше с нами.

— Но как же… — пегаска бросила взгляд на дверь, прежде чем прошептать, — … принцесса Твайлайт?

— Ну, я… — начала Рэрити, отпуская дверную ручку и почёсывая копытом щёку.

Библиотека-то сама по себе не была столь грандиозной, чтобы ради неё возвращаться туда практически каждый день, но аликорн уже другое дело. Если уж Рэрити не могла удержаться от походов к ней, то две кобылки, если повстречают её, не смогут и подавно. И кто сказал, что после этого их не потянет на поиски оставшихся двух принцесс? Рэрити — взрослая кобыла, ей позволительно идти на риск, но Свити и Скуталу?

— Принцессе Твайлайт придётся остаться в тени. Им нельзя с ней встречаться, — сказала она, вновь берясь за ручку двери. — Нельзя допустить, чтобы они стали разыскивать принцесс или утерянные книги.

Хоть Флаттершай и была далеко не в восторге от этой идеи, но возражать больше не стала.

— Ну хорошо…

— Всё будет в порядке, дорогуша, — с улыбкой заверила пегаску Рэрити. — Элара и Темис всегда ведут меня безопасными путями, а библиотека и её хозяйка безобидны сами по себе. Когда девочки не найдут принцессу, их пыл поубавится.

Стоило единорожке распахнуть дверь, как на землю тут же упали две кобылки, пытавшиеся подслушать разговор. Но подружки мигом вскочили и обняли Рэрити и Флаттершай.

— Вы лучшие! — воскликнула Свити и вместе со Скуталу побежала в сторону леса. — Ну же, скорее!

— Эй-эй! Не так быстро! — окрикнула кобылок единорожка и магией вернула их обратно к себе. Опустив подружек на землю, Рэрити опустила голову до их уровня глаз. — Сначала обговорим правила, не против?

— Конечно, Рэрити, — простонали кобылки, закатывая глаза.

— Правило номер один: ни на шаг не отходить от меня или Флаттершай. Правило номер два: когда попадём в библиотеку, первое правило останется в силе, и плюс к этому вы не будете абсолютно ничего трогать. Правило номер три: вы будете делать всё, что мы вам скажем. И, наконец, правило номер четыре, — Рэрити прищурила глаза и медленно, но чётко продолжила: — Если нарушите хоть одно из предыдущих правил, отправитесь прямиком в Понивиль и не получите костюмов для вашего клуба. Всё ясно?

Когда кобылки оживлённо закивали, единорожка выпрямилась и посмотрела в сторону библиотеки.

— Тогда пошли.

Её слова потонули в ликующих воплях кобылок; теперь уже взрослым пришлось припустить за ними.

И пусть первоначальным желанием Рэрити было отказать, теперь она считала, что при должной осторожности, ничего плохого не случиться.

«Быстрый поход в библиотеку, такой же быстрый осмотр и всё. Делов-то».

* * *

Сегодня всё ещё может получиться неплохой день.

— Такая большая…

Четыре пони с двумя совами стояли перед затерянной и позабытой библиотекой Понивилля — уже привычным зрелищем для взрослой единорожки, но новым и заметно обескураживающим для её спутников. Рэрити едва могла оторвать от них взгляд, пытаясь понять, о чём они думают. Особенно Флаттершай.

Скуталу с Темисом, наслаждающимся поездкой у неё на спине, зашагала к дубу первой. Люка она не заметила, вместо этого сосредоточившись на прибитой к коре табличке.

— Открыто на пожертвования принцессы Твайлайт Спаркл, — прочитала она вслух.

После того Рэрити услышала, как Свити Белль прошептала имя Твайлайт с таким восхищением, что кобыла не могла тому не улыбнуться.

«Быть может… ничего плохого в их встрече с принцессой и нет? — но тут же тряхнула головой. — Даже не думай, Рэрити. Это слишком опасно».

Свити посмотрела на старшую сестру и подёргала ту за ногу, пытаясь привлечь внимание.

— Рэрити? — тихонько спросила она, настолько застенчиво, что даже Флаттершай обратила внимание. Молодая единорожка глянула на дерево и спросила: — Ты уже была внутри?

Рэрити хихикнула.

— Дорогуша, как бы иначе я узнала, что это библиотека?

— Ой, точно…

Единорог ласково погладила сестрёнку по гриве.

— Только подумать, похоже, кто-то слегка напуган?

— Н-нет! — возразила Свити, тряся головой, и сделала несколько без сомнений уверенных шагов в сторону дерева и Скуталу.

Рэрити воспользовалась моментом, чтобы в отсутствие кобылок поговорить с подругой наедине.

— Что насчёт тебя, Флаттершай? По-прежнему готова идти до конца?

Пегаска медленно и уверенно кивнула.

Тут Рэрити отвлеклась на внезапные возбужденные возгласы двух кобылок, которые нашли люк, ведущий в библиотеку. Единорожка не дала им ни шанса отправиться туда в одиночку, быстро подойдя к подружкам.

— Стоять, я пойду первой! — воскликнула Рэрити, открывая люк. Она лишь мельком увидела, как Элара и Темис полетели внутрь вперед неё, и осторожно начала спускаться, попутно раздавая предостережения пегаске и кобылкам.

— Темно, хоть глаз коли, — сказала Скуталу, следуя за единственный источником света — слабым сиянием на кончике рога Рэрити.

Войдя в библиотеку, Рэрити первым делом обратила внимание на то, что Стар куда-то делся. В глубине души, единорожка была этому только рада, потому что летающая волшебная люстра уж точно заинтересовала бы двух непосед. Впрочем канделябр тоже без сомнения справился бы с этой задачей.

— Может, здесь так темно, потому что призраки ненавидят свет? — спросила Скуталу у Флаттершай, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь во тьме.

— Тс-с! Принцесса Книжечка может тебя услышать, Скуталу! — тут же отчитала пегаску Свити, подходя ближе к сестре.

— Чего ты тупишь, написано же было: её Твайлайт Спаркл звать! — крикнула в ответ подруга.

«Кстати о ней, — подумала Рэрити, оглядывая помещение, — а где собственно принцесса Твайлайт?» Единорожка уже привыкла, что принцесса всё время опаздывает, но в этот раз Рэрити не могла дать ей внезапно появиться в своём любимом стиле.

— Пойду поищу чего-нибудь, что осветит нам путь, — сказала модистка. — Флаттершай, дорогуша, не присмотришь пока за девочками?

— Нет нужды, Рэрити! — быстро воскликнула Свити. Затем, кашлянув, она закрыла глаза, определенно пытаясь сконцентрироваться. Рэрити с гордостью наблюдала, как на кончике рога сестры появилось слабое сияние. — Получилось!

Однако свечение начало пульсировать и, исторгнув несколько искр, от которых кобылка поморщилась, потухло. В сердцах Свити пнула ближайшую стопку книг. — Оу...

Рэрити нежно погладила сестрёнку по голове.

— Очень недурно, Свити! — похвалила она, получив в ответ довольную улыбку. — Нужно лишь чуть-чуть практики.

— Постой, дай я ещё раз попробую!

Свити полезла в седельную сумку за книгой, а модистка тем временем решила осмотреть комнату. Всё ещё никаких следов Стар или аликорна. Тут она заметила обычный подсвечник, левитировала его к себе и зажгла простеньким огненным заклинанием.

— Отлично, я пойду, поищу ещё один для приемлемого освещения, — объявила она, ставя найденный канделябр рядом с кобылками. Чем быстрее она найдёт Стара, тем проще предотвратить встречу с ним Свити и Скуталу. Рэрити не была уверена в своём умении импровизировать настолько, чтобы без труда объяснить летающий подсвечник, избегая магии призраков.

Глянув на подругу с беспокойством, Флаттершай кивнула.

К тому времени Свити уже вытащила из своей сумки книгу.

— Простые заклинания для начинающих единорогов, том второй, — прочитала она вслух, затем, поколебавшись, достала ещё одну. — Или оно было в первом томе? — и ещё одну. — Или четвёртом?

— Фига се, Свити, сколько же ты их притащила? — спросила Скуталу, доставая из сумки подруги, по предположению Рэрити, третий том. Пегасочка открыла книгу и прищурилась, подбираясь к тусклому свету свечей и пытаясь читать, несмотря на скудное освещение. — Левитирование небольших предметов…

— Нет-нет! Мне нужно заклинание света или огня, — сказала Свити, протянув Флаттершай один из томов, и начала листать страницы другого.

Пока все трое были заняты, Рэрити отправилась вглубь библиотеки.

— Принцесса Твайлайт? — звала она вполголоса, проводя копытом по книгам мимо которых шла. Единорожка не забывала периодически оглядываться, наученная на собственном опыте, как Твайлайт любит пугать её.

«Да где же она?»

Не появляться так долго не было похоже на аликорна.

Рэрити остановилась у полки и попереставляла туда-обратно случайную книгу.

— Ну же… — она продолжала оглядываться, пока дёргала книгу, но принцессы нигде не было видно. Должен же быть способ получше, чтобы позвать Твайлайт. А то игра в прятки при каждом посещении уже начинала раздражать.

Спустя ещё несколько попыток бестолкового тыканья книг она пошла обратно, маневрируя среди рядов книжных шкафов, пока не вернулась ко входу в библиотеку. Флаттершай была занята чтением; Свити Белль пыталась подобраться к огню как можно ближе, по возможности не спалив страниц; Скуталу выглядела в крайней степени безразличной к чтению о заклинаниях, а принцесса Твайлайт по видимому была зачарована, что бы она там ни чита…

«Принцесса Твайлайт?!»

Рэрити едва успела прикрыть рот копытом, чтобы подавить полный ужаса визг. «Она-то там что делает?!» Твайлайт сидела прямо рядом с Флаттершай и Свити Белль; пока она читала, из её рога исходило тусклое свечение. Единорожка сполна ощутила, как каждая жилка её тела вздрогнула от нахлынувшей паники.

— Принцесса Твайлайт! Флаттершай! — прошипела Рэрити, безрезультатно размахивая копытом.

Ох, что же ей делать-то? Позвав громче, рискует привлечь внимание Свити и Скуталу, но так тихо, как сейчас, кричать бесполезно. Да ещё вдобавок сов нигде не видать, так что и они не привлекут внимания Твайлайт.

— Уф, чтение — скукотища, — сказала Скуталу, переворачивая страницу, чем вызвала крайне недовольный взгляд со стороны Твайлайт. При других обстоятельствах Рэрити даже рассмеялась бы. — Давайте уже хоть с этими свечами пойдём исследовать…

— Так, Скуталу, надо дождаться Рэрити, — настояла Флаттершай, отрывая взгляд от книги и наконец-то замечая четвёртого чтеца рядом. Она было раскрыла рот, и единорожка ожидала услышать полный ужаса визг, но, к её облегчению, крик оказался приглушённым.

Рэрити выдохнула.

Не так она себе всё представляла. Никаких тебе идеально спланированных и выверенных встреч. Что же, пора бы уже с этим смириться.

— Может, оно в пятом томе? — грустно сказала Свити, отложив книгу.

— Н-нет, нет! Оно точно тут, поищи ещё! — пискнула Флаттершай, осторожно наклонив голову кобылки вниз. — Просто посмотри ещё раз.

Пегаска оглянулась по сторонам и наконец заметила Рэрити, которая страдальчески смотрела в ответ.

— Что мне делать?! — одними губами спросила Флаттершай, бросив нервный взгляд на всё ещё увлеченно читавшего аликорна.

— Позови её! — так же ответила единорожка.

Кивнув, пегаска обернулась к Принцессе и начала говорить, только Рэрити не смогла услышать и намёка на её голос. Более того, каждый раз, когда Флаттершай пыталась «заговорить» снова, она ещё больше съёживалась.

«Дензы ради, Флаттершай…»

Наконец пегаска беспомощно взглянула на Рэрити. Закусив губу, единорожка жестами указала Флаттершай ткнуть Твайлайт. Это должно было сработать... если бы пегаска не выглядела столь напуганной этим предложением.

Коснувшись копытом груди, Флаттершай замахала головой.

— Я не могу! — переводя взгляд с аликорна на Рэрити, беззвучно сказала пегаска.

Закатив глаза, Рэрити продолжила жестикулировать той сделать хоть что-нибудь, что угодно.

Флаттершай сделала глубокий вдох, собралась с духом и, трясясь, подняла копыто. В момент, когда нога прошла прямиком сквозь принцессу, лицо пегаски побледнело практически до цвета шёрстки Свити, но Рэрити обрадовалась, что подруга не потеряла сознание от потрясения. Этого хватило, чтобы наконец привлечь внимание Твайлайт. Она с любопытством подняла взгляд на Флаттершай, которая безмолвно, вся трясясь, улыбнулась и указала на Рэрити.

Наконец заметив неистово жестикулирующую Рэрити, Твайлайт подняла бровь. Отблагодарив Флаттершай кивком, принцесса телепортировалась вместе с книгой к единорогу.

— Привет, Рэрити, — поприветствовала она, не отрываясь от чтения. — Не хотела мешать твоим друзьям читать.

— П-принцесса, — Рэрити попыталась оправится от внезапного появление. — Что вы делали?!

— Твоя сестра попросила помощи в поиске заклинания, — ответила Твайлайт, быстро взглянув на единорожку. — А таких книг я в жизни не видала! Твоя сестра увлечена магией?

— Принцесса! Свити не зна... — начала было Рэрити, но тут же осеклась, вспомнив, что они вдвоём всё ещё стояли на виду у всех. — Мне нужно поговорить с вами наедине, — прошептала единорожка и попыталась копытом подтолкнуть аликорна, явно забыв, что принцесса была бесплотным духом. Как только нога Рэрити прошла сквозь Твайлайт, по спине единорожки пробежали мурашки. Модистка тут же выдернула копыто и потрясла им, пытаясь сбить неприятное ощущение.

«Никогда к этому не привыкну...»

Они вдвоём проследовали в дальний край помещения и только там, вне зоны слышимости других пони, остановились. Принцесса наконец опустила книгу Свити и обратила всё внимание на собеседницу.

— Не ожидала, что ты приведёшь ещё пони, помимо своей подруги, — сказала Твайлайт. — Хотела одолжить твоей сестре другую книгу заклинаний. Всё ждала, когда она закончит читать. А у неё есть ещё книги? Я хотела бы взять парочку, а то твои оказались какими-то... эм... — она замялась и снова посмотрела на книгу Свити, полностью пропустив уязвлённый взгляд Рэрити. — Ох Селестия, эти книги просто ужасны. Надо обязательно познакомить её с другими, которые не только проще, но ещё и более эффективны, чем эти «заклятья».

Пусть Рэрити и не знала, кто такая эта Селестия, но она точно знала, что допустить разговора Свити и аликорна было нельзя.

— Принцесса, я очень польщена вашим предложением, поверьте, но мне кажется, что вам не стоит говорить ни с моей сестрой, ни с её подругой, — улыбнувшись, извиняющимся тоном объявила единорожка.

— Почему бы это? — посмотрев на Рэрити, нахмурилась Твайлайт. — Зачем ты их тогда привела? Я думала, ты хочешь познакомить меня со своими друзьями...

— Да, конечно же, — Рэрити занервничала. — Конечно же, просто... Как бы это сказать? Эти планы были только касательно Флаттершай. Моей сестры с подругой здесь и быть-то не должно было.

Твайлайт затихла, её глаза почти незаметно прищурились.

— Почему бы это? — резко повторила она снова. — Ты же сказала, что они намеренно пошли в лес найти меня, а ты сама забрела сюда лишь волей случая. Почему ты не хочешь, чтобы я с ними познакомилась? — принцесса посмотрела под ноги и пробормотала что-то вроде: — Я же не настолько безынтересная.

Рэрити заколебалась, ей не хотелось, чтобы Твайлайт ошибочно интерпретировала её действия, как нежелание знакомить её с другими пони.

— Напротив, принцесса Твайлайт! — выпалили единорожка, недостаточно громко, чтобы другие услышали. — Вы очень интересная личность, — обворожительно улыбнувшись, добавила Рэрити.

— Да что ты? — пропитанные сарказмом слова были подчеркнуты поднятой бровью.

— Именно так, — парировала Рэрити, игриво закатив глаза. — Честное слово, Твайлайт, только посмотри на себя! Прекрасная принцесса аликорн буквально из сказки! Да о встрече с такой пони должно быть все кобылки мечтают!

—…Правда? — снова спросила принцесса, но сарказм из голоса испарился. Она прижала ушки, а выражение лица смягчилось, и в нём была… надежда?

— Как минимум я точно мечтала об этом в возрасте моей сестры. Принцесса в библиотеке всегда была моим любимым персонажем в истории, — беспечно проговорила Рэрити, вспоминая, как в детстве она часами придумывала наряды для потерянных принцесс. — И то, что предпочтения Свити совпадают с моими, ничуть не упрощает ситуацию. Если она встретится с вами, то каждый день к вам будет заявляться маленькая кобылка, чтобы побыть с вами. Как бы мило это ни звучало, именно поэтому ей нельзя с вами видеться, — сказала единорожка, пристально следя за реакцией Твайлайт. — Вы ведь наверняка не хотите, чтобы ребёнок постоянно бродил по опасному лесу?

— Полагаю, в этом есть смысл, — пробормотала аликорн, вновь беря книгу, и, погрузившись в раздумья, стала листать страницы. Её уши дёрнулись, и она с любопытством спросила: — Я… я была твоей любимой принцессой?

Алый румянец выступил на щеках Рэрити, несмотря на это, она улыбнулась, хотя и неловко.

— Ах! Эхм, ну да, так и есть! — объявила она, нежданно смутившись из-за часов, проведённых в детстве, наряжаясь «принцессой Книжечкой» на Ночь поисков.

«Ну да ладно, ей ведь не обязательно об этом знать? Не думаю, что она бы одобрила платье из книжных страниц».

— Вот мы и узнали, почему я всё время сюда возвращаюсь! Ха-ха… — продолжила единорожка, прокашлявшись. — В любом случае, думаю, вам не стоит показываться, пока… — но её в грубой манере прервала принцесса, телепортировавшаяся из виду и появившаяся на книжном шкафу, по-видимому глядя на что-то с другой стороны шкафа.

— Принцесса Твай…

Аликорн подняла копыто, призывая к молчанию, и в скором времени рядом с Рэрити раздался ещё один голос.

— Рэрити? — позвала Флаттершай, неожиданно объявившаяся из-за угла с канделябром. — Ох, вот ты где! — было видно, что она искала кого-то ещё, но спустя минуту подошла к подруге со Скуталу и Свити, идущими позади. — Девочкам стало… слегка скучно, — поспешно добавила пегаска.

«Другими словами, — подумала Рэрити, — хочешь того или нет, они всё равно бы отправились на поиски».

— Рэрити, ты надыбала ещё светильник? — спросила Скуталу, лениво читая названия книг на корешках. Позади неё была Свити, по-прежнему листавшая свою книгу, практически упираясь в неё лицом, очевидно в попытке читать без света.

Твайлайт оставалась незамеченной тремя подошедшими пони и по-прежнему стояла поверх шкафа, глядя на Свити Белль. Когда Скуталу задрала голову, аликорн шустро телепортировалась на противоположный ряд, всё так же сосредоточенная на книге Свити. Неужели она и с такой высоты читать могла?

— Ах нет, не нашла! — привлекая к себе блуждающий взгляд юной пегаски, ответила Рэрити. Чтобы слегка компенсировать бедность освещения, она усилила свечение от своего рога, и Свити смогла взять подсвечник у Флаттершай.

— Так, я ещё раз попробую! — объявила единорожка, откладывая книгу, задула свечи и сконцентрировалась на ближайшей из них. Она прикусила язык, прищурила глаза, проворчала и простонала, но из рога не последовало ничего, помимо нескольких искр. — Да ла-а-адно! — застонала она, вперившись чуть ли не гневным взглядом в свечи; из рога выскочила ещё искорка и обратилась крошечным пламенем, погасшим практически сразу. — Тьфу!

— Эй, это разве не твоя? — спросила Скуталу, подобрав бесцеремонно брошенную Твайлайт книгу, когда аликорн телепортировалась наверх.

— Ну-ну, Свити, когда-нибудь обязательно получится, я уверена, — утешала Рэрити, забрав книгу у Скуталу и левитировав ту в сумку сестры. Она взглянула наверх и обнаружила, что Твайлайт пропала. Единорог вновь зажгла свечи и продолжила: — Почему бы нам не пойти домой? Как видите, помимо книг здесь ничего интересного.

— Нет! Мы ещё не нашли принцессу Твайлайт, — запротестовала Скуталу, хватая подсвечник. Засим она, вместе со снова уткнувшейся в книгу Свити Белль, удалилась за ближайший угол. — Ау! Принцесса Твайлайт, вы где?!

— Где принцесса? — спросила Флаттершай, как только кобылки скрылись из виду.

— Понятия не имею. Она только что была на стеллаже, а потом... — Рэрити осеклась, заметив, что Флаттершай явно увидела нечто у неё за спиной. — А, принцесса! — улыбнулась единорожка, поворачиваясь к невозмутимому аликорну. — Вот вы где.

— Техника твоей сестры тормозит её прогресс, — проинформировала Твайлайт. Она перечитывала книгу, которую Рэрити абсолютно точно убрала в сумку Свити. — Её отчаянное стремление к идеальному заклинанию не даёт ей возможности его воплотить. Ей нужно сконцентрироваться должным образом и почувствовать, как магия течёт сквозь неё, — аликорн закрыла учебник и телепортировала его, желательно бы, конечно, в сумку Свити. — У неё есть потенциал, но его нужно довести до ума.

Сколь бы Рэрити не хотелось подискутировать на данную тему, мысли у неё сейчас были совсем о другом. Особливо, когда стоявшая рядом с ней пегаска смотрела на принцессу Твайлайт, — хотя она им и была — словно на призрака.

— Эм, принцесса, если позволите, — Рэрити кивнула в сторону Флаттершай, — это...

— Флаттершай, — сказала аликорн, чем незамедлительно вызвала едва слышный писк у робкой пегаски. Принцесса поклонилась, удостаивая её вниманием.

Именно такие действия напоминали Рэрити, что стоическое поведение Твайлайт было вызвано её принадлежностью к королевской власти. Эффект только усилился, когда Флаттершай тут же поклонилась в ответ. Ох, Денза, Рэрити даже не могла вспомнить, когда она в последний раз кланялась перед аликорном. Не оскорбляла ли она этим принцессу?

— П-принцесса Твайлайт, — нервно поприветствовала Флаттершай, всё еще склонившись. Вероятно, больше от страха, нежели уважения.

Похоже, теперь уже принцессе стало несколько неловко, и она покосилась на Рэрити.

— Ты можешь подняться, — произнесла аликорн.

Уровень дискомфорта лишь повысился, когда Флаттершай так и не удалось это сделать. Но тут уже инициативу перехватила единорожка и помогла своей подруге собраться.

Рэрити уже предвкушала, как вот-вот между двумя кобылами заведется непринужденная беседа, и они станут лучшими друзьями навсегда. Вместо этого, однако, они продолжили таращиться друг на друга, время от времени смущенно посматривая на модницу. К счастью, эту сцену прервало уханье Темиса и Элары. Флаттершай тут же вытянула ногу, и, спикировавшие к троице, совы приземлились на неё.

— О, вот вы где, — сказала принцесса Твайлайт, явно обрадованная возможностью отвлечься от невероятно паршивой (по мнению Рэрити) попытки завести разговор.

— Они... они тут живут? — наконец спросила пегаска, переведя взгляд с сов на аликорна.

— Да. Элара здесь родилась, — одобрительное уханье, подтвердило слова Твайлайт. — Потом принесла сюда ещё совенком Темиса. Он получил травму в лесу. Когда мы его выходили, он решил остаться с нами.

Рэрити заметила, что по ходу рассказа Твайлайт, Флаттершай слушала всё внимательнее. Аликорн легонько провела копытом сквозь Элару, вызывая у той мурашки, обернувшиеся умилительно дрожащим уханьем. Но ещё восхитительней был смешок, вырвавшийся у пегаски.

— Они вас очень любят, — улыбнулась Флаттершай.

— О, спасибо, — ушки Твайлайт встрепенулись. — Я тоже их очень люблю.

Неужели? Они и впрямь нашли общий язык? Рэрити хотела расцеловать обеих сов за появление в столь подходящий момент. Быть может, всё ещё сложится, несмотря на Сви… Ох. Единорожка осмотрелась вокруг: она совершенно позабыла о двух кобылках.

— Эм, принцесса, — неохотно прервала она. — Сожалею, что прерываю, но думаю нам стоит отвести девочек домой и вернуться попозже.

— О, — закивала Твайлайт. — Конечно, — она повернулась к Флаттершай. — Рэрити упоминала, тебе нравятся книги о флоре и фауне. Может тебе будет интересно взглянуть, когда вернёшься?

— Д-да, с радостью, — ответила Флаттершай, поклонившись ещё раз. Затем она поднялась и развернулась. — Пойду, найду девочек… — ещё поклон. — Прощайте, принцесса.

Твайлайт кивнула в ответ и повернулась к Рэрити.

— С тобой всё хорошо? — спросила она, отшагнув назад из-за крайне близко стоявшей единорожки с лицом, расплывшимся в улыбке.

— Ну и-и-и, что о ней думаете? — спросила Рэрити, хлопая ресницами.

А-ах, она дождаться не могла ответа. «О, Рэрити, она просто очаровательная пони! Добрая, вежливая! Ты в самом деле превосходна в выборе друзей! — сказала бы Твайлайт. — Ну конечно же, дорогуша! Будто в этом были сомне…»

— Она милая.

— Милая? И это всё? — чуть разочарованно вопросила Рэрити. Вот тебе и королевский вкус. Драматически вздохнув, единорожка покачала головой. — Для столь начитанной пони, вы подчас бывает удручающе лаконичны.

Твайлайт явно возмутило это замечание.

— Но... э, я имела ввиду... — запинаясь, выдала она, а затем осуждающе подняла копыто: — Мы с ней едва поговорили, я не успела сформировать должное мнение!

— Да ладно, Твайлайт, я лишь дразню тебя, — сказала Рэрити, посмеявшись над озабоченным лицом принцессы. Затем, покашляв, единорожка оглянулась по сторонам: — Ну, мне пора, — она посмотрела на Твайлайт, внезапно погрузившуюся в раздумья. — Всё в порядке?

— Ох, эм, да, — оторвалась от раздумий принцесса. — Просто... просто это третий раз, когда ты обращаешься ко мне на ты и без указания титула. Такое уже случалось, когда ты вернулась из Кантерлота.

Рэрити была ошарашена этим откровением.

— В самом деле?! Это крайне невежливо с моей стороны! Я не хотела вас обидеть! — быстро сказала единорожка, уже сожалея о всех тех поклонах, которые она задолжала аликорну. Эквестрии ради, если принцесса Твайлайт помнила такие подробности с их позапрошлого разговора, то её это и впрямь серьезно волновало. — Простите меня!

— Рэрити, не нужно просить прощения. Я не считаю это оскорблением или чем ещё. Просто отметила этот факт, и всё.

Модистка однако считала иначе. С принцессами надо вести себя подобающе!

— Тем не менее, это было неправильно, принцесса. Прошу, примите мои извинения, — единорожка прочистила горло и продолжила: — И всё же, мне пора, увидимся через несколько часов. А пока до свидания, принцесса Твайлайт, — произнесла Рэрити и поклонилась.

Правда аликорн явно была не в восторге от подобного отношения.

— Что-то не так? — заметив, спросила единорожка.

— Н-нет, просто... Зачем ты... Не надо передо мной кланяться, Рэрити, — поерзала принцесса.

— Но почему? — удивилась единорожка. — Флаттершай же кланялась! Так велит этикет, в конце концов.

— Ну да, но, когда ты... странно это — смотреть когда ты это делаешь, — запинаясь объяснила принцесса Твайлайт, несколько растерявшись. Закусив губу, она начала водить копытом по полу. — Тебе не надо следовать каждой букве этикета со мной, Рэрити, ведь ты моя... — тут она замолкла и поспешно добавила: — Просто, пожалуйста, не надо так больше делать.

Как же Рэрити хотелось продолжить подначивать аликорна, но она всё же воздержалась.

— Хорошо, принцесса, до скорой встречи, — сказала Рэрити, игриво помахав копытом.

Ответом стало полное отсутствие ответа. Принцесса Твайлайт просто телепортировалась. Поди дальше читать книги, не иначе.

Рэрити усмехнулась и, покачав головой, направилась на поиски Флаттершай.

Путь к социализации Твайлайт предстоял ещё долгий. Но прогресс уже был. К тому же, было бы странно, если бы принцесса вдруг перестала быть самой собой. И теперь, когда Флаттершай встретилась с Твайлайт, появилось некое чувство нормальности во всём происходящем. Во время первых визитов к аликорну Рэрити ожидала, что библиотека может исчезнуть в любой момент, но сейчас она уже ходила сквозь чащобы к заветному дубу, полностью уверенная, что и он, и его обитательница будут ждать единорожку. Стоило также отметить, что интерес модницы к принцессе и библиотеке не угасал. Наоборот, казалось, что каждый поход сулил нечто новое и захватывающие, нечто подстегивающее желание вернуться.

Например, крики.

Когда два знакомых пронзительных визга пронеслись сквозь ряды стеллажей, Рэрити замерла на месте. «Это же девочки!» В библиотеке ведь не было ничего опасного? Ну, была Твайлайт, конечно, но она ясно дала понять, что не станет говорить с кобылками.

«Если только...»

На ум пришла ужасающая догадка, и в тот же миг её лицо стало бледнее, чем у покойника. «Если только это не вернулся вломившийся в библиотеку ранее…» Одно успокаивало, сколь бы могущественным ни был незваный гость, уж наверняка он не был ровня тысячелетнему аликорну.

— Рэрити.

Та, глядя на Твайлайт, вжалась в стену, последовавший полный ужаса визг единорога не уступал, — а вполне возможно даже превосходил — крик девочек ранее. Её паника вскоре сошла на нет и, когда Рэрити пришла в себя, переросла в гнев.

— Принцесса Твайлайт, клянусь Дензой, если вы…

— Ты в порядке? — перебила Твайлайт, совершенно не удосужившись извиниться за практически подаренный единорожке сердечный приступ. Она по всей видимости осматривала Рэрити на предмет каких-либо повреждений, это даже тронуло бы единорожку, не будь та в ярости.

— Не я это кричала! Это были девочки!

— Рэрити!

Даже для Твайлайт всё произошло слишком быстро, чтобы среагировать и телепортироваться прочь. Скуталу примчалась к ним, тараторя столь быстро, что разобрать было почти невозможно. Она бросилась к Рэрити, пытаясь утянуть с собой за копыта, но остановилась, когда наконец-то заметила пресловутую принцессу Твайлайт «Книжечку» Спаркл.

Хватка пегаски ослабла, и она попросту уронила переднее копыто на пол. Твайлайт же не делала ничего — лишь пялилась на Скуталу, будто это она из них двоих была призраком. В таком положении Рэрити осталась единственной пони, предпринимающей что-нибудь, а не глазеющей по сторонам.

— Скуталу! — рявкнула она, привлекая внимание перепуганной кобылки. — Что стряслось?! Где Свити Белль?!

Взгляд пегаски метался между Рэрити и Твайлайт.

— Стой, н-но… Рэрити! Глянь! — она указывала на аликорна в недоумении, почему единорожку вовсе не шокировало присутствие призрака перед ними.

— Скуталу, соберись! — топнув копытом, сказала Рэрити. — Где Свити Белль?!

Бросив последний взгляд на принцессу Твайлайт, пегаска выпалила:

— Она отрабатывала заклинание, и у неё неплохо получалось. Затем я сказала ей, что нужна лампа, она пошла искать, и нашла её, попыталась поднять заклятьем, а та как взяла и полетела сама по себе. Свити перепугалась, с её рогом случилась какая-то фигня, и она подожгла стол, а затем...

— Так...

Скутала затихла и вместе с Рэрити посмотрела на аликорна. Принцесса была абсолютно спокойна, может чуть встревожена. Она медленно подняла копыто и резко изменилась в лице:

— Она что?! — панически воскликнула Твайлайт, расправив крылья.

Кобылка не успела даже рта открыть, как принцесса телепортировалась, несомненно произведя неизгладимое впечатление на бедную Скуталу. Не прошло и секунды, как лицо пегаски исказилось от чистого ужаса.

— Постойте, принцесса Книжечка! — выкрикнула она, бросившись в лабиринт книжных стеллажей. — Принцесса, она не специально! Только не запирайте её здесь на веки вечные!

Так Рэрити осталась наедине с мыслями о полной абсурдности сложившейся ситуации. Были же пони, жившие нормальной жизнью. Некоторые жили десятки, а некоторые даже сотни лет абсолютно нормальной жизнью. Возможно, и Рэрити могла так жить. Возможно, она так и жила где-нибудь в параллельной вселенной. Возможно, она стала уважаемым дизайнером одежды, сыграла свадьбу, завела жеребят, в уме и здравии встретила старость и почила в окружение любимых пони.

И, возможно, потом, когда у неё будет больше мгновения на осмысление, она поймёт, что так называемая «нормальная жизнь», — честно говоря, скучна.

К счастью, судьбою ей было начертано другое. Проказница-судьба уготовила ей этот момент в затерянной лесной библиотеке в компании двух истеричных кобылок, возможно, не менее истеричного аликорна, несомненно перепуганной пегаски, летающего канделябра и... Поток мыслей единорожки нарушил Стар, который в обличье люстры повис под потолком и осветил всё помещение.

За сим Рэрити сделала очень, очень глубокий вдох и побежала с криком:

— Принцесса Твайлайт, пожалуйста, подождите!

Когда единорожка достигла цели, стол уже был потушен, возможно, самим аликорном, хотя уже и успел обуглится. Рэрити даже знать не хотела, сколько лет было этому столу. В нескольких шагах поодаль стояла сама принцесса Твайлайт, окружённая обгоревшими пергаментами. Она даже не заметила прихода модницы, беспокойно читая остатки одного из свитков.

«О, Денза...» — подумала Рэрити, надеясь, что в них не было написано никакой ценной информации, потому что иначе...

Посмотрев по сторонам, она наконец увидела кобылок и Флаттершай. Подруга, слава небесам, держалась молодцом. На самом деле, она выглядела даже более спокойной, чем могла ожидать единорожка. А вот о кобылках, держащихся за задние ноги пегаски, такого сказать было нельзя. Взгляды их были устремлены на тихо что-то читавшую вслух принцессу.

Рэрити тут же удостоверилась, что на Свити Белль нет следов травм, но кобылка, слава Дензе, похоже, была больше напугана, нежели травмирована. С её рогом тоже с виду всё было в порядке. Вероятно, у неё произошла магическая перегрузка от испуга. Болезненными их назвать было нельзя, просто хлопотными и, по всей видимости, огнеопасными.

— Эм, принцесса Твайлайт? — спросила единорожка, вопреки яростной жестикуляции кобылок. Когда ответа не последовало, Рэрити подошла поближе и повторила громче: — Принцесса? Вещи сильно пострадали?

— Да, — последовал прямой ответ. — Но всё это можно восстановить, — она вздохнула и повернулась к модистке: — Могу я снова одолжить книгу по эквестрийской моде?

После утвердительного кивка Рэрити, аликорн снова вернулась к остаткам пергаментов, полностью игнорируя остальных пони.

Ну или игнорируя, пока Рэрити громко не прокашлялась.

Твайлайт взглянула сначала на неё и, пусть не сразу, но затем и на Флаттершай и кобылок. По-видимому, её сознанию потребовалась минута-другая, чтобы полностью осознать обстоятельства ситуации, после чего она в растерянности распахнула глаза. Не имеющая понятия, что же делать, она повернулась к Рэрити.

Та протяжно вздохнула и обернулась к Флаттершай и кобылкам, по-прежнему льнувшим к задним ногам пегаски.

— Свити Белль? — позвала она, подходя к ним. — Ты в порядке? — последовал вопрос, на что та лишь безмолвно кивнула, всё ещё не в состоянии оторвать глаз от аликорна. Спустя ещё несколько мгновений всеобщего оцепенения, Рэрити решила, что их выбившееся из сценария шоу должно продолжаться.

— Девочки, — начала она, показывая в сторону Твайлайт. — Это моя подруга — принцесса Твайлайт.

— Она… Она ведь не собирается заточить меня здесь навечно? — спросила Свити, всё так же сверля взглядом принцессу.

— Нет, не собирается. Разве не так, принцесса?

— Я бы ни за что не сделала ничего подобного, — ответила Твайлайт, опустив ушки и хмурясь на кобылку, словно слова той её оскорбили. — Независимо от случившегося.

На мгновение Рэрити показалась, что речь идёт даже не о Свити Белль.

— Видите? — перебила единорожка, не желая дальше развивать эту тему, и легонько подтолкнула сестрёнку магией в сторону принцессы Твайлайт. — Однако, я считаю, что принести извинения за испорченный стол всё ещё необходимо.

Свити громко сглотнула и сделала пару неуверенных шагов в сторону аликорна.

— Простите меня за то, что испортила ваши вещи, п-принцесса Твайлайт.

Принцесса было шагнула вперёд, смягчив выражение лица, но, когда Свити Белль вздрогнула и в страхе отшагнула, сделала тоже самое.

— Я, эм, принимаю твои извинения, — наконец сказала она, выглядя явно не в своей тарелке из-за сложившейся ситуации. Она взглянула на Рэрити, прежде чем обратилась к кобылке вновь. — У тебя есть потенциал в магии, но следует тренироваться надлежащим образом, чтобы пользоваться ей эффективно, — она бросила взгляд на стол, — и избегать инцидентов.

«Ну, всё обернулось не так уж и плохо» — подумала Рэрити, счастливая, что всё разрешилось. Тишина опустилась в комнате, и она поняла: ни Свити, ни Твайлайт не очень-то представляли, о чём говорить. Рэрити уже собиралась сказать что-нибудь и прервать всеобщее молчание, но принцесса оказалась быстрей, чем приятно её удивила.

— Ты ведь Свити Белль? — спросила Твайлайт, получив в ответ от кобылки трясущийся кивок. — Рэрити много о тебе рассказывала. По её словам, ты с подругой однажды пыталась меня найти? — ответ оставался тем же, и ничего более, из-за чего аликорн перевела взгляд на взрослую единорожку. Было очевидно: принцесса не была экспертом по общению с жеребятами, хотя Рэрити и считала, что та справляется вполне неплохо.

— Разве Принцесса из библиотеки не твоя любимая? — спросила Рэрити, пытаясь воспользоваться этой связью для налаживания контакта.

Свити кивнула, ободренная словами старшей сестры.

— Я помогла сделать костюм принцессы Книжечки в этом году, — сказала кобылка. От упоминания «прозвища» принцесса немного нахмурилась и, похоже, повторила его шепотом. — А-а-а Рэрити всё время наряжалась ей, когда ещё жила со мной. У неё был наряд из книжных страниц, — продолжила единорожка, полностью игнорируя призывающую к молчанию интенсивную жестикуляцию Рэрити.

Реакция, которой так боясь модистка, не заставила себя ждать.

— Ты использовала страницы для изготовления костюма? Как тебе в голову пришло?! — Рэрити еще не видела принцессу настолько возмущенной.

— Это были листы из тетради! — единорожка тут же зарделась. — И из неё уже была выдрана половина страниц!

Когда Твайлайт уже открыла рот, несомненно для того, чтобы отчитать Рэрити по полной программе, её прервали звуки хихиканья. Пререкающиеся кобылы обернулись и увидели Свити и Скуталу. Рядом с ними стояла Флаттершай, которая, пусть и чуть более сдержанно, но тоже увлеченно наблюдала за действом.

Вспомнив о второй кобылке, Рэрити указала на неё:

— Принцесса Твайлайт, это Скуталу. — Представленная пегаска только сильнее прижалась к Флаттершай. — Первоначально она и Свити искали вас. У них есть свой клуб под названием...

— Меткоискатели! — встряла Скуталу, наконец отцепившись от ноги Флаттершай. У пегаски выработалась привычка произносить название вперед Рэрити еще с тех времён, когда модистка называла их «Бедоискатели».

— Это от того, что у нас еще нет наших меток, — объяснила Свити, гордо показав пустой бок (а это с ней случалось редко). — И мы хотели получить метки за нахождение принцессы! — тут кобылка внезапно прервалась и посмотрела на Твайлайт: — А у призраков есть кьютимарки?

Принцесса сморгнула.

— Да, конечно же, — последовал ответ, а затем, поколебавшись, она посмотрела на свой бок. — Практически невозможно потерять свою кьютимарку, только если речь не идёт об очень сильной магии.

— О, посмотреть можно? — спросила Свити и поскакала к аликорну, не дожидаясь разрешения.

— С-стой, я тоже увидеть хочу! — выпалила Скуталу и помчалась вслед за Свити: одержимость кьютимарками пересилила страх перед принцессой. Добежав до своей цели, пегаска разочарованно надула щёки. — У-у… всего звезда… Я ожидала чего пострашнее…

— Выглядит прям как ваша корона! — отметила Свити Белль, снова стоя перед Твайлайт и глядя на тиару у той на голове.

— А, это не корона, — ответила принцесса, взглянув на предмет обсуждения. — Это один из Элементов гармонии, если точнее — Элемент магии.

Тут Рэрити нахмурилась. «Элементы гармонии? Звучит знакомо… — её глаза расширились от воспоминаний о драгоценных камнях, которые она готовила для Ночи поисков. — Магические камни, способные победить Духа!» Теперь она взглянула на корону с новой стороны. Если память ей не изменяла, то в легенде говорилось, что Дух разбросал все камни, за исключением того, что был в регалии принцессы. И как она раньше об этом не подумала? Но опять же… если эти штуки были единственным способом победить Духа… а у них был лишь один… Тяжело сглотнув, Рэрити осознала, что не очень-то была и рада своей находке.

— А как вы на голове её удерживаете? — спросила Скуталу. Она указала на золотое убранство Твайлайт. — Призраки могут носить одежду? Почему она на вас держится? — она понизила голос, оглядываясь по сторонам. — А через стены ходить можете?

— Да, может, — ответила Рэрити, не в состоянии сдержать улыбку при виде двух кобылок, которые ахнули и уставились на Твайлайт с восхищением. — Любопытное зрелище.

— А… а через нас пройти можете? — спросили они, слишком уж широко улыбаясь для пони, только что попросивших… ну, такое.

— Да, но не стоит, — нахмурившись, отрезала Твайлайт. — Касательно моих регалий, они были на мне, когда я… — она осеклась, помахивая копытом. —… потеряла физическую форму, так что я полагаю, что они стали постоянной частью моей сущности.

— Минуточку, — прервала Рэрити. — Не означает ли это, что Элемент магии бесполезен?

На долю секунды, лицо аликорна помрачнело.

— Теоретически, да.

Было ли это одной из причин превращения Твайлайт в призрака? Как они должны остановить Духа, если он в самом деле был где-то рядом? Так много вопросов без ответов, и они угнетали Рэрити безмерно.

— Так, эм, вы мертвы? — невинно спросила Свити Белль.

Рэрити понадобилось пять секунд, чтобы сообразить и среагировать, топнув копытом о пол.

— Свити Белль! — выпалила она, совершенно ошеломлённая невероятно бестактным вопросом. — Нельзя же так просто спрашивать у кого-то, мертвы ли они! Где твои манеры?!

— Каково это? — встряла Скуталу, всецело игнорируя то, как модница ахнула в ужасе. По-видимому, подрастающее поколение целиком и полностью утратило манеры, и Рэрити намеревалась в скором времени провести основательную беседу с родителями юной пегаски на эту тему. — Это больно?

— Девочки! — сгорающая от стыда единорожка повернулась к аликорну. — Принцесса, мне крайне неудобно, пожалуйста изви…

— На самом деле, я сама не до конца уверена, — ответила принцесса Твайлайт, судя по всему даже не заметившая, насколько бестактными были заданные ей вопросы. Её рог вспыхнул, и рядом появился свиток, который она развернула и стала на него поглядывать по мере своей речи.

— Как я уже говорила ранее, я провела над собой тесты, но они не дали убедительных результатов. Следуя логике, будь я обычным духом, моё тело должно было бы быть где-то захоронено… — она умолкла и где-то с минуту читала свиток, после чего вернула его туда, откуда он появился.

— Но согласно исследованиям Мигер Офферигса, описанным в трактате «О устойчивости души», духи не способны испытывать какие бы то ни было эмоции, помимо грусти, гнева или ярости. Я же, пусть и испытывала их все… так же была и счастлива… — тут она украдкой взглянула на Рэрити, что, хоть ей того и не хотелось, не осталась незамеченным, но Твайлайт опустила это и спешно продолжила. — И это приводит меня к выводу, что я не могу быть мертва.

Она расхаживала перед кобылками туда-сюда, по-видимому не замечая, что те были слегка в замешательстве, глядя, как она проходит сквозь остатки стола при каждом развороте.

— На данный момент я склоняюсь к теории, что моё тело под воздействием заклинания трансгрессионого стазиса, что по существу означает рассинхронизацию меня с «реальным» миром и, как следствие, невозможность взаимодействовать с ним, кроме как с помощью магии, которой, по всей видимости, это не коснулось. Я полагаю, что заклинание также оказало влияние на функционирование моего тела, учитывая отсутствие необходимости в еде или сне.

Тут Флаттершай, которая до этого момента тихонько слушала, покашляла. Когда все обратили на неё свой взор, она, похоже, в ту же секунду пожалела об этом, немного сгорбившись, но тем не менее продолжила.

— А что с Духом? — спросила она. Пегаска часто интересовалась этим вопросом и было ожидаемо, что её больше волновало существо проклявшее, нежели результат проклятья. — Где он?

— Я… — заколебалась Твайлайт, ошеломлённая вопросом. — Он был повержен… — промямлила она в ответ, очевидно не веря самой себе. — Принцесса должна была его одолеть.

«Принцесса? Она о других принцессах?» — размышляла Рэрити, припоминая, как принцесса упоминала кого-то по имени Селестия. И почему оно казалось ей знакомым? Она уже слышала его раньше, но где?

— Тогда почему вы всё ещё призрак? — спросила Свити.

На что Твайлайт, вздрогнув, ответила:

— Я… не знаю… — она приложила копыто ко лбу и выглядела крайне взволновано. — Я… Я предполагаю, что он должен был быть повержен. Когда он заявился сюда второй раз, то сказал, что намеревался вернуться, но этого так и не произошло. Так что я…

— Стоп! — вмешалась Рэрити, заставив аликорна вздрогнуть от неожиданности. — Хотите сказать, он возвращался сюда уже после вашего заточения?!

И почему принцесса раньше этого не упоминала? Вот и ещё одна из вещей, хранимых ею подальше под замком — по крайней мере, пока всякие кобылки не суют в них свой нос.

— Зачем? Чего он хотел?

— Я… я не помню. Это было ещё до прихода Совелия, и у меня не было возможности сделать записи, — выпалила Твайлайт, не ожидавшая, что Рэрити присоединится к незапланированному интервью. — Он вернулся и попытался обдурить меня вновь, убеждал, что библиотека не проклята, и я могу уйти когда пожелаю, и что нет никакой карты, н-но это была уловка.

Она снова начала бродить вокруг, с каждой секундой выглядя всё тревожней. Было очевидно: теперь она разговаривала сама с собой.

— Я не могу уйти, даже если бы могла, тогда карта исчезнет, а если карты никакой и нет, почему же Спайк не вернулся? Он обязательно бы вернулся! Не мог ведь он меня бросить?

— Спайк? — вырвав аликорна из размышлений, спросили кобылки. — Это ещё кто?

Глаза Твайлайт расширились, словно она только осознала, что, возможно, сболтнула лишнего. Она отстранилась от любопытствующих кобылок на несколько шагов, отчаянно пытаясь выкрутиться из ситуации.

— Я… Я не… Я…

Что послужило для Рэрити сигналом вмешаться в этот, быть может, зашедший слишком далеко допрос.

— Спасибо, принцесса, — сказала она, достаточно громко и отчётливо, чтобы привлечь внимание паникующей Твайлайт. — Я правда полагаю, что для одного дня мы уже спросили более чем достаточно, — после чего единорожка одарила кобылок грозным взглядом. — Вам так не кажется?

— Ну-у-у… — понурили головы те.

Несмотря на истерику всего секунды назад, на лице аликорна читалась симпатия к девочкам.

— В другой раз мы сможем поговорить побольше, — сказала принцесса, к великому сожалению Рэрити, надеявшейся, что другого раза не будет. Неужели Твайлайт позабыла, о чём ей говорила единорожка? — Мне понравилось отвечать на ваши вопросы, к тому же, вы принесли интересные книги.

— А можно завтра прийти?! — спросила Свити, обрадованная позитивным настроем принцессы.

— И послезавтра?! — добавила Скуталу. Кобылки начали без умолку перечислять дни, пока, к моменту, когда они уже перечислили все дни месяца, Рэрити не прочистила горло.

— Мы могли бы приносить все наши учебники! — добавила Свити. — До самого выпускного!

— А я могу дать почитать мои книги про Дэринг Ду! — воскликнула Скуталу, копошась в своей сумке. — Первая у меня с собой… Или она у тебя, Свити? — после чего юная единорожка тоже начала искать книгу.

Рэрити воспользовалась тем, что кобылки отвлеклись, и подошла к аликорну.

— Принцесса Твайлайт? — прошептала она. — Можно вас на пару слов?

Принцессе потребовалось немного времени, чтобы перестать заворожённо наблюдать за выкладываемыми книгами, но, добившись её полного внимания, единорожка продолжила:

— Принцесса, я вынуждена повториться, но это небезопасно для них — ходить по лесу до библиотеке каждый день…

— Эм? — моргнула принцесса, но затем, переварив информацию, прижала ушки. — Ох… точно.

Просто замечательно. Теперь Рэрити чувствовала себя ужасно.

— Простите, принцесса, — искренне произнесла она. — Хотя я и знаю, что Элара и Темис никогда бы не повели нас опасной тропой, я попросту не могу просить их поселиться в Понивиле, чтобы сопровождать их, когда им вздумается. Мне и так нужно выкручиваться, как бы не дать им сюда ходить ни с, ни тем более без сов…

— Я понимаю… — Твайлайт остановилась, нахмурившись. — Разве что… Если они будут приходить с тобой, всё ведь должно быть в порядке? — По-видимому, у неё появилась идея, но Рэрити в самом деле боялась даже узнать, что же это может быть.

— Ну, полагаю, это ещё терпимо, — кивнула единорожка.

Но с другой стороны, ей вовсе не хотелось следить за этими непоседами каждый раз, когда она идёт в библиотеку. Что, если они разбредутся по лесу? Если сломают что-нибудь? Если она захочет поговорить с Твайлайт, а они будут постоянно вмешиваться? Но если принцесса желает с ними видеться, неправильно ведь её ограничивать в этом?

Их внимание привлёк раздражённый стон кобылок.

— Тьфу, у нас нет её с собой… — пробормотали они, закрывая сумку и фырча. Хоть она никогда их и не читала, но книги про Дэринг Ду были настоящим хитом, и Рэрити отлично понимала их разочарование, что не получилось поделиться ими с принцессой.

Быть может эти книги получили бы больше признания, чем её крайне недооценённые любовные романы, в чём она сильно сомневалась.

— Ничего страшного! — ответила Твайлайт, слегка поклонившись в благодарность. — Почему бы не занести её через неделю?

— Неделю? — обескураженно спросила Свити. — А завтра нельзя?

— Завтра? Хм… — принцесса потёрла подбородок, задумчиво нахмурившись. — Как думаете, для написания эссе вам дня хватит? — кобылки в ответ посмотрели с недоумением, а рог Твайлайт вспыхнул и рядом появился свиток. Развернув его, она пояснила:

— Это подробное описание Понивиля на момент его основания. Очевидно, оно уже сильно устарело, так что я надеялась, что вы могли бы помочь мне и написать новое? А через неделю Рэрити могла бы привести вас сюда, и мы бы посмотрели, что получилось, — после чего она свернула свиток и передала собеседницам. — Вот, можете взять моё для примера.

Проведя некоторое время в спорах о том, кто должен нести свиток, и в конечном счёте решив, что это должна быть Рэрити, кобылки с энтузиазмом кивнули и пришли в ещё больший восторг от последовавшей благодарности принцессы. Рэрити же, в свою очередь, была крайне довольна отговоркой — хотя быть может и серьёзной просьбой? — ведь это, как минимум, означало, что они не отправятся бродить по лесу. К тому же, брать их с собой раз в неделю было ведь не так уж плохо?

— К слову о докладах, разве Черили вам не дала задание по биологии? — напомнила Рэрити, на что в ответ раздались протяжные стоны. У Рэрити тоже был повод застонать: Твайлайт практически не удалось пообщаться с Флаттершай. Утешением было лишь то, что всегда найдётся ещё одна возможность. Она надеялась.

— Нам пора бы идти домой. Уже поздно, и в лесу лучше по ночам не шататься. Вам ведь ещё для завтрашнего доклада нужно взять книгу у Флаттершай?

— О-о-ох…

— Всё в порядке, девочки. Вы сюда вернётесь через неделю, — напомнила пегаска, пытаясь утешить их тем, что аликорн никуда не денется.

Рэрити отметила, что Флаттершай ни слова не сказала о желании вернуться самой. Она искренне надеялась, что сегодняшний непредвиденный поворот событий не усугубил тревог подруги. Одной Дензе известно, когда она согласится ещё на один поход в лес без многочасового упрашивания со стороны единорожки.

— Давайте, девочки, попрощайтесь с принцессой, — подтолкнула Рэрити, кивая в сторону аликорна. Когда же кобылки надулись и не подали и виду стремления покидать библиотеку, она добавила: — Быстрее закончите доклад, раньше сможете взяться за просьбу принцессы Твайлайт.

— Я была бы очень признательна, — кивнув, подтвердила та.

Стоило лишь заговорить принцессе, как Меткоискатели тут же выпрямились, ведя себя так, будто и не пытались строить щенячьи глазки.

— Мы напишем обалденно хорошее эссе, принцесса Твайлайт! — заявила Свити Белль, широко улыбаясь той. Учитывая ранее прочитанные их работы, Рэрити сильно сомневалась, что одна страница могла считаться эссе, но решила придержать язык за зубами. — Мы даже напишем целых две страницы!

Рэрити отчасти ожидала, что Твайлайт это прокомментирует, но была удивлена, когда от аликорна последовал лишь тяжело давшийся кивок в благодарность за их помощь.

Скуталу потащила за собой Свити.

— Пошли уже! Быстрее вернёмся домой, быстрее возьмёмся за доклад!

С этими словами обе помчались к выходу, радостно выкрикнув напоследок:

— До скорого, принцесса Твайлайт! — и даже не притормозили в ответ на наказ Рэрити ждать их у входа, ровно до момента, пока резко не остановились у тоннеля.

— Ну и ну, никогда не видела Свити Белль в восторге из-за эссе, — отметила Флаттершай, посмеиваясь при виде кобылок, спорящих о том, кто должен идти первым в страшный, тёмный тоннель.

Рэрити улыбнулась и повернулась к аликорну.

— Думаю, такое разрешение ситуации делает из вас крайне опасную фигуру, как вы считаете?

— Разве? — удивлённо приподняв бровь, спросила Твайлайт. — Эссе безобидны, Рэрити. Понивиль был для меня домом, я просто хочу узнать, что с ним случилось.

— О, не сомневаюсь, принцесса, но я не об этом, — прояснила единорожка, бодрое выражение лица которой сменилось на предельно серьёзное. — Я лишь имела в виду, что если вы способны заставить этих двоих с удовольствием отправиться домой и в нетерпении взяться за домашнюю работу, то даже страшно представить, на что ещё вы способны, — принцесса  поглядела пристально на неё несколько секунд и в конечном итоге закатила глаза, в ответ на что на лицо модницы вернулась радостная улыбка.

— Ох, постойте! Я принесла вам почтовую карточку, принцесса, — воскликнула Флаттершай и полезла в сумку.

Идею с упомянутой карточкой пегаска предложила несколько дней назад, когда вспомнила про связь между Твайлайт и принцессой Дензой.

Пока Флаттершай копалась в вещах, принцесса взволнованно пододвинулась к Рэрити.

— Что такое почтовая карточка? — тихонько спросила она, явно смущённая тем, что не знала, что ей собирались дать.

Рэрити была ошарашена вопросом, оказавшимся неожиданным напоминанием, что аликорн и вправду не из её эпохи. В каком-то роде это было даже обаятельно, честное слово.

— Это маленькая карточка с рисунком или фотографией, которую можно отправить другому пони. Нужно лишь написать адрес и по желанию добавить короткое сообщение. Обычно они популярны у туристов.

— Туристов?.. — после медленного кивка спросила Твайлайт.

— Ну знаете, — начала единорожка, пытаясь подобрать слова, — пони, посещающие различные места, фотографирующие всё.

Прежде чем принцесса могла бы продолжить расспрашивать, Флаттершай их прервала:

— Нашла! — объявила она, достав открытку.

Она была ещё в обертке, и на ней было изображение принцессы Дензы. Хоть Рэрити и не видела картинку уже несколько дней, было сложно забыть изящество и обворожительную красоту аликорна. На изображении она стояла на мраморной лестнице, длинный элегантный плащ лежал на спине, закрывая кьютимарку, но оставляя достаточно место, чтобы расправить крылья при желании. Благожелательная, мягкая улыбка украшала лицо, грива развевалась на ветру. Ну не загляденье ли?

Поблагодарив пегаску, Твайлайт аккуратно взяла карточку магией и достала её из обертки. Сперва она посмотрела на пустую сторону и начала задавать вопросы. Почему такая маленькая? Почему бы не делать версии этих «открыток» побольше? И так продолжалось, пока Рэрити вежливо не предложила ей взглянуть на изображение с обратной стороны, после чего вопросы сразу же поутихли.

Она выглядела так, словно потеряла дар речи: уставилась на картинку и, запинаясь, едва смогла выговорить:

— Это… это же…

— Рэрити рассказала мне, что принцесса Денза потомок вашего брата, вот я и подумала, что вам, наверное, понравится её изображение, — объяснила Флаттершай, закрыв сумку.

Твайлайт бесцеремонно уселась крупом на пол, всё так же пристально вглядываясь в карточку. «О чём она сейчас думает?» — гадала Рэрити. Она желала бы, чтобы принцесса отреагировала по-выразительнее, но в то же время, поведение аликорна говорило о многом. Её выражение смягчилось, но в нём можно было увидеть не только грусть: Рэрити увидела привязанность, любовь.

— Это принцесса Денза? — тихонько спросила Твайлайт, не обращаясь ни к кому в частности. Казалось, её глаза мерцали, то ли от радости, то ли от подступающих слёз, было сказать трудно. Рэрити надеялась, что от радости, но одна лишь мысль о плачущем аликорне вызывала ещё большую привязанность к Твайлайт. — Просто вылитая Кейденс…

Флаттершай и Рэрити переглянулись, на их лицах были улыбки и радость за принцессу. Даже забавно, как сущие пустяки вроде почтовой карточки могут значить для кого-то безгранично много. Это напомнило Рэрити о всех тех моментах, когда Твайлайт обращалась с привычными для единорожки предметами так, словно они были чем-то чудесным и удивительным. Журнал, фотоаппарат, теперь и открытка. Быть может, очарование всей ситуации придавало то, что сама принцесса своими действиями вдыхала для Рэрити новую жизнь в эти предметы. Если такие мелочи способны принести счастье в жизнь аликорна, тогда она считала своим долгом не останавливаться на достигнутом.

Это напомнило ей, с каким интересом принцесса отнеслась к фотографиям. Может, с этого и стоит начать. Если Твайлайт не в состоянии выйти в мир, тогда Рэрити принесёт мир ей.

— Ну где-е-е вы там?! Чего застряли?!

Все трое повернулись и увидели выжидающе уставившихся на них Свити и Скуталу. Принцесса отреагировала первой, встала и потрясла головой. Собравшись с мыслями, она повернулась к Флаттершай и поклонилась, чем несказанно смутила пегаску.

— Благодарю тебя, Флаттершай, — настоятельно сказала она, мельком взглянув ещё раз на изображение. Подняв взгляд обратно, она слегка нахмурилась. — Прошу прощения. Я должна была подобрать тебе несколько книг, но теперь… — Твайлайт взглянула на раздражённых кобылок.

— О, ничего страшного, — с улыбкой на лице ответила Флаттершай. — Я могу придти с девочками через неделю.

— Ты придёшь?! — воскликнула Рэрити, не в состоянии сдержать своего энтузиазма. Сию же секунду она кашлянула и потопала копытами по полу, проявляя радость ровно настолько, насколько подобает леди. — Дорогуша, это превосходная идея.

— Я позабочусь, чтобы книги были готовы вовремя, — добавила Твайлайт.

Удовлетворённая, пегаска кивнула.

— Рада, что вам понравился подарок, — сказала она и поклонилась принцессе. Выпрямившись, она направилась к девочкам, попутно глянув назад и помахав аликорну. — До свиданья, принцесса Твайлайт.

— Я тебя догоню, Флаттершай, — крикнула вслед Рэрити, наблюдая, как та направляется в тоннель в сопровождении Скуталу и… и… Когда Свити и с места не сдвинулась, продолжая смотреть на принцессу, единорожка вздохнула и направилась к сестре. — Не задерживайся, Свити Белль! Иначе пойдёшь одна через тот тёмный тоннель!

— Ну и ладно, — весело ответила та, усаживаясь в библиотеке. — Я подожду с принцессой, пока ты попрощаешься, — так бы она сделала, не подними её Рэрити с пола. — С-стой! У меня ещё столько вопросов! Ещё пять минуточек! — протестовала Свити Белль, пока сестра толкала её в тоннель. — Может, останемся с ночёвкой?!

Рэрити, не находя привлекательной идею сна на полу древней и довольно прохладной библиотеки, закатила глаза. Она зажгла рог, освещая тоннель и путь на выход.

— Дуростью не страдай, — отчитывала она, не обращая внимания на раздражённое фырканье сестры. — Ты увидишься с принцессой через неделю и сможешь задать все вопросы, какие только придут в голову.

— Но ведь неделя это так до-о-олго! — Свити попыталась направиться обратно в библиотеку, но Рэрити сорвала её планы, левитировав кобылку в воздух и направившись к ступенькам у выхода. — Почему нельзя вернуться завтра?! Я могу не спать всю ночь и написать оба доклада!

— Потому что я так сказала, и точка.

Это был всем известный факт — слово старшей сестры неоспоримо, но привлекательность времяпровождения с принцессой была слишком заманчивой для Свити, чтобы слушаться неписанных правил.

— Так нечестно, — пробормотала она, скрестив на груди передние ноги и надувшись — крайне комичное зрелище, надо сказать, учитывая, что она висела рядом с сестрой в воздухе вверх тормашками.

Когда же Рэрити опустила Свити Белль на третью ступень лестницы и жестом указала бурчащей кобылке идти дальше, та сделала всё возможное, чтобы двигаться как можно медленнее и сполна выказать своё недовольство. Достигнув люка, она открыла его, повернулась к сестре и сказала:

— Она не твоя принцесса!

По большей части Рэрити старалась вести себя, как подобает взрослому. Конечно, она могла иногда выйти из себя и закатить драматичную сцену, но всегда была серьёзной, когда того требовала ситуация. В этот же раз, однако, она решила позволить себе слабость и не быть примером для подражания. Вместо этого она решила быть типичной дразнящей сестрёнкой.

— А разве не так? Ведь в конце концов, не я ли нашла её первой?

Свити Белль выглядела так, словно отхватила смачную пощёчину.

— Я нашла бы её первее, не отправь ты меня домой! И тогда она была бы моей принцессой! — отлично понимая, что на победу в перепалке с сестрой она могла и не надеяться, кобылка решила хотя бы попытаться испепелить ту взглядом, прежде чем выйти на улицу, закрыв за собой дверь с громким, писклявым «хммф».

Рэрити лишь посмеялась на Свити, очарованная желанием сестры видеться с Твайлайт. Это у них явно было общее, и поменяйся они ролями, единорожку бы пришлось вытаскивать из библиотеки, пинающуюся и визжащую. К счастью, дела обстояли иначе.

Помедлив с минуту и убедившись, что никакая кобылка не пыталась прокрасться обратно, Рэрити вернулась в библиотеку. Принцесса переместилась за стол неподалёку, по прежнему заворожённая изображением Дензы. Единорожка наблюдала, как Твайлайт осторожно подняла открытку, чтобы рассмотреть поближе, и положила обратно.

— Она прекрасна, согласны? — спросила Рэрити, привлекая внимание аликорна. Та в ответ лишь ещё раз взглянула на картинку и медленно кивнула — ещё один едва уловимый жест, который Рэрити находила необычайно привлекательным. Подойдя к принцессе, она взглянула на изображение.

«Если бы у меня получилось с ней встретиться, — подумала она, — принцесса, возможно, смотрела бы на саму Дензу, а не её изображение».

— Что ж, по моему скромному мнению, сегодня всё прошло вполне неплохо. Как вам кажется? — спросила Рэрити. Ведь разве не так? Принцесса встретилась с новыми пони, Флаттершай произвела сокрушительное впечатление своим подарком, и кобылки не будут бродить по лесу без сопровождения. Да, конечно, был инцидент со сгоревшим столом, но это было не так и страшно.

Твайлайт ещё какое-то время смотрела на карточку, прежде чем перевести взгляд на Рэрити.

— Когда ты вернёшься?

Единорожка призадумалась. Она пренебрегала работой над несколькими заказами последнее время из-за регулярно повторяющихся эскапад.

— На следующей неделе? Вместе со всеми? — этого должно хватить, чтобы разобраться с работой и организовать крайне необходимый визит в спа.

— Следующей неделе?! — спросила принцесса, ужаснувшись ничуть не менее, чем Свити несколько минут назад. Её рог вспыхнул, и рядом в воздухе появился календарь. — Но это же целых семь дней!

— Что вы, принцесса! — рассмеялась Рэрити. — Это та же дата, что и для остальных. Что изменится от того, что я приду с ними?

— Ну, ничего, — раздался неубедительный ответ. — Просто я наде… думала, что ты вернёшься пораньше…

Ну что ты будешь делать. Рэрити вздохнула так драматично, как только могла.

— Полагаю… — начала она, водя копытом по гриве, делая вид, что припоминает все детали своего крайне плотного графика. Каким он и был, но как же она могла отказать принцессе? — Я могла бы заглянуть через четыре дня? Этого должно хватить, чтобы закончить накопившиеся заказы.

— Хорошо, — ответила Твайлайт, вновь переведя взгляд на карточку с заметным удовлетворением на лице. — Четыре дня.

Рэрити поначалу подумала спросить, не стоит ли ей взять с собой книгу, но посчитала, раз принцесса сама насильно не впихнула книгу ей в копыта, то и не стоит. Ведь это было добрым знаком? Им больше не нужны никакие глупые оправдания с возвратом книг, чтобы видеться, и, по правде говоря, эти штуковины бывали ужасно тяжёлыми.

— Хорошо, тогда я пойду! — заявила единорожка, одарив улыбкой сов, а затем, повернувшись к принцессе, прикусила губу.

— До свидания, Ваше Величество, — проговорила она как можно более почтительным голосом, не в состоянии удержаться и не поклониться аликорну игриво. Прежде чем принцесса смогла бы вставить хоть слово, она похлопала ресницами и развернулась к выходу. — До скорой встречи, принцесса Твайлайт, — добавила она, глядя через плечо и помахивая копытом.

— Рэрити, подожди!

Единорожка замерла.

«Денза, прошу, пусть это не будет ещё одна просьба взять расширенную энциклопедию».

— Да, принцесса? — развернувшись, спросила она с улыбкой на лице.

Твайлайт выглядела встревоженной, словно сожалела о своей несдержанности.

— Эм… Я только, кхм… — она кашлянула и вернула самообладание. — Ты можешь прекратить называть меня Твайлайт, — уведомила она единорожку, кратко кивнув, словно убеждая саму себя. Когда нахмурилась в ответ, она осознала свою оплошность и поспешно поправила себя, вмиг снова растеряв всё самообладание.

— Ахм, стой! — воскликнула она, и ещё раз прочистила горло. — Я имела ввиду — можешь перестать называть меня принцессой Твайлайт! Можешь обращаться на ты и без титула, если желаешь, — пояснила она.

Рэрити и не знала, как на это ответить. Она лишь моргнула, вперившись взглядом в Твайлайт, словно у той выросла вторая голова.

— Я могу?

Принцессы выглядела более чем слегка не комфортно, скорее всего не ожидавшая такой реакции.

— Да, можешь.

И тогда-то единорожка пришла в себя.

— Правда?! — воскликнула она, навострив ушки и чуть не завиляв хвостом. Вид её, конечно, был далёк от подобающего настоящей леди, и ей было бы стыдно, не будь она взволнована своей новой привилегией. — Точно?

Общаться на ты с принцессой?! Она в жизни не удостаивалась такой чести!

— Ну ладненько, Твайлайт, — сказала она, со всей серьёзность, на какую была способна, тут же растаявшей в потоке нервных смешков.

«Мама родная, до чего же волнующе…»

— … С тобой всё хорошо?

— Прошу прощения, принцесса Тва… Твайлайт, — поправила себя Рэрити, раскрасневшись. — Понимаете, я никогда не обращалась на ты к принцессе! Это довольно уникальный опыт, и довольно… захватывающе, — объяснила она.

«Ну же, Рэрити, сейчас не время и не место, чтобы вести себя как хихикающая школьница».

— Ладно, я пожалуй пойду, принцесса Твайлайт. То есть, Твайлайт! — она застонала и потёрла лоб. — Что-то пока не очень получается.

Подняв взгляд на аликорна же, она обнаружила, что, наверное, это не так и важно.

Ранее полное тревог лицо Твайлайт теперь украшала довольная улыбка, которая пусть и близко не была широкой, но едва заметной в этот раз её тоже было не назвать.

— Уверена, ты привыкнешь, — сказала принцесса, с улыбкой, теперь в большей мере дразнящей единорожку.

Это было странное зрелище, но оно заинтриговало Рэрити как никогда.

— Уверена, это не составит труда, Твайлайт! — ответила она, старательно акцентируя «Твайлайт», и отсутствие титула. — Но, полагаю, мне всё же стоит уйти прежде, чем Свити Белль попытается прокрасться обратно. Так что, если это всё, Твайлайт, то я пойду, — договорила она, совершенно неподготовленная к последующему ответу.

— Ну, — скрестив передние ноги, начала принцесса, — если собираешься вставлять моё имя в каждое предложение то, возможно, мне стоит отозвать твою новую привилегию.

Дело было ни в игривом тоне, или же до сих пор не сошедшей с лица улыбке. И не в мерцании глаз аликорна или в том, как она дразняще изогнула шею, в любопытстве склонив голову.

Особенным и неожиданным этот момент сделал раздавшийся весёлый, добрый смех, сопровождавший эти слова. Рэрити поняла, что никогда ранее не слышала смеха принцессы, и была уверена, что никогда не видела Твайлайт столь беззаботной и счастливой, пускай и на краткий миг. И пускай смех Твайлайт и близко не походил на смех Рэрити или даже Флаттершай, он всё равно был достаточно громким и бесхитростным, чтобы по груди у Рэрити растеклось тепло, а лицо расплылось в улыбке.

— Да, я понимаю, о чём ты, — сказала единорожка, с раскрасневшимися щеками.

— Рэрити! — раздался вдали раздражённый голос юной единорожки.

— Уже иду! — отозвалась Рэрити, закатив глаза. В самом деле, неужто им не хватает вежливости дать ей поупиваться прогрессом в отношениях с Твайлайт? Она повернулась к принцессе и улыбнулась.

— Увидимся через три дня?

— Три дня? — спросила Твайлайт, моргая, когда улыбка испарилась с лица. — Я думала, ты говорила про четыре.

— Ох, и правда, разве не говорила? Да я тут подумала, вряд ли мне понадобится так много времени, чтобы доделать заказы. Я смогу прийти через три дня! — с этими словами она пренебрежительно помахала копытом. — Ничего сложного, правда. Я и раньше работала по ночам, но это не мешает мне получать восторженные отзывы о моей работе!

И снова Твайлайт тихонько хихикнула.

— Ну хорошо, Рэрити.

И вновь Рэрити почувствовала приятное покалывание в груди, отчего она даже задумалась, не хватит ли ей сноровки закончить заказы за два дня. А может, стоит принесли с собой завалявшуюся где-то старую швейную машинку и оставить её в библиотеке навсегда? С широкой улыбкой на лице, как из-за реакции Твайлайт, так и из-за её блестящего плана, она решительно кивнула и направилась к выходу. Темис — их проводник на обратном пути, наконец заявился и, усевшись на спину единорожки, ухнул своей хозяйке.

Когда же она подошла к выходу, Рэрити обернулась и увидела принцессу, вновь смотрящую на карточку.

— До скорого, Твайлайт, — отозвалась она, привлекая внимание аликорна.

— До скорого, Рэрити, — ответила та по-простому и вернулась к рассматриванию изображения.

Рэрити помедлила несколько мгновений, прежде чем ступить в тоннель, зажечь рог и с несколько глуповатой улыбкой направиться к лестнице. Оказавшись снаружи, она обнаружила двух кобылок за оживлённых спором касательно дизайна кьютимарок в написании докладов. Она, как минимум, однозначно выглядела значительно лучше, нежели, когда только пришла сюда.

Когда же все четверо отправились домой, все стены разума единорожки были обклеены изображением улыбающейся Твайлайт. Что в свою очередь заставило и её улыбаться, что не осталось незамеченным Свити Белль.

— И чего ты всё улыбаешься?

— Да так, ничего, — раздался беспечный ответ Рэрити, вспомнившей усмешку Твайлайт и улыбнувшейся вновь. — Просто размышляла — сегодня день выдался всё-таки идеальный.

## — Глава 8 — Последнее письмо Фриттера Коблера

[Изображение: https://i.imgur.com/vKGt3UZ.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/OuN91kC.png]

* * *

— Отлично, принцесса. Думаю, у меня есть всё, чтобы меня пустили в замок.

— Не знаешь, как долго тебя не будет?

— Нет, но вам не стоит об этом беспокоиться. Всё равно здесь не уследить за временем, так что просто представьте, что понадобится всего несколько часов!

— Так я не могу…

— Придётся попробовать. Мне пора идти. Мой брат ждёт меня, и нам надо добраться засветло.

—… Пожалуйста, будь осторожен.

— Принцесса, не стоит так переживать. Не последний раз ведь видимся.

* * *

«Лабиринт», который Твайлайт и не думала считать проблемой — для призрака-то, конечно, всё в порядке — оказался тем ещё препятствием для любого, неумеющего ходить сквозь стены. И конечно же, во время одного из визитов в библиотеку, Скуталу и Свити Белль решили устроить из этого игру.

К сожалению для принцессы, они сошлись во мнении, что именно она должна присоединиться к их игре, и Рэрити могла без колебаний подтвердить: стоит идее зародиться в их умах, они не остановятся ни перед чем.

У трёх сидящих наверху спиральной лестницы взрослых пони был идеальный вид на все изгибы и повороты, образующие лабиринт. Свити Белль и Скуталу уже были внутри и изучали окружение в ожидании упорно сопротивляющегося третьего игрока, с презрением глядящего вниз на лабиринт.

Правила пришли им в голову, когда кобылки наблюдали за Твайлайт, ищущей книгу для Флаттершай, и были они просты: наугад выбирается секция, и кто первый её найдёт до того, как выйдет время, тот и победил.

— Ну же, сестрёнка! Выбери уже какую-нибудь!

— Дай подумать!

Пускай уже и прошло несколько месяцев с её знакомства с принцессой, но Рэрити так и не удосужилась выучить десятичную систему классификации книг Старсвирла. Она попросту не видела в том нужды, учитывая, что Твайлайт могла телепортировать любую книгу в мгновение ока. Не говоря уже о том, что система наверняка изменилась за последнюю тысячу лет, и версия, которой пользовалась принцесса, была устаревшей.

Исходя из этого, она предложила очевидный вариант.

— Секция моды! — это был идеальный выбор. Не только им развлечение, но может, и она попросит захватить ей книгу-другую.

— «Секция моды»? — раздался скептический голос аликорна. Принцесса тем временем тщательно изучала пару фонариков, принесённых ей Рэрити, однако, по-видимому, заявления единорожки было достаточно, чтобы оторвать её от сосредоточенного изучения пленившего её предмета.

— Ну конечно! Кому вообще это может показаться плохим выбором? Все пони должны проявлять хоть какой-то интерес к моде! — хотя опять же, если вспомнить про портрет Старсвирла Бородатого, который ей показала Твайлайт, вполне возможно, принцесса переняла его чувство стиля. Если точнее — его отсутствие: на нём даже близко не было надето ничего, что кобыле — ну или любому пони — следовало бы носить. Единорожка посмотрела на Флаттершай в ожидании одобрительного кивка со стороны подруги. — Вы согласны?

Но прежде чем Флаттершай смогла хоть что-нибудь ответить, Твайлайт заговорила вновь:

— Рэрити, нет никакой «секции моды» — пояснила она, приподняв бровь. — Возможно, ты имела в виду «одежду и аксессуары», но она наверху под номером шестьсот четыре.

— Шестьсот четыре для магических чертежей и опасных материалов, — тихонько прокомментировала Флаттершай со стороны. — Одежда и аксессуары под номером шестьсот восемьдесят семь.

Твайлайт же глянула на неё с недоумением и в яркой вспышке света куда-то телепортировалась. Рэрити и удивиться не успела, куда подевалась принцесса, как та уже вернулась. Лицо аликорна выражало смущение.

— Да, конечно… Номер шестьсот восемьдесят семь, я это и хотела сказать. Просто… больно часто пользуюсь шестьсот четвёртой, вот я и… — но столь же быстро, как она телепортировалась ранее, она откашлялась и с осуждением повернулась к Рэрити. — Ну, видишь? Даже Флаттершай знает, что секции моды не существует! Не говоря уже о том, что ты так часто обращалась к этой теме, что ради тебя я перенесла секцию одежды на верхний этаж.

— Что ж, я всего лишь забыла! — подтрунивающе сказала единорожка.

С этими словами она посмотрела вниз на двух с нетерпением ждущих кобылок. Ей всего лишь надо было ткнуть копытом ещё разок, и она вероятнее всего будет права. «Как там говорилось? "Даже сломанные часы точны раз в сутки?"» Единорожка кашлянула и, прищурившись, сказала:

— Как насчёт… этикета!

— И это наверху, — посмеиваясь, заявила Флаттершай, на что Рэрити ответила раздосадованным вздохом.

В самом деле, если они так хорошо со всем этим знакомы, почему сами-то не выберут секцию? Фыркнув, она напомнила себе: третий раз — счастливый.

— Ну хорошо! А как насчёт «Эквестрийской литературы»? — спросила она, пристально глядя на Твайлайт и ожидая ещё одного замечания от аликорна.

— Она и правда здесь.

Рэрити моргнула.

— Здесь? — раздался вопрос, но тут же единорожка, топнув копытом, поправилась. — Ага! Ну конечно она здесь! — довольная, она повернулась к кобылкам. — Эквестрийская литература! Номер… — она перевела взгляд на принцессу, которая игриво закатила глаза и прошептала правильный номер. — Восемьсот двадцатый!

Когда цель была объявлена, кобылки расположились в разных углах лабиринта и… на несколько секунд замерли, прежде чем Флаттершай и Рэрити выжидающе посмотрели на аликорна.

— Ну же, принцесса Твайлайт! — с нетерпением позвала Скуталу. — Разве вы не хотите поиграть?

Твайлайт поморщилась и вновь уставилась на лабиринт внизу со смесью раздражения и презрения на лице.

— Как этот раздражающий лабиринт может казаться им весёлым?..

И пускай Рэрити понимала, почему принцесса питала лишь негатив к тому, что сотворил Дух со столь драгоценной ей библиотекой, она также понимала, что развлечения с кобылками могут быть куда полезней для её серьёзной подруги, чем та думает.

— Твайлайт, ты обещала, — слегка нахмурившись, напомнила она. Прежде чем со стороны аликорна успели раздаться возражения, Рэрити указала на кобылок. — Только подумай о том, с каким нетерпением они ждали этого визита, чтобы провести с тобой время! Они даже потратили свои карманные деньги, чтобы купить тебе то специальное издание коллекции книг про Дэринг Ду, — продолжала она давить, решив не упоминать практически восемьдесят пять процентов суммы, с которыми она и Флаттершай «помогли» девочкам.

Твайлайт перевела взгляд на фонарики.

— Почему ты принесла два? Они идентичны, — в манере, далёкой от утончённости, перевела она тему. Включив один из фонариков, она слегка прищурилась от света, ударившего ей в лицо.

— Чтобы один остался рабочим после того, как ты неизбежно возьмёшься за разборку одного из них, понятия не имея, как они собираются обратно, — беспечно прокомментировала Рэрити и подняла копыто, призывая к молчанию неожиданно пришедшую в негодование принцессу. — Неа, не смотри на меня так! Или тебе напомнить о совсем недавно работавшей швейной машинке, теперь лежащей по кусочкам на столе этажом выше?

— Но ведь я починила! — возмущалась Твайлайт, на лице её проступил едва заметный румянец.

— Ох? И чего конкретно, скажи на милость, ты добилась этой «починкой»?

Твайлайт, с убитым выражением на лице, направила копыто на Рэрити.

— Тебе стоило мне сказать, что материалы бумажного типа тоже входили в диз…

— Твайлайт, это уже не важно, — ответила единорожка, забирая оба фонарика у аликорна и кивая в сторону лабиринта. По правде говоря, ей и самой не хотелось вспоминать о тех событиях. Зачарованная швейная машинка, действующая по собственной воле? Использующая любые материалы под рукой для воссоздания данных ей дизайнов? Бедные книги. — А теперь прекращай юлить и отправляйся к девочкам.

Принцесса вздохнула, признавая своё поражение.

— Ладно, ладно, — сдалась она и телепортировалась ко входу в лабиринт. Она взглянула с болью в глазах на Рэрити, но та лишь жестом подталкивала войти. Скуталу и Свити Белль были увлечены переставлявшимся вокруг них лабиринтом. Рэрити же позабавило, что бедняжка Твайлайт выглядела всего лишь раздражённой происходящим. Было очевидно: вековой беспорядок среди её книг не вписывался в её представления о веселье.

— Настартвниманиемарш! — прогорланила Скуталу, стоило только книжным шкафам вокруг устаканиться, и помчалась вперёд, поглядывая на номера на стеллажах по дороге.

Свити Белль вступила в игру с не меньшим энтузиазмом, в то время как Твайлайт лишь неспешно шагала вокруг, изредка останавливаясь взять книжку и прочесть страницу-другую.

— Ты уже рассказала принцессе о нашей поездке в Холлоу Шейдс? — спросила Флаттершай у подруги, отвернувшись от лабиринта внизу.

— Нет, ещё нет. Я пыталась, но она была так увлечена книгами про Дэринг Ду, — ответила Рэрити, думая, какой же отличной идеей было купить те книги. Пусть Твайлайт и не выглядела чрезвычайно счастливой, единорожка полагала, что чтение всей серии не отрываясь означало наслаждение от книг. — Какая всё таки жалость, что она не может повстречаться с этим профессором Эйвом.

Профессор Брейзнед Эйв.

Рэрити впервые узнала о нём во время просмотра журналов в спа. Да, журнал «Чудеса науки и магии» не был типичным выбором модницы, но её внимание привлекла обложка, кричавшая «Объяснения легенд Эквестрии!» При дальнейшем прочтении она обнаружила, что помимо разъяснений различных легенд, небольшая статья была посвящена жеребцу с дурной славой «эксперта» в области легенд и мифов. Несколько месяцев назад Рэрити бы лишь закатила глаза и продолжила читать дальше, но теперь…

— Я никогда не бывала в Холлоу Шейдс, — сказала Флаттершай. — Ты уверена, что он всё ещё там живёт?

— Я на это сильно надеюсь. Не хотелось бы планировать поездку, чтобы вернуться с пустыми копытами, — ответила единорожка, наблюдая, как Свити резко остановилась из-за преградившего путь шкафа. — Хотя знаешь, его проживание в Холлоу Шейдс более чем логично, — добавила она, повернувшись к собеседнице. — Помнишь, как Свити была разочарована, что не может провести Ночь Поисков там? По-видимому, весь город довольно трепетно относится к легенде о четырёх принце…

Её прервал раздавшийся по всей библиотеке громкий визг, за которым последовали возмущённые возгласы юной единорожки.

— Принцесса! Так не честно!

Обе подруги посмотрели вниз, где Твайлайт появилась прямо из шкафа, напугав Свити до полусмерти. От аликорна было последовали протесты, но их, как и игру, вскоре прервала Скуталу.

— Нашла! — победоносно объявила юная пегаска, стоя напротив секции Эквестрийской литературы. Флаттершай и Рэрити зааплодировали в ответ на её заявление, а от Свити лишь послышалось разочарованное протяжное «ну-у-у».

Твайлайт же, со своей стороны, продолжила бродить по лабиринту, по прежнему заглядывая в случайные книги. Рэрити на это закатила глаза. «Могла бы хоть притвориться, что играет». Ну и ладно, может, в другой раз проявит побольше интереса.

— Что ж, думаю, нам пора домой. Скоро пора обедать, — сказала единорожка подруге и посмотрела вниз на ряды книжных шкафов. — Собирайтесь, девочки! Пора домой!

— Уже?! Но мы же только пришли! — отозвалась Скуталу. Вся её радость от недавней победы махом улетучилась.

— Но ведь принцесса пообещала помочь нам с домашним заданием! — напомнила Свити Белль.

— Дорогуша, ты ведь понимаешь, что делать всё вместо тебя, не то же самое, что помогать? Неа, и не смотри на меня так! Я уже видела твой учебник математики, где решены все задачи! — предотвратила она возможные возражения.

— Может, устроим пикник снаружи? — сказала Флаттершай, но тут же вспомнила, что снаружи был ужасающий лес, и спешно подкорректировала своё предложение. — Или внутри? На входе в библиотеку ведь много места.

Рэрити прикусила губу в неуверенности, хочет ли рисковать чистотой библиотеки, но пегаска продолжила:

— Пожалуйста?

— Пожалуйста? — переспросила единорожка, приподняв бровь. — Ты тоже хочешь задержаться подольше? Вот так да, и с каких пор обитель принцессы Твайлайт стала самым популярным местом в городе? — она похлопала ресницами и ухмыльнулась подруге. — Неужто кто сожалеет обо всех отказах пойти со мной в лес? А-а-а? — сделав большие глаза, с осуждением продолжила она.

Флаттершай тихонько хихикнула и закатила глаза.

Её настроение значительно улучшилось после того, как Твайлайт так хорошо поладила с Флаттершай и кобылками, и Рэрити чувствовала себя благосклонно.

— Ну хорошо, полагаю, можете остаться ещё на несколько часов, а я пока сбегаю по делам и захвачу нам поесть, — объявила она, после чего раздались восторженные возгласы девочек. Единорожка повернулась к Флаттершай, отдала ей фонарики и продолжила: — Вернусь через пару часов, ну, или около того.

Она ощутила порыв добавить «будьте осторожны», ведь никогда до этого она не оставляла их в библиотеке одних, но, опять же, они оставались с бессмертным духом принцессы. Рэрити вздохнула и, развернувшись, сказала самой себе, что бояться нечего, и все тревоги — лишь остатки паранойи после вторжения чужака несколько недель назад.

Если бы только она могла узнать, кто это был.

* * *

На торговой площади Понивилля как всегда было не протолкнуться, что в общем-то и не удивительно, учитывая надвигавшееся время обеда. Рэрити и сама уже чувствовала, что проголодалась, и пускай вид Темиса, клевавшего на земле насекомых, не слишком возбуждал аппетит, каким-то образом она лишь почувствовала голод ещё сильнее. Она достала из сумки свой список продуктов, чтобы проверить, что осталось купить. Рэрити купила уже почти всё — в списке была только здоровая пища, которой можно было быстренько перекусить — но вдруг поняла, что совершенно забыла про десерт.

«Свити и Скуталу просто душу из меня вынут, если я не захвачу каких-нибудь сладостей».

Яблоки показались ей отличным выбором: вкусные, сладкие да ещё и полезные! Как только Темис вернулся на своё место у неё на спине, единорожка в поисках Эпплджек или её брата направилась на рынок, погруженный в суету. Долго искать не пришлось: они стояли неподалёку, рядом с другими продавцами фруктов.

— Эпплджек!

Брат и сестра повернулись на голос, и Эпплджек помахала Рэрити.

— Хэй, как делишки, Рэрити? — поприветствовала фермерша, широко улыбаясь единорожке. — Чем могу подсобить? Яблочек захотелось?

— Да, я за яблоками. Решили устроить пикник с сестрой, и я подумала, ей с подругами понравились бы яблоки на десерт.

— Эт да, с радость б продала тебе, но… — Эпплджек замолчала и бросила взгляд на пустую тележку. — Боюсь, они закончились. Продала последние мисс Черили.

— Ох, ясно. Жаль конечно, — раздался разочарованный ответ. Немного яблок с шоколадным сиропом были бы прекрасным угощением для Флаттершай и девочек, но, по-видимому, ей придётся поискать другие варианты. Клубника уже поспела?

По-видимому, её разочарование было довольно заметно, и Эпплджек в спешке сказала:

— Хотя я как раз собиралась смотаться на ферму за яблочками, если есть время, можешь подождать. А хочешь, пойдём вместе. Биг Маку придётся остаться и подождать Голден Орандж, а мне наверняка не будет лишним, если ты немного подсобишь!

Рэрити призадумалась. Ей и правда хотелось яблок, да и не спешила она. Принцесса и Флаттершай никуда не собирались, не говоря о кобылках — конечно, если они не горели желанием испытать самый суровый нагоняй за их коротенькие жизни. Взглянув на спину, можно было сказать, что Темис тоже никуда не торопится, так что единорожка улыбнулась фермерше и, кивнув, приняла предложение.

По пути на ферму между кобылами завязалась небольшая беседа ни о чём. По правде говоря, Рэрити не очень-то хорошо была знакома с фермершей и сильно сомневалась, что той будут интересны мелочи моды. Конечно, всегда можно поболтать о её подруге-призраке, но помимо того, что Эпплджек не производила впечатления любителя россказней про призраков, модельерше не хотелось, чтобы ещё один пони считал её безумной кошатницей.

Именно потому, когда ферма замаячила на горизонте, Рэрити была сбита с толку вопросом от Эпплджек:

— Хей, Рэрити, — не сводя глаз с извилистой дороги перед ними, начала земнопони, — ты веришь в те сказки? Про принцессу в Вечнодиком лесе, и остальных, запертых в пещерах и прочее.

— Я… ну, я даже не знаю, — замялась Рэрити, гадая, не раскрыли ли её тайны. С чего бы ещё кому-то вроде Эпплджек ни с того ни с сего спрашивать подобное? — Полагаю, есть некое очарование в вере в подобные истории. Тебе так не кажется? Откуда интерес?

— Я… — нахмурившись, продолжила собеседница. — Да не, пустяки, — наскоро выпалила она, словно передумала в последний момент. — Любопытно было, — к тому моменту они почти дошли до фермы, и Эпплджек, прищурившись, встала как вкопанная,. — Какого сена эт кобылка теперь-то творит?

Рэрити взглянула в сторону фермы и увидела сестру Эпплджек: она узнала её по школе, где училась Свити. Эппл Блум, кажется? Если повспоминать, разве Скуталу не упоминала, что эта кобылка брала какого-то рода уроки у Зекоры в Вечнодиком лесу?

Эппл Блум стояла перед домом и, по всей видимости, бездельничала, пиная какую-то ветку. Заметив же двух кобыл, она замерла, позабыв про деревяшку. Когда Рэрити и Эпплджек подошли к ней, у единорожки сложилось странное впечатление, что кобылка не сводит с неё глаз.

«Наверняка лишь воображение».

— Эппл Блум! — стала отчитывать её Эпплджек, приняв неожиданно грозный вид. — Ума не приложу, чего ты удумала, но совсем не похоже, чтоб ты хлев чистила!

— Просто решила передохнуть! — возразила та, всё так же не отрывая глаз от Рэрити и, по-видимому, не в состоянии и шелохнуться. Это начинало нервировать модницу: даже улыбка в сторону кобылки практически не изменила странного поведения Эппл Блум. Может, яблоко порченое съела?

— Никаких мне просто передохнуть! Ты всё ещё наказана, дамочка! Чтобы поросячий загон до вечера был чист, — с этими словами Эпплджек повернулась к Рэрити и кивнула в сторону дома. — Бабуля Смит пекла яблочные пироги перед нашим уходом, уверена, она не против расстаться с одним. Готова поспорить, твоей сестре с её подругой он понравится!

— О, было бы просто прелестно! — заявила единорожка. Она пронаблюдала, как Темис взлетел с неё и устроился на крыше дома, и затем пошла следом за Эпплджек внутрь, изо всех сил стараясь игнорировать пристальный взгляд Эппл Блум.

«Да что нашло на эту кобылку? Неужели ей не говорили, что так вести себя некультурно?»

Оказавшись внутри, Эпплджек закрыла дверь и вздохнула.

— Извини за это. Бабуля Смит должна скоро подойти.

— Проблемы с младшей сестрой? — спросила Рэрити, сочувственно улыбнувшись, и села на диван. — Отлично тебя понимаю. Свити Белль, чаще всего, та ещё головная боль. Она испортила мою ткань несколько недель назад, Эквестрии ради, как я хотела её наказать за это.

— Боюсь, проступок Эппл Блум куда как серьёзней, чем порча тканей, — сказала фермерша и, уйдя из комнаты ненадолго, принесла два стакана сидра. Предложив напиток гостье, она села и продолжила: — Эта глупышка чуть было не угробила себя в Вечнодиком лесу несколько недель назад. Не думаю, чтобы брат столько кричал на кого-то за всю свою жизнь.

— Ох, дорогая, в самом деле? — спросила единорожка, отлично понимая, отчего жеребец мог выйти из себя. Рэрити и саму чуть удар не хватил, когда она подумала, что это Свити Белль преследовала её по лесу.

— Ага, она берёт уроки по зельеварению у Зекоры уж год как, с тех пор, как мисс Черили записала её в какой-т важнючий проект «межкультурной дружбы», — объяснила Эпплджек. — Так что она ходит в лес дважды в неделю.

— Но мне казалось, что Зекора ещё не вернулась в Понивилль? — спросила Рэрити, припоминая, что ни разу не видела горящего света в хижине зебры, когда проходила мимо. Она не видела её уже недели — практически с самой Ночи Поисков, на самом деле. Куда запропастилась Зекора?

— Она возвращалась иногда на несколько дней, но последнее время зачастила с визитами к другу. Она оставила нам ключи от дома, чтобы Эппл Блум могла продолжать практиковаться в варке зелий. Обычно я и Мак провожали её туда, а через несколько часов возвращались забрать, но… — Эпплджек нахмурилась и мельком глянула на висевшую рядом в рамке фотографию кобылки. — Несколько недель назад мы пришли, а в хижине никого, так что пришлось идти искать её. Говорю тебе, Рэрити, эт были одни из ужаснейших часов в моей жизни. Когда же мы наконец нашли её, бедняжка была перепугана сильнее червя в яблоке в сезон сидра. Без умолку тараторила про библиотеку и принцессу в ней.

Единорожка чуть сидром не подавилась.

— Чего?! — выпалила она, но тут же поспешила привести себя в порядок. Прокашлявшись, она продолжила: — Ох, д-да что ты? Библиотека с принцессой?

Значило ли это, что неизвестным недели назад была… младшая сестра Эпплджек? Если так… то как много раз она видела Рэрити в лесу? Или даже Флаттершай, да ещё и Свити Белль со Скуталу? А что ещё важнее, рассказала ли она кому-то?

— Ну знаешь, та самая, из старых историй? Ночь Поисков? — пояснила Эпплджек, не имея понятия, сколь близко Рэрити была знакома с этим. — Говорит, нашла эту подземную библиотеку и видела принцессу. Так думаю, она была напугана, и воображение совсем с цепи сорвалось, — тут она остановилась и в глубокой задумчивости посмотрела на собеседницу, затем вздохнула и закатила глаза. — Она даж говорит, мол, за тобой туда шла, представляешь? Думается мне, Ночь Поисков, что ты устроила, сильно ей в память запала. То есть, я не так хорошо тебя знаю, но уверена, ты не глупа и шататься по лесу одна без нужды не будешь.

Ну, теперь понятно, к чему были вопросы, верит ли Рэрити в эту историю.

Фальшивый смех единорожки никогда ещё не был столь визгливым.

— Я?! Бродящая в этом ужасном лесу? Дорогуша, не смеши меня! — воскликнула она, нервно пытаясь отмахнуться копытом от слов Эпплджек. — Глупость какая! Смехотворно, честное слово! Ч-что мне там делать-то? Только представь! Чтобы я встречалась в библиотеке с принцессой! О чём нам вообще говорить? Про моду в средние века? — продолжала она, пытаясь не вспоминать долгой дискуссии на эту тему с Твайлайт. — На какие прелестные выдумки способно воображение твоей сестры!

— Не выдумывала я ничего!

Кобылы повернулись на голос и увидели топнувшую по полу Эппл Блум, стоящую в дверном проёме.

— Я видела библиотеку! — продолжала она, переводя свой обвиняющий — или отчаянный? — взгляд на Рэрити. — Она вошла туда! Я шла за ней всю дорогу внутрь библиотеки! Я не вру, клянусь!

Рэрити понятия не имела, как ей быть. Очевидно, правду сказать она не могла, и ей от этого было не по себе. В конце концов, она на своей шкуре испытала, как ужасно и удручающе было, когда тебя называют лжецом или сумасшедшим.

— Эппл Блум! — воскликнула Эпплджек, ставя на стол стакан с сидром. — Мне порядком поднадоело всё это! Нет никакой библиотеки в Вечнодиком лесу, ясно же как белый день — принцессы тоже никакой там нет! Если хочешь, чтобы с тобой обращались, как со взрослой, так и веди себя подобающе! — тут она указала на Рэрити. — И я бы хотела услышать твои извинения перед Рэрити за всё враньё о ней!

Эппл Блум, потеряв всякую надежду, переводила взгляд между двумя кобылами.

— Но я не вру…

— Что ты, Эпплджек, я не принимаю это на свой счёт, — сказала Рэрити, поспешив перебить кобылку раньше Эпплджек. — Я даже польщена, что Эппл Блум ассоциирует меня с принцессой в библиотеке. У меня к ней довольно тёплые чувства… Эхм, то есть, я имела в виду, к легенде о ней! — она любезно улыбнулась кобылке. — Я с удовольствием приму извинения, но, быть может, поговорим попозже? У тебя ведь ещё дела! — намекнула она, надеясь, что юная земнопони её поймёт.

Теперь же, когда она знала, что Эппл Блум в курсе её секрета, она не могла оставить это просто так, ничего не сказав. Последнее, чего ей хотелось бы, так это знать, что ещё одна кобылка блуждает по лесу в поисках Твайлайт, особенно без сопровождения Темиса и Элары.

Эппл Блум с досадой вздохнула, водя ногой по полу.

— Ну ладно…

Только она договорила, как дверь на кухню распахнулась, и к ним не спеша вышла Бабуля Смит.

— Чей-та тут творится? — спросила она, прежде чем заметила Рэрити. — Тьфу-ты ну-ты! Эпплджек, ты чего не сказала, что у нас гости?! — заявила она, по-видимому, не ожидавшая компании. Тут она заприметила Эппл Блум, всё ещё стоящую в комнате. — А ты чей-та тут делаешь, девчушка? Ты разве не должна хлев чистить?

— Ещё как должна, да она решила вместо этого пройтись ещё по кругу про принцессу в Вечнодиком лесе, — ответила Эпплджек прежде, чем сестра смогла бы оправдаться, и одарив ту суровым взглядом.

— Вечнодикий лес?! — раздалось от пожилой пони, грозно глянувшей на внучку. — Будто не знаешь, как там опасно?! Или хочешь кончить, как Эппл Крамбл?!

— Н-нет! — прокричала Эппл Блум, побелев от вопроса, как покойник.

Несколько мгновений спустя, молча понаблюдав за Эпплами, Рэрити, наконец, с любопытством, но в тоже время и осторожностью, спросила:

— Что случилось с Эппл Крамблом?

— Загрызли древесные волки, когда тот помогал своему брату — Фриттер Коблеру более тысячи лун назад, вот что! — начала Бабуля Смит, активно жестикулируя. — Ум за разум у того Фриттера Коблера зашёл: всё затерянную библиотеку принцессы искал. Скитался, пока в один день не сдался окочательно и покинул Понивилль. То, что брат из-за этого погиб, тоже его подкосило. Мой прадед говаривал — принцесса его прокляла за то, что Фриттер её от вечного сна пробудил, да книги её украл!

— В самом деле? — приподняв бровь, спросила Рэрити. Ей казалось просто нелепой сама мысль, что Твайлайт могла кого-то проклясть за то, что её разбудили, учитывая, что она и спать-то не могла. Но вот в проклятие за кражу книг она могла поверить без проблем. Если та и могла проклясть кого-нибудь, так только за это.

— Бабуль, нет никакой пропавшей принцессы. Фриттер Коблер просто с катушек съехал и заявлял то же самое, что и наша кобылка, — возразила Эпплджек, закатив глаза. — Он даж докатился до утверждений, что они с принцессой «друзья» и всё в таком духе…

— Так и говорил? — нахмурившись, спросила единорожка.

Странно…

Твайлайт никогда не упоминала, что кто-то ещё, помимо Духа, находил её. Книжник сказал, что никогда с ней не разговаривал, да и разве она бы не рассказала, что у неё были друзья до этого? Складывалось впечатление, что стоило Рэрити подумать, будто она узнала о принцессе побольше, выяснялось, что всё как раз наоборот.

— Слушать меня, мелюзга! Фриттер Коблер можт и был ворюгой пропащим, но Эпплы не лгут! — рявкнула Бабуля Смит на свою внучку и повернулась к Рэрити и Эппл Блум. — Он набрёл на её библиотеку и взял у неё две книги.

Две книги из библиотеки? Рэрити чуть было не поддалась желанию достать читательские карты из сумки и немедленно начать искать Фриттера Коблера среди них, но тогда бы она рисковала раскрыть свой секрет.

— А что стало с книгами? — спросила она, молясь, чтобы каким-нибудь чудом старушка знала, где они. Две книги за раз — да это будет самым удачным днём в её жизни.

— Он ведь потерял одну? — сказала Эппл Блум, очевидно, уже зная эту историю, чем разрушила надежду единорожки, пока та не услышала конца фразы. — В хижине в лесу!

«Хижина в лесу? Могло ли быть, что она о том ветхом доме, где Свити Белль и Скуталу спрятались в Ночь Поисков?» Это было куда проще, нежели прочёсывать весь лес вдоль и поперёк.

— А вторая книга? Не могла же и она потеряться?

— Какая книга? — спросила Бабуля Смит, моргнула, и поплелась на кухню, бормоча что-то про подгоревшие пироги. Вскоре она покинула комнату, и Рэрити было собралась вставать, но пожилая земнопони вернулась раньше. С собой она несла тяжёлую на вид книгу, перевязанную жёлтым кожаным ремнём и находившуюся в идеальном состоянии, которую и показала единорожке: «Уклад сельского хозяйства: том первый» за авторством Саммер Филда.

— Вот фамильная ценность Эпплов. Выглядит как новёхонькая. Прям как по волшебству! — заявила Бабуля, осторожно открывая том и показывая Рэрити первую страницу. — Видишь? Фриттер Коблер не врал! — продолжила она, бросив в сторону Эпплджек сердитый взгляд.

И это в самом деле было правдой: знакомым элегантным почерком на странице было написано «Собственность принцессы Твайлайт Спаркл». Однако, неожиданно для единорожки, ниже было написано что-то ещё. Почерк был далеко не столь аккуратным, это однозначно, но Рэрити всё же могла отчётливо прочитать «Простите, принцесса».

Написал ли это Фриттер Коблер? Может, и нет. Но если это он… то почему? За что он просил прощения?

Не задумываясь, Рэрити было потянулась к необычайно желанной книге, но Бабуля Смит спрятала книгу раньше, чем единорожка смогла хоть коснуться копытом.

Тьфу ты.

В самом деле ценная фамильная реликвия. И как, скажите на милость, ей теперь добыть эту книгу? Не может же она её украсть, но и «одолжить» навсегда ведь тоже не вариант? Судя по реакции Бабули Смит, она и мысли не допускала одолжить эту книгу кому бы то ни было.

Пожилая кобыла насторожено глянула на Рэрити и продолжила:

— Видала?! Тут так и говорится, принцесса Твайлайт Спаркл!

Эпплджек лишь фыркнула.

— Да эт любая принцесса могла быть, Бабуль. Да даже если эт и была «принцесса из библиотеки», да ну и ладно, но я искать её, чтобы вернуть книгу, не собираюсь, и уж тем более не ты и не Эппл Блум, — эти слова она подчеркнула строгим взглядом на сестрёнку, прежде чем вновь посмотреть на бабушку. — Ладно тебе, Бабуль, хватит об этом. Пироги готовы? Я Рэрити один уж пообещала, да и, сдаётся мне, у неё и поважнее дела есть, чем наши россказни тут слушать.

Для Рэрити было очевидно — беседа окончена, и она постаралась не выказывать уныния при виде Бабули Смит, исчезающей в дверном проёме вместе с книгой Твайлайт. Спустя несколько секунд, пожилая кобыла вернулась со свежеиспечённым пирогом, запах которого был столь соблазнительным, что развеял тоску единорожки. Как знать, может, однажды она вернётся ещё за пирогом, и к тому времени у неё будет план, как получить книгу. Может, у Твайлайт найдётся копия, на которую можно будет её заменить?

Забрав свой пирог и поблагодарив Бабулю Смит, Рэрити вышла на улицу следом за Эпплджек и Эппл Блум. Напряжённость между сёстрами была по-прежнему очевидна, но единорожка знала, во что вмешиваться не стоит.

— Послушай, Блум, — неожиданно начала Эпплджек, обернувшись к своей отчаявшейся сестре. — Мне не в радость бранить тебя, но я ж беспокоюсь о тебе. Этот лес опасен, причём очень, и я не хочу, чтобы тебя загрыз древесный волк, потому что ты отправилась искать принцессу Твайлайт.

Эппл Блум понурила голову.

— Знаю я… Извини, сестрёнка…

— Всё в порядке, если ты никогда не выкинешь такой номер вновь, — со вздохом сказала фермерша, после того повернулась к Рэрити и улыбнулась. — Почему бы тебе не обождать здесь, пока я смотаюсь за яблоками? Я быстро, и так у кое-кого будет время на извинения.

С этими словами Эпплджек оставила единорожку наедине с Эппл Блум. Оказавшись в таком положении, Рэрити повернулась к кобылке, совершенно точно намереваясь обсудить их «призрачную» проблему. У неё ведь тоже есть младшая сестра, она была бы не прочь отчитать Эппл Блум. С другой стороны, преследовать пони, да ещё и по опасному лесу, было не очень учтиво, но…

Но не было похоже, чтобы Эппл Блум желала развязывать спор или устраивать скандал. Совсем наоборот, по поджатым ушам и хвосту между ног можно было сказать, что кобылка скорее сожалела и собиралась попросить прощения. Но вместо вполне ожидаемого «простите», она прошептала:

— Я… Я ведь не схожу с ума? — чуть ли не умоляюще она взглянула на Рэрити.

Сколь сильно единорожка не ощущала, что надёжнее было бы солгать и подтвердить страхи кобылки, она не могла проигнорировать сочувствие по отношению к Эппл Блум и её ситуации.

— Твоя сестра права. Тебе сильно повезло, что на тебя не набрёл древесный волк, или что я не напала на тебя, приняв тебя за угрозу. Разве ты не понимаешь, насколько опасен этот лес? — немного поколебавшись, она добавила: — По своему опыту могу сказать, она напала бы на тебя, почувствуй она угрозу, а красться за кем-то следом однозначно не невинное поведение.

Эппл Блум, потрясённая услышанным, затрясла головой и поспешила оправдаться:

— Но я не… Я лишь хотела… — тут она замолчала, а глаза её распахнулись. — Постойте… Она настоящая! Ага! Так и знала! А Эпплджек меня ещё вруньей называла! — затем кобылка вытаращила глаза на собеседницу. — Почему вы ничего не сказали?! Надо было рассказать моей сестре, что…

— Что в Вечнодиком лесу живёт призрак? Тогда бы просто ещё одна пони считала меня сумасшедшей, — спокойно ответила Рэрити. — Эппл Блум, я уже проходила это, никто не поверит нашим словам, пока мы не притащим их в библиотеку для копытопожатия с Твайлайт. И даже тогда все будут слишком напуганы, чтобы хотя бы встретиться с ней, учитывая, что она призрачное проклятое существо.

Эппл Блум, казалось, хотела возразить, но всё же решила уступить. Как вдруг она осознала ещё что-то, и её глаза вновь расширились, только в этот раз скорее от страха, нежели чувства победы.

— Она ведь меня не проклянёт?

Надо же, Эпплы всерьёз верили, что Твайлайт разбрасывается проклятьями на всех, кто забредёт в библиотеку. Пускай в день их первой встречи Рэрити и сама бы первой предположила, что аликорну под силу насылать проклятья, но сама идея казалась смехотворной. Внушающая ужас принцесса Твайлайт Спаркл, стоящая поверх книжного шкафа с распахнутыми крыльями, наводит порчу на несчастных смертных, посмевших ступить в её обитель и положить её книги не на место.

Пускай сама Рэрити и находила идею умилительной, она понимала, что может воспользоваться этим себе на пользу.

— Нет, у принцессы Твайлайт Спаркл нет привычки проклинать маленьких кобылок, — начала она, и прежде чем Эппл Блум успела выдохнуть с облегчением, добавила. — Но она уж точно не в восторге, когда они бродят по опасному лесу, и я считаю, что искушать судьбу, когда дело касается древнего духа, не самое мудрое решение. Ты согласна?

Кобылка тут же затрясла головой, выказывая согласие.

Не желая оставить ужасающего впечатления о своей подруге, Рэрити добавила:

— Хотя я уверена, что она оценит твою веру в неё.

— Правда?! — с огоньком в глазах спросила Эппл Блум. — Я её не испугалась! Когда её увидала! Даж с крыльями и прочим! — с гордостью заявила она. — Она умеет летать? Или она парит, как призраки из страшилок Биг Мака?!

Рэрити захихикала.

— Ну, я не слышала историй твоего брата, но я… Хотя, я и сама не знаю, летает ли она, — смущённо признала она. — Она почти всегда просто телепортируется туда-сюда и ходит сквозь стены, когда посчитает уместным. Сколько раз она меня пугала, я уже и не вспомню.

Эппл Блум засмеялась, а затем её любопытство обратилось на Темиса, вернувшего на своё место на спине Рэрити. Она подошла поближе к нему, и тот в ответ, запрыгнув ей на голову, начал играться своим крылом с бантом в гриве кобылки.

— Это Темис, — пояснила Рэрити, глядя, как сова развернулась, чтобы переключиться на подёргивающиеся ушки Эппл Блум. — Он один из сов принцессы, что проводят меня до библиотеки.

Лишь когда юная земнопони широко раскрыла глаза, единорожка осознала, что вместо того, чтобы отговаривать кобылку от походов в лес, она занималась противоположным, и поспешно добавила:

— Н-но, боюсь, водят они только меня, — она откашлялась и строго взглянула на собеседницу. — Эппл Блум, ты просто обязана пообещать, что не пойдёшь искать принцессу. Я не знаю, зачем ты в первый раз это сделала, или как ты вообще меня там нашла, но, как я уже сказала, тебе повезло…

— Вообще-то это вы пришли к дому Зекоры! — почти моментально воскликнула кобылка. — Я уже собиралась отозваться, и тут вас увидела! Вы даже не услышали меня, когда я окликнула вас.

Рэрити несколько раз открыла и закрыла рот, а затем нахмурилась.

— Я… Чего? — спросила она, отчётливо помня, что подобного не делала. Разве бы она не запомнила, если бы проходила мимо хижины Зекоры в тот день? — Эппл Блум, дорогуша, боюсь, тут твоё воображение и правда слегка разыгралось.

— Что?! Ничего не разыгралось! — завозражала Эппл Блум, тряся головой столь рьяно, что чуть было не скинула бедную сову. — Вы пришли и постучались! Я видела! А когда я вышла и окликнула вас, вы уже стояли вдали и просто пошли в лес.

Хотя первой мыслью и было проигнорировать заявление, но что-то заставило единорожку передумать.

— Давай проверим, всё ли я правильно понимаю, — осторожно начала она. — Ты говоришь, что я пришла к дому Зекоры, постучала в дверь, подождала, а когда ты вышла ответить, я просто стояла вдали и ждала, когда ты меня окликнешь, прежде чем уйти. Всё так?

— Ага! — заявила Эппл Блум с уверенностью, которая начала испаряться в тот же миг. — Но я… Вы сказали, что…

— Что я? — сама боясь ответа, побудила продолжить Рэрити.

Кобылка поморщилась: слова давались ей тяжело.

— Только что сказали, что с вами всегда совы, но… Их с вами не было… по крайней мере поначалу!

— Поначалу?

Теперь Эппл Блум стало неудобно как никогда. Она ёрзала на месте, словно крайне не желала отвечать на вопрос. Рэрити даже пришлось задать его снова, прежде чем кобылка, наблюдавшая за прыгнувшим на спину единорожки Темисом, сдалась.

— С вами не было совы рядом с домом Зекоры, — повторила она. — И я просто шла следом, но немного погодя я увидела сову, и вы перестали быть такой молчаливой. До того вы совсем не разговаривали, просто… шли. Даже жутко было, — на секунду показалось, будто кобылка говорила сама с собой, словно пытаясь собрать воедино фрагменты воспоминаний об увиденном. — А ещё вы были прямо передо мной, но когда я услышала голоса, то увидела вас совсем в другой стороне с совой, но клянусь, перед тем вы были передо мной!

В груди Рэрити возникло щемящее чувство тревоги. Она знала наверняка, что не была там, но у Эппл Блум не было причин лгать. Хуже всего, её слова не были похожи на ложь, и выходит, если она не…

— Я вернулась!

Обе собеседницы повернулись на звук и увидели Эпплджек, идущую к ним с тележкой яблок. Её появление означало конец как беседы, так и надежд Рэрити узнать побольше о её предположительном двойнике.

— Вот, это тебе, — сказала фермерша, доставая маленький мешок из тележки, в котором было около дюжины яблок. Пока модница доставала свой мешочек с битсами, Эпплджек обратилась к младшей сестре:

— Ну так, больше не хочешь кончить как Фриттер Коблер?

— Неа… — шаркнув ногой по земле, ответила та.

— Скажи-ка, Эпплджек, — левитируя несколько битсов фермерше, сказала Рэрити. — Из чистого любопытства, ты говорила, что Фриттер Коблер потерял книгу в доме в лесу?

— По крайней мере, Бабуля так говорит.

— Благодарю, — с улыбкой ответила единорожка.

Похоже, у неё появился повод заглянуть в заброшенный дом на обратном пути в библиотеку.

* * *

Но как назло, она ни в жизнь не могла вспомнить, где в Вечнодиком лесу она нашла дом, где прятались Свити и Скуталу в Ночь Поисков. Ей и в голову не приходило возвращаться туда раньше, и если об этом подумать, то это было не самым умным решением. Как знать, какие ещё важные вещи там можно найти помимо возможного второго тома?

К счастью, пускай она и не знала, где находится дом, среди её друзей были две совы, знающие лес с рождения. Стоило лишь попросить, так как Темис, по-видимому, достаточно хорошо относился к Рэрити, чтобы с радостью выполнить её прихоть.

С удовлетворённым уханьем он приземлился на крыше уже знакомо заброшенного строения. Дорога от дерева до дома показала единорожке, что хижина была не только недалеко от библиотеки, но и что она была не единственной.

Как оказалось, ей был нужен третий заброшенный дом, немного подальше от библиотеки, чем первые два. И пусть их поверхностный осмотр оказался безрезультатным, и там оказались лишь вещи и книги, павшие жертвами времени, зато Рэрити ещё больше убедилась в теории, что первоначально Понивилль был построен вокруг библиотеки.

В хижине было так же, как она, пусть и смутно, помнила.

Дверь по-прежнему лежала на полу, сорванная с петель; треснувшее окно, из которого выглядывали прошлый раз кобылки, выглядело ещё грязнее, чем раньше, и дерево, растущее из крыши, никуда не делось. Рэрити вошла внутрь и обнаружила, что интерьер тоже несильно поменялся. Можно было заметить, что деревянный стол уже еле держался, и хватило бы одного касания, чтобы с грохотом отправить его гнилые доски на пол. Предельно осторожно, чтобы не задеть стол, единорожка прошла вглубь к книжной полке, на которой находилось что-то, как она полагала, когда-то бывшее книгами. Она достала из сумки платок и начала с его помощью копаться в остатках. Но нашла ровным счётом ничего.

«Вот тебе и затерянная книга» — подумала она, с угасающей надеждой. Может, недалеко есть четвёртый дом? Она уже было пошла к выходу, но остановилась, когда её копыто опустилось на что-то твёрдое на полу. Единорожка глянула вниз и заметила, что на что бы она ни наступила, оно было скрыто грязным ковриком. «О пожалуйста, Денза, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста» — пронеслось у неё в голове, когда она сдвигала тряпьё в сторону, постепенно раскрывая золотое свечение… эффект заклинания, защищающего том.

— Ах-ха-ха-ха! — Рэрити победоносно левитировала книгу в воздухе. На вид том был совершенно в таком же состоянии, как и тот, что у Эпплов, если даже не в лучшем, хотя так скорее казалось из-за контраста с хламом в доме. «Ох, Твайлайт будет так довольна» — думала Рэрити, открывая книгу, чтобы проверить имя.

Так же, как и в первом томе, принадлежность библиотеке Твайлайт была заявлена на первой же странице, но здесь не было извинительной подписи. Вместо этого там лежал сложенный пергамент, который упал бы, не поймай его Рэрити вовремя. К её удивлению, он был в превосходном состоянии — без сомнения его защитило то же заклинание, что и книгу. Тем не менее она аккуратно развернула пергамент и прочитала сообщение на нём.

* * *

«Я собрал достаточно доказательств и уверен, что знаю достаточно для визита к принцессе Кейденс Третьей. Моя семья не верит мне и отказывается помогать, но брат ещё не отвернулся от меня. Когда мы вернёмся из столицы Кантер через неделю, я хочу познакомить его с принцессой Твайлайт.

Принцесса полна надежд касательно моей поездки и ожидает, что мы найдём ответы. Мне больно ей врать — особенно учитывая, сколь сильно она радуется моим посещениям. Мы разговариваем, казалось бы, нескончаемо, и её истории о дворце всегда вызывают у меня восхищение.

Разгневается ли она на меня, узнав, что с момента её заточения прошли не месяцы, а века? Мне не хватает духу самому ей сказать, но она узнает, когда принцесса согласится помочь. Если согласится. Её бабушка знала Твайлайт, наверняка она не откажется. Принцесса Твайлайт ведь часть её семьи.

И всё же королевская династия позволила кануть в небытие случившемуся. Почему? Пони начали устраивать посмешище из истории: наряжаться принцессами, чтобы жеребята их искали. Словно игра какая-то, и принцесса Кейденс Третья никак этому не препятствует. Я искренне надеюсь, что она верит в легенду, но страх того, что я ошибаюсь, сжимает сердце мёртвой хваткой каждый раз, когда принцесса Твайлайт рассказывает о ней.

Я помню истории прадеда Эппл Криспа, о том, как его родители были королевской стражей до того, как стали фермерами. О том, как он повстречал принцессу Твайлайт ещё жеребёнком, до её заточения, когда его дом ещё не был окружён тёмным лесом и ужасающими существами. В свои последние дни он бредил о выдуманном проклятье, наложенном на принцессу Кейденс Первую, о том, как оно, словно чума, расползается по земле — даже за пределами королевского рода — без причины и лекарства. Было ли это и вправду проклятье, или же в него превратилось отчаяние королевства, неспособного отыскать принцесс?

Как только вернусь из столицы с ответами, я помогу принцессе Твайлайт и остальным. Независимо от результатов поездки, по возвращении я расскажу принцессе обо всей моей лжи. Она заслуживает моей честности, если я хочу и дальше быть достойным её доверия. Но я не думаю, что вернусь с пустыми копытами. Принцесса Кейденс Третья добра и мудра, и я помогу ей восстановить былое величие наших земель, о котором рассказывал дедушка Фриттер.

Я лишь надеюсь, что Дух ещё не следит за мной».

* * *

И чем больше читала Рэрити, тем больше она уверялась в личности автора. Но чтобы удостовериться лишний раз, она достала библиотечные карточки и начала их просматривать. Как и ожидалось, её догадки подтвердились, когда она нашла его имя на одной из карточек.

Так получается, Фриттер Коблер тоже искал помощи во дворце? И судя по рассказам Бабули Смит, не очень удачно. В настоящее же время, единственным, кто мог бы рассказать что-то ещё, была принцесса Твайлайт Спаркл — персонаж легенды, и, несмотря на весь прогресс в их дружбе, Рэрити чувствовала, что та едва начала ей открываться. Хотя Фриттеру Коблеру, судя по всему, Твайлайт сильно доверяла. Неужели она сама подтолкнула Эппла на встречу с Кейденс Третьей? Рэрити с удивлением обнаружила, что теперь она находила возмутительным упорство аликорна по отношению к её расследованию.

«И чем этот Фриттер Коблер лучше меня?»

Она пристально глядела на самую последнюю строку, повторяя её про себя. «Я лишь надеюсь, что Дух ещё не следит за мной». Неужели Дух что-то сделал с Эпплом? Были ли его опасения верны, и Дух следил за ним, даже когда писалось это письмо? Об этом было даже страшно подумать.

Что вдруг… вдруг и за ней следят? Вдруг он преследует всех, кто пытается подружиться с принцессой, чтобы отпугнуть их, или и того хуже? Она солгала бы себе, попытайся она отрицать, что не испытывала странных, страшных переживаний последнее время: ощущение, словно за тобой наблюдают, те мерцающие огни в ночь, когда по заверениям Эппл Блум, та видела «другую Рэрити»…

О, Денза. Чем больше единорожка об этом думала, тем больше становились дыбом её волосы. Могла ли Эппл Блум в самом деле видеть другую Рэрити? Другую загадочную пони без мотивов, столь удобно оказавшуюся в нужном месте в нужное время, прямо как встреча Рэрити с Книжником в ту судьбоносную ночь? Она видела его в Кантерлоте, но… был ли то настоящий Книжник?

Она вновь подумала о Эппл Блум и, вопреки своей воле, начала представлять описанное ей. Картинка была ясна, как наяву: другая «она» стоит перед хижиной Зекоры, спиной к кобылке. Отчётливо был слышен голос Эппл Блум, окликнувшей «её», но та лишь молча пошла прочь, заманивая кобылку подальше от безопасного убежища. Тут неожиданно раздаётся голос настоящей её, говорящей с Эларой вдали. Эппл Блум отворачивается от стоящей в нескольких шагах от неё Рэрити и неожиданно видит настоящую единорожку в совершенно другом месте. В конце, с неменьшим ужасом, будто сама там побывала, Рэрити отчётливо представила, как Эппл Блум поворачивается обратно и видит…

— Ху!

С леденящим кровь визгом, который, вполне возможно, было слышно и в библиотеке, Рэрити впечаталась в книжную полку, уже готовая встретить кончину от копыт своего двойника. К её неописуемому облегчению, рядом не было никого, помимо хорошо знакомой чёрной совы на другом конце комнаты. Бедняжка уставилась распахнутыми, полными ужаса глазами на единорожку, словно та выжила из ума.

— Ах ты, Темис, всех пони ради, — пробурчала Рэрити, закрыв лицо копытами в попытках усмирить разбушевавшееся сердце. — Никого здесь нет, — продолжила она, убеждая себя, что в округе не бродит её двойник. Духа давно нет, его нет, нет, и у него нет никаких причин её преследовать. С тех пор прошло более тысячи лет, и было просто смешно предполагать, что древнему духу есть до неё дело. И к тому же, разве он уже не предпринял бы что-нибудь? Он никогда бы не позволил ей провести так много времени с Твайлайт, если он и впрямь по сей день скитается по лесу.

— Х-ху?

Рэрити подняла взгляд и увидела парящую рядом сову, по-видимому пытающуюся выяснить, отчего она только что кричала.

— Извини, дорогуша, не хотела тебя пугать, — сказала единорожка, складывая пергамент, чтобы положить обратно в книгу. Когда же том был в сохранности её седельной сумки, она напоследок осмотрелась вокруг, убедиться что не упустила чего интересного в доме, и последовала за Темисом к дереву.

* * *

Спустившись в тоннель, Рэрити была удивлена, не увидев света вдали. Она зажгла рог и вошла в библиотеку, Стар, как оказалось, за время её отсутствия перестал быть люстрой. Может, все по-прежнему внизу? Оставив сумку и яблочный пирог на ближайшем столе, она прошла в конец комнаты и остановилась, увидев два мерцающих огонька в конца ряда книжных шкафов.

Тихонько пройдя на свет, единорожка разглядела два силуэта: Твайлайт и… Скуталу? Свет неожиданно погас, и Рэрити поняла, что её пока ещё не разобранным фонарикам нашли применение. Хотя, по всей видимости, кобылка посчитала, что демонстрация, как выглядеть пострашнее, была важнее использования фонариков по прямому назначению.

Фонарик Скуталу загорелся вновь.

— Видите? Надо сидеть вокруг костра, а потом направить фонарик вот так, — объясняла пегаска, попутно опустив фонарик, чтобы светить себе на лицо снизу вверх, и попыталась скорчить жуткую физиономию.

Стоя спиной к Рэрити, Твайлайт зажгла фонарик и, по-видимому, подражала кобылке.

Скуталу продолжила своим «мрачным» голосом:

— Давным-давно, в старой жуткой библиотеке… — но тут её прервала Свити Белль, позвав подругу присоединиться к ней этажом ниже. — Хм, эм, сейчас приду!

Скуталу понеслась в направлении Рэрити, оставив принцессу позади щёлкать выключателем фонарика. Пегаска заметила Рэрити лишь в нескольких шагах от неё, однако её порыв поприветствовать ту был упреждён быстрым жестом, взывающим к тишине.

— Рэрити? Что ты делаешь? — при виде зловещей улыбки прошептала сконфуженная кобылка.

Единорожка же лишь махнула на фонарик.

— Дай-ка ненадолго, дорогуша, — сказала она, левитируя тот из копыт пегаски, и сделала шаг в сторону по-прежнему отвлечённой принцессы. — Как призраку, думаю, принцессе придётся по нраву демонстрация на практике, как этим следует пугать пони, — при виде расплывшегося в восхищении лица Скуталу, Рэрити сама чуть было не захихикала и, ещё раз жестом призвав к тишине, начала подкрадываться к призрачной принцессе.

Это будет безобидной, весёлой местью за все выходки Твайлайт, когда она чуть не доводила Рэрити до сердечного приступа. С каждым сделанным шагом, наблюдая, как аликорн по-прежнему щёлкает выключателем фонарика, она продумывала план отмщения. Она терпеливо постоит позади, дождётся, когда погаснет свет, и комната погрузится во тьму, а затем… Затем, в ту же секунду, как свет загорится вновь, она нанесёт удар громким, но невинным вопросом: «наслаждаешься моим подарком?»

Она наконец-то дошла до своей цели и, как и планировала, дождалась, когда свет погаснет. «О, до чего же забавно, разве нет? Впервые в жизни — или в смерти? — призрак будет вне себя от страха». Как только настала темень, сдерживание смешков стало титанически сложным для Рэрити. Она ждала, когда же вновь загорится свет. Всё ждала, ждала и ждала, пока ей уже не стало это чутка наскучивать. То, что ей самой не было видно ни зги, вот совсем не помогало ситуации.

И вдруг фонарик загорелся вновь, но вместо того, чтобы сидеть спиной к единорожке, Твайлайт уже повернулась и пристально глядела на неё широко распахнутыми глазами, светя фонариком в похожей манере, как ей недавно показывала Скуталу.

— Привет, Рэрити.

Кобылка впечаталась крупом в ближайший книжный шкаф уже второй раз за день, её полный паники визг заглушил приветствие аликорна и раздавшийся вдали смех Скуталу.

— Твайлайт! — заорала единорожка, которой казалось, что сердце вот-вот выскочит наружу. — Да за что же мне это?! Неужели сегодня все хотят меня в могилу свести?!

— Понятия не имею, о чём ты, Рэрити, — как ни в чём не бывало ответила принцесса, с любопытством поглядывая на хохочущую Скуталу. Когда же пегаска ушла, взгляд аликорна вернулся на всё ещё тяжело дышащую единорожку. — Ты стояла позади меня около минуты, как я могла напугать тебя, ума не приложу.

Рэрити зажгла свой фонарик и, словно обвиняя, ткнула им в аликорна.

— Пожалуй, не стоит об этом, договорились? — проворчала она, всем сердцем желая стереть румянец со своих щёк. — Ты не пугала бы меня так часто, не крадись ты вечно по библиотеке, словно кошка.

С этими словами единорожка развернулась и направила свет на потолок, как к ней пришла мысль, из-за чего с самодовольной улыбкой на лице она навела фонарь на подругу.

— Знаешь что, мне стоит принести один из колокольчиков моей кошки, чтобы знать где ты есть.

— Я тебе не кошка, — с возмущением возразила Твайлайт. Хвост же её, однако, стал трубой, словно у кошки в защитной стойке, и ей не хватало разве что задрать нос для завершенной непреднамеренной, но идеально точной имитации Опалесенс.

— Да ладно? Крадёшься в тенях, следя за пони, посмевшими заявиться, расхаживаешь поверх шкафов следя за территорией, чуть не шипишь, когда пони прикасаются к твоим книгам… Вот так да, вы с Опал до ужаса хорошо бы поладили! — Рэрити недолго поразмышляла над продолжением поддразнивания с вопросом, мурлыкает ли та или шипит, но вместо того лишь похихикала над выражением на лице Твайлайт. Прежде чем подруга могла бы продолжить защищать свою лошадиную природу, единорожка указала фонариком на потолок. — Где Стар? Мне не помешает подобающее освещение, хочу показать тебе кое-что.

Искра из рога аликорна, и Стар объявился по другую сторону библиотеки, взлетел под потолок и вновь принял куда более элегантную форму люстры. Комнату залил свет, и Рэрити направилась ко входу в библиотеку, жестом призывая Твайлайт идти следом.

Единорожка левитировала к себе сумку, глядя, как Твайлайт со сдержанным любопытством следила за ней — «прямо как кошка» — подумала она, но всё же воздержалась от комментария.

— У меня есть кое-что, возвращению чего ты будешь крайне рада, — подначивала Рэрити, получив от аликорна в ответ реакцию, куда более напоминающую возбуждённого щенка, нежели сдержанную кошку.

— Возвращению? Ты ведь не про… — с постепенно затухающим голосом Твайлайт сделала пару шагов к Рэрити и столь желанной сумке.

— Да-да, у меня была преинтересная беседа с кое-какими местными фермерами, — продолжила Рэрити, открыв свою сумку, и принялась искать книгу среди съестных припасов и прочих вещей. Найдя же её, единорожка помедлила, и не только из желания создать интригу, но и потому, что всё это напомнило ей о вопросе, который она хотела задать.

— Твайлайт, — сказала она, на что та перевела взгляд с сумки на собеседницу. — Имя Фриттер Коблер тебе о чём-нибудь говорит? У него ещё брат был, Эппл Крамбл.

Видать так оно и было, учитывая, что Твайлайт, услышав имя, замерла, словно статуя.

Лишь когда Рэрити нерешительно несколько раз назвала её имя, принцесса наконец отреагировала.

— Рэрити… — начала она осторожно, не грозно, но… Складывалось впечатление, будто единорожка вызнала один из самых сокровенных и тёмных секретов аликорна, и судя по выражению лица Твайлайт, вполне возможно так и было. — Откуда ты о нём знаешь?

— Ну, как я и говорила, пообщалась с местными фермерами, — повторила та, под пронзительным взглядом принцессы. — Они мне и рассказали историю о своём предке Фриттер Коблере, и что он взял две твои книги. Одна из которых была потеряна в заброшенном доме посреди Вечнодикого леса, — с этими словами она наконец достала книгу из сумки, наблюдая, как глаза Твайлайт расширяются. — Они упомянули, что он заявлял о своей дружбе с «легендарной пропавшей принцессой в библиотеке»…

Рэрити наблюдала, как Твайлайт аккуратно, трепетно взяла том, словно тот был священным сокровищем. Принцесса открыла книгу, посмотрела на свой почерк и, молча листая страницы, нашла пергамент.

— Ещё там было это, — сказала единорожка, надеясь, что принцесса не примет за оскорбление то, что она сунула нос в дела подруги. — Должна признать, моё любопытство взяло верх.

Твайлайт безмолвно глянула на Рэрити, прежде чем развернуть пергамент и прочитать его содержимое. Единорожка ожидала, что принцесса будет сохранять непоколебимое выражение, но, к её удивлению, та беспрестанно выказывала различные эмоции, варьирующиеся от удивления до полной серьёзности.

— Принцесса Кейденс Третья? Столетия? — прошептала она, поджав ушки. — Дедушка Фриттер Эппл? Он ведь сказал, что он его… двоюродный… брат… — слова просочились сквозь стиснутые зубы, но вместо схожей злобы, у Рэрити они вызвали лишь растерянность.

— Рискну показаться бесчувственной, но разве ты… Ну, разве не знала об этом раньше? — спросила единорожка, наблюдая, как Твайлайт перечитывала письмо снова и снова. — Фриттер Коблер ведь писал здесь, что собирался покончить с ложью по возвращении… Или так и не покончил?

Твайлайт не отрывала взгляд от пергамента, позволяя опуститься тишине.

— Твайлайт?.. — взволнованная молчанием, спросила Рэрити. — Всё в поря…

— Он так и не вернулся, — ответила принцесса, не отрываясь от письма. — После его поездки в столицу, больше я его не видела.

Её слова были пропитаны горечью, чувством обиды и всевозможными оттенками негативных эмоций, как и её выражение лица и холодная манера в которой она обратно складывала пергамент.

«Он так и не вернулся?»

— Что значит «он так и не вернулся»? — навострив ушки, спросила Рэрити. В этом не было ни капли смысла. Разве Бабуля Смит не сказала, что он до конца своих дней говорил про Твайлайт? Не мог же он просто перестать приходить после встречи с Кейденс Третьей, чтобы там ни произошло?

«А если и так… Что, во имя Эквестрии, там могло произойти?»

— Я… не хочу об этом говорить… — тихонько ответила Твайлайт, отвернувшись от единорожки.

В этот раз Рэрити не удержалась и разочарованно вздохнула. Ну разве можно её винить? Каждый раз, когда она подбирается так близко к тому, чтобы Твайлайт раскрылась, та возводит между ними новую стену. Порой ей кажется, словно весь прогресс в дружбе с Твайлайт лишь для того, чтобы напомнить ей, что прогресса-то почти и нет.

— Хорошо, всё в порядке, — изо всех сил стараясь казаться беспечной, сказала Рэрити. Она взяла магией яблочный пирог и седельную сумку и пошла, оставляя Твайлайт позади, наедине с её мыслями. — Я пойду вперёд и начну пикник с девочками. Хорошо?

К её удивлению, Твайлайт не мешкала у стола и, вместо того, молча последовала за ней вглубь библиотеки. Рэрити старалась держаться поближе к стенам, чтобы быстренько пройти мимо главного стола Твайлайт и полюбоваться проектом «Искусства и Ремёсла», сделанным девочками ранее. Дойдя же до стола, она увидела большую пробковую доску, висящую на стене рядом с календарём и часами.

На доске были несколько из (она надеялась) десятков фотографий Эквестрии, сделанных кобылками, Рэрити и Флаттершай для Твайлайт. Сейчас же висело всего семь фотографий, изображавших, не совсем в кадре и не всегда в фокусе, здания и пони из Понивилля, наряду с крайне милой фоткой Твайлайт с кобылками, сделанной Рэрити. Также здесь висела самая первая фотография принцессы, по-прежнему остававшаяся любимым изображением для единорожки исключительно из-за совершенно забавного выражения на лице подруги.

«Стоит пощёлкать Холлоу Шейдс для неё» — подумала Рэрити, бездумно бросив взгляд в сторону аликорна. Твайлайт тоже рассматривала фотографии, но по выражению её лица было сложно что-то сказать. Неужели ей не нравилась первая фотография? В самом деле, она милая и понравилась всем, когда Рэрити показывала её Флаттершай и девочкам.

— Он никогда не хотел возвращать мои книги, — неожиданно заговорила Твайлайт, всё так же глядя на доску. Рэрити перевела взгляд на подругу и обнаружила на лице той… ностальгию? — Таким образом, он был уверен, что я появлюсь, когда он придёт в библиотеку.

Рэрити было открыла рот, но слов не нашла. Видимо, Твайлайт всё же хотела поговорить, и Рэрити не посмела её перебивать — по большей части из страха, что принцесса говорила сама с собой, а не с единорожкой, и та вновь уйдёт в себя, выдерни она её из мыслей. Так что она лишь тихонько слушала.

— Я никогда от него не пряталась, — продолжила Твайлайт, по-прежнему несколько рассеяно глядя на фотографии. — Я думала… думала, что меня ещё можно спасти и что… что не была одна. И тогда однажды он отправился в столицу и попросту не вернулся. Я так и не узнала, что с ним произошло, и, похоже, никогда и не узнаю, — из её голоса пропали любые интонации, словно она книгу цитировала. Было ли это её способом справляться с подобным? Полностью отстраняться?

Рэрити хотела было сказать Твайлайт, что ничего с ним не произошло, но поможет ли чем-то ей знание, что Фриттер Коблер по своей воле прекратил связь?

— Думаешь, это я виновата? — внезапно спросила принцесса, и не брось она мимолётного взгляда в сторону Рэрити, та даже не поняла бы, обращались ли к ней. — Я… Я попросила его о помощи. Я попросила его отправиться в столицу. Было ли и это моей виной?

— Минуточку, — начала Рэрити, прежде чем её бы перебили, кусочки пазла в её голове начинали складываться. — Так вот почему ты так не хотела, чтобы я отправлялась в Кантерлот? Из-за этого не хотела, чтобы я помогала тебе? Ты думала, я никогда не вернусь? — теперь в этом было больше смысла. Поэтому Твайлайт была против помощи Рэрити, и поэтому она первым делом спросила, всё ли с ней в порядке, когда она наконец вернулась.

Сперва Твайлайт не отвечала, лишь глядела в пол, словно кобылка, пойманная на лжи.

— Я думала, может, Дискорд до него добрался.

— Дискорд? — спросила Рэрити. Ей конечно рассказывали, что Фриттер Коблер сошёл с ума, но это было странным описанием подобного процесса.

— Дискорд — он же Дух хаоса, — пояснила Твайлайт, попутно проведя копытом сквозь стол. — И он же причина моего заточения. Как знать, может, он напал на Фриттера Коблера, чтобы отомстить мне ещё одним способом, и я…

— Отомстить? За что? — спросила Рэрити, припоминая книгу с разворотами, исписанными словами «твоя вина». Что, во имя Эквестрии, могла такого сотворить Твайлайт, чтобы навлечь на себя столь ужасную участь?

После этих слов последовала продолжительная пауза. Принцесса нахмурилась, по-видимому решая, стоит ли ей отвечать. Как вдруг от одного лишь её взгляда у Рэрити пробежали мурашки, и она почувствовала, будто аликорн досконально изучает саму её душу.

— Я совершила ошибку, Рэрити, — ответила принцесса, холодным, словно просчитывала каждое слово, голосом. Выглядело, словно она пристально изучает любую реакцию единорожки, которая, в свою очередь, изо всех сил старалась показать, что внимательно слушает. — Я совершила ужасную ошибку, и Дискорд заставляет меня расплачиваться за это, причиняя вред другим. Я… — она телепортировалась наверх ближайшего книжного шкафа и окинула взглядом свою библиотеку — своё одинокое королевство. — Не думаю, что он когда либо позволит мне забыть о содеянном мной. Когда пропал Фриттер Коблер, я … не хотела, чтобы другие пони пострадали из-за меня, так что я почти никогда не показывалась, когда в библиотеку кто-нибудь приходил — не то чтобы это что-то меняло, ведь при виде меня они с криками убегали прочь. В любом случае, выбраться я не могу, так что нет смысла причинять боль другим пони.

Рэрити шагнула в сторону шкафа.

— Хочешь сказать, здесь бывали и другие?

— Конечно, — как ни в чём не бывало ответила Твайлайт. — Постой, — приподняв бровь, продолжила она. — Ты ведь не думала, что нашла библиотеку первой?

— Ну, если желаешь знать, я… так и думала, — с лёгким румянцем на щеках призналась та, теперь ощущая себя куда менее особенной. — И много их было?

— Я даже не знаю. Никогда их не считала, но не сказала бы, чтобы много, — ответила Твайлайт, переводя взгляд обратно на ряды стеллажей. — Ты была первая, кто пришёл с тех пор, как Книжник стал оставлять для меня книги.

— Так… Ты со мной заговорила, потому что приняла за Книжника? — спросила Рэрити, про себя же благодаря судьбу, что она не пожилой бородатый жеребец.

Твайлайт же лишь фыркнула.

— Я сразу поняла, что ты им быть не можешь, — сказала она с небольшой ухмылкой на лице. — Книжник не стал бы искать книги по геологии в …

— Поняла, поняла! — перебила единорожка, закатывая глаза. Она даже начала подумывать, чтобы взять таки копию этой дурацкой системы Старсвирла, лишь бы Твайлайт отстала с этой темой. В самом деле, у кого достаточно времени, чтобы выучить всю систему целиком? — Так ты заговорила со мной, потому что хотела спасти от падающей башни из книг?

— Рэрити, спасать от падающей стопки книг никого не надо, — отметила Твайлайт, затем слегка нагло улыбнулась и добавила: — Раз уж на то пошло, я вмешалась лишь по одной причине: не хотела, чтобы мои книги пострадали из-за какой-то пони, не смотрящей себе под ноги.

Единорожка недовольно хмыкнула и тряхнула гривой.

— Вот уж, как же им повезло, что ты их так лелеешь, принцесса, — холодно ответила она, игнорируя мягкое хихиканье аликорна. — Уверена, они смогут продолжить считать тебя героиней, ведь я так больше не считаю, — повернувшись же к собеседнице, единорожка обнаружила, что Твайлайт вновь глядит вдаль.

— Сама не знаю, почему захотела заговорить с тобой, — призналась она, в задумчивости повернувшись обратно к Рэрити. — Не знаю, чем ты так отличалась от всех, приходивших после Фриттера Коблера.

— Не знаешь? — слегка разочарованно спросила единорожка.

— Полагаю, потому что ты показалась мне доброй. Я видела, как ты обращалась с Темисом. Дискорд никогда не стал бы хорошо обращаться с моими совами, — нахмурившись, продолжала принцесса. — Да и меня ты не искала совсем, в отличие от приходивших до тебя. Ты просто была… другой.

«Я была другой?»

— Рэрити! Принцесса Твайлайт!

Собеседницы обернулись и увидели бегущую к ним Свити Белль. Твайлайт спрыгнула со шкафа: их с Рэрити разговор был окончен. Модница же по-прежнему обдумывала всё услышанное. Может, она и не узнала, чем же была так называемая ошибка, совершённая Твайлайт, но ей удалось, хотя бы мельком, взглянуть на ту часть Твайлайт, которую, подумала единорожка, никто не видал уже целую вечность.

— Ну где вы там застряли? — спросила Свити. Её взгляд в ту же секунду был прикован к аппетитно выглядящему яблочному пирогу. — Я е-е-есть хочу!

— Хорошо, хорошо, идём, — ответила Рэрити, и хотела было уже поднять десерт со стола.

— Ой, подожди, подожди! Я хочу! Принцесса Твайлайт недавно помогала мне научиться магии! — вмешалась Свити Белль, встав перед столом, будто её присутствие могло помешать магии сестры. Затем она повернулась к принцессе, чуть не скача на месте. — Глядите, принцесса Твайлайт!

Та кивнула, поставив ушки торчком: всё внимание сосредоточено на кобылке.

— Помни, нужно сконцентрироваться и сфокусировать всю магию на задаче.

Юная единорожка кивнула, повернулась к пирогу и стала пристально на него смотреть. Высунув и прикусывая язык, спустя несколько мгновений она добилась нескольких вспышек, вылетевших из рога, но вскоре погасших.

— С-стойте, я смогу! — сказала она, размахивая копытом, чтобы сохранить внимание взрослых. Слегка застонав, она смогла добиться ещё искр, как вдруг пирог, пусть шатко, взлетел в воздух. — Я… Я смогла? — спросила она, поворачиваясь к Твайлайт. — У меня получилось, принцесса Твайлайт!

Твайлайт отреагировала незамедлительно. Она улыбнулась и подошла к кобылке.

— Просто отлично! Теперь видишь, как всё получается, когда сконцентрируешься и представишь действие в голове? — спросила она, наблюдая, как дрожащий пирог летает вокруг. К сожалению, Свити Белль ещё многому предстояло учиться: её магия внезапно оборвалась, и пирог размазался бы об пол, если бы принцесса не поймала его своей магией.

— Ну…

— Что ты, Свити, не стоит так расстраиваться, — с сочувствием сказала Рэрити. — Это было потрясающе!

— Да, так и было, — подтвердила Твайлайт. — У тебя хорошо получалось, и с дальнейшими тренировками ты научишься левитировать предметы дольше. Я могла бы помочь попозже, если захочешь.

По всей видимости, слова Твайлайт производили куда большее впечатление, чем Рэрити, ведь кобылка приободрилась в тот же миг, как услышала их.

— Правда?! — спросила она и повернулась к сестре с крайне самодовольной улыбкой. — Слышала? Принцесса поможет мне стать в магии даже лучше тебя, ведь я её любимица! — заявила она, схватила сумку Рэрити и умчалась прочь. — Скуталу! Угадай, что сказала принцесса Твайлайт!

— Любимица? — Твайлайт лишь моргнула, глядя на место, где совсем недавно была кобылка. — Я ведь никогда подобного не говорила, но…

— Ну, ну, — наигранно вздыхая, заговорила Рэрити. — Все мы знаем, что твои любимчики — книги, — дразнила она, хихикая, видя, как Твайлайт закатила глаза. Единорожка взяла яблочный пирог и вместе с принцессой пошла вслед за сестрой. — Пошли уже. Сколь бы ни были книги пленительны, время от времени всем надо общаться с обычными пони, принцесса.

Они начали спускаться по лестнице и увидели, что Флаттершай и девочки уже начали всё раскладывать к трапезе. Рэрити чувствовала, как бурчит у неё в животе, и пирог неподалёку никогда не пах столь заманчиво.

— Рэрити? — вдруг сказала Твайлайт, остановившись посреди лестницы.

— Да? — остановилась единорожка и посмотрела на подругу.

— Спасибо, что всё ещё приходишь ко мне, — тихонько ответила Твайлайт. Она выглядела смущённой своим заявлением.

У Рэрити же эти слова вызвали лишь приятное тёплое чувство в груди, и привязанность к аликорну нахлынула на неё.

— Дорогуша, даже если бы ты сама этого хотела, то не смогла бы меня выпроводить, — ответила единорожка со своей самой обворожительной улыбкой. В конце концов, она не лгала. Ни Дух, ни двойник, ни что бы то ни было не сможет удержать от походов в библиотеку не только её, но и, она уверена, Флаттершай и кобылки не пожелали бы прекратить свои посещения. — Тебе спасибо.

— Мне? — подняв бровь, спросила принцесса. — За что же?

— За доверие ко мне. Это наверняка не просто, но я рада, что ты доверяешь мне достаточно, чтобы рассказать столько о себе.

— Ну… — осторожно начала Твайлайт, словно взвешивая значение своих слов. — Разве не для этого нужны друзья?

## — Глава 9 — Тень на стене

[Изображение: https://i.imgur.com/ZlbWVJt.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/EgOI5EH.png]

* * *

— Ты уверена, что она видела именно это?

— Да... Но она просто навоображала всё это! Жеребёнок потерялся в лесу? От страха ей могло привидеться что угодно! Там так темно!

— Но, Рэрити, как она могла тебя спутать? Если он преследует тебя, я…

— Твайлайт, подумай. Если это действительно был Дух, зачем он привёл её ко мне и в библиотеку? Это просто бессмысленно.

— Рэри…

— Твайлайт, пожалуйста, ты зря волнуешься.

— Ты правда так думаешь?

— Да.

* * *

Холлоу Шейдс.

Рэрити, неспешно помешивая чай, глядела на два слова в своём билете, который купила на железнодорожном вокзале Понивилля. Она посмотрела в окно на проносящиеся мимо пейзажи.

Какие ответы она найдёт в загадочном городе? И что ей расскажет этот таинственный профессор? Станет ли она ближе к раскрытию тайны Твайлайт Спаркл или снова получит больше вопросов, нежели ответов?

— Говорила ли я, как много вопросов у Твайлайт к профессору Эйву? — спросила она, глядя на пегаску напротив. Когда Флаттершай с любопытством взглянула в ответ, она продолжила: — Пятьсот восемьдесят шесть. Стой, нет. — Рэрити умолкла, нахмурив брови и вспоминая огромную стопку бумаг, которую Твайлайт показала ей раньше. — Ошибочка. Пятьсот восемьдесят восемь.

— Пятьсот восемьдесят восемь? — моргнув, повторила Флаттершай. — Как ты собираешься запомнить их все?

— Заставив Твайлайт сжать их до десяти. Что она и… сделала.

«Пускай она и смогла каким-то образом утрамбовать содержание полутысячи вопросов в каких-то десять. Можно было и не испепелять меня за это взглядом, словно я заставляла её выкинуть все книги».

— Это ведь превосходно, разве нет? То, что она хочет узнать больше? Разве ты не упоминала, что она не хотела говорить про легенду при вашей первой встрече?

— Ну, да… — начала Рэрити, сделав затяжной глоток чая. Она поставила чашку на стол и снова перевела взгляд на пейзаж за окном. — Насколько я понимаю, она по понятным причинам жаждет узнать, где могут быть заточены другие принцессы.

Но…

Но ни один из вопросов Твайлайт не имел ничего общего с событиями, которые привели к её собственному заточению, или хотя бы с подробностями о событиях после. Словно её интересовал лишь итог, а не то, как всё происходило. «Забавно, не правда ли, как она горит желанием узнать обо всём, и отказывается сама делиться любой информацией?» Рэрити по-прежнему отчётливо помнила, сколь сурово нахмурилась Твайлайт, когда узнала, что Рэрити всё равно собирается расспросить о том, что же привело принцесс к такой участи.

— Ты думаешь, профессор захочет вернуться с нами, когда узнает о принцессе Твайлайт? — спросила Флаттершай, выдернув подругу из грёз, в которых та была настолько ужасной, что каким-то образом наложила на Твайлайт заклинание правды. Призраки вообще восприимчивы к заклинаниям?

— Нет, не захочет, — протянула единорожка, левитируя чай для ещё одного глотка. — Твайлайт заставила пообещать, что я не расскажу о ней.

— Правда? — удивлённо спросила пегаска. — Но почему?

— Ну, я уже говорила, как она к этому относится: не хочет втягивать ещё больше пони из-за Духа, — ответила Рэрити. Но опять же, Твайлайт ведь не просила связываться с профессором, так что было бы неправильно всерьёз сетовать на её нежелание быть в этом замешанной. — Я было подумала, что она начала открываться другим пони, ведь ей, похоже, очень даже нравится проводить время с тобой и девочками, но… — тут её речь окончилась полным разочарования вздохом.

Флаттершай покачала головой.

— Не всё сразу, Рэрити, не всё сразу. Дай принцессе Твайлайт научиться полностью нам доверять, и тогда со временем она начнёт открываться и другим, — посоветовала она, но её слова вызвали у единорожки лишь жалобный стон.

— Не всё сразу? Было бы неплохо увидеть хоть что-нибудь, — наигранно пожаловалась та. Она убедилась наверняка, что подруга видит, сколь сильно она надулась. — Сплошное разочарование.

— Да? — хихикая, начала Флаттершай. — Ты не выглядела такой уж разочарованной, когда рассказывала нам о том, как перешла с принцессой на «ты», или как тебе удалось сделать её такой счастливой и улыбаться лишь тебе одной.

Рэрити и сама легонько улыбнулась, вспоминая, как она практически вприпрыжку уходила из библиотеки после тех событий.

— Твоя взяла. Возможно, не так уж я и разочарована, — она заметила поддразнивающую улыбку пегаски и поспешно добавила. — Но ты и сама бы не устояла, увидев её улыбающейся после множества недель постоянной «принцессы Серьёзности»! И можешь ли ты меня винить за восторг от перехода на «ты» с принцессой?

— Нет конечно, — покачав головой, ответила Флаттершай.

— Но, полагаю, ты права. Не всё сразу, — продолжила Рэрити, откинувшись на спинку сиденья. Она сделала ещё глоток и внимательно оглядела подругу. — Вполне логично, что ты сумела бы проявить терпение. Готова поспорить, тебе бы она всё рассказала о своём тёмном и загадочном прошлом.

— Даже не знаю, — ответила Флаттершай, залившись краской. — Принцесса, конечно, была любезна ко мне, но не думаю, что она доверяет мне так же, как тебе, — с этими словами она откашлялась и встала с места, взглянув на дверь. — Почему бы нам не взять чего-нибудь поесть? Я проголодалась.

Подруги покинули купе и направились к цели, переходя из вагона в вагон, пока их ноздрей не коснулся неземной запах, заставивший остановиться. Это… выпечка? Аромат напоминал о Сахарном уголке в дни, когда Кейки отдавали всех себя на приготовление лакомств. Денза правая, Рэрити ещё и ступить не успела в вагон-ресторан, а уже горела желанием купить пару десятков того, что бы там ни продавалось.

Когда же они распахнули дверь, то с удивлением обнаружили знакомое лицо.

Внутри вагона все остальные продавцы завистливо таращились на маленькую тележку и двух голодных жеребят перед ней. Хоть Рэрити и встречалась с этой пони всего раз, но всё же узнала розовую кобылку аккуратно наносящую последние штрихи карамельного сахара на жёлтый кексик — «Пинки Пай, так кажется?». Затем та достала из-под тележки два засахаренных цветка лаванды и аккуратно положила их сверху.

— Вот так! — воскликнула она, закончив со сладостями, и сделала шаг назад, позволяя своим голодным клиентам полюбоваться её произведением искусства.

Было довольно очевидно, что у этой пони талант к украшению сладостей: она смогла заставить что-то столь простое, как кекс, выглядеть так соблазнительно.

— Шесть бит, пожалуйста!

Рэрити подождала, пока жеребята не уйдут со своими восхитительно выглядящими лакомствами, и прочистила горло.

— Не осталось случайно ещё кексиков для двух очень голодных клиентов? — спросила она с блистательной улыбкой, когда Пинки посмотрела в её сторону.

— О! Рэрити! — воскликнула та, и единорожка облегчённо вздохнула, когда её узнали. Ночь Поисков была уже довольно давно, да и разговаривали они, в конце концов, недолго. — Какое супер-пупер удачное совпадение! Какими судьбами?

— Да так, мы с моей подругой Флаттершай решили взять что-нибудь перекусить и просто не могли не узнать, чем же так восхитительно пахнет! — объяснила Рэрити, подойдя к прилавку. — Возвращаешься домой, я так понимаю?

— Агась! — кивнула Пинки. — Не была дома уже несколько месяцев. Мы замечательно повеселились около Тол Тейлс, но мне теперь нужно вернуться домой, чтобы пополнить запасы!

— Ах, ты, полагаю, взволнована возвращением домой, пускай это и ненадолго? Уверена, твои друзья и родные будут рады провести с тобой время! — улыбнулась единорожка. Однако в ответ на её восклицание, Пинки слегка поморщилась.

«Или нет?..»

— А… ага… — без особого энтузиазма отозвалась Пинки, но затем вновь улыбнулась и перевела взгляд на Флаттершай. — О! Привет!

После столь «аккуратной» смены темы, Рэрити осознала, как грубо она себя повела.

— Ох! Флаттершай, дорогуша, прошу прощения! — тут Рэрити откашлялась и сделала жест в сторону Пинки. — Флаттершай, Пинки была одним из торговцев в Ночь Поисков! Помнишь, странствующая торговка, о которой я рассказывала? — объяснила она.

Пегаска кивнула и повернулась к Пинки.

— Приятно познакомиться, — сказала она, любезно улыбаясь новой знакомой.

— И мне очень приятно, Флаттершай! — с куда большим энтузиазмом воскликнула энергичная кобылка. — Так, вам два кексика?

— Да, будь добра, — ответила Рэрити с улыбкой на лице.

— Сейчас всё будет!

— Я хотела заглянуть к тебе после праздника, но, к сожалению, возникли другие дела, — продолжила Рэрити, наблюдая как Пинки наклонилась и достала из-под прилавка поднос с множеством разноцветных кексов. Там было шесть белых, шесть жёлтых и шесть розовых, все без украшений. Продолговатый тёмно-синий кексик выделялся среди них, как белая ворона: он был аккуратно украшен глазурью в форме полумесяца и покрыт посыпкой, как летнее небо — звёздами.

— Ах, да-а-а. Спринг Шауэрс рассказала, что ты ушла в Вечнодикий лес, — ответила Пинки с почти неубывающим энтузиазмом. На краткий миг она прищурилась и пристально взглянула на Рэрити, точно крепко призадумавшись. Однако, прежде чем единорожка успела спросить, в чём дело, весёлое выражение снова вернулось на лицо Пинки, словно ни на секунду его не покидало.

— К слову, рада, что ты нашла сестру! Ей должно быть было жу-у-уть как страшно в том лесу! — вдруг, её лицо снова стало серьёзным. — Ты… Ты кого-нибудь ещё не находила?

— К-кого-нибудь? — повторила Рэрити, обескураженная этим вопросом. Остальные интересовались, не нашла ли она что-нибудь, а не кого-нибудь. И тут она вспомнила, как Пинки упоминала, что верит в «легенду» о четырёх принцессах. — Что ж, я…

«Проклятье». Наконец она нашла единственную пони, которая могла бы поверить ей без всяких вопросов, но теперь была связана обещанием ничего не рассказывать о Твайлайт. Та, конечно, навряд ли когда-нибудь узнает об этом, но Рэрити однажды уже нарушила данное принцессе обещание и не собиралась нарушать ещё одно, сколь бы глупым оно ни было. Ей придётся обсудить это с Твайлайт при встрече. Как, во имя Эквестрии, она должна помочь принцессе освободиться из библиотеки, не рассказывая о ней никому?

— …Боюсь, я нашла только свою сестру и её подругу, — в конце концов ответила Рэрити.

Ответ её, должно быть, выглядел достаточно честным, раз Пинки тут же сменила тему.

— Итак! — потирая друг о друга копыта, начала она. — Выбрали что-нибудь? У меня есть с бананом, клубникой и ванилью! — подмигнув, она указала на розовые кексики. — Хотя клубничные самые лучшие.

Флаттершай сразу же определилась с выбором.

— Мне клубничный, пожалуйста, — сказала она и захихикала в ответ на поздравления пекаря с великолепным выбором. — А ты что будешь, Рэрити?

— Даже не знаю… — пробормотала та, одинокий синий кекс всё ещё привлекал её внимание. Может, он с черникой? Выглядит вкусно. — А с каким вкусом тёмно-синий?

— О-ох! Черничный, но он не продаётся! — поспешно пояснила Пинки с извиняющейся улыбкой. — Прости… Этот я сделала специально для лучшей подруги — Мунлайт Лулубай, — объяснила она, поднимая копыто, чтобы потрепать ожерелье. Оно было в форме полумесяца, и Рэрити смутно припоминала, что заметила его ещё при первой встрече с Пинки. — Просто оставила его на подносе, потому что выглядит привлекательно и напоминает мне о Муни.

— Ох, жалость какая… Тогда мне ванильный. В конце концов, не хотелось бы лишать Мунлайт Лулубай её кексика.

— Черничные кексы её любимые? — спросила Флаттершай, когда Пинки отпустила ожерелье и принялась украшать заказ.

— А, нет! — заговорила земнопони, добавляя синюю помадку на розовый кексик. — Муни пока не может есть никакие кексики, но я всегда делаю для неё особенный, чтобы ей не показалось, что про неё забыли!

«Пока не может есть кексики? — подумала Рэрити, приподняв бровь. — Какое странное замечание. Может, она на диете, или что-нибудь вроде того? Денза милая, даже представить не могу, какая это, должно быть, ужасная мука: сидеть на диете, когда твоя лучшая подруга — пекарь…» На какое-то время Рэрити задержала взгляд на том, как Пинки украшала кексики, но затем вновь обратила внимание на ожерелье. И в самом деле… «Эта луна…» Переведя взгляд на запретный кекс, единорожка заметила, что украшения на нём были почти идентичны ожерелью Пинки.

— Это ожерелье у тебя на шее… Не могу не заметить его сходство с кексиком для твоей подруги. Это как-то связано с «лунной» частью её имени?

Пинки бегло глянула на кексик и тряхнула головой.

— Да нет же! Это не из-за её имени, — пояснила она. — Мунлайт Лулубай не её настоящее имя. Понимаешь? Это всего лишь прозвище, придуманное мной при нашей первой встрече, потому что тогда она спела мне колыбельную, чтобы успокоить после ужасно страшнючего кошмара.

— Очень мило с её стороны, — отметила Флаттершай и улыбнулась от того, с каким энтузиазмом закивала Пинки. — Должно быть, ты ей очень дорога.

— Ага! Она моя самая лучшая-прелучшая подруга на всём белом свете и на все времена! — подтвердила та, отодвинув клубничный кекс в сторону и принявшись за ванильный. — Вы раньше бывали в Холлоу Шейдс?

— Нет, это первый раз, — ответила Рэрити, наблюдая, как розовая пони наносит глазурь цвета лаванды на её кексик. — Если только Флаттершай не наведывалась туда на секретные задания по спасению мира тайком от меня! — добавила она, похлопав ресницами своей подруге.

— Конечно же нет, — хихикая, ответила пегаска. — Но я всегда хотела там побывать. Я читала, что рядом с Холлоу Шейдс обитает множество ночных животных, бодрствующих круглые сутки, и растёт много редких растений, — она посмотрела на Пинки с улыбкой, полной надежды. — У нас ведь будет возможность набрать их?

— Ага, конечно! В Холлоу Шейдс есть небольшой парк, где пони могут собирать всяческие травы и цветы! Всегда набираю там лаванды, — подняв взгляд от кексика, ответила Пинки. — О-о-о, я могла бы устроить вам экскурсию, если хотите! Всегда хотела стать рассказывающе-показывающей пони! Там есть большая площадь, рынок, парк флоры и кострище, а ещё… — тут она прервалась, внезапно осознав, что кексик остался недоделанным. — Да много чего ещё!

— Пинки, дорогуша, вопросик, — начала Рэрити, вежливо улыбнувшись, когда та радостно указала на готовые кексики. Её предложение побыть их личным проводником означало, что она, должно быть, отлично знает город, а если так… — Ты случайно не знакома с неким профессором Эйвом, живущим в Холлоу Шейдс? По-видимому, он переехал несколько лет назад.

Для Рэрити это казалось совершенно безобидным вопросом, но про Пинки того же сказать было нельзя: после этих слов она скорчила гримасу, словно съела давно просроченную выпечку.

— Ох. Профессор живёт неподалёку от железнодорожной станции, на окраине города, — сказала она, достав два засахаренных цветка лаванды и положив их на кексики несколько небрежно. — Он тот ещё вредина, должна сказать, — тут она понизила голос. — Очень-преочень гадкая вредина.

Рэрити и Флаттершай приподняли брови и посмотрели друг на друга.

— Неужели он в самом деле настолько неприятная персона? — спросила Рэрити, обернувшись обратно к Пинки. Конечно, в журнале старательно преподносили его как любителя слегка зацикливаться на теориях заговора, но у неё и близко не сложилось впечатление о нём как о… «Очень-преочень гадкой вредине». На самом деле, если учесть веру Пинки в легенду, было логично предположить, что они с профессором Эйвом отлично бы поладили.

— Мне… просто не нравится, как он говорит о принцессах. И про принцессу Дензу…

Принцессу Дензу? Какое отношение она имеет к легенде? Или у него просто проблемы с монархией?

— Поезд прибудет в Холлоу Шейдс через пятнадцать минут, — раздалось из динамиков наверху. — Конечная остановка. Просьба всем пассажирам покинуть вагоны. Благодарим за то, что воспользовались Эквестрийским Экспрессом; надеемся, Ваше путешествие было приятным.

— О! Мне стоит начать прибираться, — воскликнула Пинки. — Вы пойдёте к профессору сегодня? Мне нужно домой, но мы могли бы встретиться на главной площади ближе к ночи! Я должна освободиться часам к восьми! И тогда как раз начинает работать уличный рынок! Повеселимся на славу!

— Звучит здорово, — сказала Флаттершай, с благодарностью приняв кексик, откусила чуть-чуть и улыбнулась Пинки, внимательно наблюдавшей, понравилось ли ей. Прежде чем взять своё лакомство, Рэрити достала кошелёк, но Пинки тут же замахала копытом.

— А, ничего не надо! Я угощаю! — заявила она, хоть единорожка и пыталась настоять. Затем она достала небольшой листок и ручку и написала указания, как добраться и до главной площади, и до дома профессора. — Вот, держите! Теперь не заблудитесь.

— Значит в восемь, дорогуша, — сказала Рэрити, взяв листок и свой кексик. Она надеялась, что беседа с профессором пройдёт гладко, и она получит все необходимые им — ей и Твайлайт — ответы.

* * *

Рэрити была разочарована: они заявились к дому профессора лишь затем, чтобы выяснить, что он уехал и не вернётся до завтра. Хотя Флаттершай и поспешила напомнить ей, что завтра у них будет целый день на встречу с ним, это не очень-то помогло облегчить разраставшуюся досаду единорожки. Профессор мог дать необходимые ей ответы, и она сама не ожидала насколько будет тяжело оказаться столь близко и в то же время далеко от цели.

Немного посетовав на своё ужасное невезение, подруги решили сразу перейти к прогулке по городку — заняться больше всё равно было нечем.

Побродив по улицам, Рэрити смогла увидеть Холлоу Шейдс во всей красе, чего бы не случилось, будь она занята расспросами профессора Эйва.

Было бы ложью сказать, что Холлоу Шейдс не выглядела мрачной. А что ещё можно ожидать от городка, находящегося в гуще высокого леса, который был практически сродни Вечнодикому? Здесь царили вечные сумерки, а лучи солнца, пробивавшиеся сквозь кроны деревьев, едва достигали земли. И всё усугубляла Жеребячья гора, которая нависала над поселением, словно защищая Холлоу Шейдс от солнца.

Дабы развеять эту нескончаемую темень, в городке повсюду были расставлены изящные факелы, горящие бесконечно благодаря какому-то огненному заклинанию. Рэрити выделила время, чтобы осмотреть один из них поближе, и с удивлением обнаружила, что на многих факелах, если не на всех, у основания было выгравировано изображение полной луны.

Более того, подобные изображение были не только на факелах. Декоративные бумажные фонари, которые можно было встретить то тут, то там, тоже несли на себе лунную символику, но что ещё важнее, так же были украшены и дома.

По всему городу тут и там стояли тёмно-синие здания, которые можно назвать самым заметным примером восхищения ночной тематикой жителями Холлоу Шейдс. На дверях каждого такого дома была изображена белая полная луна. Окна же, в свою очередь, были сделаны в форме полумесяцев, а на всех стенах были выгравированы звёзды.

Один из жителей поведал им, что изображения были копиями созвездий в небе, и Рэрити неожиданно поняла, как сильно захотела, чтобы Твайлайт была здесь. Рэрити не знала названий созвездий, но была уверена, Твайлайт в этом вопросе знаток, и она была бы рада поделиться знанием. Как знать, может, однажды Твайлайт и доведётся увидеть Холлоу Шейдс своими глазами? Или же они могли бы и не усложнять всё так и просто посмотреть на ночное небо?

Также вокруг города было немало хижин, располагавшихся на наиболее крепких ветвях деревьев. Рэрити так и представляла, какой популярностью они пользуются у местных жеребят. Погрузившись в атмосферу, царившую в городе, она поняла, почему Ночи Поисков в Холлоу Шейдс считаются безоговорочно лучшими.

Ни для кого не было секретом, что Холлоу Шейдс была одним из популярнейших туристических мест Эквестрии; в конце концов, даже Свити Белль вся обзавидовалась из-за поездки сестры. Бесспорно, находиться посреди города, словно попавшего сюда прямиком из сказки, было крайне притягательно. Однако главным украшением были местные жители.

Жеребята, жеребцы и кобылы — все (или почти все) носили длинные плащи, хотя большинство не надевало капюшон; некоторые единороги левитировали перед собой старые фонари. Они были довольно дружны: радостно приветствовали друг друга — без сомнения потому, что поселение не было даже с половину Понивилля по величине, так что знать всех в округе было несложно. Столь же гостепреимны они были к бродящим туристам, легко заметным по отсутствию плащей и шеям, увешанным камерами на ремнях.

Кстати о камерах…

Щёлк!

— Вот так! — воскликнула Рэрити, глядя, как её камера выталкивает сделанную ею фотографию прелестного узора из созвездий на доме неподалёку. Она подождала, когда изображение проявится, прежде чем показать свой шедевр Флаттершай.

— Что скажешь? Может, мне следует забросить моду и последовать моему призванию профессионального фотографа?

Пегаска засмеялась, взяла фотографию и одобрительно кивнула.

— Как думаешь, что это за созвездие? — спросила она, передавая изображение обратно подруге, и взглянула на запечатлённую стену.

— Нужно спросить об этом Твайлайт, когда вернёмся домой, — ответила Рэрити, отдав камеру и фотографию пегаске, убравшей их на хранение в седельную сумку. Она ещё раз посмотрела на нарисованную на двери луну, восхищаясь тем, с какой заботой был сделан каждый мазок.

Изображение было вписано безупречно, а рассмотрев его поближе, единорожка заметила, что художник зашёл так далеко, что даже добавил на луну кратеры.

— Припоминаю, Пинки Пай рассказывала, что пони в этих краях весьма почитают принцессу Селену, — сказала Рэрити, по-прежнему любуясь рисунком. И пускай Твайлайт ранее упоминала настоящее имя принцессы — Луна, кажется? — для неё было довольно тяжело заменить имя, знакомое ей всю жизнь.

— Думаешь, она может быть где-то неподалёку? — спросила Флаттершай, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что никто из местных не мог их услышать. — Принцесса Твайлайт в лесу, так может принцесса Селена в лесу Холлоу Шейдс?

Рэрити прикусила губу. Это было вполне вероятно, конечно, но…

— Её бы уже нашли, ты так не думаешь? — отметила единорожка, сочувственно улыбнувшись в ответ на расстроенный вздох подруги. — Хотя звучит логично, дорогуша. Возможно, мы могли бы поспрашивать вокруг, может что и узнаем!

Рэрити вспомнила, что в её версии легенды утверждалось, что принцесса Селе — принцесса Луна — была заточена внутри горы. Конечно, с тех пор, как оказалось, что в той версии было упущено руководство по освобождению Твайлайт, она стала относиться к ней слегка недоверчиво. И если бы не подсказка Книжника, Твайлайт могла бы остаться взаперти до кончины Рэрити или и того дольше.

Это была ещё одна из деталей, о которой она хотела проконсультироваться с профессором Эйвом: как узнать наверняка, что касательно легенды правда, а что ложь. Холлоу Шейдс была окружена двумя огромными горами, и ей не хотелось бы разрывать их до основания, если только она не будет совершенно точно, на все сто уверена, что принцесса Луна в одной из них.

— Что ж, надеюсь, мы что-нибудь узнаем, — с энтузиазмом сказала Флаттершай, вдохновлённая положительным настроем подруги. — Принцесса Твайлайт будет очень рада, если мы вернёмся с новостями про других принцесс.

Однако уже было близко к восьми часам, так что спутницы решили наконец-то пойти на главную площадь. Подходя всё ближе и ближе, они смогли услышать громкую музыку и самый разнообразный шум и гам, не говоря уже о доносящемся запахе всяческих вкусностей.

Оказавшись на месте, Рэрити задалась вопросом: как, Эквестрии ради, они собираются найти Пинки Пай? Площадь была битком набита пони и прилавками. Неужто всё население Холлоу Шейдс решило собраться здесь одновременно? Играли уличные музыканты, заглушаемые гулом туристов, местных жителей и торговцев, зазывающих купить их «статуэтки по специальной скидке!» и попробовать «уникальный салат Холлоу Шейдс из жареных ромашек!»

— Смотри, какая толпа, — отметила Рэрити, стоя на кончиках копыт в попытке отыскать их персонального гида. Пинки не должно быть так сложно заметить с её-то пышной гривой и яркой шёрсткой, которая должна выделяться на фоне окружения в тёмных тонах.

— Видишь где-нибудь Пинки, Флаттершай?

— Думаю, она вон там, — сказала та, задумчиво нахмурившись и указав на укромный уголок, в котором в одиночестве стояла кобылка в плаще с капюшоном.

Пони, по-видимому, просто шаркала копытом по земле, но даже с накинутым капюшоном, её розовые грива и шёрстка выглядывали наружу. И всё же, насколько могла сказать Рэрити, что-то с ней было не так. Кобылка, стоящая вдали, непрерывно оглядывалась вокруг и, что куда важней, отворачивалась каждый раз, когда рядом проходил кто-то из местных, будто не хотела контактировать или говорить с кем-либо. Она вела себя вовсе не так, как в поезде, и совершенно точно не столь жизнерадостно, как во время Ночи Поисков.

— Думаешь, что-то не так? — спросила Флаттершай, тоже заметив странное поведение Пинки.

— Давай узнаем? — предложила Рэрити, взяв инициативу на себя, и направилась в сторону земнопони.

— Пинки Пай! — позвала единорожка, помахав кобылке вдали, чтобы привлечь её внимание.

Перемены не заставили себя ждать. Увидев двух кобылок, Пинки Пай со вновь появившимся энтузиазмом шустро помахала в ответ, тут же с её гривы откинулся капюшон.

— Рэрити! Флаттершай! — отозвалась она, практически вприпрыжку побежав навстречу.

«Это однозначно была резкая смена поведения» — подумала Рэрити, блистательно улыбаясь кобылке.

— Я так рада, что вы смогли прийти! — воскликнула Пинки, мчась вперёд, чтобы обнять Рэрити и Флаттершай. — Как прошла встреча с профессором? С вами он тоже вёл себя как большая вредина?

— Увы, его даже не было дома, — вздохнула единорожка, тряся головой. — Придётся попытать счастья завтра.

Пинки Пай сочувственно улыбнулась.

— Оу, ну, ничего страшного! Нас ждёт впереди столько веселья! — заявила она, каким-то образом достав из гривы свиток. Развернув его, она начала зачитывать список весёлых занятий, очевидно, запланированных ею заранее.

— Мы пройдёмся по прилавкам, попробуем фирменные жареные овощи Холлоу Шейдс, затем купим бомбу кошмаров, а потом… Я не знаю! Уи-и-и!

— А твоя подруга Лулубай? — спросила Флаттершай, улыбаясь энтузиазму Пинки. — Она не хотела бы присоединиться к нам?

И вдруг, ни с того, ни с сего Пинки поникла.

— О, эм… Муни не может! — поспешно объявила она, нервно посмеиваясь и теребя ожерелье на шее.

— Ох? Почему же? — спросила Рэрити. Она полагала, Пинки хотела бы провести время с Лулубай: всё же она только вернулась в Холлоу Шейдс. — Что-то не так?

— Она дома, болеет. Ей пока нельзя выходить, но однажды я помогу ей поправиться, и она сможет, — ответила Пинки почти машинально, точно отвечала так уже много раз.

Рэрити решила не давить и вместо этого перевела внимание на плащ Пинки.

— Я заметила, носить плащ здесь что-то вроде традиции, — отметила она, протянув копыто в сторону Пинки. — Можно взглянуть?

— Конечно! — энергично ответила та и в ту же секунду сняла плащ, чтобы модельерша могла получше его рассмотреть. — У всех в Холлоу Шейдс есть такой. Хотела прихватить и вам, но у меня нет запасных…

— О, ничего страшного, — сказала Флаттершай, пока Рэрити была захвачена изучением нового предмета одежды.

Он был из чёрного льна с мягкой бархатной подкладкой. Хороший дизайн, но Рэрити, возможно, сделала бы по-другому. Практически бессознательно она начала мысленно вносить необходимые правки в дизайне, пока её внимание не привлекла одна несовершенная метка на плаще. Рядом с каймой был ещё один полумесяц, в этот раз вышитый на ткани. Довольно странно, однако украшение выглядело неряшливо, грубо, будто вышивалось жеребёнком.

Она пригляделась внимательней и заметила следы строчки в форме ровного круга. Здесь раньше была полная луна? Учитывая эмблему города, было бы неудивительно; из этого могло следовать лишь одно: Пинки сама спорола луну, чтобы заменить полумесяцем. Любопытно… разве ей не нравится, как выглядит полная луна?

— Как, нравится? — широко улыбаясь, спросила Пинки, приняв столь тщательный осмотр за знак одобрения.

— О, ещё как! Отлично вписывается в атмосферу города, — любезно ответила модница, передавая плащ хозяйке. — Хотя не могу не полюбопытствовать… Почему украшения в городе имеют столь выразительный акцент на ночной тематике? Это как-то связано с легендой о четырёх принцессах?

Пинки хихикнула.

— Что ж…Это жуткая история, но могу рассказать, если хотите… — она затихла, улыбка из довольной стала зловещей, очевидно, в попытке создать настроение, соответствующее атмосфере города. Досадно, но всё провалилось, потому что она была совершенно беспомощна в тщетных попытках скрыть жеребячий восторг.

— Идёмте! За мной! — прокричала она, чуть ли не срываясь на галоп, словно кобылка, спешащая в магазин сладостей, и не замечая умильных взглядов, которыми обменялись Рэрити и Флаттершай.

Подруги протискивались сквозь толпу, следуя на площадь за Пинки. Рэрити ещё раз осмотрела всё вокруг, заинтересованная товарами. Прилавки, мимо которых они проходили, были забиты сувенирами, все они, как она с запозданием обнаружила, были посвящены легенде о четырёх принцессах. Она остановилась у одного продавца, чтобы получше изучить ассортимент.

На выбранном ею прилавке можно было найти несколько десятков рядов маленьких аликорнов из папье-маше, которые, как она поняла, были воплощением принцесс из легенды версии Холлоу Шейдс. Она с первого взгляда узнала принцессу Кейденс Первую, ведь та с виду была практически один в один принцесса Денза. Рядом стоял светло-синий аликорн с белыми метками и жёлтой гривой, а её кьютимарка в форме солнца выдавала в ней принцессу Саншайн. За ней шла принцесса Селена — аликорн в тёмных тонах с полной, как она и ожидала, луной на месте кьютимарки.

— О! Хочешь купить что-нибудь, Рэрити? — спросила Пинки из-за её плеча. Она посмотрела на продавца и, помедлив секунду, поприветствовала его. — Привет, Стар Тёрн!

— Привет, Пинки, — ответил тот, улыбнувшись в ответ. — Здорово видеть тебя дома.

— Это принцессы, ведь так? — спросила единорожка, когда Пинки обернулась к ней. — Из легенды?

Наконец её взгляд упал на последнего аликорна, и она не смогла удержать расползающуюся на лице полную умиления улыбку. Она взяла в копыто белого аликорна с кьютимаркой в виде свитка и невероятно милыми очками на переносице. Даже Флаттершай была заинтересована, она так же взяла одну из «Твайлайт» и легонько улыбнулась. Может, им стоит купить одну для настоящей Твайлайт?

— Агась, они самые! — воскликнула Пинки. — Вот это принцесса Кейденс, — начала она, указывая на розового аликорна. — Затем идут принцесса Селестия, Луна и принцесса Твайлайт!

— Принцесса Твайлайт? — в унисон спросили подруги.

«И принцесса Луна? — подумала Рэрити. — Разве не именно так называла ночную принцессу Твайлайт?» От такого количества информации у Рэрити закружилась голова. Не могло ведь это быть совпадением? Чтобы Пинки знала имена и Твайлайт и Селе… Луны? Сейчас как никогда она жалела, что Твайлайт нет рядом и она не может спросить её совета.

— Эти имена, откуда они взялись? — спросила Рэрити, ей пришлось поставить фигурку Твайлайт, иначе она бы её сломала, сдавив в копытах слишком сильно. — Кто их придумал?

Пинки захихикала.

— Это я и собиралась вам рассказать, глупышка, однако ты остановилась и стала разглядывать маленьких принцесс. — игриво покачивая головой, сказала она. — Пошли! Я расскажу, как только дойдём до статуи!

Тут она опять глянула на Стар Тёрнера и нервно ему улыбнулась.

— Эм, до скорого, Стар Тёрнер!

Он улыбнулся в ответ.

— Пока, Пинки, — только он договорил, — Рэрити могла поклясться — его улыбка сменилась ухмылкой, и он добавил: — Обязательно передавай привет Мунлайт Лулубай от меня.

Странно, но это смутило Пинки.

— Ох, эм, передам! Передам… — она откашлялась и обернулась к подругам с намного более искренней улыбкой. — В путь!

И на этом их экскурсия продолжилась; Рэрити прикладывала максимум усилий, чтобы не задерживаться у различных прилавков теперь, когда её любопытство разыгралось не на шутку. Они шагали всё дальше вглубь площади, пробиваясь сквозь множество пони, упорно торчащих посреди пути, и наконец достигли центра, где находилась внушительных размеров статуя принцессы аликорна.

— Вот мы и на месте! — воскликнула Пинки, встав около статуи и указывая на неё копытом.

Скульптура не была похожа ни на одну из статуй принцесс, смутно припоминаемых Рэрити после поездки в Кантерлот. Аликорн — которой, как она предполагала, была принцесса Луна — сидела на пьедестале; её крылья и спина были скрыты длинным плащом, над которым скульптор проделал колоссальную работу. Кьютимарка была не видна под плащом, но на месте, где у Пинки был изображён полумесяц, Рэрити заметила вырезанную полную луну. Носят ли местные жители плащи из-за статуи, или наоборот? Но сколь бы ни были впечатляющими детали плаща, однако по-настоящему поразило единорожку выражение лица принцессы.

— Она выглядит такой грустной, — прошептала Флаттершай, и Рэрити не могла не согласиться.

Принцесса Луна глядела вдаль, ушки прижаты к голове, глаза кроткие, словно она смирилась. Как статуя может передавать такое смирение и меланхолию? Чем дольше смотрела Рэрити, тем сильнее становилось чувство, будто сердце сжимает чьё-то безжалостное холодное копыто. Её взгляд опустился к основанию статуи на металлическую табличку, и слова, написанные на ней, лишь усугубили её печаль.

«Может быть, судьба моя — забвение, теперь и во снах, как когда-то в жизни».

«Зачем кому-то создавать такую печальную статую?» — размышляла Рэрити. Скульптуры в Кантерлоте были полны надежды, ими было приятно любоваться, но эта… Она красива, конечно, и работа сделана изысканно, но выражение… Внезапно, как гром среди ясного неба, Рэрити поняла, почему статуя произвела на неё такое сильное впечатление: она видела это выражение раньше. Выражение пони, потерявшей всякую надежду. Точно такое же она видела на лице Твайлайт, когда та ей сказала, что никогда не освободится из библиотеки. Была ли принцесса Луна, потерянная для всех, поистине столь несчастной и смирившейся, как изображавшая её статуя? Такой же, как когда-то была Твайлайт и, чем Рэрити была раздосадована, вполне возможно остаётся до сих пор?

— Почему скульптор решил изобразить её именно так? — подумала вслух единорожка, пребывая в ужасе от одной идеи о том, что кто-нибудь сделает подобную статую Твайлайт.

Пинки, невероятным образом умудрившаяся не заметить, что её новые подруги не были в восторге от увиденного, выглядела ужасающе взволнованной возможностью ответить.

— Ну-у-у-у, всё потому…

— Такой её видел основатель Холлоу Шейдс в своих снах.

Рэрити и Флаттершай обернулись и увидели рядом с Флаттершай пожилую пегаску, опирающуюся на трость и глядящую на статую принцессы. На ней был точно такой же, как и у всех, плащ с изображением полной луны. «Значит Пинки всё же переделала свой…»

— О! Старейшина Муншайн! — воскликнула Пинки, метнувшись к той для мягких, но полных энтузиазма объятий. Затем она указала на Рэрити и Флаттершай, представляя их.

Старейшина тепло улыбнулась подругам.

— В нашем маленьком городке всегда рады посетителям. Не так часто к нам заглядывают из Понивилля, — после этих слов она повернулась к Пинки Пай, улыбнувшись ещё шире.

— Ах, должна сказать, хорошо вновь тебя видеть дома, дитя. Холлоу Шейдс без тебя не та, — сказала она и легонько похлопала тростью Пинки по голове. — Научилась ли ты любить и ценить место, где выросла, а не уматывать прочь когда вздумается? Куда странствующий пекарь Холлоу Шейдс умчалась на этот раз?

— Тол Теилс! — бодро ответила Пинки, подпрыгивая на месте. — Лулубай отправила меня туда поспрашивать про её сестру!

— Лулубай? Ты про Мунлайт Лулубай? — в тот же миг старейшина помрачнела, отвела трость назад и покачала головой. — Пинки… Мы ведь об этом уже говорили… Как ты можешь ожидать серьёзного отношения к себе со стороны остальных, когда… — она бросила взгляд на Рэрити и Флаттершай, вспомнив об их присутствии, и замолкла. — Дитя, возможно, вскоре нам предстоит ещё разговор…

— Но, старейшина… — удручённо ответила Пинки. Она подняла копыто и ухватилась за ожерелье необычайно жалостливым движением. — Вы ведь дали Пинки-клятву…

Старейшина Муншайн пристально посмотрела в ответ, постукивая тростью по земле.

— Обещала, и правда ведь, — она издала звук, который Рэрити могла описать лишь как вздох смирения, и улыбнулась Пинки. — В таком случае, остаётся надеяться, что Лулубай будет полезна добытая тобой информация.

Как ни в чём не бывало Пинки снова засияла позитивом, и на её лице появилось выражение неописуемого облегчения.

— О-о! О, конечно полезна! Ещё как! — воскликнула она, вновь подпрыгивая на месте. — Она будет та-а-ак рада, старейшина!

В ответ раздалось ворчание.

— Постараюсь надеяться на это. Отправляет тебя невесть куда, — тут пожилая пегаска снова посмотрела на гостей, постукивая тростью по статуе. — Ну да ладно, вы ведь интересовались этой статуей?

— О, да! — воскликнула Рэрити, обрадованная, что вновь может поучаствовать в беседе. Она бросила взгляд на скульптуру, и у неё в голове опять промелькнул образ Твайлайт. — Это ведь одна из принцесс из легенды? Принцесса Селе… эхм, в смысле, принцесса Луна?

— Да, она самая, — ответила старейшина, водя тростью по контуру статуи. — Давным-давно, когда на этом самом месте был тёмный лес, пожилой жеребец Холлоу Шейдс заблудился в лесу, и на него напали разбойники. Они оставили его умирать в лесу — его могиле, рядом с Жеребячьей горой — его надгробием. Так что он позволил себе окунуться в сон, ожидая, что тот будет его последним, но был снова атакован, на сей раз кошмаром про бандитов.

— Сейчас начнётся про принцессу! — прошептала Пинки, оживлённо толкая Рэрити.

Старейшина усмехнулась, прежде чем продолжить.

— Только разбойники во сне собирались с ним покончить, как появилась она, — пегаска слегка постучала по статуе. — Пропавшая принцесса из легенды явилась спасти его во сне. Позднее он рассказывал о её небывалой красоте о её гриве из серебра ночной глади и нежном очаровании, о её плаще, которым она вытерла с него кровь, пролитую бандитами.

— Несколько дней спустя, когда он, измождённый и в бреду, добрался до ближайшего города , он беспрестанно твердил о ней, помешавшись на произошедшем. Он вырубил деревья и построил дома для своей семьи в надежде, что и к ним во сне явится принцесса. Когда же он скончался спустя несколько месяцев, спятив на последних неделях жизни, жители деревни возвели статую в честь его и сна, что привёл к основанию поселения. Они изобразили принцессу именно так, как он её описывал: одинокая кобылка, считающая, что её никогда не найдут.

— Как грустно… — прошептала Флаттершай, и Рэрити задалась вопросом, представляла ли она тоже Твайлайт в таком положении.

Единорожка посмотрела на статую в другом свете.

— Это… правда? — спросила она. — Это всё и правда произошло?

— К сожалению, я не знаю. Слишком много воды утекло с момента основания поселения, — продолжила старейшина, опустив трость на землю. — Видел ли он на самом деле принцессу, или в силу отчаянной ситуации ему приснился спаситель? А может, это сильно приукрашенная версия куда менее интересной истории? Это уже решать вам. Правда это, или вымысел, как минимум впечатляющая история для туристов, — добавила она с усмешкой.

— Это не выдумки! Всё так и было! — возразила Пинки, топнув копытом.

Старейшина нахмурилась, словно раздражённый взрослый, столкнувшийся с непослушным жеребёнком.

— Это тебе Мунлайт Лулубай сказала, Пинки?

— Д-да… — ответила та, беспомощно тряся головой, снова топая копытом и беспрестанно повторяя. — Да, она сказала, старейшина!

«Видимо, эта Мунлайт Лулубай весьма осведомлена о легенде» — подумала Рэрити. Она задумала, а не стоит ли ей наведаться и к Мунлайт Лулубай, а не только к профессору Брейзнед Эйву. Хотя, если та больна, сможет ли Рэрити с ней повидаться? Доходы бутика не были такими уж баснословными, чтобы она могла позволить вторую поездку в Холлоу Шейдс в скором времени, но…

Старейшина поворчала и издала очередной вздох.

— Пинки… — покачала она головой и трижды постучала тростью по земле. — Ну, хватит об этой старой статуе. У нас тут ещё много на что можно посмотреть, — сказала она, указывая на прилавки вдали. — Ещё не пробовали жареные овощи Найтшайна? Они так хороши, что иногда мне кажется: они единственная причина, почему к нам едут туристы!

— О! Отличная идея! — подхватила Пинки, принюхавшись и прищурив глаза. — Они вон там!

Она попрощалась со старейшиной и вприпрыжку отправилась к цели, поторапливая Флаттершай и Рэрити идти следом.

Флаттершай тоже попрощалась с пожилой пегаской и последовала за Пинки, но Рэрити задержалась чуть дольше, взяв у подруги камеру и сказав идти вперёд.

Старейшина ещё никуда не ушла, и Рэрити этим воспользовалась:

— Старейшина Муншайн, позвольте задать вам вопрос? Имена принцесс, откуда они взялись?

— Кто знает, — ответила кобыла, пожав одним плечом. — Я считаю, что они появились во времена Холлоу Шейда, но наверняка никто не знает. Может, «принцесса Луна» ему их сказала? — предположила старейшина и усмехнулась. Подобное неверие в историю встревожило Рэрити.

— А ты, — опершись на трость, начала кобыла и посмотрела на статую: — Сама-то веришь в эту историю?

— Не знаю, — честно ответила Рэрити. Если то действительно была принцесса Луна, и она действительно могла общаться с ним… — Почему она просто не сказала ему, где находится? Кто-нибудь бы уже нашёл её, да?

Она, по крайней мере, была не как Твайлайт, которая пряталась даже от тех пони, которые забредали к ней в библиотеку.

— Ну, для этого сначала надо было поверить в саму историю, — заметила старейшина Муншайн. — Позволь спросить, вот тебе приснилась принцесса и сказала проснуться и сломя голову бежать в опасные горы, чтобы «спасти» её, ты бы побежала? И это при условии, что ты вообще вспомнишь, о чём был сон.

— Я… да, побежала бы, — запоздало ответила Рэрити. Пусть и нерешительно, но зная о Твайлайт, единорожка была готова поверить почти во всё.

Старейшина задумчиво посмотрела на Рэрити и улыбнулась:

— Тогда ты будешь второй. — Она повернулась к статуе: — Возможно поселенцы и верили в легенду, но теперь она служит лишь для привлечения туристов и развлечения жеребят. — Пегаска кивнула в сторону двух веселящихся жеребят, у одного из которых были самодельные картонные крылья и корона. — Я бы сказала, что только дети в нашей деревне и верят в принцесс, словно они взаправду существуют, как принцесса Денза. Но и они в конечном итоге вырастут из этой легенды. — Старейшина посмотрела вдаль, на Пинки Пай, которая показывала Флаттершай что-то похожее на хранитель снов у одного из ларьков. — Ну, кроме одной.

«Пинки Пай?»

Если подумать, то Пинки ещё в Ночь поисков говорила, что считает историю правдой, но Рэрити едва ей тогда поверила, посчитав, что земнопони старалась таким образом просто привлечь внимание.

«Я и Свити не верила» — отчитала себя мысленно единорожка. Ей действительно стоило извинится перед сестрой. Если бы не её глубокая вера в принцессу, Свити возможно никогда бы не пошла в лес, а Рэрити бы никогда не встретила Твайлайт.

— Пинки Пай? То есть она…

Старейшина кивнула.

— Скажи мне, рассказывала ли она тебе о кобыле по имени Мунлайт Лулубай? Обычно она называет её Муни.

— Да… Она её лучший друг вроде как? Мы поинтересовались у Пинки Пай, отчего она не позвала её сегодня погулять с нами, но она ответила…

— Что Мунлайт Лулубай дома, болеет. Ей пока нельзя выходить, но однажды Пинки поможет ей поправиться, и она сможет, — прервала пожилая пегаска, фактически закончив ответ Рэрити за неё. — Так?

— Т-так да, — подтвердила единорожка, изумлённо глядя на старейшину.

«Слово в слово…»

Вздохнув, кобыла грустно посмотрела на Пинки.

— Похоже, вы ей очень нравитесь. Может, хоть вас она услышит, — Старейшина Муншайн сделала паузу, словно тщательно обдумывая следующие слова. — Мунлайт Лулубай не существует.

— Прошу прощения? — удивлённо вопросила Рэрити. — Что значит «не существует»?

— Она её… — старейшина запнулась и посмотрела на единорожку, и Рэрити была почти уверена, что кобыла её пристально изучает. Спустя секунду, старейшина Муншайн, похоже найдя для себя то, что искала, продолжила: — Она её воображаемый друг, так сказать.

— Воображаемый друг?

— Да, — кивнула кобыла, — хотя у Мунлайт Лулубай было другое имя, когда Пинки была жеребёнком. — Пегаска подняла трость и постучала ею по статуе. — Она рассказывала, что принцесса Луна, её подруга, приходила к ней во снах.

Глаза Рэрити округлились.

— Но это прямо как в той истории, что вы нам рассказали!

— Не спеши с выводами, юная леди, — ответила старейшина, опустив трость обратно на землю. — Погляди на жеребят вокруг. Не такая уж редкость — услышать, как они будили своих родителей, чтобы рассказать о принцессе Луне, посетившей их во сне. Конечно, мы им потакаем. Вера в то, что принцесса оберегает их сны, помогает им спать спокойно. Вот и Пинки мы потакали, когда та была маленькой кобылкой и бегала по городу, рассказывая о принцессе. Конечно, когда жеребята подрастают, принцесса перестаёт «посещать» их, но Пинки…

Выражение на её лице смягчилось, и она перевела взгляд на землю, ковыряя кончиком трости в земле.

— Пинки упрямое дитя, что хорошо, и в то же время плохо. Всё время рассказывала окружающим о принцессе Луне, и что её необходимо спасти. Поначалу выглядело как глупая причуда, но спустя месяцы и даже годы, пони устали от взрослой кобылки, пытающейся всех убедить в том, что её заявления правдивы. Большинство просто стало её игнорировать, но некоторые…

Она вздохнула.

— Некоторые начали над ней насмехаться, особенно те, что росли вместе с ней. Было время, когда я не видела её ни с кем вместе, или же видела, как хихикают ей вслед. Стоило хорошенько махнуть тростью, и они прекращали, но, боюсь, это помогало не сильно. Она ведёт себя так, словно не придаёт им значения, но однажды принцесса Луна пропала, её заменила вечно больная Мунлайт Лулубай. Это печально, но я понимаю, почему она сбегает отсюда при любой возможности.

— Как ужасно, — прошептала Рэрити, почувствовав неописуемое сочувствие к улыбающейся кобылке, что махала ей со стороны прилавков.

— Бедная Пинки Пай…

Пережить такие мучения? Было бы с ней то же самое, не поверь ей никто про Твайлайт? Рэрити вспомнила недавний комментарий продавца, и обрадовалась, что решила ничего у него не покупать.

— Я хотела бы ей верить, — продолжила старейшина, на лице ещё больше грусти от брошенного в сторону Пинки взгляда. — Но когда заданные тобой ранее вопросы поднимаются в наших беседах, на них никогда не бывает ответов. Где принцесса? Она никогда не знает. Тяжело ей поверить, когда она сама, ну, не может предоставить доказательств существования принцессы Луны. Сделай она это, и даже в своём преклонном возрасте я бы последовала за ней к принцессе, но…

— Я понимаю и уверена, она всё равно ценит вашу поддержку, — сказала Рэрити, сочувственно улыбаясь пегаске. Она наконец воспользовалась камерой и сделала снимок статуи, прежде чем отправиться дальше.

— Благодарю вас, старейшина Муншайн. Даю слово, ваше доверие будет оправдано.

— Надеюсь, что так. Ты выглядишь хорошей пони, и, принцессы милостивые, Пинки не помешает друг в этом городе, — она притихла ненадолго и посмотрела на статую. — Иногда я надеюсь, что Лулубай в самом деле где-то здесь, составляет компанию бедному дитя.

— Рэрити! — окликнула Пинки, прерывая беседу о себе. — Очередь за овощами становится длинной!

— Минуточку! —ответила единорожка, в последний раз поворачиваясь к пожилой пегаске. — Я не так хорошо знакома с Пинки, старейшина, но всё же у меня сложилось впечатление, что недостаток друзей в Холлоу Шейдс она с лихвой компенсирует друзьями за пределами этого леса.

* * *

— О чём ты разговаривала со старейшиной, Рэрити? — поинтересовалась Флаттершай, выкинув одноразовую тарелку. Они только доели необыкновенно вкусные овощи, а Флаттершай они понравились настолько, что она взяла ещё порцию. — Вы довольно долго болтали.

— Боюсь, я не могу тебе рассказать, дорогуша. Не сейчас, по крайней мере, — ответила единорожка, тоже выкинув тарелку в урну.

— О-ой, я не собиралась лезть в чужие дела, — поспешила ответить подруга.

— Я знаю, дорогуша. Поверь, я сама хочу тебе рассказать, но мне кажется, будет правильным сначала поговорить с Пинки. В конце концов, речь пойдёт о ней.

На самом деле Рэрити собиралась спросить про «Мунлайт Лулубай» — или ей стоит сказать «принцессу Луну» — сразу же, как присоединилась к ним после беседы со старейшиной, но в конечном счёте решила повременить. Про Пинки можно было сказать, что она отлично проводит с ними время, и Рэрити вовсе не хотела случайно испортить вечер кобылке, затронув неприятную тему.

И то, что она уклонилась от ответа на вопрос Пинки, касательно её разговора со старейшиной, никак не помогало начать такой разговор. Проблеск осознания промелькнул в глазах земнопони, точно она поняла, что они обсуждали её и «Мунлайт Лулубай». После этого Пинки незамедлительно оставила эту тему, что, как полагала Рэрити, явно давало понять о нежелании поднимать этот вопрос.

— Кстати о Пинки, куда она умчалась? — спросила единорожка, оглядываясь в поисках розовой пони. Нужно признать, она была слишком занята, испепеляя взглядом жеребца, запихивавшего себе в рот целую тарелку овощей за раз, и не обратила внимания, что сказала земнопони перед уходом.

— Сказала, хочет нам что-то купить, — ответила Флаттершай. Она нахмурилась и задумчиво прикусила губу. — Бомбу кошмаров, вроде бы?

Рэрити приподняла бровь.

— Бомбу кошмаров? Ух ты, ну разве это не интересно звучит, — с хихиканьем ответила она. — И как подходит для поселения, украшенного в стиле принцессы Селены!

«И, вполне возможно, защищаемого ею…»

Флаттершай громко сглотнула.

— Думаю, звучит устрашающе…

Рэрити лишь улыбнулась и обратила своё внимание на прилавок неподалёку. Её взгляд остановился на странно выглядевшем тёмном существе с ярлыком «Дух хаоса» снизу. Она взяла его, притворяясь, что способна одолеть его столь же легко, как держит статуэтку в копытах. Дух, которого все страшатся, пленивший Твайлайт. Как там Твайлайт сказала его зовут? Дискорд? Может ей стоит купить фигурку для аликорна, чтобы была возможность выместить наверняка накопившуюся злость к Духу.

— У нас ещё обереги есть, — сказал продавец, заприметив интерес Рэрити к фигурке. Он указал на два идентичных ожерелья, свисающих с верхушки торговой палатки, с маркировкой «Парные ожерелья-обереги от Духа» над ними.

— Можете купить один отдельно, но лучше покупать в наборе.

Рэрити левитировала ожерелье поближе, чтобы рассмотреть. Прозрачные кристаллы были вырезаны в длинную, слегка округлую форму.

— Говорите, они защищают от Духа из легенды? — спросила она, рассматривая возможность, что ей вполне может пригодиться нечто подобное.

— Конечно, мадам! На них наложены сильные оберегающие чары, которые работают ещё лучше, если их носят двое! Одно носите сами, а второе дайте кому-то, кто вам дорог. Тогда вы будете под защитой не только чар, но и будете защищать друг друга! И ведь ничто так не сближает, как сражение с общим врагом, вы согласны? — распинался продавец, без сомнения, просто заговаривая зубы наивным туристам, чтобы продать побольше безделушек.

И всё же, Рэрити и близко не была наивной туристкой, но всерьёз задумалась о покупке пары ожерелий. Жест, способный сблизить их с Твайлайт — звучит здорово.

— Что думаешь, Флаттершай? — спросила она, показывая ожерелья подруге. — стоит ли взять второе для Твайлайт?

— О, я думаю, это замечательная идея, Рэрити, — ответила пегаска, взяв одно ожерелье копытом.

— Хм… Ты думаешь? — продолжила единорожка, разглядывая украшения поближе. — Сомневаюсь, что она сможет его надеть, учитывая её… состояние?

Рэрити собралась было левитировать ожерелья на место.

— Думаю, поищу ей что-нибудь другое.

— Ох, но я уверена, прин… Твайлайт оно понравится, Рэрити! Может, она могла бы использовать его по-другому? — предположила Флаттершай. — Как закладку? Или украшение?

Рэрити обдумывала услышанное.

— Закладку? На самом деле, мне очень даже нравится эта идея! — воскликнула она, доставая кошелёк. Одно будет защищать её от Духа, а другое… защищать книги Твайлайт?

Купив оба ожерелья, одно она тут же надела на себя, а второе попросила Флаттершай положить в сумку. Затем они отправились обратно к ларькам с едой, чтобы дожидаться Пинки и дальше. По пути туда Рэрити игралась с новым ожерельем, пытаясь представить, как, во имя Эквестрии, эти крохотные штучки должны защитить от Духа, способного превратить в призраков могущественных аликорнов.

— Что, если Дух и правда меня преследует? — спросила единорожка, по большей мере сама себя. Она действительно сильно переживала по этому поводу, но произнесла фразу столь безразлично, что ошарашила Флаттершай.

— Д-дух? П-п-преследует тебя? — спросила та, по вполне понятным причинам встревоженно. Так же, как пегаска приняла легенду, Рэрити знала, что мысль о Духе, по-прежнему находящемся где-то рядом, ужасала её.

— Я не знаю, — столь же безразлично продолжила Рэрити. — Помнишь, что я тебе рассказывала? Про кобылку с фермы Эпплов, и что она видела?

— Но я думала, мы сошлись на том, что бедняжке почудилось от страха, — ответила подруга, крайне взволнованным голосом. — Разве не так? Даже принцесса Твайлайт с нами согласилась.

— Полагаю, так и есть! — воскликнула единорожка, осознав, что Флаттершай, возможно, не лучший собеседник для подобной темы. К тому же, утверждение о вызванных страхом галлюцинациях Эппл Блум не были такими уж надуманными. Или были? У Рэрити не было весомых доказательств, что другая «Рэрити» слоняется по округе, и ей вовсе не хотелось, чтобы Флаттершай или даже Твайлайт беспокоились попусту.

— Рэрити! Флаттершай! — Пинки стояла вдали и жестами призывала идти следом. — У меня всё готово!

Флаттершай и Рэрити последовали за Пинки в толпу, в очередной раз пробившись с боем, они покинули скопление торговых палаток и оказались рядом с заброшенным белым домом. Рядом с внешней стеной было несколько мест для костра, некоторые из которых были зажжены. Рэрити не могла не отметить, что жар от них наверняка не лучшим образом сказывался на покраске стены, и стала гадать, как, во имя Эквестрии, кто-то мог решить, что это хорошее место для кострища.

Три жеребёнка ютились у одного из зажжённых костров, единственный из них единорог левитировал над головой красный сферический объект. Рэрити надеялась, учитывая далеко не аппетитный вид, они не собирались это зажаривать и есть, что бы это ни было.

— Смотрите, смотрите! Это бомба кошмаров! — прошептала Пинки, жестами указывая Флаттершай и Рэрити пристально наблюдать.

Окинув взглядом своих товарищей, единорог хихикнул и бесцеремонно кинул бомбу в огонь. От жара сфера треснула и раскололась, выпустив наружу какой-то сизый дым. Языки пламени резко выросли и приобрели такой же цвет, что и он. Жеребята и Пинки явно пришли от этого в восторг. Рэрити же увиденное удивило, а вот Флаттершай похоже напугало.

«Что же, это определённо не так страшно, как я себе представляла,» — подумала Рэрити, разочарованно цыкнув. Однако разочарование длилось недолго. Из шипящего пламени появился неясный силуэт и скользнул на стену, приняв форму огромного пони с крыльями летучей мыши. Жеребята собрались в кучу, заворожённо наблюдая за тенью.

Взгляд Рэрити также был прикован к почти неподвижной фигуре, но затем во всполохе пламени тень исчезла, а огонь снова стал нормальным. Радостный смех жеребят вывел единорожку из ступора, и на секунду она задумалась, стоит ли привезти таких бомб Свити и Скуталу. Только вот сколько их не привези, всё равно мало окажется.

— Ну разве не весело? — воскликнула Пинки, смотря на костёр. — Во время Ночи Поисков старейшина бросает в огонь очень, очень, очень большую бомбу, и тени от неё двигаются и всё такое! — восторженно захихикала Пинки и достала из своей гривы шар, подобный тому, что использовали жеребята. — Я для вас тоже одну принесла! Она, кончено, обычная маленькая, но тоже мега крутая! — Жеребята тем временем достали еще один шар: увидев это, Пинки оглядела окрестности и указала на костёр вдали: — Пойдём лучше к тому.

Рэрити и Флаттершай, которая делала это явно через силу, пошли за Пинки в сторону огонька. Уже у костра розовая кобылка возбуждённо передала Рэрити красный шар. Единорожка осмотрела его, но ничего примечательного не обнаружила. Казалось, будто просто большое количество порошка спрессовали в мяч. Что за магия была способна на создание таких теней? Было ли на них наложено заклятье? Снова Рэрити пожелала, чтобы Твайлайт оказалась рядом и смогла объяснить происходящее.

Пинки достала из гривы кусочек бумаги и пробежалась по нему глазами.

— Так-с, посмотрим… Этот должен превратиться в… дракона! — произнесла она, переводя взгляд с бумаги на друзей. — Ни разу дракона не видала! А вы?

Когда Рэрити и Флаттершай отрицательно покачали головами, кобылка нахмурилась, словно её разочаровало отсутствие тяги к приключением у её новых подруг.

— Как думаете, они страшные? — наконец спросила Пинки. Флаттершай громко сглотнула, ответив этим за себя и Рэрити. — Спорю, что страшнее них ничего на свете нет! Бр-р-р!

— Да, полагаю, что они должны быть достаточно пугающими, — согласилась Рэрити.

Хотя, честно говоря, единорожка могла представить кое-что страшнее драконов. Она понятия не имела, как выглядел Дух хаоса, но, возможно, из-за этого он и казался страшнее. Существо подобной мощи, прячущееся среди пони, принимая новое обличие при любой необходимости? От этой мысли у Рэрити по спине побежали мурашки.

А если он — чисто гипотетически, конечно — и вправду давно преследовал Рэрити, принимал чужой облик и всячески дурачил? Сколько раз она уже встречала его, или даже разговаривала, принимая за кого-то другого? Теперь она отчасти поняла испытываемый Твайлайт ужас. В конце концов, по существу это означало, что доверять нельзя никому — даже себе. В самом ли деле Эппл Блум всё привиделось со страху? Или… или Дух, возможно, уже заметил вмешательство Рэрити в последствия вызванных им ужасных несчастий?

— Ладненько! Вы готовы? — спросила Пинки, выдернув единорожку из размышлений.

— О, эм, да! — ответила та, подняв бомбу кошмаров в воздух, как жеребёнок ранее. — Что именно надо делать?

— Просто бросаешь в огонь, глупышка, — ответила Пинки, подчёркивая сказанное жестами. — А затем смотришь на тень и закрываешь глаза копытами! Если закричишь, будет ещё веселее!

— Поняла! — воскликнула Рэрити, тихонько посмеиваясь над боязливым выражением Флаттершай. — Ладно тебе, дорогуша, это лишь игрушка.

Пегаска лишь нахмурилась и, сделав шаг назад, оказалась позади перевозбуждённой Пинки. Рэрити, достаточно взволнованная происходящим, посмотрела на потрескивающий костёр. Единорожке снова захотелось, чтобы Твайлайт оказалась здесь и тоже увидела работу бомбы.

«Уверена, ей бы понравилось,» — подумала Рэрити и мысленно завязала себе узелок на память, спросить у Пинки, где можно купить две-три упаковки бомб кошмаров. Для вящего напряжения Рэрити глубоко вздохнула и с жеребячьим смехом кинула шар в огонь.

Как и ожидалось, языки пламени взметнулись вверх, изменившись в цвете и размере. Вздох Флаттершай почти ускользнул от ушей Рэрити, когда огромная тень вышла из огня и перешла на стену, приняв форму изрыгающего пламя дракона. Действо полностью приковало внимание единорожки. С её губ сорвалось тихое «ох-х-х», и кобыла сделала шаг к костру.

И всё же…

И всё же в этот раз ещё что-то заставляло Рэрити смотреть. Она точно не могла сказать что, но что-то в этой тени было одновременно и заманчивым, и пугающим. Однако прежде, чем единорожке удалось выяснить, что же это было, иллюзия прекратилась. Так же быстро, как всё началось, языки пламени вернулись к естественному виду, и тень исчезла. Вот только мурашки со спины Рэрити никуда не делись.

— Ну? Не плохо же, да? — спросила Пинки боязливую пегаску, стоящую прямо за ней.

— Д-да, — ответила Флаттершай после глубокого, протяжного вздоха.

— Вот и отлично! Пойдёмте дальше! — воскликнула Пинки, хлопнув копытами. — Нам всё ещё нужно посмотреть ботанический сад!

— О! — Сказала Флаттершай, быстро приободряясь, очевидно радуясь менее пугающему занятию. — Ох, да. Было бы неплохо сходить туда сейчас. Это очень хорошая идея.

Пинки кивнула и отправилась в путь, с последовавшей за ней Флаттершай.

— Оооо, я должна показать тебе суперсекретные ромашки! — Голос Пинки заглох вдали, когда они с Флаттершай растворились в толпе пони.

Рэрити отвернулась от огня, чтобы последовать за ними, но остановилась, когда услышала тихое шипение, исходящее из костра. Она повернулась обратно, и, к её удивлению, пламя снова увеличилось и стало голубым.

— Что это? — прошептала Рэрити делая шаг в сторону костра. Разве бомба кошмаров не выдохлась?

Она смотрела, ожидая возвращения тени дракона, но вместо этого, пламя снова встрепенулось и стало тревожным тёмно-лиловым. «Это… это нормально?» — думала она, оборачиваясь, чтобы спросить Пинки Пай, но обнаружила, что её друзья были уже за пределами слышимости. Она повернулась к лиловому огню и наблюдала, как он шипел и танцевал, обозначая возникающую тень. Но то, что её встретило, было бесконечно более страшным, чем дракон.

Тёмная фигура медленно скользнула на стену, и вместо того, чтобы принять форму дракона, превратилась в силуэт смотрящего в сторону единорога. Края силуэта колебались, как будто были сделаны из чёрного огня, на нём, судя по всему, была надета накидка, похожая на ту, которую носили местные. Раньше тени не двигались, но у этой накидка дрожала, как на ветру.

Намного больше, чем движение тени, Рэрити пугал смотрящий на неё жуткий жёлтый глаз, и три знакомых метки в форме алмаза, там, где должна быть кьютимарка тёмного единорога. И как только она заметила алмазы, пламя снова встрепенулось, и вторая тень, поменьше, возникла прямо перед рогом единорога: шестиконечная звезда, окружённая пятью поменьше.

Символ, в котором она мгновенно узнала кьютимарку Твайлайт.

Рэрити хотела позвать на помощь, отвернуться, потушить огонь. Всё что угодно, чтобы развеять пугающее видение, но обнаружила себя неспособной пошевелить даже мускулом. Она могла лишь смотреть в ужасе, каждый сантиметр её тела наполнялся удушающим страхом, видение её двойника смешивалось с тенью на стене. Рог теневого единорога начал размываться, как будто призывая магию — магию, способную даже аликорнов превратить в призраков. Это длилось не более нескольких секунд, но для Рэрити прошла вечность, пока она ожидала неизбежного.

И оно произошло.

Единорог приподнял копыто, выпустив всплеск магии из своего рога, и Рэрити в ужасе увидела, как кьютимарка Твайлайт разлетелась на куски, единорог опустил своё копыто, и сместился. Он повернулся к Рэрити лицом, и три алмаза на боку исчезли из вида. И когда она думала, что худшее уже позади, голова тени разделилась напополам ярким жёлтым светом. Рэрити чувствовала, что её сейчас хватит удар, когда линия на обоих концах изогнулась вверх, и она поняла, что тень улыбалась. И не просто улыбалась, а именно ей.

Пламя всколыхнулось в последний раз. И как ничего не бывало, тень Рэрити исчезла в огне из которого вышла, оставив оригинал слишком испуганным, чтобы двигаться. Слишком испуганным, чтобы дышать.

— Рэрити!

Голос Пинки вывел Рэрити из ступора, и она наконец-то нашла в себе силы снова пошевелиться. Она быстро обернулась, и обнаружила Пинки и Флаттершай идущими к ней, судя по всему, не заметившими ни единой кошмарной вещи. «Всё как по его плану…» — подумала она, всё ещё чувствуя, как тихая жёлтая улыбка наблюдает за каждым её шагом.

Флаттершай заметила, что с единорожкой что-то было не так.

— Рэрити? — спросила она, озабоченно смотря на всё ещё трясущуюся пони. — С тобой всё в порядке?

— Я… я… — Рэрити обернулась на огонь, думая что сказать, или что она вообще может сказать.

Было ли всё в порядке? Нет, определённо нет.

Если раньше она гадала, следовал ли за ней Дух хаоса или нет, то этот ужасающий спектакль развеял все сомнения самым худшим образом. В конце концов, его целью была не только она, но, если верить теневому представлению, и Твайлайт тоже.

Если это на самом деле было так, попадёт ли Флаттершай в подобную опасность, если узнает?

— Рэрити? — снова спросила Флаттершай, кладя копыто на плечо подруги.

— В-всё в порядке, дорогая. Я расскажу тебе позже, хорошо? — сказала Рэрити. Она слегка улыбнулась своей подруге, прежде чем сделать глубокий вздох. Она заметила стоящую неподалёку Пинки, выглядящую столь же озабоченно, и попыталась приободрить её по-настоящему яркой улыбкой. — Что ж! Ты говорила ботанический сад?

— Да! — Пинки воскликнула, радуясь тому, что Рэрити сумела преодолеть, свой страх. — Это супер-дупер весело! И супер-дупер приятно пахнет!

Рэрити кивнула в сторону ларьков.

— Тогда пойдём?

Пинки и Флаттершай кивнули, снова отправляясь в сторону стендов. Рэрити в последний раз посмотрела на огонь, прежде чем последовать за Флаттершай, ужасающее видение её теневой себя, всё ещё было живо в её мыслях. Тем более она не могла выбросить из головы картину уничтожения кьютимарки Твайлайт своим двойником.

Она остановилась и схватилась за ожерелье, в надежде, что оно её защитит. Рациональная часть сознания говорила ей, что даже если там и было защитное заклинание, его было недостаточно, чтобы остановить такое зло. Она думала о Твайлайт весь день, и теперь хотела подарить ей ожерелье прямо сейчас. «Только подумать о том, что этот… этот… монстр сделает ей хоть что-то…» — Рэрити снова вздрогнула и сжала ожерелье сильней.

— Рэрити! Пошли! —позвала Пинки, оборачиваясь к остановившейся на полпути Рэрити.

— О, ах, иду! — Ответила Рэрити и, наконец-то отпустив ожерелье, пустилась галопом, чтобы догнать друзей.

Она не могла дождаться возвращения домой. В конце концов, кто-то должен был убедиться, что с Твайлайт всё в порядке.

[Изображение: https://i.imgur.com/eFgwWa9.png]

## — Глава 10 — Вечериночная пони и её секреты

[Изображение: https://i.imgur.com/rzWkDZT.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/TrlZlsy.png]

— Принцесса, думаете, Дух проклял и других пони?

— Не знаю, но искренне надеюсь, что нет. Если это правда, я никогда… В любом случае, вам не пора ли домой?

— Не-а. Какая это тогда ночёвка! Знаете, я уверена, что сестрёнка его не боится! Она его проучит!

— …Даже думать не хочу об их встрече…

— Ну, мы его не боимся! Пусть только сунется, и у нас появятся кьютимарки задонадирателей Духа хаоса!

— Задонадирателей Духа хаоса?..

— Принцесса? Вы… боитесь его?

— Ну, я…

— Само собой, не боится! Она уже призрак! Это ему бояться надо!

— Прямо сейчас я, по правде, куда больше боюсь реакции твоей сестры, если она узнает, что вы заявились без её разрешения.

* * *

Три алмаза.

Каждый стежок на нижней части только что купленного плаща был наложен в точности так, чтобы подражать кьютимарке Рэрити. Три кобылы расположились за одним из столов в магазине тканей Холлоу Шейдс, трудясь над своими плащами. Вместе с ними за столом сидели и другие туристы, также занимавшиеся вышивкой. Пусть жители Холлоу Шейдс всегда вышивали на плаще метку принцессы Луны, но гостям города позволялось наносить и другие символы по желанию.

— О-о-о-о, ну и красотища! — сказала Пинки, наблюдая, как Флаттершай закончила вышивать первую бабочку на своём плаще. Пегаска улыбнулась в ответ, явно гордая своим трудом, чем побудила кобылку поинтересоваться успехами единорожки. — А у тебя как дела, Рэрити?

— Почти закончила, — пробормотала та, всё ещё вышивая последний голубой алмаз.

Когда Рэрити предоставили выбор, у неё проскользнула мысль вышить метку любимой принцессы, как многие из туристов и делают. Но в конечном итоге она остановилась на своей кьютимарке, а то Свити Белль, в порыве обожания новоиспечённого идола, ещё попробует украсть плащ.

— Ты уже выглядишь лучше, Рэрити, — улыбнулась Флаттершай. Она всё ещё переживала за подругу, с самого случая с бомбами кошмаров; единорожка была в этом уверена и ценила её проницательность.

— Мне правда лучше, дорогуша, — ответила Рэрити, концентрируясь на вышивке. — Понятия не имею, что на меня нашло!

То была неправда. Она прекрасно знала, что произошло, и даже сейчас, по прошествии нескольких часов, фигура со стены продолжала пугать её где-то на задворках сознания. Могло ли это быть послание от Духа? Говорил ли он ей отступить? Рэрити пыталась убедить себя, что это была… галлюцинация или помешательство. Может она просто неправильно истолковала игру теней? По спине единорожки побежали, уже почти ставшие привычными, мурашки. Тень была такой реальной.

Рэрити терзало беспокойство за Твайлайт, и единственный раз в жизни ей захотелось заиметь средство связи на дальние расстояния. Что, если она своими действиями как-то непрямым образом причинила Твайлайт боль? Была ли в этом задумка Духа? Если бы только она могла спросить принцессу… Помнится, кто-то ей говорил, как могущественные единороги древности использовали заклятья для связи друг с другом. Может и Твайлайт способна на нечто подобное?

Странно, но чем больше Рэрити думала об аликорне, тем больше она… скучала по её компании, и от этого переживала ещё больше. Единорожка покачала головой, пытаясь прогнать эти мысли.

«Хватит, Рэрити, переживаниями делу не поможешь. Твайлайт — древний призрак аликорна, она может за себя постоять. К тому же… разве может Дух сделать ей ещё хуже?»

— Готово! — воскликнула единорожка, закончив вышивать. Она поднялась, примерила плащ и, убедившись, что он не скрывает её ожерелье, начала позировать перед подругами: — Как я выгляжу? Полагаю, бесподобно?

— Выглядишь потрясно, Рэрити! — ответила Пинки Пай и подошла поближе, чтобы сравнить их плащи. — И ожерелье тоже очень красивое!

— Это точно, — согласилась Флаттершай и взглянула на свой собственный плащ с недоделанной меткой: — Мне нужно поторапливаться…

Оглянувшись, Рэрити заметила зеркало в конце комнаты. Извинившись перед подругами, единорожка прошла к нему и одобрительно покачала головой, восхищённо разглядывая своё отражение. В надежде добавить своему виду чарующей загадочности, Рэрити накинула на голову капюшон, но в итоге…

В итоге взору предстал двойник, входящий в библиотеку Твайлайт. Единорожка тут же откинула капюшон и выбросила видение из головы.

— Хватит, Рэрити, — прошипела она.

«Мне нужно сконцентрироваться на более насущных вещах… например, принцессе Луне, для начала».

В отражении единорожка увидела, как Пинки Пай помогает Флаттершай с вышивкой.

«Пинки Пай и принцессе Луне, или правильнее будет “воображаемой” Мунлайт Лулубай».

Всё указывало на то, что Муни была Луной, но всё же… Почему Пинки Пай никому не сказала, где находится принцесса? Может, Луна запретила ей говорить об этом, прямо как Твайлайт? Ну в самом деле, отчего принцессы так не хотят быть найденными? Единственной надеждой было спросить Пинки о Мунлайт и выяснить любую возможную информацию о её потенциальном местоположении.

Рэрити вернулась за стол и использовала свою самую ослепительную улыбку, чтобы привлечь внимание Пинки.

— Ну как, Рэрити? — улыбнулась в ответ кобылка, сложив передние ноги на столе. — Плащ понравился?

— О, ещё как, дорогуша! Очень понравился, — ответила единорожка, поправляя упомянутое одеяние. Затем, кашлянув, Рэрити тоже облокотилась на стол. — Должна заметить, что меня восхищает приверженность Холлоу Шейдс принцессе Луне! — Тут единорожка сделала паузу и сфокусировала взгляд на Пинки. — Если легенда правдива…

— Она правдива, Рэрити! — быстро перебила земнопони.

— Конечно же! Итак, зная, что легенда не врёт, как ты считаешь, где сейчас может быть принцесса Луна? — рискнула Рэрити, пытаясь выудить информацию прямыми вопросами, прежде, чем перейти к другой тактике.

Пинки прижала ушки.

— Не знаю, — признала она, и единорожка не заметила и намёка на ложь в её словах. — Но я собираюсь это узнать!

«Что же, план Б».

Если вопросы о принцессе Луне не вели к ответам, то стоит поговорить о Мунлайт Лулубай.

— А что об этом думает Мунлайт Лулубай? Наверняка она тоже верит в легенду? — Рэрити наигранно вздохнула и изобразила улыбку, полную сочувствия. — Бедняжка, какая жалость, что она больна… Знаешь, Пинки, должна признать, мне довольно любопытно узнать побольше о вас двоих! Можешь рассказать о ней поподробнее?

— У-угу! Обожаю о ней рассказывать! — Пинки задумчиво нахмурилась. — …Ну, она любит ночь! Она знает каждую звезду и созвездие, планету и … Я даже и не знаю, откуда она всё это знает! Но она не может сейчас их видеть, так как болеет и всё такое.

— Ох, ну конечно…

Хотя это вполне логично.

Принцесса Луна, в конце концов, управляет — или управляла — луной. Какой ужас… Если она и правда где-то в заточении, то и ночное небо видеть не может? Это то же самое, что запереть Твайлайт без её книг. Быть может, этот мерзкий Дух и проявил некоторую доброжелательность к аликорну-книголюбу.

— Но всё в порядке! Я рисую их для неё! — добавила Пинки, достав из своей гривы небольшую книжечку.

Рэрити не могла сказать, что её слегка не тревожил тот факт, что подобный буклет был способен уместиться в гриве кобылки. Как, Эквестрии ради, Пинки удавалось вот так вот хранить вещи в гриве? С другой стороны, Рэрити полагала, что видела вещи и постраннее. Она наблюдала за тем, как земнопони снова и снова перелистывала страницы с записями и иллюстрациями, пока не остановилась на двухстраничном, выполненном цветными карандашами, рисунке ночного небосвода с созвездиями, отмеченными белыми линиями.

— Вот! — сказала она, протягивая книжку Рэрити. — Взгляни-кась!

— О, как мило! — ответила единорожка, показывая рисунок Флаттершай, которая, чтобы полюбоваться на него, незамедлительно подняла взгляд. — Уверена, Лулубай была в восторге, — с этими словами она закрыла книгу и хотела было вернуть, но название на обложке привлекло её взгляд.

Дневник сновидений Пинки №87

«Хм-м… Любопытно».

Стоило ей попытаться открыть книжечку вновь, как Пинки забрала её и, к сожалению для Рэрити, вернула в, судя по всему, безграничную чёрную дыру в своей гриве.

— Ты ведёшь дневники сновидений? — невинно спросила единорожка в надежде выудить побольше информации. — Как интересно!

— Агась! С тех пор, как встретила Муни.

— Правда?! — аж взвизгнула Рэрити, хлопая передними копытами по столу. Если она ведёт дневник сновидений со встречи с Луной, тогда… Ох, Твайлайт будет без ума от таких известий. Затем, однако, она вспомнила, что не только является леди, но и находится в общественном месте.

— Эх-хм, правда? — откашлялась единорожка и, поигрывая гривой, повторила куда более приемлемым в обществе голосом. — Действительно, интересно… Кстати, извини за любопытство, а как вы познакомились? Полагаю, друзья детства?

— Агась! — кивнула Пинки. — Я с ней первой подружилась после переезда сюда, когда была ещё маленькой кобылкой.

— Переехала? Откуда?

— Тол Тейлс! Мы с родителями и сёстрами переехали сюда ещё в детстве. Я… — Пинки осмотрелась, чтобы убедиться, что никто больше не слышит. — Я терпеть это место не могла поначалу, потому что вокруг ужасно-ужасный лес.

Взрослые видели в Холлоу Шейдс свой шарм, и жеребята, родившиеся здесь, наверняка относились к этому так же, но для кобылки, которой пришлось переехать в подобное место… Рэрити могла представить, почему маленькой Пинки Пай здесь могло быть страшно. Она сомневалась, что сама была бы рада, заставь её в детстве жить посреди Вечнодикого леса.

— Ну, терпеть не могла, по крайней мере пока не встретила Муни. Первую неделю у меня были нереально ужасные кошмары, — продолжала Пинки, не заметив, как незамедлительно воспрянули ушки Рэрити. — Она пела мне колыбельные, помогая спать спокойно, и кошмары прекращались.

— А что насчёт других жеребят? Она хорошо с ними ладила? — спросила единорожка. Если Пинки больше было нечего сказать, может другие, уже выросшие, жеребята что-то знают.

Пинки потрясла головой.

— Нет. Муни их не сильно любила.

— Почему же?

По Пинки было видно, что ей неудобно, отчего Рэрити задумалась, не стоит ли ей прекратить допрос, но… ей страсть как нужно было знать.

— Она… Она думала, что они плохо ко мне относились, — наконец ответила земнопони, сосредоточено наблюдая, как вышивает Флаттершай. Рэрити вспомнила, как старейшина упоминала, что в детстве над Пинки издевались. — Но это не так! Им просто нравилось… нравилось поддразнивать меня! — после паузы она добавила. — Они говорили, что мне следует вернуться в Тол Тейлс, потому что, может, там поверят в мои небылицы! Хахаха…

В этот раз, в отличие от прошлых, её смех звучал столь… фальшиво и неискренне.

У Рэрити стало тяжело на душе.

— Это совершенно неправильно…

— Муни тоже так говорила раньше, но то были безобидные шутки! Просто им нравилось надо мной подшучивать, вот и всё! — протараторила Пинки и усмехнулась как-то очень наигранно. Неловко. — Как бы то ни было, мои родители и сёстры вернулись обратно в Тол Тейл, когда я повзрослела, но я решила остаться.

— Но… почему ты не поехала с ними, если тебе здесь не нравилось? — спросила Флаттершай, которая, очевидно, следила за ходом разговора. — Думала, что будешь скучать по Муни?

— Нет, я осталась ради неё, потому что она нуждалась во мне. У неё особо нет друзей, и я просто не могла оставить её в одиночестве! — сказала Пинки и подняла копыто к своему кулону. — Муни — моя лучшая подруга, и пусть иногда помогать ей страшно, но ради некоторых друзей стоит отбросить страхи, да?

Рэрити молча кивнула. Слова земнопони начали уводить её мысли прочь от разговора.

Пинки осталась, потому что Луна в ней нуждалась, а не наоборот. Чем-то это напомнило ей о Твайлайт. Ведь Рэрити не нуждалась в ней? Она могла прожить всю оставшуюся жизнь и не встретившись с аликорном. И жизнь эта была бы… неплохой. Но что насчёт Твайлайт?

Твайлайт Спаркл, которая раньше вела себя словно загнанный зверь, раненый столь сильно, что, казалось, больше никогда не сможет кому-либо доверять. Начала открываться, звать других пони «друзьями», начала… Воображение нарисовало улыбающуюся Твайлайт, и слова сами полились из уст Рэрити, поигрывающей со своим ожерельем.

— У меня есть подруга в Понивилле, — начала говорить единорожка, всё ещё улыбаясь от воспоминания о хихикающем аликорне. — Она довольно похожа на Муни: у неё тоже мало друзей, и она… — Рэрити запнулась, по инерции продолжая покачивать ожерелье взад-вперёд. — Она немного замкнутая, так сказать, но я пытаюсь помочь ей это побороть. Эм, то есть, мы пытаемся, — быстро добавила единорожка, вспомнив о Флаттершай.

— Правда?! — спросила Пинки, наклонившись вперёд над столом. — А какая она? Как зовут?

— Как зовут? Эм… Ну, на самом деле, у меня тоже для неё есть прозвище! — поспешно сказала Рэрити, пытаясь выкрутиться, и побыстрее. «Скорее, Рэрити, что-нибудь памятное о первой встрече… Ох…» — Старди Буккейс! — Стоило только сказать, как ей захотелось себе вмазать. Старди Буккейс? Серьёзно? Разве бедная Твайлайт и так не корит себя достаточно из-за этого?

— Буккейс? — спросила Пинки. — Мне нравится! Должно быть, она обожает книги, как принцесса Твайлайт! Ты поэтому выбрала такое прозвище?

Или потому что она и есть Твайлайт…

— Эм, полагаю, что так, но больше потому, что она довольно замкнутая и не любит, когда я рассказываю её настоящее имя, — добавила Рэрити, надеясь, что отговорка не звучит для Пинки так же неубедительно, как для неё самой.

— Вот так да, она прямо как Муни! — воскликнула та, фыркнув, и положила подбородок себе на копыта. — Вот глупышка! Я про неё всем вокруг рассказать хочу, а она всё «нет, Пинки, никто о нас знать не должен». Пф-ф.

— О, ещё бы, Твай… Буккейс прямо один в один! — закатив глаза поддержала Рэрити. — По правде говоря, забавных историй с ней накопилось столько, что я по крайней мере книги две написать могла бы, — она захихикала и подтолкнула локтем Флаттершай. — Как с тем кинопроектором, помнишь?

И видать, она помнила, так как присоединилась к смеху, опустив свои иголку с ниткой.

— О да, было очень весело.

— Прям очень?! — спросила Пинки в нетерпении присоединиться к веселью. — Почему? Что произошло?

Рэрити прикусила губу.

Это… наверняка ничем плохим не обернётся. Всего лишь коротенькая история о Твайлайт. То же самое, что рассказать историю про любого другого друга! Убеждённая своими же доводами и сильным желанием поделиться прелестями ситуации, она покашляла и подобрала самый подходящий для рассказывания историй голос, какой только могла.

— Так вот, когда ты была маленькой, включал ли вам преподаватель документальные фильмы о роли пони в обществе? — спросила единорожка, пытаясь не сорваться в порыве присоединиться к хихикающей Флаттершай.

Пинки кивнула.

— Ага-ась! Мы смотрели про пегасов и погоду! Разве что… — тут она скорчила мину. — Они были безумно скучными.

— О да, — кивнула в ответ Рэрити. — Они были совершенно ужасны! Даже не знаю, зачем они заставляют пони их смотреть! — согласилась она и, помахав копытом, вернулась к рассказу. — Но сейчас не об этом! А о том, что, как я ранее уже отметила, моя подруга слегка затворница, так что никогда она не видела и даже представления не имела о существовании такой вещи, как проектор, — пояснила она, наконец сдавшись хихиканью Флаттершай.

Она повернулась к подруге и жестами призвала ту к тишине, хоть и сама весело пофыркивала.

— Флаттершай, прошу тебя, я историю рассказать пытаюсь!

— Извини, — ответила пегаска, возвращаясь к своему шитью и безуспешно пытаясь скрыть свою ухмылку.

— И вот однажды мы спросили учителя в местной школе, нельзя ли нам одолжить на день проектор с некоторыми из тех фильмов, и притащили это всё в библиотеку моей подруги.

Честно говоря, перемещение проектора было той ещё работёнкой, но энтузиазм всех вокруг хорошо мотивировал. А Рэрити ещё и насладилась чрезмерной реакцией Твайлайт на простой образец современных технологий.

— Библиотеки? — спросила Пинки, моргнув три раза. Она прикусила губу, явно погрузившись в размышления, а потом покачала головой и кивнула: — Угу… И что потом?

— И вот, когда всё было готово, мы усадили её перед экраном, включили проектор и… — Тут Рэрити замолчала, но попытка единорожки создать интригу, была испорчена сдавленным смехом Флаттершай.

— И? — спросила Пинки Пай, переводя взгляд с одной кобылы на другую. — Ей понравилось? Что она сказала?

— Ничего, — ответила Рэрити с дьявольской ухмылкой. — Абсолютно ничегошеньки, да, Флаттершай?

— Угу, — издала та, загадочно улыбаясь.

— Оу… — поникла Пинки. — Ей не понравилось?

— О нет, дорогуша. Ей совершенно точно понравилось, — объяснила Рэрити, лучезарно улыбнувшись. Она всё ещё продолжала играть с ожерельем. — Бедняжке потребовалось минут десять, чтобы подобрать свою челюсть с пола и высказать свои эмоции.

— Вот это да! — захлопала в копыта Пинки. — То есть ей прямо супер-пупер понравилось?!

К этому моменту единорожка начала хихикать в полную силу.

— О, богини, думаю, она раз двадцать посмотрела один и тот же документальный фильм, каждый раз подмечая совершенно обыденные вещи так, если бы они были самыми восхитительными в жизни! Это было просто очаровательно.

Пинки закусила губу.

— Муни тоже не знает о кинопроекторах… Как думаешь, ей бы они тоже понравились? — спросила она, навострив ушки. — Может, когда она… она выздоровеет, мы сможем навестить вас с подругой?

— О, думаю, она будет в восторге, — ответила Рэрити. Вот у Твайлайт будет лик, когда единорожка явится в компании принцессы Луны… Она посмотрела на ожерелье и вздохнула. — Это её действительно обрадует.

— Оу-у…

Рэрити посмотрела на Пинки. Земнопони смотрела на неё с умилением, словно жеребёнок на котёнка.

— Что такое?

Пинки резво помотала головой.

— Ничего! Просто рада, что у тебя есть такие замечательные друзья, как Флаттершай и Старди Буккейс! — улыбаясь, пояснила она. — Кажется, ещё ни разу не видела тебя такой радостной! Вообще! Пусть я и вижу тебя… второй раз. Вы, похоже, очень близки друг другу!

Рэрити рассмеялась.

— Ну, не сказала бы, что так уж близки, — признала она, наконец-то отпустив ожерелье. Или… она ведь и не знает, как к ней относится Твайлайт? По крайней мере они были достаточно близки, чтобы принцесса считала её подругой, но… — Надеюсь, что так. Как минимум мне она очень даже нравится.

Она не лгала, но на её последнее заявление последовала крайне неожиданная реакция… от Флаттершай. Как только Рэрити договорила, от пегаски раздался едва-едва слышимый смешок — дразнящий такой, который она попыталась скрыть, притворившись, что сконцентрирована на последних стежках своей бабочки. Рэрити обычно не придала бы этому внимания, но когда Флаттершай ещё и отвернулась от неё с улыбкой слегка пошире, что ж…

Хотя первой заговорила Пинки Пай.

Она глядела то на одну кобылку, то на другую, как её глаза распахнулись.

— О-о-о-ох.

Погодите, Рэрити не собиралась намекать на подобное…

Пинки поднесла копыта ко рту и, словно она маленькая кобылка, узнавшая великий секрет, прошептала:

— Она тебе нравится нравится.

Рэрити моргнула.

— Она… мне нравится нравится? — она начала размышлять над сказанным, и, возможно, к действию её подтолкнуло не само заявление, а что услышав его, первой мыслью было не отрицание, а обдумывание.

— О-ох, нет, стоять! — выпалила она, однозначно никоим образом не нервничавшая. — Всё вовсе не так! Мы просто очень близки, только и всего.

Весь энтузиазм Рэрити по отношению к Твайлайт был сугубо из-за очарования легендой, не говоря о её долге перед принцессами, теперь-то, когда она уже была замешана. За этим не стояло никакого… скрытого мотива наподобие…

Она залилась краской ещё пуще, и сдержалась от того, чтобы бросить на подругу смущённый взгляд.

Откуда у Флаттершай вообще взялась такая смехотворная мысль? И Рэрити ещё думала, что это она слишком много любовных романов читает. Уму непостижимо. Твайлайт ведь призрак — бестелесное существо, которое просто оказалось… довольно привлекательным, когда она восхищается… ну, практически всем на свете. Также она однозначно не дурно выглядит и невероятно умна, и…

И тут она осознала, насколько неуклюжи её попытки показать, почему она не была влюблена в аликорна.

А она не была!

— Всё, — огласила Флаттершай и, отложив иголку, позволила Рэрити оценить её труд. Как только друзья одобрили работу, пегаска надела плащ и чуть отошла, видимо, чтобы Рэрити и Пинки могли восхититься её новым элементом гардероба.

— Ух! Ты как будто здесь всю жизнь прожила! — воскликнула земнопони, словно всё, что отделяло обычного приезжего от жителя Холлоу Шейдс — это чёрный плащ.

К несчастью, было похоже, что разговор с Пинки Пай придётся отложить, ведь теперь у них больше не было причин сидеть в магазине.

Три кобылы проследовали к выходу и вышли на уже опустевшие улицы города.

— Ну, чем хотите заняться? — спросила Пинки, всё ещё яро отыгрывая свою роль самопровозглашённого гида. — Все магазины уже закрылись, но мы можем снова сходить на площадь, или прогуляться по лесу, или попросить старейшину Муншайн рассказать нам страшных историй, или…

— Думаю, будет лучше, если мы пойдём в отель, дорогая, — перебила Рэрити, благодарно улыбнувшись. — Сложно переоценить твоё гостеприимство, и мы не хотим им злоупотреблять.

Ночь наступила уже пару часов назад, и Рэрити знала, что им пора ложиться спать, чтобы ещё раз не упустить профессора Эйва. Им повезло, что они успели снять номер в отеле.

— Оу-у… то есть сегодня без суперстрашной ночёвки в гостях? — произнесла Пинки, и её грива поникла, как и настроение. — Всё потому что вы хотите встретиться с этим противным профессором?

Рэрити до сих пор не понимала, чем он так не угодил Пинки. Судя по статье, профессор был достаточно приятным пони, но раз даже дружелюбная Пинки о нём так нелестно отзывалась, то он обязан был свершить для этого нечто ужасное.

— Почему бы нам не встретиться после? — предложила единорожка, желая убрать горькую мину с лица подруги. — Поезд у нас завтра ночью, так что, если мы быстро управимся, у нас ещё будет большая часть дня для продолжения экскурсии. Как думаешь, Флаттершай? — обернулась она к подруге, которая в ответ утвердительно кивнула головой.

— Да, конечно, я только за, — улыбнулась пегаска.

— О! Хорошо! Договорились! — К Пинки тут же вернулось настроение. — Как насчёт завтра в обед, у статуи Луны?

— Отличная идея, — ответила Рэрити.

Договорившись о встрече, подруги попрощались с Пинки, которая осталась стоять и проводила их взглядом. Надо сказать, что вопросы о принцессе Луне всё ещё мучали единорожку, и тот факт, что она так и не смогла узнать о ней наверняка, тоже не давал покоя.

Если… если она дала Твайлайт ложную надежду…

Рэрити вздохнула, и пегаска тут же прикоснулась к ней крылом.

— Рэрити? — спросила она, её лицо уже, наверное, в пятый раз за этот вечер отражало переживания за подругу. Единорожка решила, что пора взять себя в копыта, а то Флаттершай тоже ещё разнервничается.

— Прости, дорогуша. Просто задумалась, — быстро ответила Рэрити, проведя копытом по гриве. Она не могла вернуться в Понивиль без точной информации о том, являлась ли Муни принцессой Луной или нет. Единственный способ выяснить это — прямо спросить об этом Пинки Пай. И Рэрити не хотелось думать, что этот разговор окажется… очень сложным.

— Не хочешь об этом поговорить? — предложила Флаттершай, доброжелательно улыбнувшись.

Рэрити поразмыслила над этим. С одной стороны, рассказывать кому-то о текущей ситуации Пинки Пай и том, как её задирали в детстве, было не очень… тактично. С другой стороны, была вероятность того, что принцессу Луну нашли, и Рэрити готова была довериться Флаттершай, которая входила в список (а может и была в нём на самом первом месте) доверенных друзей.

— Ну…

— Это из-за Мунлайт Лулубай? — спросила пегаска и смиренно улыбнулась, получив утвердительный ответ в виде удивлённого лица подруги. — Тебя она, похоже, заинтересовала.

— А…

Ой, да хватит уже. Она всей душой доверяла Флаттершай, и ей просто необходимо было высказаться кому-нибудь, иначе эта информация будет терзать её остаток ночи.

— Флаттершай, у меня есть подозрение насчёт неё, — начала она и тут же осознала, как глупо прозвучит то, что она собиралась сказать. — Оно может показаться… сумасшедшим, но…

— Рэрити, ты говоришь так, будто мы не дружим с духом, запертым в библиотеке, — перебила пегаска и захихикала, когда подруга закатила глаза.

— Хорошо, суть уловила, — засмеялась единорожка. — Помнишь, я говорила наедине со старейшиной Муншайн? Так вот…

* * *

По пути в отель Рэрити рассказала всё, что она узнала о Пинки Пай и её загадочной подруге. Флаттершай тихо выслушала историю о том, как Пинки, будучи жеребёнком заявила, что они с принцессой Луной подруги, как её обижали другие жеребята, и как её воображаемая, по мнению всего города, подруга получила прозвище Мунлайт Лулубай.

К моменту, когда Рэрити окончила рассказ, они уже оказались в номере, а сама единорожка успела снять макияж. Может, её немного выбило из колеи выражение своего недовольства Твайлайт, запретившей ей упоминать о своём существовании, но, когда Рэрити села на кровать, она готова была выслушать мнение подруги по поводу сложившейся ситуации.

— В этом просто нет никакого смысла, — произнесла единорожка, подавив зевок. — Почему только она видит принцессу? Есть какие-то условия, при которых можно её «увидеть»? А когда я спросила, Пинки сказала, что понятия не имеет, где сейчас принцесса Селе… Луна. Я могла бы предположить, что она лжёт во благо принцесс, но…

— Но?..

— Но если это так, то зачем она говорит, что «верит» в принцессу Луну? — ответила Рэрити, расчёсывая гриву. — Зачем говорить, что веришь в принцессу, но при этом скрывать, где она находится? Как это поможет доказать само существование принцессы? — Единорожка отложила расчёску и вздохнула. Может Пинки и не может показать доказательства её существования? Если она говорит, что видит её во снах… но почему тогда Принцесса сама не сказала ей, как её найти?

— Не переживай, Рэрити. Завтра профессор прольёт на это свет, — сказала Флаттершай, пытаясь успокоить раздосадованную единорожку. — К тому же, ты ведь собираешься завтра поговорить с Пинки о принцессе Луне?

— Собираюсь, да, но как бы я хотела… Всё было бы гораздо проще, если бы Твайлайт приехала с нами. Может, она бы знала… Может, конечно, и не знала бы, есть ли тут принцесса или нет, но мне просто… хотелось бы, чтобы мы были вместе, — Рэрити повертела ожерелье, снова задумавшись об аликорне. Что сейчас делала Твайлайт? Почему Рэрити так беспокоилась?.. — Думаю, нам пора спать. На одних догадках мы далеко не уедем.

Подруги легли на свои кровати, и единорожка с помощью магии погасила свет. К сожалению, с погружением во тьму, её мысли начали вертеться вокруг их любимой темы в подобные моменты отдыха.

Твайлайт.

Ну разве не глупо? В начале, когда она отправлялась в Кантерлот, её единственными мыслями о Твайлайт были попытки разузнать её историю, но теперь всё было по-другому. Теперь её мысли не были полностью поглощены таинственностью аликорна, а самой принцессой, что она делала и что чувствовала.

Чем она там занималась у себя в библиотеке? Рэрити фыркнула на свой же вопрос. Ответ ведь очевиден: Твайлайт, пожалуй, — даже нет, наверняка — читает книгу, как и всегда, когда Рэрити врывалась к ней, ожидали ли её или нет. Хотя один раз она застала Твайлайт, играющей с Темисом и Эларой, и хихиканье выдало её присутствие.

Одно лишь воспоминание вскружило ей голову, и она усиленно старалась сдержать смешок, рвущийся наружу. Ей стоило сфотографировать этот момент, вместо того, чтобы восхищаться им издалека. Вообще-то нет, ей следовало сфотографировать то, как удручённо выглядела Твайлайт, которую застали мило играющей со своими совами. Она снова перевернулась, пытаясь согнать с лица широкую улыбку.

«О небеса, Твайлайт весьма милая, не так ли?»

— Рэрити? — зевнула Флаттершай, оборачиваясь, чтобы посмотреть на свою подругу в темноте. — Почему ты смеёшься?

Рэрити почувствовала, как её лицо полыхнуло жаром.

— О! Прости, дорогуша, ничего серьёзного! — быстро выпалила она, прочищая горло и разворачиваясь к Флаттершай. — Я просто вспомнила кое-что, что Твайлайт сделала недавно.

Она уже хотела пожелать своей подруге спокойной ночи, но услышав фырканье Флаттершай, схожее с тем, что она ранее слышала от Пинки Пай, остановилась.

— Флаттершай, Твайлайт просто друг, — сказала Рэрити, стараясь звучать строго, несмотря на румянец на её щеках и сомнение, которое она ощущала в своём заявлении. — У меня ни малейшей идеи, почему ты так хихикаешь, когда я её упоминаю, но просто прими к сведению.

— Я знаю, Рэрити, — ответила Флаттершай, сдерживая зевок, который — Рэрити была уверена — был прикрытием для другого смешка. — Просто я думаю, что это здорово, как близки вы с принцессой Твайлайт. Принцессам повезло.

— Повезло?

Флаттершай села и протёрла глаза.

— Принцессе Луне повезло иметь такого друга, как Пинки Пай, а принцессе Твайлайт повезло иметь такого хорошего друга, как ты, — объяснила она.

— У Твайлайт ещё есть ты, дорогуша. И Свити Белль, и Скуталу, — напомнила ей Рэрити, даже если она про себя наслаждалась тем, что её выделили. — Ты не должна преуменьшать свою роль. Ты так же важна, как и я, помогая ей.

Флаттершай кивнула.

— О, я знаю, и я очень благодарна за мою дружбу с принцессой Твайлайт, — ответила она, ложась обратно и сдерживая ещё один зевок. — Просто похоже, что ты ей очень нравишься, и я рада, что она тоже тебе очень нравится.

— А… — Рэрити на секунду задержала свой взгляд на Флаттершай, прежде, чем лечь самой. — Ты так говоришь, но иногда я думаю, что единственное, что ей очень нравится — это её книги, — шутливо ответила она, её губу тронула улыбка.

— Спокойной ночи, Рэрити.

— Спокойной ночи, Флаттершай, — сказала единорожка, закрывая глаза и разрешая свои мыслям вернуться к заявлению подруги.

«Просто похоже, что ты очень нравишься принцессе Твайлайт…»

Она позволила своим мыслям задержаться на этом заявлении, а теплоте разлиться по её груди, румянец не сходил с её лица. Она в последний раз подумала о Твайлайт, и гадая, что она делает, понадеялась, что та всё ещё в безопасности от Духа прежде, чем позволить своему почти потухшему разуму, задать последний вопрос, прежде чем уснуть.

«Когда это я начала так беспокоиться об этом глупом аликорне?»

## — Глава 11 — Сломанная звезда

[Изображение: https://i.imgur.com/CXu7zbl.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/f3nMPj6.png]

* * *

— Принцесса Луна?

— Да, малышка?

— Вы боитесь Духа?

— Боюсь? Разве может он мне навредить ещё сильнее?

— Он такой злыдень, раз запер вас… где-то!

— Порой мне страшно, что я сама превратилась бы в существо куда ужаснее, не заточи он меня здесь.

* * *

…очередной загруженный день для Рэрити, работающей сутки напролёт за своей швейной машинкой в бутике «Карусель». Понивилль бывает порой несказанно уныл, но сегодня ей хотя бы было чем себя занять: предстояло изготовить три наряда. Конечно, она была бы куда сконцентрованней, не отвлекай её дражайшая младшая сестра каждые пять минут с просьбой помочь с домашней работой по математике, и химии, и танцам, и всем-всем остальным предметам.

— Рэрити, как бы ты поцеловала призрака?

Модельерша остановила швейную машинку и, моргая под очками, повернулась к сестре. На миг она задумалась, не ослышалась ли — уж что-что, а такие вопросы не должны возникать при чтении учебника по математике.

— Пардон? — сняв очки, только и смогла ответить Рэрити, озадаченная столь странным вопросом.

Свити Белль подняла взгляд от учебника и напрямую, без обиняков, как могут только дети, спросила снова:

— Как поцеловать призрака? — Переведя взгляд обратно на книгу, она постучала по ней карандашом: — Разве это не будет странно? Как целовать воздух? — В доказательство своих слов Свити вытянула губы трубочкой и чмокнула воздух.

«Жеребята», — Рэрити закатила глаза и снова надела очки. Вот только… вот только теперь она уже больше не могла думать ни о чём другом. Как поцеловать призрака? Возможно ли его поцеловать?

— Тебе разве не нужно к Твайлайт? — спросила Свити Белль, развернулась обратно к учебнику и беспечно перелистнула страницу.

Рэрити моргнула.

— К Твайлайт? — медленно повторила она, вспоминая, что ей и правда было нужно к подруге. — Ох! Да, ну конечно!

Она вытащила ткань из швейной машинки и сняла очки.

— Совсем из головы вылетело.

— Забавно, — хихикнув, хитро улыбнулась сестре Свити, словно зная какой-то важный её секрет. — Ты болтаешь о ней не переставая…

Рэрити пожала плечами, левитируя себе на спину седельную сумку с дивана неподалёку.

— Ну, дорогуша, она ведь моя подруга. Или ты не считаешь, что стоит разговаривать о друзьях? — обернувшись, спросила она и заметила, что улыбка Свити расплылась ещё шире.

Юная единорожка прищурилась и заговорила певучим голоском:

— Но ты влюби…

— В любом случае, — резко перебила Рэрити, как оказалось, не желая слышать окончания фразы. — Мне пора. Пожалуйста, доделай домашнюю работу, иначе родители запретят проводить у меня так много времени.

— Ладно, — ответила Свити, подкрепив ранее сказанное смешком. — Счастливо!

Рэрити прошла в зал бутика и взяла ключи с журнального столика неподалёку. Готовая в путь, она подошла к двери, отворила её, вышла наружу и вдохнула свежего воздуха. Открыта ли ещё библиотека для посетителей? «До неё должно быть всего пять минут ходу, и я знаю, что она меня ждёт» — подумала она, открывая глаза и…

…Увидела страннейшее зрелище.

Неподалёку спиной к ней стояла пони, полностью укрытая чёрным плащом с капюшоном. О Денза, что могло побудить её так нарядиться? Да ещё и под палящим солнцем? Пони тем временем сделала шаг назад, и из-под плаща показался элегантно завитый фиолетовый хвост.

«Это же… это мой стиль!» — подумала Рэрити, возмутившись подобной дерзости. Ведь у неё не только скопировали завивку, но и цвет тоже! Если уж кто-то собрался ей подражать, то хотя бы мог выставить это напоказ, а не прятать под безвкусным плащом.

Однако прежде чем Рэрити успела что-либо сказать, пони пошла прочь.

— Подождите! — крикнула единорожка и последовала за ней. Надо сказать, что в любой другой ситуации Рэрити бы не придала значения этой пони, но что-то в ней заставило единорожку пойти следом, и дело определённо не в восхитительном хвосте.

После недолгого преследования Рэрити свернула за угол и поняла, что упустила загадочную пони. Оглядевшись в поисках ориентиров, единорожка увидела расположившийся неподалёку Сахарный уголок. Может, она туда зашла? Почти у самого входа в кондитерскую лежала книга. Из любопытства Рэрити подняла и пролистала её. Все страницы, как и обложка, были пустыми.

«Странно…»

Заключив том в магический захват, единорожка отворила двери Сахарного уголка. В заведении на удивление не оказалась привычной толпы народа, что, впрочем, лишь облегчало поиски. Единорожку тут же заметили и приветливо помахали копытами сидящие у прилавка Флаттершай и владелица кондитерской. А вот подражательницы в зале не было, видимо, как и боялась Рэрити, она направилась куда-то ещё.

— Эгей, Рэрити! — воскликнула Пинки Пай, выскочив из-под прилавка рядом с миссис Кейк. — Какими судьбами?

— Надеюсь, за сладостями! Пинки, примешь заказ? — предложила миссис Кейк, направившись к кухонной двери. — А я пока закончу уборку на кухне.

— Ладушки-оладушки! — воскликнула Пинки. Стоило только владелице пекарни покинуть зал, как кобылка тут же устремила взгляд на Рэрити. — Что желаешь? У нас есть кексы, торты, торты в форме кексов, кексы в форме тортов и… Так, стоп, это же одно и тоже. — Тут Пинки открыла рот и ударила копытом о прилавок. — О! Ты должна попробовать сладость дня! Лулубай муншейк!

— О, спасибо, дорогая, но я не голодна, — ответила единорожка и окинула взглядом остальных посетителей. Отчего ей всё ещё была интересна та пони в плаще?

— Что за книга, Рэрити? — поинтересовалась Флаттершай. — Ты её взяла в библиотеке?

— М-м? А! Нет, нашла у входа. Должно быть, кто-то её потерял, — ответила она и передала книгу пегаске на рассмотрение. — Боюсь, что она пустая. Позже отнесу в библиотеку. Уверена, Твайлайт найдёт ей какое-нибудь применение.

— Никогда её не видела, — сказала Пинки и повернулась к стеллажам за ингредиентами для молочного коктейля. — Она всё время торчит в библиотеке. Живёт она там, что ли!

— Именно там она и живёт, дорогуша, — хихикнула Рэрити. — Однако к цели моего визита: вам не попадалась на глаза пони в плаще за последние минут десять?

— Хм-м… — Пинки повернулась к ним и похлопала ложкой по щеке, оставив на шёрстке следы мороженого. — Не-а! Не помню, чтобы сюда заходила кобыла с таким же хвостом, как у тебя. Извини, Рэрити!

— Не стоит, — вздохнула единорожка. — Не думаю, что вы… Погоди-ка, а откуда ты знаешь, что у неё был такой же хвост?

— Чего-то не хватает.

— А? — воскликнула Рэрити, обернувшись к Флаттершай. Пегаска выглядела очень взволнованной. Перед ней на столе лежала книга, открытая на первой странице. — Это ты к чему, дорогуша? Я же сказала, что она пустая.

— Чего-то не хватает, — повторила подруга, осторожно водя копытом по бумаге.

— Флаттершай, о чём ты говоришь? — вопросила единорожка и взяла книгу, чтобы осмотреть получше. Как тут могло чего-то не хватать, если и раньше ничего не было?

— Рэрити, чего-то не хватает, — повторила пегаска в третий раз и, сложив ноги на столе, озабоченно посмотрела на подругу. — Разве не видишь?

Нахмурившись, Рэрити поднесла книгу ближе к лицу.

— Я… — Единорожка пристально посмотрела на неё и тут её осенило, что действительно чего-то не хватало. — Знаете, думаю, мне надо увидеть Твайлайт.

Рэрити спрятала книгу в перемётную сумку и у выхода запоздало попрощалась с подругами.

— Пока!

Казалось, что она почти сразу оказалась у места назначения. Возможно, время так бежало, потому что Рэрити не оставляла мысль о том, что что-то было неправильно.

Библиотека Твайлайт — величественный дуб — гордо стояла посреди Понивилля, являя собой тягу города к знаниям. Рэрити уже не раз её видела, что было не удивительно, ведь она сдружилась с владелицей, но отчего-то само местоположение казалось непривычным.

Усилием воли откинув мысль прочь, Рэрити постучала в дверь, а затем вошла внутрь.

— Твайлайт? — позвала единорожка, закрывая дверь. — Это я, Рэрити!

Ответа не последовало.

Она позвала вновь, но тщетно. Они условились о встрече, однако, хоть разбросанные вокруг книги и указывали на присутствие их хозяйки, поприветствовала Рэрити только тишина. Будь всё как обычно, Твайлайт бы уже вышла или отозвалась, давая о себе знать, но…

«Может, она у себя?»

Если она читала новую книгу или ещё что подобное, вовсе не удивительно, что слишком увлеклась и не услышала Рэрити.

— Твайлайт? Ты здесь? — спросила Рэрити, открывая дверь в кабинет. Внутри тоже было пусто.

Шагнув в комнату, она заметила одинокий лист пергамента на столе, в остальном совершенно не загромождённым. Тут, когда до стола осталось несколько шагов, из конца другой комнаты раздался шум. Она оказалась в фойе в самый раз, чтобы увидеть открывающую дверь на улицу пони в плаще.

— Стой! — крикнула Рэрити, ненароком спугнув кобылу. Единорожка побежала за своим двойником, но, достигнув улицы, обнаружила, что той уже и след простыл. — Что происходит? — пробормотала Рэрити. Её сердце уже готово было выпрыгнуть из груди.

«И куда пропала Твайлайт?»

За время, что единорожка отсутствовала, в библиотеке что-то изменилось. Прямо в центре зала появился предмет, и, когда Рэрити подняла его, оказалось что это золотая тиара с пурпурным кристаллом прямо как…

«Кьютимарка Твайлайт?»

— Когда это Твайла… Ой!

Без всякой на то причины камень треснул в середине, и по нему паутиной начали распространяться разломы. Рэрити выронила тиару, глядя, как самоцвет рассыпается у неё на глазах. Как только показалось, что больше уже ничего не развалится, единорожка осторожно левитировала регалию к себе.

— Да что же тут творится-то? — прошептала кобыла. Повернув тиару, она обнаружила выгравированные на оборотной стороне слова: «Принцесса Твайлайт Спаркл». — Принцесса Твайлайт Спа…

— …рити, не играй со своей тиарой!

Рэрити опешила от услышанного.

— А? — ахнула она и перевела взгляд с украшения на Флаттершай. Внезапно, они уже стояли посреди бальной залы. Снова посмотрев на тиару, Рэрити увидела бывшую там всегда гравировку «Королева Рэрити». — Я… Дорогуша, прости меня. Похоже, я…

Покачав головой, единорожка надела тиару — единственное украшение, подобающее королевской персоне.

Рэрити — королева Юникорнии, мудрейший властитель бескрайних земель и по общему признанию красивейший единорог из всех, что когда-либо видел свет. Она правила мудро и милосердно, и никто из подданных не смел ей ни в чём отказывать.

Единолично заключив мирный договор с грифонами, которые оказали вялое сопротивление её очарованию, королева Рэрити наконец-то смогла объединить под своим правлением весь мир и навсегда положить конец вражде.

Чтобы отпраздновать сей знаменательный момент, она провела большой… нет, огромный… нет, грандиозный гала. Съехалась знать со всего света, и каждый представитель предлагал дары, которые едва мог вместить целый бальный зал.

— О, Рэрити, как прекрасно! — воскликнула принцесса Флаттершай, пока они вместе шли мимо десятков танцующих пар, многие из которых останавливались, чтобы поприветствовать свою прекрасную королеву.

— Ты так считаешь? — спросила Рэрити, подавляя смешок. Королевы не предаются детским забавам вроде хихиканья, но она была восхищена, как всё хорошо складывалось. И тому однозначно способствовал воздух, пронизанный восхитительной музыкой в исполнении известнейших музыкантов Юникорнии.

— Ваше Величество!

Рэрити и Флаттершай обернулись и обнаружили королевского советника — Муншайн — спешащую к ним. Лицо её передавало неизмеримый восторг: а как иначе, ведь всё королевство ликовало благодаря, как сказала бы сама Рэрити, её блестящему тактическому гению.

— А! Мой драгоценный советник! — ослепительно улыбаясь, поприветствовала Рэрити. — Пришли насладиться празднеством, я погляжу. Скажите, приглашали ли уже вас жеребцы на танец? —добавила она, подмигнув.

Советник Муншайн закатила глаза.

— Ой, ваше Величество, для этого я слишком стара, — ответила она, в ответ на что две молодые кобылки хихикнули. — Но я принесла отличные… Нет! Чудесные вести! Услышав, как вы расправились с королевством грифонов, пегасы и Земные королевства просились — нет — умоляли стать вассалами в подчинении Юникорнии!

— Правда? Богини, это превосходно! — воскликнула Рэрити, сделав достаточно длинную паузу, чтобы все присутствующие могли издать возгласы восторга. Она хихикнула и успокоила шум взмахом копыта. — Тише, тише! Это не к чему! Я лишь выполняю свои обязанности!

Да, видимо, ещё как!

Когда толпа поутихла, Рэрити и Флаттершай продолжили свой путь к столу с закусками, приготовленными лучшим пекарем королевства. Стол, раскинувшийся от стены до стены, был уставлен яствами, каждое из которых затмевало своей аппетитностью предыдущее.

— Здарова! — с ухмылкой поприветствовал их королевский пекарь.

— О, привет, Пинки Пай! — поздоровалась в ответ Рэрити и взяла десять миндальных печенек и кусочек восхитительно выглядящего бананового пирога с шоколадной глазурью. — Всё так вкусно выглядит!

— О да, — согласилась Флаттершай и тоже взяла кусочек морковного пирога. — Ты сама всё это испекла?

— Не-а! Моя подруга Муни мне помогла, но она приболела и не смогла прийти на вечеринку, — с нотками грусти воскликнула Пинки.

Когда Рэрити доела морковный пирог с ванильной глазурью, она заговорщически посмотрела по сторонам.

— Итак! Пинки, дорогуша, скажи, пожалуйста, что нынче на слуху у прислуги? — спросила единорожка, взяв кекс с лавандой, покрытый сливочным кремом с засахаренным листочком мяты. — Никогда не имела понятия, что происходит в собственном замке!

— Ну-у-у-у-у-у-у… — прищурилась кобылка и, только убедившись, что никто не подслушивает, ответила: — Вы же слышала о новой библиотекарше?

— Новой библиотекарше? — смутилась Рэрити.

Странно. Она не помнила, чтобы у них был библиотекарь.

— Ага-сь, она самая! — кивнула Пинки. — Ну… похоже, она супер-загадочная. Говорят, что она появляется у посетителей прямо за спиной. Буквально из неоткуда. Типа, как… — Тут пекарь понизила голос: — Призрак!

— Но библиотекарям же и полагается быть тихими, да? — хихикнула Флаттершай.

— Но не пугать же своим появлением! — возразила Пинки, а затем покачала головой: — Но не это будоражит замок, глупышки! Многие стражники навещали её в библиотеке и, похоже, она ещё и супер-серьёзная! — серьёзным тоном продолжила кобылка. — И теперь все стражники хотят узнать, кому она улыбнётся первым, потому что считают, что она симпатичная!

— Хм. Какая жалость. Они должны мечтать, чтобы им улыбнулась я, — фыркнула Рэрити, впрочем, осознавая, что раздосадована больше, чем подобает королеве. Самое странное, что причиной досады были стражники, а не сама библиотекарша. Возмущало даже не то, что они пытаются добиться расположения не своей королевы, а… библиотекарши, которая, очевидно, была Рэрити важна, хотя королева и не могла даже вспомнить её имени.

Почему ей не всё равно?

— Кстати, да, я о ней наслышана, — сообщила Флаттершай, взяв второй кусок мятного пирога. — О ней легенды ходят.

Рэрити изогнула бровь. Эта библиотекарша всё больше и больше её интересовала. Если уж все считают её такой красивой, то это уже достаточная причина для Рэрити как королевы встретиться с ней. Нужно просто сходить в библиотеку.

— Эй, Рэрити, ты куда? Нам ещё столько всего надо сделать! — воскликнула Флаттершай, когда единорожка развернулась и исчезла в толпе. — Не хочешь ещё ванильного торта?

Решительно вознамерившись встретиться с небезызвестным библиотекарем, Рэрити вышла через двери бального зала и… вот так просто оказалась в библиотеке. Всё произошло молниеносно, но у единорожки не было времени на осмысление произошедшего, она была занята вопросом, почему в библиотеке было так пусто, да ещё и темно, к тому же.

Ну и библиотека! Уверенная в высоком уровне образования в своём королевстве, Рэрити ожидала увидеть тут толпы пони, но увы.

— Есть кто? — позвала единорожка и зажгла рог, чтобы осветить хотя бы часть унылого помещения.

Пройдя через ряды книжных стеллажей, Рэрити отметила, что на них не было ни одной книги.

«Что тут происходит?» — подумала единорожка и снова окликнула библиотекаря. Снова безуспешно. Вспомнив рассказ Пинки о том, что библиотекарше нравится подкрадываться, Рэрити ощутила, как по спине пробежали мурашки. Неприятным было и ощущение, что за ней кто-то наблюдает.

Если это чья-то шутка… Что же, единорожка надеялась, что они оценят её щедрый подарок в виде ночи в подземелье.

Внезапно раздался хруст и Рэрити поняла, что на что-то наступила. Осветив пол, она увидела, что наступила на — и сломала это — что-то похожее на… амулет с пурпурной звездой?

И как вообще кому-то пришла в голову идея бросить на пол такую прекрасную вещь? Рэрити взяла её с собой, надеясь, что её ещё можно починить.

Вернувшись к выходу, единорожка обнаружила на полу одиноко лежащую книгу. Рэрити огляделась по сторонам: судя по всему, кто-то, решивший таким образом добавить напряжения, давно исчез.

Левитировав к себе книжку, единорожка отметила странную вещь: на обложке не было ни автора, ни названия. В поисках информации, Рэрити открыла первую страницу, но она тоже оказалась пустой.

«Почему… почему мне кажется…»

Она закрыла книгу и открыла её снова, словно ожидая, что в ней что-то появится, но…

— Чего-то не хватает.

Сильно испугавшись, Рэрити обернулась и попятилась от внезапно появившегося за спиной пожилого жеребца в плаще. На нём не было капюшона, и ей удалось хорошо его разглядеть. Жеребец казался страшно знакомым, но при этом она не могла точно его опознать.

— Это ваша книга? — спросила единорожка и сглотнула, когда пони улыбнулся. — К-кто вы?

— Я тебе её принёс. Я приношу книги всем, кто их ищет. Ты ведь их ищешь? — ответил он, а потом огляделся: — Чего-то не хватает.

Рэрити сделала ещё шаг назад.

— Ищу их? Боюсь, вы меня с кем-то путаете. Я не ищу… — она открыла книгу и, листая страницы, нашла их все пустыми. — …пустые книги, — кашлянув, она повторила вопрос. — Кто вы?

— Сомневаюсь, что вы их найдёте, — сказал Книжник с и без того уже жутковатой расплывающейся ухмылкой. — По крайней мере, не быстрее, чем он до неё доберётся.

«Он?..»

— Чего-то не хватает, — повторил он в третий раз, разглядывая поднятую единорожкой книгу. — Разве не видишь?

— Я… — Рэрити посмотрела на книгу, вновь открыв на первой странице. Здесь и правда чего-то не недоставало, но чего? — Я… Имени, наверное? Я не знаю. — Она хмуро посмотрела на собеседника. — В этой библиотеке много чего не хватает, книг и библиотекаря в том числе!

— Библиотекаря? А, да, — заговорил Книжник, почёсывая бороду и глядя по сторонам. — Её ведь как раз и не хватает? Бедняжка.

— Б-бедняжка? — побледнев, спросила Рэрити. — Что ты хочешь сказать?! — требовательно произнесла она, шагнув навстречу. — Что… Что ты с ней сделал?!

Жеребец приподнял бровь и положил копыто себе на грудь.

— Я? — спросил он, очевидно оскорблённо. Но, однако, обида жила недолго, и на его лицо вернулась улыбка. — Почему бы её саму не спросить? — предложил он, глядя на что-то — или кого-то — позади Рэрити.

Единорожка обернулась и обнаружила пони, сидящую в нескольких шагах от неё. Как и на жеребце, на ней был плащ, а голова была покрыта длинным капюшоном. Однако он не мог скрыть потрясающей фиолетовой гривы и был бесполезен в сокрытии одинокого жёлтого глаза, пронзившего сердце Рэрити своим холодным, маниакальным ликованием.

— Эта бедная библиотекарша, — раздался голос жеребца позади парализованной единорожки, отчего ту пробрал озноб. Рэрити, в свою очередь, могла лишь в ужасе смотреть на кобылу перед ней. — Скажи, стоит ли рисковать собой ради неё? Рисковать ради неё своими друзьями?

«Моими друзьями?..»

— Или, быть может, жизнью самой принцессы стоит рискнуть ради тебя? — Книжник рассмеялся и затряс головой. — Даже интересно, сколько времени тебе понадобится, чтобы пожалеть, что пошла за сестрой в Вечнодикий лес.

«Принцесса?.. Вечнодикий лес?..»

Этого хватило, чтобы вывести Рэрити из нахлынувшего ступора. Она стремительно развернулась обратно к жеребцу и шагнула вперёд с такой яростью в глазах, что могла бы растопить лёд.

— Боюсь, ты глубоко ошибаешься, если считаешь, что я позволю себе угрожать. Живо говори! Кто эта принцесса?! Как с этим связаны мои друзья?

Жеребец лишь заулыбался и, приподняв шляпу, поднялся.

— Сожалею, но вам придётся выяснять это самостоятельно, королева Рэрити, — он поклонился и направился к выходу. — Счастливой Ночи Поисков.

«Э нет, не посмеешь».

— Стой, где стоишь! Я ещё не закончила! — Рэрити зарычала, вперившись взглядом в жеребца, когда тот не остановился. Он двигался не так уж и быстро, так что она без труда догнала его и потянулась копытом, чтобы остановить. — Я хочу знать…

—… Что значит… — Рэрити моргнула: она была посреди ратуши Понивилля, а перед ней пара красных занавесок. Её копыто замерло рядом с ними, а чуть в стороне стояла радостная Мадам Мэр, одетая в костюм принцессы Кейденс.

Единорожка повернулась к кобыле постарше.

— Чт… Что?

— Ох, Рэрити! Ты, должно быть, крайне взволнована! — заявила собеседница, поправляя свой розовый парик, когда повернулась лицом к Рэрити. — Ты проделала просто потрясающую работу в организации Ночи Поисков! Она может оказаться даже самой лучшей из всех, что у нас были!

— А-а, ну конечно! — поспешно ответила Рэрити с ослепительной — пусть и ошарашенной — улыбкой. Она кашлянула и тряхнула головой, уже и без того смутное впечатление о пребывании в другом месте мгновение назад развеялось окончательно.

Мадам Мэр повернулась к занавескам, выглянула и захихикала.

— Все принцессы на своих местах?

Рэрити кивнула.

— Да. Принцесса Селена около моего бутика, принцесса Санни у восточной площади и принцесса Книжечка в своей библиотеке, — отчиталась она, про себя отмечая каждое место по мере их перечисления. Лишь с запозданием она осознала свою ошибку. — Постойте, нет, не в библиотеке! У рынка.

— Тогда превосходно. Если все на местах, я начинаю игру! Почему бы тебе не насладиться празднеством? Ты заслужила!

— Конечно! Схожу глянуть на прилавки снаружи, тогда уж…

Рэрити покинула ратушу через заднюю дверь и направилась к ларькам с едой, кои изобиловали вдали, лишь мельком обращая внимание на крики жеребят, когда Мадам Мэр появилась из-за занавеса.

«Да что со мной сегодня? — подумала единорожка, потирая лоб копытом. — Соберись, Рэрити, так нервничать на тебя не похоже».

Рэрити дала волю своим мыслям, а её чувства затерялись среди восхитительных запахов от прилавков вокруг. Быть может, несколько вкусных закусок помогут ей очистить разум, и тогда она сможет как следует поучаствовать в празднестве.

— Рэрити!

Единорожка обернулась и увидела Пинки Пай, подзывающую её к себе из-за прилавка.

— Ох, привет, Пинки Пай! — подойдя к подруге, поприветствовала она с широкой улыбкой на лице. — М-м-м! Как аппетитно тут всё выглядит, дорогуша!

— Спасибки! — улыбаясь, ответила Пинки и посмотрела на ассортимент. Рядами стояли десятки тёмно-синих кексиков, каждый из которых был аккуратно украшен помадкой в форме полумесяца и бесчисленной посыпкой. — Они су-у-упер вкусные, обещаю!

— Не сомневаюсь! — ответила Рэрити. Безусловно, они так и выглядели, и ей не терпелось полакомиться ими.

— Почему бы тебе не попробовать? — предложила Пинки, доставая из-под прилавка тарелочку с единственным кексиком.

Рэрити взяла тарелочку и стала любоваться кексиком. В отличие от остальных, этот был цвета лаванды, а на верхушке была аккуратно сделанная из глазури пурпурная звезда. Что-то в ней поубавило испытываемый ею стресс и украсило её лицо улыбкой. «Какая хорошенькая» — подумала единорожка, не так уж ей и хотелось пробовать лакомство и портить его украшение.

— Пинки Пай, это пот… уф! — её похвала оборвалась на полуслове, когда что-то — или кто-то — врезалось в неё, выбив попутно выпечку из копыт. — О нет! — прокричала она, полна уныния при виде глазурной звезды, раздробленной на куски. Она обернулась в поисках виновного и оказалась лицом к лицу с двумя кобылками.

— Привет, Рэрити! — отозвались Скуталу и Свити Белль.

— Ой, прости за кексик, — добавила пегаска, глядя на рассыпанное по земле лакомство.

Рэрити со вздохом ответила:

— Ничего, просто возьму другой… — она вновь посмотрела на звезду, и снова дало о себе знать чувство беспокойства.

— Вы много элементов нашли? — спросила Пинки у кобылок.

— Неа, мы найдём кое-что покруче! — ответила Скуталу. — Мы отправимся в Вечнодикий лес на поиски принцессы Книжечки!

— Принцессы Книжечки? — фыркнув совершенно неподобающим леди образом, медленно спросила Рэрити. Она начала собирать размазанные части кексика. — Вы обе знаете — принцессы Книжечки не существует, и я знаю, что вы достаточно умны, чтобы не шататься одним по Вечнодикому лесу.

— Мы пойдём не одни! — запротестовала Свити, топнув копытом. Она указала на дерево неподалёку и сказала: — Они нас отведут!

— Они? — Рэрити посмотрела в сторону дерева и вместо двух — чего она вполне ожидала — увидела одну чёрно-белую сову, сидящую на ветке и моргавшую на четырёх пони.

Сама по себе сова не вызывала такого интереса, а вот её окраска привлекла внимание Рэрити. Ей доводилось видеть что белых, что чёрных сов, но окраса как у этой она точно не встречала раньше. Это выглядело так, будто кто-то провёл посередине совы линию и покрасил одну половину в белый, а другую в чёрный.

— О-о-о, я тоже хочу пойти! — заявила Пинки, повернувшись к сове и помахав той. — Мне ведь можно?

Вместо ответа сова попросту полетела в сторону опушки, а Скуталу и Свити помчались за ней следом. С криками подождать её, за ними последовала Пинки, скача в направлении Вечнодикого леса.

— С-стойте, девочки! Там опасно! — кричала следом Рэрити, но ей не осталось другого выбора, кроме как рвануть следом за подругами и совой. — Свити Белль!

Она позвала ещё несколько раз, но казалось, никто не обращал внимания или не слушал вовсе. Она полагала, что с Пинки ей ничего не поделать, но от Свити она ожидала хоть какой-то реакции: хотя бы повернуться, показывая, что слышит, даже если слушаться и не собиралась.

Уже пробежав какое-то время по лесу, Рэрити остановилась и осознала, что потеряла след остальных. Её окружали высокие деревья, смыкаясь вокруг столь плотно, что темнота создала впечатление, будто это кошмар.

— Девочки? — позвала она, разволновавшись из-за сестры и подруг до тошноты. Если с ними что-то случилось… Вдруг на них напал древесный волк, или того хуже… Рэрити никогда себя не простит.

— Скуталу?! Пинки Пай?! — она продолжала идти в том же направлении, куда, как она надеялась, они ушли, и в итоге споткнулась о камень и распласталась лицом вниз. Встав на ноги и потерев болевшую морду, она прокричала: — Это не смешно!

— Лучше вернуться домой, Рэрити, — раздался голос, привлекая к себе внимание единорожки. Это оказалась Флаттершай. Пегаска глядела вдаль, крылья прижаты к телу, сама она пожёвывает локон гривы. — Может, девочки уже вернулись в Понивилль?

— В-вернулись в Понивилль? — спросила Рэрити, делая шаг к пегаске, которая… была ведь тут всегда? Несмотря на то, что присутствие лучшей подруги всегда её успокаивало, сейчас оно лишь усилило нарастающий в Рэрити стресс.

— Я… Может быть… — единорожка приложила копыто ко лбу и, закрыв глаза и глубоко дыша, сосчитала до десяти.

— Всё в порядке? — спросила Флаттершай, шагнув к подруге. — Уверена, мы их найдём, Рэрити.

— Я знаю, дорогуша, я знаю. Просто… — Рэрити погрузилась в себя и отвела взгляд в сторону. «От этого леса у меня лишь мурашки по коже…» Она продолжила путь, жестом призывая подругу идти следом. — Ладно тебе, наверняка они где-то неподалёку.

Флаттершай кивнула и пошла за ней.

По мере продвижения у Рэрити появлялось ощущение, что она знает, в какое место идёт, разве что понятия не имеет, что именно это было за место. Она не знала, где были её сестра со Скуталу, но знала, что путь, которому она следует, куда-то её приведёт. Это было словно влечение: что-то звало её, затягивая всё глубже в лес.

— Свити Белль! Скуталу! Пинки Пай! — кричала как только могла Рэрити, и со временем появилось впечатление что… кого-то окликнуть она забывает.

— Не так громко! — прошептала Флаттершай, нагнав подругу, и жестами призывая ту к тишине. — Нас может найти древесный волк, и помочь нам будет некому…

— Флаттершай, дорогуша, если не выкрикивать их имён, как по твоему они нас услышат? Предлагаешь бесцельно бродить по округе? — отчитывала подругу Рэрити, пусть сама в тайне и разделяла её страхи. Она откашлялась и прокричала имя Свити Белль чуть потише, ради сохранения своих и без того пошатнувшихся нервов.

И тут она увидела это.

Огромный дуб, покрытый лозами и листвой, раскинувшийся посреди обширного круглого углубления. Странно, но по какой-то причине Рэрити поняла: сильнее чем сестру с остальными она искала именно его. Стоило посмотреть на дерево, как на неё незамедлительно нахлынуло… облегчение? Словно она оказалась в тихой гавани посреди ужасного леса, в котором она потерялась.

— К-куда ты? — спросила Флаттершай, глядя как Рэрити направляется к дереву.

— Конечно же, иду посмотреть поближе, — ответила единорожка, запрыгнув в яму и зашагав к дубу. Что-то с этим деревом было неладно, и она была словно обязана проверить, что именно.

Подойдя ближе, она почувствовала, что ранее исходившее от места спокойствие начало улетучиваться. Несмотря на то, что она видела это дерево впервые, единорожка уверенно осознала — что-то здесь не так. Она подняла взгляд и увидела совершенно нетронутую кору: ни дыр, ни углублений, ничего подобного.

«Разве там не должно быть окно?.. Нет… Нет, конечно же нет, с чего бы в дереве взяться окну?»

И всё же, скребущее, ноющее, обжигающее чувство, что что-то не так, никак не покидало её. Более того, оно продолжало всё нарастать. Она снова посмотрела на ствол на уровне глаз и, невзирая на грязь и слякоть на коре, принялась очищать её в поисках… чего-то, ведь чего-то явно не хватало.

Когда же она ничего не нашла, взгляд её переместился под ноги, в этот раз в поисках… люка. Ведь она была уверена — он должен быть здесь. Но чем больше грязи она раскидывала в стороны, чем больше отодвигала листьев, тем больше осознавала, что его здесь нет, и тем больше впадала в ужас.

Она отшагнула от дерева, тяжело сглотнув. «Да что со мной не так? Откуда у меня это чувство?» Почему ей казалось, что кому-то грозит серьёзная опасность, хоть и была уверена, что это не были ни Свити, ни Скуталу, ни Пинки Пай? Почему это место казалось столь знакомым, и в то же время невероятно неправильным?

— Флаттершай? Разве здесь не было люка? — спросила Рэрити, отвернувшись от дуба. Но оказалось, что Флаттершай куда-то ушла, и единорожка стала искать подругу. — Флаттершай?..

К её удивлению Флаттершай пропала, не сказав ни слова и не издав и звука. Если до этого единорожка была напугана, теперь же она впала в ужас. Проглотив ком в горле, она шагнула к краю углубления.

— Флаттершай? Это не смешно, и мне даже не верится, что именно ты до такого додумалась! — обвинительно заявила она, испытывая куда меньше гнева, чем пыталась придать словам. — Флаттершай!

Она продолжала уходить от дерева, намереваясь найти подругу, но спешно попятилась назад, когда её копыто опустилось на что-то твёрдое и крепкое. Она незамедлительно посмотрела вниз и левитировала в воздух вызывающий объект — книгу.

«Книга?»

Что она здесь делала?

Обложка была лишена названия или имени автора, а по открытии каждая страница книги попросту оказалась пустой. Рэрити перелистнула страницы назад и задержалась на самой первой: как и в случае с деревом, ей казалось, что чего-то в книге не достаёт.

— Ху!

Рэрити подняла взгляд и обернулась к дубу, в надежде увидеть сову, что увела её друзей. Вместо этого там оказалось две совы: одна белая, одна чёрная, обе сидели на ветках по разные стороны дерева. Рэрити было направилась к ним, так как они выглядели крайне знакомо, но сделав лишь шаг в их направлении, она услышала далёкий крик.

Стоило ей обернуться в направлении шума, как вдруг совы полетели именно туда. Рэрити помчалась следом, позади неё парила книга, а её сердце неистово стучало в груди.

Листья хрустели под копытами Рэрити от её галопа, всё её существо сконцентрировалось на нахождении источника знакомых криков. Разве что… Это не были ни Свити Белль, ни Скуталу, да и не Пинки Пай или Флаттершай. Она никак не могла сообразить, кто же кричал, но знала, что это связано со всеми недостающими вещами у дерева и нескончаемым чувством страха, преследующим её часами. В пазле недоставало деталей, чтобы она могла понять, в чём дело.

Наконец Рэрити остановилась перед весьма специфичным, но, как и всё остальное, необъяснимо знакомым зрелищем.

Небольшой полуразрушенный домик стоял посреди леса, позабытый пони, но не временем. Единорожка бегло его осмотрела и заметила сломанную дверь и растущее из центра крыши дерево. Её взгляд замер на большом треснувшем окне, и на мгновение ей показалось, будто сердце её тоже замерло.

Там, по другую сторону окна, стоял пони в капюшоне и смотрел на Рэрити. Единорожка замерла, ошеломлённая страхом и в то же время очарованная. Она оказалась взаперти меж страхом от нахождения в этом месте и страхом никогда не узнать, что же она не может вспомнить. В конце концов она попятилась и издала приглушённый крик, когда неизвестный пони буквально прошёл сквозь стену и остановился перед ней.

— Ты… Что ты такое? — кое-как собравшись с духом, спросила Рэрити. Она сделала ещё шаг назад и, несмотря на желание пуститься наутёк, сумела крепко упереться ногами в землю и оскалиться на незнакомца. — Что тебе от меня нужно?

В ответ пони лишь указал копытом на парящую позади Рэрити книгу.

Единорожка, посмотрев с опаской, опустила книгу.

— Она пустая, — с горечью отметила она, отшагнув ещё на шаг. — Можешь сам убедиться, — с этими словами она раскрыла книгу, чтобы показать ему это, и заметила единственное предложение на первой странице.

Собственность Твайлайт Спаркл.

— Твайлайт…

И тут Рэрити собрала всё воедино: поняла, на что же указывали недостающие детали, и пазл сложился.

Она подняла взгляд на незнакомца с полным пониманием, кто это и почему он внушает ей такой ужас, какого она никогда ранее не испытывала.

— Это ты, — прошептала она. Существо перед ней и осознание его мощи повергли единорожку в ужас. И всё же, несмотря на это, у неё внутри возникло чувство, оно всецело затмило страх и тревоги, стоило Рэрити осознать, чей крик она слышала.

Ненависть.

Ненависть от осознания, что он сделал. Ненависть от осознания, что он преследовал и её, и её близких. Ненависть в ответ на раздавшийся смех Духа, когда Рэрити прошептала имя Твайлайт. Ненависть от того, что она узнала смех, ведь за ней всюду следовал этот голос.

Её собственный.

— Что ты с ней сделал? — спокойно спросила Рэрити, а внутренняя ненависть подтолкнула шагнуть вперёд. Дух лишь рассмеялся, побудив единорожку стиснуть зубы и продолжить. — Где она?

— Принцесса? — радостно ответил Дух и сбросил капюшон, позволив Рэрити взглянуть на лицо, которое она видела в зеркале каждый день, за исключением жёлтых глаз — единственным их отличием. — Ох, мне страшно жаль, дорогуша, — продолжил Дух и провёл копытом по своей фиолетовой гриве, отчего у Рэрити побежали мурашки. — Боюсь, что… — он захихикал и невинно улыбнулся единорожке. — Твоя ненаглядная принцесса бессрочно больна.

Рэрити не удосужилась остаться.

Не удосужилась высказать Духу пару отборных или даже бросить книгу ему в лицо, как ей хотелось: в конце концов, было ужасным преступлением, что её образ использовался столь злобным и гадким созданием. Вместо этого она взялась за то, что её действительно волновало, и галопом ринулась обратно к дубу.

Рэрити могла слышать его отдающийся эхом вдали смех, заполнявший её разум образами Твайлайт во всевозможных ужасных ситуациях. Запертой под разрушенной библиотекой… Лишенной магии в довесок к телу… Оставленной в полном одиночестве навечно… Отгоняя каждый образ как только могла, единорожка вновь и вновь напоминала себе, что её подруга никогда не позволит себе снова пасть жертвой прихоти Духа.

«…Ведь так?»

Издали наконец показался дуб, и она пустилась галопом что есть мочи. Спрыгнув в яму, кобылка рывком доскакала до основания дерева и распахнула ныне присутствовавший люк, сердце громоподобно колотилось в груди. Она бросилась вниз по лестнице и, скача по тоннелю, надеялась, что её догадки о причинах отсутствия света в библиотеке неверны.

— Твайлайт! — отчаянно звала Рэрити, проносясь через вход. — Твай..! лай…т..? — повторила она затихающим от удивления голосом, попутно сбавляя темп, пока совсем не остановилась: она оказалась в холле не библиотеки, а своего бутика.

— Что, во имя Эквестрии…

Громкий угрожающий хлопок двери раздался позади единорожки, запирая её в собственном доме. Рэрити обернулась, и её замешательство тут же сменилось гневом, стоило ей увидеть своего двойника, стоявшего перед дверью с отвратительно самодовольной улыбкой на лице.

— Добро пожаловать в бутик «Карусель», — пропел Дух, хлопая ресницами, и по-хозяйски обвёл копытом помещение. — Где всё блеск, красота и шок! Ой, погоди, нет, это не то… там было шик, — прижав копыто к щеке, он задумчиво промурлыкал: — Ай-ай-ай, не слишком ли смелое заявление? Впрочем, ложная реклама в наше время ужасно распространена среди посредственных дизайнеров.

Каждое слово, слетавшее с его губ, каждый звук отталкивали Рэрити, отвращали и отравляли кипящей ненавистью каждую её мысль, каждый вдох, каждое движение.

— Оу, ну знаешь как говорят: «наши самые худшие критики — мы сами», — прошипела единорожка и сделала шаг в сторону Духа. — Где она? — спросила Рэрити, в кои-то веки дискуссия о собственных дизайнах её почти не интересовала. — Предупреждаю, если ты что-нибудь с ней сделал…

Дух издевательски закатил глаза.

— Ну-ну, нет нужды угрожать. Твоя дражайшая принцесса в полном порядке, — сообщил он, зевнув и отмахнувшись копытом от единорожки, как от жутко скучного и недостойного его внимания оппонента. — Хотя… — Двойник вернул копыто к щеке и прикусил губу. — Благодаря тебе, Рэрити, это ненадолго.

— Да как ты смеешь, — злобно бросила единорожка, её голубые глаза сузились и, подобно кинжалам, вонзились в жёлтых собратьев напротив. Жаль взглядом нельзя убить. — Я бы никогда не навредила Твайлайт.

— Оу, ну конечно же нет! По крайней мере, не намеренно, — покровительственно сказал Дух, без раскаянья, снисходительно взирая на исходящую ненавистью Рэрити. Он начал кружить вокруг единорожки и с каждым шагом оставлял позади идеальную иллюзорную копию себя, пока не запер кобылку, словно бы, в зеркальной комнате с искажёнными отражениями её самой.

— Ты хотела быть героиней! — продолжила одна из иллюзий, уже все вместе они снова закружили вокруг единорожки. Рэрити больше не могла сказать, кто из этих духов настоящий, потому перевела взгляд на того, что говорит. — Думала, станешь их спасительницей, ведь так? Бедная малютка Рэрити столь отчаянно желает освободить принцесс, звезда в своей собственной сказке, и завоевать сердце прекрасного принца. Ой, постойте-ка. А прекрасного принца-то и нет! У нас прекрасная принцесса! — иллюзия остановилась, остальные последовали её примеру. — Ну и ну, какой восхитительный поворот, — как только смолкли слова, комнату заполнил издевательский смех. Этого хватило, чтобы заставить единорожку чувствовать себя ещё хуже.

— О да, принцесса! Я спасу вас! Это будет так просто! — издевалась другая иллюзия, встряхнув гривой и театрально вздохнув. — Пфф. Не смеши меня, — усмехнулась она и, отвернувшись от Рэрити, вновь принялась кружить. — Ты что, и правда думала, что найдёшь книги так просто? Что они упадут тебе прямо в копыта без последствий, без угроз, что это будет вроде развлечения на Ночь Поисков, только слегка мудрёней?

— Что ж, дорогуша, теперь ты узнаешь, — продолжила ещё одна, и они вновь остановились, теперь их взгляды были более угрожающими и внушительными, чем когда-либо ранее, а головы одновременно склонились набок, — что бывает, когда маленькая кобылка решает поиграть в героя.

Это стало последней каплей.

В глубине души Рэрити понимала, что нет никакой надежды одолеть Духа, но этого было недостаточно, чтобы она перестала пытаться. Она бросилась на угрожавшее ей существо с намерением причинить хоть какой бы то ни было вред, на который была способна, но вместо этого прошла сквозь иллюзию. Разъярённая, Рэрити развернулась с тщетным намерением попробовать снова, но вместо этого обнаружила, что все иллюзии смотрят на неё в ответ, их рты растянулись в широкой улыбке, как если бы она была игрушкой для их потехи.

— Думаешь, что сможешь меня одолеть? — спросила иллюзия, они шагнули в сторону единорожки, заставив её сделать шаг назад. Ярко жёлтая аура оплела их рога, и та, что вела их сейчас, сделала ещё один шаг к Рэрити. — Ты и правда не очень умная, Рэ-ри-ти?

Прежде чем она смогла отреагировать, иллюзии телекинезом подняли единорожку в воздух, обволакивая своей магией так, что той стало трудно дышать. Одним стремительным движением они швырнули Рэрити в ближайший книжный шкаф, с которым она с грохотом и столкнулась. Единорожка упала на пол, глаза наполнились слезами, а тело мучительной болью. Она зажмурила глаза и прикусила губу в попытке сдержать болезненный стон — он означал бы признание поражения.

Рэрити знала, что в этот раз её не будет ждать растерянный аликорн, но Денза милостивая, как бы ей этого хотелось.

— Рэ-Рэрити?! Что происходит?

Казалось, время остановилось.

Единорожка знала, что Твайлайт не может быть здесь, даже если голос, что она слышала, принадлежал ей. Она знала, что аликорн заперта в библиотеке, и как бы отчаянно Рэрити этого не хотелось, Твайлайт просто не может быть здесь. И всё же, звуки её голоса затуманили разум единорожки иррациональной надеждой, что она обернётся и как-то, каким-то образом увидит её. Вот она открыла глаза и с болью посмотрела вверх, только чтобы обронить остаток надежды попутно с сердцем и слезами, стоило ей обнаружить напротив себя не Твайлайт Спаркл, а своего треклятого двойника, смотрящего на неё с маниакальной улыбкой.

— Бедняжка, — неискренне, с наигранным беспокойством сказал Дух. — Ты ведь правда подумала, что она здесь? Размечталась, что подружка чудесным образом заявится тебя спасать? — он усмехнулся и склонил голову. — О, мне почти тебя жаль.

Рэрити понадобилось приложить немалое усилие, чтобы подняться, прикусив губу так сильно, что кровь сочилась из нее при каждой мучительной вспышке боли.

— Как… Как ты смеешь… — осёкшись на полуслове и задыхаясь от боли, она упала на пол и от отчаянья и агонии стиснула зубы. Единорожка услышала, как Дух насмехается над ней, и вновь заставила себя встать.

Дух с улыбкой отступил на шаг. Он выглядел впечатлённым.

— Что ж, надо отдать тебе должное, решимости тебе не занимать, — он вздохнул, развернувшись, открыл входную дверь своей магией и зевнул достаточно громко, чтобы Рэрити могла слышать. — Но мне уже порядком наскучило возиться с тобой, есть ещё пони, о которой мне следует позаботиться, а у тебя есть пол, чтобы рухнуть на него.

Единорожка знала, что пытаться атаковать Духа снова было бы глупо, но она отказывалась позволять ему добиться своего. Рэрити направила взор в сторону двери, глядя на свободу, ожидающую за ней. Если бы она могла подавить мучительное желание своего тела сдаться, она могла бы убежать и найти помощь или добраться до библиотеки и предупредить Твайлайт.

Прежде чем Дух успел бы уйти, единорожка сорвалась в галоп столь быстрый, насколько могло позволить её больное тело. Но только она достигла двери, что-то остановило и отбросило её обратно, прямиком в ближайший стол. Рэрити простонала, звон в ушах сливался со смехом двойника, она открыла глаза достаточно скоро, чтобы ещё можно было увидеть барьер, блокирующий выход, прямо как в библиотеке.

— Что за… — единорожка замолчала на полуслове, боль мгновенно забылась. Как… Как такое может быть? Почему барьер остановил её? Почему она не смогла сквозь него пройти?

Только когда Рэрити попыталась встать, она осознала причину продолжающегося маниакального смеха Духа. Барьер запустил её прямо в ближайший кофейный столик, и тем не менее…

И тем не менее единорожка не сразу поняла, что не почувствовала удара, пока не заметила стол, проходящий прямо через её ныне бесплотную грудь. Кобылка издала испуганный крик и упёрлась спиной в книжный шкаф, только чтобы издать ещё один, как только осознала, что упёрлась не в него, а сквозь него.

— Оу, похоже, я поторопился! — воскликнул Дух, захлопнув дверь и цокнув копытами. — Это вновь становится интересным!

Рэрити даже не пыталась слушать, что сказал Дух, слишком потрясённая и напуганная своим новым призрачным состоянием. Её тело осознавало свои эфирные свойства, пыталось принять и понять, что произошло, в чём с треском провалилось. Единорожка пыталась дышать, но не могла втянуть ни капли воздуха, что и неудивительно, без телесных лёгких. Слёзы страха покатились по её щекам, сорвались вниз и растворились в воздухе, не достигнув пола.

— Ну же, дорогуша, не будь такой угрюмой! — воскликнул Дух, усмехнувшись, когда Рэрити медленно обернулась, чтобы посмотреть на него широко распахнутыми глазами. — Ты должна быть благодарна мне! Теперь ты сможешь навсегда сохранить свою… э-э-э, довольно тщедушную фигур… О-ой! — Дух пригнулся , всего на пару сантиметров увернувшись от вазы, брошенной единорожкой ему в лицо. Он понаблюдал, как ваза разлетелась о стену, прежде чем обернуться к Рэрити. — Тише, тише! Бить такую прекрасную вазу из-за такой мелочи? Мне казалось — ты леди!

— О, не волнуйся, я взяла её по скидке, — прорычала единорожка. Эх, как бы она хотела, чтобы Твайлайт была здесь, она бы могла составить для Рэрити целый список синонимов слова “ненависть”, чтобы найти то, что описывало бы её нынешнее состояние. — Чего ты от меня хочешь?! — требовательно спросила она, шагнув в сторону Духа. — Я… Я что, правда была настолько опасна для тебя?!

Неужели она действительно была настолько близка к спасению Твайлайт, что Дух решил вмешаться?

Двойник моргнул.

— Опасна? — медленно повторил он, обдумывая вопрос, прежде чем взорваться хохотом. — Ты? Опасна для меня? Ох, ладно тебе, дорогуша! Не льсти себе! — весело воскликнул Дух, а затем вздохнул и стряхнул копытом слезу. — Нет-нет, ты не опасна для меня. Напротив! Ты мне замечательно помогла! Мне стоит поблагодарить тебя.

— Б-благодарить меня? — спросила Рэрити, её сердце упало.

— Ну конечно же! — настоял Дух, вновь закружив вокруг единорожки. — Ты сделала её вновь уязвимой! Разве ты не видишь, как это потрясающе?! Она изолировалась от всего мира! Поклялась, что никогда больше не позволит никому приблизиться к себе! И все же тебе удалось сломить ее оборону! Ты понимаешь, как будет восхитительно, если её предадут именно сейчас? Ну же, Рэрити, в конце концов, ты ведь умная.

— Она не нуждается во мне! — парировала единорожка, даже несмотря на то, что правда, стоявшая за этим заявлением, причиняла боль. Даже если они больше никогда не увидятся вновь, Рэрити не была… единственной надеждой. — У неё есть и другие, кто ей поможет! Она больше не одна!

Дух остановился, подняв бровь.

— Не нуждается в тебе? Но почему тогда я позволил ей подружиться ещё с кем-то? О чём беспокоиться, когда у неё уже есть я? — спросил двойник, отойдя на шаг назад и взмахнув гривой. — Очаровательная Рэрити.

И тогда единорожка поняла.

Она тряхнула головой.

— Нет…

— О, да, — кивнул Дух, широко ухмыляясь. — Я запер тебя здесь не потому что ты опасна. Мне просто нужно было убрать тебя с пути, — он засмеялся и захлопал ресницами. — Ты что и правда подумала, что это и был мой план? Запереть тебя здесь и гулять спокойно, пока кто-нибудь ещё не найдёт её? Нет… намного проще продолжить идти по твоему пути!

— Ты не посмеешь! Я не позво…

— Цыц, дорогуша! — перебил Дух, тряхнув головой. — Она ничего не заметит, и обещаю, я буду чудесно с ней обращаться. На самом деле, учитывая, что я намного более интеллигентен, чем ты, она полюбит меня даже больше! — он усмехнулся и закрыл глаза. — Ах, я так и вижу. Каждый день я буду посещать её и, о небеса, я буду — или вернее — ты будешь всем, чего она хочет, и один за одним последние рубежи её защиты падут, — он открыл глаза и одарил единорожку сочувствующим взглядом. — Разве это не то, чего ты хотела, Рэрити? Я сделаю тебя столь значимой частью её жизни, она действительно поверит, что ты освободишь её. Она доверится тебе, абсолютно и полностью, а затем…

Он сделал шаг в сторону единорожки, заставив ту отступить на шаг назад.

— Я сломаю её, — продолжил Дух, его голос опустился до шёпота. — Я сломаю её так, что она никогда больше никому не доверится вновь, — он сделал ещё шаг, а Рэрити вновь отступила. — Она никогда не покинет свою тюрьму, и всю оставшуюся вечность она… — ещё шаг, — …будет… — и шаг, — …винить… — и ещё один шаг, единорожка уже прижалась спиной к стене, Дух находился всего в паре сантиметров от неё, — … тебя.

— Никогда.

Только и было её ответом.

Без предупреждения Рэрити кинулась на Духа, но вместо того, чтобы остановиться, проскакала мимо него, направляясь к двери. Она слышала, как Дух насмехался над ней, спрашивал, как та собиралась пройти через барьер, но правда была в том, что у единорожки не было цели через него проходить, или даже пытаться сделать это. Вместо это она остановилась перед дверью, изо всех сил стараясь использовать своё больное тело, чтобы заблокировать выход.

— Что ты делаешь? — спросил Дух, фыркая от бесполезной попытки Рэрити запереть его с ней. — Ты ведь понимаешь, что я могу просто пройти сквозь тебя?

— Ох, я знаю… — ответила единорожка, мило улыбаясь и укрепляя свою позицию даже зная, что это было бессмысленно. — Но откровенно говоря, мне всё равно.

Дух порысил к ней, и за ним снова появилось несколько иллюзий. Он остановился в паре метров от Рэрити, тогда как иллюзии распределились по бокам от него, их рога вновь охватила жёлтая аура.

— Вот как? — с улыбкой спросил Дух, его рог так же начал окутываться магической аурой. — Как забавно, — он сделал ещё шаг к стойкой кобылке, его рог заискрил. — Но думаю, с меня достаточно твоего участия.

Единорожка не ответила. Она лишь глубоко дышала и готовилась к предстоящей атаке, стараясь не забывать, что останови она Духа, то спасёт не только Твайлайт, но и своих сестру и друзей. Кроме того, на самом деле не было ничего, что Дух мог бы сделать, что было бы хуже, чем..

— Пока-пока, дорогуша!

Это был сигнал, которого они все ждали, и все как один, иллюзии и Дух, обрушили своё заклинание на Рэрити. Та закрыла глаза и отвернулась, не двигаясь с места и держась изо всех сил. Если это был её конец, то она позаботится о том, чтобы уйти, сражаясь. Почти оглушивший единорожку грохот прокатился по комнате, но боли она не почувствовала.

Рэрити так стояла, по ощущениям, целую вечность, а вокруг воцарилась тишина. Осознав, что всё ещё стоит, она наконец открыла глаза. Единорожка ожидала увидеть всякое, но ничто не могло сравниться со зрелищем, что ей открылось на самом деле.

Похоже, она не чувствовала боли потому, что атака Духа так её и не достигла, взамен повстречав защитившую её пони. Либо от истощения, либо от шока или смятения, а может, всего сразу, Рэрити рухнула на пол и могла лишь благоговейно смотреть на возвышавшегося перед ней тёмно-синего аликорна с пылающим рогом и взглядом, устремленным на отступающие иллюзии.

Принцесса Селена была гораздо более потрясающей, чем Рэрити могла себе представить.

Та стояла царственно, внушительно, казалось, не тронутая нападением. Её крылья были распахнуты и служили дополнительным щитом для единорожки, полупрозрачная грива сверкала и развивалась как у Твайлайт, казалось, в ней был заключён кусочек ночного неба. Но изо всех деталей, что привлекли внимание Рэрити, самым ошеломляющим была её кьютимарка.

Полумесяц.

— Ч-что? — прошипел Дух, сделав несколько шагов назад и обернувшись, чтобы обнаружить пропажу своих иллюзий. Впервые он выглядел напуганным и незнающим что делать. — Кто… Что ты здесь делаешь?!

Принцесса сделала шаг вперёд.

— Это моя реальность, — помедлив, ответила она, видимо прекрасно зная, что Дух принял облик единорожки. — И я оберегаю любого пони, что верит в меня от кошмаров вроде тебя.

«Кошмаров? — подумала Рэрити, всё ещё глядя на принцессу. — Значит ли это, что я … сплю?»

Попытавшись встать, единорожка коротким стоном привлекла внимание аликорна. Принцесса отвернулась от Духа и наконец посмотрела на Рэрити.

Единорожка заметила, что принцесса носит чёрную тиару точь-в-точь как найденная Рэрити около библиотеки Твайлайт, а так же аликорн носила ожерелье со знакомым символом трёх цветных воздушных шариков.

Как ни странно, когда их взгляды встретились, принцесса выглядела не менее удивлённой, чем сама единорожка.

— Кобыла? — удивилась она, сделав осторожный шаг к Рэрити. Её рог зажёгся, и единорожка почувствовала охватившую её чужую магию, но вместо того, чтобы, подобно Духу, атаковать её, принцесса помогла кобылке встать. — Ты первая взрослая кобыла, пустившая меня в свои сны с тех пор, как… — замолчав на полуслове, она подняла копыто и задумчиво поиграла ожерельем. — Почему?

— Вы… — Рэрити не знала, что сказать, глядя на принцессу как очарованная поклонница. — Вы… вы принцесса Селена…

Аликорн подняла бровь.

— Принцесса Селена? Под этим именем ты меня знаешь? — она тихонько усмехнулась, улыбнувшись с заметной грустью. — Ясно, — сказала она, вновь повернувшись к Духу.

— Моя сестра нашла бы это забавным.

## — Глава 12 — Теория профессора

[Изображение: https://i.imgur.com/ENjGgqC.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/94NEASV.png]

Каждый пони по-разному видел сны. Для кого-то не составляло труда понять, что они грезят; для других же сновидения ощущались реальностью, в которой всё окружающее казалось правильным ровно настолько, чтобы не вызывать подозрения.

Как раз к последним относилась Рэрити, которая всегда наслаждалась своими грёзами, будто они были реальностью. Тем не менее, вопреки тому, что разворачивающаяся перед ней сцена могла быть только сном, ей так не казалось. Её словно бросили в этакую непонятную смесь сна и реальности — и это действительно было так, если стоявший перед ней аликорн и впрямь являлся настоящей принцессой Луной.

Взгляд единорожки метался от аликорна к Духу и обратно, адреналиновое возбуждение пошло на убыль теперь, когда она оказалась под защитой принцессы.

Или, точнее, под защитой её версии из грёз.

Принцесса Луна величаво шагнула навстречу Духу, тот отступил назад и, оскалившись, с плохо скрываемым ужасом рявкнул:

— Д-думаешь, сможешь остановить меня?

— Ты… не более чем выдумка. Мне потребуется лишь заклинание, чтобы избавиться от тебя, — спокойно произнесла Луна, нисколько не тронутая поведением двойника Рэрити. — Это будет проще простого.

И всё же, несмотря на эти слова принцессы, Рэрити не могла отделаться от ощущения, что Луна тянет время. По идее, явившись сюда, она первым делом должна была избавиться от Духа, ведь так?

«Так чего же она ждёт?»

— Так чего же ты ждёшь? — спросил Дух в унисон мыслям Рэрити. Единорожка невольно вздрогнула и поёжилась, услышав, как её мысли озвучил не кто-то, а сам Дух.

Выдержав долгую паузу, принцесса проговорила:

— Это существо… — Она оглянулась на Рэрити. — Какова его истинная форма?

Когда принцесса впервые обращалась к единорожке, её голос полнился добротой — сейчас же он совершенно переменился. Взгляд её стал холоден, отчего Рэрити ощутила, будто она была на месте своего злобного двойника.

— И-истинная форма? — переспросила Рэрити, с огромным трудом глядя в глаза принцессе. — Я… я не знаю…

Луну, похоже, ответ не устроил: она чуть нахмурилась и повернулась обратно к Духу. Почему она расстроилась? Неужели Рэрити ответила неправильно? Да и как она могла ответить правильно, если ни разу не встречалась с Духом!

Ну, так она надеялась, по крайней мере.

Рог Луны осветился, Дух отступил ещё на несколько шажков.

— Покажи мне его истинную форму! — потребовала принцесса, топнув копытом по полу и брызнув искрами из рога.

— Я её не знаю! — беспомощно ответила Рэрити. — Я никогда не… видела…

Она замолкла, когда Дух начал преображаться. Рэрити осторожно наблюдала, как у её двойника стали меняться глаза и расти зубы. Принцесса Луна топнула ещё раз, и Дух превратился в Книжника, на лице которого злобный взгляд жёлтых глаз смотрелся ещё более угрожающе.

Луна заворчала и снова топнула ногой. Дух опять преобразился, но принял облик не пони, а стал широкой белой стеной с жуткими тенями, что Рэрити некогда видела наяву. Принцесса вновь заворчала, топая копытом ещё и ещё; Дух превращался то в Книжника, то в двойника Рэрити, то в стену — и так по кругу.

— Хватит! — воскликнула Луна на пятый цикл повторений.

Рог принцессы вспыхнул ослепительно ярким светом, вынудив единорожку зажмуриться и просто слушать крик, раздавшийся неподалёку. Моментом позже, когда та открыла глаза, она с облегчением обнаружила, что Духа больше нет.

— Я думала, возможно… если ты веришь в меня, значит ты встречалась с ним, но похоже я ошибалась.

Луна прошла вглубь комнаты, проверяя, не осталось ли чего от кошмара, прежде чем обернуться к Рэрити. Хотя выражение лица принцессы и смягчилось, единорожка могла заметить: её явно что-то беспокоило.

— Дух ушёл? — спросила Рэрити, чтобы снять повисшее напряжение и убедиться, что она действительно в безопасности.

— Я ведь уже говорила? Развеивать кошмары несложно, особенно когда он частый гость в сновидениях местных жеребят, — принцесса перевела взгляд туда, где стоял Дух. — Я изгоняла его в стольких обличьях, что и считать давно перестала, но, полагаю, с этим ничего не поделаешь, когда в Холлоу Шейдс наживаются на моём положении.

— А ты, похоже, довольно странная? — спросила она, повернувшись к единорожке. Рэрити же удержалась и не выказала негодования. — Ты, должно быть, искренне веришь в меня, раз мне было дозволено войти в твои сны… Кто ты? — принцесса осмотрела бутик. — Это место. Что это? Где оно?

— Это мой бутик в Понивилле, — быстро ответила модельерша, не обратив внимание, что аликорн, вероятно, понятия не имеет что за Понивилль и где он находится.

«Погодите-ка, это ведь не так… Разве Понивилль не существовал ещё когда Твайлайт была свободна?»

На её мысленный вопрос ответила сама принцесса.

— В Понивилле? Кобыла родом из Понивилля, которая верит в меня? — осторожно и не спеша спросила Луна. Она задержалась взглядом на Рэрити ещё на мгновение, затем отвернулась. — Любопытно. Прошло столько времени, что не найти уже и сил, чтобы вновь начать надеяться. — Упреждая вопросы от собеседницы, принцесса повернулась к ней и тихо спросила: — Ты её нашла?

— Да, — последовал незамедлительный ответ, Рэрити выпалила его не задумавшись ни на мгновенье. Она просто знала, что имела в виду принцесса и о ком говорила.

— Докажи.

— Твайлайт Спаркл, — ответила Рэрити, лишь после вспомнив, что в Холлоу Шейдс имя Твайлайт не сойдёт за доказательство.

— Покажи мне!

Только Рэрити собиралась спросить, как это сделать — принцесса топнула ногой, а из рога её полетели искры. Помещение вокруг преобразилось, точно рябь пробежала по водоёму, но когда она улеглась, бутик ничуть не изменился.

— Ясно. — Лицо принцессы затвердело, она отвернулась. — На многое я не надеялась, но всё же разочарована.

— Нет, постойте! — выпалила Рэрити, шагнув к принцессе. — Клянусь, я правда её нашла!

Единорожка огляделась, зыркнув на комнату и отчаянно пытаясь преобразить её в библиотеку силой воли. Это ведь был её сон, верно? Так почему же он не работал по её…

Окружение изменилось, и Луна с Рэрити очутились в библиотеке.

Единорожка быстро развернулась — наконец-то сон послушался её — и увидела принцессу, сидевшую рядом и пристально смотревшую кое на кого между рядами стеллажей.

Жаль только, что это была не Твайлайт.

Взору Рэрити предстал не полюбившийся ей начитанный призрак, а виденный ею во время Ночи Поисков образ «принцессы Книжечки»: очки, заплетённая в хвост грива, рубашка с карманными протекторами, гнусавый голос — полный набор.

Принцесса Луна лишь разочарованно хмыкнула.

Рэрити показалось, будто она вот-вот проснётся от стыда.

Луна вздохнула и отвернулась:

— Что ж, мне ещё много кошмаров нужно… — Тут она замолчала, опять устремив взгляд на Книжечку.

Та вдруг с очень обеспокоенным видом встала и отступила назад. Причина её беспокойства появилась мгновение спустя, когда из-за стеллажей вышла Рэрити, чьи глаза сверкали жёлтым, а рог окружало облако чёрной магии.

Внимание как Луны, так и Рэрити было целиком сосредоточено на разворачивающейся сцене.

Рэрити, будто завороженная, наблюдала, как её копия угрожающе наступала на принцессу Книжечку, вынуждая ту пятиться к стене. Сцена казалась совершенно нереальной, как если бы никакой угрозы вовсе не было, потому что ни облик принцессы Книжечки, ни голос, ни манера речи нисколько не походили на таковые у Твайлайт.

— Что всё это значит? — спросила принцесса Книжечка, уперевшись крупом в стену.

Вместо ответа вторая Рэрити напала. От силы магического разряда Книжечку впечатало в стену, откуда вырвалось плотное облако пыли, скрывшее аликорна с глаз.

Луна отреагировала первой. Её рог засветился, без сомнений готовясь прекратить воскресший кошмар, но в последний момент, она почему-то остановилась: принцесса Книжечка выкрикнула имя Рэрити. Её голос изменился, и лишь когда единорожка осознала это, угроза стала реальной.

Хрипя и вздыхая, из пыли вынырнула Твайлайт Спаркл, её лицо и шёрстка были покрыты грязью и подпалинами. За всё время что Рэрити знала Твайлайт, единорожка видела не так много эмоций на лице аликорна. Гнев, сдержанную радость, замешательство… но она никогда не видела его полным столь чистой ненависти.

— Твайлайт? — вопросила ночная принцесса, глядя на аликорна, которого она не видела тысячелетие, прежде чем обернуться к Рэрити с осознанием. — Ты… Ты… Так вот почему…

Единорожка не слушала.

— Рэрити… — прошипела Твайлайт, её крылья охватило пламя. — Я доверяла тебе…

Даже если ненависть аликорна была не к Рэрити, ощущалось наоборот. Казалось, будто это она предала Твайлайт, и хотя ей хотелось выкрикнуть, что это не так, слова словно застряли в горле.

— Я думала, мы друзья, — продолжала Твайлайт; единорожке никогда не было так больно слышать её смех — Похоже, я ошибалась.

Другая Рэрити просто улыбнулась, её рог засветился вновь. — Прощай, принцесса Твайлайт.

Увидев атаку своего двойника, единорожка закричала, призывая подругу бежать. Но вместо взрыва она услышала совершенно иной звук. К её удивлению, повсюду стали появляться трещины, будто бы сон буквально разваливался на куски. Однако взор Рэрити не покинул надолго Твайлайт, что застыла на месте со взглядом, всё ещё полным непреклонной ненависти.

— Ты просыпаешься! — воскликнула Луна, наконец привлекая внимание единорожки. — Сон разрушается!

— Но!.. Я!.. — Рэрити продолжала смотреть на свою подругу, несмотря на всю боль, что причиняло выражение на её лице; мотылёк настойчиво и осознанно летящий в огонь.

— Послушай нас! — громко скомандовала ночная принцесса, телепортируясь перед единорожкой и загораживая от неё Твайлайт. Лучи света сорвались с её рога, достигли трещин и накрыли их. — Здесь я не могу использовать всю свою силу. У нас есть лишь несколько минут или даже секунд, пока я ещё могу поддерживать этот сон! Ты должна освободить её любой ценой!

— Но что насчёт тебя? Как ты…

— Мы не важны! Мы даже не знаем, где мы! — прервала Рэрити Луна, её голос стал громче. — Если ты не сможешь освободить Твайлайт Спаркл, тогда для нашей сестры не будет никакой надежды, и если нет надежды для них, то нет и для нас!

— А что насчёт Духа?! — спросила Рэрити, умудрившись увидеть своего застывшего двойника за принцессой. — Если я продолжу, он может прийти за Твайлайт, или мной, или моими дру…

— Кобылка, мы пробыли здесь тысячелетие, и всё же Твайлайт и наша сестра всё ещё взаперти. Тебе не кажется, что тому есть причина? Раз уж ты продвинулась достаточно далеко, чтобы найти двух из нас, я удивлена, что он ещё не расправился с тобой, — сказала Луна, осознав суровость своих слов лишь когда единорожка отступила, отчего вся комната исказилась. Смягчив голос, но не менее сурово, принцесса продолжила: — Если ты боишься последствий своих действий, и не желаешь больше мучиться в кошмарах, ты должна сделать выбор. Либо навсегда брось это занятие, пока Дух не взялся за тебя, либо помогай Твайлайт до конца, зная, что, возможно, уже находишься в опасности.

— Но когда Твайлайт узнает, что Дух заинтересовался мной, она запретит мне ей помогать! — ответила Рэрити, стиснув зубы — Она ничего мне не рассказывает, она изначально не хотела, чтобы я ей помогала… как будто вообще она не хочет освободиться!

Похоже, эти слова задели Луну за живое, и на мгновение её заклинание дрогнуло, отчего появилось несколько новых, более крупных трещин. Вздрогнув, принцесса усилила заклинание. — Нет. Могу заверить, она просто не хочет подвергать тебя опасности. Полагаю, ты ей довольно дорога, — ответила аликорн, поморщившись. Она отступила, открыв единорожке обзор на, теперь уже искажённый, образ Твайлайт. — Но раз так, ей тоже придётся выбрать. Либо поверить в тебя и помочь, или вы больше не сможете работать вместе, чтобы спасти её или любую из нас. Но знай, если ты выберешь помочь ей, мы больше не встретимся снова.

Её заклинание наконец сдалось, и сон вновь пошёл трещинами, что появлялись всё чаще и становились всё крупнее.

Даже когда Луна сама начала исчезать, она продолжила говорить:

— По сути, то что ты здесь может означать, что Дух ещё не знает что мы встретились. Увидеться с тобой единожды, узнать, что ты нашла Твайлайт, лучше чем всё, на что я когда либо надеялась, но… но встречаться чаще, значит, искушать Духа и удачу, которой у меня, похоже, нет. Я уже подвергла опасности Пинки, отправляя её на поиски остальных… не хочу подвергать ей ещё кого-то…

— П-подожди! — умоляла Рэрити, наблюдая, как вся комната искажается и размывается. — Ты не можешь просто уйти!

К сожалению, её мольбы не были услышаны принцессой, что исчезла раньше, чем единорожка закончила фразу. Она звала снова и снова, несмотря на то, что весь мир вокруг неё трещал по швам, пока внезапно всё не прекратилось и она не распахнула глаза.

Рэрити проснулась в поту, её сердце громко стучало в груди, пока она хватала ртом воздух. Мысли беспорядочно метались в голове, и понадобилось некоторое время, чтобы осознать, что она была не в библиотеке, а в номере отеля.

— Рэрити?

Обернувшись, единорожка обнаружила Флаттершай, стоявшую около её кровати, бодрствующую и ужасно обеспокоенную. Теперь, когда на неё обратили внимание, пегаска шагнула ближе к подруге.

— У тебя был кошмар…

— Фла… Флаттершай, — запыхавшись, сказала единорожка, успокоившись достаточно, чтобы воспоминания о кошмаре начали рассеиваться. — Извини, дорогуша. Я тебя разбудила?

Флаттершай покачала головой и на мгновение с облегчением улыбнулась.

— Главное, ты в порядке, — сказала она, осторожно положив копыто Рэрити на плечо. — Хочешь об этом поговорить?

Хотела ли она говорить об этом?

Конечно хотела, но было ли такой отличной идеей перепугать подругу рассказами, что их наверняка преследует ужасающее существо?

— Я… Я… Нет, не думаю, что это необходимо, дорогуша, — ответила единорожка, а точнее, солгала. — Может быть, завтра, когда мы отдохнём получше?

Видно было — Флаттершай она не убедила, но та давить не стала.

— Хорошо, — улыбнулась Флаттершай напоследок и ушла к себе спать.

Вместо того, чтобы лечь обратно, Рэрити просто сидела на кровати и пыталась успокоить дыхание. Ей придётся рассказать Флаттершай, без сомнений. Может, сразу, но в крайнем случае завтра. Если Дух в самом деле серьёзно их преследовал, Флаттершай имела право знать…

Как и право отказаться помогать дальше.

Её сон… Пускай воспоминания о нём уже начали рассеиваться, кое-что она помнила очень ясно. Неужели… это и впрямь была принцесса Луна? Да и… кто, если не она, так ведь? Что она имела в виду, говоря, что для неё нет надежды, если не освободить Твайлайт?

Неожиданно Рэрити осознала, что никогда и не задумывалась, можно ли освободить всех принцесс одинаковым способом?

Её мысли вернулись к другим фрагментам сна… К угрозе, что была очень правдоподобной. Даже если Луна надеялась, что единорожку не преследуют, сама Рэрити была уверена, что та неправа. Разум неизбежно привёл её к, возможно, самой ужасной части сна, той, что она помнила отчётливей всего: взгляд Твайлайт, которую предали.

«Рэрити… Я доверяла тебе… Я думала, мы друзья…»

Ей было дурно от невозможности это забыть.

Она легла обратно, закрыла глаза и попыталась опять заснуть, надеясь снова увидеть сон. Вопреки предупреждению принцессы, Рэрити хотела полностью убедиться, что это не было просто сном. У неё был всего один другой вариант: дождаться разговора с Пинки Пай. Глядя в окно, единорожка заметила, как солнце медленно показалось из-за горизонта, значит ждать придётся недолго.

* * *

Следующим утром, после нескольких попыток поспать, окончившихся кошмарами и отсутствием в них принцессы Луны, Рэрити пришлось признать, что либо это было её воображение, либо Луна была решительно настроена больше не контактировать с единорожкой. Ну правда, не следил же Дух за каждым её сном и действием? Ничего плохого не случится, если принцесса позволит Рэрити увидеться с ней в ещё одном сне!

В конце концов, единственное, что могла сделать единорожка — это записать всё то немногое, что она ещё помнила из сна. Большая его часть уже выветрилась из головы, кроме предупреждения Луны и того, что Рэрити придётся рассказать Твайлайт о Духе. К сожалению, она помнила все эти донельзя ужасные моменты ясно как день.

Она вдруг поняла, зачем Пинки Пай вела дневники сновидений.

— Как себя чувствуешь, Рэрити? — спросила Флаттершай по пути к дому профессора Эйва. Пегаска держалась молодцом: терпеливо поддерживала подругу, когда та просыпалась от кошмаров, и никогда не продолжала давить после уверений Рэрити, что они обсудят это позже. А они обсудят — единорожка собиралась позаботиться об этом. Просто не обязательно ведь заниматься этим именно сейчас?

Единорожка зевнула и сделала глоток кофе, что они купили по дороге.

— Лучше. Хотя было бы неплохо ещё немного вздремнуть, попозже. — Желательно с меньшим количеством кошмаров и большим Принцессы Луны.

— О! Мы на месте! — воскликнула Флаттершай. — И Пинки тоже здесь?

Услышав слова подруги, Рэрити подняла взгляд и действительно обнаружила розовую пони, стоящую возле дома профессора. Она лениво попинывала камешек из стороны в сторону и выглядела погружённой в себя.

«Что она здесь делает? Я думала, она терпеть его не может?»

— Пинки Пай! — позвала единорожка и, помахав кобылке копытом, заметила, что та тут же просветлела. Приблизившись к ней, Рэрити спросила: — Что ты здесь делаешь? Мне казалось, мы должны были встретиться позже!

— …Я, эм, не могла дождаться увидеться с вами снова! Я проснулась в четыре утра, чтобы наделать кексиков и тортиков на день, а потом пришла сюда просто подождать вас! — искренне воскликнула розовая пони, даже если её легкое колебание не полностью убедило единорожку. Затем Пинки пристально посмотрела на собеседницу и спросила: — Ты в порядке, Рэрити? Выглядишь довольно усталой.

— Я и чувствую себя усталой, дорогуша, — ответила единорожка, подавляя зевок. Честно говоря, она даже не могла заставить себя радоваться посещению профессора. Она просто хотела покончить с этим и вернуться домой. — Надеюсь, профессор Эйв сегодня дома.

— Оу, он тут, — ответила земнопони, её энтузиазм заметно уменьшился. — Я слышала его пока ждала.

— В таком случае, почему бы нам не встретиться через несколько часов? — предложила Рэрити, любезно улыбнувшись. — Было бы довольно грубо с нашей стороны заставлять тебя ждать здесь, пока мы закончим.

— Оу, эм, что ж… вообще-то, я хотела пойти с вами! — воскликнула Пинки, её улыбка слегка дрогнула.

Флаттершай и Рэрити переглянулись.

— О Денза, я думала, он тебе не очень нравится, — обратила внимание Флаттершай, заработав нервный смешок от кобылки.

— О, так и есть! Он всё ещё большущий вредина! Просто… — она осеклась на полуслове, опустив ушки. — Вы же будете говорить с ним о принцессах?

Внезапно вся сонливость единорожки словно испарилась.

— Так и есть! — ответила она, стараясь, чтобы её голос звучал не слишком воодушевлённо. Предположив, что можно сделать решительный шаг, она небрежно продолжила: — Почему ты спрашиваешь?

Пинки выглядела смущенной, когда она ответила.

— Ну, просто… он может сказать что-нибудь действительно глупое — в плохом смысле глупое — о принцессах, и мне не хотелось бы, чтобы вы…

Единорожка посмотрела на дом. Не было похоже, что профессор может внезапно куда-нибудь уйти, так что они могут позволить себе потратить несколько минут, если это означало, что они наконец узнают правду.

Из всего, что она узнала — если её сон действительно посетила настоящая принцесса Луна — аликорн ещё не успела рассказать Пинки о Рэрити. Иначе земнопони уже усыпала бы её вопросами.

— Пинки, мне тут стало любопытно, — начала единорожка, осторожно подбирая слова и интонацию, чтобы не показаться враждебной. — Старейшина Муншайн вчера рассказала мне немного о Мунлайт Лалабай…

Вся жизнерадостность, что ещё оставалась в земнопони, мгновенно испарилась.

— Оу, — она испустила неловкий вымученный смешок. — Рассказала? Она же обещала, что не будет…

Не к добру это.

— Пинки, дорогуша, — продолжила Рэрити, предлагая свою самую теплую улыбку. — Старейшина Муншайн рассказала нам, потому что она…

— Вы же не думаете, что я это выдумала, правда? Вы же мне верите? — спросила розовая пони, улыбка на её лице выглядела больше напуганной, чем счастливой. Прежде чем кобылки могли ответить, Пинки отступила на шаг, мотая головой. — Я это не выдумала! Это не так, клянусь!

Рэрити продолжала улыбаться, пытаясь успокоить кобылу.

— Пинки Пай, я не говорила, что не верю тебе. Мы просто хотим узнать, где она.

— Я… Я не знаю… И она тоже не знает, н-но я ищу! Я знаю — это похоже на ложь, но я не вру! — Земнопони не слушала слов единорожки, тараторя без умолку. — Все так думают, но это не правда! Принцесса Луна не воображаемый друг! Пожалуйста… — она понизила голос, её грива сдулась. — Даю Пинки-клятву…

— Я верю тебе, Пинки, — сказала Рэрити, искренне и серьёзно. — И я знаю, что ты делаешь всё возможное, чтобы найти её.

— Угу, — без колебаний добавила Флаттершай — Мы верим тебе. Уверена, принцесса Луна рада, что у неё есть такой друг как ты.

Пинки уставилась на них, в полном неверии.

— Правда? — спросила она, сердце единорожки дрогнуло при виде слёз облечения, выступивших на глазах розовой пони, прежде чем широкая улыбка растянулась на её лице. Она незамедлительно сковала Рэрити в объятьях, не переставая хихикать. — Я знала, что вы в них верите! — отпустив единорожку, она одарила Флаттершай более сдержанными объятиями.

— Значит, вы поможете мне найти их?! — спросила земнопони, тут же начав в мельчайших подробностях перечислять всё, что они будут делать в их совместном приключении.

— Думаю, нам стоит сначала сосредоточиться на цели нашего визита, — сказала Рэрити, заметив, что её настроение значительно поднялось благодаря Пинки. Единорожка кивнула в сторону дома, земнопони нахмурилась.

— Ах, да… — Она прикусила губу. — Эээм… Прежде чем вы поговорите с ним, я… Можно спросить?

Рэрити моргнула.

— А?

— Вообще-то я могу спросить и позже! — будто передумав, вдруг сказала земнопони. — Я просто… хочу сказать, что тоже тебе верю, Рэрити. Я… Я не была уверена, но не теперь!

«Тоже мне верит?»

— Что ты имеешь в виду? Веришь в чём?

Пинки хихикнула.

— Эта история с подругой, Буккейс… Ты же сказала, что ходила в её библиотеку. Ну… Я знаю, что в Понивилле нет библиотеки! Так что…

О?

О.

О-о…

Глаза Рэрити расширились.

— П-погоди! — выпалила она. — Я имела в виду…

Пинки Пай хихикнула снова.

— Мы можем поговорить об этом позже! — воскликнула она, проскочив мимо испуганной единорожки, и трижды постучала в дверь.

Секунду спустя дверь распахнулась и три кобылки лицом к лицу встретились с печально известным профессором Брейзнед Эйвом. Стоит признать, единорожка представляла его похожим на сумасшедшего старого болвана, и оттого была удивлена, обнаружив прилично одетого жеребца-единорога. Во всяком случае, термин «сумасшедший профессор» к нему совершенно не подходил.

Профессор попросту уставился на Рэрити, так что она заговорила сама:

— Э-эхм! Здравствуйте! Вы, должно быть, профессор Эйв! Меня зовут Рэрити! Я, эм, из Понивилля! — собравшись с мыслями, сказала единорожка. — Я наткнулась на одну довольно интересную статью о вас, и мне не терпится задать вам несколько вопросов, если можно, конечно, — сказала она с облегчением, увидев его улыбку.

— А! Да, несомненно, вы пришли по адресу! — воскликнул он, вежливо улыбаясь. Он посмотрел на Флаттершай и, кивнув, заговорил: — Нечасто меня посещают приез… О. Это ты. Рад видеть вас снова, мисс Пай, — заметив Пинки, сказал он, только в его голосе не было и намёка на радость.

— Профессор Вредина, — до смешного серьёзным голосом ответила земнопони.

— Ты опять пришла попытаться убедить очередного пони, что я заблуждаюсь?

— Можешь не сомневаться! — кивнула Пинки, широко улыбаясь.

— Восхитительно. — Он одарил Рэрити и Флаттершай усталой улыбкой, и отошёл, пропуская их внутрь. — Прошу, проходите. Честно предупреждаю, я недавно вернулся из поездки, так что тут небольшой бардак.

С благодарными улыбками подруги вошли в дом; показав жеребцу язык, за ними последовала Пинки Пай. Оглядевшись, единорожка подумала, что «небольшой бардак» — это мягко сказано.

Стены, столы и даже пол были украшены разного рода документам и газетными вырезками, полными записей и комментариев. Если сам профессор и не создавал впечатления автора конспирологических теорий, то его жилище отлично исправляло эту оплошность.

— О, смотрите! — вдруг воскликнула Пинки, указывая на стену возле Рэрити. — Это Рэйнбоу Дэш!

— А, да. Неуловимый бывший капитан Вандерболтов, — сказал профессор, проходя мимо единорожки на кухню. — Позвольте мне принести вам чего-нибудь попить.

Обернувшись, Рэрити заметила на стене вырезки из газет, все соединённые лентой. Привлекла же её внимание первая страница: на ней красовалась фотография кобылки с голубой шёрсткой и довольно… любопытной радужной гривой. Рядом со статьёй размещалось ещё несколько фотографий, на всех была изображена та же кобыла в различных местах, по-видимому, не подозревавшая, что её фотографируют. Среди мест были пещера, шахта драгоценных камней и лес.

Следуя разыгравшемуся любопытству, Рэрити взглянула на статью и заметила сделанные в скобках пометки профессора.

КАПИТАН ВАНДЕРБОЛТОВ ЗАЯВИЛА ОБ ОТСТАВКЕ?

К разочарованию орд фанатов, на ежегодной пресс-конференции Вандерболтов было объявлено, что нынешний глава Королевской воздушной команды покидает свой пост капитана на неопределенный срок! Пегаска, стремившаяся к своему пятому году в роли капитана, деталей о своём решении почти не предоставила. Капитан Дэш объявила, что на время своего отсутствия оставит вместо себя своё правое крыло — Спитфайр. Следом она заверила своих поклонников, что Спитфайр будет «потрясной» заменой (хотя и настояла, что не такой потрясной, как она сама).

В настоящее время неизвестно, почему она приняла такое решение. Однако согласно внутреннему источнику, это может быть связано со старым другом капитана.

Какая неожиданность!

Или нет?

Для фанатов не секрет, что неуловимая капитан отсутствовала на многих мелких мероприятиях Вандерболтов в прошлом году, личным посещением которых она гордилась на старте своей карьеры. Как можно забыть её супер-быстрый-скоростной-манёвр во время второго ежегодного книгофона в Тол Тейлсе? (Кто знал, что можно жонглировать таким количеством книг, летая на высокой скорости). Действительно, её последним грандиозным появлением было героическое вмешательство, когда дракон свирепствовал в Ван Хувере.

Это событие только подлило масла в огонь уже разгорающихся слухов, что капитан Дэш была назначена на особо секретную миссию, достаточно важную, чтобы вынудить её покинуть команду и полностью сосредоточиться на своей задаче.

Если это и правда планировалось уже некоторое время, мы можем только надеяться, что бывший капитан довольна своим решением, и что она не заставит своих фанатов ждать слишком долго своего, несомненно, желанного возвращения.

Хотя Рэрити, признаться, не особо много знала о Вандерболтах, она читала о нападении дракона на Ван Хувер, впрочем это произошло почти год назад. Можно было только надеяться, что в ближайшее время никакой дракон не решит побуянить в Понивилле.

— Ты знала, что первая принцесса Кейденс основала Вандерболтов тысячу лет назад, чтобы они искали принцесс? — спросила Пинки, подрысив к Рэрити и взглянув на статью. — Хотя у них есть небольшие проблемки с их поиском…

— Что ж, это вполне ожидаемо, когда нет никаких потерянных принцесс, — раздался голос профессора. Он вернулся в комнату с четырьмя чашками чая, парящими за ним. — Вот, прошу, — сказал профессор, левитируя по чашке Флаттершай и Рэрити, а затем посмотрел на Пинки Пай и сказал: — Боюсь, вы допили весь мой оставшийся ванильный чай в прошлый раз. Вам придется довольствоваться черным, мисс Пай.

— Оу-у… Но ты всегда наливал мне ванильный, профессор Вредина…

— Эм, Рэрити, — прошептала пегаска, сделав глоток чая. — Он ведь ей не нравится. Почему тогда она ходит к нему на чай?

— Не имею ни малейшего понятия, — ответила единорожка, слишком поглощённая мыслями о чём-то ещё, чтобы строить теории о взаимоотношениях Пинки и профессора Эйва. — Минуточку, профессор, — сказала она, поставив чашку, и нахмурилась. — Что вы имеете в виду под «нет никаких потерянных принцесс»? Прошу прощения если ошибаюсь, но мне казалось, вы эксперт по вопросу мифа о четырёх принцессах?

Жеребец улыбнулся.

— Так и есть. Вы должны быть экспертом в чём-то, что намереваетесь опровергнуть, не так ли? — сказал он, закатив глаза, когда земнопони вновь показала ему язык.

— Опровергнуть? — спросила Рэрити, взглянув на Флаттершай. Если единорожка проделала весь этот путь в Холлоу Шейдс просто так, она… она… — Зачем вам её опровергать, если вы и так не верите в существование принцесс?

— О, не поймите меня неправильно, — продолжил профессор, пододвинул стул и жестом предложил трём кобылкам сесть. В его чашке появилась ложка, которой он и помешал свой чай. — Я верю, что когда-то было четыре принцессы-аликорна. Тому есть множество доказательств, разбросанных в книгах по истории Эквестрии, если бы пони потрудились провести исследования. — Он сделал глоток чая. — Каждый миф в этом мире основан на реальности. Скажите… полагаю, вы же не знакомы с Войной Хаоса?

— Война Хаоса? Их было две, — немедленно поправила единорожка, вспомнив книгу, что она нашла в библиотеке. — Если я правильно помню, когда закончилась первая, принцессы проводили ежегодные встречи с Духом, чтобы задобрить его, пока во время одной из встреч…

— …Дух отказался от традиционного предложения земли, и когда его новая просьба была отклонена, он объявил войну Эквестрии. Так началась Вторая война Хаоса. — Профессор казался довольным, хотя и несколько удивлённым.

— Как видите, я потрудилась провести собственное исследование, — сказала Рэрити, улыбаясь слишком самодовольно для той, кто просто вспомнила несколько страниц из книги.

— В самом деле. — Жеребец сделал ещё глоток чая и продолжил. — Затем, по легенде, принцессы отправились на поиски разбросанных элементов гармонии, после чего Дух поймал трёх из них в ловушку в пещерах и проклял последнюю, что ни она, ни кто-либо из её потомков не смогут найти пленённых принцесс. Всё это согласно мифам, конечно. Я сам стремлюсь доказать, что миф лишь прикрытие.

Единорожка моргнула.

— Прикрытие? Для чего? — спросила она, заметив, как Пинки вдруг помрачнела.

— Для самого успешного регицида в истории Эквестрии, — ответил профессор. — Я склонен полагать, что в легенде под словом «заточены» подразумевается «убиты».

«Убиты?»

— Убиты? — переспросила Флаттершай, прижав чашку к себе.

— Думаете, он их убил? — усомнилась Рэрити, зная наверняка, что это неправда.

Жеребец покачал головой.

— Не он. Они. Если моё исследование аликорнов верно, то не одно существо — бог хаоса или нет — не способно справиться с тремя аликорнами. Ему помогли, и… — он самодовольно улыбнулся, — …что может быть лучше помощи того, кто сам аликорн.

Глаза Рэрити расширились.

— Вы … Вы же не хотите сказать, что…

— Но это так, — кивая головой, продолжал он с блеском в глазах. — Вы же не хотите мне сказать, что вам никогда не казалось странным, почему три принцессы были подвергнуты ужасной судьбе, и только одна осталась практически безнаказанной?

Теперь Рэрити поняла презрение Пинки Пай к профессору.

— Не несите чепуху! — выпалила она, поражённая не только его словами, что кто-то хотел убить Твайлайт, но и тем, что именно принцесса Кейденс Первая организовала его… вместе с Духом?! Это было почти так же нелепо, как обвинять принцессу Дензу в сговоре с ним! — С чего бы принцессе Кейденс захотелось убить своих… своих друзей?!

— Да! — кивнув, воскликнула Пинки.

— Чтобы её род был единственными правящими аликорнами, конечно, — ничуть не смутившись, ответил жеребец.

— Но!.. Но принцесса Кейденс не осталась безнаказанной! Она была проклята…

— У вас есть хоть какие-нибудь доказательства, что это проклятие реально? — спросил он. Его рог вспыхнул, и на столе появилось несколько книг. — Мисс Рэрити, я прочёл тысячи версий этой легенды. Хотя подавляющее большинство согласуются с тем, что принцессе Кейденс относительно повезло в её наказании, с самим, так называемым, проклятием такого единогласия нет, — профессор указал на книгу. — Эта говорит, что оно распространяется только на её род. — На другую: — Эта утверждает, что любой, кто произнёс её имя, тоже проклят. — Ещё на две: — В этих сказано, что оно поражает на всю жизнь любого, кто работал под её началом.

— Подумайте об этом, мисс Рэрити, — продолжил он. — Как ещё он мог забрать элементы гармонии, если не благодаря кому-то, имевшему к ним неограниченный доступ? Единственное иное возможное объяснение, что у них не было никаких элементов изначально, в таком случае первая война Хаоса никогда не была бы завершена.

— Я отказываюсь верить, что принцесса Кейденс сделала нечто подобное, — сказала единорожка, отодвинув чашку.

Честно говоря, запрет Твайлайт в тот момент не был единственной причиной, удерживавшей Рэрити от того, чтобы силой затащить профессора в библиотеку. Единорожка просто не хотела, чтобы подруга знала о существовании пони, достаточно глупого, чтобы заявить, будто принцесса Кейденс Первая спланировала её убийство.

— Тогда скажите мне вот что! Почему ни в одной из виденных мной интерпретаций легенды нет способа их освободить?

— Но он там есть! — воскликнула Рэрити. Пускай о способе… спасти Твайлайт она сама узнала из другого источника, да ещё и весьма подозрительного, но это ведь всё равно считается, так? — Принцессу Твайлайт можно освободить, если найти потерянные книги из её библиотеки.

Жеребец поднял бровь.

— Неужели? Как интересно! Если это так… — он бесцеремонно встал и склонил голову. — Прошу прощения, вы не против, если я отлучусь на минутку? Мне нужно кое-что принести, — сказал он и порысил в другую комнату.

— Эй, подожди! Мы с тобой ещё не закончили! — воскликнула Пинки и последовала за ним.

Рэрити подождала, пока профессор уйдёт, затем встала и огляделась.

— Что ж! А мы пока могли бы поискать информацию самостоятельно, прежде чем профессор Эйв вернётся и будет пытаться убедить нас, что, наверное, принцесса Селестия тоже участвовала в заговоре.

— А? Рэрити! Что ты делаешь? — шёпотом спросила пегаска, беспокойно переводя взгляд с двери, за которой скрылся Эйв, на стопку бумаг, в которой рылась единорожка.

— Расследую, конечно — ответила Рэрити, отходя от стопки на вид бесполезных бумаг и оглядывая те, что покрывали стены. Затем она повернулась к Флаттершай и закатила глаза. — Флаттершай, вместо того, чтобы смотреть на меня, как на преступника, не могла бы ты, пожалуйста, осмотреть другую часть комнаты? Очень сомневаюсь, что профессор Эйв оставил бы нас здесь одних, если бы тут было что-то не для посторонних глаз.

— Хорошо… — смягчившись, пегаска встала и направилась к ближайшей стене, целиком покрытой бумагами, газетными вырезками и прочими памятными вещами.

Удовлетворенная, единорожка продолжила рытьс… расследовать. Ну правда, она никогда не читала ни одного детективного романа, где детектив Сэддл Шуз нашла бы серьёзную зацепку, сидя сложа копыта.

— Денза, кто бы мог подумать, что существует такая вещь, как «Олимпиада по анаграммам»? — спросила Рэрити, глядя на диплом, который профессор получил на этой самой олимпиаде.

Кобылка попыталась себе такое представить, но её внимание привлекли несколько фотографий под дипломом, что изображали самые разные вещи: Кантерлотский замок, каких-то отвратительных черных созданий, похожих на жуков, грифонов, стражей замка и Кантерлотскую библиотеку дракона.

— Рэрити! — воскликнула Флаттершай, мгновенно покраснев и смущённо понизив голос, добавила: — Я нашла кое-что! Иди посмотри!

— О-о-о? — единорожка быстро подошла к подруге, что указывала на газету, лежавшую поверх стопки книг. Рэрити левитировала ту к себе. В статье на первой странице говорилось о новом главном библиотекаре Кантерлотского замка. — А это уже интересно.

В начале статьи была фотография, и хотя он выглядел намного моложе, единорожка сразу узнала ухмыляющегося профессора, стоящего перед библиотекой. Помимо него там стояла толпа стражников и принцесса Денза, выглядевшая слишком серьёзной для такого события.

— Полагаю, теперь мы знаем, как ему удалось провести все свои исследования, — сказала Рэрити, не утруждая себя чтением статьи. — Судя по тому, как быстро он обвинил предка принцессы, работа на королевскую семью кажется последним, что может прийти ему в голову.

— Посмотри в статье — прошептала Флаттершай. — Его имя…

Единорожка прочла вслух:

— …где принцесса Кейденс Армор Десятая присутствовала на церемонии, приветствуя жеребца Ноледж Квилла в качестве главы Кантерлотской библиотеки.

— Ноледж Квилл — повторила Флаттершай. — Зачем ему было менять имя?

Рэрити фыркнула.

— Может, он взял в качестве нового имени анаграмму, на удачу в своей маленькой Олимпиаде.

— Может быть, он не хотел, чтобы кто-то его нашёл? — взамен предложила Флаттершай, забрав газету у Рэрити — Что могло заставить его покинуть Кантерлот?

Только единорожка собралась ответить, в соседней комнате послышались голоса. — Они идут! — прошептала она, забрав у пегаски газету, положила её на место и тут же умчалась на свое прежнее место за столом.

— …Даже если принцессе Луне понравились бы черничные кексики, тот факт, что вы делаете их каждую неделю, едва ли свидетельствует о том, что она настоящая, мисс Пай. — сказал профессор Эйв, входя в комнату с тремя парящими за ним книгами, не находя ничего странного в том, как пристально подруги смотрели в свои чашки.

— А вот и не вряд ли! — протестовала Пинки, заскакивая в комнату.

— Рэрити, я думала, мы не делали ничего плохого? — шёпотом спросила пегаска, покачав головой, когда единорожка вежливо откашлялась, превлекая внимание профессора.

— Извините за задержку — сказал жеребец, и, прочистив горло, левитировал книги так, чтобы их было видно. — Так вы утверждаете, что найти потерянные книги принцессы Твайлайт — это ключ к её спасению, если она существует?

— Да, так и есть — ответила Рэрити.

— Что ж, в таком случае…  — Профессор магией открыл книги на их первых страницах, шокировав Рэрити видом почерка Твайлайт на всех трёх. — Я приобрёл их несколько лет назад. Мне следует взять свой исследовательский рюкзак и отправиться в приключение?

Рэрити уставилась на книги так, словно те были бриллиантами.

— Я… Где.. Как..

Три книги?! За раз?! Это было почти слишком хорошо, чтобы быть правдой!

— Как вы их нашли?! — Она потянулась к ним, но жеребец левитировал их подальше.

— Ужасно извиняюсь, но они не для просмотра — сообщил он, и Рэрити с трудом сдержала разочарованный всхлип.

Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Профессор Эйв откашлялся и продолжил:

— В любом случае, есть ещё одна теория о том, что произошло, хотя для неё и придётся предположить, что потерянные принцессы действительно "потеряны". Если не принцесса Кейденс Первая сотрудничала с Духом, чтобы обеспечить себе трон, то это должны были быть её потомки.

Я вас умоляю.

Единорожка едва могла скрыть своё недоверие.

— Её потомки? Но принцесса Денза верит в легенду! Она даже назначила стражей с единственной задачей получать информацию о них! — запротестовала Рэрити, мгновенно забыв о книгах.

— Да, я уверен, что те два стража очень компетентны в поисках принцесс, — сухо ответил жеребец. — На самом деле… — Он повернулся к Пинки и улыбнулся: — Напомните мне, мисс Пай, сколько раз вы были там, чтобы "доказать" существование принцессы Луны? А сколько раз кто-нибудь из Королевской гвардии отправлялся проверить ваши утверждения? Ноль?

Земнопони нахмурилась:

— Это просто потому, что они, должно быть, очень заняты!

Профессор Эйв повернулся к единорожке.

— Что и требовалось доказать. — Его рог сверкнул, и появилось старое изношенное письмо, заключённое в то, что казалось защитным заклинанием. Внимательно его оглядев он сказал: — Это старейший, относящийся к легенде документ, что я смог найти. Он написан яблочным фермером, утверждающим, что он нашёл принцессу Твайлайт.

У Рэрити замерло сердце. — Яблочный… фермер?

«Фриттер Коблер?..»

— Всё, что он здесь пишет — это спрашивает принцессу Кейденс Третью, почему она прекратила поиски принцесс после того, как её бабушка посвятила этому всю жизнь.

— Что ж, понятно… — Единорожка вздохнула, а затем, прищурившись, сказала: — Мне действительно интересно, почему вы так настаиваете на вине королевской семьи, профессор Эйв.

— Я пони фактов, мисс Рэрити. Когда читаешь так же много, как и я, такие вещи становятся очевидными. Все факты в нашей истории указывают на грязную игру, так что, если вы не сумеете каким-то образом предоставить… — он глянул на Пинки, — …весомые доказательства существования принцесс, я останусь при своём. — Он улыбнулся и добавил: — Ещё вопросы?

* * *

В конце концов у Рэрити больше не нашлось, что спросить, особенно учитывая, что её настроение сильно упало, когда она узнал истинное мнение профессора насчёт легенды. Судя по всему, поездка сюда оказалась напрасной.

Хотя всё же нет.

Ей удалось отыскать три книги Твайлайт (пускай она понятия не имела, как их заполучить), разузнать, что существуют сумасброды, считающие принцессу Дензу злодейкой, и… выведать возможное место расположения принцессы Луны. А ещё она узнала, что её преследует Дух.

Спустя несколько часов три кобылы очутились на перроне, окружённые другими пони, что дожидались обратного поезда.

Пускай Рэрити не терпелось поскорее вернуться в Понивилль, ей хотелось ещё о многом поговорить с Пинки, а её короткий сон несколькими часами ранее принцесса-аликорн визитом не удостоила.

— Хорошо, значит, я продолжу искать сведения насчёт принцессы Селестии, — сказала розовая кобыла, пряча в карман листок с адресом Рэрити. — Как что найду — напишу тебе, и мы вместе отправимся навстречу приключениям!

— Именно так, — отозвалась белая единорожка, бросив взгляд в сторону магазина поодаль, в очереди к которому стояла Флаттершай. Она повернулась обратно к Пинки, поняв, что не упомянула о поисках информации насчёт Твайлайт, после чего вспомнила, на что конкретно намекала Пинки ранее. — Э-э, Пинки, дорогая. Я кое-что хотела спросить…

— Решила остаться ещё на ночь и нужно место, где переночевать?

Рэрити с сожалением улыбнулась:

— Эм, нет. Прости, пожалуйста, но нам с Флаттершай непременно нужно вернуться сегодня. Мне к послезавтра надо пошить не меньше шести нарядов. — Единорожка откашлялась. — Вообще-то, я хотела спросить… о том, что ты сказала до нашего разговора с профессором.

С тех пор как они покинули дом Эйва, Пинки Пай ни разу не заикнулась о её… догадке. Как и Рэрити, раз уж на то пошло, однако она ждала, не скажет ли чего Пинки.

— О том, что профессор Вредина — большущая вредина? — нахмурилась Пинки. — Вот же ж грубятина, а? Принцесса Кейденс никогда бы не сделала никому никакого злодейства! Как и принцессе Денза!

Рэрити согласно кивнула:

— Я совсем не это надеялась от него услышать. Кто знает, какие ещё абсурдные теории он бы выдал, останься мы подольше. Но я всё же хотела поговорить о…

— О-о-о. Ты про… — она наклонилась ближе, восторженно улыбаясь, — принцессу Буккейс?

Рэрити смущённо улыбнулась:

— Пинки Пай, прости, но я не…

Улыбка Пинки увяла.

— О… Я подумала… — Она прищурилась, словно бы смотря сквозь единорожку.

Ух.

Было как-то неправильно пытаться утверждать, что Твайлайт не существует, когда Пинки откровенно поведала Рэрити о Луне. Уж единорожке-то точно не понравится, если кто-то будет скрывать от неё столь важную информацию…

— Пинки, я уверена, что вчера мне во сне явилась принцесса Луна, — сказала Рэрити.

— Правда? — ахнула Пинки. — Когда?! Она мне ничего не говорила!

— Перед самым рассветом, незадолго до того, как я проснулась. Ты разве не говорила, что к тому времени уже встала?

Ушки Пинки опустились:

— Ах, ну да…

Рэрити закрыла глаза, пытаясь отогнать воспоминание о нападении Духа на Твайлайт.

— Честно признаться, многого из нашей встречи я не запомнила, но… она вроде говорила, что не сможет спастись, если сперва не освободить Твайлайт… Это правда?

— Так она и говорит — что только принцесса Твайлайт или принцесса Селестия могут ей помочь, — отозвалась Пинки. — Она мне мало что рассказывает… Даже начать поиски способа её спасения она позволила мне лишь год назад, потому что боялась, что злюка Дух явится за мной. Хотела бы я знать больше, чтобы она доверяла мне сильнее, но…

Что ж… этого хватит. Твайлайт поймёт.

Пару мгновений помолчав, Рэрити спросила:

— Пинки? Насколько хорошо ты знаешь профессора Эйва? Сможешь ли ты убедить его кое-что одолжить мне?

— Он большой вредина, но иногда приглашает меня к себе, потому что я слушаю его глупые истории, а он слушает мои. Он не верит мне, но никогда не издевался надо мной… — сказала Пинки. — Что ты хочешь у него одолжить?

— Дабы спасти Твайлайт, нам понадобятся её книги, так ведь? — проговорила Рэрити, улыбаясь при виде расцветающего на лице розовой кобылы выражения радости. — Твайлайт сказала мне, что у неё не хватает тридцати книг, а я нашла лишь менее дюжины.

— Я ТАК И ЗНАЛА! — Подскочив на месте, Пинки чуть не раздавила белую единорожку в объятиях. — Я знала, что ты её нашла! Знала, знала, знала!

Рэрити засмеялась от заразительного восторга Пинки.

— Однако, боюсь, я пока не могу пригласить тебя к ней… Я…

— Ничего! — воскликнула розовая пони. — Я встречусь с ней, когда она сама разрешит! Ох ты ж, как думаешь, я ей понравлюсь?

Рэрити не успела ответить: раздался свисток кондуктора, а вместе с ним — голос вернувшейся Флаттершай.

— Вот и я! — сказала чуть запыхавшаяся пегаска, неся с собой стаканчик чая.

— А Флаттершай тоже знает о принцессе Твайлайт? — спросила Пинки, перескакивая взглядом с одной кобылы на другую.

— О п-принцессе Твайлайт? — выдавила Флаттершай, с тревожным недоумением глянув на Рэрити.

— Знает, — ответила единорожка, затем повернулась к подруге: — Флаттершай, Пинки будет помогать нам искать книги Твайлайт.

— О, замечательно! — воскликнула Флаттершай, а Пинки закивала так энергично, что Рэрити испугалась, не отвалится ли у неё голова.

Услыхав второй свисток кондуктора, три кобылы посмотрели на поезд.

— Ну, нам пора, — сказала Рэрити. — У нас с Флаттершай ещё долгая поездка впереди, так что нам лучше идти.

И действительно долгая, особенно учитывая, что на пути домой она так или иначе решила рассказать Флаттершай всё без утайки.

Две кобылы распрощались с Пинки, пообещав ждать письма той с новостями о Селестии, в то время как Рэрити будет заниматься поисками любых сведений о Твайлайт, прошлом и Духе.

Кстати о нём…

— Пинки, можно я спрошу у тебя кое-что ещё? — в самую последнюю минуту спросила Рэрити, сойдя с подножки вагона после того, как Флаттершай уже зашла внутрь. Если Пинки знала Луну, тогда логично предположить, что Дух также гонялся и за ней.

— Гм? Что такое, Рэрити?

— Пинки… ты разве не боишься? — вдруг забеспокоившись, спросила она, будто бы боясь, что Дух где-то близко. — Я про Духа. Разве тебя не пугает, что он может… преследовать тебя?..

— Спрашиваешь! Иногда мне очень страшно! — быстро закивала Пинки. — Я… я видела его лишь однажды — в детстве, да и то во сне. Он… — Она поёжилась, словно пытаясь стряхнуть плохие воспоминания. — Он был страшным, но…

— …Но?

— Но представить принцессу Луну в полном одиночестве — ещё страшнее, — продолжила она, подняв копыто и дотронувшись до ожерелья. — Дух, может, и злодей, но принцесса Луна — моя самая лучшая подруга и стоит того, чтобы сражаться ради неё со страшными чудищами.

— Стоит того, чтобы сражаться ради неё со страшными чудищами… — медленно повторила Рэрити, непроизвольно воспроизведя жест Пинки и коснувшись своего кулона, когда отрывки кошмара промелькнули у неё перед глазами. Но так же быстро их сменили настоящие воспоминания о Твайлайт, улыбающейся и веселящейся в библиотеке.

«Ты должна решить. Либо навсегда брось это занятие, пока Дух не взялся за тебя, либо помогай Твайлайт до конца, зная, что, возможно, уже находишься в опасности».

И в тот миг Рэрити решила, что Твайлайт тоже стоит того, чтобы ради неё сражаться со страшными чудищами.

[Изображение: https://i.imgur.com/nl3EPUV.png]

## — Интерлюдия III — Сон кобылки

[Изображение: https://i.imgur.com/KFyxzep.png]

По глухому лесу брела одинокая кобылка с покрытой капюшоном головой и плащом, слишком большим для её маленького тельца, из-за чего полы его тянулись по земле. Любая другая кобылка побоялась бы заходить в страшный лес, но эта малышка знала: за ней присматривает самая могущественная пони на целом свете.

Она подошла к ближайшему дереву и подняла глаза к дуплу почти у самого верха. Дотянутся с земли она, конечно же, не могла, как не могла добраться до спрятанных внутри шариков, но тем не менее...

Кобылка прищурилась, и дупло сантиметр за сантиметров начало опускаться по стволу, пока не оказалось прямо напротив неё. Она потянулась внутрь, но на полпути решила, что хочет вовсе не шарики — и вот поэтому выудила из дупла вкуснейший торт, украшенный безе, вишенками и печенюшками.

— М-м-м...

Малышка облизнулась и, быстренько оглядевшись, подняла копытце, чтобы стянуть печенье. Оно выглядело просто восхитительно: разноцветная посыпка на разноцветной посыпке и шоколадная глазурь поверх шокол...

— Это ты кому приготовила, Пинки? Своей подруге, принцессе Луне?

Вздрогнув, Пинки обернулась и увидела чуть поодаль ухмыляющегося жеребёнка. От неожиданности она выронила торт, но погоревать по утраченному лакомству не успела, потому что жеребёнок заговорил вновь:

— Ой-ой, беда-то какая. Уронила торт для своей единственной подруги. — Он со смехом тыкнул на торт, растекающийся по земле. — И как ты теперь заставишь её дружить с тобой?

Пинки прижалась хвостом к дереву, капюшон упал с её головы, на глазах заблестели слёзы.

— У... у... у меня ещё один есть! — воскликнула она, выдавливая улыбку, после чего развернулась — и обнаружила, что дупло опять подскочило на самый верх дерева, которое стало выше на несколько километров. Кобылка отшагнула назад и сглотнула: — Эм...

— Тупая Пинки! — воскликнул жеребёнок, шагнув к кобылке, когда та снова повернулась к нему. Насмешливое выражение его лица превратилось в злобную гримасу. — И зачем принцессе дружить с тобой? В тебе нет ничего особенного! Она приходит в сны каждому, а когда подрастаешь — перестаёт приходить! То же самое будет и с тобой!

— Н-неправда! — сквозь слёзы возразила Пинки. — Принцесса Луна всегда будет приходить ко мне, потому что я всегда буду верить в неё!

— Вот и нет! С чего ты решила, что она хочет приходить? Ты даже помочь ей не можешь!

Пинки отчаянно замотала головой:

— Вот и да! Она моя самая лучшая подр...

Кобылка замолчала, услышав, как кто-то напевает вдали. Вмиг успокоившись, она выпрямилась, получив знакомый знак, означавший, что её кошмар близился к концу, толком и не начавшись.

Жеребёнок же, напротив, выглядел озадаченно.

— Ч-что это? Кто поёт? — Оглядевшись, он увидел фигуру, что шествовала к нему из-за деревьев. Когда фигура приблизилась, жеребёнок отступил назад, пока его круп не упёрся в дерево. Таинственная пони продолжала идти, пока не оказалась с ним нос к носу.

— Принцесса Луна! — пытаясь отойти ещё дальше, пискнул он при виде явно разозлённого синего аликорна.

Не говоря ни слова, Луна призвала магию, и жеребёнок испарился.

— Принцесса Луна! — заметно повеселев, вскрикнула Пинки и бросилась к аликорну. — Ты здесь, ты здесь! — Она села на круп и вытянула передние ноги, захихикав, когда Луна наклонилась и потёрлась о её личико своей щекой.

— Прости, что задержалась, дитя, — ответила принцесса, выпрямившись. — У настоящего Дипси Дропса тоже был кошмар, и мне потребовалось чуть больше времени, чтобы избавиться от него.

— О нет! — Пинки прикрыла рот копытцами. — С ним всё хорошо? Тебе потребовалось больше времени, потому что у него был супержуткий кошмар? — Тут она опустила копытца и прищурилась: — Или потому... что ты не хотела помогать ему? — Луна не ответила, Пинки ахнула и с хмурым видом скрестила ноги. — Принцесса, ты же обещала!

Луна отшагнула назад, возмущённая упрёком Пинки.

— Дитя, я бы никогда не позволила жеребёнку страдать от жуткого кошмара! — возразила она, топнув ногой, затем отвернулась и пробормотала: — Хотя мне начинает надоедать, что его сны начинаются с того, как отвратительно он к тебе... — Она замолчала и вздохнула. — В кои-то веки я дождаться не могу, чтобы пони вырос и перестал верить в меня, дабы мне не пришлось больше входить в его сны.

На лице Пинки появилось довольное выражение.

— Ладненько! Я тебе верю! Даже такие вредины, как Дипси Дропс, не заслуживают кошмаров, верно?

Принцесса Луна поглядела на Пинки и улыбнулась.

— Совершенно верно, — отозвалась она, и её улыбка превратилась в озорную. — Жаль только, что я не удержалась от вскрика радости, когда Пинки из кошмара дала ему сдачи.

Пинки захихикала и встала.

— Тебе снова нужно уходить? — Моргнув, она нагрезила небольшую лестницу, подвинула её к принцессе Луне и взобралась той на спину. Встав на задние ноги, кобылка шмякнулась на голову Луны, после чего закрыла передними копытцами глаза аликорна и с хихиканьем воскликнула: — Не сможешь уйти, если ничего не видишь!

Принцесса Луна рассмеялась, покачав головой, после чего магией сняла Пинки с головы и перенесла вперёд себя.

— Не волнуйся. С остальными жеребятами я уже закончила, а войти в сновидения взрослых не смогу, если только они не начнут верить в меня.

Пинки ахнула, схватила копытцем лицо Луны и легонько потрясла её голову.

— Получается... можем поиграть? — Вместо ответа принцесса призвала магию, и лес вокруг них превратился в игровую площадку с качелями и горками высотой с дом. — И-и-и! Суперсонная развлекуха!

Кобылка заёрзала в телекинетическом поле, вынудив принцессу Луну опустить её. Глянув на самую высокую горку, она подпрыгнула раз, другой, и на третий взмыла к самому её верху.

— Спорим, ты не сможешь прыгнуть так же высоко, как я! — сказала она. — Принцесса Луна! А скажи что-нибудь своим секретным голосом! Принцессьим!

Луна откашлялась и до нелепости громким голосом проговорила:

— Тебе так по нраву наш королевский глас?

— Ага! — отозвалась Пинки, скатившись по горке и глухо шлёпнувшись на землю. — То есть ага, по нраву! — Она вскочила на ноги и начала прыгать на месте. — А другие пони тоже разговаривали секретным голосом?

— Нет, — фыркнула принцесса. — Только я и сестра использовали его. Кейденс и Твайлайт же никогда, как бы я ни настаивала.

При упоминании других принцесс Пинки постучала копытцами друг об друга:

— О-о-о! Я снова хочу глянуть на них в одной из твоих киношек! Покажешь — ну пожа-а-алуйста!

— «Киношек»? А, ты про сферы памяти, — улыбнулась Луна. — Ну, почему бы и нет. Как насчёт...

— А можно я выберу? Можно, а?

Луна шутливо закатила глаза. Её рог осветился магией, и из ниоткуда возникло несколько сфер, на молочно-белых поверхностях которых виднелись мутные часто меняющиеся картинки. Пинки тут же прыгнула к одной из сфер и коснулась её, заставив ту вспыхнуть и изменить окружающий их пейзаж.

Вместо игровой площадки теперь они находились в обсерватории, где вторая Луна с угрюмым видом смотрела в окно. В комнате также находилось несколько парящих вверх ногами предметов, а ещё стул, который из сделанного из какой-то жижи непрестанно превращался в зефирный и обратно.

Пинки забралась на спину принцессе и, потянув ту за ухо, шепнула:

— Почему ты такая недовольная? И почему здесь всё такое странное?

Её вопрос так и остался без ответа, потому что дверь в обсерваторию с грохотом распахнулась, и внутрь вошла единорожка, уткнувшаяся носом в книгу. Позади неё ровным строем парило несколько десятков других книг.

— У-у-у... Без крыльев я её ещё не видела! — прошептала Пинки, снова потянув Луну за ухо.

— Твайлайт Спаркл! — провозгласила Луна из воспоминаний, развернувшись на месте и хмуро воззрившись на единорожку, которая не обращала внимания на раздражённую принцессу. — Не соизволишь ли объяснить, почему наша обсерватория напоминает логово Дискорда? Его хаоса нам и так хватило на всю нашу бессмертную жизнь!

Твайлайт дошла до стола и лишь тогда опустила книгу, повернувшись к Луне.

— Принцесса Селестия попросила меня найти способ остановить Дискорда. Я воссоздала его магию хаоса, чтобы попытаться структурировать её, — объяснила она, постучав передними копытами друг об друга. — Разве это не здорово?

— Едва ли. — Принцесса из воспоминаний опять отвернулась к окну и подняла взгляд к звёздному небу. — Для тебя здорово всё, что промолвит наша сестра. — Она повернулась к Твайлайт. — Ты слышала, что наши подданные говорят, будто Селестия может одолеть его? Мы тоже можем его одолеть — и даже быстрее!

— Точно! — воскликнула Пинки, забыв, что Луна из воспоминаний не могла её слышать, но тем не менее вызвав у настоящей улыбку.

— Принцесса... мы все стараемся изо всех сил, чтобы остановить Дискорда, — нахмурилась Твайлайт, открывая книгу. — Принцесса Селестия не попросила бы меня о помощи, если б могла справиться сама.

Луна из воспоминаний сердито зыркнула в ответ на ободряющую улыбку Твайлайт.

— Ты правда так считаешь?

Твайлайт замешкалась.

— Ну, я...

Принцесса из прошлого фыркнула и развернулась обратно к окну.

— Достаточный ответ.

— Принцесса, я... — вздохнув, заговорила Твайлайт, но её прервал маленький фиолетовый дракончик, который ввалился в библиотеку, таща с собой толстую книгу, раза в два превосходящую его размерами.

— Твайлайт! Я принёс книгу, которую ты просила!

Твайлайт телекинезом перенесла её на стол и широко улыбнулась:

— Спасибо, Спайк! Что бы я без тебя делала? — Она захихикала, когда дракончик горделиво выпятил грудь, после чего откашлялась и открыла книгу на нужной странице. Пробежавшись по ней глазами, она снова постучала копытами, чуть ли не прыгая на месте. — О-о, вот оно! Смотрите! Это может помочь нам победить Дискорда!

Единорожка магией подняла книгу и развернула к Луне из воспоминаний. На открытой странице находилось изображение ничем не примечательных серых сфер.

— Мы весьма надеемся, Твайлайт Спаркл, что ты не планируешь предложить нам швырять в него камни.

Твайлайт шутливо закатила глаза и покачала головой:

— Нет, принцесса! Я читала об этом в древних свитках из личной библиотеки принцессы Селестии. — Она развернула книгу обратно к себе и нахмурилась. — Судя по всему, существуют некие магические камни, которые насыщены сущностями различных элементов; и если верить слухам, эти элементы могущественные настолько, что могут справиться с чем угодно. Мне удалось найти информацию только о камне, наделённом сущностью магии, но, думаю, есть ещё и другие. Сведений о них мало, и даже принцесса Селестия мало что знает о них.

— Сущностью магии?

Твайлайт кивнула:

— Я полагаю, даже одного может оказаться достаточно, чтобы победить Дискорда. Если я... — Её глаза сияли от ликования; она подняла взгляд и, отойдя от стола, принялась радостно прыгать по кругу. — Если я найду один из камней, мы сможем закончить войну хаоса!

Луна из воспоминаний нахмурилась:

— Элементы? Что насчёт других? И что это за элементы? Они привязаны к магическим существам? Или к аликорнам?

Твайлайт перестала прыгать и закусила губу.

— Аликорнам?.. — Она ахнула, топнув копытом по столу. — Что, если другие камни элементов привязаны к вам, принцессе Селестии и Кейденс? Элемент солнца и Элемент луны? Тогда Элемент магии связывает их воедино, что ли? А что, вполне может быть! — Её ушки опустились. — Но... Кейденс тоже аликорн, пускай и вознёсшийся, а не урождённый. Это... это же считается?

Единорожка замолчала, вдруг замерев, будто статуя. Лишь через мгновение Пинки поняла, что это не Твайлайт прекратила говорить, а само воспоминание остановилось.

— Принцесса Луна? — позвала она, постучав аликорна по голове. — Почему ты остановила кино?

— Я тут подумала... — Принцесса тряхнула головой, словно избавляясь от дурной мысли, и посмотрела на парящие сферы. — Может, посмотрим другое «кино»? Это меня что-то утомило.

Пинки забралась Луне на макушку и, потянувшись копытцем, ткнула ближайшую сферу, после чего радостно запищала, когда она раскрылась, и окружение вновь изменилось. Кобылка слезла обратно на своё окутанное звёздами сидение и положила подбородок на голову принцессы, одновременно держась за её ухо — но теперь уже не от любопытства или радости, а от страха.

Вместо замка, помещения или какого-то замечательного пейзажа их взору предстало тёмное, сырое место, сильно смахивающее на пещеру. Вход был запечатан полупрозрачным чёрным барьером, который, однако, пропускал достаточно света, позволяя кобылке разглядеть пугающее зрелище.

На земле пещеры сидела Луна, которая смотрела на свои передние ноги с выражением чистейшего ужаса на лице, а перед ней парило чудище, чей вид при любых других обстоятельствах заставил бы Пинки глазеть разинув рот, однако сейчас...

Разумеется, она слышала о Духе. Она знала, что именно из-за него Луна не рассказывает ей, где находятся другие принцессы, и понимала, что так она пытается уберечь её. Лишь сейчас, наконец увидев его, Пинки по-настоящему испугалась. Жутко улыбаясь, Дух парил над беззащитным аликорном.

— Пр-принцесса? — пискнула Пинки, пытаясь привлечь внимание подруги.

Однако внимание Луны было целиком приковано к разворачивающейся сцене, она не слышала напуганного голоска Пинки и не ощущала, как та тянет её за ухо.

— Так, так, так! — протянул Дух, когда Луна сердито воззрилась на него. — Моя дражайшая лунная принцесса! Чего ты так на меня смотришь? Разве не ты призналась Твайлайт в своём письме, что нередко ощущаешь себя невидимой, будто бы ты призрак? Что ж, теперь ты призрак по-настоящему!

Луна из воспоминаний встала и оскалилась на Духа, зло глядя на него сквозь слёзы.

— К тому же ты не на меня должна злиться! — продолжил он, прислонив лапу к груди в жесте притворного возмущения. — Или ваше высочество забыло, что сотворила их драгоценная маленькая подружка? Я предъявил ей вполне разумное требование, а она решила возобновить войну, отказав мне в обещанном! Ну честно, единственная жертва тут — это я!

— Разумное требование?! — рявкнула Луна, топнув по земле копытом, которое наполовину погрузилось в камень. — Ты смеешь называть этот... этот фарс разумным требованием? У Твайлайт Спаркл никогда и не было выбора! Она бы ни за что не пожертвовала самым драгоценным... — Принцесса отступила, широко распахнув крылья. — ...Затеять войну и было твоим намерением изначально.

Дух расхохотался, и по щелчку его когтей вокруг — и сквозь — Луны посыпалось конфетти.

— Поз-драв-ля-ю, принцесса! Долго же до тебя доходило, а? Селестия начала что-то подозревать за несколько месяцев до пятой «мирной конференции». Как и я, она отлично понимала, что никакого «мира» между нами не было. Впрочем, у неё едва ли был способ меня остановить, так ведь?

— Ты знал.

— С самой третьей мирной конференции, — фыркнул Дух.

— Третий...

Дух с хлопком возник перед ней.

— Да, третий год, дорогая моя. Аплодирую стоя, что смогли так долго держать это в секрете от меня. Жаль только, что ваша новоявленная принцесска плохо скрывала свой страх передо мной.

— Тогда чего же ты ждал? Почему сразу не объявил войну?

— Почему? — медленно переспросил он. — Я обожаю хитрости и уловки, принцесса Луна! Я на них собаку съел! И всё же... — Он наклонился и прошептал: — Я терпеть не могу, когда глупенькие маленькие пони полагают, будто могут обдурить меня. — Он отклонился назад и принял горизонтальное положение в воздухе, словно лежал животом на кровати. — Что? Думала, я никогда не узнаю? Или никогда не сделаю нечто настолько хитроумное, как сейчас? — Он ухмыльнулся и игриво похлопал ресницами. — Ни разу не слышала про упорядоченный хаос, что ли? Он может оказаться весьма смертельным. Или, в твоём случае, призрачельным!

На ответ Луны в виде снаряда магической энергии он попросту телепортировался выше.

— Твайлайт ничего этого не заслужила! Мы...

— Вы сами навлекли на себя всё это, принцесса! Обманешь меня раз — позор мне; обманывать меня три года подряд — ой-ой, какое вам позорище! Вы правда думали, что я буду сидеть и перевоспитываться? О, я очень долго ломал голову, как заурядная единорожка единолично сумела превратить меня из бога хаоса в жалкую тряпку, пресмыкающуюся перед вами, — пока наконец не понял. Ну не мог же я просто дать вам переплюнуть меня, а? Кстати, как у меня получается?

Он щёлкнул когтями, и посреди пещеры возникла иллюзия Твайлайт, на лице которой читался ужас.

— Вам следовало дать ей самой разбираться с последствиями своей ошибки. Я всегда знал, что эта мелкая всезнайка не была такой сильной или умной, как вы её представляли, но ох, до чего здорово вам удалось провести меня, заставив думать иначе. С этим вашим комплексом героя, как я понимаю, вам просто пришлось скрывать это, да? Что бы сделала Селестия, если бы остальные узнали, что её драгоценная ученица совершила такую ужасную ошибку? Или что бы сделала Кейденс, зная, что её обожаемая золовка подвела Эквестрию? А тебе... — он фыркнул и махнул лапой, — тебе просто захотелось показаться полезной.

— Н-нет, это не!..

— К сожалению, чай у меня уже закончился, и, пускай всё это было чрезвычайно забавно, мне нужно разобраться ещё с тремя принцессами! Так много дел, но так мало времени! — Дух щёлкнул когтями, создав чашку чая, который тут же вылил на землю. Затем он швырнул чашку за спину и улыбнулся, когда она разбилась о барьер. — Раз уж тебе самой не хватит силёнок, чтобы разбить барьер, то придётся ждать, пока тебя не спасёт твоя ненаглядная сестрёнка или подружка. Но не стоит беспокоиться: уверен, их найдут очень скоро. Как-никак уж по ним-то, в отличие от некоторых, точно будут скучать.

Зловеще рассмеявшись, он развернулся к выходу, но вдруг остановился.

— О! Чуть не забыл! — Дух щёлкнул когтями, и в его лапе появилась корона Луны. — Это я одолжу, принцесса. — Он подкинул корону и захлопал лапами, когда она приземлилась ему на голову. — С этой короной не составит труда обдурить тех с яблочной фермы, чтобы они рассказали, где находится тайная библиотека принцессы Твайлайт Спаркл. Ну и повеселюсь же я с ней.

— НЕТ! — закричала хором Луна из воспоминаний и настоящая и обе шагнули навстречу исчезающему драконэкву.

Луна из воспоминаний бросилась ко входу в пещеру, снова и снова пытаясь пробиться сквозь чёрную преграду.

— Нет! Вернись! ВЕРНИСЬ! — После пятой попытки она сползла по барьеру на землю и напуганным голосом тихо прохрипела: — Сестра... Твайлайт... простите меня...

— Сестра... — прошептала принцесса Луна. Слишком захваченная картинами прошлого, она озадаченно заморгала, когда воспоминание резко изменилось. — Чт-что?..

Принцесса отступила назад, совершенно забыв про Пинки, пока не подняла взгляд и не увидела, что была открыта другая сфера памяти. Она тут же остановила воспоминание и с облегчением обнаружила, что по-прежнему «ощущает» Пинки. К счастью, малышка испугалась не настолько, чтобы проснуться.

— Пинки Пай?

Какое-то время кобылка молчала.

— М-мне н-не понравилось к-кино, п-принцесса Луна, — шмыгнула она, зарывшись лицом Луне в гриву и изо всех сил прижавшись к её затылку.

Не дав Пинки воспользоваться гривой как носовым платком, аликорн аккуратно сняла с себя кобылку и опустила на землю. Сев рядом с ней, Луна укрыла её крылом, в то время как Пинки отчаянно вцепилась в переднюю ногу принцессы.

— П-прости меня, дитя, — тихо произнесла Луна, искренне обеспокоенная состоянием Пинки. — Мне... следовало быть осторожнее. Это воспоминание не для твоих глаз. Ты в порядке?

Спустя пять минут Пинки отошла и потёрла глаза ногой, кивнув:

— Ага...

— Пинки Пай? — позвала Луна, дождавшись, пока Пинки глянет на неё, после чего широко улыбнулась: — А знаешь ли ты, что ты моя самая лучшая подруга?

Реакция последовала моментально.

Глаза Пинки засияли, она начала прыгать на месте.

— Ты тоже моя самая лучшая подруга, Луна! — воскликнула кобылка, захихикав, когда Луна наклонилась и ласково потёрлась о её голову щекой. Малышка выпрямилась и с самым серьёзным лицом, на которое только была способна, проговорила: — И-и я обещаю, что освобожу тебя отсюда суперскоро, и ни один зловредный дух мне не помешает! Честно-пречестно!

Луна захихикала:

— Ловлю тебя на слове, дитя.

## — Акт II — Глава 13 — Просьба принцессы

[Изображение: https://i.imgur.com/1ooOlVM.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/0ySrFOX.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/KcVgBZx.png]

Солнце уже село, и по расчётам Рэрити, они должны уже очень скоро прибыть в Понивилль. Луна освещала своим серебристым светом пейзаж, мягкие лучи света проникали сквозь окно в небольшое купе.

Сидевшая на правой его стороне Рэрити отвела взгляд от окна и посмотрела на пегаску, устроившуюся напротив.

Флаттершай глядела в окно, погружённая в собственные мысли, и оставалась очень тихой даже по меркам своей обычной молчаливости. Её мысли были загадкой для единорожки, но и теряться в догадках, о чём они, ей не приходилось. Не каждый день узнаёшь, что твоя лучшая подруга во сне повстречалась с принцессой минувших веков, и не каждый день узнаёшь, что она и, возможно, ты сама — потенциальные цели действительно ужасного создания.

Рэрити вновь повернулась к окну. Её взгляд лениво следил за луной, а мысли были рассеяны и многочисленны, словно звёзды в небе.

Она устала. Она так устала, но это не было привычным ей истощением.

Единорожка расцветала при истощении, под давлением и в сжатые сроки, когда платья дошивались в свете первых лучей рассветного солнца. Но это истощение не было истощением продуктивности. И дело было не просто в кошмарах, не дававших ей уснуть; она была ещё и напугана. Напугана тем, что узнала, напугана тем, о чём, скорее всего, думает Флаттершай, и самое главное, необходимостью, как бы то ни было, рассказать обо всём Твайлайт.

«Если бы это была книга, — подумала Рэрити, — героиня бы праздновала».

Но в книге её жизни героиня не испытывала желания чего-то подобного. Она нашла принцессу Луну, чудесное, впечатляющее достижение. Но всё же мир никогда не казался столь блёклым.

Злой Дух преследовал единорожку и если уже не планировал её смерть, это был лишь вопрос времени. Принцесса Луна отгородилась от общения, когда Рэрити нуждалась в нём больше всего. А теперь…

Теперь поисковая группа сократилась до неё… одной.

— Флаттершай, я больше не могу просить тебя о помощи, — всё ещё предпочитая звёзды взгляду подруги, сказала единорожка. То были мысли, кружившие в её голове последнюю пару часов, и она просто не могла их не озвучить. Хотя бы чтобы не сойти с ума. — Не когда это может подвергнуть тебя опасности.

— О…

Тишина повисла между ними. Не та тишина, что бывает, когда друзья не нуждаются в словах, — другая, что возникает в преддверии ужасного решения.

— А ты уверена, что он преследует тебя? — снова спросила пегаска, и Рэрити испытала странную благодарность, что её подруга не причислила себя к находящимся в опасности.

— Ну, если наличие у меня двойника о чём-то говорит, как минимум можно быть уверенной, что он наблюдает за мной. И если так, я не могу рисковать, чтобы он нацелился ещё и на тебя.

Хмыкнув, Флаттершай вновь отвернулась к окну.

— Он и так уже собирается использовать меня, чтобы напасть на Твайлайт, — продолжила единорожка, пытаясь убедить подругу в верности своего решения. — Не хочу, чтобы из-за моих дурацких рискованных выходок пострадало ещё больше пони.

Пегаска снова посмотрела на подругу:

— Но ты же сама сказала, что это был просто кошмар, Рэрити.

— Это ещё не значит, что такого не произойдёт!

По-своему это в кошмаре и пугало больше всего, именно эта мысль не давала ей уснуть. Не столько воспоминания о сне (хоть те и были достаточно ужасными), сколько понимание, что он может стать реальностью, если Дух захочет. Раз он уже использовал образ единорожки, чтобы провести пони, что мешает ему сделать следующий шаг?

— Но что ты собираешься делать? — спросила Флаттершай, оживившись сильнее, чем за всю поездку — Ты же не можешь навсегда остаться у принцессы.

— Если до этого дойдёт, единственное, что я могу придумать, — просто не видеться с Твайлайт вообще. Так она будет знать, что моё обличье носит кто-то другой.

Мера, конечно, крайняя, но Рэрити не могла вот так рисковать жизнью Твайлайт. Да вообще ничьей жизнью.

Хмуря брови, пегаска ёрзала на месте, ей было не по себе от этого предложения.

— Но… как тогда мы будем ей помогать?

— Не знаю, как я буду ей помогать, но, как уже говорила, я не могу просить тебя продолжать подвергать себя опасности, — сказала единорожка, глядя в окно. Очертания понивилльской железнодорожной станции показались вдали. — Вообще-то, — переведя взгляд на подругу, продолжила она, — я больше не хочу, чтобы ты помогала мне.

Флаттершай была ошеломлена.

— Не хочешь?

Рэрити покачала головой:

— Не знаю, правда ли Дух преследует меня, но если так… Я просто не могу позволить своей лучшей подруге рисковать собой из-за того, что начала я. Если с тобой что-нибудь случится, я… — Она прервалась, осознав, что не желает представлять, что может случиться с её подругой. — Ты ведь понимаешь? — спросила единорожка, хотя ещё только что сомнений в этом у неё не было.

Флаттершай потупила взгляд и опустила ушки:

— Понимаю, но… Я чувствую…

Её прервал свисток поезда, сообщивший о прибытии на станцию. Похоже, небольшой заминки хватило, чтобы отбить у пегаски желание продолжать. Рэрити же воздержалась от вопросов на эту тему.

Собрав вещи, подруги покинули купе, а за ним и поезд.

Едва копыта коснулись земли, единорожка почувствовала облегчение от возвращения домой после казавшейся такой долгой поездки. Но облегчение быстро прошло, стоило ей вспомнить, что ей предстоит сделать теперь, когда она дома.

От станции к центру города кобылки шли молча, вновь погрузившись в свои мысли. Несмотря на ранний вечер, улицы Понивилля были необычно пусты, не считая редких пони, бродящих там и тут.

— Кулон для принцессы Твайлайт у тебя? — спросила пегаска, нарушая тишину между ними.

— Да, — ответила Рэрити, чувствуя вес седельных сумок. Она магией подняла свой кулон на уровень глаз, желая, чтобы на нём действительно были охранные чары против Духа.

Флаттершай открыла было рот, но внезапно остановилась и уставилась прямо перед собой. Единорожка последовала её примеру и заметила чёрную сову, кружившую и ухавшую вдали так, будто что-то искала.

— Это не Темис там? — спросила пегаска.

— Темис! — крикнула Рэрити, привлекая внимание совы

Услышав голос единорожки, птица подлетела к ним и села на протянутую переднюю ногу пегаски, ухнув несколько раз.

Рэрити нахмурилась:

— Что он здесь делает? Я сказала Твайлайт, что мы вернёмся завтра днём. — Заметив как посерьёзнела её подруга, единорожка спросила: — Что-нибудь случилось?

— Он здесь не за нами, — ответила Флаттершай. — Элары весь день нет. Он ищет её.

— Элара пропала?

Это не предвещало ничего хорошего. Твайлайт очень привязана к своим совам, если Элары не было целый день, аликорн, должно быть, сходила с ума от беспокойства — особенно учитывая, что она не могла даже отправиться на поиски своего питомца.

— Темис, можешь, пожалуйста, отвести меня в библиотеку? — спросила Рэрити, поправляя свои седельные сумки. Она уже начала уставать от их веса, но и делать крюк до бутика, чтобы оставить их там, не хотелось.

— Ты собираешься в библиотеку? Сейчас? — спросила пегаска, удивлённо глядя на подругу. — Но уже почти восемь. Опасно идти в лес ночью.

— Успокойся, не так уж сейчас и поздно, — сказала единорожка, отмахнувшись от опасений подруги. — Со мной всё будет в порядке, пока Темис сопровождает меня.

Флаттершай легонько потрясла ногой, понуждая Темиса взлететь. Помолчав пару мгновений, она спросила:

— Ты же расскажешь принцессе о Духе?

Рэрити на минуту задумалась, затем покачала головой:.

— Нет.

— Нет? — нахмурилась пегаска. — Рэрити, принцесса Твайлайт должна знать, что…

— Флаттершай, не пойми меня превратно, — прервала её единорожка и вздохнула. — Конечно, Твайлайт должна знать, и она узнает… завтра. А сейчас, когда надолго задержаться я в библиотеке не могу, ей об этом рассказывать незачем. Неизвестно, как она это воспримет, так что мне нужно хорошо подготовиться.

— …Наверное, ты права, — смягчилась Флаттершай, посмотрев на Темиса, что кружил над ними, всё ещё высматривая Элару. — Рэрити, что, если принцесса больше не захочет, чтобы ты ей помогала?

— В таком случае мне стоит извлечь максимум из этого визита.

По правде, единорожка хотела оттянуть разговор о Духе потому, что была напугана. Её удерживала не усталость или неготовность, а страх перед исходом, который казался ей неизбежностью. Когда Твайлайт узнает, что Дух их преследует, то, скорее всего, запретит Рэрити видеться с ней.

Это было в какой-то мере любопытно, как единорожка была полностью готова прекратить визиты, если те подвергали опасности жизнь Твайлайт, но даже мысль, что аликорн сама этого потребует…

Возможно, сравнивать было не очень разумно, но это имело смысл. В конце концов, расставание (даже платоническое) всегда легче, когда сам ставишь точку в отношениях.

— Мне бы хотелось пойти с тобой.

Несмотря на твёрдость слов пегаски, в её голосе всё равно сквозили нотки неуверенности.

— Хочешь пойти со мной? Но, Флаттершай, уже так поздно, чтобы идти в лес! — воскликнула Рэрити, как будто только что не отмахивалась от похожих опасений со стороны подруги.

— Знаю, но всё равно хочу пойти. Если завтра всё пройдёт не очень хорошо, я…

— Я понимаю, — перебила её единорожка, тепло улыбнувшись. В глубине души она понимала, что Флаттершай хочет попрощаться, а кто Рэрити такая, чтобы отказать в этом подруге? Твайлайт и Флаттершай хорошо сдружились… и от этого единорожке было ещё больнее просить пегаску больше в этом не участвовать.

Возможно, поэтому ей был нужен день — или ночь — на размышления. Возможно, существовало решение получше.

* * *

Шагая по лесу и постоянно вспоминая о своём кошмаре, Рэрити поняла, что стоило всё же дождаться утра, как изначально и планировалось. Всё равно Твайлайт никуда не денется, и единорожка могла провести с ней хоть весь день, и уж только потом рассказать о вмешательстве Духа. Ещё не поздно было вернуться назад и хорошенько выспаться.

Или нет.

Даже если они повернут назад и отправятся по домам, тревога не даст ей уснуть — если кошмары уже не лишили её возможности спать. Рэрити не могла вернуться по одной простой причине — чем больше она об этом думала, тем больше понимала, что хочет просто покончить с этим и рассказать всё Твайлайт. Страх, тревога и паника охватили её сердце и разум в ожидании реакции подруги…

А может, единорожка не могла вернуться, потому что ей до смерти хотелось поскорее увидеться с Твайлайт. После всего произошедшего её поездка в Холлоу Шейдс, казалось, длилась вечность подобно главам из любовных романов, что тянутся и тянутся, и хочется просто вернуться к части с возлю…

Рэрити прервала свои размышления и, не обращая внимания на проступивший на щеках румянец, закатила глаза.

«Ну и ну! До чего ж сильно засели у меня в голове поддразнивания Пинки и Флаттершай».

Выйдя из раздумий, единорожка посмотрела наверх и увидела рассеянно летающего Темиса, что оглядывался по сторонам вглубь леса и время от времени ухал. Что же могло случиться с Эларой?

Рэрити посмотрела на пегаску, гадая, о чём та думала. Сможет ли она притвориться, будто ничего не знает о Духе, когда они встретятся с Твайлайт? Это будет тяжело, да, но единорожка надеялась, что её подруга справится ради возможности провести хоть сколько-то приятный вечер.

Спустя некоторое время они наконец достигли пункта назначения. Внушительный вековой дуб стоял во впадине посреди леса. Рэрити охватила странная смесь из облегчения и настороженности от вида библиотеки: облегчение оттого, что она наконец здесь, а настороженность — из-за всплывшего в памяти чёткого образа кошмара.

— Что ж, вот мы и на месте! — воскликнула единорожка, осторожно оглянувшись, чтобы убедиться в отсутствии поблизости зловещих двойников, а затем спрыгнула во впадину.

Дождавшись, когда Флаттершай спрыгнет следом, Рэрити повернулась к Темису и поблагодарила за помощь. Дважды ухнув в ответ, он улетел, вероятно, чтобы продолжать поиски своей подруги. Как только он скрылся, кобылы развернулись и направились к дубу. Каково же было их удивление, когда они обнаружили, что люк был открыт настежь. Странное и тревожное обстоятельство, учитывая, что единорожка точно закрывала его, когда уходила в последний раз, и что сова уж точно не смогла бы его поднять.

— Разве ты не закрывала люк, когда мы уходили? — спросила Флаттершай.

— Закрывала.

— Точно?

— Я отчетливо помню, что закрыва… Флаттершай? — Рэрити обернулась, чтобы увидеть, как ее подруга практически галопом несется прочь от дерева — Флаттершай! Вернись!

— А-знаешь-может-нам-лучше-вернуться-завтра! — практически пища, выпалила пегаска. — Когда на улице светло и нет никаких призраков, люков и ко… И-и-и! Рэрити! — Она взвизгнула, тщетно борясь с магией, несущей ее обратно к дереву.

Стоило Флаттершай снова оказаться возле единорожки, как она вцепилась в подругу и быстро прошептала:

— Что, если это Дух?

— Могу тебя заверить, это не Дух, — отпустив пегаску, отозвалась Рэрити. Однако, заслужив от подруги полный неприкрытого страха и недоверия взгляд, поспешно добавила: — Ну… я не знаю, Дух ли это, но… Флаттершай, может, хватит уже?!

Вновь насильно перенесённая магией к дереву, пегаска сказала:

— Может, мы могли бы попросить помощи у кого-нибудь в Понивилле, и тогда, если нас будет много, Дух не сможет на нас напасть?

Рэрити закатила глаза и взглянула на подругу:

— Флаттершай, дорогуша, как бы чудесно это ни звучало, мы обе знаем, что это не вариант. — Единорожка вновь повернулась к люку, вглядываясь в темноту внизу. — Темис улетел, а я не позволю тебе уйти в одиночку. Если Дух здесь, Твайлайт в опасности, и я не могу просто оставить её одну.

— Но, Рэрити…

Единорожка обнадеживающе улыбнулась:

— Флаттершай, ты можешь либо подождать здесь, пока я не вернусь, либо спуститься со мной. Однако решать тебе нужно прямо сейчас.

Не дожидаясь ответа, Рэрити зажгла свой рог и начала спускаться вниз. К своему облегчению, она услышала, что пегаска идёт следом за ней, хотя ей очень хотелось, чтобы та не скулила так сильно

Когда они добрались до подножия лестницы, единорожка посмотрела вглубь туннеля, взволнованная непроглядной темнотой. С тех пор как она начала посещать Твайлайт, та всегда держала главную комнату полностью освещённой или велела Стару ждать у входа. Сегодня же их не ждал ни свет, ни зачарованный канделябр.

Рэрити медленно брела к концу туннеля, Флаттершай следовала за ней напуганным хвостиком. Как только они вошли в библиотеку, единорожка огляделась в безуспешных поисках канделябра.

— Твайлайт! — громко прошептала она, от страха не осмеливаясь повысить голос.

Рэрити обернулась к подруге и увидела, что пегаска тоже зовет принцессу, только вот из её рта не раздавалось ни единого звука.

Единорожка ещё несколько раз впустую позвала аликорна, в конечном счёте решив продолжать двигаться дальше. Они продвигались вглубь библиотеки между рядами книжных шкафов, пока Рэрити вдруг не становилась, а Флаттершай, наткнувшись на неё, взвизгнула в испуге.

— Тс-с-с! — шикнула единорожка, жестом призывая пегаску к тишине, и указала на то, что лежало перед ней — Только посмотри на всё это!

Посреди прохода были разбросаны одеяла и подушки: одни сбиты в кучу, другие аккуратно сложены. Откуда они вообще взялись у Твайлайт? Ведь не могли же они принадлежать аликорну? Взяв и рассмотрев одну из подушек с пола, Рэрити могла точно сказать, что им не было тысячи лет.

В то же время они были испачканы землёй, пылью и даже грязью. Тот, кто их сюда принёс, явно позаботился, чтобы те близко познакомились с убранством Вечнодикого леса.

— Они очень похожи на те, что я купила для своего дома. Такие дорогие; поверить не могу, что кто-то мог так с ними обращаться.

— Но кто же всё это сюда положил? — спросила Флаттершай, чей голос стал немного громче теперь, когда страх был отодвинут на задворки сознания. — Смотри! — Она шагнула вперёд и отодвинула одеяло, открыв виду несколько листов бумаги и цветные карандаши. Подняв один листок, пегаска показала его подруге.

Он был заполнен рисунками, что скорее озадачило Рэрити, нежели напугало. Она усилила свечение своего рога и, приглядевшись, с шипением втянула воздух сквозь зубы.

— …Не может быть.

На рисунках были изображены две знакомые кобылки.

Флаттершай взяла ещё листок, на котором такие же две кобылки сражались с каким-то существом. На самом верху рисунка корявым почерком кто-то написал: «Меткоискатели побеждают злого Духа».

— Ну что ж, полагаю, теперь мы знаем, почему эти подушки так похожи на мои, — сладко пропела единорожка, поглаживая копытом подушку, после чего любовно уложила её обратно на одеяло. — ПОТОМУ ЧТО ОНИ И ЕСТЬ МОИ!

Она перепрыгнула через свои бедные, истерзанные спальные принадлежности и бросилась вглубь библиотеки.

— СВИТИ БЕЛЛЬ!

— П-погоди, Рэрити! — крикнула пегаска, бросаясь вслед за подругой.

Может, раньше единорожка и была напугана, но теперь она была в ярости. Мало того что кобылки ослушались её, так ещё и чуть до инфаркта не довели, беззаботно оставив люк открытым.

Не обнаружив кобылок или Твайлайт на верхнем этаже, Рэрити направилась к винтовой лестнице и спустилась вниз.

Как и наверху, вся комната была погружена в кромешную тьму, за исключением свечения движущегося лабиринта и трёх огоньков, блуждающих внутри. В двух она опознала фонарики, третий же, окрашенный в розовый, судя по всему, был единорожьей (или, правильней сказать, аликорньей) магией.

Прежде чем она успела окликнуть их, её прервал громкий выкрик.

— Стар! — раздался голос Свити Белль.

— Свирл! — секундой позже прозвучал ответ аликорна, и лишь тогда Рэрити осознала, каким облегчением для неё было слышать этот голос.

— О-о-о! Она совсем рядом со мной! — крикнула Скуталу в ответ.

Луч света от одного из фонариков стремительно понёсся прочь, в то время как Твайлайт быстро двинулась в противоположную от маленькой пегаски сторону. Принцесса что, играла с ними? Насколько Рэрити помнила, игры в лабиринте аликорн считала… не самым лучшим занятием.

Единорожка закрыла лицо копытами и протяжно вздохнула. Меньше десяти минут назад она пребывала в ужасе, предполагая худшее, а оказалось, что причиной её тревоги была лишь глупая игра.

«Вот так резкая перемена настроения…»

— Стар! — вновь крикнула Скуталу. Рядом с ней вдруг появились три маленьких огонька и принялись кружить вокруг неё. — Да не ты, Стар! Кыш!

— Свирл! — ответила аликорн.

Мгновение спустя рядом с той вспыхнуло несколько огоньков, которые, по мнению Рэрити, скорее всего, были вторым волшебным канделябром.

Пока они продолжали свою игру, Рэрити шла вниз по лестнице, лишь оглянувшись, чтобы жестом призвать не шуметь нагнавшую её Флаттершай. Едва достигнув конца лестницы, единорожка незамедлительно начала поиски входа в лабиринт — непростая задача, учитывая, что тот постоянно двигался.

Спустя какое-то время она всё-таки нашла вход и порысила внутрь. Рэрити приступила к обследованию движущегося лабиринта, ожидая, когда следующий оклик даст ей представление, куда двигаться дальше.

— Принцесса Твайлайт! — раздался голос Свити, гораздо ближе к Рэрити, чем та ожидала. — Вы точно не проходите сквозь стены?

— Говорила же, что нет! — возмутилась принцесса, отчего Рэрити чуть не рассмеялась. Она прямо-таки представляла вид обиженного личика Твайлайт.

Рэрити побродила ещё несколько минут, прислушиваясь к перекличке, после чего решила, что самое время присоединиться к веселью.

Она остановилась на месте, откашлялась, и пропела самым очаровательным голосом, что смогла выдать.

— Ста-ар!

В библиотеке вмиг установилась тишина, единорожка не могла сдержать улыбки, ожидая, когда её действия возымеют эффект.

— …Кто из вас это сказал? — спросила Твайлайт, из голоса которой пропало всё веселье; улыбка Рэрити тем временем превратилась в самодовольную ухмылку.

— Это… это ведь ты была, Свити? — проговорила Скуталу, подсказывая Рэрити, куда двигаться дальше.

— Не я это! — отозвалась Свити, невольно помогая сестре себя отследить.

— Ну, и не я точно!

— «Не я точно», значит точно ты!

— Девочки, постойте, — вмешалась Твайлайт, пытаясь остановить шквал взаимных обвинений. — Прекратите спорить!

Вот так, по мере неутихающей перепалки между этой троицей, Рэрити продолжала неспешно следовать к цели, подбирая в голове слова, что она выскажет Свити, когда её найдёт. Единорожка повернула за угол, и её улыбка улетучилась, когда на виду оказалась Свити, стоявшая спиной к Рэрити и продолжавшая спорить со Скуталу и Твайлайт.

— Свити Белль, хватить врать! — упиралась Скуталу. — Принцесса Твайлайт, ну скажите ей!

— А вдруг… — охнула Свити. — Вдруг это призрак Старсвирла Бородатого?! — заявила она, не имея ни малейшего понятия о стоящей позади единорожке, которая впилась в неё грозящим неминуемым наказанием взглядом.

— Это крайне сомнительно, — сухо ответила Твайлайт.

— По правде, даже жаль, что это не он, — громко и ясно произнесла Рэрити, чтобы слышали и боялись все. — Вам двум понадобится вся сверхъестественная защита, что у вас найдётся, чтобы избежать наказания за то, что ОСЛУШАЛИСЬ МЕНЯ!

Юная единорожка обернулась, у неё во взгляде отразился чистейший ужас, когда в свете фонарика оказалась её старшая сестра.

— Р-рэрити?! — выкрикнула кобылка и поступила очень неразумно: развернулась и драпанула что есть мочи, уронив фонарик.

— Свити Белль! А ну, немедленно вернись! — воскликнула Рэрити, погнавшись за сестрой.

В отдалении раздался голос Скуталу, напуганной не меньше подруги.

— Рэрити?! Ты ж говорила, что она вернется только завтра днем!

— Рэрити вернулась? — оживилась Твайлайт, единственная из трёх, в чьём голосе не было страха. — Свирл! Свет, пожалуйста!

В то время как канделябр исполнял указание хозяйки библиотеки, старшая сестра успешно загнала младшую в тупик. Упёршейся крупом в книжный шкаф кобылке оставалось только закрыть лицо копытцами в ожидании неминуемого нагоняя от Рэрити.

Ну, или оставалось бы, не окажись перед ней Твайлайт, выскочившая из стены навстречу вернувшейся подруге.

— Рэрити! — восторженно воскликнула аликорн. Пару мгновений спустя, осознав, видимо, что отреагировала слишком пылко, Твайлайт откашлялась и сменила тон на более степенный. — Ты вернулась раньше, чем я думала.

Единорожка не стала отвечать сразу, а задержала взгляд на Твайлайт, вмиг смягчившись при виде своей дорогой подруги после показавшейся столь долгой разлуки. Ей стало легче, ещё когда она только услышала голос аликорна, но это не шло ни в какое сравнение с тем облегчением, что она испытала, увидев её собственными глазами — увидев и убедившись, что с ней ничего не случилось, и никакой злой двойник Рэрити ей не угрожал.

Ну, по крайней мере пока.

— Да, раньше.

— Но как ты добралась сюда? Тебя Элара привела? — спросила Твайлайт с нарастающей в голосе радостью и, задрав голову, стала оглядываться в поисках совы.

— Нет, Темис.

Твайлайт печально опустила уши.

— Ох… Я думала, вдруг…

Рэрити уже собиралась спросить про Элару, но вспомнила про устроенное ею воспитательное мероприятие, и её взгляд переместился на кобылку, всё ещё прячущуюся позади Твайлайт.

— И как же хорошо, что он так сделал. Иначе я бы не узнала об этой ночёвке, разрешения на которую я не давала.

— Не давала разрешения?.. — удивилась Твайлайт и, обернувшись, заметила Свити Белль позади себя. — Ох. — Она повернулась обратно к Рэрити, с её лица испарились последние следы восторга, на замену которому пришёл тот ужас, что и на лице Свити. — О, нет.

— О, да, — ответила единорожка, шагнув в сторону подруги, та в свою очередь вздрогнула и отступила. Будь у Рэрити время, она бы определённо рассмеялась оттого, что её — кто бы мог подумать! — испугалась сама Твайлайт.

— П-подожди, Рэрити, — взмолилась Свити. Её страх поутих, ведь теперь перед ней был живой — мёртвый? духовный? — щит. — Это не то, о чём ты подумала!

— Это именно то, о чём я подумала!

— Постой, Рэрити, — прервала Твайлайт, расправив крыло, дабы полноценно защитить кобылку. — Это я позвала их сюда.

— Ты? — спросила Рэрити, приподняв брови, но её первоначальное удивление быстро сменилось на гнев. — Твайлайт! Тебе ли не знать, что так делать не стоит! Они ведь жеребята! Они не должны бродить по лесу одни!

— Но Элара пропала! Принцесса Твайлайт отправила Темиса на поиски, и мы хотели помочь! — возразила Свити, шустро подбежав и встав рядом с аликорном, по-видимому, в приливе храбрости.

— А-ага! — воскликнула Скуталу, наконец-то нагнав остальных. — Принцесса Твайлайт сама уйти на поиски не может, поэтому пойдём мы! Мы как раз собирались отправляться, но принцесса Твайлайт сказала, что нам надо сыграть в игру…

— Сыграть в игру? — повторила Рэрити, её гнев поутих. Она с каменным лицом повернулась к Твайлайт. — Ты предложила им поиграть в лабиринте? — исполненным скептицизма голосом спросила единорожка. — Серьёзно?

— Ну, не могла же я просто отпустить их одних в лес в такой поздний час, — выпалила Твайлайт в свою защиту.

Хоть Рэрити и ценила заботу аликорна, смягчать свой выговор она не собиралась. Она магией подняла Свити Белль, плюхнула её рядом со Скуталу и хмуро воззрилась на понурившихся кобылок.

— Даже если и так, вы обе должны были понимать, что нельзя задерживаться здесь допоздна! Раз уж знали, что я возвращаюсь завтра, могли бы и подождать, и тогда мы вместе пошли бы искать её днём!

Единорожка положила копыто на лоб и вздохнула: «Превосходно, просто превосходно. Вот тебе и провела время с Твайлайт и рассказала ей о приятных моментах поездки в Холлоу Шейдс». Конечно, она понимала, что следует радоваться, ведь с кобылками всё было в порядке — и она радовалась, только вместе с этим крайне раздосадованная, что долгожданная встреча с подругой откладывается.

— Лучше я отведу их домой, — наконец сказала Рэрити, опустив копыто, и для острастки ещё раз сердито зыркнула на кобылок. Затем она повернулась к Твайлайт и виновато улыбнулась: — Мы вернёмся завтра и поможем с поисками Элары.

— Ох, ну ладно, — ответила Твайлайт, опустив уши.

— Может, останемся ещё на чуть-чуть? — спросила Свити, изо всех сил стараясь изобразить коронные щенячьи глазки сестры. — Почему нельзя пойти искать её сейчас?

— Нет, — твёрдо ответила Рэрити, пускай и сама хотела остаться раз в десять сильнее, чем обе кобылки вместе взятые. — Я схожу позову Темиса, и как только вернусь, тут же пойдём домой.

— Сестрёнка, ну пожа-а-алуйста…

К счастью для Рэрити, щенячий взгляд сестры на неё не действовал. Однако когда она повернулась сказать Твайлайт, что они прощаются, то с удивлением обнаружила ту легонько кивающей следом за мольбами Свити Белль. Только стоило взглядам подруг встретиться, как Твайлайт спохватилась и поспешно принялась отрицательно мотать головой.

— Девочки, Рэрити права. Будет лучше отложить поиски до завтрашнего утра, — сказала она, глядя на кобылок, и пропустила — проигнорировала? — игриво закатившую глаза Рэрити.

— Хотя… Если хорошенько подумать, мне стоит разгрести тот бардак, что вы устроили наверху, — смилостивилась единорожка и дерзко улыбнулась Твайлайт. — И нам с принцессой, видимо, нужно кое-что обсудить. — Но улыбка была недолгой. — Однако это не означает, что ваш поступок был позволительным. А сейчас найдите Флаттершай и скажите ей, что всё в порядке.

Как только кобылки ушли, Рэрити повернулась к Твайлайт, и лицо её смягчилось.

— Элара впервые так надолго исчезает?

— Нет, но… Она знает, что мне не нравится, когда она задерживается слишком долго, и она должна была просто слетать за чернилами. Она всегда возвращается, но я всё равно попросила Темиса слетать посмотреть… и, ну, вместо этого Свити и Скуталу нашли его…

Рэрити прикусила губу.

— Твайлайт, если ты переживаешь — хочешь, я пойду поищу её сейчас? У Темиса будет больше шансов, если он будет искать не один.

Твайлайт нахмурилась и перевела взгляд в сторону, куда ушли кобылки.

— Я… — В конце концов она вновь посмотрела на Рэрити и покачала головой. — Нет… Уже поздно, и ты сама же говорила, что в лесу водится много нехороших существ. Толку не будет, если ты тоже потеряешься.

Рэрити захихикала и похлопала ресницами:

— О-о-о, всё-таки ты заботишься обо мне! Я польщена!

Твайлайт игриво закатила глаза, но тут же стала снова серьёзной.

— Тем не менее не могла бы ты поискать её завтра, пожалуйста? Я бы сама сходила, только…

Рэрити улыбнулась, отмахиваясь от переживаний подруги.

— Твайлайт, тебе не надо меня просить. Я отправлюсь на поиски с первыми же лучами солнца, и она будет дома раньше, чем ты опомнишься, — убедительно заявила единорожка. — Даю тебе слово.

Всё же решение не обсуждать Духа оказалось правильным. Наверняка Твайлайт была не в настроении выслушивать плохие новости.

— Спасибо, — ответила та, слегка расслабившись. — Я это ценю…

— Ну а теперь, как насчёт пойти наверх, где я тебе всё расскажу о Холлоу Шейдс?

* * *

Разговору предшествовала основательная уборка кавардака, оставшегося после меткоискателей. Сунутые в одеяла подушки лежали у входа, откуда Рэрити заберёт их домой для тщательной чистки, а рисунки перекочевали на стол, за которым устроились три кобылы.

— Профессор оказался бесполезен? — спросила Твайлайт, перед которой лежали пустые свитки для заметок. — Но ты же говорила, он эксперт по тому, что с нами случилось.

— Так и есть, вот только… — Рэрити замолчала, опустив взгляд на бумагу, где что-то рисовала, и постучав по ней карандашом. — Не знаю, как бы получше выразиться…

— Он в нас не верит? — не унималась Твайлайт, переглядываясь между Рэрити и Флаттершай, которым было очень неловко продолжать разговор.

— Он верит, что вы все существовали, — тщательно подбирая слова, пояснила Рэрити, подняв глаза и машинально поигрывая карандашом. — Дело не в том, что он не верит, будто вы где-то заточены, а в том…

— …Да? — нетерпеливо произнесла Твайлайт, наклонившись вперёд, отчего Рэрити была вынуждена наблюдать не самое приятное зрелище погрузившейся в стол груди аликорна.

— Он полагает, что вас убили.

Твайлайт охнула и отпрянула. На мгновение задумавшись, она записала что-то на свитке, затем подняла голову и, нахмурившись, проговорила:

— Но принцесс Селестию и Луну невозможно убить: аликорны, рождённые естественным образом, бессмертны.

— Только они? — спросила Флаттершай, отняв взгляд от рисунка Рэрити. — То есть ты не урождённый аликорн, Твайлайт?

Та покачала головой:

— Нет. Принцесса Селестия вознесла меня вскоре после Кейденс. Вознесённые аликорны остаются смертными… ну, если не считать, — она указала на своё бесплотное тело, — вот этого.

— В таком случае вполне разумно, что справиться с вами Дух смог, лишь где-то вас всех заточив, — сказала Рэрити, взяв чёрный карандаш вместо синего.

— Разумно это было бы, заточи он только их, а не нас с Кейденс! Наиболее логично было бы заманить в ловушку принцесс Селестию и Луну и дать мне умереть от старости, как он сделал это с Кейденс. Покуда принцессы в ловушке, я никак не смогла бы помочь Кейденс победить его. Я вообще не понимаю, зачем нужно было запирать здесь меня… — Твайлайт закрыла лицо копытами и застонала: — Ход его мыслей понятен мне ещё меньше, чем его магия. У меня от этого голова болит, хотя я чего-то очень сомневаюсь, что у призраков вообще может что-либо болеть. — Она снова глянула на свитки и что-то там записала. — Что ж, теперь, наверное, это уже не имеет значения. Принцесса Селестия победила его, так что с ним покончено.

После этих слов Флаттершай громко откашлялась, отчего Рэрити сердито зыркнула на неё.

— Как бы там ни было, — проговорила единорожка, надеясь увести тему разговора подальше от Духа, — за ночь до того, как я его встретила, мне приснился ужасно занимательный сон…

Твайлайт лишь рассеянно кивала, всё ещё погружённая в свои заметки.

— Хотя, думаю, вернее будет назвать его кошмаром, — продолжила Рэрити и улыбнулась, когда ухо принцессы дёрнулось, давая понять, что та переключила часть внимания на неё. — Мне приснился жуткий кошмар, с которым, однако, кое-кто справился.

Твайлайт наконец подняла голову, на её лице не отражалось ни эмоции.

— Кое-кто?

Рэрити кивнула:

— Знаешь, принцесса Селена оказалась совсем не такой, какой я себе представляла. Я немало удивилась, наконец-то встретившись с ней лично. — Единорожка вернулась к своему рисунку, взяв светло-синий карандаш. — Хотя я не уверена, считается ли это за личную встречу, если она произошла во сне.

— Ты… встретила Луну?..

— Да, и она сказала, что не знает, где заточена, но освободить её можно будет, только прежде освободив тебя или принцессу Селестию.

— Как… — Твайлайт выглядела настороженной, словно тщательно раздумывала над каждым словом Рэрити. — Как ты узнала, что это она? Ты же ездила в Холлоу Шейдс, чтобы найти сведения о её местоположении. Что, если ты внушила себе, будто она тебе снилась?

Рэрити поглядела на неё:

— Твайлайт, ты правда думаешь, что я стала бы говорить тебе это, не убедившись наверняка? — Когда принцесса покачала головой, единорожка вернулась к рисованию. — Я понимаю, что тебе немного трудно в это поверить, но, если бы ты увидела тот сон, у тебя тоже не осталось бы никаких сомнений.

— Но… разве у тебя нет фотографического устройства для снов? — спросила Твайлайт. — Кто-то ведь должен был изобрести нечто подобное! Правда же? И почему ты рисуешь?! Отнесись к этому серьёзно, Рэрити!

— Я лишь делаю кое-что наиболее близкое к тому, что мог бы произвести фотоаппарат снов, существуй он на самом деле, — отозвалась Рэрити, не смущённая словами принцессы. Единорожка отложила карандаш, подняла листок с нарисованной на нём Луной и показала его Твайлайт. — Вот примерно так выглядел аликорн, которого я видела в своём сне. Пускай и не фотография, но тоже, думаю, сойдёт.

Искусным художником Рэрити не была, однако прекрасно справилась с задачей, доказательством чему стало выражение Твайлайт: призрачная кобыла уставилась на рисунок широко распахнутыми глазами и даже привстала, чтобы присмотреться получше.

— И правда похожа… — прошептала она, взяв листок у единорожки и практически сунув в него нос. — Ты этого аликорна видела?

— Да, этого. И не только я считаю её настоящей. В Холлоу Шейдс живёт одна кобыла, которая настолько верит в принцессу Луну, что путешествует по всей Эквестрии в поисках тебя и принцессы Селестии.

— Где сейчас эта кобыла? — спросила Твайлайт, немного отодвинув рисунок от лица, чтобы глянуть на единорожку. — В Понивилле? Почему ты не привела её сюда?

— Почему я её не привела? — Такого вопроса Рэрити не ожидала. — Ну, если не забыла, кое-кто ясно дал понять, чтобы я никого не водила в библиотеку без её на то разрешения, — недоумённо ответила она, надеясь, что хоть сейчас Твайлайт поймёт, насколько нелепо это правило. — Она вчера уехала из Холлоу Шейдс, чтобы искать сведения о принцессе Селестии.

— Что?! — воскликнула Твайлайт, опустив рисунок ещё ниже и уставившись на Рэрити так, будто та сошла с ума. — Это же глупость! И зачем ты меня послушала? — Она внезапно вскочила с места и начала ходить вокруг стола, неся рисунок за собой телекинезом. — Может статься, что ты действительно отыскала Луну, Рэрити! Так близко мы не были ещё никогда, а теперь эта кобыла бесследно исчезла!

— Я не настолько легкомысленная, чтобы отпустить её просто так, Твайлайт, — закатила глаза Рэрити. — Мне пришлось рассказать ей о тебе, а она, в свою очередь, пообещала поискать информацию о принцессе Селестии, пока я остаюсь с тобой здесь, в Понивилле, и ищу твои книги.

— О… — Твайлайт остановилась. — Получается, она не знает, где находится принцесса Селестия?

— Боюсь, как и я, она понятия не имеет ни о чём, что не касается, так сказать, её принцессы. И от Луны тоже особого толку не было. А ещё, как мне кажется, Дух заточил её в сновидениях, потому что только так с ней и можно связаться.

Наконец вернувшись за стол, Твайлайт покачала головой:

— Сомневаюсь. Луна не перемещает в сновидения своё физическое тело, а создаёт иллюзию себя, что ты, собственно, и видела в своём сне. Больше похоже, что её магии как раз хватает, чтобы достичь города из места её заточения. Но если так… значит, у её барьера другие ограничения, нежели у моего, поскольку моя магия даже пробиться сквозь него не может. — Она вновь подняла перо и, готовая записывать, внимательно посмотрела на Рэрити: — Так что насчёт Луны? Что ещё она сказала? Она ведь знает, как разрушить свой барьер, да? И как она вообще попала в ловушку?

Единорожка замялась.

— Я… — Она кашлянула, аккуратно раскладывая карандаши по цвету. — Честно сказать, я не смогла как следует расспросить её. Я проснулась от кошмара весьма резко, а заснуть снова оказалось трудно. Да и вряд ли у меня после такого вышло бы что-то крепче лёгкой дремоты.

Но Твайлайт не отступала.

— Луна может входить в любые фазы сна пони. — Её выражение лица чуть смягчилось. — Я знаю, что ты только что вернулась, но тебе следует опять съездить в Холлоу Шейдс и поговорить с ней. У тебя ещё остались вопросы, которые я составила для профессора Эйва? Я могу добавить ещё пятьдесят, чтобы помочь тебе направить твой сон с Луной.

Рэрити сглотнула. Разговор явно зашёл в тупик и не сдвинется до тех пор, пока она не расскажет настоящую причину, по которой Луна больше не может встречаться с ней; а об этом, конечно же, не могло быть и речи.

— Ну, понимаешь, дорогая, по-моему, лучше всего будет дождаться письма от Пинки Пай, — проговорила единорожка, изо всех сил пытаясь не обращать внимания на взволнованный взгляд Флаттершай. — К тому же принцесса Луна очень занята тем, что охраняет сны жеребят Холлоу Шейдс. Я пыталась снова связаться с ней, но, кажется, она всё ещё… э-э… переваривала нашу короткую беседу!

Твайлайт положила перо на стол.

— Рэрити, у меня такое ощущение, что ты не хочешь снова встретиться с ней. Или, быть может… — она сощурилась, — ты не можешь снова встретиться с ней, потому что она была лишь сном, который создало твоё подсознание! — воскликнула она, вскочив и глядя на Рэрити так, будто только что разрешила загадку века. — Я так и знала!

— Я её не выдумала! — возразила единорожка, тоже вскочив и стукнув копытом по столу. Вспылив, она не замечала растущую на лице Флаттершай тревогу.

— Тогда почему она не может снова встретиться с тобой? — отозвалась Твайлайт. — И не надо говорить, будто это потому, что она занята кошмарами жеребят.

— Ну… Я… — лепетала Рэрити, не в силах придумать отговорку. — Она просто не хотела…

— Просто не хотела что? — допытывалась Твайлайт.

— Она не хотела разговаривать с Рэрити потому, что её преследует Дух! — выпалила Флаттершай, не выдержав вида спорящих кобыл. — И она не хотела, чтобы всё стало ещё хуже, поэтому решила, что для нас будет безопаснее, если мы вообще не станем связываться с ней, пока не освободим тебя!

— Флаттершай! — воскликнула Рэрити, потрясённая предательством подруги. Она повернулась к Твайлайт, пытаясь оправдаться: — Прошу, Твайлайт, просто выслушай меня… — Однако ущерб, нанесённый словами Флаттершай, отменить уже было невозможно.

Негодование Твайлайт вмиг испарилось, она просто посмотрела на Флаттершай с мертвенно-бледным выражением лица и, ни слова не говоря, отшагнула назад. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем она снова повернулась к Рэрити.

— Это правда?

Смысла лгать больше не было. Бесполезно откладывать неизбежное, и теперь, когда до этого дошло, у Рэрити был только один путь — вперёд.

— Да, — без обиняков ответила она. Никаких «или», «но» либо каких-то ещё слов, которые, на её взгляд, могли смягчить удар. Когда дело доходило до чего-то важного, Твайлайт всегда говорила прямо, поэтому Рэрити рассудила, что принцесса будет признательна, если и она поступит сейчас так же. — Да, это правда.

Твайлайт коротко охнула и села, хотя выглядело это так, словно она плюхнулась на пол подобно пони, получившей некую тревожную или нежданную весть. Она подняла магией перо и медленно окунула его в чернила. Спустя долгое мгновение она занесла перо над свитком, где оно и осталось парить, капая чернилами на белую поверхность.

— Ты уверена? — спросила принцесса, опустив перо и всё так же медленно начав писать.

— Я… да, вполне, — призналась Рэрити.

— Объяснись.

Единорожка неохотно подчинилась.

Она рассказала о встрече с жуткой тенью после кошмарной бомбочки и нехорошем предчувствии касательно того, что Эппл Блум увидела в Вечнодиком лесу. Когда речь зашла о кошмаре, слова давались ей с трудом. Возможно, потому, что ей попросту не хотелось о нём рассказывать. Говоря, она продолжала машинально переставлять карандаши так и этак, мысленно желая, чтобы так же могла делать и с мыслями, что метались у неё в голове беспорядочным вихрем.

— Ты вроде говорила, что кобылке в лесу просто что-то привиделось.

— Я говорила, что мне так показалось. К тому же совершенно не важно, видела ли она чего или нет, Твайлайт. Принцесса Луна была права, говоря, что Дух рано или поздно обратит своё внимание на меня.

Подняв взгляд, Рэрити заметила, что Твайлайт до сих пор что-то пишет, только  гораздо быстрее, и поняла, что её подруга попросту выводила каракули, нежели нечто осмысленное.

В её бессмысленном черкании, однако, был определённый ритм, как если бы она глубоко над чем-то размышляла. У Рэрити на миг возникло искушение просто позволить Твайлайт беспрерывно писать, лишь бы только не сталкиваться с тем, что лежало за гранью её необычного метода раздумий.

Но дальше так продолжаться не могло. Глубоко вздохнув, Рэрити заговорила:

— Твайлайт? Ты…

Но она не успела договорить: Твайлайт телепортировалась прочь вместе с пером и бумагой.

Единорожка сдержалась от раздражённого стона и повернулась к пегаске, которая лишь робким шёпотом извинилась.

— Ничего, Флаттершай. Оно, наверное, и хорошо, что мы разбираемся с этим сейчас, а не ходим вокруг да около. — Рэрити встала и посмотрела на ряды стеллажей, после чего ободряюще улыбнулась и кивнула в сторону выхода из библиотеки. — Можешь пойти проверить девочек? Думаю, будет лучше, если они не станут нам мешать.

Флаттершай кивнула и ушла, а Рэрити, выждав пару минут, позвала:

— Твайлайт!

Ни ответа, ни каких-либо признаков принцессы. Единорожка встала, позвав её ещё несколько раз, затем направилась к рядам стеллажей. Зайдя вглубь, она хотела было окликнуть принцессу снова, но Твайлайт, что-то бормоча себе под нос, вдруг неожиданно вышла из стеллажа — и тут же исчезла в другом, не дав единорожке и слова вставить.

Только Рэрити собралась идти дальше, как Твайлайт вышла из очередного стеллажа, резко развернулась к ней и, скорее всего, прошла бы насквозь, не отойди та в сторону.

— Твайлайт! Может, прекратишь всё-таки? — воскликнула единорожка, закатив глаза, когда принцесса снова резко повернулась и исчезла в четвёртом стеллаже. Лишь после пятого раунда появлений-исчезновений Рэрити прекратила звать Твайлайт и стала ждать, пока принцесса сама не остановится и не соизволит поговорить с ней.

— Рэрити.

Удивлённо взвизгнув, единорожка крутанулась на месте и обнаружила Твайлайт, стоявшую позади неё со странно спокойным выражением лица.

— Д-да? — выдавила Рэрити, радуясь, что они наконец-то смогут поговорить.

— У меня есть идея, — сказала принцесса, после чего молча опять телепортировалась прочь.

— Идея? Какая идея? — Рэрити возобновила поиски неуловимого аликорна.

К счастью, долго они не продлились: единорожка нашла принцессу за столом, где она разглядывала свитки и рисунки. Рэрити быстро подошла к ней.

— Твай…

— Всё хорошо, Рэрити, — не глядя на неё, прервала Твайлайт.

Единорожка недоумённо моргнула:

— Я… Как тебя понимать?

— Всё хорошо, — повторила принцесса. На её губах медленно расцвела улыбка, когда она наконец глянула на подругу. — У меня есть идея.

— Идея? — Рэрити села за стол напротив призрачной кобылы, глядя, как та аккуратно складывает свои свитки.

— Да. — Свитки исчезли во вспышке магии вместе со всем остальным, что было на столе. С видом, будто её посетила самая гениальная мысль на свете, Твайлайт объяснила: — Ты больше не будешь помогать мне искать остальных.

— Чего-чего?

— Это замечательная идея, Рэрити! — Единорожка впервые видела, чтобы глаза аликорна так блестели. — Если ты больше не будешь мне помогать, тогда Дискорду незачем будет гоняться за тобой, и ты сможешь приходить ко мне без опасений. Всё будет просто замечательно, идеально и здорово.

— А как же принцесса Луна? Мы же не можем вот так её бро…

— Луна и сама может о себе позаботиться, — чуть повысив голос, настойчиво проговорила Твайлайт. — Не сомневаюсь, что её подруга сможет помочь ей, а мы пока подождём здесь, в безопасности, где Дискорд нас не достанет, и…

— Твайлайт, ты хоть понимаешь, что говоришь? — как можно более спокойно спросила Рэрити. — Одно то, что он обратил на меня своё внимание, означает, что мы на верном пути! Разве хорошо будет, если мы сейчас отступим?

— Меня невозможно спасти, Рэрити! Неужели ты не понимаешь?! — воскликнула Твайлайт, вскочив на ноги и с силой попытавшись грохнуть по столу копытом, которое прошло сквозь него. — Если он и впрямь гоняется за тобой, значит, принцесса Селестия не смогла победить его; а если она не смогла победить его, то и мы ничего поделать не можем! Если ты остановишься сейчас, он не сможет навредить тебе, и ты сможешь продолжать приходить ко мне!

— Нет, не смогу! — Если до этого у Рэрити и были какие-то сомнения насчёт обсуждения кошмара. то сейчас, из-за такого поведения принцессы, они все испарились. Раз уж Твайлайт решила удариться в крайности, тогда она ответит тем же. — Уже и так слишком поздно!

— В-вот и нет! Если остановишься, то будешь в безопасности, и…

— Но в безопасности не будешь ты! — напирала Рэрити, рассерженная абсолютным отсутствием у Твайлайт заботы о самой себе. — Он уже принимал мой облик, чтобы обманывать пони! Что удержит его от того, чтобы превратиться в меня и обмануть тебя? Представь, будто со мной что-то случилось — хоть даже и не из-за него! Представь, что когда-нибудь я не смогу снова прийти в библиотеку! Что помешает ему попросту прикинуться мной и заявиться сюда вместо меня?

— Он такого не сделает! — возмущённо запротестовала Твайлайт. — И даже если сделает, я смогу узнать его!

— А если не сможешь?

Твайлайт выглядела потрясённой.

— Я… я…

— Именно я настояла на поиске остальных принцесс! И я же подвергла опасности нас обеих и ещё неизвестно кого! Вот поэтому я не позволю ему использовать мой облик, чтобы навредить тебе!

— О ч-чём ты говоришь? — приглушённо спросила Твайлайт, словно ощущая неизбежный ультиматум.

— О том, что до тех пор, пока такая вероятность существует, ты сможешь распознать его лишь в том случае, если я пообещаю больше никогда не приходить в библиотеку. Тогда, если ты снова меня увидишь, то будешь наверняка знать, что это, ну… не я.

Когда Рэрити с выскакивающим из груди сердцем наконец договорила, Твайлайт просто молча уставилась на неё. Её лицо было полностью бесстрастным.

О чём она сейчас думала? Беспокоилась? Или же негодовала? Если кто-то вдруг перестанет навещать её, она, естественно, забеспокоится, но будет ли это верно в случае с Рэрити? И была ли вообще разница?

Такие мысли вместе с кучей других витали в голове единорожки, пока она ждала ответа бесплотной принцессы — ждала хоть чего-то. Какого-нибудь признака, что она понимает или, может, злится, или… Разумеется, выяснить всё это весьма трудно, если собеседник вдруг ни с того ни с сего решает телепортироваться неизвестно куда.

— Твайлайт?..

Рэрити озадаченно глазела на то место, где прежде стояла её подруга. Ну, теперь она хотя бы узнала, что Твайлайт, когда расстраивалась, предпочитала телепортироваться подальше.

— Твайлайт? — встав и оглядевшись, позвала Рэрити, пытаясь изгнать из голоса нотки волнения. — Твай-лайт…

В отличие от прошлого раза, аликорн переместилась не слишком далеко. Неожиданно для себя Рэрити вдруг оказалась в реконструкции её кошмара, только с некоторыми изменениями.

Твайлайт стояла у выхода в туннель, загораживая его широко раскрытыми крыльями. Единорожка не знала даже, что и делать, и растерянно глядела на аликорна.

— Что ты…

— Тебе нельзя уходить. — Никогда раньше Рэрити не видела на лице Твайлайт настолько серьёзного выражения. — Я тебе не позволю.

— Не позволишь? — удивлённо переспросила единорожка.

— Нет, если ты хочешь уйти вот так. — В голосе принцессы сквозило отчаяние, которое она попыталась скрыть, ещё крепче упёршись ногами в пол. Однако её уверенная поза дрогнула, когда случилось нечто неожиданное. Она опустила крылья и спросила: — Что ты?..

Рэрити хихикала.

У неё вряд ли получилось бы объяснить причину своего смеха — ей попросту показалось забавным их положение. Быть может, всё из-за запоздалого осознания того, на какие крайности готовы были пойти обе кобылы; или, возможно, потому что единорожка поняла: этаким своеобразным в хорошем смысле образом её кошмар послужил своего рода предостережением.

Хотя нельзя было исключать, что причина её смеха крылась совсем в другом.

Рэрити откашлялась, избавляясь от остатков смеха, и с улыбкой протянула ногу в сторону аликорна.

— Твайлайт, ты же понимаешь, что я могу просто пройти сквозь тебя? — повторила она вопрос, который Дух задал ей в кошмаре.

— Знаю, но мне всё равно, — отозвалась Твайлайт, хотя секундная задержка и промелькнувшее на лице смущение указывали на то, что она совсем позабыла про свою бесплотность. — Если ты не уйдёшь, тогда Дискорд не сможет обмануть меня, прикинувшись тобой; а тебе всего лишь нужно остаться до тех пор, пока я не найду способ защитить вас всех от него.

— Что ж, ясно! — Рэрити ещё немного приблизилась к Твайлайт, решимость которой убывала с каждым шагом единорожки. — Ответь только вот на что: у тебя тут есть хоть какая-нибудь еда? Тебе-то она не нужна, но ты ведь не собираешься отправлять Элару и Темиса не только за чернилам, а ещё и за едой? И я очень надеюсь, что ты не предложишь мне питаться травой на поляне снаружи.

— Алхимия, — вмиг ответила Твайлайт. — В библиотеке не менее пяти сотен книг, в каждой из которых тысяча заклинаний, позволяющих получать еду и всё, что пригодно в пищу.

— И откуда ты намереваешься извлекать еду? Из дерева? Из воздуха, быть может? — спросила Рэрити, похлопав ресницами. — А ты не забыла, что готовить придётся на четверых, учитывая ещё девочек, которые сейчас этажом ниже?

Твайлайт прищурилась, и во вспышке магии перед ней возник толстый алхимический фолиант. Раскрыв его телекинезом, она погрузилась в чтение.

— Твайлайт, дорогая… — Рэрити подошла к ней, после чего подняла копыто и мягко опустила книгу, открывая лицо принцессы. Как оказалось, она вовсе не читала, а вместо этого смотрела на единорожку, выглядя и, вне всяких сомнений, чувствуя себя абсолютно беспомощной.

— Он отнял у меня всё, Рэрити, — с невероятным усилием прошептала Твайлайт. — Мою семью… моего брата и Кейденс… принцессу Селестию… принцессу Луну… Спайка… А теперь и Элара пропала… — Она закрыла книгу и медленно опустила её на пол. — Я не позволю ему забрать и тебя. Я больше не хочу никого терять…

— Твайлайт…

— Мне нужна всего неделя, — продолжила принцесса. — Одна неделя — и я найду способ уберечь от него вас всех.

— Одна неделя? — переспросила Рэрити. На её взгляд, за такой срок вряд ли можно было отыскать способ остановить воплощение хаоса…

— Мне нужна всего неделя, Рэрити, — настойчиво произнесла Твайлайт. — Обещаю, что в этот раз я не подведу.

— Неделя так неделя, — с улыбкой уступила единорожка. Глянув на выход из библиотеки, она игриво добавила: — Теперь-то, надеюсь, ты меня выпустишь? Очень, знаешь ли, не хочется идти сквозь тебя.

— Ты так не сделаешь, — закатив глаза, усмехнулась Твайлайт. — Для этого ты слишком вежливая.

— Ведь и впрямь слишком вежливая, да? — Рэрити развернулась и нарочито громко ахнула, приложив тыльную сторону переднего копыта ко лбу. — Увы и ах, в который раз моя тяга к хорошим манерам не даёт мне уйти! — Она повернулась обратно к Твайлайт и постучала копытом по подбородку. — Хотя, если подумать, я уже делала так прежде, и ничего страшного не случилось.

Твайлайт отшагнула назад, прикрывшись крылом, и прищурилась:

— Ты не посмеешь…

Рэрити захихикала:

— Идём, займёмся чем-нибудь поприятнее, — после чего развернулась и направилась к столу. Теперь, когда её настроение приподнялось, ей не терпелось перейти к более радостным темам, дабы отвлечься от нависшего над ними срока. — Я принесла тебе несколько фотографий, сделанных в Холлоу Шейдс, а ещё кое-какой подарочек.

Твайлайт села за стол рядом с единорожкой, разглядывая кулон, висящий на её шее. Рэрити, в свою очередь, покопалась в сумке и выудила второе такое же украшение.

— Вуаля! — провозгласила она, магией поднеся его аликорну. — Парный кулон специально для тебя.

— О-о-о… — Твайлайт осторожно взяла его магией и принялась внимательно рассматривать.

— Продавец сказал, что он может отогнать Духа, но, видимо, слукавил, — проговорила Рэрити, переводя взгляд с кулона на Твайлайт и обратно. — Тебе нравится?

Принцесса улыбнулась и кивнула:

— Очень, вот только… — она на мгновение смутилась, словно готовая признаться в чём-то постыдном, — я не могу его надеть.

— Знаю, дорогая, — хихикнула Рэрити. — Я просто подумала, что ты могла бы использовать его, к примеру, в качестве закладки.

— Ты же не умеешь телепортироваться, да? — вдруг спросила Твайлайт, всё ещё глядя на кулон. — Мне придётся тебя научить.

Рэрити опешила:

— Научить? Но телепортация требует продвинутых знаний о магии, которых у меня нет! На овладение мне потребуются месяцы, а то и годы!

Твайлайт прищурилась, на мгновение глянув на единорожку, затем задумчиво хмыкнула и вновь сосредоточилась на кулоне, отчего у Рэрити сложилось впечатление, что молчаливая реакция принцессы не сулила для неё ничего хорошего.

— К чему было это хмыканье? — встревожилась она.

— К тому, что у меня в запасе ровно неделя, Рэрити, — пространно ответила Твайлайт, вдруг телепортировав на стол несколько увесистых книг. — Разве нет?

— Ну, да… — неуверенно протянула Рэрити, хотя и понимала, что, скорее всего, не будет возражать, если на поиски способа защиты от Духа у Твайлайт уйдёт больше недели.

Принцесса кивнула, открыла ближайшую книгу и вслух прочитала:

— Заклинания телепортации, — затем аккуратно положила кулон в центр книги и закрыла её, оставив торчать небольшой отрезок шнурка. — Ну вот. — Она глянула на Рэрити и улыбнулась: — Тебе бы лучше поскорее вернуться домой, Рэрити. Отдохни как следует, потому что на будущей неделе тебе понадобится вся твоя энергия.

— Ой-ой…

## — Глава 14 — Пропавшая сова

[Изображение: https://i.imgur.com/HNUaUi3.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/JMqWwP2.png]

— Как думаешь, что она там делает?

— Представления не имею.

Рэрити и Флаттершай стояли перед винтовой лестницей, ведущей на нижний этаж, и с любопытством разглядывали магический барьер, окутывающий вход на лестницу. Подруги обнаружили его, когда пришли в библиотеку, поэтому спуститься и проверить, что за загадочные шумы раздаются внизу, было невозможно.

После вчерашних слов Твайлайт Рэрити боялась, что будет единственным кандидатом усиленной тренировочной программы принцессы, однако сейчас казалось, что её способ решения проблемы никак не касался самой Рэрити.

— Ну, что бы она там ни делала, надеюсь, это будет лучше, чем её затея держать нас в защитных коконах до конца наших жизней, — заметила единорожка, после чего отвернулась от лестницы и зашагала прочь.

— Ты куда? — Флаттершай поспешила за подругой.

— Искать Элару, разумеется. Уверена, мы вмиг её отыщем с помощью набора для путешественников, что я купила.

— Ну не знаю... — пробормотала пегаска, отчего единорожка закатила глаза.

— Право слово, Флаттершай! Поверь в меня хоть немного! — сказала она, подойдя к выходу из библиотеки и повернувшись к подруге. — Я уже практически эксперт по одолению разных скверных чудищ.

У неё и впрямь начало всё лучше получаться побеждать всяких необычных существ; а то, что со злобным двойником, строго говоря, справилась принцесса Луна, — это так, мелкие подробности, на которые всё равно никто не обращает внимания.

— Рэрити.

Единорожка развернулась и очутилась лицом к лицу с Твайлайт.

— А! Вот ты где. Я уж подумала, что нам придётся уйти, не попрощавшись, — улыбнулась Рэрити. — Что ты там, внизу, делаешь?

— Ты обещаешь быть осторожной в лесу? — начисто проигнорировала вопрос принцесса. — Защищать тебя будет только Темис...

Рэрити усмехнулась, махнув копытом:

— «Только Темис»? Брось, дорогая, моего набора выживальщика хватит за глаза! В нём есть всё необходимое, чтобы разобраться с чем угодно в этом ужасном лесу.

Особо не убеждённая этими словами, Твайлайт нахмурилась:

— Ты уверена? А лавовая лампа там есть? Она может весьма пригодиться против существ, которые, как ты говоришь, водятся в лесу, пусть даже сама лампа опасна.

Рэрити озадаченно моргнула от такого абсурдного заявления. Как, интересно, могла им помочь лавовая лампа, более того — как она могла быть опасна, и откуда вообще Твайлайт узнала, что такое лавовая лампа?

— Лавовая лампа? Опасна?! Почему... — Единорожка замолчала и на секунду нахмурилась. — Твайлайт, — нежно улыбнулась она, — кто рассказал тебе о лавовой лампе?

— Скуталу.

— И что конкретно она о ней сказала?

Перед принцессой возник свиток, из которого она начала читать.

— Лавовая лампа — это механизм, выкачивающий из-под земли жидкую лаву и помещающий её в небольшое специальное устройство, которое используют для приготовления пищи, переплавки вещей и высокоскоростного запуска снарядов.

— Вот как. — Рэрити сверлила взглядом висящую в воздухе бумагу. — Позволишь взглянуть, дорогая?

Взяв у Твайлайт свиток и пробежавшись по нему глазами, единорожка с удивлением обнаружила, что: наушники нужны для телепатического общения, взбивалками в качестве наказания щекочут животы провинившихся жеребят, а микроскопы служат для запугивания молекул, дабы те исцеляли пони от болезней вроде оспы, простуды и очень заразной «гадкости», передающейся от мальчишек.

— Как бы там ни было, — Рэрити вернула свиток Твайлайт, мысленно отметив себе кое-что подправить там позже, — в моём наборе есть всё, что нужно, как может подтвердить и Флаттершай. Верно, Флаттершай? — Она повернулась к подруге.

Тем не менее вместо усердного кивания пегаска просто внимательно посмотрела на неё и прошептала:

— ...Нет...

Долю секунды спустя послышался взволнованный голос Твайлайт.

— Рэрити...

— Твайлайт! Перестань! С нами всё будет хорошо! — настойчиво проговорила Рэрити, бросив на Флаттершай хмурый взгляд. — Я и без твоего одобрения знаю, что прекрасно подготовилась, поэтому, если никто из вас не предложит ничего получше, чтобы защищаться от лесных тварей, моего набора будет вполне... Твайлайт?..

Не дав единорожке договорить, принцесса телепортировала из библиотеки увесистую книгу и вручила ей.

— Твайлайт, как бы мне ни хотелось, сейчас не время для совместного чтения.

Принцесса нахмурилась.

— Я её не читать принесла. Она для того, чтобы ты ей защищалась, — ровным голосом ответила она. — Я уже написала пять копий этой книги, так что можешь её взять.

Рэрити охнула и озорно улыбнулась аликорну:

— Понятно! Значит, если на меня нападёт мантикора, я должна прочитать ей лекцию по способам применения отрицательной магии? Или, быть может, усыпить её диссертацией? Озадачить ворохом вопросов? Если честно, дорогая, это больше по твоей части, однако я не прочь попробовать.

Твайлайт закатила глаза, на её щеках заиграл лёгкий румянец.

— Рэрити... На мои книги наложено мощное защитное заклинание, так что в случае необходимости ты сможешь воспользоваться этой как оружием, — объяснила она. — Одна такая книга упала на голову Сп... моего друга, и он почти час пробыл без сознания.

Единорожка хихикнула.

— Сожалею о твоём друге, но мне и правда кажется, что это лишнее, — сказала она, желая, чтобы Флаттершай перестала выглядеть настолько заинтересованной затеей применить фразу «знание — сила» на деле. — Что ж, день близится к концу, а я хочу поскорее начать поиски. Ты разве не хочешь того же?

Твайлайт неохотно телепортировала книгу обратно.

— Хорошо... Но... прошу, будь осторожна...

Рэрити засмеялась, чувствуя тепло в груди от этих слов.

— Не волнуйся, дорогая. Обещаю, что мы вернёмся целыми и невредимыми, — заверила единорожка, подняв копыто, дабы убрать с лица Твайлайт прядку гривы, но затем вспомнила, что та бесплотная. Она быстро опустила копыто, откашлялась и добавила: — К сожалению, у нас нет возможности общаться на расстоянии, поэтому тебе придётся потерпеть.

Твайлайт задумчиво нахмурилась:

— Возможность общаться на расстоянии...

— Ну да хватит об этом, — сказала Рэрити, подняла магией свою сумку с набором выживальщика и прошествовала к выходу, оставив Твайлайт наедине с её мыслями. — Вперёд в…

* * *

Вечнодикий лес.

Место, куда и шаг боялось ступить почти всё население Понивилля.

Место, что населяли всевозможные жуткие чудовища, рыщущие в поисках очередной беспечной жертвы: древесные волки, от одного только воя которых у взрослых пони случались кошмары; мантикоры, чьи острые клыки с лёгкостью рвали плоть; василиски, которые подкрадывались настолько бесшумно, что лишь чудо могло уберечь от встречи с ними взглядом; и Рэрити, пронзительного, визгливого голоса которой оказалось достаточно, чтобы распугать всё вышеперечисленное.

— Эла-а-а-ара-а-а!

Почти час Рэрити и Флаттершай потратили на поиски пропавшей совы, но тщетно. Если честно, единорожка понятия не имела, насколько большим был Вечнодикий, однако ей казалось, что она уже прочесала его весь — причём дважды.

— Рэрити, ты точно уверена, что он сработает против древесных волков? — спросила Флаттершай, глядя на перцовый баллончик, который её подруга несла рядом с собой магией.

— Пятнадцатый раз повторяю, сработает! — возмущённо воскликнула Рэрити.

Перцовый баллончик входил в «ансамбль для лесных походов» единорожки, который включал в себя, не ограничиваясь: стильный синий дождевик с дополнительным набором карманом, не менее стильная непромокаемая шляпка, две пары чёрных резиновых сапожек для защиты от грязи, небольшая сумка с аптечкой и, разумеется, многофункциональный баллончик с перцовым газом.

Рэрити была вооружена и готова к бо... Что это за звук?

Услышав сверху какой-то шорох, единорожка вскинула голову, но с облегчением выдохнула, увидев Темиса, летающего между деревьями.

— Темис! — позвала она. — Элары так и не видно?

Сова слетела вниз и села на шляпку Рэрити, печально ухнув в ответ.

— Где же нам ещё посмотреть? — спросила единорожка, повернувшись к Флаттершай. — Если б она действительно была в лесу, то давно бы нас услышала. А в Понивилле она быть не может, потому что знает, где живём и ты и я.

— Давай продолжать, — подбодрила Флаттершай, чья любовь к животным, похоже, перевешивала страх перед Вечнодиким. — Она, возможно, поранилась и где-то спряталась, чтобы отдохнуть. Животные обычно так и поступают, когда получают травмы.

Рэрити закусила губу.

— Кажется, возле дома Зекоры мы ещё не смотрели. Может, она зачем-то влетела туда и не может выбраться? — предложила она. — Зекора ведь до сих пор в отъезде, да?

Кобылы последовали за Темисом вглубь леса, надеясь найти хоть какую-нибудь подсказку о местонахождении Элары. Пока они шли, Рэрити размышляла о Твайлайт, ждущей в библиотеке. Единственным отвлечением от волнений о пропавшем питомце у неё было то, чем она занималась на нижнем этаже, — что-то наверняка касающееся Духа, учитывая, что она никого туда даже не пускала.

Хотя прошёл всего день, Рэрити было очень приятно, что Твайлайт, судя по всему, изо всех сил трудилась над поиском способа защитить их от Духа. Единорожке тоже хотелось как-то помочь, но по магическим навыкам она и рядом не стояла с Твайлайт.

И тем не менее, пускай даже Твайлайт была такой могущественной...

Получится ли у неё найти решение всего за семь дней? Разве подобное не должно занимать намного больше времени? Да и что именно она может сделать с учётом того, что она при...

— Ай! — оборвал ход мыслей Рэрити неожиданный громкий вскрик боли Флаттершай.

— Флаттершай! Что случилось? — обеспокоенно спросила единорожка, бросившись к пегаске, которая тем временем осматривала подошву своего переднего копыта. Когда Рэрити приблизилась, Флаттершай показала ей копыто, в котором отчётливо виднелся застрявший кусочек стекла.

— Видишь? Говорила же, надевай обувь! — отругала подругу единорожка, вытащив стекло магией и стерев платком каплю выступившей крови. Она как следует почистила её копыто, вытащила из аптечки небольшой пластырь и наклеила его на рану. — Ну вот, так-то лучше.

— Спасибо... — поблагодарила пегаска и осторожно опустила копыто на землю, тщательно избегая то место, где лежал осколок. — И откуда только тут взялось стекло?..

Никакого желания проверять происхождение осколка у Рэрити не было, поскольку земля представляла собой сохнущую грязь. Она даже видела следы, которые оставляла за собой.

— Пускай лежит, дорогая. Я уже вижу хижину Зекоры, — сказала единорожка, шагая прочь вместе с Темисом и оставив Флаттершай позади.

— Рэрити, погоди! — вдруг с тревогой в голосе позвала пегаска. — Смотри! Чернильница!

Рэрити повернулась обратно к ней. Чернильница?..

Она мигом подошла к Флаттершай и, наколдовав магический свет, с ужасом обнаружила осколки разбитой чернильницы в виде совы.

— Темис! Глянь-ка сюда! — жестом подозвала его Рэрити. Неизвестно сколько лет протаскав вместе с Эларой подобные чернильницы, он наверняка должен был узнать её, пусть даже и разбитой на несколько крупных осколков.

Темис послушно приземлился возле чернильницы. Пока он трогал бутылочку крылом, Рэрити вдруг осознала, что надеется, чтобы Темис не узнал её. Единорожке очень-очень не хотелось думать о тех обстоятельствах, что вынудили Элару бросить чернильницу и сбежать.

К несчастью, реакция Темиса оказалась не той, на которую она надеялась.

Спустя пару мгновений поведение совы изменилось: она взмыла высоко вверх и начала летать кругами, тревожно ухая. Только Рэрити хотела позвать птицу, как она стрелой умчалась в сторону хижины Зекоры.

«О нет...»

— Элара! — во весь голос позвала единорожка. — Элара! Где ты?

— Рэрити, смотри! — послышался голос Флаттершай. После прошлого раза Рэрити с трепетом ожидала увидеть то, что обнаружила её подруга сейчас.

Собравшись с духом, она развернулась и подошла к пегаске. На уже высохшей грязи виднелись крупные отпечатки лап, которые, как с ужасом поняла Рэрити, принадлежали древесному волку.

«О нет, нет, нет, нет...»

— Ты... ты же не думаешь, что её... — Флаттершай громко сглотнула.

Рэрити помотала головой, стараясь сохранять хладнокровие.

— Нет, нет. Элара — умная сова, Флаттершай. Ты же сама видела, как она отогнала древесного волка, который напал на нас несколько месяцев назад, — сказала она, пытаясь успокоить и себя и свою подругу. — Уверена, как ты и говорила, она всего лишь отдыхает где-то на дереве, пока ей не станет лучше.

— Н-но, если она не... Что мы скажем принцессе Твайлайт?..

— Флаттершай, говорю тебе, с Эларой всё хо... рошо?..

Единорожка замолчала, когда её внимание привлекло кое-что другое. Обнаруженные Флаттершай следы, несомненно, принадлежали крупному существу, но те, которые только что заметила Рэрити, сильно смахивали на отпечатки копыт.

«Но чьи это?..»

Её размышления прервало громкое рычание.

— Флаттершай, — проговорила единорожка, не отводя взгляда от следов, — я, конечно, понимаю, что ты расстроена, но это же не повод рычать. Лучше б ты...

Почему у неё вдруг возникло стойкое ощущение, будто она уже переживала похожую ситуацию?

Подняв глаза, Рэрити обнаружила, что Флаттершай застыла на месте. Рычание послышалось снова, и единорожка наконец поняла, почему испытала чувство дежавю. Собрав всю храбрость в копыто, она выпрямилась и развернулась, столкнувшись лицом к морде с воняющим гнилью древесным волком.

— Флаттершай, дорогая моя, — прошептала Рэрити, одновременно с пегаской делая шаг назад от любопытного зверя, — было бы очень неплохо, если б с нами перестали случаться подобные встречи.

— Древоволки не должны обитать в этой части леса, — пискнула Флаттершай.

Рэрити сглотнула, пристально глядя на волка. И лишь поэтому она заметила кое-что страшное — страшнее даже самого существа.

— Фл-флаттершай! Глянь на его морду!

Нос древесного волка сплошь покрывали тёмные пятна, подозрительно похожие на чернильные. Осознания того, что совершил этот волк, оказалось достаточно, чтобы погасить страх Рэрити и заменить его яростью.

— Ты... Ты... — выдавила единорожка, отважно шагнув навстречу зверю и начисто игнорируя Флаттершай, отчаянным шёпотом зовущую её по имени. — Ты ЧУДОВИЩЕ!

Как только с её губ сорвалось оскорбление, она подняла перцовый баллончик и с боевым кличем, точно заставившим бы Скуталу гордиться ею, принялась распылять аэрозоль в морду волка, как если бы этого зависела её жизнь — что, в принципе, было недалеко от истины.

Спустя минуту, во время которой существо с шипением и рыком отшатнулось, баллончик опустел, и Рэрити отступила назад, кипя от праведного негодования.

— Так тебе, мерзкое чудище! — воскликнула единорожка, тяжело дыша. — Будешь знать, как нападать на моих друзей!

Но вместо того чтобы убежать, поджав деревянный хвост, волк лишь как ни в чём не бывало встряхнулся. Более того, он как будто разозлился ещё сильнее, шагнув навстречу кобылам и снова угрожающе зарычав.

— Ты ж говорила, что сработает! — надтреснутым голосом пропищала Флаттершай.

— Т-так, погоди, Флаттершай, я тебя не обманула, — произнесла Рэрити, желая, чтобы её голос не звучал так же тоненько, как у Свити. — Этот перцовый баллончик — многофункциональный.

— Мн-много-функциональный?

Рэрити кивнула, отступив ещё на шаг.

— Именно. Смотри, — с этими словами единорожка испустила очередной боевой клич, подняла баллончик магией и...

ШМЯК!

ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК! ШМЯК!

Снова и снова истошно кричащая Рэрити лупила древесного волка по морде пустым баллончиком из-под перечного газа, словно несчастный зверь был самой уродливой пиньятой, которую ей доводилось видеть. В конце концов, когда от бедного баллончика осталось помятое и деформированное нечто, непригодное в качестве оружия, единорожка остановилась.

Пускай перечный газ не смог запугать волка, с этим прекрасно справилось смелое и свирепое (а ещё весьма неподобающее приличной даме) обращение с его контейнером. Существо не сбежало, однако отступило, рухнуло на землю и, непрестанно скуля, закрыло лапами голову.

— И больше сюда ни ногой, понял, негодяй! — наконец воскликнула единорожка, надеясь, что обеспечила зверю сильную головную боль.

Рэрити и дальше бы стояла и торжествовала над тем, что волки её больше не пугают, но вдруг поняла, что по-прежнему боится, когда скулящий зверь неожиданно испустил придушенный вой.

И вдалеке раздался ответный вой.

«А это уже не к добру».

— Сюда ещё волки бегут! — крикнула Рэрити, вырвав Флаттершай из минутного оцепенения.

Единорожка напоследок швырнула помятый баллончик в морду волку, и подруги бросились наутёк. Темис присоединился к ним через секунду, уводя в безопасность — прочь от хищника и зацепки о местонахождении Элары.

Спустя пятнадцать минут обе кобылы лежали на диване Флаттершай и лихорадочно пытались перевести дыхание, несмотря на кобылок, настойчиво требующих рассказать им все подробности жуткой стычки.

— И ты отлупила его баллончиком?! Круто!

— Вовсе не круто, — возразила Флаттершай, подняв голову с подголовника, чтобы глянуть на кобылку. — Это было очень-очень-очень страшно...

Полулежащая возле неё Рэрити закрыла глаза и прижала копыто ко лбу.

— Я в жизни больше не зайду в этот лес, — заявила она, намереваясь не двигаться с дивана в ближайшие несколько часов.

— Ещё как зайдёшь: там ведь библиотека с принцессой Твайлайт. — В спокойном замечании Свити Белль сквозили любопытные нотки поддразнивания.

— Ну, я уж точно не вернусь туда без Элары, — отозвалась Рэрити, сев прямо и спустив ноги на пол. — Флаттершай, дорогая, ты идёшь? — Заметив расширившиеся от ужаса глаза пегаски, она спешно пояснила: — Пока что поищем в Понивилле.

Флаттершай не успела ответить: её прервал стук в дверь и раздавшийся с улицы голос.

— Флаттершай? Есть кто дома?

Рэрити вопросительно приподняла бровь и повернулась к пегаске:

— Эпплджек?

Флаттершай пожала плечами, удивлённая не меньше Рэрити. Не желая показаться невежливой и заставлять гостей ждать, она встала с дивана и прошла к двери. На пороге и правда оказалась улыбнувшаяся ей Эпплджек, только она была не одна. Рядом с ней стояла так же широко улыбающаяся Эппл Блум, позади которой виднелась небольшая тележка, накрытая пелёнкой. Кобылка заметила Свити Белль и Скуталу и робко помахала им.

— О, здравствуй, Эпплджек, — тепло поприветствовала Флаттершай. — И тебе привет, Эппл Блум!

— Здоров, Флаттершай! — ответила Эпплджек, глянув за спину пегаски и кивнув Рэрити и остальным. — Надеюсь, мы вас ни от чего не отрываем?

— Нет-нет. — Пегаска шагнула в сторону, пуская в дом двух пони. — Чем я могу вам помочь? — спросила она, как и Рэрити с кобылками, с любопытством глядя на тележку. — С Вайноной всё в порядке?

— С Вайноной всё нормально, Флаттершай, — отмахнулась фермерша. — Тут у нас кое-кто другой, с кем далеко не всё нормально. Мы приходили раньше, но тебя не застали.

— Ой-ой... — Флаттершай приблизилась к тележке и расстроенно глянула на Эпплджек. — Да, я вернулась только вчера вечером...

Зная, что Флаттершай придётся заняться больным животным, Рэрити решила, что ей и кобылкам лучше всего будет продолжить поиски и не отвлекать пегаску.

— Раз уж такое дело, — вежливо откашлялась единорожка, кивнув в сторону Скуталу и Свити Белль, — нам лучше вернуться к работе, верно? Уверена, раненому животному понадобятся тишина и покой.

Флаттершай закусила губу, переводя взгляд с Рэрити на тележку и обратно.

— Ох... Ну ладно...

— А как закончишь, тогда и присоединишься к нам, — добавила единорожка, облегчив выбор Флаттершай. Пегаска кивнула, и Рэрити шагнула к двери. — Идём, девочки, пока не стемнело.

Однако обе кобылки продолжали с любопытством глазеть на тележку.

— А что это за животное? — спросила Скуталу, посмотрев на Эпплджек. — Что с ним случилось?

— Это сова, и с ней случилось настоящее чудо, — слегка нахмурилась фермерша, не замечая пронзительного взгляда Рэрити. — На нас с Эппл Блум напал древесный волк, а эта птичка спасла нас. Как по мне, это чудо, что она смогла заклевать волка и отделаться лишь раненым крылом и парой царапин.

— Сова, говоришь? — спросила Рэрити, пристально глядя на Эпплджек. Та кивнула. Единорожка медленно перевела взгляд на тележку, уже представляя себе Элару в минимум пяти различных ужасных состояниях. У неё внутри всё замерло. — Она... она мертва?..

Эпплджек приподняла бровь.

— Мертва? Если б она умерла, стала бы я тащить её сюда? — Она покачала головой и глянула на тележку. — Она просто отдыхает. Волк ей чуть крыло не откусил. Не знаю даже, сможет ли эта бедолага летать. Но я всё ж не ветеринар, поэтому и пришла к тебе, Флаттершай.

О...

Рэрити заметила, как после мрачных слов Эпплджек Свити, Скуталу и Флаттершай разом уставились на тележку с одинаковым выражением ужасного предчувствия на лицах. Подобно ей они явно не стремились отвернуть пелёнку и увидеть... искалеченное...

Единорожка невыносимо было даже думать об этом.

— Дайте-ка взгляну, — наконец сказала Флаттершай, решившись первой. Торопливо подойдя к тележке, чтобы её не опередили Свити или Скуталу, она потянулась к ней, громко сглотнула и медленно приподняла пелёнку копытом, непреднамеренно создавая атмосферу жуткого предвкушения, после чего резко сдёрнула её и...

В тележке оказалось пусто.

На комнату опустилась тишина, все шесть пони смотрели на тележку. Спустя пару мгновений Эппл Блум сглотнула и повернулась к старшей сестре, которая глянула на неё в ответ, сильно нахмурившись.

— Эппл Блум...

— Эм... — вежливо улыбнулась Рэрити. — Где она?

Эппл Блум моргнула, глянула на тележку, потом на Рэрити, затем опять на тележку, после на Эпплджек, снова на тележку, опять на Рэрити и, наконец, на Эпплджек и изобразила самую нервную улыбку, на которую только была способна маленькая кобылка.

— Да, тут вот ещё какая штука, — сказала Эпплджек, отвернувшись от тележки и улыбнувшись Флаттершай. — Эта сова очень любит играть с нами в прятки... только не предупреждает нас, что мы играем. Как-то раз мы нашли её аж в самом центре города.

— Прятки? — непонимающе моргнула Рэрити.

Она ещё могла поверить, что Темис, будучи раненым, мог захотеть поиграть в прятки, но Элара? Это совсем не в её духе.

— Ага! Ей вообще плевать, что у неё крыло забинтовано, — отозвалась Эпплджек, затем, нахмурившись, добавила: — А ещё ей чегой-то до жути понравилась чернильница Эппл Блум. Постоянно сталкивала её со стола и пыталась вытащить наружу. Я уж думала, она мне копыто отклюёт, когда попыталась забрать её. — Фермерша вздохнула, глянув на свою сестру и совершенно упустив выражение ошарашенного осознания на лице Рэрити. — Ну, значит, придётся отыскать её и вернутся попозже.

— Попозже?! — взвизгнула единорожка, порядком напугав сестёр Эппл. — Попозже — слишком поздно! Мы должны отыскать её немедленно! Сова её размеров, и расхаживает одна по Понивиллю?! Ты хоть представляешь, насколько это может быть опасно?

Что, если её собьёт фургон? Что, если какие-нибудь жеребята примут её за игрушку? Или её съест собака? Или, что ещё хуже, вдруг кто-то, кто был в городе проездом на день, приютил её, и теперь этот кто-то уже на пути домой в далёкую провинцию, где никто и никогда не сможет их найти; и Темис и Твайлайт ужасно огорчатся, а Элара будет жить с каким-то ужасным вороватым...

Ну, тут она, возможно, немного перегнула.

— У меня нет слов, Рэрити! Не знала, что ты так беспокоишься о животных, — удивлённо глянула на единорожку Эпплджек. — Прям кажется, будто ты свою кошку потеряла.

Рэрити покраснела.

— А, ну, каждому следует, эм, заботиться о братьях нашим меньших, Эпплджек! — взмахнула она ногой, старательно изображая непринуждённость. — Уверена, её хозяйка ужасно волнуется!

— Хозяйка? — переспросила Эпплджек. — Откуда ты знаешь, что у неё есть хозяйка? И что она кобыла?

— Я... я, э-э... не знаю... — пролепетала Рэрити.

— Ну идём уже! Если проторчим тут ещё дольше — у меня появится метка про беспокойство, — прервала её Скуталу, чем нечаянно спасла единорожку от продолжения неловкого разговора.

— Она права! — воскликнула Рэрити, сдержавшись от вздоха облегчения, и прошла вслед за кобылкой к выходу. Не обращая внимания на вопросительный взгляд Эпплджек, она указала на дверь: — Пойдём?

* * *

Для наиболее эффективного поиска совы шесть пони решили разделиться на две группы. У Эпплджек ещё оставалась работа, так что Флаттершай ушла вместе с ней на «Сладкое яблоко», где и будет высматривать птицу. Тем временем Рэрити, Свити Белль, Скуталу и Эппл Блум отправились искать непосредственно в городе.

— Она встретила принцессу Твайлайт до нас?!

— Вообще-то, она лишь увидела Твайлайт до вас, — ответила Рэрити сестре, рассеянно оглядывая ближайшие прилавки, пока они шли по рынку. — Она не встречалась с ней, и я хочу, чтобы так оставалось и впредь. Ещё она не знает, что вы двое в курсе про Твайлайт и что вы часто навещаете её, поэтому ни в коем случае ничего ей не рассказывайте.

— Но почему нет? Мы б нашли Элару, типа, намного, намного, намно-о-ого быстрее, если б она знала то, что знаем мы! — заметила Скуталу, глядя на жёлтую кобылку, которая едва ли не переворачивала город вверх дном в поисках совы.

В глубине души Рэрити радовалась такой целеустремлённости Эппл Блум, особенно видя, как Свити и Скуталу казались несколько более заинтересованными самой Эппл Блум, нежели обыскиванием всех укромных уголков Понивилля.

— Даже если это правда, я не хочу чтобы в лес бегала ещё одна маленькая кобылка, — нахмурилась Рэрити. — Пусть я могу защититься от древесного волка, это не означает, что то же самое можешь ты, Скуталу.

— Вот и могу! Я куплю перцовый баллончик, а потом...

— Нет, не купишь, — оборвала её единорожка, уже жалея о том, какой пример подала маленькой пегаске прошлым разговором. Такова цена за её хвастовство своим поступком, каким бы героическим он ни казался. — Более того, пока я не решу, что лес снова стал относительно безопасен, ни одна из вас не будет ходить в библиотеку.

— Что?! Но так же нечестно! А как же мои уроки магии? — запротестовала Свити, остановившись и топнув ногой. — Принцесса Твайлайт собиралась научить меня зажигать рог!

— С уроками магии придётся подождать, — твёрдо сказала Рэрити, тоже остановившись. — По-моему, Свити, твоя безопасность гораздо важнее уроков.

— Нет, не важнее! — отозвалась Свити. — Я на тебя принцессе Твайлайт пожалуюсь!

— И как ты пожалуешься принцессе Твайлайт, если нам, типа, запрещено заходить в лес?

— Ну!.. Ну, я...

Рэрити закатила глаза и продолжила идти, не обращая внимания на бредущих за ней кобылок, затеявших спор о том, можно ли за день научится телепатическому общению на далёкие расстояния. Вот почему она была рада, что не отвечает за Эппл Блум — потому что ей и так хватало забот со Свити и Скуталу. Как бы ни было велико её желание защитить их, она попросту не смогла бы запретить им ходить в библиотеку, особенно зная, что они так полюбились Твайлайт.

С другой стороны, правда, Рэрити весьма скучала по тем дням, когда с Твайлайт общалась только она. Ей казалось, что она полностью заслужила быть наедине с ней, тем более, что именно она в поте лица трудилась, чтобы её освободить, и именно она первой обнаружила Твайлайт; поэтому, раз уж на то пошло, Твайлайт была её прин... другом.

«Я же не присвоила её целиком себе, — думалось ей. — Наоборот даже, пытаюсь заставить всю Эквестрию встретиться с ней!»

— Сестрёнка.

«И, уверена, ей нравится компания остальных, но, вполне вероятно, как раз из-за них она мне много чего не рассказывает! Она доверяет мне, а я просто помогаю ей чувствовать себя спокойнее и не нервничать без путающихся под ногами кобылок».

— Рэрити.

«Вот-вот! Ей просто нужны тишина и покой, чтобы закончить... что бы она в библиотеке ни делала, и я...»

— Рэрити!

Вырванная из раздумий, единорожка моргнула и повернулась к кобылкам.

— Пардон? — Когда они озадаченно глянули на неё, она почувствовала, как кто-то тыкает её копытом в заднюю ногу. Развернувшись, Рэрити увидела, что это была Эппл Блум. — О! Эппл Блум! Что такое? Вспомнила, куда могла спрятаться Элара?

Кобылка не ответила сразу, прежде бросив взгляд на Свити и Скуталу.

— Можно я тебе кое-что скажу вон там? — Она указала на небольшое местечко возле прилавка на некотором отдалении.

— О, ну конечно. — Рэрити откашлялась и повернулась к двум другим кобылкам. — Немного подождите здесь, пожалуйста. — После чего отправилась вместе с Эппл Блум. Отойдя на достаточное расстояние, Рэрити спросила: — Что ты хотела мне сказать?

Эппл Блум прищурилась:

— А эта сова... она принадлежит принцессе Твайлайт?

Опешив, Рэрити моргнула.

— ...Да, так и есть. — Теперь она поняла, почему Эппл Блум так старалась отыскать Элару.

— А... принцесса Твайлайт может проклясть пони за потерю её совы? — Голос маленькой кобылки опустился до взволнованного шёпота.

— Конечно же, нет! — покачала головой Рэрити. — Я уже говорила тебе это в прошлый раз и могу заверить снова, что она не прок...

— Всё нормально, Эппл Блум! — прервала единорожку Скуталу, выглянув из-за неё. — Принцесса Твайлайт не умеет проклинать пони! Она проклинает только лампы и прочую ерунду, чтобы они повсюду летали за тобой. Такая вот она отстойная в этом плане.

— Принцесса Твайлайт не отстойная! — послышался голос Свити, выглядывающей из-за другого бока Рэрити. Она повернулась к Эппл Блум и настойчиво добавила: — Не слушай её! Она просто завидует, что я нравлюсь принцессе Твайлайт больше, потому что первой пригласила её присоединиться к нашему клубу!

— Девочки! Я вам что говорила? — воскликнула Рэрити, ясно заметив ошарашенное выражение лица Эппл Блум. — Брысь!

— Ничего я не завидую! — возразила Скуталу, полностью сосредоточившись на споре со Свити и совершенно игнорируя Рэрити. — Это ты завидуешь, потому что ей больше нравлюсь я! Она сказала, что у меня крутой скутер и что считает меня крутейшей пони на свете! Вот так!

Свити Белль ахнула и возмущённо топнула копытом:

— Неправда! Принцесса Твайлайт считает Рэрити крутейшей пони на свете!

Тут ушки Рэрити навострились.

— Правда? Что-то это слишком современное для неё словечко... Откуда ты знаешь, что она так считает? — спросила единорожка, машинально поигрывая ожерельем и остановившись, лишь когда заметила радостное выражение Эппл Блум. — Нет, стой, не слушай их!

Скуталу тоже топнула копытом:

— Значит, когда найдём Элару, она отведёт нас в библиотеку, и тогда спросим принцессу Твайлайт, кто крутейшая пони на свете!

Только Рэрити хотела сказать, что никто ни при каких обстоятельствах не пойдёт в библиотеку, Эппл Блум наконец заговорила.

— Я тоже хочу с ней встретиться! — выпалила она, после чего бросилась к Рэрити и затрясла за ногу. — Зекора научила меня, как делать магические зелья! Может, они понравятся принцессе Твайлайт! Можно мне тоже в ваш клуб с принцессой?

— Так, Эппл Блум, уверена, Свити и Скуталу с удовольствием примут тебя в бедоиска...

— Меткоискатели!

— Меткоискатели, но я попросту не могу позволить тебе...

— Пожалуйста, разреши мне встретиться с ней! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — взмолилась Эппл Блум, тряся ногу Рэрити.

К её настойчивым упрашиваниям вскоре присоединились две другие кобылки, которые тоже вцепились в Рэрити и начали клянчить разрешение встретиться с Твайлайт. Рэрити с удовольствием напомнила бы им, что они уже встречались с принцессой, да только троица трясла её так сильно, что она рассердилась и бесцеремонно оттолкнула их мощным импульсом магии.

— Хватит уже! — прокричала Рэрити, выпрыгнув из хватки трёх кобылок. — Никто не пойдёт в библиотеку, не встретится с принцессой и не будет спрашивать, кто крутейший, пока мы не найдём Элару — и точка!

Вообще-то, она в любом случае намеревалась запретить им ходить в лес, пока там, по её мнению, не станет безопасно, но рассудила, что обещание встречи с принцессой может их ненадолго успокоить. Однако, к её пущему беспокойству, случилось кое-что гораздо хуже.

Вместо того, чтобы послушно угомониться, три кобылки на мгновение замолчали, затем дружно переглянулись. Их пристальные взгляды друг на друга словно бы служили этаким средством телепатического общения. Улыбки, расплывшиеся на их лицах, также не способствовали спокойствию единорожки, у которой возникло стойкое ощущение, что эта маленькая встреча ещё ой как аукнется ей в будущем.

Как бы там ни было, не дав Рэрити вставить и слова, кобылки рванули прочь, не обращая внимания на крик единорожки: «Немедленно вернитесь, а не то, клянусь Дензой, я пожалуюсь принцессе Твайлайт, Флаттершай, Эпплджек и принцессе Луне заодно на... вас... всех...»

Сдержавшись от вздоха, Рэрити потёрла висок копытом. Что ж, бессмысленно тратить время на погоню за ними. Теперь-то она просто обязана отыскать Элару до них, иначе жеребята заставят бедную сову вести их в библиотеку в каком бы ужасном она ни была состоянии.

«Если бы я была Эларой, — подумала единорожка, закрыв глаза, — куда бы я полетела?»

Перво-наперво ей на ум, конечно же, пришла библиотека, но тогда, если, по словам Эпплджек, Элара и впрямь сбегала настолько часто, она бы давно уже туда вернулась. Так почему же она этого до сих пор не сделала?

«А ещё ей чегой-то до жути понравилась чернильница Эппл Блум. Постоянно сталкивала её со стола и пыталась вытащить наружу».

Точно! Рэрити вдруг поняла, что Элара, видимо, не хотела возвращаться без чернильницы взамен той, которую потеряла в стычке с древесным волком. У единорожки потеплело в груди от такой истовой преданности совы к своим обязанностям перед Твайлайт.

С такими мыслями Рэрити отправилась к площади, на которой стоял магазинчик Инки Оула — единственное место, где Элара могла получить искомое, если только по-прежнему не желала взять чернильницу Эппл Блум.

Спустя несколько минут быстрой ходьбы единорожка добралась до площади и с облегчением обнаружила, что «Перья и свитки» всё ещё открыт. Она подошла к магазину, огляделась вокруг в поисках неуклюже переваливающейся совы и, нигде её не обнаружив, зашла в заведение.

— Здравствуйте! Инки Оул? — позвала Рэрити, но никто не ответил. — Элара? — снова позвала она в надежде, что сова находится поблизости, стараясь «позаимствовать» другую чернильницу.

К раздражению единорожки, дальнейший осмотр магазина не дал никаких результатов; пускай на входе висела табличка «открыто», владельца — как и Элары — нигде не было. Это могло значить лишь, что сова либо вернулась на «Сладкое яблоко», либо сдалась и улетела обратно в библиотеку.

Немножко беспокоясь, что оставляет магазин пустым, Рэрити вышла и плотно закрыла дверь, надеясь, что Инки Оул скоро вернётся. Оглядев площадь в последний раз, единорожка направилась к одной из дорожек, ведущих на выход, но тут её размышления о потерявшейся сове прервал чей-то сердитый вскрик неподалёку.

— Да ну, это же смешно! И как ты собралась её нести?

Поддавшись любопытству, Рэрити прошла вдоль аллеи, завернула за угол и с удивлением обнаружила Инки Оула, который выглядел весьма встревоженным. Однако увидеть причину его тревоги она не смогла, пока не заметила, что жеребец смотрит вниз. Опустив взгляд, Рэрити вмиг ощутила, будто у неё с плеч свалилась гигантская гора.

На земле она увидела нечто, что можно было описать как комок бинтов с клювом и глазами-блюдцами. К радости Рэрити, это зрелище было намного приятнее чем то, что она себе представляла, пускай единорожке и было немного стыдно оттого, насколько забавной ей казалась бедняжка Элара, которая, сердито глазея на Инки Оула, плотно забинтованными крыльями пыталась защитить свою новую чернильницу.

Рэрити шагнула было навстречу им, но остановилась, когда жеребец заговорил.

— Твой хозяин наверняка хотел бы, чтобы я тебе помог! — настойчиво произнёс он и потянулся копытом к чернильнице, однако быстро отдёрнул, когда Элара попыталась его клюнуть. — Да хватит упрямиться!

В ответ Элара лишь негодующе ухнула.

— Ну и ладно! Хочешь продолжать эти глупости — не буду мешать! — выпалил в ответ Инки Оул, после чего шагнул назад и плюхнулся на круп, скрестив передние копыта подобно капризному жеребёнку.

Сердитый белый комок какое-то время продолжал глазеть на жеребца. Наконец, убедившись, что он не сдвинется с места, Элара развернулась к чернильнице. С огромным трудом толкнув её вперёд, сова проковыляла назад, наверное, чтобы набрать немного скорости и подтолкнуть сильнее; однако, к сожалению, поскользнулась на вылезшем бинте и, будто мячик, перекатилась на спину, болезненно ухнув.

К этому моменту, видимо, терпению Элары пришёл конец, потому что она разразилась громким истеричным уханьем. Рэрити устыдилась, что это зрелище показалось ей донельзя очаровательным. С улыбкой решив, что хватит уже Эларе страдать, единорожка приблизилась к жеребцу и сове, тщетно пытавшейся перекатиться в стоячее положение.

— Видишь? — воскликнул Инки Оул, вскочив на ноги. — Тебе нужна помощь или... Да не смотри ты на меня так! — Он отшагнул назад, когда Элара замолчала на мгновение, вывернула голову в немного жутковатой манере и, сердито воззрившись, ухнула на него для острастки.

— Какие-то проблемы?

— Да! Эта сова необычайно упряма! — раздражённо отозвался Инки Оул, не глядя на единорожку.

Необычайно упрямая сова тем временем даже не удостоила его взглядом, а вместо этого уставилась на Рэрити широко открытыми от удивления глазами.

— Здравствуй, дорогая, — тепло поприветствовала единорожка. — Тебе помочь?

Элара ещё несколько мгновений смотрела на неё, потом, видимо, отказалась от дальнейших попыток подняться и вместо этого жалобно ухнула. Рэрити подняла переднюю ногу и, не обращая внимания на предупреждения Инки, аккуратно поставила Элару на лапки, только та, сделав пару шатких шажков, шлёпнулась клювом вниз и приглушённо ухнула.

Как только единорожка снова поставила её прямо, она проковыляла к чернильнице и начала толкать её к Рэрити. Поняв намёк, единорожка подняла бутылочку магией и сунула себе в сумку.

— Как... Как у вас... — пролепетал Инки, переводя взгляд с Рэрити на Элару и обратно. В конце концов он глянул на единорожку прищуренными глазами. — Вы, должно быть, легендарная заклинательница сов.

— Едва ли, — фыркнула Рэрити, улыбнувшись ему. — Я даже не знаю, что это такое. — Снова глянув на Элару, она осторожно сняла несколько лишних бинтов, заслужив от совы благодарное уханье в признательность за то, что позволила ей более-менее нормально ходить, а не ковылять.

Минутку размяв лапы, Элара подошла к Инки Оулу, здоровым крылом легонько похлопала его по ноге, затем мягко ухнула, отчего жеребец радостно взвизгнул, и вернулась к Рэрити, которая магией посадила её себе на спину.

— Я так понимаю, вы дружите с таинственным владельцем чернильных сов, да? — спросил жеребец, с завистью наблюдая, как Элара уютно расположилась на спине единорожки с явным намерением вздремнуть. — Он, должно быть, весьма доверяет вам.

— Вот как? Почему вы так решили?

— Совы прилетают сюда уже много лет, — задумчиво произнёс он. — И ни одна не позволяла мне касаться их, а тем более носить. Это значит, что они разделяют доверие, которое их хозяин испытывает к вам. Питомцы, как правило, перенимают чувства своих хозяев.

Рэрити хихикнула, коснувшись копытом кулона.

— Ну, если это правда, то чувства полностью взаимны, — ответила она, затем на прощание кивнула и отправилась прочь, шагая осторожно, чтобы Элара не свалилась.

Отойдя подальше, единорожка заговорила:

— Знаешь, Твайлайт и Темис места себе не находят от волнения. — В ответ раздалось одиночное уханье. — А кроме них — Свити Белль, Флаттершай и Скуталу, не говоря уже о пони, которых ты спасла.

Снова уханье, только более усталое.

— Сперва заглянем к Флаттершай, чтобы она тебя посмотрела, а потом я отнесу тебя домой, хорошо? — Но в этот раз ответа не последовало. Глянув на отражение в одной из витрин, Рэрити заметила, что Элара спала крепким сном.

Мысли единорожки вернулись к Твайлайт, занятой поисками способа защитить её от Духа. Поразмыслив над словами Инки Оула, Рэрити решила: раз уж доверие к ней Элары повторяло таковое у Твайлайт, тогда она, в свою очередь, просто обязана продолжать заслуживать это доверие, защищая то, чем дорожит принцесса.

## — Глава 15 — Котёнок и бабочка

[Изображение: https://i.imgur.com/kAujftb.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/W2uqE4M.png]

Вот уже почти неделя прошла с тех пор, как Элара временно поселилась дома у Флаттершай. Твайлайт (особо) не возражала, так что Рэрити восприняла это как свидетельство возросшего к ним доверия. Однако она знала, как важна сова для аликорна, так что как только птица поправилась, кобыла забрала её, в двадцатый раз сказала меткоискателям, что нет, им нельзя пойти с ней сегодня, и отправилась в лес.

Первым, что заметила — а точнее, услышала — Рэрити, войдя в библиотеку, была череда громких хлопков, раздающихся с нижнего этажа. Это были те же самые звуки, которые она слышала всю неделю, и они лишь ещё сильнее разожгли непрестанно нараставшее желание узнать, чем же принцесса там внизу занимается.

— Твайлайт? — окликнула единорожка, но шум внизу лишь становился громче и громче.

Она задумчиво хмыкнула и, посмотрев под ноги, озадачилась, что же делать с ковыляющей по библиотеке Эларой, за которой уже увязался Темис. Первоначально Рэрити хотела устроить из возвращения совы сюрприз, но удивить кого-то, любящего появляться из ниоткуда при любой удобной возможности, было непросто.

— Оставайтесь тут, пока я хожу за Твайлайт, — сказала Рэрити. В ответ последовало одновременное уханье.

Единорожка зашагала по коридорам в глубь библиотеки и снова попыталась позвать Твайлайт. Время от времени она проводила копытом по книгам в попытке привлечь внимание аликорна, но, увы, тщетно.

«Должно быть, она внизу», — решила Рэрити и направилась к лестнице.

В отличие от прошлых посещений библиотеки, к удивлению единорожки, в этот раз розовый барьер, не позволяющий спуститься по лестнице, не появился. Отчасти она колебалась, не желая идти против желаний Твайлайт, но… Чем бы она там ни занималась, если это связано с защитой от Духа, разве Рэрити не имела полное право знать, что происходит?

С такими мыслями она опустила копыто на первую ступеньку и, когда барьер так и не появился, спустилась вниз. Немного погодя, как только на виду показался нижний этаж, Рэрити замерла с широко распахнутыми глазами.

Как оказалось, виновником непрекращающегося грохота, от которого чуть ли не вся библиотека ходила ходуном, был магический лабиринт. Рэрити знала, конечно, что он может быть «хаотичным», но это был совершенно новый уровень беспорядка. Вверх и вниз, по бокам и диагоналям — полки с книгами метались по воздуху, неистово передвигаясь вокруг, и оглушительно грохались на пол.

Рэрити наконец-то нашла Твайлайт, запертую посреди лабиринта, хотя сказать «запертую» будет не совсем верно. Она попросту стояла там с видом хищника, выслеживающего добычу. Действовала же она только когда какой-нибудь книжный шкаф взлетал в воздух, позволяя ей шустро проскочить в следующую секцию. Выглядело это, пожалуй, будто она что-то искала, но… что именно?

Рэрити вернулась к разглядыванию лабиринта, высматривая это не пойми что, и лишь спустя несколько минут наконец увидела. Среди всех беспорядочно парящих книжных шкафов она заметила, что один был окутан жёлто-чёрной аурой, словно переполненный магией. Также она обратила внимание, что он двигался быстрее остальных, и если остальные шкафы преграждали Твайлайт путь, конкретно этот её активно избегал.

— Твайлайт! — громко окликнула Рэрити, и наконец принцесса обратила на неё внимание.

Единорожка предполагала, что подруга не ожидала компании, и, судя по выражению той, она была совершенно права. Однако обменивались взглядами они недолго: откуда ни возьмись перед Твайлайт с грохотом приземлился шкаф, скрыв её из виду.

— Да ПРЕКРАТИ ты уже, наконец! — вскрикнула Твайлайт с раздражением в голосе.

Спустя пару секунд она показалась снова, но только потому, что решила попросту идти сквозь стеллажи, не обращая ни малейшего внимания на то, что они падали перед ней, а один раз, к ужасу Рэрити, прямо на неё.

Воспользовавшись моментом, белая единорожка быстро взбежала на верхний этаж. Пускай Твайлайт и заметила её, у неё ещё оставалось немного времени, чтобы вернуться к совам и устроить принцессе сюрприз. Сейчас ей явно не помешает отвлечься.

Рэрити почти галопом добралась до входа и обнаружила, что Элара ослушалась не только её и Флаттершай, но ещё и Темиса, судя по его выражению. Вместо того чтобы остаться на полу и не тревожить недавно вылеченное крыло, она взлетела на стол, игнорируя нахмурившегося Темиса, и стала приводить в порядок разбросанные там свитки.

— Элара! — воскликнула Рэрити, на миг позабыв, что Твайлайт уже близко. — Ты же знаешь, что тебе нельзя...

— Элара!

Рэрити оглянулась и увидела, что Твайлайт телепортировалась ко входу, тем самым испортив запланированное единорожкой... эффектное воссоединение. Не потрудившись даже поздороваться или поблагодарить, принцесса бросилась к столу, магией подняла Элару и принялась тереться о неё щекой. Рэрити это зрелище показалось немного странным: лицо аликорна проходило прямо сквозь сову. Однако та, похоже, чувствовала прикосновение хозяйки, потому что радостно ухала и тёрлась головой о бесплотный нос Твайлайт, как если бы он был осязаемым.

— Ты в порядке? Хорошо себя чувствуешь? — спросила Твайлайт, наконец посадив сову обратно на стол. Когда Элара кивнула и раскрыла крыло, принцесса заметно расслабилась и улыбнулась шире, чем когда-либо улыбалась единорожке (что, разумеется, ту не волновало). — Ох, у меня прямо от сердца отлегло...

— Видишь? Говорила же, что Флаттершай о ней отлично позаботится, — проговорила Рэрити, привлекая внимание аликорна.

К удивлению единорожки, прекрасное настроение Твайлайт никуда не делось; более того, она, будто совсем забыв о своей бесплотности, бросилась к Рэрити и, попутно осыпая благодарностями, подняла переднюю ногу, чтобы обнять подругу.

Хотя, точнее будет сказать, попыталась обнять, пока не заметила, что её нога прошла сквозь Рэрити. Чуть покраснев, Твайлайт вмиг отстранилась.

— Ох, э-э, прости, — выдавила она, отшагнув назад.

— Эм, да ничего, — отозвалась Рэрити, на щеках которой тоже заиграл лёгкий румянец — вдобавок к мурашкам, что пробежали по спине от прикосновения призрака.

«Кого ты пытаешься надуть? — проговорил в её голове тихий, коварный голосок, который что-то слишком часто начал давать о себе знать. — Тебе просто понравилось, что она тебя обняла. Поэтому-то у тебя по спине мурашки и пробежали, разве нет?»

— Спасибо, Рэрити, — вновь поблагодарила принцесса, заглушив дразнящий внутренний голос единорожки. И хоть румянец всё ещё алел на щеках Твайлайт, она опять стала обычной серьёзной собой и...

А вообще, была ли серьёзная Твайлайт и впрямь... «обычной» Твайлайт? Почему у Рэрити создалось впечатление, что она только что мельком увидела не просто совершенно другую сторону своей подруги, а именно «настоящую» Твайлайт, которая понемногу проявлялась на свет последние несколько месяцев? Чем больше единорожка об этом размышляла, тем сильнее ей хотелось встретиться с принцессой до её заточения. Была ли она тогда более жизнерадостной пони? Или же она действительно была такой же серьёзной, как сейчас?

Спустя несколько мгновений, однако, от величавой позы Твайлайт не осталось и следа: она вдруг сгорбилась и будто бы заставила себя расслабиться.

— Е... если бы Элара...

— Даже думать об этом не смей, Твайлайт. Главное сейчас, что она вернулась домой целая и невредимая, — сказала Рэрити, махнув ногой на слова принцессы. — Откровенно говоря, меня больше волнует, что за бедлам творится этажом ниже. С каких это пор твой лабиринт пытается... ну, убить он тебя не может, но что-то сильно старается.

— А, это, — поморщилась Твайлайт. — Ерунда, не обращай внимания.

Рэрити озадаченно моргнула:

— Гм. Ну, как скажешь, Твай...

— Это магия хаоса с большой буквы «х», — оборвала её Твайлайт, потому, видимо, что это всё-таки стоило внимания. Или, может, ей просто хотелось рассказать об этом в любом случае. — Лабиринт полностью окутан магией хаоса. Раньше он в основном только злил меня, не пытаясь навредить, однако... — Рог принцессы вспыхнул магией, и перед ней возник свиток, откуда она начала читать. — Я надеялась использовать часть этой магии, чтобы создать заклинание обнаружения, но она... похоже, против.

— Против? — переспросила Рэрити, в недоумении приподняв бровь. Она и не знала, что магия сама по себе может быть против чего-либо.

— Магия хаоса отличается от нашей магии, — объяснила Твайлайт, жестикулируя копытом, пока пыталась подобрать подходящие слова. — Она обладает собственной жизнью и понимает, что я хочу сделать с ней. Один из стеллажей внизу является источником магии хаоса, но у меня никак не получается остановить его.

Рэрити задумчиво хмыкнула:

— Думаю, обуздать движущийся книжный шкаф и впрямь будет сложновато.

Твайлайт вздохнула, телепортировав свиток обратно.

— Хочу показать тебе одну книгу, — проговорила она более лёгким тоном и подошла к ближайшему столу. Рэрити последовала за ней. На столе лежали две больших книги, одну из которых принцесса подняла магией и перенесла к единорожке. — Вот, сойдёт, пока я не найду способ справиться с магией Дискорда. Если я помогу тебе с практикой, ты сможешь выучить заклинания где-то за неделю.

Рэрити оглядела книгу, коснувшись копытом переплёта. Она явно была старой, пускай и находилась в идеальном состоянии, как и остальные книги в библиотеке. «Наука телепортации», — прочитала про себя Рэрити и нахмурилась. Как это может ей  помочь? Не думала же Твайлайт и правда научить её телепортации всего за неделю.

— Твайлайт, а это точно нужная книга? — телекинезом вернув её аликорну, вежливо спросила Рэрити, после чего глянула на другую, где, несомненно, содержались простые, но эффективные заклинания. — Быть может, ты хотела дать мне вот эту?

Твайлайт вздёрнула бровь.

— Нет, я дала тебе ту, которую надо. — Она подошла к Рэрити вместе с книгой и открыла её. — Здесь упражнения, которые ты начнёшь делать с сегодняшнего дня, а завтра мы по-настоящему приступим к телепортации на короткие расстояния.

— Твайлайт, дорогая, ты, кажется, перепутала меня с кем-то, обладающим экстраординарными магическими способностями, если думаешь, будто я смогу овладеть телепортацией за неделю, — вежливо заметила Рэрити.

Твайлайт, нахмурившись, не сразу перевела глаза на единорожку. Спустя мгновение она посмотрела на неё и смерила взглядом, выглядя несколько разочарованной лишённым энтузиазма ответом Рэрити.

— Ну, недели, наверное, и в самом деле не хватит, — уступила Твайлайт, повернувшись обратно к книге. — Что ж, тогда полторы недели. Или, может, две.

Весьма «весомое» отличие.

— Твайлайт, я... — Рэрити прервалась на полуслове, когда из книги выпал свиток. Влекомая любопытством, она подняла его и рассмотрела. — Что это?

Твайлайт взяла свиток магией и пробежалась по нему глазами.

— О! Прости. Я использовала этот свиток как закладку. Можешь положить его на стол. — Она вернула свиток Рэрити и снова уткнулась в книгу. — Как я уже говорила, если будешь тренироваться двенадцать часов в день, то мы сможем перейти к следующему уроку во вторник.

Пока Твайлайт тараторила о необходимости магических тренировок, единорожка вчиталась в свиток. Там были какие-то заметки о телепортации, о магии земных пони и, наконец, о заклинании... общения на дальние расстояния?

Вот это уже интересно — а ещё весьма полезно и наверняка даже вполне ей по силам.

— Твайлайт, что это такое? — позвала Рэрити, показав подруге свиток. — Тут говорится о способе общения посредством какой-то точки фокуса.

Твайлайт снова взяла свиток, осмотрела его, после чего вернулась к книге.

— О. Э-э, да. Это было заклинание, над которым я работала до заточения. Кое-что из сказанного тобой на прошлой неделе напомнило мне о нём.

Чуть подождав и убедившись, что аликорн не будет продолжать, Рэрити кашлянула и заговорила:

— И... когда ты намеревалась рассказать мне об этом? Уж что-что, а заклинание общения придётся весьма кстати в нашем положении. И всяко полезнее телепортации, которую я, скорее всего, не смогу выучить независимо от того, сколько недель я на неё потрачу.

— Оно не работает, — ответила Твайлайт, не отводя глаз от книги и только мельком взглянув на Рэрити. — Это модифицированная версия древнего коммуникационного заклинания, которое и так едва работало до того, как я его нашла. У него была тьма недостатков и ограничений, и даже когда я занималась им уже после заточения, у меня получилось избавиться лишь от некоторых из них. Уж поверь, сколько я над ним ни билась, оно не работает — и всё тут.

— А что за ограничения?

— К примеру, максимальная дальность зависит от способностей пони, использующего его, а связь с магическим эфиром мне так до конца и не понятна. Тем не менее увеличить область действия заклинания довольно просто с технической точки зрения, так что теоретически я, по крайней мере, смогла преуспеть в этом.

— Ты упоминала и другие ограничения, — не сдавалась Рэрити.

Твайлайт явно о чём-то умалчивала. Более того, у единорожки складывалось впечатление, что принцесса делала это намеренно.

И судя по проблескам смущения на лице Твайлайт, её догадка была недалека от истины.

Твайлайт опустила книгу:

— Ну, нам понадобятся два одинаковых предмета, чтобы использовать их в качестве точек фокуса, а у нас ничего такого нет.

«Ничего такого нет? Гм...»

— Вообще-то, есть, — хитро улыбнулась Рэрити, поигрывая ожерельем.

— Ах... ну да, — отозвалась Твайлайт, глянув на кулон. Но через мгновение она вновь вернулась к своей работе. — Я даже не знаю...

— Твайлайт, ну мы ведь можем просто попробовать, правильно? — напирала Рэрити, с трудом сдерживаясь, чтобы не повысить голос. Право слово, и почему Твайлайт постоянно была такой пессимисткой. — Мы ничего не потеряем, если попробуем, и, честное слово, мне бы хотелось владеть таким заклинанием! Неужто тебе самой этого не хочется?

Твайлайт выглядела ошарашенной; Рэрити поняла, что всё же повысила голос.

— Я... что ж... но... — выдавила принцесса, видимо, лишённая дара речи, но наконец сдалась: — Ладно, хорошо. — Положив книгу на стол, она призвала свой кулон и свиток.

— Спасибо, — улыбнулась Рэрити и отступила назад, позволив аликорну углубиться в чтение свитка.

На самом-то деле мысль о том, чтобы иметь возможность общаться с Твайлайт, приводила единорожку в восторг — и не только потому, что это безмерно облегчит поиски книг. У неё в животе запорхали бабочки, лишь только она успела подумать, что сможет говорить со своей подругой в любой момент.

— Итак, приступим. Вначале нужно сотворить первичное заклинание. Если всё получится и связь установится, тогда наши кулоны станут магическими приёмниками, — сказала Твайлайт, окутывая свой кулон магией. — Заклинание работает исключительно за счёт нашей магии, так что моя нематериальная природа не должна сыграть роли. Как тебе известно, наша магия есть наша сущность, а руководствуясь Пятой Магической Термо...

— Да-да! Какое заклинание нам нужно наколдовать? — прервала её Рэрити, слишком взбудораженная, чтобы обращать внимание на правила приличия — и заодно на обиженный взгляд Твайлайт.

— Ну, нам... — Твайлайт замолчала, прижав уши к голове. — Рэрити, пойми, я очень сомневаюсь, что оно сработает, и...

— Твайлайт, — заныла единорожка, закатив глаза, — дорогая моя, в прошлом году я тебя считала сказкой для маленьких жеребят, и посмотри, что из этого вышло! Как по мне, если говорить откровенно, тебе стоит верить в себя чуточку больше, согласись?

Принцесса открыла рот, будто намереваясь возразить, но лишь вздохнула:

— Хорошо.

Первое заклинание оказалось не так сложно запомнить, как думалось Рэрити. Она знала, что в старину пони полагались преимущественно на руны, поэтому с помощью Твайлайт, которая переводила и проговаривала их, на обучение ушло всего несколько минут. Естественно, запоминание рун было самой лёгкой частью. Основная же сложность заключалась непосредственно в прочтении заклинания, чему причиной было растущее опасение Рэрити, что оно может не сработать.

— Итак, пока будешь колдовать, сосредоточься на кулоне и пони, с которым хочешь установить связь. Принцип действия заклинания состоит в том, что оно устанавливает взаимосвязь между разумами пони: ты получишь доступ в мой, я — в твой, причём преград не будет никаких, — наставляла Твайлайт, явно нервничая, если судить по голосу. — Тебе нужно будет... — Принцесса вновь замешкалась. — Тебе нужно будет думать обо мне и чётко меня представлять.

Рэрити кивнула, ощущая в груди странное давление. Она чувствовала, будто её проверяют. Конечно же, это и впрямь была проверка в том смысле, что они пытались заставить заклинание работать; однако вместе с тем это было нечто большее. Если всё получится, Твайлайт убедится, что Рэрити не просто какая-то там бесполезная смазливая мордашка, а вполне себе здравомыслящая кобыла. Что не все её затеи приводили к стычкам с древним богом хаоса или к тюремному заключению. Более того, если заклинание сработает, она не сомневалась, что сможет уверить Твайлайт, что ей удастся найти книги и освободить её.

— На счёт три мы обе прочитаем заклинание, — зловеще проговорила Твайлайт, Рэрити даже почувствовала гордость оттого, как эффектно она это сделала.

Единорожка кивнула, окутав магией прозрачный кристалл на шнурке и стала ждать.

— Раз... два... три! — воскликнула Твайлайт, закрывая глаза.

Успев увидеть лишь, как вспыхнул рог принцессы, Рэрити тоже закрыла глаза, мысленно повторила заученную формулу и тут же почувствовала, как из её рога полилась магия. Все её мысли обратились на Твайлайт.

Сперва Рэрити представила себе внешность принцессы: её фиолетовые глаза и длинную гриву, словно насыщенную магией. Она думала о сиреневой шёрстке Твайлайт, что всегда находилась в идеальном состоянии, и том, как порой ей хотелось провести по ней копытом. Из-за этого её мысли переключились на бесплотность принцессы, что, в свою очередь, привело к размышлениям о том, чем Твайлайт была для неё прежде. Не пони, а легендой из древних времён — одиноким духом, из страха нападавшим на всех, кто приближался к ней.

В её самые ранних воспоминаниях Твайлайт была духом с вечно хмурым выражением лица; думая же о ней сейчас, она удивлялась, как далеко они отошли от этого. Из аликорна, разозлённого попытками Рэрити помочь, Твайлайт превратилась в кобылу, которая всеми силами старалась найти способ уберечь её от опасности.

Начисто позабыв про заклинание, Рэрити целиком предалась бурному потоку воспоминаний. Она вспомнила, с какой неприязнью принцесса отзывалась о лабиринте, однако менее чем неделю спустя радостно играла в нём со Свити и Скуталу. Припомнила, как она накричала на Рэрити, что та попала в тюрьму, а после радовалась наконец услышать вести о принцессе Луне.

Но кроме того, Рэрити вспомнились маленькие моменты, совсем незначительные в общем плане того, что они делали. Она вспомнила книги, которые ей насильно вручала Твайлайт, думая, что это надёжный способ заставить её вернуться; вспомнила миг, когда Твайлайт позволила обращаться к ней на ты и без титулов, и забавную очаровательную улыбочку, что последовала за этим. Она вспомнила все те времена, когда показывала ей что-то новое вроде фотокамеры или проектора, и то, что никогда не видела Твайлайт настолько... беззаботной, настолько неудержимой в своём увлечении такими совершенно обычными вещами.

Рэрити не стала бы утверждать, будто её основной целью не было освобождение принцесс; тем не менее она поняла, что, возможно, среди прочих её стремлений было также намерение сделать так, чтобы Твайлайт улыбалась чуточку ча...

К своему немалому удивлению, Рэрити вдруг осознала, что Твайлайт была ей очень близка. Разумеется, как друг... но в то же время как нечто большее. Твайлайт была словно... словно...

Динь!

Громкий звон прервал размышления Рэрити, она открыла глаза, заметив, что колдовство завершилось. Твайлайт тоже открыла глаза, они обе тут же поглядели на свои... никак не изменившиеся кулоны. На несколько мгновений повисла тишина, пока Рэрити не подняла свой полупрозрачный кристалл.

— Сработало? — нерешительно спросила она, ощутив, как упало её сердце при виде лица Твайлайт.

Прижав уши к голове, принцесса удручённо смотрела на свой кулон.

— Я думала... Я была уверена... — Она глубоко вздохнула и покачала головой. — Говорила же, что не сработает.

— Может, оно просто не сработало в этот раз? — предположила Рэрити, думая, как бы приободрить подругу. Ей очень не нравилось видеть Твайлайт такой. — У нас наверняка получится, если...

Её внимание привлекла вспышка на границе поля зрения. Она опустила взгляд на кулон, который засиял тусклым розовым светом.

Вновь установилась тишина, обе кобылы в молчаливом удивлении глазели на свои ожерелья. Первой отреагировала Твайлайт, переводя взгляд с одного кристалла на другой, словно не могла поверить, что это ей не мерещится.

— О, — красноречиво произнесла она.

— Получилось ведь, да? — спросила Рэрити, держа свой светящийся кулон. Заклинание определённо что-то сделало. До этого её ожерелье точно не светилось, однако изумление на лице Твайлайт было, пожалуй, единственной причиной, по которой она не верила собственным глазам.

— Ну, эм... э-э-э... — нахмурилась Твайлайт.

Неужто она покраснела? Возможно ли, что Рэрити, самая обычная кобыла, превзошла прогнозы аликорна с вековым опытом в магии? Не сдержавшись от самодовольной улыбки, она отпустила кулон.

— Видишь? Говорила же, что сработает! Я знала, что нам понадобится... что бы там нам ни понадобилось, — сказала единорожка, захихикав, когда Твайлайт в ответ раскраснелась ещё сильнее. — Итак! Что дальше?

— Не знаю, — призналась Твайлайт, взяв телекинезом свиток и осмотрев его. Она несколько раз открыла и закрыла рот, всё ещё попеременно разглядывая кулоны. — Я... никогда раньше не заходила так далеко.

— Тогда чего же мы ждём? — с нескрываемым восторгом спросила Рэрити. Она попыталась взять свиток, но Твайлайт быстро убрала его, заставив единорожку разочарованно застонать. — Как это заклинание работает? Я смогу услышать в голове твой голос? Ну можешь ты хотя бы притвориться, что рада?

Она вдруг с удивлением поняла, как Твайлайт чувствовала себя, когда сталкивалась с незнакомым ей современным устройством.

— Нет, в его основе лежит передача не вербальной, а визуальной информации, — отозвалась принцесса, жестикулируя копытом. Видимо, возможность что-то объяснить одолела смущение. — Оно соединяет разумы колдующих, так что всё, о чём подумает один, второй увидит или тоже подумает об этом же. Колдующие не общаются, а как бы делят один разум на двоих. У принцессы Селестии была на эту тему замечательная книга, которая входила в «Многотомник всеобъемлющих знаний». У меня где-то здесь...

— Твайлайт? — прервала её Рэрити с маленькой улыбкой.

— Да? — озадаченно моргнув, отозвалась призрачная кобыла, на что единорожка игриво похлопала ресницами и подняла телекинезом светящийся кулон. — О, точно. — Твайлайт вновь вернулась к свитку, глубоко задумавшись, и прежде чем единорожка успела вновь окликнуть её, в воздухе перед аликорном возникли перо и два больших чистых свитка. — Начнём первое испытание.

— Первое испытание? — переспросила Рэрити, наклонив голову.

— Теперь, когда у нас есть магические приёмники, если кто-то из нас наколдует коммуникационное заклинание, это пошлёт другому кулону сигнал, что можно установить связь, — объяснила Твайлайт, что-то записывая в один из свитков. — Оно не сильно отличается от заклинания, что мы использовали для того, чтобы связать кулоны.

Твайлайт передала свиток Рэрити, которая постаралась побыстрее запомнить написанную там формулу. Прочитав её несколько раз, она взглянула на принцессу и увидела, что второй пустой свиток всё ещё парит рядом.

— А этот для чего? Для другого испытания?

Твайлайт кивнула.

— В книге с оригинальным заклинанием говорилось о кобыле, которая оживила творения своего партнёра. Я подумала, что для первого испытания мы могли бы использовать тот же принцип. Ты выйдешь наружу, наколдуешь заклинание, а потом представишь какую-нибудь картинку, которую я должна буду нарисовать, — предложила она, быстро черкнув пером по свитку для примера. — Таким образом мы сможем проверить, влияет ли барьер на дальность заклинания.

Это... звучало намного проще, чем Рэрити себе представляла. Ей-то думалось, что испытание будет сродни... Вообще-то, она понятия не имела, чего стоило ожидать от заклинания, кроме того, что оно позволит ей общаться с Твайлайт без каких-либо ограничений.

— Ну что ж, приступим, — воскликнула единорожка, воодушевлённая несмотря на полное незнание того, что случится дальше.

Она развернулась и пошла к выходу, неся свиток перед собой и перечитывая магическую формулу снова и снова, чтобы запомнить назубок. Твайлайт также добавила туда небольшое разъяснение, которое Рэрити прочитала, пока шла по тоннелю. К тому времени как единорожка поднялась по лестнице и выбралась наружу, она неплохо усвоила принцип действия заклинания.

В лесу, разумеется, никого не было. Рэрити даже успела соскучиться по тем временам, когда оставалась наедине с Твайлайт. Если бы сейчас здесь были Скуталу или Свити Белль, она бы, несомненно, боролась за право владения зачарованным кулоном.

Кстати о нём...

Рэрити осторожно подняла розовый кристалл копытом и невольно захихикала от предвкушения. Ещё раз пробежав глазами свиток, единорожка свернула его, призвала магию и вполголоса прочитала формулу. Спустя пять показавшихся часами секунд, кулон вдруг мягко засветился, как и раньше.

Рэрити затаила дыхание. Первая фаза выполнена, и, если указания Твайлайт верны, она поймёт, что подруга «ответила», когда кулон засветится ярче. Единорожка подождала, потом подождала ещё немного, потом ещё — и так чуть ли не целую вечность, пока её рог светился магией.

— Ну быстрее, Твайлайт...

«Почему она так долго не отвечает? Заклинание сработало же, верно? Твайлайт сама сказала, что после установки первого контакта всё пройдёт хорошо, разве нет? Только если... Только если оно и правда не сраб...»

И тут, оборвав её раздумья, кулон сверкнул и ярко засиял.

Она на мгновение оторопела, переваривая увиденное, после чего радостно ахнула. «Сработало, что ли?» — размышляла она, вдруг неуверенная, что делать дальше и что случится. Её рог по-прежнему светился магией, однако она не чувствовала каких-либо изменений. И как, интересно, ей понять, что заклинание работает?

Придя к такому выводу, Рэрити решила, что единственный способ проверить — продолжить испытание. Она закрыла глаза, закусив губу, и припомнила затею Твайлайт.

«Что-нибудь представить, чтобы она нарисовала... Гм-м...»

Сознание Рэрити уцепилось за мысль о самом процессе рисования, поэтому вместо какой-то картинки она представила себе единственную чёрную точку на холсте. Она вообразила, как точка движется, оставляя за собой непрерывную линию, будто невидимое перо одним взмахом выводит изящный набросок. Единорожка пыталась, чтобы это выглядело в её мысленном взоре как можно чётче, будто кто-то и впрямь наблюдал за её мыслями — что, собственно, и происходило на самом деле.

Секундой позже в разуме Рэрити предстал образ чёрного котёнка, тянувшегося лапкой за бабочкой. Простенькая, но, на её взгляд, приятная глазу картинка.

Она подержала её в голове несколько мгновений, почти как фотографию, и задумалась, когда следовало остановить заклинание. Решилось это почти сразу: ощутив изменение в своём магическом поле, она открыла глаза и поняла, что сама Твайлайт оборвала связь.

Рэрити прекратила колдовать и, поняв, что неосознанно затаила дыхание, выдохнула. Ну что ж, всё кончилось, так ведь? Если прежде она хихикала от предвкушения, то сейчас её снедало беспокойство. Почему Твайлайт оборвала связь? Потому что заклинание сработало, или же, наоборот, не сработало? Рэрити очень надеялась, что всё же первое.

Очень-очень надеялась.

Быстро возвратившись к дереву, она стремительно вбежала в библиотеку, развеяв магическое сияние своего рога, как только оказалась при свете канделябра.

— Я вернулась!

Твайлайт всё так же сидела за столом, видимо, дожидаясь Рэрити. Свиток парил рядом с ней, обращённый пустой стороной к единорожке (если, конечно, она вообще что-либо нарисовала).

— Получилось? — спросила Рэрити, приблизившись к подруге. Её молчание не слишком обнадёживало, однако же, с другой стороны, в случае провала она бы наверняка что-то сказала. — Ты что-нибудь увидела?

Твайлайт несколько раз перевела взгляд с рисунка на Рэрити и обратно, затем заметно глубоко вздохнула и развернула свиток, глядя на единорожку со взволнованным предвкушением.

Пусть художественные навыки Твайлайт уступали таковым у Рэрити, рисунок нельзя было назвать плохим. Более того, по мнению единорожки, он был превосходным. Даже потрясающим — лучшим из всего, виденного ею, так что она не стала скрывать ликующую улыбку при виде чёрного котёнка и бабочки.

— Получилось, — просто, без обиняков сказала Рэрити, словно сама до сих пор не верила, хоть и видела собственными глазами.

Получилось.

— Получилось? — спросила Твайлайт, глянув на рисунок, затем на Рэрити; складывалось впечатление, что и она сама с трудом верила. — П-погоди, ты куда?

— Попробуем ещё раз! — бросившись к выходу, воскликнула Рэрити, охваченная восторгом. Нужно было убедиться наверняка, пускай и рисунок аликорна в точности повторял её.

Она даже до лестницы не добежала, как начала колдовать, а вылетев из люка, тут же схватила копытами кулон и с нетерпением стала ждать ответа подруги.

— Давай, давай, давай, — бормотала она, попутно хихикая в нервном возбуждении и чуть ли не прыгая на месте.

«Чего Твайлайт так долго?! Давай же, ну, долго ещё...»

Тут кристалл сверкнул; у единорожки перехватило дыхание, а поток её мыслей резко оборвался. Но считанные мгновения спустя он возобновился с новой силой, и грудь Рэрити вновь переполнилась восторженным, волнительным ликованием. Вот только если раньше у неё без труда получилось вообразить кота, то сейчас, как назло, в голову не шло вообще ничего.

Рэрити закрыла глаза, сосредоточившись на магии, изливающейся из её рога, после чего сжала копытами кулон и попыталась представить хоть что-нибудь. Только это не могло быть нечто простенькое вроде котёнка — на этот раз нужно было придумать что-то совершенно нелепое, невероятное и диковинное, чтобы Твайлайт могла нарисовать это только потому, что Рэрити показала.

Но что именно? Что она могла изобразить, что могла вообразить, что же...

Древесного волка?..

Нет, нет, нет — слишком просто и свежо.

Или... или... слона?..

Рэрити представила себе слона, каким видела его в журнальных статьях про Седельную Аравию. Она нарисовала перед мысленным взором огромное существо во всём его элегантном изяществе, а затем добавила ему... балетную пачку... и... Ой-ой, до чего же трудно сосредоточиться, когда одолевает смех.

«Так, Рэрити, сконцентрируйся», — сказала она себе, представляя слона в балетной пачке и с миниатюрным зонтиком в качестве заключительного штриха. Она задержала этот образ в голове как можно дольше и снова ощутила, что простояла с работающим заклинанием словно целую вечность, пока наконец не ощутила изменение своего магического поля.

Рэрити не пошла обратно к Твайлайт.

Она бросилась бешеным галопом, слетела вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступени, и даже не потрудилась осветить тёмный тоннель магическим светом. Когда единорожка ворвалась в комнату, ей предстала совсем другая картина, нежели прежде. На этот раз Твайлайт не стала молча ждать, а тут же встала и хмуро показала ей свиток.

— Рэрити! Я же просила, чтобы ты представляла простые вещи! А уж никак не это! — возмутилась она, показав наспех набросанный рисунок слона с кое-как нарисованной пачкой и зонтиком не там где надо.

И тем не менее для Рэрити это был самый потрясающий рисунок на свете. Она его просто обожала — настолько, что готова была взять, вставить в рамочку и повесить на самом видном месте бутика; или даже сделать на его основе целую линию одежды, потому что получилось! Заклинание сработало! Сработало!

— Получилось, Твайлайт! — повторяла она снова и снова, выхватив рисунок у призрачной кобылы и принявшись чуть ли не скакать вокруг неё, как восторженная маленькая кобылка. Её веселью не было предела, она не слышала даже, когда Твайлайт позвала её несколько раз по имени, и не обратила внимания, когда она схватила её магией.

— Рэрити, ну хватит уже, — сказала принцесса, хотя тоже не смогла сдержать радостной улыбки и смеха.

— Твоя очередь! — воскликнула Рэрити, всё ещё прижимая свиток к груди, и свободным копытом махнула в сторону выхода. — Ты выйдешь из библиотеки, а я что-нибудь нарисую! Ну же, беги давай!

Подстёгиваемая безграничным энтузиазмом единорожки, Твайлайт выпустила её из магической хватки и рванулась к выходу.

— Бегу, бегу! — отозвалась она.

И настолько они были захвачены моментом, что совсем позабыли о положении Твайлайт до тех пор, пока она не врезалась в розовый барьер, что держал её в заточении.

Радость Рэрити вмиг улетучилась, сменившись беспокойством и чувством вины.

— Твайлайт! — Она шагнула к призрачной кобыле, что сидела спиной к единорожке и приходила в себя. — Ты в порядке?

Твайлайт не ответила, у Рэрити упало сердце. Всё испорчено, так ведь? Всего мгновение назад Твайлайт, пускай ненадолго, забыла о своём заточении, а сейчас жестокая реальность напомнила, чего она лишилась.

Вот только когда принцесса повернулась к единорожке, на её лице была не хмурая гримаса, а маленькая смущённая улыбка.

— Думаю, для меня лучше придумать какое-нибудь другое испытание.

Рэрити улыбнулась от облегчения при виде такой реакции подруги. Или, может, она улыбнулась потому, что улыбалась сама Твайлайт, и одного этого хватило, чтобы вызвать улыбку у единорожки.

Принцесса телепортировалась к Рэрити и сдвинула брови:

— Гм-м-м...

— Почему бы нам не взять книгу на эту тему? — спросила единорожка, в голове которой метались сотни идей для испытания. — Возможно, у нас получится воспользоваться другими историями оттуда. Или ты могла бы просто спуститься в лабиринт. — Ух, она дождаться не могла, чтобы увидеть, что вообразит Твайлайт!

— Могла бы, да... — Твайлайт выпрямилась и посерьёзнела. — Снова взглянуть на книгу было бы неплохо, но мне кажется, ты должна её принести, Рэрити. «Ментальные проекции и заклятья» Селестии, что стоит на тринадцатой позиции ряда Г триста восьмидесятого раздела трёхсотой группы.

— Тебя послушать, так я и впрямь знаю, где это находится, Твайлайт, — ответила Рэрити. Наверное, ей всё же стоило подучить эту нелепую систему классификации.

— Разумеется, я в курсе, что ты не знаешь, — буднично проговорила Твайлайт. — Но я-то знаю. Более того, я даже с закрытыми глазами могу ясно представить себе это место.

Рэрити недоумённо вскинула бровь, не совсем понимая, к чему клонит Твайлайт.

— Какой бы замечательной ни была твоя память, дорогая, я вряд ли сумею отыскать эту книгу, если только ты каким-то образом не передашь знание о её... о-о-о.

На этот раз самодовольно улыбнулась Твайлайт, которая телекинезом подняла кулон.

— Вот именно. — Её улыбка стала только шире, когда Рэрити ответила радостным хихиканьем.

Единорожка, затаив дыхание, смотрела, как рог аликорна вспыхнул, и небольшая искра магии унеслась к висевшему в воздухе кулону. Кристалл мигнул, Рэрити тут же опустила глаза к собственному ожерелью. На первый взгляд ничего не изменилось, и только она собиралась попросить Твайлайт повторить, как услышала тихий звон, после которого кулон засиял ярким пульсирующим розовым светом.

Рэрити радостно охнула, топнув ногами по полу.

— Как мне ответить? Тем же заклинанием?

Принцесса кивнула, и единорожка мигом призвала собственную магию, бормоча нужные руны. Она ощутила, как из её засветившегося рога к кулону также устремилась искра, после которой розовое сияние стало ещё ярче. Твайлайт почти сразу закрыла глаза, Рэрити последовала её примеру, с нетерпением ожидая озарения.

Разумеется, получить его весьма трудно, если разум до краёв забит мыслями и идеями. Рэрити искала в голове сообщение Твайлайт — всё, что хоть немного кажется незнакомым, — но, не зная, на что именно обращать внимание, сделать это оказалось сложно. А вдруг у неё не получалось как раз потому, что она так активно искала? Может, следовало войти в этакое медитативное состояние и очистить свой разум, чтобы увидеть... помещение?

Перед её мысленным взором вдруг открылся вид с высоты на библиотеку, но в то же время она понимала, что это не её мысли. Этот образ словно был внедрён ей в голову, однако чем дольше она задумывалась об этом, тем сильнее казалось, что это творение именно её разума.

— Я... я вижу библиотеку! — восторженно воскликнула Рэрити, вслепую размахивая передним копытом.

Она не слышала, ответила ли Твайлайт, но, судя по всему, её ответ ей сейчас привидится. Через мгновение после слов единорожки картина в её разуме изменилась, и она заметила тусклое малиновое свечение, окутывающее стеллажи. Позабыв как о Твайлайт, так и о заклинании, Рэрити с изумлением ощущала, будто бы знала... нет, знала точно все эти книги.

Единорожка понимала принцип, по которому они были расставлены, знала, какие именно книги стоят на полках и в какой секции их можно найти; но кроме того, она ясно видела другую, более глобальную систему классификации. Она вдруг ясно осознала, почему каждая книга находится там, где нужно, и смогла понять причину, по которой Твайлайт их так расставила. И насколько это было умопомрачительно, настолько же естественно — будто собственный мозг Рэрити постиг объём всей вложенной в него информации, причём это ощущение было сродни тому, как если бы она это просто вспомнила, а не силилась разобраться.

В тот самый миг Рэрити знала библиотеку так досконально, как знала каждый из десятков своих нарядов.

Потом видение снова изменилось, вид с высоты опустился на уровень книжных шкафов. Единорожка словно шла по рядам с определённой целью. Она куда-то направлялась, хотя вернее будет сказать, её туда вели. Наконец перед её мысленным взором встала та самая цель, коей оказался стеллаж. Среди множества расставленных в нём книг выделялась одна с ярко-красной обложкой, что словно бы взывала обратить на неё внимание и заставляла остальные книги тускнеть на её фоне.

Этот образ замер перед мысленным взором единорожки будто на целую вечность и исчез, лишь когда её магическое поле изменилось, заставив видение исчезнуть, как если бы кто-то щёлкнул выключателем.

Наконец открыв глаза, Рэрити закрыла невольно распахнувшийся рот и опустила поднятое копыто. Она поморгала и пристально уставилась в глаза аликорну. Твайлайт выглядела не сильно ошеломлённой, что, по мнению единорожки, было вполне объяснимо. Что такое какие-то там котёнок и бабочка по сравнению с целым миром знаний?

— Получилось? — медленно и осторожно спросила Твайлайт, слегка сдвинув брови.

Рэрити не ответила. Она услышала вопрос, но смысл его затерялся на фоне уже угасающих образов, заполнивших её сознание. Весь гигантский объём узнанной ею информации постепенно сходил на нет, и лишь одно ощущение оставалось ясным — местонахождение книги.

— Рэрити? — снова позвала Твайлайт, и единорожка ответила не словом, а делом.

Не теряя ни секунды, она рванула мимо аликорна к рядам книжных шкафов, порядок которых менее минуты назад знала как своё копыто. Она неслась по лабиринту, едва обращая внимание на Твайлайт, которая следовала за ней, телепортировавшись наверх стеллажей и побежав по ним. Мысли Рэрити целиком занимал путь к желанной цели.

И даже если сама система классификации уже вылетела у неё из головы, её творческий разум помнил образы. Где Твайлайт запоминала числами — Рэрити помнила цветами. Она помнила стеллаж с шестью зелёными книгами в ряд, после которого нужно было повернуть. Влекомая мысленной картиной нужного пути, она добралась до книжного шкафа с единственной красной книгой, окружённой синими и зелёными.

Её бешеная скачка замедлилась до неспешного шага, пока она не остановилась у пугающего стеллажа. Она чувствовала, что ей нужно остановиться, что нужно передохнуть. Это можно было бы назвать затишьем перед бурей, но слово «буря» тут как-то не подходило. Это скорее походило на кратковременную отсрочку перед тем, как всё изменится, перед тем, как...

— Ну?

Рэрити моргнула и глянула на аликорна, взгромоздившегося на стеллаж. Приоткрыв крылья, Твайлайт смотрела на неё сверху вниз, в её взгляде читалась... надежда? А может, и страх? Даже сейчас заточённая принцесса держала дистанцию со своего высокого места, как часто делала до этого, будто по-прежнему пыталась уберечься от... от чего?

Единорожка не ответила, а снова перевела взгляд на стеллаж, уставившись на красную книгу. Она подняла копыто и на мгновение замешкалась, но не затем, чтобы нагнать напряжение, а будто действительно не решаясь узнать результат испытания. В конце концов она поднесла копыто к красной книге, отчего Твайлайт громко ахнула, вызвав у единорожки улыбку.

Несмотря на бурливший в груди восторг, Рэрити нацепила маску самообладания и аккуратно вытащила книгу. Она провела копытом по переплёту, наслаждаясь молчанием Твайлайт, и с превеликим удовольствием прочитала:

— «Ментальные проекции и заклятья» за авторством Селестии Первой, — после чего повернулась к принцессе и с самой очаровательной улыбкой, на которую только была способна, протянула книгу ошарашенному аликорну.

— Вы эту книгу искали, ваше высочество?

Твайлайт взяла книгу магией и посмотрела на единорожку с загадочным выражением лица. Она открыла книгу, но не стала ничего читать, а лишь глянула обратно на подругу, всё ещё не зная, что сказать.

— О чём задумалась, Твайлайт? — спросила Рэрити, развеселённая молчанием аликорна.

— Я... — Принцесса замолчала, сев прямо и плотно прижав крылья к телу. Казалось, будто она целиком и полностью превратилась в прежнюю замкнутую себя, в чём не было ничего особенного, кроме того, что случилось дальше.

Рядом с ней возникли перо и пустой свиток, куда она стала писать с той же стремительностью, с которой из её рта посыпались вопросы.

— Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? Можешь описать свои ощущения? — телепортировавшись к Рэрити, тараторила она, уже погружённая в собственный мир чудесных открытий.

Единорожка рассмеялась:

— Забыла уже, дорогая, что сама через это проходила?

— А вдруг эффект отличается от пони к пони! — выпалила Твайлайт, схватив книгу и принявшись листать. — Нужно было побольше расспросить принцессу Селестию, однако я не расспросила, потому что это не казалось мне таким уж интересным. Ну, вообще-то, казалось, но я никогда не думала, что мне попадётся кто-то, с кем можно будет это сделать, и... — Она замолчала, яростно строча заметки, затем повернулась к Рэрити: — Нам нужно провести ещё одно испытание. — Тут радости в её голосе поубавилось, и она неуверенно спросила: — Ты бы не хотела попробовать ещё раз? Мы должны попробовать ещё раз, если ты хочешь. Можно мы попробуем ещё раз?

Рэрити снова похлопала ресницами:

— Какую книгу мне принести на этот раз?

Словно по волшебству глаза Твайлайт вспыхнули ликованием. Она радостно захихикала и выкрикнула название книги и её местонахождение в мельчайших подробностях, которые совершенно не заботили Рэрити — и вовсе не из-за того, что ей было наплевать, а потому, что улыбка её дорогой подруги была в тысячу раз замечательнее какой-то там древней книжки.

И эта игра продолжалась ещё долго, потому что останавливаться только на одной книге им не хотелось. Подруги искали их одну за другой: начиная от «Социодинамики Эквестрии» Типси Дринкера, заканчивая «Дальними морями» Вотер Флоата и всем, что было между ними. Вскоре они дошли до того, что Твайлайт даже перестала проговаривать названия вслух, и единственными звуками в библиотеке стали перезвон магии и шорох пера принцессы по уже пятому призванному ею свитку.

В течение нескольких драгоценных минут для них перестали существовать неминуемые угрозы, опасности, неопределённости и даже легенда о заточённых по всему королевству принцессах. Сейчас, когда балом правили только книжки и заливистый смех, Рэрити и Твайлайт были всего лишь двумя веселящимися от души лучшими подругами.

— Так, ладно, теперь можно поискать автобиографию Старсвирла Бородатого, а после можем увеличить количество книг до двух и проверить в лабиринте, как действует магия Дискорда на...

— Твайлайт, думаю, на сегодня поиски книг стоит прекратить, — прервала её Рэрити, опёршись о стеллаж и мельком оглядев десятки разбросанных вокруг книг. Пускай ей и безмерно нравилось радовать Твайлайт, набегаться она успела на целый месяц вперёд. — Не все из нас здесь бессмертные призраки, которые могут без устали бегать часами напролёт.

Глаза принцессы расширились, её лицо прямо таки излучало досаду.

— О... ну ладно, — тем не менее ответила она, и вид опущенных ушек и разочарованное выражение едва не заставили Рэрити согласиться ещё на пяток раундов их игры в «поди-принеси».

Однако разочарование Твайлайт долго не продлилось: вскоре перед ней появился другой пустой свиток, на котором она начала быстро писать.

Пока принцесса отвлеклась, Рэрити позволила себе немного передохнуть — но только от беготни. Единорожка села и стала молча наблюдать, как Твайлайт писала, что-то бормоча себе под нос. При виде этого на её губах заиграла невольная улыбка.

По правде говоря, Рэрити больше заботило не то, что именно говорила принцесса, а сам факт того, что она бормотала с таким возбуждением, которого прежде никогда не выказывала. Единорожка уже видела эту сторону Твайлайт, когда приносила какое-то новое современное устройство, но никогда раньше призрачная кобыла не показывала свою радость настолько непринуждённо — и Рэрити любила это всем сердцем.

Ей хотелось чаще видеть эту Твайлайт, которая была так захвачена весельем, что забывала обо всём случившемся в прошлом и не отдалялась от других. Единорожка припомнила, как размышляла, что настоящая Твайлайт Спаркл скрывалась под многими годами одиночества и дистанцирования. И сейчас, после всего случившегося, Рэрити понимала, что права.

Более того, она осознала: если раньше её влекло к принцессе Твайлайт Спаркл, что была легендой древних времён, то сейчас ей хотелось побольше узнать о Твайлайт Спаркл — обычной любящей книги кобыле, чья бурная страсть к знаниям перебивала страх открыться перед другими.

Как Твайлайт была заворожена заклинанием, так и Рэрити была очарована Твайлайт. Абсолютно всё в ней интересовало единорожку: то, как она запросто, но немного неуклюже превращалась из величавой принцессы в нескладную кобылу; как её улыбка заставляла улыбаться саму Рэрити; какой миленькой становилась, когда радовалась чему-либо; как заботилась о других и... и...

И в тот миг, когда на щеках Рэрити заалел румянец, а копыто невольно потянулось к кулону, она осознала, что все её чувства к Твайлайт, все бабочки в животе, все беспорядочные мысли, желание видеть её, говорить с ней и быть наедине...

Всё это она последний раз чувствовала к пони, который был для неё больше, чем другом.

— Рэрити? У тебя всё нормально?

Вырванная из раздумий, Рэрити заметила, что Твайлайт давно прекратила писать и смотрела на неё своими фиалковыми глазами, взгляд которых будто проникал в самую душу единорожки. Принцесса перенесла свитки подальше, чтобы не мешались, и теперь сидела, навострив уши.

А ведь для Твайлайт это было естественное состояние. Для неё всё на свете было объектом для изучения, анализа, исследования и понимания; и нахождение целиком в центре её внимания по-своему даже пробирало до костей этаким неописуемым образом. Библиотека вмещала в себя знания, накопленные за многие тысячи лет, однако в тот момент одна лишь Рэрити представляла для Твайлайт интерес.

Единорожка отвернулась, раскрасневшись ещё сильнее.

— О-ох! Я просто думала, ну, о всяком таком, но это не важно, — запинаясь, «красноречиво» отозвалась она, отпустив кулон словно из страха, что Твайлайт сможет как-то заглянуть в её разум и прочитать бушующие там мысли.

— О всяком таком? — переспросила принцесса; и пусть даже Рэрити не смотрела на неё, она всё равно чувствовала взгляд аликорна, и — проклятье! — от этого её щёки заалели ещё сильнее.

— Знаешь, нам бы, наверное, стоило их убрать, — взяв с пола книгу, сказала единорожка, меняя тему с ловкостью слона в посудной лавке. И что, возможно, ещё хуже, она прекрасно понимала, что Твайлайт по-прежнему смотрит на неё, и ей нравилось быть для принцессы загадкой, нравилось её внимание, но самое главное — ей было невыразимо приятно, что это самое внимание ей оказывает именно Твайлайт, и...

И тут как громом поражённая Рэрити поняла: пускай по-прежнему мечтая о прекрасном принце, в какой-то момент она стала мечтать и о прекрасной принцессе.

— Нам всё ещё нужно проверить дальность.

Голос Твайлайт вмиг вернул единорожку с небес на землю.

— Д-дальность? — переспросила она, изо всех сил пытаясь скрыть мысленное признание самой себе, что, возможно, влюбилась в тысячелетнего призрака.

— Да, дальность, — сухо отозвалась Твайлайт, приподняв брови. Она, разумеется, заметила, что Рэрити витала в облаках. — Как я уже говорила, изначальное заклинание имело ограниченную дальность. Я пыталась увеличить её, но существует вероятность, что барьер Дискорда повлиял на это.

— Выходит, мы не сможем общаться на большом расстоянии? — спросила единорожка, стараясь сосредоточиться на словах Твайлайт, что было невероятно сложно после того, как она осознала свои чувства, не говоря уже о том, как ей нравился её голос и... Да что ж такое, Рэрити, ты больше не маленькая кобылка!

Твайлайт покачала головой:

— Барьер не выпускает мою магию, не забыла? Логично предположить, что заклинание не сработает так хорошо, как мне бы хотелось. Не исключено, что дальность увеличилась всего километра на два-три. — Она свернула свитки и телепортировала их прочь.

— Два-три километра? Да это ж всего ничего! — воскликнула Рэрити. — М-да, ну и разочарование. — Вот тебе и нашла возможность упростить поиски книг или общаться с Твайлайт когда захочется.

— Мы можем проверить дальность сразу после твоих упражнений, — ответила принцесса.

— Моих упражнений?

— Да. Твоя тренировка в телепортации. А ты думала, я забыла? Это-то ты и не хотела мне говорить раньше, — произнесла Твайлайт, излучая самодовольную уверенность в своих словах.

— Вообще-то, я думала кое о чём другом, — невинно отозвалась Рэрити. — Я думала, что никогда не видела, чтобы ты улыбалась так много, как сегодня. Признаться, это весьма приятное зрелище.

На секунду Твайлайт оторопела, на её щеках заиграл румянец.

— О... Я не заметила, — призналась она, глядя на книги, разбросанные на полу у её копыт. — Ну, видимо, мне просто было настолько интересно узнать тебя поближе.

— Как и мне — тебя, — заверила Рэрити, после чего ухмыльнулась: — Кстати, а что за нелепое условие нам нужно было выполнить, чтобы заклинание сработало? Очень хотелось бы знать, чтобы я могла как следует ехидничать над тем, как сильно ты ошибалась насчёт нас.

— Ох, ну, эм... — Твайлайт замолчала, глядя куда угодно, только не на подругу. — Всё дело в магии. Заклинание было создано аликорнами, поэтому я не знала, хватит ли тебе магической выносливости, чтобы заставить его работать. — Судя по дрожи в её голосе, она явно обманывала.

Но Рэрити не стала допытываться. В будущем на это ещё будет время, кроме того, причина, почему заклинание сработало, была не важна, самое главное — что оно сработало.

— И всё же жаль, — продолжила Твайлайт, — что ты не настолько сильна, как я полагала, раз устала так быстро. — И сказано это было в такой занятно наигранной манере, что Рэрити задумалась, не копирует ли принцесса её.

Сперва возмущённая единорожка хотела ответить, что да, очень жаль, беда-то какая; а когда открыла рот, это намерение не изменилось, правда, за небольшим исключением...

— Ла-а-адно, — нарочито громко протяжно вздохнула она, лишь чтобы показать Твайлайт, как это делается на самом деле. — Думаю, можно поиспытывать заклинание ещё немного, если уж тебе настолько понравилось.

— Да-да-да-да! — воскликнула Твайлайт, застучав копытами по полу и остановившись, лишь когда заметила, что Рэрити смотрит на неё. Она откашлялась: — О, эм, прости. Погоди, сейчас допишу.

Пока принцесса возилась с заметками, Рэрити заметила лежавший на полу свиток с описанием оригинального заклинания. Зная, что там объясняется второе ограничение, она не смогла сдержать любопытства и осторожно подняла свиток, развернув и принявшись читать.

«Рэрити упоминала заклинание общения, когда была здесь, — говорилось там. — Это напомнило мне о телепатическом заклинании, над которым я работала до того, как Дискорд запер меня в библиотеке. Я... я хотела рассказать ей о нём. Дальность должна быть больше после внесённых мною модификаций, и Рэрити сможет сообщать мне, что безопасно добралась до Понивилля всякий раз, когда покидает библиотеку.

Но... я так и не смогла избавиться от ограничения, завязанного на доверии, и сомневаюсь, что это когда-либо получится. Я читала книгу принцессы Селестии на эту тему и выяснила, что, судя по всему, именно разум пони блокирует заклинание. Всё дело в банальном инстинкте самосохранения, поскольку давать кому-то неограниченный доступ в собственный разум может быть крайне опасно.

Пока я не найду способ обойти это ограничение, говорить Рэрити об этом не буду. Думаю, она достаточно доверяет мне, чтобы пустить в свой разум, однако... меня больше беспокоит, что я не доверяю ей настолько, чтобы заклинание сработало.

Или, быть может, меня беспокоит, что я и впрямь настолько ей доверяю».

— Ну всё. Ты готова? — спросила Твайлайт. Она всё ещё глядела в книгу, так что Рэрити успела незаметно положить свиток на место.

Когда принцесса наконец подняла взгляд, единорожка могла ответить лишь искренней улыбкой, в которой практически читалась влюблённость.

— В чём дело? — поинтересовалась призрачная кобыла, опустив книгу. — Почему ты на меня так смотришь?

Рэрити склонила голову вбок.

— Я просто думала, как приятно с твоей стороны доверять мне настолько, чтобы делиться со мной всем этим, — сказала она, тщательно взвешивая каждое слово и сохраняя хладнокровие, несмотря на расширившиеся глаза Твайлайт и её лёгкий румянец.

— О, я испытываю то же самое, — медленно проговорила Твайлайт, после чего откашлялась и вернулась к книге. Рэрити успела заметить заигравшую на её губах улыбку. — Так, ну, начнём же.

И когда Твайлайт, стерев с лица довольное выражение и закрыв глаза, начала колдовать, Рэрити тоже улыбнулась и закрыла глаза, начиная творить заклинание.

Даже интересно, как судьба давала ей то, что она хотела, только с маленькими изменениями. Да, она не влюбилась до безумия в прекрасного принца, как ей представлялось, и не ощущала всепоглощающей безумной любви; однако в её растущей влюблённости в принцессу Твайлайт было нечто такое, что казалось намного приятнее и намного более подходящим, несмотря на все её чуть заметные сомнения. Всё, что с ней происходило сейчас, отличалось от того, что она себе представляла, но тем не менее она поняла, что ни в коем случае не согласилась бы ничего менять... пока.

В глубине души она осознавала, что ей предстоит пройти через очень многое, прежде чем она сможет просто задуматься о том, что делать с этими новообретёнными чувствами. Совсем необязательно было думать о них сейчас, однако же полностью скрывать их было тоже необязательно, так ведь? Она могла позволить им просто быть или, может, расти; и лишь тогда начать задумываться о будущем, когда наступит подходящий момент.

Ну а пока она решила сосредоточиться на том (или, точнее, кое на ком), что действительно важно.

## — Интерлюдия IV — Нерассказанная сказка на ночь

[Изображение: https://i.imgur.com/o0CPc6Q.png]

C духом хаоса Эппл Крисп повстречался, ещё когда был жеребёнком.

Это случилось самым обычным днём самой обычной недели не самого, впрочем, обычного года. Для маленького Криспа с королевством Эквестрии всё было нормально. Войны, о которых его отец рассказывал под покровом ночи, казались чем-то нереальным, далёким, и жеребёнок верил, что на целом свете нет места безопаснее Долины Одинокого Дерева — ну, не считая, конечно, его прежнего дома в столице Кантер.

Тем особенно обычным днём всё семейство Эпплов собралось на ранний ужин. Дядя Тиндер Эппл и тётушка Винтер принесли тушёные овощи, кузина Грин Эппл — пожаренные во фритюре кусочки яблок, родители Криспа, Айрон Коблер и Пиа Крамбл, приготовили бутерброды с маргаритками и подсолнухами, а его сестра, Эппл Харт, испекла яблочный пирог.

Всё это разнообразие восхитительно пахнущих лакомств уже покоилось на столе, дразня соблазнительным ароматом носы семерых голодных пони. Они сидели за столом, рассеянно теребя всё, до чего могли дотянуться.

Но к еде они не притрагивались — как-никак грубо начинать, пока не соберутся все.

— Говорил же, что она слишком занята, Пиа. Она — принцесса, у неё нет времени на наши...

— Меня бы это не волновало, будь она хоть самой Селестией, Айрон. Пускай она и принцесса, по возрасту она мне в дочери годится, а я не позволю своей дочери пропускать завтрак, обед да ещё и ужин. И это не говоря уже о малыше, ты же не хочешь, чтобы он отправился в путь на пустой желудок?

Крисп слышал этот разговор уже кучу раз — потому что повторялся он каждый вечер. Хоть принцесса Твайлайт не была его старшей сестрой (как бы ему этого ни хотелось), мама Эппл Криспа относилась к ней как к родной дочери. Она, пожалуй, была единственной пони, которая осмеливалась ругать принцессу за то, что та засиживалась всю ночь за работой.

— Идёт война, Пиа! Вторая война менее чем через десять лет после первой! Вообще, мне нужно быть в столице и помогать капитану Армору, а не возиться тут с яблоками! Не стоило мне уходить из стра...

— Если позволите, — прервал его дядя Тиндер, обратив на себя внимание всех присутствующих. — Почему бы нам просто не послать за ними кого-нибудь? Пока еда совсем не остыла.

А вот это Эппл Крисп был рад услышать.

— Я схожу за ними, папа! — воскликнул он, едва не шмякнувшись на пол, когда спрыгивал со стула.

— Только недолго! — сказала Пиа Крамбл, хотя её слова едва ли достигли ушей жеребёнка, стрелой выскочившего из дома.

Уже пять лет Эппл Крисп со своей семьёй жил в широкой долине южнее Кантера. Он не совсем понимал, почему она называлась Долина Одинокого Дерева, когда дерево это было отнюдь не одиноким.

Здесь росли двенадцать яблонь, посаженных его отцом и дядей; протекала тянувшаяся аж до самого Подковьего залива речка, где водилась рыба и жили лягушки; здесь же стояли его дом, дом его дяди и склад; а ещё тут находилась библиотека принцессы Твайлайт.

На улице было ещё светло, однако солнце быстро клонилось к закату, а Крисп не любил гулять по долине в темноте. Справа от него в отдалении виднелась рощица яблонь, слева — дом дяди Тиндера.

Ну и прямо перед ним на некотором расстоянии высился огромный дуб, к которому и припустил жеребёнок. Каково же было его удивление, когда, достаточно приблизившись, он заметил, что возле дуба бродит незнакомый жеребец.

Странно... Папа Криспа говорил, что никто, кроме них, не знал, что принцесса живёт в библиотеке, поэтому этот жеребец точно не повидать её явился, правильно ведь?

Не зная, что делать, Крисп остановился. Отец как-то сказал ему, что если он увидит возле библиотеки незнакомого пони, то должен немедленно сообщить об этом ему или ещё кому-нибудь, но... что-то в этом жеребце заинтересовало Криспа, побудив его продолжать путь к дереву и незнакомцу.

Одетый в большой серый плащ единорог не заметил подошедшего жеребёнка. Он что-то бормотал себе под нос и ходил широкими кругами, волоча за собой по траве палку. Ведомый любопытством, Крисп пошёл за ним, удивлённо обнаружив, что за палкой остаётся белая линия.

Вдруг жеребец резко остановился, развернулся и уставился на Криспа горевшими безумием жёлтыми глазами.

— Пора! — провозгласил он, расхохотавшись, отчего жеребёнок в страхе отпрыгнул.

— Пора? — спросил Крисп, его сердце бешено стучало в груди. — П-пора для чего?

Жеребец моргнул и нахмурился.

— Или пора будет завтра. Или, может, послезавтра. А возможно, вообще в понедельник! — Наклонившись, он громко прошептал: — Понедельник — самый лучший день для хаоса, знаешь ли. — Он выпрямился и, оглядевшись, сказал: — В яму не упади! — затем развернулся и продолжил идти по кругу.

Крисп озадаченно поморгал и посмотрел на землю, не обнаружив никаких ям.

— Тебе нравятся сюрпризы, Эппл Крисп?

Жеребёнок поднял глаза, напуганный тем, что странный пони знал его имя.

— Она мне всё про тебя рассказала! Мы с принцессой Твайлайт ужасно добрые друзья. Я как раз пришёл её навестить, — объяснил жеребец, развеяв беспокойство Криспа. — Так что, нравятся тебе розыгрыши? Принцесса Твайлайт-то их просто обожает! — добавил он, остановившись и воткнув палку в землю. — Она в них прямо мастерица!

А вот в это верилось с трудом. Принцессу Твайлайт едва ли можно было назвать скучной пони, но Крисп не мог представить себе, чтобы она разыгрывала кого-либо, а уж тем более была мастером в этом деле. Это больше подходило Спайку.

Забыв, что должен притворяться, будто не знает принцессу, Крисп спросил:

— Что она сделала?

Жеребец глянул вверх:

— Что она сделала... Хороший вопрос.

Он внезапно исчез и появился рядом с Криспом, как часто делала принцесса Твайлайт.

— Она провела меня! Не кого-то там, а меня! — воскликнул жеребец, безумный блеск в его глазах усилился. — Ну, это не совсем верно, так ведь? Они все провели меня, но спланировала всё это именно она! Она сделала всё это! Со мной! — Пока он говорил, из его голоса уходило веселье, сменяясь на... злость?

Но и исчезла она так же быстро. Спустя мгновение улыбка жеребца вернулась.

— Что ж, теперь моя очередь! Я приготовил величайший сюрприз в истории! — Он остановился шепнул: — Хочешь мне помочь?

Крисп нахмурился. Ему нравились розыгрыши и сюрпризы (особенно, если жертвой была его сестра), но в случае с принцессой Твайлайт всё было иначе. Она могла на него рассердиться, а сама мысль об этом претила Криспу.

— А это весёлый сюрприз? — неуверенно спросил он, желая убедиться, что никто на него не разозлится. — Он же ей понравится, да?

— Непременно понравится, — заверил жеребец, отмахнувшись от тревог жеребёнка. — Он понравится ей настолько, что она на века застрянет в библиотеке, пытаясь разгадать его!

Жеребец подошёл к палке, затем жестом подозвал Криспа. Тот быстро подчинился, спешно подбежав и став рядом с ним.

— Вуаля! — воскликнул странный пони, тыкнув копытом на палку и переводя взгляд с неё на Криспа и обратно. — Лес!

Крисп замялся, затем осторожно поднял копыто и коснулся «леса».

— Э-э-э...

— Так, а теперь нам нужно название, — сказал жеребец. — Одинокий бор? Слишком банально. Порченый лес? Уже занято. Лес-Который-Навечно-Останется-Диким? Слишком длинно.

— Навечнодикий лес? — предложил Крисп.

— Вечнодикий лес! Идеально! — воскликнул жеребец, отчего на губах Криспа заиграла радостная улыбка. — Итак, смотри внимательно.

Жеребец шагнул назад и, как только Крисп сделал то же самое, топнул ногой, после чего в палку начала впитываться магия жёлто-чёрного цвета. Спустя несколько секунд магическое сияние исчезло, и на кончике палки появился маленький листочек.

Странный жеребец удовлетворённо кивнул.

— Очередь за стеллажами. Может, заставить их парить в воздухе? Или стоит перевернуть библиотеку вверх дном?

Пока жеребец мыслил вслух, Крисп как следует размышлял над тем, что может развеселить принцессу Твайлайт. Да, парящие книжные шкафы наверняка подойдут, но тогда самому Криспу будет сложно дотянуться до них, а если перевернуть библиотеку вверх дном, тогда все книги вывалятся на пол. Ему очень не хотелось помогать принцессе убирать их.

— А может, лабиринт? — предложил жеребец, и Крисп радостно охнул.

В лабиринтах всегда было весело! Он бы мог играть там в прятки с принцессой!

Тем не менее, прежде чем он успел озвучить своё согласие, его живот заурчал, напоминая о причине, по которой он пришёл сюда.

— Эм... Мне нужно домой ужинать... — Крисп замолчал, не зная, что делать дальше: идти в библиотеку, несмотря на присутствие жеребца, или подождать, пока тот не уйдёт. Затем он вспомнил, что мама говорила ему помогать странствующим пони, и предложил: — Не хотите поужинать с нами?

— О нет! Мне ещё кучу всего нужно сегодня подготовить. — Жеребец откашлялся, похлопал Криспа по голове, поблагодарив за помощь, после чего развернулся и пошёл прочь, лишь раз обернувшись напоследок и напомнив жеребёнку, чтобы он не проговорился, тем самым испортив сюрприз для принцессы Твайлайт.

Крисп смотрел незнакомцу вслед, и когда тот скрылся из виду, повернулся к палке. На него вдруг накатило нехорошее предчувствие — ощущение, которое он не осознавал, пока общался со странным пони.

Этот жеребец... умеет телепортироваться, прямо как принцесса Твайлайт; и Крисп убедил себя, что любой пони, такой же могучий, как принцесса, скорее всего, был таким же добрым, равно как и другие принцессы. Успокоенный этими мыслями и перспективой веселого розыгрыша над принцессой Твайлайт, Крисп выбросил тревоги из головы и направился к дереву.

Он открыл люк, постоял минутку, чтобы набраться смелости, после чего спустился по лестнице в тёмный тоннель. Добравшись до последней ступеньки и заметив в конце тоннеля свет, он глубоко вздохнул и бросился к нему, желая как можно быстрее выбраться из темноты.

Эппл Крисп считал библиотеку своей тихой гаванью. Именно здесь он проводил почти всё время, читая книги или хвостиком бегая за принцессой Твайлайт, пока она занималась своими исследованиями. Он ни слова не понимал из того, что она говорила, но Спайк всегда был рядом и объяснял ему.

Первым ему бросилась в глаза лежавшая посреди фойе большая сумка, набитая одеждой, книгами, свитками и перьями. Он понял, что это, видимо, была дорожная сумка, которую Спайк собирался взять с собой в столицу, а это означало, что Крисп на целую неделю станет помощником принцессы.

После он заметил, что стены сплошь покрывали свитки с изображением камней со всевозможными необычными символами. Под каждым виднелись слова, среди которых были как «смех» и «доброта», так и «тишина», «тьма», «любовь» и «ветер». Пускай ему и были знакомы значения этих слов, он не понимал, какое отношение они имеют к странным камням и почему некоторые были, будто со злостью, очень неряшливо перечёркнуты.

Лишь один свиток выделялся из остальных — тот, на котором был нарисован камень, от которого шли пять прямых линий. На этом камне виднелся символ, который он хорошо знал, потому что видел его каждый день на короне принцессы Твайлайт. Под ним была аккуратная надпись «Элемент магии», а вот под пятью линиями красовались вопросительные знаки.

И, наконец, третьим он заметил — а точнее, услышал — принцессу Твайлайт и жившего с ней молодого дракончика.

Принцесса Твайлайт, как и обычно, была с головой погружена в книгу и сидела спиной к недовольно выглядевшему дракону, который стоял со скрещенными руками и нетерпеливо стучал ногой по полу. Крисп никогда не видел, чтобы Спайк злился на Твайлайт, поэтому держался тише воды ниже травы.

— Твайлайт, скажи это.

— Ты уже закончил собираться, Спайк? — ответила Твайлайт, пытаясь уйти от темы не связанным с ней вопросом, как часто делала на памяти Криспа.

Его отец как-то упоминал пони по имени Дискорд, и когда Крисп спросил о нём Твайлайт, она пустилась в непонятную и совершенно не относящуюся к его вопросу часовую лекцию о важности правильного ухода за рогом, нисколько не заботясь, что рога-то у него и не было.

— Я не уйду, пока ты это не скажешь, Твайлайт, — напирал Спайк.

Принцесса закрыла глаза, потом пробормотала что-то, чего Крисп не разобрал — как и не разобрал Спайк.

— Твайлайт...

Она громко вздохнула и проговорила намного громче:

— Я не виновата. Доволен?

Спайк нахмурился:

— Скажи это искренне.

Твайлайт закрыла книгу и развернулась с явным намерением отчитать дракончика, но тут заметила жеребёнка, и раздражённое выражение мигом сошло с её лица. Она выпрямилась, чуть расправив крылья, и широко улыбнулась Криспу.

— О! Здравствуй, Эппл Крисп, — поприветствовала она, телекинезом положив книгу на ближайший столик.

Жеребёнок улыбнулся до ушей и помахал Спайку.

— Вы уходите, принцесса? — спросил он, показав на сумки в желании убедиться, что всё понял правильно.

— Нет-нет, это Спайк уходит, — отозвалась Твайлайт. — Ему нужно доставить кое-что в Кантер, но завтра вечером он вернётся.

Ушки Криспа опустились.

— Ох...

Вот тебе и неделя помощи принцессе.

— Ты бы хоть притворился расстроенным, что я ухожу, Крисп, — заметил Спайк и улыбнулся, когда покрасневший жеребёнок поспешно принялся заверять, что и впрямь расстроился. Это действительно было так — и вовсе не из-за того, что ему не удастся побыть главным помощником принцессы Твайлайт!

— Что ты хотел, Крисп? — наконец спросила Твайлайт, спасая красного, как помидор, жеребёнка от поддразниваний Спайка.

Крисп кашлянул.

— Эм, ужин уже давно готов, принцесса, — сообщил он и захихикал, когда Спайк громко застонал.

— Твайлайт! Я ж говорил, что мы снова пропустим ужин! — буркнул он, приблизившись к сумкам. — И мисс Крамбл как раз приготовила сегодня моё любимое!

— Тогда заканчивай собираться! — шутливо отчитала его Твайлайт, закатив глаза. — Будем ждать тебя там.

Спайк принялся возиться с сумками, а Твайлайт подошла к Эппл Криспу, который ощущал себя прямо как отважный, верный рыцарь из Кантера, провожающий свою принцессу из замка. Может, именно им он и станет — личным рыцарем принцессы Твайлайт.

Когда они вышли из библиотеки, ночь уже давно вступила в свои права. Прохладный ветерок взъерошил шерсть Криспа, как только он вылез из люка и ступил в долину. Пройдя чуть вперёд, жеребёнок остановился и оглянулся, молча наблюдая, как из библиотеки появилась принцесса Твайлайт Спаркл, как делала каждый день к ужину.

Она шагнула раз, другой, третий, затем остановилась, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Её грудь поднималась и опадала, грива несильно трепетала на ветру, а на её губах играла лёгкая улыбка. Пару мгновений Крисп просто наблюдал за ней, чувствуя радость при виде принцессы, лишённой, пускай всего на мгновение, всяческих забот. Она столько времени проводила в библиотеке и никогда не выходила поиграть. Ну что это за жизнь? Уж точно не весёлая.

— Отсюда можно увидеть Единорога.

Открыв глаза, Твайлайт смотрела вверх на сверкающие звёзды. Жеребёнок тоже быстро поднял голову, прищурено глядя на ночное небо и кивая, будто знал все созвездия, их формы и значения.

— О, мне нравится, — уверенно воскликнул он, указав на несколько звёзд, которые... вроде напоминали очертания пони. Хотя больше они всё-таки походили на беспорядочное скопление белых пятнышек, нежели на единорога.

По смеху принцессы он понял, что его обман раскрыт.

— Что ж, рада, что тебе нравится, но это не Единорог. — Принцесса подняла копыто и указала на несколько звёзд чуть дальше от пятнышек Криспа. Она собиралась было снова заговорить, но осеклась и воззрилась на палку, торчащую из земли в паре метров от неё.

Её брови в недоумении сдвинулись. Сердце Криспа упало: неужели сюрприз сейчас будет испорчен?

— Крисп, — проговорила Твайлайт, медленно развернувшись и осторожно шагнув к палке. Её рог осветился магией, крылья чуть раскрылись, да и поведение полностью поменялось, как у отца Криспа, когда в их дверь стучался сомнительный незнакомец. — Что это такое?

Жеребёнок вмиг запаниковал, силясь придумать ответ. Ему не нравилось лгать принцессе Твайлайт — в основном из-за уверенности, что она настолько могущественная, что умеет читать мысли, — но и портить сюрприз ему тоже не хотелось.

И вот поэтому он решил сказать правду — или, точнее, часть её.

— Это я посадил, принцесса Твайлайт! — провозгласил он, ринувшись к палке и пытаясь защитить её от настороженного взгляда кобылы.

— Ты? — вопросительно приподняла бровь она, не меняя напряжённой позы.

— Ага, чтобы защитить вас! — объяснил Крисп, вытянувшись по струнке, как делал его отец в столице. — Если кто-то захочет обидеть вас, вырастет большой лес и ненадолго вас спрячет!

Его слова, похоже, не убедили Твайлайт: она по-прежнему внимательно глядела на палку.

— Честное слово! — И это ведь было правдой? Незнакомец поможет Криспу навсегда уберечь принцессу от всех опасностей.

От такой настойчивости жеребёнка Твайлайт наконец сдалась: сложила крылья и отступила назад. Она подняла копыто и, потирая висок, закрыла глаза и глубоко вздохнула:

— Видно, он мне и впрямь повсюду мерещится...

Спустя мгновение она открыла глаза и, улыбнувшись жеребёнку, отправилась вместе с ним к его дому.

* * *

Ужин прошёл как обычно, за одним лишь исключением: из-за грядущего большого путешествия Спайка в столицу Кантер семья Эпплов постаралась сделать вечер как можно более запоминающимся.

Крисп не совсем понимал, зачем нужно так стараться, ведь Спайк и до этого много раз путешествовал в далёкие места. Можно подумать, что он уезжал навсегда! Может, если б Крисп захотел отправиться в столицу, ему бы тоже устроили особенный вечер? Возможно, даже позволили бы остаться в библиотеке принцессы чуть дольше!

— Принцесса, я настаиваю! Дайте мне вашу тарелку!

— Пиа, да отстань ты от неё! Ты и так уже скормила ей пять кусков!

Сидевший на своём излюбленном месте возле принцессы Крисп невольно захихикал при виде знакомой сцены: пятый ломоть пирога шмякнулся на тарелку Твайлайт — аккурат рядом с едва тронутым четвёртым.

— Спасибо вам большое, мисс Крамбл, но я и правда наелась, — ответила принцесса, отодвигая тарелку и салфеткой вытирая перемазанное остатками пищи лицо. Аккуратностью во время еды Твайлайт не отличалась, и Крисп обожал наблюдать за выражением ужаса на лице матери при виде столовых манер аликорна.

— Я съем! — мигом вызвался Спайк и, практически переползши через стол, схватил тарелку. Он открыл рот и целиком закинул туда кусок пирога, после чего откинулся на спинку стула и громко рыгнул. — Было здоро... Ой!

— С такими манерами я тебе в столицу не отпущу! — воскликнула Пиа, убирая деревянную ложку, которой шлёпнула дракончика. Говоря, она бросила взгляд на Твайлайт, которая заметно съёжилась, несомненно, боясь тоже получить нагоняй.

— Уже поздно, малец, — сказал Айрон Коблер, глядя на Спайка. — Тебе стоит отправляться сейчас, если хочешь добраться до столицы перед тем, как принцесса Кейденс поднимет солнце.

Спайк вылез из-за стола, а Крисп глянул на Твайлайт и легонько потянул её за шерсть.

— Принцесса Твайлайт? — позвал он, дождавшись, пока она не обратит на него внимание. — Почему солнце поднимает принцесса Кейденс? Принцесса Селестия заболела?

— Эппл Крисп! — тут же послышался жёсткий, встревоженный окрик Пиа. Крисп не понимал, что плохого было в его вопросе, пока снова не глянул на аликорна.

Один короткий миг Твайлайт просто пристально смотрела на жеребёнка. Потом её выражение изменилось: глаза расширились, уши опустились. Она продолжала смотреть на Криспа, отчего у него возникло ощущение, что он задал очень ужасный вопрос.

Наконец Твайлайт оторвала от него взгляд, понурилась и закрыла глаза. Глубоко вздохнув пару-другую раз, она что-то прошептала себе под нос, затем подняла голову и посмотрела на взрослую кобылу.

— Принцесса, пожалуйста, простите его, он не знает...

— Пустяки. — Твайлайт улыбнулась сначала Пиа, потому ничего не понимающему жеребёнку. Кашлянув, она глянула на Спайка, который стоял возле двери. — Ты готов?

— О! — вдруг воскликнула Пиа, глядя в сторону большой миски, стоявшей на соседнем столе. — Подождите, принцесса, я как раз приготовила вам яблочный джем!

Она встала со стула и собралась было подойти к миске, но Крисп опередил её.

— Я отнесу, мама! — крикнул он, желая помогать и отвечать за всё, что принадлежало принцессе.

— Стой, сахарок, она слишком большая для тебя! Уронишь ещё! — сказала Пиа, но её предупреждения прошли мимо ушей жеребёнка, который уже тянулся к миске.

Он встал на носочки задних ног, решительно стремясь взять миску, чтобы доказать, что уже взрослый пони, и показать принцессе Твайлайт, каким сильным он стал. По-прежнему не обращая внимания на слова матери, он передними ногами подтянул миску к себе. Запоздалое осознание того, что он далеко не такой сильный, как ему казалось, пришло, когда слишком тяжёлая для него миска накренилась и перевернулась. Взвизгнув, жеребёнок упал на спину, а миска грохнулась на пол, повсюду расплескав джем.

— Эппл Крисп! — рявкнула Пиа, припечатав сердитым взглядом несчастного, испачканного в джеме жеребёнка. — Ну почему ты никогда не слушаешься?

— П-прости, мама, — пискнул Крисп, сожалея больше не о миске, а о том, что опростоволосился на глазах у принцессы. Чуть позже он ещё сильнее пожалел о своём поступке, когда остальные ушли провожать Спайка, а его заставили убирать джем.

Добрых пятнадцать минут жеребёнок угрюмо прибирал учинённый им беспорядок.

Наконец закончив, он вышел из дома и заметил, что дракончик разговаривает с погрустневшей принцессой. Крисп ощутил укол зависти.

— Да всё будет нормально, Твайлайт. Я ж не насовсем ухожу. Вернусь завтра вечером, — говорил Спайк, укладывая последние вещи в небольшую тележку, что ему одолжили Эпплы. — Я больше волнуюсь, что придётся оставить тебя одну...

— Это всего на один вечер, — отозвалась Твайлайт, хотя казалось, что она больше успокаивает себя, нежели его; её опущенные уши крепко прижимались к голове. — Ты же знаешь, каким он может быть, Спайк. Если... если увидишь что-то... хаотическое...

— То сразу же дам знать принцессе Селестии, — закончил Спайк, коротко кивнув.

— Не тревожьтесь, принцесса, — произнёс Айрон Коблер. — Путь к замку безопасен, и на всех дорогах дежурят стражники. Сегодня эта тварь никому зла не причинит.

Твайлайт глянула на дракончика, затем на жеребца и обратно, после чего уступила:

— Ну ладно...

Ободрённый согласием аликорна, Спайк отпустил ручку тележки и подошёл к ней, заключив в крепкие объятия. Принцесса ласково потёрлась носом о его щёку в ответ. Крисп отвернулся, вновь почувствовав зависть. Было очевидно, кто являлся любимчиком принцессы Твайлайт.

Когда дракончик отпустил аликорна, Эпплы, за исключением Айрона и Криспа, попрощались и вернулись домой. Перед тем как уйти, Спайк повторил фразу, которую говорил несколько часов назад:

— Скажи это, Твайлайт. — В его глазах мелькнуло беспокойство. — Только искренне.

Принцесса секунду молчала, потом шутливо закатила глаза.

— Я не виновата, — почти шёпотом произнесла она, чего, однако, хватило дракончику, который коротко кивнул и, помахав напоследок, отправился в путь.

Лишь когда Спайк скрылся за горизонтом, Айрон Коблер заговорил.

— Принцесса Твайлайт, слухи не врут? — спокойным и ровным голосом спросил он. — Эту тварь действительно невозможно остановить?

— Способ есть, капитан, — ответила Твайлайт, всё ещё глядя в сторону, куда ушёл Спайк. — Именно поэтому в столице осталась только Кейденс. Все остальные ищут... — Она замолчала, подняв голову и глядя на ночное небо. — Спайк послал письмо принцессе Селестии с вопросом о результатах, но она пока ещё не ответила.

— А принцесса Луна?

Твайлайт опустила взгляд к земле.

— От неё... тоже до сих пор ничего не слышно... Я подожду ещё несколько дней, а после, если никаких вестей не будет... — Она опять замолчала, оставив фразу висеть в воздухе.

— Мы бы могли поискать её вместе! — предложил Крисп очевидный ответ, которого хотела принцесса. — Мама говорит, что я лучше всех играю в прятки!

Айрон мельком улыбнулся жеребёнку, после чего продолжил:

— Твайлайт. — Криспа очень удивило, что отец обратился к принцессе без титула. — Если сказанное капитаном Армором правда, тогда я согласен со Спайком. В том не было вашей вины.

Спустя мгновение Твайлайт взглянула на жеребца и благодарно улыбнулась:

— Спасибо, капитан.

Айрон Коблер зевнул: поздний час давал о себе знать.

— Что ж, принцесса, нам лучше вернуться. Ночью возвращается мой племянник, и кому-то нужно его встретить. — Он глянул вниз на сына и кивнул в сторону далёкого дуба, шутливо улыбнувшись: — Пойдёшь со мной провожать принцессу?

— Угу! — выпятил грудь Крисп.

Трое пони медленно направились к библиотеке. У жеребёнка возникло странное чувство, что принцесса и отец нарочно шли неторопливо. Может, она пока не хотела возвращаться домой? А может, ей хотелось, чтобы Крисп остался у неё с ночёвкой? Они бы могли вместе читать сказки!

Но потом он вспомнил слова Спайка.

Если принцесса Твайлайт и впрямь что-то натворила, тогда, наверное, она чувствовала себя виноватой; а никто не должен ложиться спать грустным.

По правде говоря, Крисп понятия не имел, как её развеселить. Нередко случалось, что он попросту не знал, как вести себя с принцессой, поэтому, вместо слов, он аккуратно прижал копыто к её передней ноге и три раза мягко похлопал.

— Хотите, чтобы я почитал вам перед сном сказку, принцесса Твайлайт?

Сказки на ночь всегда поднимали ему настроение после плохого дня. Они наверняка помогут уменьшить тоску принцессы по Спайку.

— Сказку? — весело переспросил Айрон. Они как раз достигли дуба. — Пытаешься отвертеться, чтоб не идти рано в кровать?

— Н-нет!

— Может, отложим до завтра? — предложила Твайлайт, прерывая спор между отцом и сыном. — Мне нужно закончить кое-какие исследования по элементальной магии и сущностям Эквестрии. Хотя ты мне кое о чём напомнил...

Перед ней во вспышке магии появилась книга, которую она дала жеребёнку.

— Держи, — широко улыбнулась принцесса. — Это книга с древними эквестрийскими легендами. Почему бы тебе не прочитать первую главу, а завтра мы вместе почитаем вторую?

Крисп озадаченно поморгал, затем посмотрел на книгу. Она выглядела совсем новенькой, на её обложке красовалась куча разных зверей и одетых в доспехи пони.

— Прям как папа! — радостно воскликнул он, ткнув копытцем на одного из рыцарей, после чего аккуратно открыл книгу — и почувствовал, как его сердце подпрыгнуло.

На самой первой странице, выведенная каллиграфическим почерком, виднелась надпись: «Эппл Криспу от принцессы Твайлайт». С горящими от восторга глазами жеребёнок поглядел на улыбающуюся принцессу:

— Это м-мне? Спасибо, принцесса Твайлайт! — и не дав Твайлайт ответить, бросился к ней и крепко обнял, не выпуская книгу.

— А ещё там есть картинки, — звенящим радостью голосом добавила принцесса, как только жеребёнок отпустил её. — Принцесса Селестия лично проиллюстрировала кое-какие из последних глав. Я отметила их для тебя.

— Мы точно не можем почитать её сегодня? — спросил Крисп, разочарованно заныв, когда Твайлайт покачала головой.

— Завтра, — твёрдо сказала она. — Обещаю.

Зная, что клянчить дальше бесполезно, Крисп вздохнул и кивнул, глядя, как принцесса телепортировала ему небольшую сумку для книги. Мысленно Крисп утешался тем, что ещё увидится с принцессой. Как-никак сюрприз пока не начался.

— Спасибо, принцесса, — слегка поклонился Айрон.

— Нет, капитан, — мотнула головой Твайлайт. — Спасибо вам и вашей семье.

Молча наблюдая за принцессой, открывающей люк в библиотеку, Крисп ощутил грусть от столь скорого прощания. Сколько бы раз он ни смотрел, как она спускается в тоннель, ему всегда казалось, что она никогда не вернётся.

— Спокойной ночи, принцесса Твайлайт, — улыбаясь как можно шире, пожелал жеребёнок, крепко прижимая книгу к груди.

Твайлайт, которая смотрела в непроглядную тьму тоннеля, обернулась и улыбнулась в ответ:

— Спокойной ночи, Эппл Крисп. Спокойной ночи, капитан Айрон, — после чего отвернулась и спустилась тёмный проход, закрыв за собой дверь.

Целую, казалось бы, вечность двое пони просто стояли и смотрели на люк. Наконец Айрон Коблер отправился к дому, поторопив Криспа, который последовал за отцом, лишь мельком взглянув на палку, воткнутую в землю.

— Папа, а что плохого сделала принцесса Твайлайт? — спросил жеребёнок, слишком маленький, чтобы понимать, что такое тактичность.

Именно поэтому он не заметил возникшего напряжения и того, как выражение лица его отца на мгновение посуровело. Это длилось какую-то секунду, после которой Коблер посмотрел на сына и улыбнулся.

— Принцесса Твайлайт тоже думала, что сможет унести большую миску джема, — медленно проговорил жеребец. — И тоже её уронила.

Крисп коротко охнул и отвернулся, глядя на травинки, сминающиеся под его копытами. Он нахмурился и поднял голову:

— Но мы ведь можем помочь ей убраться!

— Верно, — отозвался Айрон Коблер, обернувшись взглянуть на дерево. — И обязательно поможем.

* * *

Спустя пятнадцать минут Крисп уже был в кровати, читая и перечитывая послание ему от Твайлайт.

Через двадцать минут он прочитал почти половину первой главы, даже несмотря на слабый свет свечи и несколько сердитых окриков матери, чтобы он ложился спать.

Прошёл час, жеребёнок заснул, уткнувшись лицом в открытую книгу.

Минуло два часа, его сны обратились в кошмары о драконах и зверях, которые гонялись за ним по необъятному лесу, и сколько бы он ни звал, принцесса Твайлайт не шла к нему на помощь.

Наконец, по прошествии двух с половиной часов, Эппл Крисп проснулся от одного кошмара и погрузился в другой.

Жеребёнок пару раз моргнул, прогоняя стоявшие перед глазами картины из сна, и осмотрелся. Его сестра спала в своей кровати, а все взрослые пони собрались вокруг стола и при тусклом свете пяти свечек вполголоса о чём-то говорили.

Послышался громкий стук, Крисп смотрел, как в дом зашёл его старший кузен, нагруженный перемётными сумками, которые полнились разнообразными товарами. В его глазах читалась усталость после целого дня в пути.

Сонный жеребёнок молча наблюдал за непонятными перешёптываниями между взрослыми и подростком. Лишь одну фразу он сумел разобрать, да и то потому, что его отец произнёс её очень громко.

— Какой-то единорог спрашивал о принцессе Твайлайт? — спросил Айрон Коблер, однако в его голосе слышалась резкость, как в тех случаях, когда он готовился отчитать Криспа за плохое поведение.

Кузен жеребёнка, Tэтл Эппл[1], явственно вздрогнул.

— Да, — отозвался он, забыв про шёпот. — Я... На дороге к городу мне встретился странствующий путник, который спросил о Понивилле и принцессе Твайлайт...

— И ты ему рассказал?! — прокричал дядя Эппл Тиндер. — Чем ты только думал?

— Н-но у него была корона принцессы Луны! — выпалил Тэтл Эппл.

— У него была корона принцессы? — Голос Айрон Коблера помрачнел. Он тотчас поднялся со стула и подошёл к своей кровати, вытащив из-под неё меч. — Не к добру это. Без Дискорда тут точно не обошлось.

— П-погоди! — воскликнул Тэтл Эппл, смотря, как его дядя пересёк комнату и приблизился к двери. — Я... я не хотел!.. Я думал!..

— Я иду за прин...

И в следующий миг это случилось.

Сложно было определить, что произошло первым: оглушительный хруст, который наполнил долину, или же толчки, сотрясшие её, отчего все пони попадали на пол.

— Папа! — крикнула Эппл Харт, вмиг проснувшись и в страхе озираясь.

Айрон поднял копыто, утихомирив кобылку.

Подобно затишью перед бурей помещение наполнила звенящая тишина, все пони замерли на месте в ожидании — в ожидании следующего движения, толчка, да хоть чего-нибудь. Минуту ничего не происходило и стало казаться, что всё кончилось. Взрослые начали медленно подниматься с пола, но тут же попадали обратно, когда случился второй толчок — очередной из многих.

Громкий треск ударил им в уши, когда деревянный пол практически взорвался, и оттуда, прорастая прямо сквозь дом, вырвалось громадное дерево, пробившее крышу и едва не зацепившее кровать Криспа.

— Он здесь! — заревел Айрон, стремительно отползая от дерева. — Пиа, забирай детей и беги отсюда! — Он глянул на Тиндер Эппла и кивнул в сторону двери. — Принцесса!

Тиндер кивнул, после чего оба жеребца выбежали наружу, оставив тётушку и маму заниматься напуганными жеребятами.

— Быстрее, дети! — крикнула Пиа, придерживая дверь и давая им сбежать из дома прямиком в очередной кошмар.

Крисп с ужасом наблюдал, как долина, его родной дом, становилась лесом прямо у него на глазах; повсюду вокруг него из земли выскакивали деревья всевозможных размеров и погружали жеребёнка во тьму. Этот лес не был похож ни на один, который он себе представлял — вроде тех, что он видел в книжках, которые ему читала принцесса Твайлайт. Этот лес явился напрямую из кошмаров, где принцесса Твайлайт не придёт ему на помощь, а дополнил ужасающую картину раздавшийся вдалеке жуткий вой.

Такого он не хотел.

Подгоняемый чуть ли не инстинктом и не обращая внимание на крики матери, он галопом бросился к единственному известному ему безопасному месту. С застилающими глаза слезами он нёсся вперёд и надрывно звал странного незнакомца, умоляя его вернуться, умоляя прекратить сюрприз.

И вот он наконец увидел его — большой раскидистый дуб, по-прежнему выделяющийся среди новых деревьев. Он будто звал жеребёнка, манил обещанием безопасности. Крисп закрыл глаза и со всех ног помчался к нему, по мере приближения чувствуя разгорающийся в груди крохотный огонёк надежды.

А потом, когда дуб был совсем рядом, земля под жеребёнком вдруг исчезла, и он, вопя от ужаса, свалился в яму, подвернув при падении ногу. Из его глаз брызнули слёзы, нестерпимая боль волнами жгла его переднюю ногу; он с огромным трудом приоткрыл глаза и осознал, что дерево ушло в землю, как если бы кто-то обкопал его.

Крисп в жизни никогда так не боялся. Он зажмурился и подумал о принцессе Твайлайт, представляя её лицо как можно яснее и беспомощно шепча её имя.

«Десять раз глубоко вздохни, Крисп. Когда ты волнуешься или тебе страшно, глубоко вздохни десять раз».

Он так и поступил: сделал десять судорожных вдохов и выдохов, пытаясь не думать о боли в ноге. Наконец он поднял взгляд и увидел на некотором расстоянии люк.

— Принцесса Твайлайт! — в беспомощном отчаянии позвал он со слезами на глазах. — Принцесса Твайлайт, пожалуйста, помогите мне!

Вдалеке вновь послышался вой, только громче, чем в прошлый раз. Жеребёнок позвал ещё раз, потом ещё и ещё, каждый раз всё громче, пока его горло не начало саднить и он не увидел, что люк задвигался.

У жеребёнка ёкнуло сердце, он насилу поднялся, полный решимости подойти к люку, откуда вот-вот появится принцесса. Она пришла к нему на помощь, как делала это всегда.

— Принцесса Твайлайт! — позвал Крисп, глядя, как люк распахнулся и оттуда появился его отец. — П-папа!

— Эппл Крисп?! Ты что здесь делаешь? — ахнул Айрон Коблер, бросившись к сыну, который вцепился в него и зарыдал.

— П-папа, г-гд-де принцесса Твайлайт? — выдавил жеребёнок, пытаясь выглянуть из-за отца на люк. Почему она не выходит? Там опасно, там опасно! Ей нужно уходить вместе со всеми!

Спустя мгновение из люка показался другой пони, в котором он узнал своего дядю.

— Барьер! — воскликнул Тиндер Эппл, отшагнув от люка и глядя на него едва ли не в ужасе. — Откуда он? Принцесса!.. Это чудовище!..

Айрон Коблер подхватил Криспа и закинул себе на спину, не обращая внимания на его возражения.

— Нам нужно уходить! Сейчас же!

— Но принцесса!.. — запротестовал Тиндер Эппл. — Она всё ещё там!

— Нам нужны другие принцессы! — рявкнул Айрон Коблер, всё так же не слушая крики сопротивляющегося Криспа. — Если останемся — нас убьют те деревянные твари!

— Н-нет! Папа! Нет! Принцесса Твайлайт там! — умоляюще взывал Крисп, бессильно стуча копытами по спине отца, затем повернул голову к дереву: — Принцесса Твайлайт! Выходите, прошу вас!

А после, не говоря больше ни слова, Айрон Коблер и Тиндер Эппл побежали прочь, забирая с собой маленького жеребёнка, чьи раны не позволяли ему воспротивиться и попытаться броситься обратно к библиотеке и принцессе, которую он не увидит больше никогда в жизни.

## — Глава 16 — Драконьи водопады

[Изображение: https://i.imgur.com/NwTp3Wi.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/V6eyGlP.png]

Время принцессы Твайлайт.

Раз в неделю Меткоискатели тащили Рэрити в библиотеку на трёхчасовые занятия с Твайлайт.

Хотя «тащили» — неподходящее слово, оно подразумевает, что Рэрити самой не очень хотелось идти, на деле же единорожка пользовалась любой возможностью посетить библиотеку.

По крайней мере, так было до тех пор, пока Твайлайт не вбила себе в голову, что Рэрити сможет научиться телепортации за две недели.

Единорожка остановила швейную машинку и сменила ткань, лениво приглядывая за тремя жеребятами, рассыпавшимися вокруг входа в библиотеку и полным ходом готовящимися к отъезду Рэрити на Радужные водопады. И пусть они не едут с ней, жеребята убедили единорожку захватить с собой некоторые их вещи для обмена на Ярмарке.

Ярмарка Радужных водопадов была ежегодным мероприятием, на котором можно обменять практически всё что угодно, на что угодно ещё. Однажды, будучи жеребёнком, Рэрити уже посещала ярмарку, и вот снова посетит её, но уже по просьбе Пинки Пай. Как та заметила, возможно, книги Твайлайт удастся найти среди местных товаров.

— Ну-у-у-у же!

Элара смотрела за жалкими, но отчаянными попытками сидящей неподалёку от стола Свити Белль вдохнуть жизнь в канделябр. Кобылке взбрело в голову, что живой подсвечник обеспечит ей любой обмен на Радужных водопадах. Рядом сидела Скуталу и полировала свой шлем, готовясь передать его Рэрити. От чего той захотелось, чтобы пегаска хотя бы воспользовалась настоящей полиролью, а не слюной. Последняя из трио, Эппл Блум, сидела за другим столом, погружённая в чтение книги по зельеварению, чем отдалённо напомнила Твайлайт.

За короткое время знакомства аликорн так полюбилась юной Эппл, что та теперь неотрывно следовала за принцессой. Это стало таким обыденным, что Рэрити даже начала подшучивать над кобылкой, говоря «дорогуша, ну дай, пожалуйста, принцессе Твайлайт побыть одной», а затем хихикала, когда у Эппл Блум проступал румянец.

До тех пор, пока Свити Белль не поддержала её, сказав, что иначе у Рэрити самой не будет возможности всюду следовать за Твайлайт, и смешным это вдруг быть перестало.

«Кстати, о ней…»

— Так, а где Твайлайт? — спросила единорожка и посмотрела на книжные шкафы: через них никто не ходил.

С нижних этажей не доносилось никакого шума, значит принцесса, по крайней мере пока, оставила попытки достичь… чего бы там ни было в лабиринте. Но, если её не было там и не было здесь, то…

«О нет».

Не произнеся больше ни слова, Рэрити тут же включила швейную машинку и принялась за свой плащ, стараясь выглядеть максимально занятой, как вдруг — пуф — рядом появилась Твайлайт. На периферии зрения замаячила опостылевшая книга, отчего единорожка постаралась напустить ещё более занятой вид.

— Рэрити.

Единорожка даже не обернулась.

— Твайлайт.

— Что делаешь?..

— Шью плащ, дорогуша! — ответила Рэрити, радостно игнорируя реальную причину появления Твайлайт, полностью отдавая себя прелестной накидке. — У меня работа и я обязана завершить её к обеду, до отправления поезда. Ведь никто не захочет что-либо менять на незаконченную вещь.

— А как же твои тренировки? — серьёзно спросила аликорн.

— Твайлайт, — нахмурилась единорожка, — я же уже говорила, что не могу. Мы несколько недель кряду пытались, и вот теперь у меня осталось совсем мало времени. Так что так вот.

— Но я нашла более простое заклятие! — возразила Твайлайт. — Даже тебе оно должно быть по силам!

— Как-нибудь в другой раз, Твайлайт, — ответила Рэрити, изо всех сил стараясь не обращать внимание на намёк, сокрытый в словах аликорна.

— Прочти его хотя бы один раз!

— Твайлайт, мне надо сфокуси-и-и-и!

Быстро выключив машинку, единорожка сделала шаг назад, потому что аликорн с каменным лицом просто уселась посреди рабочего места.

— Твайлайт Спаркл! — пронзительно крикнула Рэрити, отчего жеребята захихикали. Единорожка тряхнула копытом, чтобы отогнать подкрадывающиеся мурашки. — Ты же знаешь, как я не люблю, когда ты так делаешь!

Твайлайт моргнула, а её ушки едва заметно поникли.

«Отлично, — подумала Рэрити, — Ей должно быть стыдно, за то, что отвлекает меня подобным образом».

Вот только затем аликорн наклонила голову и улыбнулась самой самодовольной улыбкой:

— Да, знаю, поэтому считаю, что это надёжнейший способ овладеть твоим вниманием.

— Знаешь, Твайлайт, слишком уже ты бесцеремонной стала в последнее время, и меня это не радует. Не будешь ли так любезна уже наконец выйти из стола! — резко сказала единорожка и, для пущего эффекта, фыркнув, отвернулась.

Аликорн телепортировалась, чтобы смотреть в лицо подруги:

— Рэрити…

— Нет! Я не собираюсь более толочь воду в ступе! — настаивала единорожка, топая копытом об пол. — Если мне снова придётся час пялиться в стену, то я сойду с ума, Твайлайт! С ума!

— Это всего лишь одно заклинание! — сказала аликорн в своей отвратительно милой манере, опустив ушки и округлив глаза, отчего Рэрити практически оказалась во власти Твайлайт. — Пожалуйста?

Единорожка надула щёки, чтобы явить своё недовольство.

— Для тебя это действительно так важно?

Твайлайт кивнула.

— Я хочу, чтобы ты могла защититься, пока я не нашла способ приручить магию Дискорда.

Повисло молчание, но вскоре Рэрити наконец сдалась:

— Хорошо. Раз уж для тебя это так много значит… Но только одно заклинание и точка!

Единорожка взяла книгу из магического захвата Твайлайт и начала листать:

— Какая страница?

— Глава двадцать один!

— Глава? — взглянула на аликорна Рэрити. — Прямо вся целиком?

Твайлайт кивнула в ответ.

— Тебе… надо также прочесть кое-что, прежде чем колдовать заклинание. Там не так много, обещаю! — добавила она, получив крайне не восторженный взгляд. — Отнесись к этому, как к развлекательному чтению.

«Полно тебе, Рэрити, почитаешь в поезде, а Твайлайт порадуется», — сказала себе единорожка, глубоко вдохнув, и кивнула.

— Развлекательное так развлекательное, но…

Она оглянулась на незаконченный плащ.

— Только после того, как я закончу шить, а пока, попрошу тебя подождать здесь и не залезать больше в швейную машинку.

Честно говоря, Рэрити ожидала, что Твайлайт оставит её и поможет меткоискателям. Однако вместо этого аликорн в самом деле осталась ждать, да ещё решила, что сейчас самое время для двухчасовой лекции о пользе телепортации.

Но это оказало невероятный эффект на производительность единорожки, и уже спустя час она полностью закончила паковать вещи и теперь ожидала, когда соберутся кобылки.

— Живее, девочки! Я не хочу опоздать на поезд, — подгоняла Рэрити уже у входа в тоннель. Рядом с ней в магическом захвате висела огромная сумка, чей вес со всеми дополнительными вещами явно был недооценён единорожкой. Также было не совсем ясно, с помощью какой магии Твайлайт удалось уместить туда ещё и шлем.

— Смотри, Рэрити, — сказала аликорн, телепортируясь к единорожке с большим изумрудом в форме сердца. — Думаю, это подойдёт.

У Рэрити округлились глаза, и она осторожно взяла драгоценный камень в копыта.

— Дорогуша, откуда ты его взяла? — с благоговением спросила единорожка.

Таких больших изумрудов она в жизни не видела и едва могла представить его стоимость.

— Друг оставил драгоценности до моего заточения. Я не хотела… не должна была ими пользоваться, но мне нужны эти книги, надеюсь, он поймёт, что у меня не было выбора, — объяснила Твайлайт, печально смотря на изумруд. — А если нет, то я по крайней мере смогу ему вернуть остальные.

«Он?» — подумала Рэрити, угрюмо посмотрев на своё отражение в драгоценном камне. Это была мрачная мысль, но скорее всего он — кем бы тот ни был — не будет против, ведь единорожка не слышала ни об одном не проклятом пони, что прожил бы тысячу лет.

— Думаю, он поймёт, — подыграла Рэрити решению Твайлайт притворяться, что время никак не влияет на пони. И всё же жалко было менять такой шикарный камень на книгу. Может быть, обаяние поможет ей выменять книги за свои менее ценные сапфиры.

— Да, и, пожалуйста, остерегайся драконов, — добавила Твайлайт, телепортируя к себе фотокамеру Рэрити. — Их миграция сама по себе очень захватывающее событие, и хотела бы я тебя попросить пронаблюдать её и сделать заметки, но, боюсь, завидев камень они могут…

— Могут что? Съесть меня? Пф-ф, — спросила единорожка, а затем игриво отмахнулась копытом: — Они же драконы, Твайлайт. Уверена, на фоне их гор самоцветов этот малыш едва заметен — не в обиду твоему другу.

В письме Пинки Пай упоминала, что миграция пройдет у северной окраины города, так что Рэрити ни капельки не волновалась по этому поводу. В конце концов:

— У меня нет никаких намерений с ними пересекаться. Порочные создания. Слышала, что один из них недавно напал на Троттингем?

— Не все драконы в своей сути плохие, Рэрити, — ответила Твайлайт, замедлившись в своей работе над камерой. Её тон изменился, словно аликорн внезапно напряглась: — Некоторые могут быть очень способными и отзывчивыми, если относиться к ним с должными уважением и добротой.

— Пусть даже так, — сказала Рэрити, хмыкнув про себя. — Я лично ни одного не встречала, и намереваюсь продолжить в том же духе.

Было похоже, что Твайлайт хочет ещё что-то сказать, но спустя мгновение она лишь странно посмотрела на подругу и отвернулась к камере. Рэрити опешила от пропитанного… грустью взгляда аликорна. С чего бы это?

— Твай…

— Готовы!

Обернувшись, Рэрити увидела бегущих к ней меткоискателей и летящего позади них Темиса. По очереди кобылки простились с принцессой, пообещав повторить всё, что они узнали к следующему Времени принцессы Твайлайт. Затем они попросили единорожку не прощаться с аликорном целую вечность, как та всегда то делала.

— Думаю, что завтра зайдёт Флаттершай, — сказала Рэрити, смотря вслед убегающим в тёмный туннель кобылкам. Затем она обернулась к Твайлайт и захихикала.

— Что? — спросила аликорн, не поняв, что подруга нашла смешным.

— Ничего, — нараспев произнесла Рэрити и подняла копыто, чтобы смахнуть прядку гривы Твайлайт, но сдержалась, вспомнив призрачную бестелесность подруги. Вместо этого единорожка коснулась своего кулона: — Просто подумала, как же приятно видеть желание пони посещать тебя снова и снова. Мне даже не приходиться силком тащить сюда Флаттершай!

Тут Рэрити издала наигранный вздох:

— Скоро ты даже не будешь во мне нуждаться!

— Хватит тебе, — игриво покачала головой Твайлайт, а затем указала копытом на выход: — Иди, а то упустишь свою каре… поезд.

— Вот! Ты уже меня выгоняешь! Какой ужас! — вздохнула Рэрити и отвернулась, делая вид, что глубоко оскорбилась. Однако её представление длилось недолго и закончилось с лёгким смешком принцессы. Единорожка снова посмотрела на подругу и улыбнулась:

— Что же, принцесса, не желаете ещё что-нибудь обсудить перед моим уходом?

Твайлайт покачала головой.

— Не желаю, — ответила аликорн и перекинула ремешок камеры через шею Рэрити.

— В таком случае я вернусь через пять дней, — сказала единорожка и уже было собралась направиться к туннелю, как вдруг замерла. На губах застыли слова «я буду по тебе скучать», и Рэрити задумалась, осмелиться ли она их произнести. Снова посмотрев на Твайлайт, она открыла рот и…

«Ой, да ладно тебе, Рэрити!»

Она уже много раз говорила эти слова раньше! Она их постоянно говорила, и среди друзей они были абсолютно нормальными. Да она их только сегодня утром после еженедельной встречи с Флаттершай сказала. Так чем этот случай отличался?

— Что-то не так? — поинтересовалась Твайлайт, подняв бровь.

— Нет, нет! — быстро воскликнула Рэрити, восстанавливая самообладание. — Просто хотела сказать, что…

Единорожка снова замолчала, чтобы через секунду, стараясь говорить невозмутимо, обворожительно призналась:

— Я буду по тебе скучать.

Если эти слова и оказали какое-то впечатление на Твайлайт, то она очень хорошо его скрыла от ожидающей подруги. Пару раз мигнув, аликорн сказала:

— Это всего пять дней, Рэрити.

А ведь однажды она отчитала единорожку из-за того, что той не было аж целый один день.

— Не забудь посмотреть мои книги! Пока! — добавила Твайлайт, взмахнув крыльями.

Затем «пуф» и она исчезла, оставив Рэрити смотреть в пустоту.

Что же, не такого она ожидала.

Решив не зацикливаться на этом, Рэрити собралась уже покинуть библиотеку… но только после заслуженной пародии на аликорна.

— О, спасибо, Рэрити! Я тоже буду по тебе скучать! — писклявым тоном сымитировала единорожка, приложив копыто к груди. — Кто же ещё принесёт мне вещей на разборку? Кто ещё примет от меня мысленное сообщение в четыре утра и будет слушать, как я всё трещу и трещу об исто…

— О, Рэрити, подожди!

Единорожка тут же замолкла и повернулась к вновь появившейся подруге.

— А, Твайлайт! Эм, забыла что-то, дорогуша? — спросила она, ощущая, как щёки начинают пылать, и всеми фибрами души желая, чтобы её маленький спектакль остался незамеченным.

Твайлайт немного поколебалась, выглядя взволнованной.

— Я тоже буду по тебе скучать.

Рэрити почувствовала, как сердце забилось чаще, а в живот ворвалась стайка бабочек. Твайлайт, конечно, об этом никогда не узнает.

— О-у! Спасибо тебе, дорогуша! Но я не могу тебя винить, — надменно усмехнулась единорожка, проведя копытом по гриве. — Я бы тоже скучала по такой пони, как я.

Фыркнув, Твайлайт закатила глаза.

— До свидания, Рэрити, — наконец сказала она. — Береги себя и не забудь прочесть, что я сказала.

— Кстати, да! — сказала Рэрити, пока аликон не телепортировалась. — Ты так и не сказала, что ещё мне надо прочесть кроме той главы.

— А, ну там не так много. Всего-то… — Тут она замолкла, выпрямилась и улыбнулась виноватой улыбкой, за который явно скрывалась нечто страшное: — Всего-то нужно прочесть главы с первой по двадцать первую!

— С первой по… Твайлайт, это же вся книга целиком! — воскликнула единорожка.

— Да, знаю! Пока! И не забудь ответить на вопросы, что я написала в конце книги! — протараторила аликорн и тут же телепортировалась.

— Твайлайт Спаркл! Это никакое не развлекательное чтение, и ты хорошо это знаешь!

* * *

Когда на горизонте замаячила станция «Радужные водопады» было уже за полдень.

Сойдя с поезда, Рэрити огляделось: кругом было полно пони и вещей, что они привезли для обмена. И пусть Ярмарка открылась ещё рано утром, единорожка испытала некоторое облегчение от того, что не одна она только приехала.

«Первым делом надо найти отель», — подумала она, извлекая письмо Пинки Пай из перемётной сумки. Бегло пробежав по долгим приветствиям Твайлайт, единорожка уделила внимание новым вестям о принцессе Луне и наконец нашла указания, как добраться до нужного места.

Пока единорожка шла по улицам Радужных водопадов, её взгляд цеплялся за плакаты, развешанные тут и там. Большинство из них относились к Ярмарке, но на некоторых были изображены большие драконы и предостережения от посещения горных районов.

«Что же, выходит, правду говорили о драконьей миграции…»

Достигнув наконец места назначения на окраине города вблизи утёсов гор, Рэрити обрадовалась, завидев Пинки Пай у огромного запущенного голубого дома. Это здесь они остановятся? Это отдалённо не напоминало ни один из виденных единорожкой отелей. Вокруг больше не было домов, а этот был так близко к горам, что Рэрити могла разглядеть пещеры на склонах Хребта Якет.

— Пинки! — окрикнула она и, убрав письмо, ускорила шаг.

— Рэрити! А вот и ты! — воскликнула подруга и обняла единорожку, как только та оказалась достаточно близко. — Я тебя тут жду уже всё-ё-ё-ё-ё утро!

— Надеюсь, ты шутишь, — усмехнулась Рэрити, — а то мне будет дико стыдно, что я не выехала раньше.

С этими словами кобылка поставила на землю чемоданы.

— А почему ты не ждала меня внутри… отеля? — спросила единорожка, взглянув на здание.

— Отеля? — У Пиники ушки встали торчком, она оглянулась, а затем воскликнула: — А, так это не отель, глупышка! Отель в южной части города, но я всегда останавливаюсь здесь!

Взяв один из массивных чемоданов, земнопони поволокла его за собой по земле. На крыльце он громко стукнулся о каждую из трёх ступеней, а затем Пинки просто плюхнула его рядом с собой и трижды постучала в дверь. Рэрити поспешила нагнать подругу.

Поначалу ничего не произошло, и Рэрити уже было собралась предложить постучать ещё раз, как внутри дома наконец кто-то закопошился. Единорожка быстро выпрямилась и, когда дверь открылась, подивилась знакомому жеребцу.

— О, небеса, — прищурившись, сказал профессор Бразенд Эйв, завидев ухмыляющуюся Пинки Пай. — И отчего я не удивлён?

— Привет, профессор Вредина! — весело поздоровалась земнопони. — Скучал по мне?

— Как по тёще, — совершенно безэмоционально ответил он. — Мисс Пай, как бы я ни был впечатлён вашей способностью к преследованию, я уже миллион раз говорил вам, что в южной части города есть вполне достойный отель!

— Глупенький, там мне не позволяют печь печеньки на кухне! — заметила Пинки, поднимая чемодан подруги. — Пойдём, Рэрити! Можешь оставить свои вещи наверху, а я пока достану печеньки из духовки! Мои вещи уже в нашей комнате.

— Ты что?! — воскликнул профессор Эйв и подвинулся, чтобы пропустить Пинки внутрь, а затем устремился за ней, оставив Рэрити стоять в дверях. — Это проникновение со взломом!

— А зачем тогда ты всегда оставляешь ключ под ковриком, а-а-а?

— Э-это вообще не имеет отношения к делу!

Рэрити тем временем переводила взгляд с оставшихся чемоданов на вход. Приложив копыто ко рту, неуверенная, что ей делать. Ей не очень-то нравился вариант остановиться там, куда её не приглашали. Да и вроде как Пинки и Эйв друг друга на дух не переносили?

В конечном итоге профессор, тяжело ступая, вернулся к порогу и сверху вниз посмотрел на Рэрити.

— О, профессор Эйв! — поздоровалась она со своей самой обворожительной улыбкой.

— Мисс Рэрити.

Спустя секунды неловкой тишины единорожка произнесла:

— Может быть, мне тогда стоит убедить Пинки, что отель будет для нас лучшим вариантом, профессор?..

Жеребец нахмурился, похоже, обдумывая предложение, и наконец сказал:

— Честно говоря, она уже столько раз так делала, что мне уже всё равно.

После чего он отошёл в сторону.

— Будьте как дома. Только, пожалуйста, не давайте ей мешать мне, пока я работаю.

— Спасибо вам, профессор, — сказала единорожка и, взяв чемоданы, вошла внутрь.

Закрыв за ней дверь, профессор Эйв довёл Рэрити до лестницы. Единорожка направилась на второй этаж, но по пути заметила несколько дипломов и сертификатов в рамках на стене, все как один восхваляющие настоятеля частной кантерлотской библиотеки — Ноледж Квилла.

«Вот оно! Он сменил имя!»

Но зачем?

Этот вопрос преследовал Рэрити на протяжение всего пути до комнаты, где она сложила свои вещи, и продолжил преследовать даже спустя десять минут, когда она уже спускалась на первый этаж с вещами, что собиралась обменять на Ярмарке.

Внимание Рэрити привлёк запах выпечки, и она последовала за ним в гостиную. Как и в Холлоу Шейдс в комнате было множество заметок, приклеенных газетных вырезок и коллекция книг, разбросанных тут и там. Они напомнили единорожке, что у профессора Эйва имеются три книги Твайлайт, и возможность провести с ним время — это удачная случайность. Может, он тоже заинтересован в обмене?

— Я готова! — крикнула Рэрити Пинки Пай, на что получила в ответ «Скоро тоже буду».

Единорожка, решив воспользоваться моментом, чтобы оглядеться вокруг, уже пошла в сторону стопки книг, как вдруг её внимание привлек странного вида огромный аппарат в углу комнаты.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что это какое-то измерительное устройство. Из него свисала на пол бумага с заумного вида данными. Сверху устройство венчало несколько красных лампочек и круглый приёмник. «Анализатор магии» было написано на аппарате.

Рэрити взяла камеру, которую среди прочего принесла вниз, решив, что Твайлайт, возможно, будет крайне заинтересована фотографией данного устройства. После того, как фотокарточка выехала из фотокамеры, единорожка продолжила осмотр помещения, ожидая пока проявится фотография. Быстро её взгляд наткнулся на свиток с выведенной жирным шрифтом надписью «Магия хаоса». Подняв его, она прочла:

> ТЕОРИЯ МАГИИ №25

> ХАОС И ДИСГАРМОНИЯ

> Магия вокруг нас.

> Она присуща земле, стране и населению Эквестрии. И пусть земнопони и пегасы обладают своими собственными «магическими сущностями», но сама магия, как мы выяснили, присуща лишь единорогами и аликорнам.

> Многое о магии мне удалось выяснить за годы работы главным библиотекарем, но всё же до сих пор остаются её разновидности, неизвестные пони. Например, магия чейнджлингов имеет свою иную основу, нежели наша магия. Тогда как магия пони практически неограничена и никак не влияет на наше тело, магия чейнджлингов подпитывается из социальных связей, и её отсутствие может привести к смерти носителя.

> Интерес также вызывает МАГИЯ ХАОСА, которую всё ещё не удалось познать, хотя её остатки до сих пор встречаются в Королевстве. И пусть мы называем её Магией Хаоса, у нас по сей день нет возможности подтвердить, что это именно она, хотя есть достаточно доказательств в пользу моей теории.

> Она присутствует на нижних уровнях Кантерлотского дворца, где живут принцесса Денза и, потенциально, сам Дух. Также имеется Вечнодикий лес. Конечно, достоверно установить соответствие присутствующей там магии таковой внутри замка мне ещё не удалось, но их поразительное сходство нельзя отрицать.

> Здесь стоит заметить, что местоположение леса совпадает с местом, где в последний раз видели принцессу Твайлайт Спаркл I. Нами было давно установлено, что принцесса была сильно увлечена магическими искусствами, таким образом, мы приходим к выводу, что победить её можно было только задействовав немыслимое количество магии.

> Остатки Магии Хаоса ничто иное, как надгробный камень на месте последнего упокоения принцессы Твайлайт Спаркл.

> Третьим доказательством можно считать…

-

«Вот болван! Он действительно считает, что Кейденс убила Твайлайт! Да и сама идея, что Дух живёт в Кантерлотском дво…»

— Вижу, вы нашли мои записи.

Застигнутая врасплох, Рэрити живо повернулась к профессору, который вопросительно смотрел на неё. Пристыженная, единорожка положила бумаги на место и отошла от аппарата.

— О, эм, я… Меня заинтриговало ваше устройство. Я подумала, может, это инструкция.

— Увы, — покачал головой профессор, — единственная инструкция у меня в голове.

Жеребец подошёл ближе и шустро левитировал магией свои записи от любопытных глаз.

— Это магический анализатор. Всё, что требуется, это поместить в приёмник зачарованный предмет, и устройство расскажет всё об использованной магии, сложности заклятья, а также сильные и слабые стороны зачаровывателя. Жаль только, что сейчас он не работает.

Профессор похлопал аппарат, а затем прочистил горло:

— Итак! Раз уж вы уже великодушно прочли мои записи, могу ли я поинтересоваться, что вы о них думаете?

— Что думаю? — переспросила Рэрити, снова зардевшись.

— Да. Как я понял из нашей прошлой встречи, вы неплохо знакомы с историей Войн Хаоса.

Единорожка моргнула.

— А! Ну, я думаю, что это достаточно интересная теория, профессор. Я… признаюсь, почти не ходила в Вечнодикий лес, но не буду отрицать, что-то в этом месте есть сверхъестественное. Тем не менее, есть у меня и сомнения. — Рэрити подняла бровь: — Вы считаете, что Дух живёт в замке?

— Считаю, — последовал безэмоциональный ответ.

— Но, профессор! Не можете же вы на самом деле считать, что из всех пони принцесса Денза работает сообща с Духом! Это же нелепо! — воскликнула Рэрити. — И что её родственники убили остальных принцесс?!

— Мисс Рэрити, только так можно объяснить тот факт, что я не вижу ещё трёх аликорнов-правителей Эквестрии. И не надо на меня так смотреть! — добавил жеребец, когда единорожка на него пристально посмотрела. — Ну не можете же вы в самом деле считать, что принцессы зато…

Тут он замолчал на полуслове и, вздохнув, потёр виски.

— Послушайте. Даже если принцесс и правда заточили где-то в Эквестрии, остается факт, что наше королевство не погрузилось в хаос. Есть ли у вас какое-либо ещё объяснение этому, кроме как совместная работа правящей семьи и Духа?

Эту карту Рэрити нечем было бить.

У неё не было объяснений, пусть она и твёрдо верила в то, что принцесса Денза не будет ни при каких условиях сотрудничать с Духом…но … аргументы профессора посеяли семя сомнений в её собственной теории, и сейчас она, как никогда раньше, хотела иметь возможность связаться с Твайлайт. И тем не менее, если уж кто и готов был вопреки всему верить в Кейденс и Дензу, это была Твайлайт.

— Я готов рассмотреть любую теорию, мисс Рэрити. Например, пусть я и не согласен с мисс Пинки Пай, её аргументы имеют вес в моих глазах. Однако в данной ситуации я непреклонен: что бы там ни произошло во время войны, у Духа были помощники в высших кругах.

— Но вы же служили принцессе Дензе! Да вы же в конце-то концов были главным библиотекарем Кантерлота! Вон вся стена благодарностями увешана! — выпалила Рэрити, которая никак не могла понять, как можно было потерять доверие к Дензе таким образом.

— Именно, — просто ответил он. — Я был одним из немногих, имеющих доступ во внутренние дела дворца, мисс Рэрити, и там я такое видел… Возможно, я и недостаточно силён, чтобы собрать Магию Хаоса в приёмник, где мог бы её изучить, но я могу понять, когда имею дело с неестественными силами. Я осознаю всю серьёзность своих слов и уверяю вас, что не стал бы такое утверждать, не будь я абсол…

— Готово!

И вот так радостное восклицание Пинки поставило точку в разговоре. Сама кобылка после этого вошла в комнату с несколькими корзинками печений и кексов. Царящее в комнате напряжение явно прошло мимо неё, и земнопони сразу направилась к профессору с радостной улыбкой.

— Вот эти для вас, профессор Вредина! Шоколадные с грецким орехом! — сказала подруга, предлагая жеребцу самую маленькую корзинку. — Спасибо, что позволили нам остаться!

— О-о-о, мои любимые! — воскликнул Эйв, вся его серьёзность тут же улетучилась, и он стал словно жеребёнок в кондитерской.

— Ты как, Рэрити? Готова идти? — спросила Пинки. — Темнеет уже! Так всё самое лучшее упустим!

Как бы единорожка не хотела продолжить разговор, Пинки была права. Сидя дома, они дают другим больше шансов уйти с желанными предметами.

Неохотно Рэрити улыбнулась и кивнула в направление её вещей, сложенных на кушетке.

— Да я тебя ждала, Пинки.

— Отлично! Пошли!

Дождавшись, когда подруга покинет комнату, единорожка посмотрела на профессора, чьё лицо было сплошь в крошках.

— Можем мы продолжить наш разговор позже вечером?

Прочистив горло, Эйв закончил есть печеньки и кивнул:

— Если пожелаете. Но я от своих слов не откажусь. Я нечестные деяния за версту чую.

* * *

Дорога до ярмарки прошла довольно быстро, по пути кобылы вводили друг друга в курс последних событий. Как та и упоминала в своем письме, Пинки до сих пор не удалось найти какой-либо информации о принцессе Селестии, да и самой Рэрити не очень-то везло с книгами. Она надеялась, что дружба Эппл Блум с девочками поспособствует возврату книги Твайлайт от Эпплов, но ей начинало казаться, что для достижения этой цели придется обратиться за помощью напрямую к Эпплджек.

Тем не менее Пинки отсутствие прогресса, похоже, не очень расстраивало. Такой эффект могло бы вызвать заявление Рэрити, что она освободит всех трёх принцесс разом, но всё же причина была в другом.

— А самое главное, что ты привезла их из Холлоу Шейдс! Тогда мы встретились! И-и-и! Я теперь словно тоже с ней связана! Ты то-о-очно уверена, что мне с ней не поговорить?

Пинки прыгала между рядами палаток, толкая перед собой тележку с печеньем и кексами; от груди подруги отскакивал кулон Рэрити. С тех пор, как единорожка рассказала о новом средстве связи, Пинки о нём только и говорила.

— Увы, да, — сочувствующе произнесла Рэрити, оглянувшись на арендованную красную тележку с вещами. — Для этого нужно уметь колдовать.

Тут Пинки остановилась и нахмурилась.

— Не-а! Профессор Эйв говорит, что у земных пони есть своя магия! — воскликнула она, закрыла глаза и, прижав кулон к груди, начала комично мычать.

Пока подруга пыталась связаться с Твайлайт, Рэрити посмотрела на свои вещи и напомнила себе, что нужно разыскать на Ярмарке.

«Так, посмотрим…»

… шлем надо обменять на автограф Вандерболта, (не зачарованный) канделябр — на музыкальный инструмент, три прелестных плаща — на редкие и необычные ткани, а один огромный изумруд и несколько сапфиров — на древние книги.

Всё было вполне выполнимо, кроме просьбы Скуталу. Конечно, Вандерболтов прислали для дополнительной охраны мероприятия в связи с миграцией драконов, однако Рэрити опасалась, что у них просто не найдётся времени на раздачу автографов. И это не говоря о том, что они захотят шлем в обмен.

Когда она отвела взгляд от сумок, Пинки всё ещё «общалась» с Твайлайт, вынуждая единорожку вежливо откашляться и быстро отступить назад, когда земнопони напугала её очень громко ахнув.

— Рэрити! — воскликнула Пинки, роняя кулон и хлопнув в копыта. — Я говорила с ней! Я говорила с ней!

Единорожка наигранно приподняла бровь.

— Серьёзно?

— Угу! И знаешь, что она сказала? — Земнопони заговорщически огляделась по сторонам, жестом призывая Рэрити приблизиться. Ближе. Ещё ближе. И ещё ближе. И ещё, пока смущённая единорожка не прижалась щекой к щеке розовой кобылы — Она сказала, что я её лучшая подруга! — наконец выдала Пинки, хихикнув, когда Рэрити громко фыркнула в ответ.

— Извини, но я здесь законная владелица этого титула, — игриво запротестовала единорожка, снимая со спутницы кулон и возвращая его на себя.

«Или, по крайней мере, я на это надеюсь. Это, вероятно, так».

— Кроме того, ты уже лучшая подруга своей принцессы!

Пинки кивнула и продолжила свой путь, толкая тележку вперёд.

— Ага! Быть супер лучшими подругами с принцессой весело, правда? — задорно спросила она, но её веселье испарилось уже секунду спустя. — За исключением того, что они заперты в этих тупых местах. Это совсем не весело.

— Не думай об этом, Пинки. Просто считай, что они в ловушке лишь пока, но совсем скоро будут на свободе, — ответила Рэрити, позволяя своему взгляду блуждать по палаткам. — Просто подумай об этом! Разве ты не взволнована возможностью обнять принцессу Луну?

— А-ха! А ты принцессу Твайлайт! — ответила земнопони и, уже отчетливо дразнящим тоном, добавила: — Разве что ты не хочешь её обнимать, ты, должно быть, хочешь поцелова-а-а-а... Мф-ф!

Несмотря на то, что смущённая единорожка тут же закрыла ей магией рот, дразнящее хихиканье Пинки всё ещё было слышно, что Рэрити решила игнорировать. Она знала, что пожалеет о том, что рассказала земнопони о своей влюблённости, но не её вина, что кобыла была такой... такой милой и весёлой. И кроме того, кто ещё, кроме Флаттершай, воспримет единорожку всерьёз, если та скажет, что влюблена в древнего призрачного аликорна? Она лишь надеялась, что Пинки ничего не скажет принцессе Луне, поскольку это могло сделать их следующую встречу неловкой.

— Это будет очень весело, — закончила Рэрити, наконец отпустив рот подруги, хотя бы потому, что её отвлек пронзительный крик.

Обе кобылы огляделись и увидели маленькую испуганную кобылку, бегущую к кобыле возле палаток.

— Мама! Мама! — кричала кобылка, чуть не кидаясь на мать, и схватила её за переднюю ногу, указывая копытом в сторону чего-то вдали. — Драконы, мама! Не дай им съесть меня!

— Драконы? — громко повторила Рэрити, опустив уши. Хотя она и не была так же напугана, как жеребёнок, она всё же признавала, что мысль о встрече с драконом её немного пугала — ну или очень пугала. — Но разве Вандерболты не должны быть на стра... Пинки? — Она огляделась и только мельком заметила, как её подруга толкает тележку в направлении, куда указала кобылка. — Пинки!

Рэрити последовала за кобылой, пока не наткнулась на большую толпу пони, собравшихся на окраине ярмарки. Она могла видеть среди них кудрявую гриву земнопони, и, протолкнувшись сквозь толпу, добралась до переднего края, где Вандерболты служили единственным барьером между сгрудившимися пони и тремя сердито выглядящими драконами, каждый из которых был размером с небольшую карету.

— Я вам уже говорила, это территория пони! — сказала лидер Вандерболтов, делая шаг навстречу драконам. — Вам нельзя здесь находиться!

К счастью, краткий урок Скуталу по истории Вандерболтов не прошёл даром, и единорожка сразу же узнала в оранжевой кобыле Спитфайр, нынешнего капитана команды. По бокам от неё, если она не ошибалась, были Соарин и Флитфут.

Самый крупный из драконов, синий, с небольшими красными крыльями и шипами вдоль всей спины, шагнул к Спитфайр, злобно ухмыляясь.

— Что-о-о-о? Почему нет? Мы просто хотим поторговать с вами! — сказал он, хлопая ресницами и оглянулся на двух других кивающих драконов. — Не так ли, ребята? Мы не сделали ничего плохого!

— Ты только посмотри на них, — прошептала Рэрити, пристально глядя на созданий. — Кого они пытаются обмануть? Даже из Флаттершай лучше актер, чем из них.

— Это последнее предупреждение, — продолжила Спитфайр, делая ещё шаг вперёд и повысив голос. — Мы не хотим неприятностей, так что вам лучше вернуться в горы.

Дракон тоже шагнул вперёд, сузив глаза.

— Неужели? Что же, пони, если вы нас не впустите, у вас будет очень, оче...

— Пф-ф-ф! Вы трое?! Не смешите меня!

Толпа оглянулась и одновременно освободила проход для новоприбывшей: пегаски цвета морской волны с довольно... интересной радужной гривой. Та направилась к драконам, а Вандерболты отступили в сторону.

— Рэйнбоу Дэш! — воскликнула Спитфайр. — Что ты здесь делаешь? Я думала, ты в Тол Тейлсе!

«Рэйнбоу Дэш? Конечно же, бывшая капитан!» — подумала Рэрити, найдя кобылу знакомой. Она помнила её не только по настойчивым просьбам Скуталу взять у той автограф, но и из статьи в газете дома у профессора Эйва в Холлоу Шейдс.

— Не. Решила навестить вас, ребята, и вам повезло, что я так сделала, — сказала Рэйнбоу Дэш, не отрывая глаз от драконов. — Так что же вы, мелюзга, здесь забыли? Разве вам не нужно баиньки у себя в пещерке?

Вожак зашипел на неё, оскалив зубы.

— Мелюзга?

— Ага! В смысле, сколько вам, двенадцать? — продолжала Дэш, взлетая в воздух над драконами, не обращая внимания на испуганный вздох толпы. — Вы просто кучка подростков. — Она усмехнулась и снова опустилась на землю. — Я видела настоящих драконов прежде, и они куда страшнее, чем вы трое вместе взятые.

— Н-ну, мы вас тоже не боимся, пони! Никого из вас! — возразил Дракон-вожак, шаркнув когтями по земле. — Мы знаем, кто вы. Вы та команда пони-хлюпиков, которая подчиняется той ещё более трусливой принцессе пони. Это будет выглядеть не очень хорошо, если она узнает, что вы оскорбили драконью расу, так что вам лучше впустить нас, а иначе...

Рэйнбоу Дэш рассмеялась... громко.

— Иначе вы побежите к принцессе Дензе? Пффф! Хотела бы я посмотреть, как вы хотя бы городские ворота пройдёте! Я принесу попкорн! — Когда драконы ответили ей молчанием, Рэйнбоу сделала ещё один шаг вперёд. — Так я и думала. А теперь проваливай! Мне ещё нужно цепочку для кулона найти, и вы только зря тратите моё время!

Вожак наконец отступил и поспешил прочь со своими друзьями, но не раньше, чем выдал предупреждение напоследок.

— Мы ещё вернёмся! Это не последний раз, когда вы нас видели, пони!

— Отлично! Давненько я никому не мяла бока, и это будет отличная зарядка перед ужином! — Лишь когда драконы окончательно ушли, Дэш обернулась к Спитфайр и что-то сказала ей, прежде чем уйти прочь.

Вскоре толпа начала расходиться, оставив Рэрити и Пинки одних.

— Что ж, это было, определённо, интересно, — сказала единорожка, глядя туда, где только что были драконы, и жалея, что она не воспользовалась моментом, чтобы сделать снимок. Твайлайт пришла бы от такого в восторг. — Не уверена, что у меня хватило бы смелости так разговаривать с драконами.

— Рэрити?

Единорожка перевела взгляд на подругу.

— Да?

— Разве тебе не был нужен автограф Рэйнбоу Дэш, глупышка?

— Разве? О Денза, точно! ПДОЖДИТЕ! — крикнула единорожка, бросаясь прочь от подруги в направлении, куда ушла Рэйнбоу Дэш. Она уже пробежала половину ярмарки, прежде чем ей пришлось вернуться и застенчиво забрать забытый шлем.

Она потратила добрых двадцать минут, прочёсывая ярмарку безо всякого толку. Похоже, пегаска исчезла так же быстро, как и появилась, и, что ещё хуже, небрежность Рэрити стоила ей шанса взять автографы и у остальных трёх Вандерболтов. Тем не менее, она нашла всё, что хотели Свити и Эппл Блум, отчего ей становилось только сильнее жаль Скуталу.

— Что ж, пока нет причин для паники, — сказала единорожка, в основном самой себе, лениво рассматривая какие-то старинные драгоценности на прилавке. — Ярмарка всё ещё будет открыта завтра, и мне всё ещё не повезло с книгами Твайлайт, так что я пока не теряю надежды.

— Может, нам улыбнётся удача, и завтра драконы появятся снова! — предположила Пинки.

— Драконы! Ба! Отвратительные твари. Терпеть их не могу.

Рэрити подняла глаза от прилавка и повернулась к источнику голоса. К её удивлению, дракононенавистником оказался жеребец-пегас, державший что-то очень похожее на палатку с товарами на драконью тематику, полную кукольных дракончиков из фетра, карточек в форме драконов, всевозможных самоцветов и книг, по-видимому, о драконах.

«Кое-кто занырнул весьма глубоко в реки отрицания, я погляжу».

— Конечно можете! — воскликнула Пинки, подходя к палатке, и Рэрити вскоре последовала за ней. — Вы любите драконов! У вас так много милых плюшек!

Жеребец фыркнул.

— Нет. Я ненавижу драконов. Большинство пони их обожают, потому я и торгую этим. Что же? Вам что-нибудь нужно? — спросил он, отступая назад и перекладывая несколько драгоценных камней на столе. — У меня есть кукольные драконы, драконьи карты, драконьи сласти, книги о драконах и самоцветы, каковые драконы любят кушать.

Учитывая, что Рэрити не помнила ни одной из пропавших книг Твайлайт, имеющих отношение к драконам, она проигнорировала их и вместо этого рассматривала драгоценные камни. Изумруды, рубины и сапфиры всех форм были аккуратно выставлены на всеобщее обозрение, и хотя единорожка не была заинтересована менять что-либо на них, она, по крайней мере, могла их оценить.

— Погоди-ка, — послышался голос Пинки. — Эта книга не о драконах!

— Нет, но она была украдена у дракона, — ответил торговец.

— Это нехорошо! Что, если дракону очень нужно готовиться к... экзамену по воздушной термодинамике?!

Рэрити ненадолго подняла взгляд, наблюдая, как её подруга указывает на синий том, прежде чем направить свое внимание на фетровых кукол. Она не могла отрицать, что работа была изысканной, не было ни единого стежка не на своем месте. Фетровые самоцветы, что держал каждый дракончик, тоже были очень хорошо сделаны.

— Ба! Драконы не могут учиться. Всё, на что они способны, это прилетать сюда каждый год и докучать пони, — сказал жеребец, хмыкнув для верности. — И даже если бы они могли, кража у вора не считается воровством.

— Что вы имеете в виду? — спросила Пинки, Рэрити же слушала разговор вполуха.

— Дракон, у которого была эта книга, украл её у пони. На что указывает её имя прямо на первой странице. Твинкл Спарклс.

Вот теперь это привлекло внимание единорожки.

— Твайлайт Спаркл, — тут же сказала она, глядя на хозяина палатки.

— Ба! Одно и то же, — раздраженно ответил он. — Погоди, откуда ты знаешь?

Не дожидаясь ответа Рэрити, Пинки быстро схватила книгу и раскрыла её.

— Рэрити! Рэрити, смотри, смотри! — воскликнула она, почти кидая книгу в лицо единорожке, чтобы та могла увидеть знакомый почерк в верхней части страницы.

Там, выведенное красивым почерком, красовалось имя Твайлайт. Рэрити инстинктивно потянулась к кулону, на грани того, чтобы связаться с подругой, просто чтобы сообщить эту новость.

— Пинки! Это чудесно! — сказала единорожка, отпуская кулон и принимая книгу в объятия своей магии. — Что вы хотите за неё? Я заметила, что вы, похоже, настоящий коллекционер драгоценных камней! — Она улыбнулась и похлопала ресницами, левитируя сапфиры и крупный самоцвет. — Может быть, я заинтересую вас этими?

Торговец, похоже, был совсем не впечатлён.

— Леди, у меня уже и так достаточно камней, — ответил он, а негодующая Рэрити думала про себя, что не бывает такой вещи, как слишком много драгоценных камней. — Вам нужна эта книга? У вас есть драконья чешуйка на обмен?

— Драконья чешуйка?

— Агась. Эти штуки острые как нож, и стоят больше, чем все эти самоцветы вместе взятые. А ещё редкие. Лишь немногие пони смогли забрать чешуйку у дракона и дожить до того, чтобы рассказать об этом.

— И вы хотите себе такую?

— Агась. Так что, если тебе нужна эта книга, лучше принеси мне одну.

Рэрити недоверчиво уставился на него. Он это серьёзно? Он что, ожидал, что она отправится к дракону, приветственно помашет копытцем, похлопает ресницами и скажет: «простите, добрый господин, можно я вырву одну из ваших чешуек?»

— Но, сэр, вы совершенно уверены, что не хотите чего-то другого? — настаивала единорожка, хлопая ресницами и снова поднимая самоцветы в воздух.

— Неа. Я хочу чешуйку, леди, — решительно сказал жеребец, забирая книгу у Рэрити. — Я собирался забрать чешуйку у того дракона, но вместо этого получил эту паршивую книгу. Так что, если вы хотите обменять свои драгоценности, можете выбрать что-нибудь ещё, но если вам нужна эта книга, вы знаете цену.

Единорожка сдержала вздох, вместо этого отступила назад и выдавила улыбку.

— Что ж, очень хорошо! Тогда я принесу вам вашу чешуйку, — сказала она столь же решительно, как и он до этого, несмотря на то, что не имела ни малейшего понятия, как её раздобыть. — Тебе что-нибудь нужно, Пинки?

Пинки покачала головой. — Нет! Только книгу, как и тебе! — воскликнула она, хватаясь за тележку и покатила её прочь. — Пойдем, Рэрити!

Единорожка одарила торговца последней дружелюбной улыбкой, прежде чем двинуться следом за подругой, в голове у неё уже крутились варианты действий.

— Так, как ты думаешь, где сейчас драконы? Я принесу им печенья, и уверена, они дадут нам кучу чешуек!

— В этом нет необходимости, дорогуша, — сказала Рэрити, оглядывая рынок и десятки пони, ходивших вокруг со всевозможными товарами для обмена. — Мы же на ярмарке, помнишь? Уверена, у кого-нибудь здесь обязательно есть драконья чешуйка. Нам просто нужно найти её.

Конечно, как и прежде, удача была не на стороне Рэрити, и несколько часов спустя их день закончился без чешуйки, без автографов Вандерболтов и без дневного света, чтобы продолжать поиски. Это было, мягко говоря, удручающе, и по пути домой единорожка начала задумываться, что им, возможно, действительно придётся искать дракона.

«Может, Твайлайт знает, что делать», — подумала та, лениво глядя вниз на петляющую дорогу, освещая путь своим рогом. Она чувствовала, как кулон стучит по её груди, словно часы, отсчитывающие секунды, которые у них оставались, чтобы сделать практически невозможное. — «Я свяжусь с ней, когда мы вернёмся домой».

Мысли Рэрити туманили разум, и её шаг замедлился, отчего Пинки ушла далеко вперёд, слишком поглощённая собственным рассказом, чтобы осознать, что единорожка больше не сопровождает её и не слышит. Когда она наконец подняла взгляд, для неё было большим облегчением увидеть дом профессора Эйва вдали. Пинки тоже это заметила, судя по тому, что та ускорила шаг. Ещё кучу печенья и кексов надо испечь на завтра, предположила Рэрити.

Пока они шли, Рэрити перевела взгляд на горный склон, обводя взглядом узкие тропинки, ведущие к большим пещерам, украшающим хребет Якет. Могли ли это быть тропы, ведущие к драконьим логовищам? Неужели ей придётся пройти по ним? Хотя единорожка уже бывала в пещерах, охотясь за алмазами, самой большой угрозой для неё всегда были летучие мыши, и, по правде говоря, она не была уверена, что действительно хочет встретиться лицом к лицу с драконом.

В конце концов, уже те драконы, которых Рэрити видела ранее, казались ей огромными, а ведь это были всего лишь подростки! Если подростки были такими большими, единорожка с трудом могла себе представить, как должен выглядеть полностью взрослый дракон. Ну, это было не совсем так. Она могла, учитывая, массивную статую дракона, что видела в Кантерлоте, но ... мысль, чтобы находиться в присутствии такого громадного существа ... массивного... прямо как тот, что смотрел на неё из одной из пещер…

Рэрити остановилась, её сердце громоподобно колотилось в груди. Она почти дошла до дома Эйва, но желание войти в него полностью испарилось, сменившись паническим любопытством по отношению к огромному дракону, стоящему у входа в одну из пещер вдали. Хотя уже наступила ночь, и её зрение было не таким четким, как хотелось бы, единорожка могла разглядеть очертания существа, и более того, она отчётливо видела, что он смотрит прямо на неё.

Она чувствовала себя как мышь, на которую охотилась Опалэсенс, ожидающая, когда хищник сделает первый шаг, прежде чем сделать свой. Только, в отличие от её кошки, бескрылый дракон не выглядел так, будто готовился к нападению.

В этот момент Рэрити вспомнила о драгоценных камнях в своей сумке, и ей пришла в голову ужасно смелая, но потенциально крайне безрассудная идея. Возможно... дракон будет заинтересован в обмене? Она вспомнила слова Твайлайт, что не все драконы злые, и эта мысль вдохновила Рэрити довериться подруге и сделать шаг навстречу дракону.

— Ну же! Рэрити!

Вздрогнув, единорожка огляделась и увидела Пинки, стоящую у открытой двери и машущую ей копытом.

— Одну минуту! — крикнула Рэрити, отвернувшись от Пинки в сторону теперь уже пустой пещеры. — Подожди! Вернись! — кричала она, рыся в направлении пещер, но в конце концов замедлила шаг, её храбрость пошла на убыль. — Тьфу ты, пропасть.

— Что случилось? — спросила Пинки, и наконец Рэрити повернулась к ней.

— Ничего! Уже иду! — ответила она, направляясь к дому, её глаза всё ещё оставались прикованы к пещере, в которой исчез дракон.

Может, если ей повезёт, Пинки окажется права и на следующий день они снова столкнутся с драконами.

## — Глава 17 — Дракон вор

[Изображение: https://i.imgur.com/eejsZjP.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/4cX88Tl.png]

Драконья чешуйка.

Если бы Рэрити была аликорном, как Твайлайт Спаркл, для неё, вероятно, не составило бы труда получить одну. Быстро возвести барьер, несколько изумительных заклинаний, возможно, потелепортироваться немного вокруг для неразберихи, и вот она покидает пещеру с чешуйкой, прежде чем кто-нибудь успел бы сказать «продвинутая телепортация».

К сожалению, Рэрити не была всемогущим аликорном, и хотя ей нравилось считать себя настоящим воином, её недолгое посещение уроков самообороны тут мало чем сможет помочь. Может, ей стоило прислушаться к Свити, когда та предлагала взять перцовый баллончик промышленных размеров. Если это сработало с древесными волками, то и с драконами должно, верно?

— Мисс Рэрити, не могли бы вы быть немного повнимательнее, пожалуйста?

Единорожка моргнула, ещё раз, третий, прежде чем осознала, что выпала из разговора посреди слов профессора Эйва. Большую часть последних двух часов они провели, обсуждая предполагаемую связь Духа с принцессой Дензой, но делом это было нелегким, когда у одного не было реальных доказательств, в то время как другая отказывалась раскрывать свой маленький призрачный секрет.

— Я ужасно извиняюсь, профессор. Пожалуйста, продолжайте, — сказала она, прочистив горло и выпрямилась на диване, пытаясь избавиться от волнений по поводу книги и чешуйки.

Профессор нахмурился.

— Это уже не имеет значения. Думаю, вполне очевидно, что вы мне не поверите, пока сами не увидите, а поскольку я не могу обеспечить вам доступ в Кантерлотский дворец… — Он отложил бумаги на ближайший стол. — Может быть, нам пора закругляться? Мисс Пай поднимается в нелепый час, чтобы испечь свои сладости, потому предлагаю немного поспать, прежде чем она разбудит вас ни свет ни заря.

— Наверное, вы правы. — Рэрити нехотя согласилась, убирая одолженное перо и свернув лист бумаги. Она сделала несколько заметок, в основном, чтобы не забыть спросить у Твайлайт о магии хаоса.

Единорог не стал тратить время на прощание, оставив её наедине с собственными мыслями в захламлённой гостиной. Первой заботой кобылы было найти чешуйку или, по крайней мере, что-нибудь, что могло бы заинтересовать торговца вместо неё. Театрально вздохнув, она улеглась на кушетку, лениво поигрывая своим ярко светящимся кулоном и обдумывая сложившуюся ситуа...

«Ярко светящимся кулоном?»

— О! О, погоди! — воскликнула Рэрити, забыв, что Твайлайт не может её слышать. Она снова села, закрыла глаза и применила заклинание связи, волнение бурлило у неё в груди.

Они с Твайлайт уже проверяли его дальность действия по всему Понивилю, и всё работало просто отлично, но сейчас они впервые испытают его на таком большом расстоянии.

Поначалу ничего не происходило, как обычно. Когда они тестировали заклинание, всегда была небольшая задержка, пока их разумы привыкали к его действию, по крайней мере, как объясняла аликорн. Наконец единорожкой овладела мысль, острое желание... пересказать всё, что она выучила о телепортации, и написать об этом целую диссертацию.

Она бы закатила глаза, если бы те уже не были закрыты.

Хотя, похоже, в этом не было необходимости, поскольку только она почувствовала желание сделать это, её мысли тут же переключились на список всех причин, почему — «телепортация не повод закатывать глаза, Рэрити!»

Это было ещё одной вещью, которую они узнали после многократного использования заклинания.

В итоге отпала необходимость использовать заклинание по очереди; вместо этого нужно было просто быть более напористой в своих мыслях, чтобы перехватить контроль над «разговором». Поэтому единорожка целиком и полностью сосредоточилась на мысли, что ей нужно сказать Твайлайт нечто жизненно важное, и через пару мгновений она уже не чувствовала никаких перебивающих мыслей.

«Спасибо, Твайлайт».

Глубоко вздохнув, Рэрити сразу перешла к главному, магии хаоса. Только эта идея начала формироваться в её сознании, как ту затопила новая информация. Магия хаоса может делать широкий спектр вещей, но в основе своей у неё было две цели: порождать хаос и сеять дисгармонию.

Образы движущегося лабиринта библиотеки заполнили сознание единорожки; она почти слышала голос аликорна, её мысли демонстрировали хаотическую сторону магии. Однако вместо того, чтобы пробудить в Рэрити интерес к оной, другой вопрос ворвался в её сознание, полностью завладевший ею.

«Как Дух выглядит?»

Образы прекратились, как будто сама Твайлайт остановилась, и внезапно всё изменилось, Твайлайт вернулась к разговору, но добавились чувства срочности и тревоги.

Она — Рэрити или Твайлайт, а может, и та и другая одновременно — была в библиотеке, но чувствовала, что не хочет там находиться. Нет, не чувствовала, скорее была уверена, что не хочет там быть. Ей хотелось избавиться от этого воспоминания и странной тревоги, которую оно ей внушало, но она не могла.

Хотя она понимала, что смотрит в сознание Твайлайт, единорожка чувствовала себя так, словно навязала это подруге, будто аликорн показывала это не потому, что хотела, а потому, что воспоминание вытащили на свет.

Неистовый ужас охватил Рэрити, ощущение потери контроля над своим телом, как будто она стала призраком, и только та осознала, чему стала свидетелем, воспоминание сместилось, и перед ней возникло существо.

Длинное змееподобное создание парило перед ней, его губы изогнулись в злобной ухмылке. Это было непохоже ни на что из прежде виденного единорожкой, но Твайлайт видела его, а теперь и Рэрити тоже. Драконикус: дух дисгармонии, слияние всех видов существ.

— Слушай внимательно, моя маленькая пони. Я спрятал зашифрованную карту где-то в недрах твоей драгоценной библиотеки, и если ты хоть раз выйдешь отсюда без неё... — он громко рассмеялся ликующим смехом, затем нагнулся и прошипел, — она исчезнет, и ты никогда не увидишь своего друга снова.

Динь!

С внезапным толчком видение исчезло, и заклинание полностью остановилось. Вздрогнув от неожиданности, единорожка открыла глаза, громко ахнув и прижав копыто к громоподобно колотящемуся сердцу, едва осознавая появление головной боли.

Что бы ни случилось, это никак не повлияло на изначальную связь, судя по сохранившемуся розовому свечению кулона.

«Слава Дензе», — подумала она, отпуская кулон и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить сердце.

Твайлайт, наверное, лично остановила это ужасное воспоминание, и Рэрити не могла её за это винить. Она почувствовала порыв связаться с ней ещё раз и убедиться, что с ней всё в порядке, но воздержалась, решив, что её подруге, возможно, нужно немного побыть одной.

«Я просто обязана связаться с ней завтра утром», — подумала единорожка, снова улёгшись на диван, и закрыла глаза, потирая копытом пульсирующую голову.

В каком-то смысле, было страшно осознавать, что теперь она знала как выглядит Дух. Ей хотелось, чтобы это принесло облегчение, но... но знание того, как он выглядит, делало его более реальным и угрожающим. Её единственным облегчением было то, что, насколько та помнила — а Рэрити была уверена, что запомнила бы подобное создание, — она ещё не видела Духа в его истинном обличии.

Чем больше та думала об этом, тем больше ей становилось не по себе. Возможно, стоит вернуться к более насущной проблеме, вот только найти драконью чешую казалось такой же сложной задачей, как и научиться телепортации.

«Но она мне нужна, а сидя здесь, я же и близко не приближусь к цели».

Мысли единорожки вернулись к воспоминаниям Твайлайт и страху, который та испытала при виде Духа. Она не потеряла своё тело, но определенно чувствовала ужас подруги от потери своего, и... неужели она всё ещё испытывала его, даже спустя века? Одна только мысль об этом…

«Это просто дракон, Рэрити. Сама Твайлайт говорила, что не все они по своей сути злобные», — раздался голос у неё в голове, подталкивая вперёд.

И всё же она колебалась. Просто дракон? Что, если она найдет своё последнее пристанище в желудке «просто дракона»? Кто тогда будет её спасать, хм? Хм-м-м-м-м?

«Почему, Рэрити? Почему ты всё время ведёшь себя как дама в беде? Почему бы тебе самой не побыть спасателем? Только представь...»

И она представила себе, как приходит к торговцу и, хлопая ресницами, протягивает ему изумительную драконью чешуйку, чешуйку, сверкающую, как алмаз, не меньше! Ах, как же он будет потрясён! Единорожка будет наслаждаться этим, упиваться его реакцией, насмехаться над ним, уходя с книгой и второй чешуйкой, ведь она покажет ему, что может получить больше, чем он когда-либо мог!

Но это будет только начало!

Самое интересное будет, когда она вернётся в библиотеку с книгой, парящей вслед за ней, и прекрасной чешуйкой, дополняющей её кулон. «О, Рэрити!» скажет Твайлайт, с блеском в глазах. «Где ты это достала?!» И о, как та будет удивлена, как сильно будет очарована, узнав, что единорожка сражалась с драконом — нет, с двумя! Тремя! Полностью взрослыми! — ради неё! Она будет так поражена, что бросится Рэрити на передние ноги и...

И, на самом деле, пролетит сквозь неё, но это к делу не относится, ведь суть в том, что единорожка получит драконью чешуйку, и это будет…

Изумительно.

Воодушевленная фантазиями о собственном величии, Рэрити вскочила на ноги, чувствуя себя словно уже одолела дракона. Она направилась к выходу, взяла свою седельную сумку, распахнула дверь и шагнула в темноту.

Ночное небо нависло над ней, благодаря крайне позднему часу её похождений. Вдалеке она видела главные улицы Радужных водопадов, в нескольких домах ещё горел свет, и ещё больше пони трусили вокруг, несмотря на время. Какие-то ночные приготовления ко второму дню Ярмарки?

В любом случае, не пони сейчас интересовали единорожку.

Её целью были драконы, однако у входа в пещеру ни одного не обнаружилось. Ну и ладно, ей просто нужно найти их самой!

Увы, но было легче сказать, чем сделать, чем ближе она приближалась к пещерам, тем больше убывали храбрость и энтузиазм. С другой стороны, убедить торговца принять драгоценность в обмен на книгу не должно было быть так уж тру...

— Нет! Твайлайт рассчитывает на меня! — отчитала себя Рэрити.

Исполненная решимости, она потрусила ко входу в пещеру, в которой ранее скрылся Дракон, и, шагнув внутрь, зажгла свой рог. Свод пещеры или, по крайней мере, та его часть, что она могла видеть, был на удивление высоким, что означало, ей могут встретиться и крупные драконы.

Стоило единорожке углубиться в туннели, а входу в пещеру скрыться за её спиной, и та очень остро ощутила окружавшую её жуткую тишину и бескрайнюю тьму. Откуда ей знать, может, дракон — или кто-нибудь ещё — мог наблюдать за ней из тени.

Рэрити шла в одном направлении, казалось, целую вечность, и лёгкий страх лишь усиливал это ощущение, пока та не добралась до развилки.

— О, Денза, — прошептала единорожка, звук собственного голоса успокаивал, пока та смотрела на три туннеля, ожидающих её.

«И что теперь?» — подумала она, оглядываясь откуда пришла.

Рэрити не могла точно сказать, как долго она шла, но та в равной степени испытывала облегчение и раздражение оттого, что так и не встретила ни единого дракона. Это место же должно кишеть ими, особенно учитывая стоянку миграции драконов в соседней пещере. Честно говоря, это было довольно грубо с их стороны! Ради этого единорожка нарушила свой чудесный график сна; меньшее, что они могли сделать, это быть вежливыми и появиться.

Может, они глубже в пещерах, глубже в горах? Их что, убило бы, если бы они оставили след или тропу, по которой она могла бы идти?

Какое-то время Рэрити подумывала, не связаться ли с Твайлайт, чтобы позвать её на помощь, но пока она поигрывала своим светящимся кулоном, ей пришла в голову идея получше.

Самоцветы лучшие друзья драконов, не так ли?

Она погасила заклинание света, и когда темнота окутала её, применила другое. Рог единорожки окутался слабым сиянием, и она почувствовала, как магия тянет её в левый проход, к тому, что, как та надеялась, должно было быть драконьим сокровищем.

И всё же...

И всё же, чем больше Рэрити продвигалась, куда её вёл рог, тем больше ей казалось, что далёкий самоцвет удаляется от неё, а насколько она знала, самоцветы не могут двигаться по собственной воле. Внезапно камень перестал удаляться — или, по крайней мере, тот, кто его нес — и вместо этого начал приближаться к ней!

Часть единорожки настаивала на том, чтобы та продолжила свой путь навстречу самоцвету, но другая была слишком парализована страхом, гадая, что же направляется к ней вместе с камнем.

Бум! Бум! Бум!

Пещера содрогалась под её копытами, звук шагов эхом отдавался от стен, становясь всё громче и громче с каждой секундой. Застыв на месте, Рэрити засветила свой рог и левитировала массивную книгу Твайлайт из сумки.

Если это были её последние мгновения, то она позаботится о том, чтобы уйти, как того хотела бы Твайлайт.

Использовав её книгу лучшим образом.

Наконец, когда шаги стали достаточно громкими, единорожка стала ждать появления дракона. И она ждала. И ждала. И ждала, и ждала, пока ничего так и не появилось, так что та опустила книгу, расслабив мышцы... и глубокий голос позади произнес:

— Ты закончила преследовать меня?

Что ж, если баллончик сработал с древесным волком…

Издав пронзительный крик, Рэрити развернулась и швырнула книгу в сторону того, что ожидало её.

К своему ужасу, она почувствовала, что её магическая аура рассеялась, когда существо схватило книгу когтями. Единорожка спешно отступила назад, обнаружив затенённую фигуру дракона, нависшего над ней, его сомкнутые когти парили в воздухе, а темнота мешала ей разглядеть что-нибудь, кроме его очертаний и глаз.

Не сказав ни слова перепуганной кобыле, дракон разжал когти и прищурился, чтобы рассмотреть налётчика.

— Хе. Это же один из способов попасть в книгу.

Он издал смешок, явно довольный собственной шуткой, но моргнул, когда парализованная единорожка не смогла сделать то же самое.

— Что? Это было забавно.

Когда Рэрити снова не сумела даже улыбнуться, он нахмурился, бросил книгу перед ней и пробормотал.

— Ну, она бы нашла это забавным.

Единорожка незамедлительно схватила книгу, прижимая её к груди и попятилась назад.

— Т-только попробуй меня съесть, и клянусь, я...

Ящер некоторое время наблюдал за Рэрити, пока голос той не дрогнул.

— Есть тебя? — спросил он, склонив голову и прищурившись. — Ты думаешь, это то, чего я хочу?

Единорожка сделала ещё шаг назад, упершись крупом в стену, изо всех сил пытаясь заставить себя вновь посмотреть в его огромные глаза.

— Й-я тебя предупреждаю! Я отборный первоклассный единорог, и если ты захочешь съесть меня, тебе придется нелегко!

Дракон наклонился ближе, его дыхание окутало Рэрити, перепугав ту до потери контроля над заклинанием света; её рог погас.

— Отборная пони? Звучит неплохо, и ты определённо очень хорошенькая пони, леди,— прокомментировал он, и та осознала, что её уверенность в себе в этот раз стала для неё помехой. — К сожалению для меня. Я не ем пони. —

Краткое облегчение единорожки окончилось так же быстро, как его глаза сузились.

— Но мне не нравится, когда пони преследуют меня. Я узнаю магию единорога, когда вижу её, и мой драгоценный камень был ей окутан.

«А. Так вот почему он двигался».

— М-меня не интересуешь ты, — пробурчала Рэрити, пытаясь казаться возмущённой, несмотря на страх, переполнявший её разум. — Если хочешь знать, я искала драгоценные камни, и моё заклинание случайно навелось на твой камушек.

Ящер отступил, позволив единорожке выдохнуть и снова зажечь свой рог.

— Что ж, ты не получишь мой самоцвет. Я уже съел его, так что тебе лучше поискать в другом месте, — сказал он . — И тебе не стоит использовать книги, чтобы колотить незнакомцев. Не дело так обращаться с книгой.

Единорожка моргнула, не зная, что делать дальше. Из всех возможных бесед с драконом, что она когда-либо себе представляла, этой среди них не было.

— Она не моя, — сказала та, не задумываясь. — Это книга моей подруги.

Тот громко фыркнул.

— И так ты обращаешься с вещами своих друзей? Ну и ну, леди, я бы не хотел быть твоим другом, — сказал ящер. — Я знаю одну пони, которая бы самолично выпорола тебя за такое обращение с книгами.

— Н-ну, тогда мне повезло, что её здесь нет, — сказала Рэрити, с трудом представляя себе дракона, интересующегося книгами. С другой стороны, тот торговец украл книгу у дракона, так что, возможно, они не были такими уж варварами, как она себе представляла? — Или... она всё-таки здесь?

Дракон нахмурился.

— Нет. Я не видел её уже очень давно, — ответил тот, оборачиваясь назад, в пещеры. И затем, не говоря больше ни слова, пошёл прочь, его массивный хвост чуть не сбил Рэрити с ног, когда ящер проходил мимо.

— Подожди! Куда ты идёшь? — крикнула единорожка, убирая книгу обратно в седельную сумку и увязываясь за ним. Она всё ещё нуждалась в чешуйке, и этот дракон был единственным шансом её получить.

— Мне нужно кое-что проверить, — ответил тот, не утруждая себя ожиданием Рэрити. По крайней мере, так она думала, пока он не оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что та всё ещё здесь. — Вообще-то ты можешь мне помочь. Пойдём.

— Помочь тебе? — cпросила единорожка, судорожно сглотнув. О Денза, она правда хочет узнать, что за этим последует? Что, если он имел в виду, помочь себе за её счёт? Или что, если он...

Дракон повернул налево, и его хвост снова едва не швырнул Рэрити на землю.

— Увидишь, когда придём. Кроме того, у тебя на самом деле нет выбора. Здесь есть и другие драконы, которые с удовольствием съели бы такую хорошенькую отборную пони, как ты, так что со мной ты будешь в большей безопасности.

— Это очень мило с твоей стороны, — осторожно произнесла единорожка, желая знать, была ли его доброта искренней или фальшивой. Её вели к выходу или в ловушку? — У меня сложилось впечатление, что драконы ненавидят пони.

— Ну, а этот дракон нет, — ответил тот. — То, что пони ненавидят нас, ещё не значит, что все мы ненавидим вас в ответ.

Они шли сквозь пещеры в тишине, прерываемой лишь, когда дракон оглядывался назад, проверяя, следует ли за ними Рэрити, и предупреждая её держаться поблизости. Как он и говорил, у неё не было выбора, особенно когда она совершенно не представляла, как выбраться наружу.

— Вот мы и на месте.

Наконец единорожка разглядела на расстоянии тусклый мерцающий свет, и они вошли в большую пещеру, украшенную несколькими факелами и кострами. Хотя сначала она предположила, что они принадлежали дракону, тот факт, что те были понячьих размеров, быстро развеял это предположение.

— Ты живёшь здесь?

— Сейчас да, — ответил дракон, направляясь вглубь в дальнюю, тёмную часть пещеры. — Я путешествую, но здесь я храню свои вещи.

— Понимаю.

Рэрити прошлась вокруг, не понимая, что собственно происходит. Она приблизилась к самому большому костру и, к своему удивлению, обнаружила несколько седельных сумок размером не больше её собственных. Все эти факелы и костры только укрепляли теорию, что какой-то пони делил пещеру с мистером драконом.

— Так, и как тебя зовут?

Единорожка вернула взгляд на дракона, и прежде чем успела ответить, он издал крайне неприличный булькающий звук, а затем выплюнул огненный шар. Сфера пламени метнулась в тёмный угол пещеры, зажгла несколько факелов и осветила очень большую груду драгоценных камней, на которые Рэрити могла лишь глазеть.

Потрясённая, она потрусила к ней, в голове всё кружилось, его вопрос был забыт. Сапфиры, рубины, жемчуга, аметисты, изумруды и десятки других драгоценных камней всех форм и размеров, которыми можно было украсить больше платьев, чем та когда-либо мечтала, купить на них больше тканей, чем единорожка когда-либо могла себе позволить, купить Твайлайт больше книг, чем та когда-либо имела.

— Ого... — сказала Рэрити, взяв в копыто большой рубин, глаза её сверкали почти столь же ярко, как и сам камень.

Ящер фыркнул.

— Забавное имя для пони, — заметил он, подходя к сокровищам. — Умерь восторг, Ого. Это предназначено для моего желудка.

Единорожка была слишком зачарована самоцветами, чтобы поправить его, вместо этого она продолжала осматривать гору драгоценных камней, пытаясь найти самый большой. Однако вместо самого большого её тянуло к одному конкретному камню: рубину в форме сердца, почти идентичному изумруду, что ей дала Твайлайт.

Рэрити приблизилась к нему и заметила идеально круглое отверстие, вырезанное на его кончике, откуда свисала маленькая сломанная цепочка. Она протянула к тому копыто и...

— Не трогай, — незамедлительно выпалил дракон, теперь стоя рядом с единорожкой. Всё тепло исчезло из его голоса, впервые он звучал так, как единорожка и ожидала от страшных драконов.

Она быстро отступила, сердце бешено колотилось в груди.

— О-о, прошу прощения, я... — сказала та, наблюдая, как его большой коготь потянулся к куче и подцепил камень. — Я увидела, что цепочка порвана, и я... — Рэрити запнулась, не способная найти оправдание.

— Мне принесут новую, — ответил ящер, его голос был всё так же холоден и отстранён, когда он убрал самоцвет подальше от единорожки. Не дав той времени ответить, он прошёл мимо неё и продолжил. — Слушай, мне нужна твоя помощь.

Рэрити проследовала за ним, прямиком к меньшей куче, отделённой от остальных. Та была намного, намного, намного меньше, чем гора драгоценных камней, и более того, камни были перемешаны со всевозможными разнообразными вещами, среди которых было несколько знакомых драконовидных предметов.

— Минуточку, это... — она взяла одного из плюшевых дракончиков в копыто. — Откуда ты…

— Несколько драконов из северного племени, — объяснил тот. — Вы, пони, никогда не заботились о своих вещах, вот они и решили пограбить. Я остановил их и смог вернуть часть награбленного, так что теперь ты можешь пойти и отдать это владельцам.

Единорожка моргнула, переводя взгляд с вещей на дракона и обратно.

— Понятно.

— Отлично! Значит, ты сделаешь это? — спросил ящер.

— Прежде чем я отвечу, позвольте мне обобщить факты.— Рэрити прочистила горло. — Драконы украли эти вещи у пони, а ты, дракон, украл их у других драконов, и теперь хочешь вернуть их пони?

Дракон кивнул.

— Понятно, — повторила она, возвращая взгляд к куче. — И в чём же, позвольте спросить, подвох?

— Подвох? — спросил он, моргнув. — Что ты... Оу. О, да ладно! Не может же быть так трудно поверить, что я хочу их вернуть!

— Ну, в дракона, который не ест пони, я, допустим, поверю, но дракон, который крадёт у других драконов и возвращает самоцветы пони, честно говоря, уже перебор.

— А вот и нет! В смысле, глянь на них! Они же крошечные! Даже на закуску не годятся! И ты видела мою кучу?! — Он вздохнул и потер глаза. — Слушай, я бы попросил другую пони, но она не вернется до завтра, и я мог бы сам сходить, но... — тот указал на себя и своё массивное тело, бросив на единорожку многозначительный взгляд.

Рэрити подавила смешок.

— Да, могу представить, как тебя встретят. А ты довольно необычный дракон, а? — спросила она, получив подтверждение, что у него есть пони друг.

— Так ты сделаешь это? — снова спросил ящер.

— Полагаю, да, — наконец сказала единорожка. Как бы нелепо то ни звучало, этот дракон казался заслуживающим доверия, и вообще-то... если она вернёт украденные вещи тому торговцу... он, без сомнения, будет столь безгранично благодарен, что отдаст ей книгу даром!

«Хотя, насколько я успела его узнать, не удивлюсь, если тот всё ещё будет требовать чешуйку взамен».

— Я верну их, — повторила она, поворачиваясь к дракону с улыбкой — В обмен на одну из твоих чешуек.

Дракон моргнул.

— Чешуйка? Зачем тебе одна из моих чешуек?

Рэрити откашлялась.

— Я... мне нужна одна книга с ярмарки, но её хозяин попросил чешуйку взамен, и я вчера видела дракона в этих пещерах, так что...

Ящер наклонился, так что его лицо оказалось в метре от единорожки, в глазах его читалось любопытство.

— Ты пришла в пещеры в поисках драконьей чешуйки? А если бы ты не наткнулась на меня, ты бы стала драться с ними, или как? Колотила бы их книгой, пока они не сдадутся?

Рэрити прочистила горло, её щеки пылали.

— Если хочешь знать!.. Это был мой план, да.

— Ха. Ты мне нравишься. — Он выпрямился, широко улыбаясь. — Но что я получу, если дам тебе чешуйку?

— Я уже возвращаю для тебя эти вещи! Разве этого недостаточно?

— О. Полагаю, что так. — Тот пожал плечами. — Но я могу просто оставить их здесь. Их возвращение в любом случае не очень-то на меня влияет.

— Хм-м-м. Ладно! Ладно. Погоди. — Она открыла свою седельную сумку и достав самоцвет Твайлайт, пролевитировала его к дракону. — Могу предложить это.

Дракон взял изумруд и поднес его к лицу, нахмурив брови.

— Это... это... — говорил он, единорожка, затаив дыхание, наблюдала за ним. — Это... -— его непроницаемое выражение лица сменилось усмешкой. — Э, это еда для драконят, — объявил он, бросая камень обратно к Рэрити.

— Ой, Да ладно тебе! Ты же весь в чешуе! Неужели ты не можешь расстаться с одной?! — разнылась единорожка. — Пожа-а-а-а-а-а-алуйста!

Дракон нахмурился, задумавшись.

— Ладно. Просто верни эти вещи, и я попрошу своего друга принести тебе чешуйку. — предложил он взамен. — Она вернется рано утром.

— ...И это всё, чего ты хочешь? — Спросила Рэрити и, получив утвердительный кивок, улыбнулась. — Прекрасно, я всё сделаю! — воскликнула она, поднимая кучу в воздух. — Скажи своей подруге, искать Рэрити. Я буду ждать её возле палатки драконьих товаров.

— Рэрити, — повторил он. — Спасибо, за помощь.

Она похлопала ресницами.

— Спасибо, что не съел меня, — ответила та, вызвав у ящера смешок. После чего развернулась, сделала несколько шагов, и остановилась, осознав... — Э-э, а как мне выйти отсюда?..

Дракон фыркнул.

— Пошли.

* * *

Спустя некоторое время входная дверь дома профессора Эйва открылась, впуская  Рэрити с большим свертком вещей, парящим следом. Разместив их в коридоре, она закрыла дверь и прикрыла зевок копытом.

— Я вернулась! — объявила та, запоздало сообразив, что кричать о своём возвращении вряд ли разумно в… два? три? утром. — Э-э, я вернулась... — прошептала единорожка, хихикнув.

Она прошла в гостиную и, расчистив место на одном из столов, аккуратно расположила на нём украденные вещи. Весь этот поход на дракона её утомил, и та решила немного отдохнуть, прежде чем отправиться в местное отделение полиции. Владельцы же могли ещё часок обойтись без своих вещей? Да они же, скорее всего, сейчас спят.

Рэрити подошла к дивану, легла и закрыла глаза, лениво поигрывая кулоном. Ей вспомнился их «разговор» с Твайлайт, и она решила проверить свою пассию. Это не займет много времени, она просто убедится, что с ней всё в порядке после... воспоминаний о прошлом.

Вот заклинание сорвалось с её рога, и единорожка уже смотрела на светящийся кулон, ожидая, когда установится связь. Она ждала довольно долго, пока не стало ясно, что Твайлайт не собирается отвечать, и потому остановила заклинание и нахмурилась. Может, Твайлайт не хочет разговаривать?

«Не глупи, Рэрити. Твайлайт ведь не может всюду носить кулон с собой, она, должно быть, оставила его где-то в библиотеке. Нельзя же ожидать, что она будет всё время ждать твоего вызова».

Она отпустила кулон и вздохнула.

«Как бы мне хотелось, чтобы Твайлайт была зде...»

Её мысли были прерваны хлопком входной двери, за которым последовал встревоженный и знакомый голос.

— Она была здесь! Но потом я спустилась вниз, а её там уже не было, значит, её схватили драконы! — сказала Пинки, врываясь в гостиную в сопровождении кобылы в униформе Вандерболтов. — А если её схватил дракон, то он мог и съесть её, а если он съел... — её взгляд упал на единорожку, и она на мгновение замолкла, прежде чем разрыдаться и броситься на подругу. — РЭРИТИ! ТЫ ЖИВА!

— Дорогуша, с чего бы мне не быть? — спросила единорожка, неловко похлопывая земнопони по спине. — Я извиняюсь, что ушла, не предупредив, но...

— Нападение драконов, мэм, — объяснила Вандерболт, поднимая лётные очки на лоб. — Они ограбили склад ярмарки, и ваша подруга подумала, что они могли напасть и на вас.

— Я так волновалась, Рэрити! — продолжала Пинки Пай, всё ещё сжимая единорожку в объятиях. — Я думала, ты пыталась драться с ними за чешуйку, но они победили, а потом они забрали тебя в свою пещеру, и я больше никогда тебя не увижу, и если я больше никогда тебя не увижу, то мне будет очень грустно, и тогда... — она бросила на пегаску осторожный взгляд, прежде чем продолжить громким шепотом, — И тогда сама-знаешь-кто никогда тебя больше не увидит, и ей будет так грустно, что она использует все свои книги вместо салфеток, чтобы вытереть слезы...

— Д-дорогуша, я в порядке, правда, — сказала Рэрити, пытаясь успокоить подругу. Теперь, когда тут была представительница Вандерболтов, это была прекрасная возможность вернуть украденные вещи и покончить с этим. — А теперь, если ты не возражаешь, мне нужно по...

— И тогда твоя сестра тоже будет плакать, а я даже не смогу помочь ей и принцессе Твайлайт, потому что не ЗНАЮ, где библиотека, и тогда Луне будет грустно, и...

— Пинки, пожалуйста! Хватит! Ты па...

— А это что?

Обе кобылы замолчали и обернулись чтобы увидеть пегаску, занятую осмотром коллекции украденных вещей.

Единорожка села, опрокинув при этом земнопони на пол.

— О-о! Это...

— Эти вещи... — Вандерболт полезла в маленький кармашек на своей униформе и достала листок бумаги, который она развернула и пробежалась по нему глазами. — Так и знала! Они соответствуют описанию краденного! — Кобыла повернулась к Рэрити и помахала списком в воздухе. — Они все здесь, в моём списке! Вещи, в краже которых обвинили «драконов!»

— Рэрити! Ты дракон?! — ахнула Пинки, прижимая копыта ко рту. Но секунду подумав опустила их. — Подожди, что-то не так.

— Погодите, всё не так, как выглядит! — выпалила единорожка, не обращая внимания на слова земнопони и вскакивая на копыта.

— О, нет? Тогда почему все эти вещи у вас, и почему вы ушли из дома в то же самое время, когда был разграблен склад? — спросила пегаска. — Мисс, как давно, вы говорите, пропала ваша подруга? Час или два назад?

Пинки, видимо поняв, что происходит, быстро вскочила на ноги.

— Д-да, но она делала супер весёлые и не-воровские вещи! — воскликнула она, встав между Рэрити и Вандерболтом. — Верно, Рэрити?!

— Тогда откуда у тебя всё это?

— Могу сказать точно, я их не крала, — ответила единорожка, стараясь оставаться спокойной и собранной. — Это... — и она запнулась, только сейчас осознав, что столь абсурдная правда скорее усугубит её положение, чем оправдает. Дракон, возвращающий украденные вещи? — Й-я н... нашла... я нашла их!

— Где?

— Я... я не знаю! Там! — сказала единорожка, махнув копытом. — Я шла по городу, нашла их на дороге и принесла домой!

— Ребята из резерва обследовали периметр час назад и оповестили население о случившемся. — Вандерболт сделала шаг в сторону Рэрити. — Почему вы сразу не сообщили им о своей находке? Почему вы не обратились за официальной помощью?

Ответом, конечно, было то, что она пропустила предупреждение, поскольку находилась глубоко внутри хребта Якет, но она не могла признаться в этом.

— Я гуляла за городом! И нашла их там, и так как я знала, что они были украдены с ярмарки, я планировала вернуть их! Я только что вернулась домой за минуту до того, как пришли вы, а теперь меня обвиняют в воровстве! — возмущённо воскликнула единорожка.

Вот что она получила за то, что пыталась помочь другим!

Рэрити была уверена, что где-то сейчас Дух наслаждается этим. Ведь в первую очередь именно он виноват в заточении Твайлайт!

— И кроме того, разве я выгляжу настолько слабоумной, чтобы оставлять все улики на виду?! В смысле, ну серьёзно!

— И вы ни с кем не общались после того, как нашли это?

Единорожка почувствовала себя неловко, но кивнула головой.

— Да, всё верно.

— Значит вы могли узнать, что вещи краденые, только если сами их украли, — ответила пегаска, убирая бумагу в сумку и снова надевая очки. — Пошли. Вы и краденые вещи отправитесь вместе со мной к капитану.

— Но!.. Клянусь, это была не я!

— Мэм... — сказала кобыла, выглядя смущённой. — Не усложняйте своё положение.

Борясь с желанием закричать и провалиться в разочарованное забытье, Рэрити сделала глубокий вдох.

«Будь выше этого, дорогуша, будь выше этого».

— Что ж, хорошо. Это не первый раз, когда меня несправедливо сажают в тюрьму, но если это нужно, чтобы доказать мою невиновность, так тому и быть.

— Рэрити?! Ты уже бывала в тюрьме?! Каково это?!

* * *

— Моя дорогая Твайлайт. Я пишу тебе это письмо в связи с ужасной трагедией. Хотя я знаю, что это причинит тебе боль, я с сожалением вынуждена сообщить, что меня, Рэрити, посадили в тюрьму... снова.

Голос единорожки разносился по воздуху, ещё один в дополнение к множеству звуков, пронизывающих теперь уже оживлённую ярмарку, десятки пони явились посмотреть, из-за чего весь этот шум.

— Ты будешь рада узнать, что на этот раз тюрьмой мне служит не темница, наполненная грязью, пылью и Денза знает какой ещё многовековой заразой. Можешь себе представить, какой непоправимый ущерб нанесло бы моей шёрстке, останься я там ещё хоть на одну ночь? — спросила она, любуясь своим копытом. После чего подняла взгляд на свою «тюрьму», которая на деле представляла собой четырёх пони из резерва Вандерболтов, выстроившихся вокруг неё четырехугольником. — Нет. На этот раз я, по крайней мере, могу видеть ночное небо и его вечное звёздное покрывало.

— Пока я пишу это письмо, Твайлайт, мне действительно следует задуматься над абсурдностью ситуации. Что по их мнению я должна была делать? Бродить по тёмным улицам незнакомого города, где я ничего не знаю, где что находится, и начать кричать в три часа ночи? Что-нибудь вроде: «О Миссис Вандербо-о-о-олт! Йу-уху-у-у! Где-е-е-е-е вы?» такое бы вас устроило? — продолжала та, не обращая внимания на смущённые взгляды тюремщиков. — Но, увы, дорогуша, похоже, что невинные продолжают оказываться, — Рэрити бросила свирепый взгляд на пегасов, — НЕСПРАВЕДЛИВО ЗАКЛЮЧЁННЫМИ, хотя ты и знаешь меня: я гораздо выше мелочной обиды, как, я уверена, ты бы того хотела. Ключом к этому, конечно же, является терпение. К тому же в невероятных количествах.

— К сожалению, я вынуждена завершить письмо с надеждой на скорую встречу с тобой, а если нет, то прошу начать обучать сов таскать передачки. Искренне твоя, Рэрити.

— О! О! И я тоже!

— P.S: Пинки Пай тоже передаёт привет, — закончила единорожка, выводя копытом своё имя в воздухе, после чего обернулась к своей спутнице, также застрявшей в импровизированной тюрьме. — Мысли?

— Мне понравилось! — ответила земнопони, хихикнув. — Теперь нам только нужно найти способ написать это!

— Пинки, дорогуша, — сказала Рэрити, подавляя зевок, — Уже поздно. Почему бы тебе не пойти домой?

Земнопони нахмурилась.

— И оставить тебя здесь? Не говори глупостей! Если ты идёшь в тюрьму, то я иду с тобой.

Единорожка улыбнулась, благодарная присутствию Пинки. Прошёл уже целый час с тех пор, как её обвинили в воровстве, и Рэрити чувствовала, как тяжесть вечера тянет её вниз. Хотя та и пыталась скрыть это, сон карабкался вверх по коже, и она боялась, что может заснуть прямо здесь и сейчас, если дело не сдвинется с мёртвой точки в ближайшее время.

Что, к её облегчению, могло произойти раньше, чем ожидалось, если приближающаяся к ней Спитфайр была хоть каким-то признаком.

— Понеслась, — шепотом пробормотала единорожка, выпрямившись и сделав глубокий вдох.

— Хорошо, новобранцы! Разойдись! — приказала капитан Вандерболтов, и четверо пони тотчас же отступили в сторону, давая Рэрити и Пинки Пай немного пространства. — Рэрити? За мной.

Подруги проследовали за Спитфайр через ярмарку мимо кучки любопытных пони, их глаза были прикованы к единорожке, когда она пробегала мимо, их едва скрываемый сплетнический шёпот пронизывал воздух. Как и ожидалось, та не позволяла им беспокоить её, потому что Рэрити была абсолютно, совершенно и изумительно невинна.

«Пусть судачат!» — думала она, потому что ей было всё равно. На самом деле та даже задрала голову повыше, идя медленнее, мило улыбалась, потому что её совершенно не беспокоили совершенно необоснованные и ошибочные слухи, которые, без сомнения, разнесутся по всему городу, как лесной пожар.

И всё же единорожка чувствовала взгляды, осуждение, так сильно, что не могла понять, может ли быть, что она видит то, чего нет. Это действовало ей на нервы, и чем больше та пыталась убедить себя, что её это не волнует, тем больше это волновало Рэрити, и тем больше та понимала, как ненавидит этот взгляд. Она ненавидела его, потому что он был таким знакомым, эти сузившиеся глаза, полные скептицизма и недоверия.

— Нет никаких потерянных принцесс.

— Нет никакой потерянной библиотеки.

— Всё в порядке, Рэрити, — прошептала Пинки, только сейчас единорожка осознала, что хмурилась, проходя мимо. — Все пони здесь знают, что ты невиновна!

Рэрити вымученно улыбнулась.

— Спасибо, дорогуша.

Наконец они прибыли в пункт назначения: небольшое открытое пространство посреди рыночной площади, где несколько разъярённых пони спорили с Вандерболтами. Судя по тому, что среди них был знакомый нелюбитель драконов, единорожка решила, что это и есть жертвы налёта.

Однако их спор прекратился, стоило появиться Рэрити. Один за другим потерпевшие бросали на неё всевозможные взгляды, но никто не был более подозрителен, чем сам владелец драконьей палатки.

В центре стоял стол, на котором были аккуратно сложены все украденные вещи. Спитфайр провела единорожку прямо к нему, после чего жестом подозвала остальных пони.

— Это Рэрити, — сказала лидер Вандерболтов, указывая на единорожку, прежде чем обратиться к ней. — Это всё, что вы нашли?

Рэрити кивнула, почувствовав облегчение от подхода Спитфайр. Наконец хоть кто-то не делает поспешных выводов.

— Где ты их нашла?! — спросила кобыла. — Ты уверена, что это всё?! Почему бы тебе не вернуться посмотреть ещё?!

— Да, может, ты что-нибудь пропустила, — продолжал старший жеребец.

— А может, всё остальное у тебя дома, — предположил другой жеребец.

— Рэрити не брала ваши тупые вещи! — запротестовала Пинки.

— Всё в порядке, Пинки, — быстро сказала единорожка, одарив земнопони благодарной улыбкой, прежде чем повернуться к остальным. — Могу заверить, что остальных ваших вещей в моём доме нет, как и нет смысла возвращаться туда, где я их нашла, потому как это всё, что там было.

— Ба! — сказал владелец драконьей палатки, прищурившись. — Если ты ничего не брала, то почему тебя волнует, что мы пойдём и посмотрим? Ведь если ты невиновна, мы ничего там не обнаружим, правда? — Его слова задели гордость Рэрити, и хотя она была бы рада поставить его на место, он сказал нечто, быстро заставившее её замолчать. — И это удобно, не так ли?

— Что именно, скажи на милость?

— Эй! Прекратили это! — сказала Спитфайр, топнув копытом. — Мы здесь не для того, чтобы устраивать свару, ясно?

Торговец посмотрел на пегаску.

— Ба! Я и не собираюсь устраивать свару! Мне просто кажется довольно забавным, как эта кобыла вчера пришла ко мне, желая обменяться на книгу!

«Как забавно! А я думала, что это и есть цель ярмарки! Глупая я!»

Спитфайр нахмурилась.

— И что? К чему ты клонишь?

Торговец снова посмотрел на единорожку.

— Просто хочу сказать, очень забавно, как она говорит, будто это всё, что есть, и самое забавное, книги, которую она хотела, здесь нет.

Время резко остановилось.

— Ты... Что значит, книги здесь нет? — Рэрити чуть не ахнула, глядя на стол и начав рыться в вещах. — Где она?

— Чего ты меня спрашиваешь?! — огрызнулся он, копытами сгребая все свои вещи, оттаскивая их подальше от единорожки. — Это ты должна знать! Ты же их украла!

Рэрити отступила назад, обвинение пролетело незамеченным прямо над её головой.

Книга исчезла. Книга была украдена, и если её не было среди возвращённых драконом вещей, значит, книга Твайлайт сейчас находится во владениях…

Единорожка засмеялась. Тихим, сдавленным смехом, потому что, конечно же, книга исчезла. Конечно же, её не было среди вещей, возвращённых драконом, потому что, конечно же, ничего не может идти легко и просто и...

— Как вы узнали, что это краденое? — внезапно спросила Спитфайр. — Свифт Скетч сказала, что именно поэтому она вас арестовала.

Какое-то мгновение Рэрити собиралась продолжать плести свою запутанную паутину лжи, но теперь, когда проклятая книга была у драконов, терять было нечего, не так ли? С таким же успехом она могла бы сказать правду.

— Знала, потому что я не находила их. Я солгала. Кое-кто попросил меня вернуть их, — призналась она, изо всех сил стараясь не обращать внимания на подозрительные взгляды, которые все на неё бросали, что она, определённо, заслуживала.

— Видите?! — воскликнул торговец. — Это она сделала!

— Врать о подобном это очень серьёзно, — резко заявила пегаска.

— Думаете, я не знаю?! Но у меня не было выбора! — запротестовала единорожка. — Скажи я вам правду, вы бы мне не поверили!

Спитфайр нахмурилась.

— Посмотрим.

* * *

— Знаете, вам следовало бы продолжать лгать, мэм, — ответила капитан, когда Рэрити закончила излагать чистую правду.

— Дракон?! Возвращающий украденные вещи?! За кого она нас принимает?! — сплюнул владелец драконьей палатки, ударив копытом по столу. — Ба!

— Это правда! — беспомощно ответила единорожка. — Зачем мне такое выдумывать?! Даже я понимаю, что это звучит абсолютно нелепо, вот почему я лгала с самого начала!

— Лгала о чём?

Рэрити обернулся и увидела, что к сцене присоединилась ещё одна Вандерболт, а именно кобыла, которая прогнала Драконов во время ярмарки.

Рэйнбоу Дэш моргнула, глядя на единорожку.

— Ты та самая пони, о которой говорила Свифт? О блин, я думала, ты будешь больше похожа на плохих парней из Дэринг Ду. — Она обернулась к Спитфайр. — Я пропустила что-нибудь интересное?

Лидер Вандерболтов нахмурилась, глядя на Рэрити.

— Не знаю, насколько интересно то, что она говорит. Эта пони утверждает, что «дракон» забрал это у «других драконов» и попросил её вернуть их.

— Ха-ха! Заба... — веселье исчезло с её лица, и она широко распахнула глаза, уставившись на единорожку. — Погодь, чего? Ты это серьёзно?

Рэрити закатила глаза.

— Да, я серьёзно. Как я уже говорила, я пошла в горы, потому что, — она указала на торговца, — он попросил драконью чешуйку в обмен на книгу, и я наткнулась на дракона, который попросил меня вернуть для него эти вещи!

— Как он выглядел? — спросила Рэйнбоу, всё ещё не сводя с неё глаз.

— Не знаю! Он был большой? В этих пещерах кромешная тьма! Я почти ничего не видела даже при свете рога!

— А его имя?

— Я не знаю.

— А как насчёт крыльев? У него были крылья?

— Я не знаю!

Дэш застонала.

— Ты хоть что-нибудь знаешь?

— А чего вы от меня ожидали?! Что я провела с ним собеседование? — бросила в ответ единорожка, вскидывая копыта в воздух. — Я была напугана, так что уж извините меня, что мне не хотелось садиться с ним за чай с пышками! — когда Рэйнбоу Дэш отшатнулась, Рэрити глубоко вдохнула. Повышение голоса ни к чему не приведет. — Если бы я могла привести его сюда, я бы так и сделала, но...

И вдруг она вспомнила, что дракон был не один.

— Погодите! У него есть друг! — выпалила та. — С ним живет пони! Она должна принести мне одну из его чешуек, если я верну вещи! Мы просто должны найти её, и она очистит моё имя!

И тут Рэйнбоу ухмыльнулась.

— О?

— Это просто смешно! — возмутился торговец, хмыкнув. — Дракон?! Друг пони?! Драконы грязные твари, ни на что не годные животные! Они...

— Эй! Не смей о них так говорить! — перебила его Дэш, ухмылка исчезла с её лица, сменившись сердитым взглядом. — Я обязана дракону жизнью! — затем она подошла ближе к единорожке. — Я ей верю!

Рэрити моргнула.

— Правда? -— спросила она, не в силах сдержать улыбку, когда пегаска решительно кивнула.

«Если уж экс-капитан Вандерболтов верит мне, может, и остальные...»

— Что ж, это всё хорошо, но наши вещи по-прежнему пропали! — сказал один из пони, и его заявление было встречено кивками других пострадавших.. — Вы же Вандерболты! Вы должны нас защитить! Если у неё их нет, то они у этих драконов! Почему бы вам не слетать за ними?

— Северное племя драконов одно из самых агрессивных племен в Эквестрии, — сказала капитан Вандерболтов. — Даже если ваши вещи были украдены, я не могу рисковать безопасностью членов моей команды, посылая их вернуть ваше добро, потому что и вы можете не получить его обратно, и Вандерболты могут потерять пони... навсегда.

— Значит, мы должны просто оставить им наши вещи? — спросил торговец. — Это дело всей моей жизни!

— Я пойду.

Повисло молчание, и все присутствующие уставились на единорожку.

Она не совсем понимала, что побудило её заговорить, то ли растущая обида на всё, через что той только что пришлось пройти, то ли осознание, что, несмотря ни на что, ей нужна эта книга.

— Это место чрезвычайно опасно, — сказала Спитфайр, снимая лётные очки. — Я не могу позволить вам идти туда в одиночку.

— Она не одна! — выпрямившись, вмешалась Пинки. — Я пойду с ней!

— Я же сказала, что не могу вам этого позволить, — повторила пегаска сурово и внушительно. — Я не могу позволить гражданским так рисковать своей жизнью. Мне очень жаль, но ни у кого из вас нет необходимой подготовки.

— Разумеется, есть! — воскликнула Рэйнбоу Дэш, взлетая в воздух и натягивая защитные очки. — Ведь я иду с ними!

— Ты идёшь? — в унисон спросили Рэрити и Спитфайр.

— Ага! Это будет очень просто! — продолжал пегаска. Она повернулась к кобылам и жеребцам, махами отгоняя их. — Давайте отсюда! Вам вернут все ваши вещи завтра!

— Ты чокнутая, Дэш, — сказала Спитфайр, качая головой и потирая копытом лоб. Затем снова посмотрела на пони и прогнала тех прочь. — Давайте, пошевеливайтесь! Здесь больше не на что смотреть!

Как только они остались одни, Рэйнбоу снова повернулась к единорожке.

— Встретимся здесь через пятнадцать минут! Я сгоняю за своими вещами, и вы можете взять всё, что вам нужно, — проинструктировала она, прежде чем умчаться прочь.

Рэрити смотрела ей вслед в абсолютной тишине до тех пор, пока все, за исключением парочки Вандерболтов, наконец не ушли. Не сказав ни слова Пинки, она потрусила к ближайшему зданию, завернула за угол и убедилась, что, кроме её подруги, там никого нет, и.…

— ЧТО Я НАДЕЛАЛА?! — театрально воскликнула она, положив копыто на голову и прислонившись к стене. — Я обречена! Обречена, говорю тебе! Труп!

Земнопони испуганно отступила назад.

— Ч-что не так?

— Что не так? Что не так?! Пинки! Я не могу сражаться с драконами! Посмотри на меня, ради всего понячьего! Я едва могу справиться с древесным волком, а ты ожидаешь, что я отправлюсь к Денза знает скольким злобным драконам?! А что, если они любят есть кобыл?! Что, если они уже съели книгу?! — Она приостановилась. — А драконы едят книги? ЧТО, ЕСЛИ ОНИ СЪЕЛИ КНИГУ?!

— Не говори глупостей, Рэрити! Только козлы любят есть книги!

Единорожка уткнулась лицом в копыта и застонала.

— И ты тоже пойдёшь! А если с тобой что-нибудь случится, я... — Она снова посмотрела вверх. — Я не могу этого сделать, Пинки!

Земнопони кивнула.

— Конечно же, можешь! Подумай о Твайлайт!

Рэрити обвиняюще указала на неё копытом.

— Нет! Не вмешивай сюда Твайлайт, Пинки Пай! Это эмоциональная манипуляция! Это жульничество!

Пинки нахмурилась и покачала головой.

— Это не жульничество, Рэрити. Это то, что надо делать! — Она подошла и похлопала подругу по голове. — Ну же! Может быть, у профессора Эйва есть что-то, что может нам пригодиться!

Единорожка проводила её взглядом.

— Но ... Но…

Она глубоко вздохнула.

«Ты заварила эту кашу, Рэрити, и теперь тебе же её и расхлёбывать».

Она подняла копыто и схватилась за кулон.

«Ты станешь моей смертью, Твайлайт Спаркл, но я ничего не могу с собой поделать, я слишком забочусь о тебе».

## — Глава 18 — Жертва Дракона

[Изображение: https://i.imgur.com/EmhTJH8.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/47XOowT.gif]

Рэрити была абсолютно уверена в трёх вещах

Во-первых, нужная ей книга во владениях одного из самых агрессивных племён драконов в Эквестрии. Во-вторых, без этих книг — а она до сих пор не знала расположения и половины из них — не видать Твайлайт свободы.

И кроме того, она совершенно точно сошла с ума.

Первые лучи рассвета засияли над хребтом Якет, медленно омывая пропасти и расщелины. Большинство пони в это время ещё нежились в своих постелях, скрываясь от забот и несчастий в объятиях ночи.

Рэрити же, напротив, находилась в объятиях совсем иной тьмы, лишённой одеял и подушек.

— Ты точно уверена, что мы не заблудились? — спросила Пинки; фонарь, висевший у неё на шее, давал гораздо больше света, чем рог единорожки.

Рэйнбоу Дэш, возглавлявшая процессию, остановилась и обернулась.

— Я уже миллион раз говорила, да, уверена — сказала та, указывая на отдалённый свет в конце туннеля. — Мы буквально только вошли!

— Не волнуйся, дорогуша. Я уверена, мисс Дэш знает, куда идти, — сказала единорожка, пребывая в значительно лучшем положении духа после большой чашки кофе дома у профессора. Конечно, она предпочла бы этому пару часиков столь необходимого, чудесного сна, но некоторым желаниям просто не суждено сбыться.

Сейчас же ей просто следует извлечь максимум из сложившейся ситуации.

— Итак, мисс Дэш, вы обязаны дракону жизнью? — спросила та, пытаясь отвлечься от страха, бурлившего внутри, пустой болтовнёй и расспросами. По правде говоря, Рэрити с трудом могла себе представить, что такого могла сделать пегаска, чтобы потребовалось вмешательство дракона, но, по крайней мере, это должно быть довольно захватывающей историей.

— Так ведь вы сказали ранее?

— О, а, да, — ответила Рэйнбоу со всем красноречием пони, не ожидавшей такого вопроса. — Я отправилась исследовать Дымные горы, будучи совсем кобылкой, и подралась там с несколькими волками.

— С волками? — спросила земнопони, стараясь не отставать от разговора. — Это же должно было быть страшно? Зачем тебе таким заниматься, глупышка?!

— Волки меня не пугают! — быстро ответила пегаска. — И говорю же, я занималась своими делами, исследуя горы, а они напали на меня безо всякой причины! — она взмахнула левым крылом и продолжила: — Кроме того, у меня было повреждено крыло, когда я упала с... э-э, когда я исследовала окрестности, так что волки взяли надо мной верх и... должна признаться, мне показалось — всего на секунду — что мне конец, но тут вмешался Дракон и... э-э... помог мне. — Она хлопнула крыльями и выдохнула. — Это было просто потрясно.

—Звучит захватывающе! — бросила единорожка.

Она никогда не сталкивалась с волками из плоти, но солгала бы, если бы сказала, что оглядываясь назад, не чувствовала порыва трепета с древесными волками — не в последнюю очередь от того, что действовала в одиночку! Теперь это казалось впечатляющим, по её мнению.

— Должна заметить, мисс Дэш, — продолжала та, — учитывая, как быстро вы встали на мою защиту, могу ли я рискнуть предположить, что дракон, которого я встретила, и тот, что спас вас в юности, один и тот же? В конце концов, у него же был друг пони!

Застенчивое выражение лица Рэйнбоу Дэш говорило само за себя.

— Стоп, стоп, стоп! — воскликнула Пинки, обгоняя двух кобыл и остановилась прямо перед Рэйнбоу. — Если у тебя лучший друг дракон, почему же ты не позвала его с нами?

— Я не могу! — запротестовала Дэш. — В смысле, ладно, я могла бы, но ты хоть представляешь, что станет с его репутацией? Драконы помогают пони? Искатель достаточно силен, чтобы начистить бока любому дракону, что попытается сделать что-нибудь глупое, но я не хочу, чтобы всё Северное племя было у него на хвосте. Да и кроме того, — добавила она, выпятив грудь, — нам не нужна его помощь.

Рэрити оглянулась на пройденный путь, надеясь, что они не окажутся в ситуации, когда пегаске придётся отказаться от столь смелого заявления. У них не было особой защиты, и хотя она не собиралась сдаваться без боя, ей с трудом верилось, что они втроём долго продержатся против орды злобных рептилий.

Три кобылы продолжали свой путь в относительной тишине, разве что Пинки Пай оживлённо рассказывала о своём сне, в котором она встретила дракона, ставшего ей вторым самым лучшим другом. Единорожка, идущая рядом с ней, была занята своим заклинанием поиска драгоценных камней, надеясь, что оно приведёт их к логову вождя драконов.

Но вместо самоцветов и драконов оно привело их к чему-то гораздо более опасному.

— Эй, только взгляните!

Рэрити повернулась обратно и заметила, что земнопони сняла фонарь, висевший у неё на шее, чтобы осветить стену туннеля. Единорожка ослабила своё заклинание поиска в пользу осветительного, и они с Рэйнбоу Дэш потрусили к Пинки.

— Ого...

Свет выхватил из темноты что-то вроде фрески на стене, нарисованной в простом, детском стиле и изображающей жителей Эквестрии, преследуемых всевозможными тварями. Испуганные кобылы, жеребцы и жеребята бежали от оживших деревьев и деформированных животных с ужасно длинными ногами. Другие, похоже, плыли, борясь за жизнь, в коричневой реке, над которой нависали розовые облака, чем-то похожие на... сахарную вату?

А сами рисунки... у Рэрити возникло жутковатое ощущение, что они слегка светятся, словно магия пронизывает каждый мазок.

— Что это? — спросила она, не особо рассчитывая на ответ.

— Лучше спроси, кто это сделал, — сказала Рэйнбоу, отступая назад и оглядываясь. — Драконы не могут так рисовать.

Единорожка продолжила осматривать рисунки, но отвлеклась, когда Пинки внезапно вцепилась ей в переднюю ногу. Рэрити повернулась к ней и с удивлением обнаружила, что обычно весёлая кобыла выглядит испуганной.

— Пинки? Пинки, дорогуша, что случилось? — спросила она встревоженно.

— Рэ-рэрити, — прошептала земнопони дрожащим голосом, не отрывая глаз от фрески. — Т-там, наверху... это он...

Единорожка вновь посмотрела на рисунок, её сердце участило ход, когда осмотрев тот, она нашла, что искала. Прямо над деревьями и животными кобыла разглядела грубое изображение духа хаоса, радостно смеющегося над несчастьем пони.

— Гляньте! Тут ещё есть!

Рэрити подошла к Дэш, Пинки держалась рядом с ней. Ещё больше рисунков украшали стены, изображая большое насекомоподобное существо с крайне отвратительной короной, возглавляющее армию меньших, но столь же отвратительных насекомоподобных существ. В отличие от первой фрески, на этой небольшую часть пони защищали три принцессы.

— Смотрите! Смотрите! Это же четыре принцессы! — воскликнула земнопони, её мрачное настроение почти исчезло при виде любимой принцессы. — Ну, нет, только три принцессы.

— Ха! Теперь я уверена, что это нарисовали не драконы, — сказала пегаска, всё ещё рассматривая рисунок. — Они слишком ненавидят пони, чтобы знать нашу историю.

«Историю?»

«Какой необычный выбор слов, — подумала единорожка. — Как интересно».

Она могла бы продолжить развивать эту мысль, если бы не заметила ещё несколько рисунков. Следующий изображал что-то вроде большого луга, бывшего полем битвы между Дискордом и четырьмя принцессами. Дух стоял с одной стороны, радостно улыбаясь, а с другой стояли три аликорна и ещё одна... бескрылая принцесса?

«Точно! Она ведь не всегда была аликорном…»

Отсутствие крыльев, однако, было не единственной странностью Твайлайт Спаркл на стене. Её элемент магии светился, и более того, вокруг неё было нарисовано несколько чёрных кругов, выделяющих ту на фоне всего остального.

— О, а тут принцесса Твайлайт побеждает злюку Духа! — продолжила Пинки, присоединяясь к Рэрити.

Ещё несколько шагов, и ещё один рисунок оказался на свету — и гораздо более зловещий. Теперь уже аликорнизированная Твайлайт ёжилась от подозрительно дружелюбного на вид Дискорда, его лапа тянулась к ней в явном знаке доброй воли.

«Что это значит?» — интересовалась единорожка, поднося копыто к кулону. Осмелится ли она связаться с Твайлайт и спросить? Рэрити продолжала идти, не отрывая глаз от стены, и была остановлена, столкнувшись с чем-то твёрдым.

— Ой! — вскрикнула она, отступив на шаг, и оглянувшись, кобыла обнаружила своего обидчика: парящий камень, окутанный чёрно-жёлтой магией, что каким-то образом казалась ей знакомой. Более того, оно обнаружила, что дальше по туннелю парит ещё больше камней.

— Это ты делаешь? — спросила Рэйнбоу Дэш, переводя взгляд между светящимся рогом единорожки и светящимися камнями.

— Мисс Дэш, я надеялась, вы считаете, меня достаточно умной, чтобы не бить саму себя камнем, — сухо заметила Рэрити, повернувшись к Рэйнбоу и приподняла бровь.

Пинки подпрыгнула, помедлила несколько мгновений и нахмурилась.

— Какой камень?

— Какой камень? — спросила единорожка. — Этот камень, ко... нечно?..

К своему удивлению, обернувшись, Рэрити обнаружила не парящий камень, а парящую тыкву, по-прежнему окружённую странной двухцветной магией.

— Э-э... тыква?

Пуф! На её глазах тыква превратилась в парящую тарелку с желе.

— Какая тыква? — спросила земнопони.

Пуф! И вновь предмет изменился, став старым вонючим башмаком, потом лампочкой, потом тарелкой, а к девятому превращению единорожка и пегаска уже отошли на несколько шагов назад.

— Рэрити! Я и не знала, что ты можешь менять вещи! — воскликнула Пинки, единственная из трёх, кто не отступила. — А можешь следующим сделать меня?!

— Пинки, я уже говорила, что не имею к этому никакого отношения! — воскликнула единорожка, сильно желая знать, кто же на самом деле стоит за этим, и почему они выбрали такую... раздражающую магию.

«Раздражающую?»

Чем больше она смотрела на перевернутые часы с кукушкой, тем больше понимала, что, хотя это и не было магией ни одного единорога, что та помнила, они напоминали ей о магии, окружающей лабиринт библиотеки Твайлайт.

«Значит, это магия хаоса? Но, если здесь есть магия хаоса, тогда ... тогда Дух должен быть…»

Рэрити глубоко вдохнула, каждый волосок на её шерсти встал дыбом. Она потянулась к своему кулону и осторожно отошла подальше от тромбона. Ей нужно было сохранять спокойствие в данной ситуации, чтобы не спровоцировать Духа на нападение или, что хуже, не всполошить драконов. Как бы сильно единорожка ни хотела заполучить эту книгу, она не собиралась подвергать риску жизни других — особенно когда не знала, что именно происходит.

— Думаю... думаю, будет лучше, если мы вернёмся и попросим помощи у вашего друга, мисс Дэш, — тихо предложила Рэрити.

— Что? Почему? Ты же не хочешь сказать, что испугалась этих дурацких каменных штуковин? Что такого они могут нам сделать? Превратиться в пирог и размазаться по лицу? — спросила Рэйнбоу Дэш.

— Если хотите знать, — продолжала единорожка, — у меня есть серьёзное подозрение, что в этом может быть замешан Дух из легенды.

Прежде чем Рэйнбоу успела что-нибудь спросить, худшие опасения Рэрити сбылись в паническом крике земнопони.

— ЧТО?! ОН ЗДЕСЬ?! — взвизгнула она, подпрыгнув, и прижала копыта к лицу, громко объявляя, что ей ещё есть ради чего жить, что собиралась встретиться с Муни и подарить ей кексик, но если она УМРЁТ, то как тогда сможет ей его подарить, и…

— Тихо! — прервала её Дэш, собственный голос, которой совсем не был тихим, когда та отчаянно пыталась заткнуть рот Пинки копытом. — Забудь о Духе, мы станем драконьей закуской, если ты будешь так орать!

И так две кобылы носились туда-сюда, полностью игнорируя попытки единорожки утихомирить обеих. Им не нужны были паника и крики, им нужна была помощь, но дракон, который мог им помочь, был Денза знает где, и Твайлайт...

«Твайлайт!»

Твайлайт Спаркл была бесконечно лучше, чем ничего, и если кто и знал способ остановить или защитить других от Духа, то это должна была быть она. Повернувшись хвостом к двум кобылам, Рэрити закрыла глаза, сотворила заклинание и стала ждать, ждать и ждать, пока, долгожданное «динь» не оповестило её об успешном соединении.

Она быстро мысленно прокрутила всё случившееся, надеясь, что это будет достаточным объяснением для Твайлайт. Она подумала о нужной ей книге, которая была у злобных драконов, и...

— Рэрити, ЧТО ты делаешь?! Нам нужно заставить Пинки перестать кричать! Пинки Пай!

Единорожка проигнорировала её, вместо этого думая о парящих предметах, и о том, как они меняли форму, и о том, как они напоминали ей о лабиринте...

— Я НЕ МОГУ УМЕРЕТЬ ЗДЕСЬ! — продолжала земнопони, бросаясь на Рэрити и вцепляясь в неё. — Рэрити, я не хочу быть призраком! Я же буду пугаться самой себя, и я...

— Пинки, пожалуйста! — раздражённо воскликнула единорожка, открыв глаза и повернувшись к кобыле. — Я тут пытаюсь... пытаюсь…

Голос Рэрити затих, взгляд зафиксировался на Пинки Пай, и земнопони наконец поняла и увидела, что делает Рэрити.

Широко раскрытые глаза Пинки опустились и остановились на светящемся кулоне, после чего так же быстро метнулись назад, чтобы встретиться с глазами Рэрити.

— Рэрити!.. Твои глаза!.. Они светятся как светлячки! Значит ли это... — она отступила назад, прикрыв копытами восторженную улыбку и последовавший за ней шёпот: — Она меня видит?

«Видит» не было подходящим описанием для этого.

Что за противоречивое ощущение, в то время как глаза единорожки были зафиксированы, прикованы, всецело приклеены к Пинки, её разум в свою очередь анализировал всю информацию, которая обрушивалась на неё со скоростью триллиона километров в час. Впрочем, это ведь не её разум взбесился, не так ли? Нет, это был разум Твайлайт.

Нет, это тоже неправильно.

То были оба.

— Чего? — спросила пегаска, подбегая, чтобы осмотреть Рэрити. — Что у неё с глазами? Опять эта причудливая единорожья магия? Я зна-ММФ!

Копыто Пинки у рта Рэйнбоу Дэш показало себя эффективным средством утихомиривания пегаски, и теперь обе кобылы наблюдали, как единорожка моргнула раз, два, три и, наконец, огляделась по сторонам.

Это было непохоже ни на что, что та когда-либо чувствовала раньше, Она словно видела всё в первый раз, и не могла не чувствовать восторга, даже ликования. Кобыла сделала шаг вперёд, и её взгляд упал на пол, ведь тот был осязаем. Рэрити снова подняла копыто и ударила им по земле, снова, снова и снова, голова шла кругом, и она захихикала, ведь земля остановила её копыто.

В кои-то веки оно не прошло насквозь.

Единорожка больше не могла сказать, какая её часть была Твайлайт, а какая Рэрити, или же её собственный разум создавал иллюзию того, что аликорн почувствовала бы, если бы вновь оказалась жива, но что бы то ни было, у неё перехватывало дыхание.

— Ты в порядке? — спросила Пинки, шагнув к Рэрити, и когда она положила копыто той на плечо, единорожка отскочила в сторону.

«Я это почувствовала».

Заявление не было ложным ни для одной из сторон, не так ли? Твайлайт, которой был дарован кусочек чего-то теперь утраченного, и Рэрити, чьи чувства обострились в результате этой связи. Она посмотрела вниз на свои передние ноги и с детским восторгом сложила их вместе, и это было так просто…

Было так просто представить, притвориться, пожелать, чтобы эти два копыта принадлежали не только единорожке, а Рэрити и Твайлайт, и чем больше она думала об этом, тем больше ей — нет, им — хотелось, чтобы это было по-настоящему. Рэрити чувствовала бесконечную тоску Твайлайт по своей материальности, по физическому контакту с другими, и всё же это была не только тоска Твайлайт, потому что их желания были едины. Рэрити всегда хотела вернуть подругу в явь, но никогда прежде она не хотела этого так сильно, как сейчас.

— Ну вот, — раздался голос Рэйнбоу, привлекая внимание единорожки. — Она тронулась.

— Ш-ш-ш-ш-ш!

Рэрити отвела взгляд от кобыл и перевела его на окружающую обстановку, резко втянув воздух, потому что, о небо, дышать было так приятно, наполнять воздухом лёгкие, и делать это уже не по привычке, а по действительной необходимости.

Её внимание остановилось на парящем камне, и весь восторг тут же улетучился, когда она отступила назад.

Во всяком случае, эта инстинктивная реакция подтверждала догадку единорожки, что здесь присутствует магия хаоса, но... стоило страху появится, он тут же исчез, и она ощутила потребность исследовать камень.

Кобыла обошла его по кругу, любуясь им так, словно это был манекен с её платьем, и внимательно изучила, словно это было древнее заклинание.

— Это остаточная магия хаоса. Магия единорогов и аликорнов может быть отделена от заклинателя, хотя и в небольших количествах, в то время как магия хаоса полностью подпитывается невероятностью, что позволяет ей функционировать как самостоятельная сущность, независимая от заклинателя, — совершенно естественно сказала Рэрити, слова текли из её рта в непринужденном пересказе. — Хаос сам по себе не является ни хорошим, ни плохим; он просто подчиняется своей потребности создавать беспорядок, хотя беспорядок чаще всего вызван тем, что считается негативными действиями, дающими жизнь хаотической стороне магии.

— Ого, а я и не думала, что ты такая яйцеголовая, — сказала Дэш.

Рэрити не смогла удержать смешок.

— О, если честно, я тоже! — воскликнула она, снова чувствуя себя двояко, поскольку сама Рэрити была довольна этим замечанием, в то время как некоторая другая её часть — аликорн — глубоко оскорбилась.

«Тише, дорогуша, — подумала Рэрити, — если бы не связь, ты бы даже слова такого не знала».

Единорожка снова посмотрела на изменяющийся объект, и, хотя она, вероятно, могла бы часами перечислять факты о нем, социальная её часть осознала, что стало как-то жутковато тихо.

Она повернулась к мертвенно тихим Пинки и Рэйнбоу, которые пятились от неё и потрясённо на неё смотрели.

— В чём дело? — спросила Рэрити, и подумала, что, возможно, связь с Твайлайт зашла слишком далеко? Она оглядела себя и не обнаружила никаких внезапно отросших крыльев, она выглядела совершенно по-прежнему.

— Рэ-рэ-рэрити — пробормотала земнопони, поднимая копыто и указывая на стену. — Ри-ри-с-сунок.

Полная чувства нависшей угрозы, единорожка обернулась, и каждую её часть, Твайлайт, Рэрити и их обеих, охватил ужас при виде огромного изображения Дискорда, смотрящего прямо на неё пронзительными светящимися глазами со злобной ухмылкой, растянувшейся от уха до уха.

«Это просто магия хаоса», — подумала единорожка, хотя и не могла сказать, то ли это Твайлайт констатировала факт, или она сама отчаянно пыталась убедить себя, что они в безопасности. Может, и то и другое.

К ужасу четырех кобыл, Дискорд поднял лапу, щёлкнул пальцами, и, хотя звука за этим не последовало, рядом появился второй, и он тоже смотрел прямо на Рэрити. А потом появился ещё один, и ещё, и ещё, пока обе стороны пещеры не заполонили Дискорды, и все они ухмылялись, глядя на единорожку.

Рэрити, не сумев удержаться от взвизга, бросилась к двум кобылам и с ужасом поняла, что изображения на стенах следуют за ней, не сводя с неё глаз.

— Погоди! Погоди, он правда здесь?! — выпалила Рэйнбоу Дэш, распахнув крылья. — Где? Я надеру ему круп! Я так долго этого ждала!

— Его здесь нет! Это просто его магия! — ответила единорожка, не отрывая взгляда от рисунков. — Кажется, их... интересую только я?

«Но почему?»

Ничего не приходило ей в голову, что означало, Твайлайт была так же озадачена, как и она сама. Рэрити ничем не отличалась от Рэйнбоу и Пинки, кроме того, что владела магией. Духа интересовали единороги?

— Что вам от меня нужно?!

Дискорды заморгали, их улыбки на мгновение исчезли. Оригинал снова щёлкнул пальцами, и один за другим на шее каждого рисунка появился светящийся розовый кулон.

Оно знало.

Оно знало, что Рэрити и Твайлайт общаются, жуткая мысль овладела единорожкой.

Что если эта штука хочет навредить Твайлайт?

Было совсем не похоже, что страх, лежащий за этим вопросом, исходил от аликорна. Возможно, там и была толика страха Твайлайт, но в основном это был страх Рэрити, и так же быстро, как пришла мысль, так же быстро, как она осознала, что её могут использовать как орудие против аликорна...

Динь!

Единорожка оборвала связь и чуть не упала от головокружения, пока разум пытался перенастроиться под своё нормальное состояние. Когда она открыла глаза, её встретило всё то же скопище духов Хаоса, теперь уже разочарованно хмурящихся. Один за другим они стали исчезать, пока не остался только оригинал, скрестивший лапы на груди, лишний раз подчеркивая своё негодование.

— Что ж, это было что-то, — сказала Рэйнбоу, возвращая единорожку в реальность.

— Это было страшно! Но даже весело! Но в основном страшно, — добавила Пинки, осторожно подбежав к рисунку и помахала ему копытом.

— Думаю… думаю, он безобиден, — продолжила Рэрити, стараясь не обращать внимания на огорчённый взгляд рисунка, когда появившаяся перед ним тарелка супа решила отрастить крылья и улететь

— Она сказала безобиден, глупышка! Не безобеден!

Единорожка проигнорировала и эту реплику, слишком занятая тем фактом, что она уже начала забывать всю информацию о магии хаоса, которую знала всего пять минут назад. Как жаль, что она не смогла сохранить большую часть знаний Твайлайт.

— Мне без разницы, что это, но нам лучше двигаться дальше, — настаивала Дэш, глядя на извилистую тропинку и усеивающие её меняющиеся предметы. — Если мы задержимся здесь слишком надолго, нас могут найти драконы. Вперёд!

Рэрити неохотно последовала за пегаской и земнопони, только чтобы обнаружить, что Дискорд всё ещё парит на стене подле неё.

— О! О, он следует за нами! — воскликнула Пинки, её голос звучал слишком радостно по этому поводу. — Можно мы его оставим? Назовем его Большой тупой злюка!

Единорожка нахмурилась, отвернувшись обратно. Может, если она будет его игнорировать, он исчезнет?

— Могло быть и хуже — пробормотала она, пытаясь добавить немного юмора в ситуацию. — Он мог бы разукрасить меня, как в тот раз, когда Свити делала мне макияж.

Она тряхнула головой, решив, что размышления на эту тему не принесут ей никакой пользы.

— Мисс Дэш? — спросила она, рысцой нагоняя кобылу. Рэйнбоу Дэш до сих пор не сказала ни слова против ни одного из утверждений Рэрити относительно существования Духа, и её недавняя реплика о желании побить его вызвала несколько вопросов, которые единорожка теперь намеревалась прояснить. — Можно на пару слов?

Рэйнбоу обернулась к ней.

— Смотря о чём. Если ты со... — пегаска замолчала, тут же прикусив губу, явно пытаясь удержаться от смеха. — Эхм... Рэрити…

— Что? — спросила единорожка, приподняв бровь.

— У тебя что-то на лице, — ответила Рэйнбоу Дэш, указывая на что-то позади Рэрити и едва сдерживаясь, чтобы не фыркнуть.

Единорожка снова обернулась, и глубоко, глубоко, очень глубоко вздохнула от возмущения, когда столкнулась с полноразмерным, ухмыляющимся изображением себя в клоунском макияже.

«О, ради всего...»

* * *

Рэрити хотелось знать, сколько времени прошло с момента их маленького инцидента. Они пока так и не нашли драконов, и более того, эта проклятая магия хаоса всё ещё преследовала их, как назойливый паразит.

До сих пор её единственным развлечением была пегаска.

— Но в этом нет никакого смысла! Откуда ты вообще знаешь, как выглядит магия хаоса? — спросила Рэйнбоу Дэш.

— Я прочла об этом в книге, — ответила единорожка, что было правдой. Твайлайт точно прочла — возможно, даже написала — и опосредованно на какое-то время то же можно было сказать и о Рэрити. Не говоря уже о том, что она читала исследования профессора Эйва на эту тему.

Им, наверное, следовало разбудить его, учитывая обстоятельства.

— Изучение чужой магии это не что-то новое. Существует множество видов магии от разных видов населяющих Эквестрию, — добавила она.

Рэйнбоу остановилась, скосив глаза на движущийся рисунок, который теперь принял форму Дискорда, лежащего в шезлонге на пляже, зонтик заслонял его от грубо нарисованного солнца, сияющего над головой.

— А, неважно. Мне это просто показалось жутковатым, — сказала Дэш, потирая лоб. — Где же всё-таки эти проклятые драконы? Мы плутаем тут уже лет пятьдесят!

Единорожка была уверена, что они шли не пятьдесят лет, также она была уверена, что в пещере отчего-то становилось жарче. Действие одного из её любимых приключенческих романов происходило в горах, где протекала подземная река расплавленной лавы, и кобыла подумала, не наткнулась ли она на что-нибудь подобное? А может, то были драконы?

— Драконы ведь дышат огнем? Значит, до них уже недалеко! — воскликнула Пинки Пай. — Ведь тут так жа-а-а-а-а-а-а-арко!

— О небо, а я думала, это всего лишь я! — воскликнула Рэрити, надменно хихикнув над собственной шуткой. — Хотя, должна признать, за последнюю минуту стало довольно жарковато. Не так уж много свежего воздуха попадает в эти пещеры, правда? — добавила она, повернувшись к стене и заметила, что Дискорд смотрит прямо на неё.

Поначалу ей хотелось указать тому, что пялиться — это грубо, но не успела и рта раскрыть, как Дискорд поднял лапу и щёлкнул пальцами. Единорожка отступила назад, ожидая, что произойдёт, но стены остались без изменений. На мгновение она уже расслабилась, пока ту не пробрала дрожь, температура в комнате как будто упала в несколько раз, её глаза расширились, когда одинокая снежинка приземлилась ей на кончик носа.

Три кобылы подняли головы, и, к восторгу Пинки, крошечное серое облачко теперь парило у Рэрити над головой, посыпая ту снежинками.

— О, ха, ха, ха, — отреагировала она, стряхивая снег с лица. Её ответ, похоже, активировал что-то внутри облака, потому что снегопад прекратился, а затем, без предупреждения, на неё обрушилась большая куча снега.

— Ты прекратишь это?! — огрызнулась та на рисунок, ответивший ей щелчком пальцев и глотком сока, появившегося в лапе. Тучка, к счастью, исчезла с потолка вместе с кучей снега, и единорожка позволила себе вздохнуть с облегчением.

Теперь она понимала, почему Твайлайт ненавидела хаотичный лабиринт, захвативший её библиотеку.

— Значит, ты веришь в легенду, да? — земнопони с надеждой спросила у пегаски. — Поэтому ты хочешь преподать ему небольшой урок?!

— Э-э... Ну... — Рэйнбоу Дэш, похоже, колебалась с ответом. — Слушай, тут всё сложно.

— Я верю! — продолжала Пинки, не обращая внимания на позицию Рэйнбоу. — И я собираюсь спасти их всех!

В отличие от земнопони, Рэрити не спешила раскрывать своё доверие к мифу. Несмотря на всё, Вандерболты, технически, работали на принцессу Дензу, а она очень хорошо помнила отношение стражей принцессы к легенде. Было бы разумнее не раскрывать все карты, пока она не убедится, что пегаска на их стороне.

— Пинки? Ты же вроде упоминала, ещё тогда в Холлоу Шейдс, что Вандерболты, по слухам, были созданы, чтобы помочь искать потерянных принцесс? — спросила единорожка, переведя взгляд с Пинки на Дэш. — Это правда?

— Как я уже сказала, всё сложно, — повторила пегаска. — Очень давно, типа, по-настоящему давно, Вандерболты летали для них в поисковые миссии, но они всё время выходили на ложный след, и возникли другие более важные дела, так что те забросили поисковое дело и стали более практичной воздушной командой. Во всяком случае, так нам говорят.

— Да, но как вы думаете, что на самом деле произошло? — настаивала Рэрити. — По всей Эквестрии разбросано достаточно доказательств того, что принцессы в определённый момент существовали, но вопрос в том, что произошло? Вы тоже верите, что они всё ещё взаперти или... — она тщательно обдумала свои следующие слова, прекрасно зная, что Пинки они в любом случае не понравятся. — Вы верите, что их убили?

Земнопони ужаснулась.

— Рэрити!

— Убили? — переспросила Рэйнбоу Дэш, нахмурившись. — Нет, такого точно не было.

— Вы не можете этого знать, разве что встретились с одной из них, — возразила единорожка. Затем отступила назад, склонив голову набок и с улыбкой спросила, — Не так ли? Уж извините за домыслы, но довольно любопытно, как вы без капли сомнений рассуждаете об этой «легенде», как будто это — как вы выразились — наша история?

— Как ты и сказала, существует достаточно доказательств того, что когда-то давно они существовали, — возразила Рэйнбоу. — В любом случае, почему ты считаешь, что их убили? Это безумие!

— О, я совершенно согласна, но, э-э, один авторитетный ученый, похоже, считает, что принцесса Кейденс Первая убила их, чтобы они с Духом могли править вместе.

— Но принцесса Кейденс никогда бы так не поступила! — выпалила Пинки, бросив на единорожку обиженный взгляд за распространение абсурдной теорией профессора. — Принцесса Кейденс провела всю свою жизнь в поисках остальных, и...

— ХА!

Дэш резко остановилась, уставившись на земнопони так, словно та только что сказала нечто даже более варварское, чем теория заговора Брейзнеда Эйва.

— Принцесса Кейденс потратила всю свою жизнь на их поиски?! Я вас умоляю! — бросила она, хлопнув крыльями.

— Да, потратила! — возмутилась Пинки. — И принцесса Денза ище...

— Принцесса Денза? — спросила пегаска, её голос прямо сочился презрением. — Принцессе Дензе больше нравится сидеть на троне и махать копытцем, чем помогать принцессам! — она усмехнулась — Принцесса Денза помогает! Ха!!

— Рэрити! Скажи же что-нибудь! — взмолилась земнопони, и хотя единорожке хотелось защитить своего правителя, чем больше она думала об этом, тем больше...

Если принцесса Денза верила в легенду, то почему... почему все её усилия ограничивались двумя стражниками, высмеивающими любые доказательства?

Должно же быть какое-то разумное объяснение! Принцесса Денза никогда не попытается причинить вред кому-либо, и она бы не позволила, чтобы принцессы были в заточении навсегда! Если бы она только могла поговорить с ней, когда была в Кантерлоте…

Её мысли были прерваны оглушительным рёвом, и три кобылы приникли к ближайшей стене — даже рисунок был удивлён, его напиток и попкорн упали на землю.

— Похоже, мы уже близко! — воскликнула Рэйнбоу Дэш, выглядя гораздо более воодушевлённой близостью драконов, чем следует разумной пони. Не помогла и восторженная улыбка Пинки, означавшая, что та разделяет её восторг.

— Может, это дружелюбный дракон! — предположила земнопони, подпрыгивая на месте. — Пойдём поздороваемся!

— Пинки, нет! — прошептала Рэрити, жестом призывая кобылу держаться ближе. — Нам не следует отходить друг от друга, иначе мы рискуем....

У неё перехватило дыхание, когда она заметила, что земля под Рэйнбоу и Пинки теперь бурлила магией хаоса.

— Стоп, нет! — выпалила единорожка, но прежде чем её предостережение успело возыметь действие, земля под двумя кобылами превратилась в слой желе, сквозь который те с удивлёнными криками провалились.

Рэрити бросилась к краю образовавшейся на их месте дыры и, выглянув вниз, с огромным облегчением обнаружила, что они просто провалились в другой туннель прямо под ними.

— Девочки?! Вы там в порядке?! — спросила она, наблюдая, как Дэш поднимает упавший фонарь, освещая нижний туннель.

— Мы в порядке! Вроде как... — она встала и огляделась по сторонам. — Мы в другом туннеле! Пинки, ты можешь встать?

— Что мне делать? Прыгать к вам вниз?

— Нет, нет! Я залечу обратно! Просто дай мне секунду в...

Рэрити так и не услышала конца фразы, потому что как только Рэйнбоу предложила залететь обратно, магия хаоса вернула пол в его первоначальное каменистое состояние.

— Нет! Рэйнбоу Дэш?! Пинки Пай?! — закричала единорожка, сердце бешено колотилось в груди, когда она изо всех сил ударила копытом по земле и магии. — Прекрати это! Верни их обратно! — кобыла стиснула зубы и обернулась к стене, обнаружив, что Дискорд весело машет ей лапой. — Ты!.. Знаешь что? Я не собираюсь доставлять тебе удовольствие, позволяя этому волновать меня! Ха!

Так что Рэрити поспешила прочь, пытаясь сосредоточиться на том, что действительно имело значение, а именно на поиске остальных. Поблизости скрывались драконы, и она беспокоилась за себя и двух кобыл. Что, если их фонарь погаснет и они останутся в полной темноте? А как насчёт неё самой? Если она столкнётся со злобным драконом, ей будет гораздо труднее справиться в одиночку.

Единорожка посмотрела в сторону, заметив, что Дискорд теперь парил вдоль стены, развалившись на плохо нарисованном облаке.

— Если это моя единственная компания, я, честно говоря, предпочла бы остаться одна, — пробормотала та.

В ответ Дискорд слез с облака и щёлкнул пальцами. Перед её глазами его образ исчез, и она обнаружила, что смотрит на детальную копию Твайлайт Спаркл в натуральную величину. Сходство было такое, что Рэрити на мгновение оказалась заворожена им и отвлеклась только, когда на шее «Твайлайт» появился светящийся кулон, на который тут же указал рисунок.

Единорожка моргнула и посмотрела на свой кулон, который теперь ярко светился.

— О!

Первой её реакцией было ответить, но образ «Твайлайт» на стене заставил её думать иначе.

— Ха! Ты же хочешь, чтобы я ответила, не так ли?! — спросила она у рисунка, и тот — та? — ответил ей кивком. — Что ж, выкуси!

По правде говоря, Рэрити ничего так не хотела, как снова связаться с Твайлайт, особенно теперь, когда технически осталась одна, но отказывалась каким-либо образом подвергать аликорна опасности.

— И может, уже прекратишь подражать ей?! — прошипела она, топнув копытом. — После всего, что ты, вернее твой хозяин, сделал с ней, у тебя хватает наглости принимать её облик!

Резкие слова единорожки, по-видимому, ранили «Твайлайт», что она проявила, опустив уши и скребя копытцем землю, комично крупные слезы катились по её щекам. Над ней появилось большое красное сердце, которое тут же раскололось на куски и дождём посыпалось на опечаленную иллюстрацию.

И пони называли Рэрити драматичной.

— О, я тебя умоляю, — пробормотала она, фыркнув для пущей наглядности и продолжила свой путь, твёрдо решив больше не обращать внимания на рисунок. Ей хотелось сказать ему, что она будет рада вернуться с банкой растворителя, но решила, что лучше вообще не связываться с ним.

Единорожке прекрасно удавалось игнорировать его, на самом деле, та даже умудрилась сосредоточиться на попытках услышать девочек, пока не остановилась, заметив ярко-жёлтую стрелку, нарисованную на полу, указывающую вправо.

— Что...

Обернувшись, она тут же возненавидела себя за это. Нарисованная Твайлайт всё ещё была там, на стене, но теперь окружена десятками красных сердечек, и смотрела на Рэрити со столь любвеобильным выражением лица, какого от настоящей Твайлайт, вероятно, ни в жизнь — или, в её случае, ни в смерть — не дождёшься.

— В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ СПРАШИВАЮ, ПРЕКРАТИШЬ ТЫ УЖЕ НАКОНЕЦ?! — выкрикнула раздосадованная единорожка, отвернувшись и уходя далеко-далеко-далеко вперёд от магии хаоса, ведь она не могла просто стоять там и терпеть издёвки от какой-то нелепой разумной магии!

— Скорее! Я что-то слышал! — раздался хриплый голос неподалеку.

«Драконы!» — подумала Рэрити, отступая на пару шагов назад.

Она повернулась к стене и обнаружила, что «Твайлайт» выглядит довольно испуганно.

— Посмотри, что ты наделал! Это всё твоя вина! — упрекнула кобыла, только чтобы увидеть, как рисунок, помахав ей на прощанье, уносится куда подальше. — Погоди! Вернись! Не смей оставлять меня здесь! Ты немедленно вернёшься сюда и столкнёшься с этим вместе со мной!

— Вон она! Пони!

Единорожка обернулась, чувствуя, как сердце уходит в копыта при виде не одного, а двух драконов, несущихся к ней. Страх парализовал её, не позволяя ни сбежать, ни спрятаться.

Вот и всё? Это конец, финишная прямая, вот её судный день надвигается, чтобы огласить свой пламенный приговор. Единственным утешением было то, что она отказалась отвечать Твайлайт, по крайней мере, той не придётся наблюдать — и пережить — её ужасную кончину.

— Это же последняя? — спросил один из драконов, оглядывая Рэрити, когда они подошли ближе. — Они же сказали, что их было всего три?

«О Денза, неужели Рэйнбоу и Пинки тоже попались?»

— Эй! Пони! — рявкнула вторая, выводя единорожку из оцепенения. — С тобой ещё кто-нибудь есть?! Тебе лучше никого не прятать, иначе... — она улыбнулась, демонстрируя Рэрити очень чёткий и пугающий вид своих многочисленных острых — и просто ужасающе жёлтых — зубов.

Единорожка нервно улыбнулась.

— Ого, это действительно впечатляет! Я завидую вашей жемчужной белизне! — сказала она, надеясь, что её чары могут отсрочить запланированное поедание пони.

Дракониха на мгновение растерялась.

— Э-э, спасибо. — Тряхнув головой, она прорычала: — Лестью ты ничего не добьёшься! Ты идёшь с нами! — Сказав это, она развернулась и пошла прочь. — Идёшь сзади, Хром!

— И не пытайся использовать эту вашу странную понячью магию, поняла?! — прошипел первый дракон. — Гаси рог!

Рэрити неохотно подчинилась, оборвала заклинание освещения, и погрузилась в темноту. Она ожидала, что дракон прикажет что-нибудь ещё, но вместо этого он несколько раз моргнул.

— О, погодь, вообще-то, это было довольно полезно... — пробормотал он. — Пони! Сотвори это ещё раз! Сейчас же! И не пытайся выкинуть что-нибудь забавное, а не то...

Единорожка не была склонна к комедии, поэтому собиралась в точности выполнить приказ, но тут ей пришла идея получше.

— А, да, дай мне минутку, — пробормотала она, закрывая глаза и использовала заклинание связи.

«Ну же, ответь, ответь, отве...»

Динь!

Рэрити открыла глаза, и испытала удивление, увидев, что на неё пристально смотрит дракон. Нет, это было не удивление, а скорее... гнев... беспокойство?.. о себе, случайные мысли проносились в её голове со скоростью миллиона километров в час. Почему она не ушла? Почему она всё ещё охотится за этой книгой?! Что, если они съедят её, или ХУЖЕ, что, если они возьмут ту в плен навсегда, и тогда, если она окажется в плену, Твайлайт никогда не увидит её снова, а если Твайлайт никогда не увидит её снова, она...

— Это другое заклинание! — зарычал дракон, делая шаг назад, его глаза сузились — Я же говорил, что если ты...

— Это смягчённое заклинание освещения! Оно... — единорожка замялась, внезапно осознав, что не знает, что придумать в оправдание, пока, как и прежде, ответ буквально не перешёл к ней. — За драконами в целом наблюдается более позитивная реакция на естественный солнечный свет, чем на искусственный. Моё заклинание может производить только искусственный свет, поэтому я подумала, что для вас будет лучше, если я использую смягчённое заклинание. — Сказав это, она театрально всхлипнула и, положив копыто на грудь, удручённо отвернулась. — Я просто пыталась быть полезной, правда…

— О... Ну, давай же! Шевелись! — смягчился дракон, указывая в конец туннеля.

— Хорошо... — тихо прошептала Рэрити, лишь для того, чтобы, отвернувшись, позволить детской улыбке украсить своё лицо.

Ха! Испугалась? Она не испугалась! Она только что провела драконов! Она могла сделать всё, что угодно! Да она, наверное, могла бы перехитрить тысячи драконов, скрывающихся в хребте Якет! Не считая того, что технически и реалистично говоря, в пределах хребта Якет не могло находиться тысячи драконов, ведь тогда на каждые пять кубических метров приходилось бы около...

Короче говоря, теперь она могла справиться с любым драконом.

Драконы вели единорожку дальше в горы, всё глубже и глубже, отчего начинало казаться, будто этому не будет конца. И похоже, она вновь обрела контроль над своими мыслями, поскольку больше никаких навязчивых мыслей не текло в её разум. Она мельком взглянула на свой кулон и с облегчением выдохнула, убедившись, что он всё ещё светится.

Вернув взгляд вперёд, Рэрити наконец увидела... свет?

Свет в конце туннеля, и она изо всех сил старалась не думать о том, что обычно подразумевала эта фраза. Ни один из двух драконов не казался обеспокоенным, что заставило её признать, что ни Элизиум, ни Тартар не ждали ту в конце туннеля, и это, конечно, не гарантировало, что ей не предстояло посетить одно из этих мест в ближайшее время.

Драконы ускорили шаг, и единорожка оказалась у источника света раньше, чем надеялась.

К её удивлению, туннель выходил в гигантскую пещеру с большой круглой каменной платформой посередине и десятками драконов, рассеянных повсюду: цепляясь за стены, они покрывали пол, везде, где могли поместиться, их взгляды были прикованы к Рэрити и двум другим драконам.

Что касается самой пещеры, несколько массивных отверстий усеивали потолок, позволяя солнечному свету проникать внутрь и подкрепляя ощущение единорожки, что они забрались внутрь горы. Отверстия не выглядели естественными, больше походило, что те были порождены взрывами. Да и стены самой пещеры, при ближайшем рассмотрении, оказались покрыты... подпалинами.

На самом деле, это напомнило ей о таких же следах, украшавших некоторые стены библиотеки, и только она заметила эту параллель, в её сознание проникли рассуждения Твайлайт.

«Конечно они похожи, ведь и те, и другие порождены магией сражающегося аликорна. Но тогда…»

Сердце Рэрити упало, хотя вполне возможно, это просто чувства Твайлайт усиливали её собственные. Помимо взрывов пещеру пропитывала магия хаоса, так что было несложно догадаться, с кем сражалась таинственный аликорн. Но оставался один вопрос…

Какая принцесса сражалась здесь с Духом?

— Лорд Тэгар, мы нашли ещё пони!

Единорожка перевела взгляд к центру помещения и едва сдержала крик. На платформе стоял самый большой красный дракон, какого та когда-либо имела несчастье видеть.

Его лицо и тело были навсегда изуродованы мириадами отвратительных шрамов, а болезненные жёлтые глаза не выдавали никаких эмоций. Красные шипы тянулись вдоль его позвоночника до самого кончика хвоста. Его крылья были чернее, чем темнота пещер, Рэрити ужаснулась, заметив, что нижняя часть левого крыла была разорвана или скорее разодрана в клочья.

И что любопытно, у неё создавалось отчетливое впечатление, что она — или, скорее, Твайлайт — встречалась с ним раньше. Давным-давно, в тот момент времени, который она не могла ясно вспомнить, как бы ни старалась раскопать воспоминания, которые ей не принадлежали.

Драконы привели её к своему лидеру, и чистейшее, блаженное облегчение нахлынуло на ту, когда единорожка увидела Пинки Пай и Рэйнбоу Дэш, стоящих перед драконом, без сомнения, тоже попавших в засаду.

— Рэрити! — воскликнула Пинки с не меньшим облегчением. — Тебя не съели! О! И твои глаза...

— Заткнись, пони! — рявкнул дракон рядом. — Я не разрешал тебе говорить!

Хотя её уши прижались к голове, а грива немного поникла, земнопони не могла заставить себя замолчать, сперва не показав дракону язык, чем заслужила ещё больше симпатии единорожки.

Лорд Тэгар опустил голову, с презрением глядя на трёх кобыл.

— Вы три. Какое у вас дело к драконам? — спросил он, и даже его грубый, скрипучий голос показался Рэрити знакомым, только усиливая впечатление, что она встречала его раньше.

— Мы здесь, чтобы вернуть кое-какие вещи, — ответила та, стоя так прямо и гордо, как только могла, столкнувшись с подобным созданием. Единорожка изо всех сил старалась говорить почтительным тоном, чтобы каким-либо образом не оскорбить лорда драконов.

— Вещи, которые вы украли! — рявкнула Рэйнбоу, мгновенно проигнорировав отчаянные жестикуляции Рэрити.

— Потому что вы злюки! — добавила Пинки, так как, очевидно, ни она, ни Дэш не беспокоились ни о своей собственной жизни, ни о жизни других присутствующих единорожек.

Лорд Тэгар рассмеялся.

— Я не контролирую, что делают мои драконы! — Он наклонил голову ещё ниже, достаточно низко, чтобы Рэрити могла чувствовать жар и запах его отвратительного дыхания на своём лице. — Откуда мы вообще знаем, что это ваше? Теперь это собственность драконов.

— Вообще-то, — Рэрити вежливо улыбнулась, — Среди них есть книга, подписанная именем моей подруги.

— О? Это должно быть интересно, — сказал Тэгар, отстраняясь и перевёл взгляд на группу драконов. — Принесите мне книгу! Сейчас же!

Мгновение спустя появился дракон, в котором Рэрити узнала одного из подростков с ярмарки. Он выглядел злым и обиженным, когда неохотно протянул книгу лорду драконов.

— Это она? — спросил Тэгар, беря маленькую книжечку в свои массивные когти. — Скажи своей подруге, что, к несчастью, её книга сгорела дотла! — Не утруждаясь проверить слова Рэрити, он сделал глубокий вдох, подбросил книгу в воздух и дыхнул на неё пламенем.

— Нет! Она была нам нужна! — закричала земнопони, прижимая копыта к щекам. — Без неё мы не сможем!.. Рэрити!

Единорожка повернулась к Пинки с терпеливой улыбкой на губах. По правде говоря, единственной реакцией, которую у неё вызвала выходка лорда драконов, было раздражение. Одна её половина была раздражена тем, как обошлись с книгой, в то время как другая была ещё более раздражена бесполезной тратой времени.

Не успел Тэгар закончить извергать пламя, как книга с громким стуком упала на землю. К удивлению всех, кроме Рэрити, она была совершенно цела, так как была защищена золотого цвета барьером.

Что действительно удивило Рэрити, так это реакция. Ни Тэгара, ни драконов, ни её спутниц.

А магии хаоса, разбросанной по стенам.

Столь же быстро, как вокруг книги возник барьер, магия хаоса начала сходить с ума, потрескивая и шипя. Из каждого угла пещеры она атаковала книгу: пирогами, дымовыми шашками, камнями, магическими лучами. В тщетной и отчаянной попытке уничтожить несокрушимую книгу.

— Ч-что происходит?! — закричал дракон.

Единорожка отступила назад, и у неё голове всё сложилось. Ну конечно же! Магия хаоса прежде обнаружила её связь с Твайлайт, и теперь, когда она столкнулась с остатками настоящей магии аликорна, та, должно быть, решила, что принцесса и правда здесь.

Но кто наложил защитное...

«Селестия».

Это имя само собой пришло в голову Рэрити, хотя запоздало она всё же поняла, что это не совпадение. Сознание Твайлайт уже какое-то время молчало, настолько, что она даже забыла, что они были связаны.

— Довольно! — взревел лорд драконов, и все затихли, включая буйную магию хаоса. Когда стало совсем тихо, он снова посмотрел вниз, на кобыл, и его лицо исказила довольная улыбка. Тэгар взял книгу в когти и осмотрел её, прежде чем небрежно бросить в кучу самоцветов в стороне. — Это будет редкое сокровище в моей личной куче.

— Но, э-э, лорд Тэгар, простите за дерзость, но я полагаю, что ваши сокровища уже обладают невообразимой ценностью, — произнесла Рэрити, делая осторожный шаг в его сторону, но тут же отступила, когда на неё зашипел дракон. — Не могут же эти вещи быть такой колоссальной потерей?

— Слушай сюда, пони! — ответил лорд северного племени, поворачиваясь к своим драконам. — Так же как потеря этой жалкой кучки скарба не убавит наших славных сокровищ! Они будут более полезны в качестве мишени для моего пламени! — Всё ещё смеясь, он повернулся к единорожке и покачал головой. — Дракон, маленькая пони, никогда не поможет и не вернёт вещей вашему виду.

— А вот и поможет! — запротестовала Пинки, свирепо глядя на лорда драконов. — Есть дружелюбные к пони драконы!

И это... это заставило драконов рассмеяться. Вся комната наполнилась ревущим смехом лорда Тэгара и его приспешников. Что-то в этом ужасно задело Рэрити, как будто кому-то дорогому ей только что нанесли личное оскорбление.

— Драконы?! Дружелюбные к пони? Ни один дракон, достойный своей шкуры, не сочтёт тебя чем-то большим, чем едой! — взревел он, ударив когтем по земле, вызвав небольшое землетрясение. Затем поднял коготь и прошипел, — приведите ко мне такого дракона, и я нашинкую его доброту своим собственным когтем.

Внезапно единорожка поняла, почему друг Рэйнбоу не пошёл с ними.

— Это правда! — невозмутимо продолжала земнопони, единственным признаком её страха были слегка опущенные уши.

— О, а ты забавная пони. Смотрите, мои драконы! Посмотрите на этих трёх существ, как они приходят сюда, говоря о дружащих драконах и пони! Разве это не смешно?! — Тэгар снова повернулся к Рэрити и остальным, снова наклонил лицо ближе, чем когда-либо прежде. — Скажите, а вы не знаете, что случилось с последним драконом, который «дружил» с пони?

Едва он задал вопрос, как вся комната наполнилась шипением и рычанием. Драконы, очевидно, знали, но все три кобылы понятия не имели... или, скорее, единорожка думала, что не знает, но реакция драконов вскрыла что-то внутри неё. Ужасный страх, а так как у неё не было воспоминаний, которые могли бы вызвать его, это могло означать только одно.

Твайлайт знала.

— В последний раз, когда дракон был добр к вашему виду, вы пытались использовать его, чтобы спасти свои шкуры от владыки хаоса, — сказал лорд Тэгар, прищурившись. — Но нет. Нет, дело было не только в этом. — Он снова отстранился, внушительно, сердито, угрожающе. — Из-за того, что дракон дружил с пони, вся драконья раса была втянута в войну между Эквестрией и повелителем хаоса.

А потом это случилось. Это было недолго, очень недолго, но воспоминание ворвалось в сознание Рэрити, воспоминание, которое не принадлежало ей и, без сомнения, неохотно всплыло из сознания Твайлайт. На краткий миг она вспомнила — или увидела — себя в тронном зале Кантерлота, лицом к лицу с десятками разъяренных драконов во главе с гораздо более молодой версией Тэгара.

— Напасть на одного из нас, напасть на всех нас! Выбирайте мудро, принцессы, ибо вы, может, и спасётесь от гнева владыки хаоса, но столкнётесь с жгучим гневом драконов!

Единорожка отступила назад, её сердце гремело в груди.

«Что... Что только что...»

— Повелитель хаоса? — спросила Рэйнбоу, и лорд драконов перебил её прежде, чем та смогла продолжить.

— Не притворяйся, что не знаешь! — сказал он, отстранившись. — Это самый популярный понячий миф! Три принцессы, которые глупо потеряли свои жизни, когда пытались обмануть владыку хаоса!

Рэрити шагнула вперёд.

— Но какое это имеет отношение... — её вопрос о драконах затих, прерванный не лордом Тэгаром или кем-то ещё, а внутренней неспособностью продолжать. Это было так, словно весь разум единорожки просил, умолял ту не спрашивать больше, умолял Тэгара заткнуться, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Война бушевала внутри неё, сознание Твайлайт заполняло связь в панике, что... Рэрити узнает больше…

— Но... Но... — слова сорвались с губ, её собственное сознание пыталось восстановить контроль, потому что она хотела знать, ей нужно было знать, пожалуйста, они зашли так далеко, она просто хотела понять Твайлайт больше.

Неужели она ей не доверяет?

— Но что насчёт драконов?! — наконец выпалила та, почти крича, как будто слова слетели с губ без разрешения. Глаза единорожки расширились, и она отступила назад, грудь вздымалась с каждым вздохом. Страх остался, но теперь был подавлен, стал тише, и когда та посмотрела вниз на свой кулон, облегчение затопило её от вида розового свечения.

— Но какое это имеет отношение к драконам? — снова спросила Рэрити, на более приемлемой громкости, но всё ещё громко и ясно чтобы все слышали — включая Твайлайт.

Тэгар снова рассмеялся, но это был очень горький смех.

— Конечно вы не знаете. Мне не следует удивляться, что пони переписывают свою же историю для собственной выгоды. Скажи мне, пони, — спросил он, склонив голову набок, — почему повелитель хаоса пошёл против четырёх принцесс? Почему он снова объявил им войну?

Единорожка почувствовала, как в ней вновь просыпается страх, но она храбро продолжала идти вперёд.

— Они... они нарушили мирный договор, заключённый с ним, когда отказались дать ему землю, о которой он просил?

— Землю? Думаешь, это то, о чём он просил? Ты не так уж далека от истины, пони. Первые несколько лет ему всегда давали землю. Однажды они даже попытались отдать ему владения нашего западного племени! Пони думают, что они владеют всем! — Его заявление было встречено рёвом других драконов. — Но нет, не об этом он просил.

— Я был там, знаешь ли. Был там, когда это случилось. В первый раз пони были достаточно «любезны», чтобы позволить нам войти в их милый маленький замок. И не только нам! Всем видам! Даже той деревушке гадких чейнджлингов. Драконы были вынуждены сидеть рядом с этими вероломными созданиями.

И снова незваные вспышки воспоминаний всплыли на поверхность, и Рэрити увидела это. Увидела все виды, от зебр, до чейнджлингов и мантикор... все ведомые Дискордом, идущим с восторженной улыбкой на лице.

— Принцессы пригласили их? — спросил Пинки. — Разве это не хорошо?

— Нет, — сказала Рэрити, и она не могла точно определить, то ли видение позволило ей догадаться об этом, то ли это сказала Твайлайт. — Это был он.

Ему нужны были свидетели.

Но зачем?

— Но... это же война! Это было только между нами! — заметила Рэйнбоу. — На кой ляд ему понадобились там другие виды? Это не их дело!

— Мы тоже так думали, — ответил лорд драконов, снова наклонившись. — Мы все так думали, каждая раса! Но ваша раса никогда не видела и никогда не поймёт, что ваши проклятые войны никогда не обходят нас стороной. Хотим мы того или нет, но вы всегда втягиваете в это нас. — Он отстранился, ядовитая ненависть пронизывала каждый слог, слетавший с его губ. — Я помню войну до ваших «мирных» договоров! Я помню, как Дискорд сеял хаос в моих землях, наводя страх на моих драконов с помощью этой королевы чейнджлингов. И даже после всего, что он сделал, эти принцессы всё равно обошлись мягким наказанием!

Вина.

Волна вины захлестнула единорожку, и всё же она знала, что это были не её чувства, но она чувствовала её, смешанную со скрытым желанием, чтобы Тэгар прекратил говорить, прекратил разглашать, ну пожалуйста.

— Вы не ответили на мой вопрос, лорд Тэгар, — настойчиво повторила Рэрити. — Как в этом замешаны драконы?

— Он был так счастлив, — ответил Тэгар. — Он был счастлив, и я должен был догадаться, что что-то не так. — В его голосе звучало раскаяние, он злился на себя, его зубы оскалились. — Даже ваши принцессы — то, как они на нас смотрели. Они знали, что что-то не так. Ему не нужна была земля.

И снова, стоило ему закончить, в голову единорожки ворвалось, нет, не зрительное воспоминание, а голос. Тошнотворно счастливый голос, который она слышала так же ясно, как если бы его обладатель был здесь.

— Честное слово, я ужасно устал от земли! Это так невыносимо одиноко править в соло... на этот раз я хочу кое-что другое! Уверен, вы одобрите!

Тревога Рэрити росла, почти так же сильно, как и прежде, и она снова чувствовала, слышала, ощущала, как Твайлайт хочет, чтобы это прекратилось, ну пожалуйста, но было уже слишком поздно, плотина была прорвана, и всё, что оставалось, это плыть или утонуть.

Рэрити решила плыть, даже если Твайлайт предпочитала утонуть.

— Тогда что же он просил? — спросила единорожка, снова делая шаг вперёд.

— Он смотрел на меня и моих братьев, когда сделал это, — сказал лорд драконов, тяжело дыша, дым вырывался из уголков его рта. — Он щёлкнул пальцами, и рядом с ним появилась поганая крошечная клетка, и вы знаете, что было внутри? Перепуганный детеныш дракона взывавший к этим принцессам о помощи!

— Т-Твайлайт! Принцесса Селестия!

— Нет! Нет, Дискорд, что ты делаешь?!

— Драконы живут так долго! Я просто хочу себе вечного приятеля!!

— Дракон?! Н-нет, этого не может быть! — прорычала Рэйнбоу, выглядя более встревоженной, чем была всё это время. — Это не может быть правдой! Он же просил землю! ...Да? — Она отступила назад, глядя в землю широко раскрытыми глазами, пегаска уже не выглядела сердитой, а скорее растерянной.

— Но зачем? — спросила Пинки. — Почему бедный дракончик?!

— Почему?! Потому что он был их другом! — взревел Тэгар, ударив когтем по земле. Под копытами Рэрити всё задрожало, а магия хаоса, кружившая вдоль стен, снова стала беспокойной. — Потому что он был связан с ними, и какова была его награда?! КЛЕТКА!

Несмотря на то, что кулон по-прежнему светился, присутствие Твайлайт будто исчезло. Как будто откровение было слишком ужасным, чтобы вынести, и она добровольно подавила себя, став тихим зрителем. Но Рэрити не нуждалась в ней.

Она не нуждалась в ней, потому что теперь могла сама сложить все кусочки вместе. Всё встало на свои места, костяшки домино падали одна за другой. Единорожка вспомнила чёрно-белую картину с изображением дракончика в библиотеке, вспомнила утверждения Твайлайт о том, что не все драконы плохие, и вспомнила легенду, в которой говорилось об одинокой принцессе и её грозном спутнике, верном несмотря ни на что. Она вспомнила этого Спайка, о котором Твайлайт боялась упоминать, чье имя просачивалось сквозь зазоры небрежных разговоров.

Она поняла, к какому виду он принадлежал.

— Но... Но он не мог!.. — запротестовала Рэйнбоу. — Должен же был быть закон, запрещающий это, или что-то в этом роде, я не знаю!

«Закон?» — подумала Рэрити, подняв копыто, чтобы взяться за кулон. — «С чего бы ему подчиняться законам?»

— Думаешь, закон для него что-то значит?! Он владыка хаоса! Закон для него драконьи игрульки! Закон! У таких существ, как он, нет ни морали, ни принципов! Даже у драконов они есть! Но знаете, у пони их тоже нет. — Лорд драконов стиснул зубы и, прищурившись, снова наклонился. — Жизнь дракона была разменной монетой в войне пони, и знаете, как отреагировали пони?

— Они требовали его ЖИЗНИ! Вокруг нас вы, пони, умоляли своих вождей согласиться, позволить этому чудовищу взять невинного дракона в качестве своего «компаньона» в обмен на год мира?! Они были готовы отдать его!

Тэгар был в ярости, вне себя от гнева, и Рэрити понимала. Она понимала, потому что слышала крики в своей голове, призывающие принцесс согласиться, и хотя она больше не могла сказать, были ли это воспоминания Твайлайт или её собственное воображение, теперь это не имело значения. Она слышала, как они призывают к драконоприношению.

Ведь это им и было, не так ли?

— И это даже не самое худшее, — злобно продолжал он. — Они отравили его! Эти пони с их криками! Они отравили его, что даже ОН просил пожертвовать им, даже он был готов отдать свою жизнь Владыке Хаоса, чтобы спасти пони от их собственной войны! Но ведь это никогда не было его выбором, не так ли?

Нет.

Нет, это был выбор принцесс. Всё зависело от них четырёх, пойдут они на войну или нет.

Ужасное, невозможное решение, где они начнут войну, независимо от выбора, будь то против драконов или против Дискорда, и тут единорожка поняла, что именно этого и добивался Дискорд. Война любой ценой.

Ей не нужно было спрашивать, чтобы узнать, что ответили принцессы. Никому из присутствующих не нужно было этого делать, потому что все они знали, все они выросли на этой легенде и все понимали конец.

— Принцессы отказались, — сказала Рэрити, обращаясь уже не к Тэгару, а к себе и слушавшей её аликорну, — и Эквестрия начала войну с Дискордом.

Но это были не принцессы, не все четыре... не так ли?

Она знала, то ли потому, что Твайлайт знала, то ли потому, что теперь всё было очевидно, выбор никогда и не зависел от всех четырёх принцесс просто потому, что Дискорд выбрал не просто дракона. Это не было выбором всех четырёх, пойти против воли своих подданных и ввергнуть королевство в войну, которая в конечном итоге закончилась вечным заключением трёх принцесс.

Выбор сделала Твайлайт.

И теперь аликорн вернулась, её сущность, её отчаяние, и в большей степени чувство вины, переполнявшее единорожку. Это была давящая, удушающая вина за то, что она сказала «нет». Она втянула Эквестрию в войну, она подвергла Спайка опасности, просто потому что знала его. Это была её вина. Её вина, потому что Рэрити больше не могла сказать, её она или Твайлайт, потому что она ощущалась как её. Слезы выступили на глазах единорожки, и она почувствовала, как её колени подкосились под тяжестью понимания Твайлайт таким ужасным образом.

«Моя вина».

Два знакомых слова просочились в сознание кобылы, и она могла только бороться, чтобы сохранить своё присутствие, чтобы отличить себя от Твайлайт, потому что ей было больно столь интуитивно осознавать боль, которую аликорн испытала, вынужденная сделать невозможный выбор.

И снова ужасная вспышка, голос, и как же она ненавидела его, как хотела задушить, заставить остановиться.

— Ну же, принцесса! Не волнуйся! Я хорошо о них позабочусь! Принцесса Луна, принцесса Селестия, а теперь и ты! Ты сама навлекла на себя это, Твайлайт! Если бы ты только не была столь глупа, чтобы обмануть меня подобным образом.…

И последний образ ворвался в её сознание. Луг, и Рэрити была на нём, глядя на Дискорда сверху вниз, она могла слышать собственный голос — Твайлайт или Рэрити, это уже не имело значения — её голос громкий и отчётливый.

— Вот и всё, Дискорд! Я прекращаю эту войну прямо сейчас!

ТРЕСК!

Связь внезапно оборвалась, и единорожка пошатнулась, отчаянно пытаясь успокоить свои дыхание и сердцебиение. Она знала, что больше не колдует заклинание, а когда посмотрела вниз, то увидела большую трещину, протянувшуюся через кристалл кулона. Однако он не вернулся к своему чистому цвету, что давало некоторую надежду на то, что он ещё работает. К сожалению, Рэрити не получила от этого большого облегчения, так как её голова, казалось, тоже раскололась на части, окутывая ту жгучей, пульсирующей болью.

— Рэрити? Ты в порядке?!

Единорожка огляделась и поняла, что Пинки стоит рядом с ней, крайне обеспокоенная. Рэйнбоу Дэш же, по-видимому, ничего не заметила, продолжая разговор с драконом.

— Ты просто остановилась! И я забеспокоилась…

— Я... я...

Что вообще она могла ответить?

— Т-твои глаза! И кристалл! — быстро прошептала земнопони. — Р-Рэрити!

— И мы пришли сюда вместе с их солнечной принцессой, чтобы сразиться с ним, — говорил Тэгар, обводя пещеру лапой. — Только посмотрите! Наши логова провоняли его магией и следами их битвы!

— И-и где же она? — спросила единорожка, почти задыхаясь, изо всех сил пытаясь наверстать упущенное, переоценить ситуацию, она была благодарна Пинки, когда та наклонилась к ней с поддержкой... Её головная боль становилась всё сильнее и сильнее, и ей было трудно думать. — Где же она? Где принцесса Селестия?

— Они ушли, — ответил Тэгар. — Они оба ушли, и на этом наша верность пони закончилась. Это всё, что она оставила здесь, — сказал он и двинулся вперёд, чтобы вонзить свой коготь в ближайшую груду драгоценных камней, только чтобы вытащить его обратно и бросить золотую корону к ногам Рэрити.

— Вот… Вот почему драконы плохо относятся к пони.

## — Глава 19 — Обещание встретиться вновь

[Изображение: https://i.imgur.com/PK2hnvF.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/fpnPwd2.png]

— Это очень интересно, Флаттершай! Эта конкретная порода ромашек, по-видимому, развилась из тех, что росли в моё время, а это значит, что...

— Кхм... принцесса Твайлайт?

— ...используя эти цветы и моё Учебное пособие по геному цветов, мы, возможно, сможем извлечь самую основу...

— Принцесса Твайлайт, ваш кулон...

— ...Мой что?

— Кулон. Тот, что вам подарила Рэрити. Он светится?

— Правда?! Действительно!

* * *

Головная боль не давала Рэрити ясно мыслить, несмотря на то, что сейчас был самый подходящий для того момент. Она отступила назад, не сводя глаз с короны на полу, даже не смотря на огромного дракона, взирающего на неё сверху вниз, всё, о чем кобыла могла думать, как отчаянно ей хотелось вернуться домой, в библиотеку. Ей хотелось улечься на подушку, закрыть глаза и погрузиться в блаженный сон под шелест переворачиваемых страниц и скрип пера Твайлайт по пергаменту.

— По… почему вы разорвали свой союз с ней? — спросила единорожка, изо всех сил стараясь сохранить ясность мышления, несмотря на раскалывающуюся голову. — Она… Они выбрали драконов. Почему… — Она застонала и прислонила копыто ко лбу.

— Я уже говорил. Ваша принцесса забрала Духа куда-то ещё, чтобы сразиться с ним. Неужели та ожидала, что мы последуем за ней, когда даже не удосужилась сказать нам, куда она пошла? — ответил Тэгар. — Мы ждали её здесь дольше, чем та того заслуживала, но мы не ваши питомцы. Верность драконов не вечна, пони. — Он указал когтем на корону на полу. — Если она опустилась так низко, что отказалась от своей короны, то, возможно, не хотела, чтобы за ней следовали.

Рэрити осторожно взяла корону копытом, не желая слишком напрягаться. Корона явно знавала лучшие дни: её золотая поверхность была испещрена царапинами, и что-то было вынуто из неё — драгоценный камень, без сомнения — оставив после себя ромбовидную выемку. Почему Селестия так поступила?

Единорожка была почти благодарна тому, что Твайлайт больше здесь нет. Не хотелось бы, чтобы она это видела.

— Вы развлекли меня, маленькие пони, — сказал лорд северного племени. Затем, вероятно, впервые за всё время, улыбнулся им, показав свои изломанные, почерневшие, острые зубы. — Любой другой пони уже стал бы закуской, но вы... вы не похожи на других. — он снова посмотрел на своих драконов. — Хром! Тащи сюда их барахло!

— Но, лорд Тэгар! — запротестовал дракон, его возмущённому вздоху вторили несколько десятков других драконов. — Это наши ве...

— Сейчас же! — взревел Тэгар, его подданный вздрогнул, поклонился и уполз прочь.

Судя по всему, вожак изменил своё мнение, и всё же Рэрити пока отказывалась в это верить.

— А что насчёт вас? — спросил Тэгар, отвлекая внимание единорожки от места, куда скрылся дракон. — Что мы получим взамен?

— Что получите вы?! — спросила Рэйнбоу Дэш, негодующе топнув копытом по земле, в очередной раз небрежно подвергая риску их шансы на успех. — Ты хочешь, чтобы мы дали вам что-то в обмен на то, что вы украли у нас?!

— Ну-ну, мисс Дэш, не говорите глупостей. Как они и сказали, нашёл — значит приобрёл, и пони действительно следовало бы лучше заботиться о своих делах! — быстро перебила её Рэрити, изо всех сил стараясь скрыть давление в голосе добродушным весельем. Она могла видеть возмущение от этих слов во взгляде пегаски, на что старалась не обращать внимания, пока продолжала свою речь, одарив лорда драконов элегантной улыбкой. — Предполагается, что ярмарка у Радужных водопадов празднует обмен знаниями между существами из всех слоев общества! Кто мы такие, чтобы отказывать драконам в участии в подобном мероприятии?

Улыбка Тэгара стала ещё шире.

— А ты любительница выпутываться из передряг одними словами, а пони?

— Стараюсь, милорд, — сказала она, по-прежнему улыбаясь дракону и склонила набок свою пульсирующую голову. — Осмелюсь заметить, что это, кажется, работает?

— Лорд Тэгар! Я вернулся!

Посланец вернулся, неся с собой все украденные вещи.

— Ну что, пони. Чего вы ждёте? — спросил лорд Тэгар, протягивая коготь. — Что вы нам дадите?

Единорожка запнулась.

— Э-э... Да... Дайте мне минутку.…

Она повернулась к Рэйнбоу и Пинки, и ни у одной из них не было ничего, что бы оценили драконы. Рэрити сомневалась, что их заинтересует старый ржавый фонарь. Что касается её самой, то у неё была книга Твайлайт — что даже не рассматривалось — и... и изумруд.

Но он такой маленький! Если Искатель отверг его, то Тэгар и подавно!

Она заглянула в седельную сумку, и окончательно убедилась, что ей больше нечего дать. Но открывая ту, заметила, что треснувший кулон ярко светится. Значит ли это, что он всё ещё работает?! При этой мысли на неё нахлынуло облегчение. Беспокоится ли Твайлайт?

— Ну так что? У вас есть что предложить? — вновь спросил Тэгар.

— О, э-э, да, да! — быстро сказала единорожка, неохотно соглашаясь, что пока не может ответить. Твайлайт придётся подождать. Вместо этого она достала из седельной сумки изумруд. — У меня есть это. — Борясь с постоянно растущей головной болью, она воспользовалась своей магией, чтобы левитировать драгоценный камень дракону. — Он старый, но в отличном состоянии.

Тэгар прищурился, взял драгоценный камень в когти и осмотрел его. Рэрити терпеливо ждала, уже пытаясь придумать что-нибудь ещё для обмена, когда он неизбежно откажется от драгоценного камня, но, к её удивлению, тот бросил его в свою кучу.

— Отдай их ей, — сказал Тэгар дракону, — и отдай ей книгу.

Дракон подчинился, подойдя к единорожке и бросив предметы перед ней с видимым недовольством, а затем направился к большой куче самоцветов, чтобы забрать книгу.

«Денза… это было неожиданно…»

— Эй, Рэрити, — прошептала Рэйнбоу Дэш, наблюдая, как дракон берёт книгу. — Не слишком ли всё просто?

Держа книгу в когтях, дракон вернулся к единорожке. Став перед ней, он поднял книгу высоко в воздух и, по-прежнему хмурясь, уронил её с явным намерением повредить при падении.

К счастью, Рэрити опередила его, хотя это и стоило ей приступа головной боли, она быстро подхватила книгу телекинезом и осторожно положила ту на пол. Меньше всего ей хотелось, чтобы её щит активировался, а магия хаоса взбесилась и начала атаковать её.

— Ну что ж! Разве не чудесно, когда всё так хорошо для всех складывается? — сказала единорожка с нервной улыбкой, быстро собирая вещи своей магией.— Было приятно познакомиться с вами, милорд. А сейчас мы вас покинем и больше не будем беспокоить.

Тэгар рассмеялся.

— А кто сказал, что вы можете уйти?

«Оу».

Едва он закончил говорить, на лицах драконов по всей пещере заблестели зловещие ухмылки, а некоторые даже поползли вниз по стенам в направлении кобыл. Они подходили всё ближе и ближе, царапая когтями пол. В голове Рэрити пронеслась череда ужасно неподобающих леди выражений, за которыми последовали отчаянные попытки сформулировать какой-нибудь план.

— Так и знала, что всё слишком просто, — прорычала Рэйнбоу, не растеряв решительности, несмотря на приближающихся драконов. — И почему я не позвала Искателя с нами?!

Единорожку это больше не волновало. Сожаления о плохих решениях ни к чему их не приведут. Если их съедят прямо здесь и сейчас, всё будет кончено. Не только для них, но и для Твайлайт и Луны, и, возможно, даже для самой Селестии. Никто не поверит в Луну, а что касается Твайлайт, то две книги, которые были у Рэрити, окажутся утеряны навсегда, и та никогда не обретёт свободу…

Погодите-ка.

Книги.

— Погодите.

Она быстро подняла взгляд и увидела его. Нарисованного Дискорда, наблюдающего с потолка с восторженной улыбкой и ведёрком попкорна. Он ведь даже сейчас наслаждался её страданиями? Может, ещё не всё потеряно.

— НАШЕ ПОСЛЕДНЕЕ ЖЕЛАНИЕ! — прокричала единорожка, и драконы остановились. — Пожалуйста, погодите, остановитесь! У нас есть последнее желание!

Тэгар нахмурился.

— Последнее желание?

— Да, последнее желание! — настаивала Рэрити, собрав всю решимость, чтобы сделать шаг к лорду драконов. — Драконы благородные, гордые создания, не так ли? Что ж, любая раса, стоящая своего имени, предложит своим жертвам последнее желание! Как вы можете требовать соблюдения традиций и уважения от пони, не желая ответить им тем же?!

— Хорошо сыграно, пони, — с улыбкой сказал Тэгар. Повернулся к драконам, крикнул: — Позволь нам вернуть должок! — и снова повернулся к единорожке. — Какова твоя последняя просьба, пони?

Рэрити отступила назад, положила вещи на пол и уставилась на книгу.

— Я… — Из-за головной боли она не сможет поддерживать связь с Твайлайт, поэтому ей оставалось только молиться, чтобы её план сработал. — Книга. Я хочу, чтобы вы прочли имя на первой странице.

— Чего?! Ты с ума сошла?! — прошипела Дэш. — Как это нам поможет?!

— Ш-ш-ш! Рэрити знает, что делает, глупышка! — шёпотом сказала Пинки, хмуро глядя на пегаску. После чего замявшись, взглянула на единорожку и спросила — Правда?

— Да, пожалуйста, просто доверьтесь мне, — прошептала Рэрити в ответ, не сводя глаз с рисунка на потолке, который пристально наблюдал за ними. Она прочистила горло и повернулась к Тэгару, левитируя тому книгу. — Если уж мне суждено умереть за эту книгу, я бы хотела, чтобы вы хотя бы знали имя её владельца.

Единорожка собиралась рискнуть их жизнями в надежде, что сможет предсказать хаотическое поведение. Если это не сработает…

Дракон поднял свой коготь и взял крошечную книгу, все глаза были обращены к нему. Даже хаотичный рисунок смотрел на него прищурившись и нахмурив брови. Рэрити затаила дыхание, когда Тэгар поднес раскрытую книгу к своим прищуренным глазам.

— Собственность прин... Чего?! — он посмотрел на единорожку, держа книгу в когтях. — Это... Эта книга... Её?!

— Да, её, — ответила Рэрити, улыбаясь так обаятельно, как только могла, переводя взгляд между рисунком и лордом драконов, — Взгляните поближе, милорд.

— Но... Но это значит, что ты... — он прервался на полуслове, почти прижимая книгу к лицу.

— Чего я добьюсь, выдумав подобное, лорд Тэгар? — спросила она и, молясь, чтобы её предположение оказалось верным, осторожно добавила. — И потому, очень вас прошу быть аккуратнее. Она ясно дала мне понять, что если на книгу упадёт хоть капля воды, то то, что последует дальше, окажется для меня весьма неприятным опытом.

И тут рисунок улыбнулся.

Единорожка наблюдала, как хаотичный рисунок отбросил попкорн и заскользил вверх по стенам, пока не оказался прямо над Тэгаром и книгой. Она отступила назад, призывая остальных сделать то же самое, у неё на глазах над драконом появился небольшой рисунок водопада, и из него полилась очень даже настоящая вода, намочив и Тэгара, и книгу.

Когда вода перестала течь, дракон поднял взгляд к потолку.

— Ч-чего?!

Рэрити, в свою очередь, не обращала внимания на рисунок. Её заботила лишь книга, что теперь светилась золотом от защитного заклинания Селестии.

«Пожалуйста… Пожа...»

Стены начали трещать и шипеть, даже хуже, чем в первый раз, и прежде чем Тэгар успел отреагировать, он обнаружил, что стал жертвой масштабной яростной атаки. Похоже, магия хаоса негодовала, что не уничтожила книгу в первый раз, потому теперь отказалась от своих мягких атак в пользу бомбардировки взрывами, массивными камнями и космическими магическими лучами — каждая бессмысленная атака прилетела в дракона.

Его болезненный рев наполнил комнату, и чем крепче он сжимал книгу, тем сильнее сопротивлялось заклинание Селестии и тем яростнее продолжалась атака.

— Лорд Т-тэгар! Книга! Бросьте книгу! — крикнул какой-то дракон, и Тэгар подчинился, швырнув книгу прочь.

Пока та летела, атака следовала за ней, и в порыве адреналина единорожка поймала её в свою магическую хватку. И повернулась к другим драконам со свирепым взглядом, размахивая книгой в их сторону, как оружием, пока все драконы не съёжились.

— Лорд Тэгар! — крикнула она громко и твёрдо, и только она это сделала, магия хаоса остановилась. Рэрити подняла книгу высоко в воздух, чтобы все видели, и нахмурилась. — О Денза. Я действительно не хотела, чтобы до этого дошло.

— Ты… Ты… Пони…

Тэгар просто смотрел на неё, потрясённый и разгневанный одновременно. Та натянула на лицо улыбку, сквозь охвативший её ужас.

— Меня зовут Рэрити, милорд, и я была бы признательна, если бы вы запомнили это, — ответила она, делая шаг к нему, отметив, что другие драконы отступили назад. — Вы были правы! Я не простая пони, а эта книга… Я рада, что вы помните имя принцессы. На самом деле она помнит вас очень хорошо. Конечно, вы были моложе, и ваши крылья не были столь печально искалечены.

— Рэрити, что проис...?!

Лорд драконов зарычал, ударив когтем по земле.

— Но!.. Это невозможно!

— О нет, нет, нет! Смотрите! Разве вы не заметили, милорд, с каким упорством магия хаоса пытается остановить меня? Или досаждать мне? Это потому, что она знает, я нашла её. — она взглянула на свой кулон, который больше не светился. Секундная мысль о Твайлайт почти лишила её самообладания, но та держалась твёрдо. — К вашему сведению, я могу без проблем связаться с ней!

Не успела она закончить фразу, как нарисованный Дискорд размножился, и десятки из них украсили стены и пристально глядя на единорожку, к большому неудовольствию драконов, которые зашипели и отступили от стен в ответ.

— Если вы думаете, что это я здесь в опасности, то глубоко ошибаетесь, милорд.

Тэгар пришёл в ярость.

— Ты?! Драконам стоит бояться тебя?!

— Меня? О небо, нет, — перебила его единорожка. — Мы, конечно, будем драться, но вам мы не ровня. Это её вам стоит бояться. В смысле, серьезно, её книге сколько, тысяча лет? — она опустила книгу, достаточно, чтобы магией пролистать страницы, при этом оставляя её у всех на виду. — А защищающее её заклинание, вероятно, и того старше, но на ней нет ни единой царапинки. Её жгли, мочили, взрывали, а та как новенькая. Если это лишь малая часть её силы, то не пугает ли вас мысль о том, что может сделать сам творец? В особенности после тысячи лет практики?

— Но она в ловушке! Он запер их! Всех их!

— Но принцесса Твайлайт была найдена, — возразила Рэрити.

— И принцесса Луна тоже! — добавила Пинки, топнув копытом по полу.

— Чего?! — ахнула Рэйнбоу Дэш, переводя взгляд с одной кобылы на другую.

Единорожка продолжала.

— Принцессу Луну нашла Пинки, а принцессу Твайлайт я и другие, кого здесь сейчас нет. И она знает, что я здесь. — она сделала ещё шаг к нему. — Если я не вернусь к принцессе, она будет знать, что мой последний вздох был в ваших когтях. И когда-нибудь скоро она освободится из своей тюрьмы и придёт сюда. Если вы сбежите, что ж, зная, насколько она умна, вы не сможете долго избегать её, и когда вы встретитесь снова... — Рэрити сделала ещё шаг вперёд, лучезарно улыбаясь. — Вы обнаружите, что она больше не будет столь склонна щадить драконов.

— Итак, с учётом сказанного, — продолжила она, отступая назад, — Я вежливо попрошу вас сказать вашим драконам освободить выход, чтобы мои друзья и я могли покинуть ваши владения и больше вас не беспокоить, да?

Тэгар стиснул зубы.

— Ты… — он перевёл взгляд с неё, на драконов у выхода. — Пусть уходят!

И облегчение, залившее единорожку, едва не утопило ту. Но она не стала это показывать, ибо хотела сохранить образ до тех пор, пока её копыто не ступит за пределы этого места.

— Благодарю вас, милорд.

— Вы по-прежнему не в безопасности, пони, — прорычал он, отступая назад. — Если вы действительно связали себя с принцессой, то ничто из того, что могу сделать я, не сравнится с тем, что сделает с вами дух хаоса.

Рэрити улыбнулась.

— В таком случае, было очень великодушно с вашей стороны отпустить нас.

Она снова подняла вещи в воздух, развернулась и быстро направилась к выходу, Дэш и Пинки последовали за ней.

— Она того стоит?

Единорожка обернулась и увидела, что Тэгар смотрит на неё.

— Пардон?

— Сначала этот дракончик, теперь ты, рискуете собой ради неё — спросил он, наклоняясь вперед, словно надеясь заглянуть ей в душу. — Эта принцесса стоит того?

Рэрити не колебалась.

— Безусловно.

Она отвернулась обратно, намереваясь уйти, но прежде чем шагнуть в туннель, ей завладела одна мысль.

— О, лорд Тэгар, на самом деле у меня есть ещё одна просьба! — сказала та, оглядываясь на него. — Мы же не хотим, чтобы пони и дальше таили злобу на драконов?

* * *

Рэрити старалась не испытывать судьбу.

Единорожка знала, то, что она вышла из этой пещеры живой, было большим чудом, но несмотря на это, к собственному удивлению, Рэрити настояла на своём. Впрочем, если уж она зашла так далеко, то, будь оно неладно, постарается закончить историю как подобает.

Был уже почти полдень, когда та вошла на ярмарку, и хотя единорожка делала вид, что пони ахают и пялятся на неё из-за её свирепого взгляда, она знала, что дело в страшном чёрно-белом драконе, который следовал за ней, поджав хвост.

Дракон любезно предложил понести украденные вещи, за исключением книги, которую Рэрити держала высоко над головой, чтобы он мог её видеть.

Они прошли через ярмарку вслед за указывающей дорогу Рэйнбоу Дэш, и о, сколь глубокое удовлетворение испытала единорожка от вида лица Спитфайр, когда они с драконом остановились перед ней.

— А. — Спитфайр сняла очки и посмотрела сначала на дракона, затем на Рэрити и Дэш. — Воу.

Рэйнбоу кивнула.

— Ага.

— Капитан Спитфайр? Вот. Пинки Пай любезно предложила помочь вернуть всё их владельцам, хотя она не обязана это делать. — Единорожка левитировала большую часть вещей из когтей дракона и аккуратно положила их перед пегасокой. — Буду очень вам признательна, если в следующий раз вы не станете обвинять меня в воровстве. Спасибо.

Она посмотрела на Пинки.

— Дорогуша, увидимся позже? — Когда та кивнула, Рэрити потрусила прочь, указывая дракону следовать за собой. — Идёмте, сэр.

Она проследовала вглубь ярмарки, по-прежнему не обращая внимания на шокированных пони, и лишь когда в поле зрения появилась драконья палатка, сменила выражение лица на чрезвычайно чарующее.

Если единорожка и испытала удовольствие от лица Спитфайр, это не шло ни в какое сравнение с тем удовлетворением, что она получила, увидев, как побледнел торговец, завидев её. О, Твайлайт бы это не одобрила, но ей было всё равно.

— Добрый день, — сказала Рэрити с улыбкой, подходя к прилавку. — Чудесная погодка, не правда ли?

Торговец ничего не ответил, его испуганный взгляд был прикован к дракону.

«Отлично».

— Этот славный дракон пришёл, чтобы вернуть ваши вещи, — продолжала кобыла, левитируя оставшиеся вещи и уложила их перед жеребцом. Затем взяла книгу и положила ту на самый верх кучи. — И нельзя забывать про книгу!

Жеребец снова промолчал.

— Я бы хотела купить алмаз. — Она оглядела его товар, остановив взгляд на довольно крупном экземпляре. — Вот этот! Могу я предложить вам взамен шарф? — спросила она, вынимая шарф из седельной сумки. Когда жеребец просто сглотнул и кивнул, улыбка единорожки стала ещё шире. — Чудесно! У вас поистине бесподобный вкус.

Она бросила шарф поверх груды вещей, взяла бриллиант и повернулась к дракону.

— Я плохо расслышала ваше имя?

Дракон моргнул.

— Э-э...

— Красивое имя. Итак! — та подняла бриллиант и показала ему. — Я бы хотела обменять это на одну из ваших чешуек, если вы не возражаете. Затем можете идти.

Дракон сглотнул, глядя на книгу. — Я… Одну чешуйку?

— Одну чешуйку, и всё, да.

Дракон прищурился и потянулся к драгоценному камню, который Рэрити тут же левитировала прочь.

— Чешуйку вперёд, пожалуйста.

Тот стиснул зубы, поднял лапу и болезненно зашипел, вырвав большую чёрную чешуйку. Единорожка едва не выхватила её из его когтей, но заставила себя продолжать улыбаться и ждать, пока он не предложит ту ей. Как только дракон это сделал, она отдала ему алмаз в ответ, и в ту же секунду, когда тот оказался у него в когтях, он быстро отступил назад, расправил крылья и улетел.

— Передай мой привет лорду Тэгару! — крикнула Рэрити, помахав ему копытцем.

Когда ящер стал лишь пятнышком в небе, она повернулась к торговцу. Подняла чешуйку, убедившись, что тот её видит, и осторожно положила ту поверх шарфа, прежде чем взять книгу.

— Ваша чешуйка плюс все до единой украденные у вас вещи. Вас это устраивает? — спросила та ледяным тоном, ясно демонстрирующим, что отрицательный ответ был бы крайне нежелателен.

В ответ он лишь кивнул.

Единорожка улыбнулась, ресницы затрепетали.

— Приятно иметь с вами дело.

Она убрала книгу в сумку, развернулась и пошла прочь, чарующая улыбка исчезла с её лица. Пони по-прежнему держались от неё подальше, и это было неудивительно, учитывая, что та даже не пыталась скрыть свой хмурый вид.

А ещё, что она несомненно выглядела, ужасно усталой.

Теперь, когда адреналин выветрился, головная боль вернулась с постоянной, ритмичной пульсацией. Та совпадала с быстрым перестуком её копыт, непрерывным маршем, задававшим темп, пока Рэрити трусила прочь с ярмарки обратно к дому профессора Эйва.

Какое-то мгновение она подумала вернуться за Пинки, но головная боль задушила эту мысль. Пинки найдёт её, а пока она этого не сделала, единорожка, хотелось надеяться, сможет поспать пару часиков. Ей нужен был отдых, если она хотела должным образом иметь дело с Пинки и Рэйнбоу Дэш, которая всё теперь знала.

Ещё она хотела услышать самые искренние извинения от капитана Спитфайр.

Наконец Рэрити увидела дом профессора, луч света посреди ужасного серого дня. Она посмотрела на то место у подножия горы, где видела Искателя — или того, кого приняла за Искателя — и не увидела там никого. Что если бы они погибли? Ждал бы он Рэйнбоу Дэш вечно?

Стал бы мстить?

«Я могла умереть».

Мысль ворвалась ей в голову из ниоткуда, и только тогда она осознала всю серьёзность ситуации, в которой оказалась.

Они с Пинки могли погибнуть, и одним движением лишили бы принцессу Луну и Твайлайт шанса покинуть свои узилища. Твайлайт знала бы, что убило Рэрити, но Луна? Она так и продолжила бы остаток своей вечности, так и не узнав, что случилось с Пинки Пай.

Пугающая мысль, не правда ли?

Дверь дома не была заперта, и она захлопнулась, как только единорожка вошла внутрь. Почти механически она прошла по коридору в гостинную, по-прежнему заваленную бумагами и всевозможными приборами. Жалюзи были ещё опущены, и та нашла темноту уютной, успокаивающей её больную голову.

— О небо, — раздался голос профессора Эйва, — что с вами случилось?

Прежде чем та успела обернуться, и увидеть его, жалюзи открылись, незамедлительно последовавший за этим поток света заставил Рэрити закрыть глаза, прижав копыто ко лбу.

— Это была долгая ночь, — пробормотала она, не чувствуя себя достаточно красноречивой, чтобы толком объяснить, что произошло. Впрочем, он ей всё равно не поверит.

— Тогда не буду спрашивать. — Жеребец подошёл к письменному столу и выдвинул верхний ящик. — Вот. Эта штука просто чудо от головной боли и похмелья.

— Я не пила, — пробормотала единорожка, принимая подлетевшую к ней пилюлю. — И спасибо.

— Я этого и не говорил, мисс Рэрити.

Извинившись, она потрусила вверх по лестнице в свою комнату. Там было приятно тихо, но слишком светло. Уложив сумки на стол, единорожка закрыла жалюзи и с наслаждением погрузилась в темноту, которую они давали. Она едва могла разглядеть кровать в конце комнаты, но даже так, та манила её.

«Скоро, дорогуша», — подумала кобыла, направляясь в ванную.

Даже в темноте Рэрити могла разглядеть своё отражение в зеркале. Она закрыла глаза и включила свет, попривыкнув к нему, вновь открыла их и посмотрела — или, скорее, поморщилась — на себя. Под глазами были мешки, на месте гривы был полный кошмар, и... и её сердце упало, когда взгляд остановился на большой трещине, расколовшей кулон.

Единорожка провела по нему копытом. Похоже, Твайлайт прекратила попытки связаться с ней. Возможно, она попробует связаться с ней после более необходимого сейчас сна.

Рэрити наполнила небольшую чашку водой и приняла лекарство, затем выключила свет и направилась к кровати. Она упала на ту с громким «пуф», даже не потрудившись залезть под одеяло.

Закрыть глаза было блаженством, и даже головная боль начала отступать теперь, когда кобыла кажется получила возможность отдохнуть. Ей не потребовалось много времени, чтобы задремать, но единорожка не могла проспать долго. Не прошло и четырёх часов, как её глаза, сонно моргая, открылись, и только осознание того, что ночью ей нужно сесть на поезд, заставило ту вылезти из постели.

Взгляд на карманные часы показал пять часов, что давало той предостаточно времени подготовиться к позднему рейсу. Она привела в порядок свою гриву, нанесла минимально необходимый макияж и спустилась вниз лишь когда снова почувствовала себя собой. Тело Рэрити по-прежнему жаждало сна, но сил было достаточно, чтобы, по крайней мере, дотянуть до прибытия поезда.

— Чего она там так долго?!

Войдя в гостиную, она обнаружила посетителей в доме профессора. Пинки Пай сидела на диване и поглощала кексы с тарелки, а Рэйнбоу Дэш наматывала круги по комнате.

— Кто, где долго? — спросила единорожка, хоть и прекрасно понимала, кого имеет в виду пегаска.

Рэйнбоу остановилась на полпути, её взгляд на секунду задержался на Рэрити, прежде чем метнуться к кулону.

— Это правда?.. — осторожно спросила Дэш. — Ты действительно можешь говорить с ней с помощью этой штуки?

Рэрити заколебалась, испытующе глядя на Пинки.

— Я…

— Всё в порядке, Рэрити! — сказала земнопони, и крошки кекса посыпались у неё изо рта, когда она поставила тарелку на пол. — Я ей всё-ё-ё-ё-ё-ё обо всё-ё-ё-ё-ё-ём рассказала! Ну, не совсем, потому что я не всё знаю о принцессе Твайлайт, но зато очень много знаю о Луне!

— Понятно.

Единорожка не была полностью уверена в сложившейся ситуации, тем более, что она не ожидала столь скорого разговора с Рэйнбоу Дэш на эту тему.

— Ну что? Можешь? — снова спросила Рэйнбоу.

— Я могу, да, — сказала Рэрити, подходя к Пинки и садясь с ней рядом. Она подняла копыто и провела им по кристаллу. — К сожалению он недавно треснул, и я не уверена, что он по-прежнему работает.

Пегаска нахмурилась.

— Где она тогда?

Пинки хихикнула.

— Я же уже говорила тебе, глупышка.

Когда Дэш бросила на неё острый взгляд, единорожка ответила.

— Она в подземной библиотеке посреди Вечнодикого леса.

Рэйнбоу Дэш мотнула головой.

— Это невозможно! Это место обыскивали буквально столетиями!

Рэрити скрестила передние ноги и подняла бровь.

— Ну, учитывая, что по крайней мере двое пони нашли её до меня, очевидно, пони, о которых вы говорите, не слишком тщательно искали. Дух не очень хорошо её спрятал.

Рэйнбоу впилась в неё взглядом.

— Потому что её там не было! Дух забрал библиотеку из леса и перенёс в другое место! Никто бы не пропустил библиотеку, если бы он её не забрал!

— Как именно он, по-вашему, забрал библиотеку? — спросила единорожка. — Это огромный старый дуб. И что вообще Духу с ней делать, если уж на то пошло?

— Не знаю! Ты же видела, что его магия творила там в пещерах! Он мог бы просто передвинуть её туда, где ту никто не найдёт! — запротестовала пегаска. — В смысле, в лесу же повсюду эти дырищи в земле!

Рэрити замолчала.

«Дыры в земле?»

Всё, что говорила Дэш, было невозможно, если только не было ещё одной потерянной принцессы, живущей в подземной библиотеке, что крайне маловероятно. Но даже в таком случае она не считала правильным сразу отмахиваться от утверждения пегаски. Как она могла надеяться, что пони не станут делать поспешных выводов относительно её принцессы, если та не была готова поступить так же с Рэйнбоу?

— Похоже, мы зашли в тупик, мисс Дэш, — осторожно произнесла единорожка. — У меня есть своя история, а у вас своя.

Рэйнбоу Дэш отступила назад и зарылась копытом в гриву.

— Но в этом нет никакого смысла! — она повернулась к Пинки. — Хочешь, чтобы я поверила, будто ты видишь её во снах?! Это просто смешно! Тогда почему мы все не можем видеть её во снах? Откуда тебе знать, что это не плод твоего воображения?

Земнопони пришла в ужас.

— Луна не плод моего воображения! Только хорошие пони, которые верят в неё и хорошо себя ведут, могут её видеть!

— Принцесса Луна наблюдала за снами и кошмарами, если ты помнишь легенду, — вставила Рэрити. — Кроме того, хотя я уверена, что хорошее поведение не является обязательным условием, чтобы увидеть её, имеет смысл, что только пони, которые верят в легенду, могут это сделать. Дух хотел заточить её, и я уверена, вы согласитесь со мной, что не каждый пони готов так легко поверить, что сказка реальна.

— Но… — Рэйнбоу стиснула зубы. — Я не говорю, что принцесса нереальна, но это звучит нелепо.

Единорожка улыбнулась.

— Даже если так, зачем, во имя Эквестрии, нам лгать об этом? Мы ничего не выиграем с подобной лжи, на самом деле, единственное, чего мы добились до сих пор, так того, что пони считают нас сумасшедшими. Даже персонал Кантерлотского замка отнёсся ко мне как к шарлатанке.

Пегаска застыла, переводя взгляд с одной кобылы на другую.

— Вы… Вы, ребята, ходили с этим в замок?

— Да, и они все кучка злюк! Я хожу туда каждый год, и каждый год они все такие: «О-о-о, мы не знаем ни о каких принцессах, потому что мы злюки о-о-о» — сказала Пинки, скрестив копыта на груди и надув губы. — Они мне не нравятся. Ни чуточки не нравятся... а мне нравятся уточки, особенно птенчики, о-оу у меня есть целых три резиновых утёнка для ван!

Рэрити кивнула.

— Я отправилась в Кантерлот через несколько недель после встречи с Твайлайт, и стражники были достаточно любезны, чтобы бросить меня в темницу на основании лжи и предоставления поддельных доказательств. Единственная причина, по которой я не провела там всю ночь, жеребец, который поверил мне. Капитан стражи, кажется?

Глаза Дэш расширились.

— Секундочку. — Она сделала шаг в сторону единорожки. — Кто это был? Во что он был одет? Пожалуйста, скажи мне, что его доспехи не были зелёными.

Рэрити нахмурилась.

— Зелёными? Не смеши меня, его доспехи едва ли можно назвать зелёными. — Она закатила глаза. — Они были светло-бирюзовые.

— Да, да, как скажешь! А его имя?! Это был Тилт Шилд?

— Рифт Шилд.

Рэйнбоу Дэш застонала, уткнувшись лицом в копыта.

— Он даже хуже, чем Тилт Дизин! — Серия довольно грубых ругательств слетела с её губ, пока та ходила кругами, вновь порождая мысли о Твайлайт. — Если он тебе поверил, значит, ты... — она снова повернулась к единорожке. — Хорошо! Я тоже тебе верю, но... за тобой, скорее всего, следят.

— Следят? Кто? Стражники? — скептически переспросила Рэрити. — Им ведь даже нет дела! Не говоря уже о том, что это было несколько месяцев назад. Я искренне сомневаюсь, что они настолько преданы делу.

— Нет! Личная гвардия Дензы! — просветлела Рэйнбоу. — Рифт Шилд один из них, и если он или его ребята следят за тобой... — она покачала головой. — Я не хочу с ними связываться, если не буду на сто процентов уверена в том, что делаю.

— Но мы же не врём! — в энный раз повторила Пинки. — Почему никто нам не верит?!

— Потому что, — сказала Дэш, — мы верили пони и раньше, и это всегда были ложные зацепки! Каждый раз! — она вздохнула и потёрла лоб. — Слушайте, Искатель и я тоже искали принцесс, но нам надоело всё время упираться в тупики, и я не собираюсь снова втягивать его в это.

— Мой поезд домой отправляется сегодня вечером, — сказала единорожка. — Почему бы тебе не поехать со мной и не посмотреть самой.

На самом деле, ей следовало бы просто привести всю Эквестрию в библиотеку Твайлайт и покончить с этим. Конечно, если она это сделает, то библиотека будет постоянно переполнена, и... и это было совершенно нормально, потому что у неё не было никакого интереса хранить свою прекрасную принцессу только для себя.

Это может подождать, пока та не освободится.

Пегаска фыркнула.

— Что, и бросить все свои дела на месяц? Я больше не капитан Вандерболтов, но я по-прежнему самый потрясный член команды! Если я поотменяю всё и попрусь за тобой, это всё равно что растрезвонить Дензе и её ребятам, что что-то происходит!

— И чем это так плохо? — спросила Рэрити с ноткой раздражения. Помощь принцессы Дензы была бы очень кстати, и невероятно неуважительное отношение Рэйнбоу к правителю Эквестрии не было чем-то, что единорожка одобряла. — Почему все так уверены, что принцесса Денза не хочет помочь? Вы, профессор Эйв!.. Ну правда!

— Это потому, что она проклята? — спросила Пинки. Она пихнула единорожку, без сомнения, пытаясь унять её гнев. — Не забывай, она была проклята! Она не может их искать!

Рэйнбоу Дэш фыркнула.

— Проклята? Нет никакого проклятия! Это просто оправдание, которое они придумали, чтобы не выглядеть плохо, бездействуя, пока другие делают работу за неё.

— Почему вы так уверены в этом, мисс Дэш? — спросила Рэрити. — Все эти претензии, которые вы выдвигаете, и вся эта информация… — единорожка знала, что пони скрывают информацию, когда видела их. — Учитывая, что мы с Пинки много рассказывали вам о наших источниках, будет справедливо, если вы расскажете нам о своих. Возможно, вы нашли другую потерянную принцессу?

И тут Рэйнбоу запнулась, её глаза расширились, когда она отступила назад. — Я…

— ПРАВДА?! — ошарашено воскликнула земнопони, вскакивая со своего места. — Кого?! Принцессу Селестию?! Где она?!

— Ч-чего?! Д-да не нашла я никакой принцессы! — быстро бросила Дэш. — Слушайте, я просто знаю все эти вещи, хорошо?! И даже если бы я знала кого-то, говорю вам, я не втяну его в это дело, пока не буду уверена на сто процентов. Как бы чувствовали себя ваши принцессы, если бы вы сказали им, ну, не знаю, что нашли способ освободить их, они бы обрадовались и были в предвкушении, но потом оказалось, что вы ошиблись?! Как бы вы себя чувствовали, особенно если бы это случилось в пятидесятый раз?! Ужасно, вот как!

— Когда вы сможете приехать? — спросила Рэрити. Она хотела встретиться с информатором пегаски, и как можно скорее.

— Месяц, — ответила Дэш. — Нет, погоди, полтора! В конце месяца у меня дела со Спитфайр в Холлоу Шейдс, а потом я попрошу её организовать какое-нибудь мероприятие в Понивиле, чтобы это не выглядело подозрительно. Просто убедитесь, что вы обе и принцессы будете на месте.

Пинки нахмурилась и плюхнулась обратно на диван.

— Хотела бы я, чтобы могли они куда-нибудь уйти...

— Вы поняли, что я имею в виду!

Единорожка вздохнула.

— Хорошо, но я не собираюсь бездельничать в Понивиле всё это время. У меня есть и жизнь, не связанная с Твайлайт Спаркл, и у меня есть несколько заказов за пределами города, которые потребуют от меня покинуть Понивиль.

— Ладно, просто...

Её прервал звук открывающейся двери, за которым вскоре в комнату вошёл профессор Эйв, уткнувшись лицом в книгу, а за ним плыла чашка кофе. Когда он поднял глаза, то увидел трёх кобыл, что пристально смотрели на него.

Сперва он ничего не делал, разве что долгий глоток кофе, прежде чем прочистить горло и спросить.

— Чему я помешал? Мисс Пай снова пытается кого-то убедить в существовании принцессы Луны?

— ДА НЕ ЛГУ Я! Не лгу! — запротестовала Пинки, когда Рэйнбоу Дэш бросила на неё вопросительный взгляд.

— Конечно же нет, — ответил Эйв, снова утыкаясь в книгу, и ушёл на кухню.

Рэрити откашлялась.

Этот разговор был не из тех, к какому она хотела бы сейчас подпускать профессора, и меньше всего ей хотелось, чтобы он пустился в разглагольствования о своих нелепых теориях о убийстве и союзе Духа с Дензой.

— Значит, полтора месяца, мисс Дэш?

— Да. Полтора месяца, — ответила она, поняв, что разговор подошёл к концу.

— Ещё что-нибудь, о чём вы хотели бы спросить?

Рэйнбоу покачала головой.

— Нет. Я всё равно не получу ответов, пока не побываю у вас, — сказала она, подходя к ближайшему столу и беря свою седельную сумку. — Мне нужно валить отсюда. Искатель боится, что драконы будут особо раздражёнными после того, что мы сделали, поэтому он хочет, чтобы я ушла до завтра. Да, кстати… — она покопалась в седельной сумке и, достав маленькую фиолетовую чешуйку, бросила её единорожке. — Знаю, сейчас в ней нет потребности, но уговор есть уговор.

Рэрити поймала чешуйку своей магией и оглядела её с улыбкой. Она ей нравилась. Это было бы хорошим напоминанием о том случае, когда та полностью потеряла рассудок и сумела одолеть древнего дракона и его приспешников.

Может, она могла бы подарить её Твайлайт на память.

Как только седельная сумка была надежно закреплена на её спине, пегаска шутливо отсалютовала.

— Постарайтесь не влипнуть в неприятности с драконами или ещё с чем месяцок, ладно?

Пинки отсалютовала в ответ.

— Яволь! В смысле, ахой! Или всё таки яволь?

Единорожка похлопала ресницами.

— Постараюсь, но опасности любят прилипать ко мне.

Рэйнбоу Дэш рассмеялась и потрусила к выходу.

— Увидимся!

Рэрити подождала, пока входная дверь захлопнется, прежде чем откинуться на спинку дивана, копытом потянувшись к своему кулону.

— Ну, вот и всё, полагаю. Ничего не остаётся, как ждать целый месяц.

Пинки тоже откинулась назад и потянулась, чтобы взять ещё один кекс с тарелки.

— Зато она была милой! Твоя подруга будет очень рада своему автографу!

Единорожка ахнула.

— Автограф! — выпалила она, чуть не споткнувшись, когда спрыгнула с дивана и галопом помчалась к выходу. — Подожди, Рэйнбоу Дэш!

* * *

Остаток дня для прошёл довольно спокойно.

Никакие мстительные драконы не нападали на Радужные водопады, как единорожка опасалась в глубине души, и ей удалось получить практически всё, о чём её просили. Она даже купила несколько хороших новых тканей и шесть новых книг для Твайлайт — включая ту самую.

Вокзал Радужных водопадов был полон пони, которые, как и Рэрити, возвращались с ярмарки поздними рейсами. Мероприятие прошло без сучка без задоринки, за исключением нескольких деталей, что было облегчением, учитывая, что принцесса Денза оказалась слишком занята, чтобы присутствовать на церемонии закрытия.

Несмотря на заявления Рэйнбоу, единорожка по-прежнему видела лучшее в своём монархе. Если бы ей предложили, она бы с радостью воспользовалась шансом встретиться с ней и рассказать всё, что узнала о Твайлайт и Луне. Было просто нелепо думать, что принцесса Денза не хочет свободы аликорнам древности.

— Грустно, что ты уезжаешь, — сказала Пинки, глядя на проходящих мимо пони, опустив уши. — Почему мои лучшие друзья не могут жить там, где я всегда могла бы быть с ними?

Рэрити печально улыбнулась, откидывая прядку гривы с лица земной пони.

— Ну-ну, дорогуша. Мы скоро снова увидимся, если всё пойдет как надо с Рэйнбоу Дэш.

— Но до этого ещё та-а-ак долго! Ты найдёшь все книги к тому времени, как мы снова увидимся! — жаловалась Пинки, скребя пол копытцем. — Вообще-то это было бы хорошо, потому что тогда принцесса Твайлайт была бы свободна, а если она свободна, то может пойти с нами, и я смогу встретиться с ней и...

— Пинки, не думаю, что я смогу найти все книги за месяц, — усмехнулась единорожка. Как бы потрясающе это ни было, для этого потребуется невероятно крупное чудо. — Однако…

Она огляделась, остановив взгляд на большом календаре, висевшем на стене вокзала. Подойдя к нему, та перевернула страницу на следующий месяц и улыбнулась.

— Знаешь, двадцать шестого у Свити Белль и её подружек долгие выходные, и они хотят устроить ночёвку в библиотеке Твайлайт, — наконец сказала Рэрити, отпуская страницу календаря и поворачиваясь к земнопони.

— У-у-у, звучит супер весело! — воскликнула Пинки, хлопая копытами. — Хотела бы и я прийти...

— Почему нет? — спросила единорожка, лучезарно улыбаясь подруге. — Уверена, Твайлайт будет рада принять тебя! Она очень хотела с тобой познакомиться.

Реакция земнопони была незамедлительной, её глаза расширились, а челюсть отвисла.

— Ты… Я... Мне можно?! Правда?! — воскликнула она, подпрыгивая и постукивая копытами по полу. — Правда, правда, правда, правда, правда, вот прям по-настоящему, супер-правда, правда?!

Рэрити рассмеялась.

— Да, правда.

Пинки была почти вне себя от восторга, хлопая копытами.

— О кексики! О кексики, кексики, кексики, кексики! Могу я устроить ей вечеринку?! Она любит вечеринки?! Это будет лучшая вечеринка, что я когда-либо устраивала!! И я даже сделаю ей специальный кекс, как я делаю для Муни, и!.. И теперь я буду ждать ночёвки даже ДОЛЬШЕ, чем ждать Рэйнбоу Дэш! — простонала она, уткнувшись лицом в копыта. — Почему я не могу заставить время идти быстрее?

Её риторический вопрос прервал гудок поезда.

— Время пролетит быстрее, чем ты думаешь, — сочувственно настаивала Рэрити, поправляя седельную сумку и готовясь к посадке.

Она обняла земнопони на прощание, пообещав скоро написать, и наконец вошла в вагон. Там было не так оживлённо, как та ожидала, и, похоже, не так уж много пони подобно ей направлялось в Понивиль. К счастью, это значило, что единорожка сможет найти купе только для себя, и лечь на сиденья спать в уединении пока не наступит утро, принеся Понивиль с собой.

Она устроилась в купе, подняв свой багаж наверх, и стала терпеливо ждать отправления поезда. Когда это произошло и никто не вошёл, чтобы присоединиться к ней, та взяла на себя смелость закрыть дверь и расслабиться.

Луна ярко светила в небе, её лучи проникали сквозь полузакрытые шторы. Рэрити была не против спать под луной, но поезда никогда не были её любимым местом для сна, так что, возможно, абсолютная темнота поможет ей уснуть.

Она закрыла жалюзи своей магией, наслаждаясь темнотой, прежде чем лечь на сиденье и закрыть глаза. Должно быть, та пролежала так довольно долго, не в силах заснуть. В конце концов, когда попытки доказали проигрышность затеи, единорожка снова открыла глаза, и чёрная тьма обняла её своими розовыми оттенками, подобно…

«Розовые оттенки?»

Она посмотрела вниз и увидела, что её кулон снова светится. Та подняла его копытом, любуясь его мягким розовым сиянием. Похоже, Твайлайт хотела поговорить, и теперь, когда опасность миновала, Рэрити тоже этого хотела. Кроме того, опасность или нет, она уже несколько раз игнорировала вызов, и сделать это снова было бы просто невежливо.

Единорожка закрыла глаза и применила заклинание, и после знакомого Динь, наступила тишина. Тишина в её сознании, поначалу мирная и безмятежная, пока неприятное беспокойство не поползло вверх по её груди. Никогда в жизни она так не беспокоилась о самой себе, и ей потребовалось мгновение, чтобы понять, что это беспокойство Твайлайт.

— С ней… С ней всё в порядке?

«Флаттершай?»

Не успела эта мысль прийти ей в голову, как она открыла глаза, однако это сделала не Рэрити, а Твайлайт. Единорожка чувствовала, как лежит на сиденье поезда, и в то же время она ясно видела библиотеку, чувствовала библиотеку, как будто её разум был объективом камеры. Она сидела за круглым столом, любимым столом Твайлайт, а напротив неё сидела Флаттершай, выглядевшая бледнее обычного. Рэрити совсем не могла думать, так, будто её разум опустел, как будто все мыслительные процессы остановились и остались только мысли аликорна.

Она — нет, Твайлайт — моргнула раз, два, три, после чего другой кулон вылетел в поле зрения, окутанный магией малинового цвета.

Первой мыслью Рэрити было осознание того, что тот не был сломан.

— Он не сломан.

Флаттершай моргнула от заявления Твайлайт.

— Ч-чего?

— Конечно он не сломан, потому что не я питала заклинание, когда разорвалась ментальная связь.

Твайлайт ахнула. А может, то была Рэрити, а может, обе, когда аликорн осознала, что связь работает. Облегчение Твайлайт нахлынуло на единорожку, но и тревожная паника тоже, и шок от этого заставил ту открыть глаза как раз в тот момент, когда она начала привыкать к виду от лица Твайлайт. Секунду, а может, и меньше, ничего не происходило, пока глаза Рэрити привыкали к темноте купе, а её мозг проецировал библиотеку.

Но потом она не смогла справиться с двойным потоком информации.

Если её головная боль в начале дня была сильной, эта была совершенно невыносимой. Их глаза захлопнулись, когда Рэрити зарылась головой в копыта, её стоны были неотличимы от стонов Твайлайт.

— Принцесса Твайлайт?! Ч-что случилось?

— Головная боль... Я снова чувствую боль! Я чувствую… Это потрясающе, однако… Я совсем забыла… что это… так больно…

Единорожка снова застонала и развернулась на месте, почти готовая прервать заклинание, пока она — или Твайлайт, или кто там ещё, ей было всё равно — не применил другое. Это было исцеляющее заклинание, о котором та никогда раньше не слышала, но по мере того, как проходили секунды, ей казалось, что она всегда знала его, и когда они обе исполнили его, головная боль ослабла, а сонливость пришла в полную силу.

— Вы в порядке?! Рэрити больно?

Глаза Твайлайт снова открылись, и её встретил вид встревоженной Флаттершай.

— Я… Я хочу спать… Я действительно хочу спать! Или это она? Мы? Так вот на что похожа сонливость? Я уже не помню, но из-за этого я не могу ясно мыслить. Сон всегда такой надоедливый — или сон это признак слабости?!

Аликорн закрыла глаза, и единорожке было странно чувствовать себя одновременно лежащей на сиденье и уткнувшейся лицом в копыта за столом. Рэрити сначала не знала, чего ожидать, но вскоре её разум сосредоточился на... на воспоминаниях о Дискорде, о ярмарке, обо всём, что они узнали вместе.

Это навело ту на мысль, что, возможно, пришло время для давно назревшего разговора о драконах, договорах, секретах и чувстве вины, которое хранилось слишком долго.

Страх Твайлайт снова охватил её, и сознание Рэрити перехватило контроль, успокаивающе, нежно. Не каждый секрет должен быть раскрыт. Не сейчас, но, может быть, больше нет нужды продвигаться крохотными шажками?

— Принцесса? С ней всё в порядке? А с вами?

Сон овладел Рэрити, уводя её прочь от Твайлайт, магия в роге ускользала от неё, когда разум уловил последний фрагмент далёкого разговора.

— Да. Мы будем в порядке.

## — Глава 20 — Обузданный лабиринт

[Изображение: https://i.imgur.com/4BWEsak.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/3xCrPGu.png]

Сон не был добр или недобр к Рэрити. Ей удалось проспать почти четыре полных часа, но её сны были полны драконов, принцесс и Духов Хаоса. В одном сне она была там с Твайлайт и её другом драконом в тот злополучный день. В другом она болтала с Рэйнбоу и Пинки за пределами ярмарки. В том же, что наконец разбудил её, она пыталась вернуться домой, но была мучительно не способна найти библиотеку.

Остаток пути единорожка провела глядя в окно, и её мысли обратились к Фриттер Коблеру. Что с ним случилось на самом деле? Почему он не смог снова найти библиотеку Твайлайт? Или, может, он сдался и просто притворился, что не может её найти?

Это, по крайней мере, объяснило бы зловещие извинения, которые он оставил.

Понивиль показался вдали, становясь всё больше и больше по мере того, как поезд быстро приближался к нему. То было сказочное зрелище, которое Рэрити могла и не увидеть снова. Всё казалось таким нормальным и мирным, таким стабильным и без риска, в кои-то веки она была рада вернуться к безопасной и здоровой обычной рутине повседневной жизни. Ну, настолько нормальной, насколько может быть дружба с призраком.

Поезд затормозил  у платформы, и единорожка обвела взглядом толпу. Большинство пони просто ждали возможности сесть на поезд, когда он освободится, но ей также удалось разглядеть и несколько размахивающих табличками с именами. Может, кто-то держит и её имя, и вдруг окажется, что принцесса Денза зовёт Рэрити в свой замок!

Конечно, это было совершенно невозможно, однако она увидела в толпе несколько знакомых и встревоженных лиц. Флаттершай, меткоискатели — и Эпплджек — ждали на платформе, осматривая окна поезда и хмурясь.

«Что, во имя Эквестрии, происходит?»

Откуда такие взгляды? На короткое мгновение мысли Рэрити забрели на опасную территорию, и она почувствовала, как у неё перехватило дыхание при мысли, что с Твайлайт что-то случилось. Это была единственная мысль, пришедшая ей в голову, чтобы объяснить то, что они пришли сюда за ней.

Когда поезд окончательно остановился, она собрала свои многочисленные чемоданы и выбежала на платформу.

— Ого-го, какой приём! — воскликнула единорожка, хотя веселье в её голосе не задержалось надолго.

И правда, какой приём: выражения их лиц были столь же разнообразны, как и у пони, собравшихся со всей округи на ярмарку. Эппл Блум и Эпплджек, казалось, вздохнули с облегчением, последняя сняла шляпу и вытерла лоб; Скуталу тоже расслабилась на долю секунды, прежде чем расплыться в восторженной улыбке; Флаттершай уткнулась лицом в копыта; а заплаканная Свити Белль рванулась к ней и накинулась на сестру.

— С-Свити, да в чём де...

— Ты жива! — воскликнула кобылка, вцепившись в старшую единорожку с удивительной силой, привлекая внимание ближайших пассажиров, которые уставились на Рэрити, словно ожидали на глаз определить, что с ней не так. — Я думала, ты умерла, но ты жива!

Единорожка обняла сестру, неловко улыбаясь уставившимся на неё пони, прежде чем повернуться к Флаттершай за каким-либо объяснением.

— А... да, есть такое?..

— Рэрити! — выпалила Скуталу, подбегая к единорожке и подпрыгивая на месте. — Это правда?! Ты действительно встретила босса драконов?! Как ты выбралась?! Вы их побили?! — она оббежала кобылу вокруг. — Ты обзавелась крутыми шрамами?! Принцесса Твайлайт сказала, что ихний вожак был просто ОГРОМНЫМ!

Единорожка запнулась, не зная, что сказать. У неё было много вопросов, начиная с того, когда это Твайлайт рассказала о её приключениях меткоискателям, почему она рассказала пустобоким кобылкам, что Рэрити чуть не съели драконы, и, самое главное, почему они свободно обсуждали эту тему в присутствии Эпплджек.

— Эпплджек тоже может остановить драконов! — быстро сказала Эппл Блум, дёргая сестру за переднюю ногу. — Правда?!

Фермерша добродушно рассмеялась, потрепав сестрёнку копытом по голове.

— Полагаю, эт не сложнее, чем разобраться со стаей Древесных Волков.

— Ты уверена, что они не вернутся, чтобы съесть тебя?! — спросила Свити, тоже дёргая сестру за переднюю ногу. — Что, если они вернутся и найдут тебя, а потом пойдут в библиотеку, и тогда ты станешь призраком, как принцесса Твайлайт, и тогда...

— Свити Белль, дорогуша, я бы никогда не допустила, чтобы со мной случилось что-то подобное, — пролепетала единорожка, уткнувшись в сестрёнку мордочкой. — В конце концов, нам с тобой ещё многое предстоит сделать вместе!

Юная единорожка шмыгнула носом.

— Флаттершай рассказала нам сегодня утром, и я очень испугалась… Я не хочу, чтобы ты стала призраком...

— Рэрити не превратится в привидение — сказала Флаттершай, наконец-то заговорив, после того как оторвала лицо от копыт; она уже выглядела гораздо более спокойной.

— К тому ж, разве принцесса Твайлайт не была проклята этим перцем, Дискордом? — спросила Эпплджек, и у Рэрити возникло ещё больше вопросов. — Я думаю, что если тебя съест Дракон, эт не сделает тя сразу призраком.

— Простите, что перебиваю, — громко произнесла единорожка, привлекая всеобщее внимание, — но…— она посмотрела на фермершу. — ...Принцесса Твайлайт?

Эпплджек нахмурилась, глядя на своих спутников.

— Так её зовут, не так ли? — спросила она, и только через мгновение поняла скрытый смысл в вопросе Рэрити. — О! О, терь и я знаю. Я с ней не встречалась, но знаю о ней. Наконец-то выясняла, кто давал домашку по зельеварению Эппл Блум. — Она игриво нахмурилась, глядя на сестру. — Помощница Зекоры, а?

— Ну, ты ж мне раньше не верила… — пробормотала младшая земнопони.

Фермерша опустила уши.

— Эппл Блум…

— Я ей сказала, — подала голос Флаттершай, прижав уши к голове и избегая встречаться взглядом с единорожкой, как жеребёнок, вынужденный признаться в проступке. — Принцесса Твайлайт сказала, что потеряла с тобой связь, когда ты была у драконов, и ты не отвечала почти целый день, и я... — её голос ослаб. — Я думала, ты можешь не вернуться. Я не знала, кто ещё может мне помочь...

Рэрити почувствовала, как в горле у неё образовался ком.

Она не подумала о том, как её сообщения повлияли на остальных. Не сочла нужным связаться с Твайлайт после битвы, особенно когда сама знала, что жива, но только сейчас единорожка поняла, как ужасно, должно быть, было Твайлайт, Флаттершай и жеребятам, когда она так долго держала их в неведении.

— Я... простите, я не… — она прижала уши и понурилась. — С моей стороны было необычайно невнимательно не связаться с вами раньше, и я прошу прощения за то, что заставила вас всех так волноваться.

— Видела бы ты принцессу Твайлайт! Это было просто потрясно! — воскликнула Скуталу. Похоже, она меньше всех волновалась из группы. — Она пыталась взорвать себе путь из библиотеки, и она стреляла этими супер крутыми лазерными лучами, и она почти уничтожила библиотеку, и...

Единорожка была ошеломлена.

— Что?!

Пегасёнка отступила на несколько шагов.

— Э-э... ну, Флаттершай так сказала, но держу пари, это было супер круто.

— Она... э-э... очень волновалась, — быстро уточнила Флаттершай, однако это было такое себе уточнение. Рэрити оставалось только надеяться, что кобылка сильно преувеличивала.

Единорожка закусила губу. Она очень хотела отправиться домой на пару часиков и отдохнуть, но похоже, что лучше сначала повидаться с Твайлайт. Она предпочла бы убедиться, что с аликорном всё в порядке, и всегда могла просто отдохнуть в библиотеке.

— В таком случае, я...

— Мы должны навестить её! — прервала её Свити, и прежнее беспокойство Рэрити исчезло.

— «Мы?» — спросила она, не в силах остановить вопрос, слетевший с её губ.

Кобыла переводила взгляд с одной пони на другую. Как бы эгоистично это ни было, она не хотела, чтобы они пошли с ней. Единорожка хотела побыть наедине со своей принцессой, а присутствие других пони означало, что она не могла... ну, не то чтобы Рэрити не могла быть собой, когда рядом были другие, просто она не могла делать нечто большее…

«Нет, Рэрити. Они не заслуживают того, чтобы их отталкивали, особенно после всего, через что ты заставила их пройти своим легкомыслием».

— Ах... Да! Да, мы должны, — наконец произнесла единорожка с улыбкой, надеясь, что та не выглядела хотя бы немного разочарованной. Она взглянула на свой багаж и заколебалась. — Но…

Эпплджек улыбнулась.

— Может, будет немного лучше, если ты сначала закинешь барахлишко домой.

* * *

Эпплджек была ужасно молчалива.

Звуки леса перекрывались болтовнёй трёх кобылок, расспрашивавших Флаттершай и Рэрити о драконах, но Эпплджек за всё это время не проронила ни слова. Она держалась рядом с единорожкой во главе группы, часто оглядываясь на сестру и хмуря брови. Большое лассо свисало у неё со спины, обеспечив Рэрити забавным воображаемым образом Эпплджек, сражающейся с древесным волком.

А ведь та могла бы.

— О чём задумалась, Эпплджек? — спросила единорожка, надеясь вытянуть из кобылы хоть какую-то тему для разговора. — Всё в порядке?

— Думаю о том, как Эппл Блум таскалась так далеко в лес, ничего нам не сказав, — произнесла земнопони, обвинительные нотки в её голосе не ускользнули от внимания Рэрити. — Не уверена, что хочу оказаться поблизости, когда Биг Мак узнает.

— Э... — выдавила из себя единорожка, судорожно сглотнув и переведя взгляд на летящую у них над головами Элару, стыд прожигал её насквозь. Если бы она была на месте Эпплджек, фермерша не знала бы конца её осуждающим тирадам.

— По крайней мере, она была с тобой и Флаттершай, — продолжила земнопони, слегка смягчившись. — Зная её, она могла и одна упереться.

— Да, похоже, принцесса Твайлайт обладает непреодолимым притяжением, — признала Рэрити. — Надеюсь, ты с нетерпением ждёшь встречи с ней?

Эпплджек нахмурилась.

— Даж не знаю.

— Не знаешь?

— Мне не нравится думать, что Эппл Блум лгунья. Мы, Эпплы, не лжецы — продолжала фермерша. — Но если принцесса Книжечка не детская сказочка, эт значит, что наша семья веками неоправданно обвиняла старину Фриттер Коблера во лжи, и мне эт не нравится.

Единорожка оглянулась на извилистую тропинку, обдумывая услышанное. Ну, похоже, ей на самом деле нечего было обдумывать, так как та без сомнения знала, что Твайлайт реальна, но она также могла понять, почему пони верят, что Фриттер Коблер лгал, особенно учитывая, что он так и не вернулся к Твайлайт.

У неё что, тогда не было сов?

— Тогда, возможно, вы с Эппл Блум можете искупить вину перед ним? — предложила Рэрити, с улыбкой глядя на кобылу. — Тот факт, что твои предки заклеймили Фриттер Коблера лжецом, не означает, что вы должны продолжать это делать. На самом деле, я уверена, он хотел бы, чтобы вы познакомились с Твайлайт.

— Да! Ты понравишься принцессе Твай! — добавила юная Эппл, присоединяясь к разговору. — Она оч милая, и знает много о магии, и она говорит, что оч скучает по джему, что делала пра-пра-пра-пра-пра-пра... — она сделала глубокий вдох. — ...пра-пра-бабушка Харт Кор!

Путь через лес продолжался, сопровождаемый гораздо большим количеством беззаботной болтовни. Идея Эппл Блум об «Одобренном принцессой джеме» показала себя отличным способом отвлечь Эпплджек от перспективы наткнуться на древесных волков или любых других лесных тварей.

Наконец вдали показался знакомый старый дуб, и настроение Рэрити сразу изменилось. О Денза, как же она соскучилась! Любопытно, не правда ли? Каждый раз, когда она возвращалась в библиотеку после нескольких дней отсутствия, она всегда чувствовала, что соскучилась по ней, и каждый раз удивлялась этому. На этот раз это чувство было гораздо сильнее, впрочем, вероятно, это потому, что она на мгновение столкнулась с перспективой никогда больше не увидеть её — как и что-либо ещё.

— Эт оно?

Голос фермерши привлёк внимание единорожки.

Та смотрела на дерево, неясное выражение застыло на её лице. В загадочном жесте земнопони сняла шляпу в знак… чего? Почтения? Уважения? Рэрити правда не знала, но ей это нравилось. К Твайлайт Спаркл и её дереву следует относиться с должным уважением.

Спустя мгновение Эпплджек снова надела шляпу, подбежала к краю дыры, окружавшей дерево, и посмотрела вниз.

— Эт зачем? Не похоже на что-т естественное, — заметила она, оглянувшись на единорожку, и на мгновение отвлеклась на кобылок, что промчались мимо неё и спрыгнули вниз.

Рэрити протрусила мимо неё и присоединилась к кобылкам внизу.

— Не имею ни малейшего представления, — ответила она, оглядывая стены углубления. — Всё уже так и было, когда я впервые наткнулась на библиотеку. Полагаю, Твайлайт сделала это ещё тысячу лет назад.

Малышня уже теснились возле люка, что напомнило единорожке о одной весьма важной детали. Хотя она не видела проблемы в том, чтобы наведаться в библиотеку всей толпой, она хотела, по крайней мере, предупредить Твайлайт об Эпплджек. Приводить неприглашённых гостей никогда не считалось вежливым, и так уж случилось, что это давало Рэрити несколько минут наедине с принцессой, что было очень приятным совпадением и никоим образом не означало, что она просто искала повод побыть наедине с Твайлайт.

— Так , девочки, почему бы вам не подождать снаружи с Эпплджек, пока я приведу Твайлайт? — предложила Рэрити, используя свою магию, чтобы перенести меткоискательниц подальше от люка. Проигнорировав их жалобный скулёж, она мягко опустила их в метре от дерева.

И прежде чем те успели возразить, единорожка открыла люк и шагнула внутрь, напоследок пообещав не задерживаться. Только люк закрылся над её головой, она вздохнула в недолгом облегчении, которое быстро сменилось предвкушением, когда она вспомнила, что снова встретится с Твайлайт.

При поддержке осветительного заклинания Рэрити спустилась по винтовой лестнице и заглянула вглубь туннеля. Она могла видеть освещённую библиотеку в его конце, более того, она видела Твайлайт, сидящую прямо напротив барьера, всего в нескольких сантимерах и лицом к туннелю, её глаза были обращены к парящей перед ней открытой книге.

Похоже, принцесса не заметила появления единорожки. По началу Рэрити хотела окликнуть её, но тут ей в голову пришла идея получше. Как можно тише она преодолела туннель, оказавшись лицом к лицу с Твайлайт.

Та, погружённая в свои исследования романа о Дэринг Ду, была окружена кипой аккуратно сложенных книг. Её часы оказались сняты со своего обычного места над столом и теперь покоились на одной из книжных башен.

Она ждала её? Судя по количеству книг, она собиралась ждать довольно долго.

Потрясённая улыбка появилась на губах единорожки. И элегантно усевшись напротив, она издала вежливое покашливание.

Твайлайт, нахмурившись, подняла взгляд, явно раздражённая тем, что её отвлекают. Но раздражение исчезло после того, как она моргнула раз, другой, третий, а затем её глаза расширились.

— Рэрити! — воскликнула аликорн, — аккуратно — отбросив книгу и практически прыгнула на единорожку. Она добилась бы большего успеха, если бы тут же не возник барьер и не отбросил её на пару метров назад с обиженным «уф!», румянцем и неприязненным взглядом на магическое силовое поле.

Рэрити не смогла удержаться и засмеялась с извиняющимся тоном. Она не ожидала, что Твайлайт попытается обнять её.

— О небо, Твайлайт, я тоже рада тебя видеть! Жаль, что этот надоедливый барьер так любит всё портить, не правда ли?

Наконец она вошла в библиотеку, склонила голову набок и невинно затрепетала ресницами.

— Если хочешь, я могу сотворить заклинание связи и обнять себя?

Аликорн нахмурилась, словно обдумывая предложение, пока её румянец не стал ярче раз в десять.

— Твоё эго просто зашкаливает.

— Дорогуша! Вижу, тебе пригодился словарь современной лексики, который я тебе купила! Я знала, что это был правильный выбор.

Твайлайт игриво улыбнулась, поднимаясь.

— Мне же нужно было что-то читать, пока тебя не было.

Однако её улыбка не продержалась долго, а глаза метнулись к единорожке, осматривая ту... Она искала травмы?

— Понимаю… — Рэрити осеклась, пытаясь подобрать дальнейшие слова. — Должна сказать, после того приёма, что мне устроили ранее, я ожидала, что ты будешь немного более… как бы это сказать? Взволнована моим возвращением, — она повернулась к стене туннеля. — Флаттершай сказала, мой инцидент вызвал довольно бурную реакцию…

Стена у выхода и раньше была украшена выцветшими следами взрывов, и теперь Рэрити поняла, что Скуталу не преувеличивала, говоря, что Твайлайт Спаркл пыталась взорвать себе путь из библиотеки. Пол был усеян щебнем из расширенных проломов, усеивавших стены.

Рэрити знала, это означало, что она заставила подругу волноваться слишком сильно, но она солгала бы, если бы не призналась, что втайне упивалась тем, что всё это было сделано ради неё. Не то чтобы она когда-нибудь расскажет об этом Твайлайт.

— Твайлайт. — Она снова повернулась к аликорну. — Ничего не хочешь объяснить?

Взгляд Твайлайт метался между единорожкой и повреждённой стеной.

— Я… Я... Ладно! А что ты ещё от меня хотела?! — выпалила она, и её щёки вспыхнули настолько ярко, насколько это возможно. — Ты не отвечала! И была в пещере драконов, и Флаттершай была здесь, и... — Рядом с ней появилась доска, исписанная уравнениями. — Шансы того, что ты научишься телепортации или любым другим средствам защиты менее чем за десять минут, стремятся к нулю, а если бы ты погибла, то я бы никогда...

— Но я жива, — перебила её Рэрити. — И всё это благодаря тебе. — Она подняла копыто и весело улыбнулась, поигрывая кулоном. — Они не очень-то горели желанием съесть меня, когда я сказала им, что этим они навлекут гнев тысячелетней принцессы-аликорна. И не какой-либо… — она остановилась, слова застыли у неё на губах. Единорожка собиралась вступить в опасные воды. — И не какой-либо, а той, что давным-давно предпочла их собственному королевству.

Эффект от её слов был незамедлительным.

— Оу. — Твайлайт отступила назад, поджав уши, и хотя она не нуждалась в кислороде, похоже, от привычки тяжело дышать при стрессе было трудно избавится. — О… Гм… Я ... А-а-а-а... — Она закрыла глаза, и Рэрити легко представила себе внутреннюю борьбу, какую она разожгла в Твайлайт этими словами.

В конце концов, Рэрити буквально пережила подобное вместе с Твайлайт.

— Твайлайт, это...

Рядом с аликорном появился крупный свиток, на который она смотрела с тревогой.

— Это не должно происходить так. Этот разговор отнюдь не на первом месте в моём списке дел, и если я сейчас выйду из строя, то не смогу...

— В таком случае, — мягко перебила её Рэрити, — почему бы нам сначала не закончить все дела из твоего списка, а? Две пони быстрее одной, не так ли?

Твайлайт переводила взгляд между Рэрити и свитком.

— Не совсем. Всё зависит от средней скорости каждого пони, как в их обычных занятиях, так и в выполнении поставленной задачи. Пегас может преуспеть в делах, связанных со скоростью и аэродинамикой, но они не могут выполнять силовые задачи так же быстро, как земные пони, в то время как едино...

— Ты тараторишь, дорогуша.

Аликорн закрыла глаза, уши по-прежнему были прижаты к голове.

— Ты не можешь помочь мне закончить дела перед этим разговором.

Рэрити подняла бровь.

— Почему же?

— ...Потому что я не хочу вносить его в свой список дел.…

Единорожка вздохнула.

— Твайлайт... Я понимаю, что это трудно, но, возможно, пришло время для открытости и честности?

Аликорн прикусила губу, чуть ворча. Рядом с ней появилось перо, которым она неохотно написала что-то в самом низу свитка. Как только она закончила, перо и свиток исчезли во вспышке магии.

— Хорошо.

Рэрити хлопнула в копыта.

— Чудесно! Спасибо, Твайлайт — сказала она. — Однако должна предупредить, что твой список дел сегодня не понадобится, так как к нам присоединится сестра Эппл Блум.

Твайлайт тут же оживилась.

— Что? Правда? Но ты же сказала, что она не верит в меня!

— Похоже, она изменила своё мнение. На самом деле она очень хочет познакомиться с тобой, — ответила единорожка. — И она...

— Рэрити! Ну же! — раздался отдалённый голос Свити — Можно нам уже войти?!

— Кстати об этом, — Рэрити повернулась к туннелю. — Да, спускайтесь! Но будьте осторожней на лестнице!

Пока они терпеливо ждали прибытия остальных, Твайлайт, не теряя времени, засыпала Рэрити ворохом вопросов. Что ей делать? Что Эпплджек знает о ней? Как Рэрити думает, будет ли Эпплджек интересно поговорить о развитии сельского хозяйства за последнюю тысячу лет? Нет, это не скучная тема! Эппл Блум было очень интересно, Рэрити, и нет, она не просто «притворялась», что ей интересно!

— Или всё-таки притворялась?.. — пробормотала аликорн, глядя вниз и потирая подбородок копытом.

— Не открывай пока глаза.

Эппл Блум возглавляла процессию и выглядела ужасно возбуждённой. Встреча Эпплджек с Твайлайт было событием, о котором она непрерывно говорила в течение последних недель, так что было ожидаемо, что она будет на седьмом небе от счастья.

Глаза фермерши действительно были закрыты, когда она осторожно вошла в библиотеку, нахмурив брови.

— Открывай!

Следуя инструкции, Эпплджек открыла глаза, которые тут же расширились, а рот приоткрылся. Естественная реакция для столь неестественных обстоятельств.

Твайлайт же, похоже, полностью избавилась от волнения, охватившего её несколько мгновений назад, а её реакция сильно отличалась от той, какой в своё время удостаивалась Рэрити. Если раньше она держалась бы отстранённо и настороженно, теперь же приветствовала их со всем достоинством, ожидаемым от принцессы. Она стояла прямо, подтянуто, но не надменно, а её крылья были наполовину расправлены, что ещё больше подчёркивало: она действительно была настоящим аликорном древности, а не какой-то глупой сказочкой.

Повисла тишина, рискующая перерасти в неловкую, поскольку все, затаив дыхание, ждали реакции фермерши.

— Я...

Как и прежде, она сняла шляпу, но вместо того, чтобы обратиться к принцессе, повернулась к младшей сестре.

— Прости, что не поверила тебе, Эппл Блум. Мне следовало доверять тебе.

Кобылка на мгновение смутилась, потирая копытом затылок.

— О… Да усё в порядке, сестрёнка, я знаю, что эт звучало немного безумно, но гляди! — Она рванулась к Твайлайт, распираемая от возбуждения. — Покажи ей свои призрачные штучки, принцесса Твай!

Аликорн моргнула.

— Мои что?

— Ну знаешь! — вмешалась Скуталу. — Когда ты, типа, ходишь сквозь книжные шкафы, столы и всё такое!

Уши Твайлайт выпрямились.

— О! Кхм...

Она огляделась. Стен поблизости не было, и хотя неподалёку стояли стопки книг, она выбрала совсем иную цель для своей демонстрации. Без предупреждения, со всей деликатностью слона в посудной лавке, она подняла копыто и помахала им внутри Рэрити.

— Твайлайт Спаркл! — взвизгнула Рэрити, тщетно пытаясь прикрыться от действий Твайлайт.

— Ч-что? — спросила принцесса, напуганная достаточно, чтобы прекратить махать, но не настолько, чтобы убрать ногу. — Они попросили меня сделать это!

— Ты и пирог мне в лицо бросишь, если Скуталу попросит?! Честное слово, где твои манеры?! — огрызнулась единорожка, отступая назад, чтобы самостоятельно убрать эфирную конечность аликорна из своей груди. Она бы солгала, если бы сказала, что не хотела быть немного ближе к Твайлайт, но уж точно не подобным образом!

— Я эт вижу и усё равно не могу поверить, — сказала Эпплджек.

Флаттершай тихо хихикнула.

— Очень тебя понимаю.

Прочистив горло, Твайлайт поправила крылья и улыбнулась фермерше. И снова маленькие жесты напомнили Рэрити о прогрессе, которого аликорн достигла за последние месяцы. Единорожке потребовались недели, чтобы добиться от Твайлайт улыбки. И вот она улыбается Эпплджек всего через несколько минут после знакомства.

Она уже хотела что-то сказать, но Скуталу перебила её.

— Да ладно вам, болтовня это скучно! Пойдём играть в лабиринте! — воскликнула она и умчалась прочь, а Свити Белль последовала за ней.

— Ой, подождите! — выпалила Флаттершай и бросилась вслед. — Это может быть всё ещё опасно!

— Значит, ты тоже потомок Фриттер Коблера? — спросила Твайлайт, не подозревая о том грузе, что фермерша несла в отношении своего предка.

Эпплджек замялась, поигрывая шляпой.

— Эт так, принцесса. Не прям его, конечно, тому что у него никогда не было детей, но из его семьи, — сказала она.

Земнопони немного помолчала, прежде чем продолжить.

— Он действительно верил в тя, принцесса. Никогда не переставал искать всю свою жизнь.

Лицо Твайлайт на мгновение помрачнело.

— О… Да, Эппл Блум рассказывала. Он был хорошим другом.

С минуту все молчали. Похоже, погрузившись в собственные мысли. И мысли Рэрити всё время возвращались к Фриттер Коблеру, она гадала, как, должно быть, ужасно ему приходилось. Вероятно, даже не столько из-за пони, называющих его лжецом, сколько из-за Твайлайт и того факта, что она никогда не будет свободна. Или, скорее, саму Рэрити беспокоило бы именно это, окажись она на его месте.

— Его деда, Эппл Крисп, рассказал ему о тебе! — сказала Эппл Блум, с трепетом глядя на Твайлайт. — Эт правда, ты знала его?!

— Эппл Крисп?.. — Лицо Твайлайт каким-то образом помрачнело ещё сильнее, однако её губы украсила печальная улыбка. — Он был сыном капитана Айрон Коблера. Они были мне как семья, пока я… — она оборвалась на полуслове, её взгляд скользнул по стопкам книг. — Я обещала прочитать ему сказку на ночь, прежде чем это случилось.

— Не переживай, принцесса Твай! — продолжила Эппл Блум, топнув копытом по полу. — Ты можешь рассказать её нам, когда у нас будет ночёвка! Эт будет как рассказать её ему, ведь бабуля Смит говорит, что пони, которых мы любим, всегда присматривают за нами!

— Уверена, ему б эт очень понравилось, принцесса Твайлайт, — добавила Эпплджек, снова надевая шляпу. — Ему и Фриттер Коблеру.

— Видишь, дорогуша? — сказала Рэрити, чувствуя облегчение от того, что разговор свернул в более лёгком направлении. — Я же тебе говорила, что ночёвка это чудесная идея! И я уверена, присутствие Пинки сделает её в разы веселее.

Ахнув, Твайлайт обернулась к единорожке, её глаза расширились.

— Пинки? Та самая пони, что знает, где принцесса Луна? — Она чуть ли не виляла хвостом от возбуждения. — Она придёт?!

— О! Денза милостивая, я что, тебе не сказала? — спросила Рэрити, прикусив губу. — Всё так, она будет здесь! Я знала, что ты хотела с ней встретиться, поэтому пригласила её на ночёвку. Она просто прелесть; она была так счастлива, что я испугалась, как бы она не расплакалась.

— Погодьте-ка, — прервала их Эпплджек, нахмурив брови. — Принцесса Луна?

— Агась! — воскликнула Эппл Блум, потянув сестру за ногу. — Настоящее имя принцессы Селены — Луна! Разве не здорово?! А принцессу Солнышко на самом деле зовут Селестия!

Фермерша повернулась к Рэрити и Твайлайт.

— Хотите сказать, что ужо и принцессу Селену нашли? — Она поправила шляпу и подняла бровь, глядя на единорожку. — Ну и ну жеж, Рэрити. Эппл Блум говорила, что ты колесишь по Эквестрии в поисках принцесс, но я и не предполагала, что у тебя эт так хорошо получится.

Единорожка издала горделивый смешок, разглядывая своё копыто.

— А, не хочу хвастаться, но я, похоже, настоящий магнит для принцесс. Уверена, я найду Селестию так же быстро! — Она повернулась к Твайлайт и усмехнулась. — Разве это не сказочное везение, что у тебя есть я и мои превосходные навыки поиска?

Принцесса фыркнула.

— Ну конечно. Ты даже сюда добраться не можешь без помощи Темиса или Элары.

— Что?! Конечно же могу! И докажу это прямо сейчас!

— Так вот где ты скрывалась всё это время? — спросила Эпплджек, проходя мимо двух кобыл и предотвращая возможную игру в «найди библиотеку». Она огляделась вокруг, а затем обернулась к Твайлайт.— И ты правда не могёшь выбраться?

Принцесса покачала головой.

— Нет. Дискорд установил барьер, который не даёт мне уйти, и моя магия не может противостоять магии хаоса.

По началу фермерша ничего не отвечала, вместо этого задумчиво осматривая туннель. И через мгновение снова обратила своё внимание на интерьер библиотеки, подняв взгляд к люстре.

— Должно быть, многое изменилось за тысячу-то лет, — заметила она, разглядывая картины на стене.

— О да! — ответила Твайлайт с бодрой радостью в голосе, несмотря на довольно мрачное замечание. — Судя по книгам и журналам, что Рэрити дала мне для моих исследований, а также по фотографическим свидетельствам, которые она собрала, теперь у меня есть первичное представление о том, насколько изменилась Эквестрия за время моего заключения. На самом деле… — Рядом с ней появился свиток, который она внимательно изучила. — У меня есть к тебе несколько вопросов о развитии сельского хозяйства и его социально-экономических изменениях за последнее тысячелетие!

Рэрити кашлянула.

Так она намекала, что собирается уходить, и, судя по выражению лица Эппл Блум, та подумывала о том же. Как бы захватывающе ни было слушать подобный разговор, единорожка солгала бы, если б сказала, что у неё не было дел, которым она бы отдала большее предпочтение. А они были! Ей нужно было поговорить с Флаттершай и Свити Белль, у которых, безусловно, были менее увлекательные темы для разговора, чем история сельского хозяйства Эквестрии.

— Отлично, тогда я оставлю вас наедине, — сказала она, и на мгновение Твайлайт нахмурилась, услышав это восклицание.

— О... — Аликорн снова посмотрела на свой свиток. — Хм… С чего бы начать…

— Не хочешь присоединиться, Эппл Блум? — предложила Рэрити, и кобылка, не теряя времени, приняла предложение и тут же умчалась к своим друзьям.

— Не слишком радуйся, Эппл Блум! — крикнула Эпплджек. — Те не удастся избежать выпечки яблочных пирогов со мной и бабулей! Эт займёт не больше часа!

Единорожка чуть не рассмеялась.

Час! Фермерше повезёт, если Твайлайт управится за неделю.

* * *

Сидя за столом, Рэрити смотрела на заколдованный лабиринт. Он был спокоен, неподвижен и тих, как и всегда, когда Твайлайт не было рядом. Изнутри доносились голоса трёх кобылок, игравших в очередной раунд своих маленьких лабиринтных игр.

Вообще-то прошло уже немало времени с тех пор, как она в последний раз видела, как аликорн пыталась подчинить себе книжные шкафы. Может быть, та бросила попытки достичь, чего бы она там ни добивалась? Да, лабиринт может раздражать, но он же довольно безвреден, не так ли? В конце концов, единственная пони, на которую нападал лабиринт, физически не могла быть ранена — буквально.

Единорожка вернула взгляд к Флаттершай, уставившуюся на собственные сложенные на столе копыта. Их разговор шёл не совсем так, как ожидала Рэрити. Откровение о том, что та узнала, что «сделала Твайлайт», вызвало у пегаски много вопросов и мало ответов.

И самое худшее, единорожка не была полностью уверена, как много она должна рассказать своей подруге.

— Ты думаешь, она не права? — наконец спросила Флаттершай, подняв взгляд на Рэрити.

Единорожка вздохнула, взяв со стола перо и повертев его в своей магии.

— Не знаю, — ответила она. — Объективно я бы сказала, что да. Дух дал ей практически невозможный выбор, даже не так, это был… — Она запнулась, не зная, как получше выразиться. — Это был... «юридически невозможный» выбор.

— Юридически невозможный?

Рэрити кивнула.

— Да. Не знаю, куда она её положила, но здесь есть книга, в которой говорится, что Дух мог просить только землю в обмен на мир, а он просил о живом существе.

— Ж-живом существе? Ох ёжики...

— Можешь себе представить, как вся эта история лишний раз пробудила для Твайлайт неприятные воспоминания.

Пегаска снова уставилась в стол.

— Я не знала...

Единорожка вздохнула и вновь повернулась к лабиринту.

Она не стала говорить Флаттершай кого именно просил Дискорд, и что это значило для Твайлайт; эту деталь, вероятно, лучше придержать в секрете, пока она не обсудит ту с самой принцессой. Рэрити была полна решимости ласково, но твёрдо заставить Твайлайт понять, как глупо она вела себя, виня себя в том, что ни в коем случае не могло быть её виной.

Если бы та ещё захотела поговорить об этом.

— Я думаю, ей уже лучше.

Единорожка снова повернулась к подруге и обнаружила, что та слегка улыбалась, и правильно делала! Не было смысла зацикливаться на прошлых ошибках, когда Твайлайт и так делала тоже самое уж слишком долго. Сегодня было время праздновать её успехи.

— Так и есть! — согласилась Рэрити, оживляясь. — Я думала о том же самом недавно. Мы очень далеко продвинулись по сравнению с тем, какой она была несколько месяцев назад. — Она хихикнула и добавила: — Не сказала бы, что так уж скучаю по «принцессе Вечно Хмурой».

— И она очень заботится о тебе.

Единорожка моргнула, прежде чем позволить улыбке появиться на её губах. А вот этим утверждением она была чрезвычайно довольна.

— О да, если судить по следам взрывов на стене у выхода! — воскликнула она, хлопая ресницами и поправляя копытом гриву. — С другой стороны, я ради неё чуть не пошла на корм драконам, так что, держу пари, я выиграю в конкурсе «кто о ком больше заботится!»

Флаттершай ничего не ответила, лишь нахмурила брови и задумчиво хмыкнула.

Рэрити театрально ахнула.

— Дорогуша! Ты что же, завидуешь?

Пегаска покраснела.

— О-о! Нет, я... — она осеклась, обернувшись, словно желая убедиться, что они одни, затем сглотнула.. — Свити Белль… кхм... не злись на неё.…

Единорожка вздохнула.

— О Денза, что она натворила?

Её потребовалось немного подтолкнуть, но в конце концов Флаттершай призналась шёпотом:

— Она сказала Эпплджек, что тебе... — пегаска запнулась. — Очень нравится принцесса Твайлайт.

«О, да ради всего понячьего».

Этой кобылке нужен серьёзный урок о болтливости, и поскорее.

Рэрити вздохнула с некоторым облегчением. Она ожидала чего-нибудь похуже, и хотя она предпочла бы, чтобы о её чувствах знала только Флаттершай, она была вполне уверена, что Эпплджек была гораздо более тактична, чем её младшая сестра — если она вообще поверила Свити Белль.

— Всё в порядке, дорогуша, — отмахнулась единорожка. — Если честно, после всего, что я пережила в драконьих пещерах, немного слухов не такая уж и проблема.

— Насчёт этого… Я всё понимаю, мы все хотим помочь принцессам, но… пожалуйста, будь осторожней…

Рэрити немного поёрзала.

— А, что ж, могу тебя заверить, что это был такой опыт, который я не захочу повторять в ближайшее время.

По всему, Флаттершай, похоже, тоже росла. Подумать только, несколько месяцев назад она была так яро против поисков единорожки, а теперь она поддерживала её так сильно, как только могла. Казалось, всё меняется к лучшему во всех отношениях, и если у Рэрити есть право голоса, то и точка зрения Твайлайт на её прошлые поступки изменится к лучшему.

Её мысли были прерваны звуком отдалённых голосов, и она подняла голову, чтобы увидеть Эпплджек и Твайлайт, спускающихся по лестнице. Как долго они разговаривали? Рэрити показалось, что она провела с пегаской по меньшей мере пару часов.

— А что случилось потом? И каковы были конкретные последствия в социально-экономической динамике Понивилля, принимая во внимание недавнюю девальвацию бита, упомянутую в… — подойдя к столу единорожки, принцесса призвала один из учебников истории Свити. — ...о, погоди, великая депрессия была веком ранее.

— Ну, конечно, то, чо весь клятый урожай сожрали параспрайты, не было хорошей новостью для Понивилля. Никакого зап-яблочного джема в тот сезон, ты бы видела Филси Рича. Я думала, он прям там копыта откинет, — сказала фермерша, останавливаясь рядом с Рэрити, и огляделась. — А где ЭйБи? Нам лучше поторопиться, если мы хотим доделать яблочные пироги для Черили.

Твайлайт нахмурилась.

— О… Полагаю, у меня уже достаточно информации, чтобы обновить свои исследования. — Рядом с ней появился новый свиток, на котором она что-то записала. — И по вопросам тоже всё.

Рэрити повернулась к Эпплджек.

— Надеюсь, вы славно поболтали с принцессой?

Фермерша кивнула, с улыбкой глядя на аликорна.

— Хороша Понивильская принцесса! Знает, что здесь действительно важно. — Затем, помявшись, добавила: — Однако ж, возможно, потребуется немного больше времени, чтобы привыкнуть к её... «призрачным штучкам».

Твайлайт ничего не сказала, погрузившись в свой свиток, но единорожка была очень довольна ответом. Всё больше и больше пони окружало Твайлайт, и каждая встреча проходила гладко. Это не могло не обнадёживать.

— Эппл Блум! Мы уходим! — крикнула Эпплджек, вызвав крайне разочарованный стон из лабиринта.

— На самом деле, сейчас самое время, — сказала Рэрити. — Нам с Твайлайт как раз нужно обсудить кое-какие нерешённые вопросы, так почему бы Флаттершай и девочкам не вернуться с тобой?

А вот теперь Твайлайт отреагировала, переведя взгляд на единорожку.

—...Нерешённые вопросы?..

Рэрити мило улыбнулась.

— Ну да! Это даже есть в твоём очень важном списке дел, разве нет?

Принцесса моргнула раз, другой, третий.

— П-погоди, Эпплджек! — выпалила она, ещё раз оглядев свиток. — Вообще-то у меня ещё осталось несколько вопросов! Например...

— Твайлайт.

Твайлайт посмотрела на земнопони и указала на верёвку, висевшую у неё за спиной.

— Для чего это?!

— Твайлайт Спаркл, это верёвка, и ты прекрасно знаешь, для чего она, — ответила Рэрити.

— Эт моё лассо, — объяснила Эпплджек, закружив верёвку в воздухе. — Прихватила с собой на случай, если какой-нидь древесный волк решит подурачиться.

— Лассо? — пробормотала аликорн, и перед ней появился словарь.

— Так точно! С этой штукой я могу усмирить даж самых буйных коров. За эт я получила первый приз на родео в Эпплузе.

Твайлайт снова посмотрела на фермершу, хмуря брови.

— А ты смогла бы подчинить себе неодушевлённый предмет? Книжный шкаф?

Эпплджек моргнула.

— Книжный шкаф? Полагаю, я могла бы, но на кой ляд те ваще арканить книжный шкаф?

Рэрити приподняла бровь. У неё было ужасное ощущение, что она знает, к чему клонит аликорн.

— Дорогуша, я искренне надеюсь, что ты не собираешься попросить о том, о чём, я думаю, ты подумываешь попросить, — сказала она.

* * *

ШМЯК!

Из опыта, полученного за последние полчаса, Рэрити могла честно сказать, что не видела привлекательности в идее скакать по книжным шкафам. Даже не обращая внимание на то, что у неё от этого кружилась голова — это было банально опасно. Хуже того, им приходилось иметь дело не с обычными шкафами, а с такими, что активно пытались их прихлопнуть.

Она и Эпплджек, обе на шкафах лабиринта, каждая при лассо, пытались найти гадкий книжный шкаф, приютивший в себе магию хаоса. После попыток сбежать от них он теперь, похоже, решил смешаться с другими.

Единорожка пересекла ряд шкафов, левитируя за собой лассо, и прыгнула на тот, на котором стояла фермерша.

— Эпплджек! Я полагала, что ты в этом деле мастер! — сказала Рэрити, вернув взгляд к светящимся книжным шкафам.

— Ну уж звиняй, Рэрити, мне не часто приходится ловить сумасшедшую мебель, — возразила земнопони, свирепо глядя на лабиринт. — Принцесса Твай?! Есть чо-нидь?

В кои-то веки Твайлайт Спаркл была единственной пони, которая не могла бродить по верхам лабиринта, магия хаоса удерживала её на земле. Потому она затерялась в лабиринте, и как бы единорожка ни вытягивала шею, она не могла её увидеть.

— Уже близко! — раздался голос аликорна. — Как только магия снова активируется, ждите тот, что светится жёлтым!

— Принцесса, да они ж усе тут жёлтым светятся!

— На самом деле, он скорее золотистый с чёрными прожилками... — Рэрити умолкла под пронзительным взглядом Эпплджек и откашлялась. — Твайлайт! Зачем всё это вообще?! Лабиринт не так уж и плох!

Прежде чем принцесса успела что-нибудь сказать, среагировал лабиринт, ярко засветившись в подготовке к переустановке. Единорожка внимательно осматривалась в поисках чего-то выбивающегося, но они все светились одним оттенком! Невозможно было сказать, какой из них был им нужен.

— Твайлайт, это просто нелепо! Разве нет более простого способа найти его, чем игра в прятки?

Фермерша откашлялась.

— Э-э… Рэрити.

— Да?

Единорожка повернулась к Эпплджек, но вместо того, чтобы смотреть в ответ, земнопони уставилась на копыта Рэрити. Сбитая с толку, она посмотрела вниз и осознала, что книжная полка, на которой она стояла, была окутана потрескивающей магией золотистого цвета с чёрными прожилками.

— А.

Без предупреждения шкаф взлетел в воздух и понёсся выписывать безумные круги, едва не сбросив с себя визжащую единорожку. Она изо всех сил вцепилась в кружащую мебель, едва собравшись с силами, чтобы обмотать вокруг неё верёвку.

— Рэрити! — ахнула Флаттершай из-за пределов лабиринта, когда единорожка оказалась в поле её зрения.

— Рэрити! — крикнула Эпплджек. — Не смей отпускать, слышишь?!

Единорожка бросила бы на ту испепеляющий взгляд, если бы не была занята кое-чем ещё.

— Стараюсь, но это не так-то просто, к твоему сведению!

Эпплджек фыркнула.

— Ещё бы! Да этот шкафчик даже близко не сравнится с быком с прошлогоднего родео! На нём я тряслась похлеще ног Бабули Смит, я ужо думала, что он зашвырнёт меня прям в Додж-Джанкшн!

И тут шкаф остановился.

Остановился прямо в воздухе, безо всякой причины, в то время как Рэрити продолжала цепляться за него изо всех сил. На мгновение её разум оказался в смятении,  пытаясь понять такое странное поведение, она задалась вопросом, что магия хаоса.…

Магия хаоса.

И тут в её сознание просочились воспоминания о одном хаотичном рисунке и его любви к излишней буквальности.

— Нет, — произнесла она, паника нарастала в её груди, и она с утроенной силой попыталась удержаться за предмет мебели. — Нет, нет, НЕТ, ПОГОДИ!..

Её слова были прерваны собственными воплями, когда книжный шкаф принял вызов Эпплджек близко к сердцу и начал трястись, биться и вертеться со всей силой разъярённого быка, отчаянно пытающегося стряхнуть с себя всадника.

Наконец усилия магии хаоса принесли свои плоды, когда единорожка сорвалась и полетела навстречу лабиринту со скоростью, которая, несомненно, убьёт её. Она выстояла против драконов, против кошмаров, против грубых гвардейцев, против древесных волков, а теперь её безвременная кончина настанет по воле книжного шкафа.

Книжного шкафа!

Рэрити закрыла глаза в ожидании болезненного удара, и она ждала, и ждала, и ждала, и только после нескольких секунд подозрительного неумирания поняла, что вообще не движется. Единорожка осторожно открыла глаза, молясь, чтобы там не оказалось белой бездны загробного мира, но вместо той ей открылось куда более райское зрелище.

Твайлайт Спаркл облегчённо смотрела на неё, её рог светился от магии, которой она воспользовалась, чтобы поймать Рэрити, прежде чем та успела поближе познакомиться со всеми тридцатью томами «Архитектуры со всей Эквестрии» Дасти Хувз.

Первой её мыслью было, как же сильно она любит Твайлайт. Аликорн осматривала единорожку, дав той возможность отдышаться и успокоиться. Конечно, было бы неплохо, если бы Твайлайт опустила её на землю, но висеть в воздухе тоже здорово.

— Рэрити! — раздался голос Флаттершай. — Ты в порядке?!

— Я в порядке, дорогуша. Твайлайт поймала меня!

— Это было близко, — сказала аликорн, глядя на книжный шкаф.

— Да, страшно представить, — ответила единорожка, и прежде чем она могла бы себя остановить, ухмылка украсила её губы. — Не могла позволить лабиринту превзойти себя, а?

Твайлайт густо покраснела, её беспокойство сменилось негодованием.

— Напомни мне отыскать свои свитки с заклинаниями редактирования памяти...

Рэрити рассмеялась.

— Твайлайт, дорогуша, я же просто дразнюсь. Но ты должна признать, это довольно забавно, когда принцесса-в-беде занимается спасением, — сказала она, одарив её своей самой чарующей улыбкой и похлопав ресницами. — Да будет тебе известно, что я не падаю перед каждым встречным, ты везучая.

Принцесса хихикнула, слегка наклонив голову, щёки её порозовели.

— Верно.

Громкое покашливание отвлекло их, и единорожка, подняв взгляд, увидела Эпплджек, стоящую на книжном шкафу, в который она чуть не врезалась.

— Если вы ужо закончили с флиртом, думаю, нам пора вернуться к загону сумасшедшего книжного шкафа, — сказала она с невозмутимым выражением на лице, сильно контрастирующим с обиженным на лице Рэрити.

— Пардон, это были дружеские поддразнивания!

Твайлайт моргнула.

— Флиртом? — Словарь снова появился рядом с ней, и она открыла его, прежде чем единорожка успела её остановить. Через мгновение румянец на её щеках усилился, и она, подняв брови, посмотрела на Рэрити, опустив ту на пол. — Ты пытаешься соблазнить меня без серьёзных намерений?

Единорожке очень захотелось вернуться к драконам.

— Эпплджек! — быстро окликнула она, надеясь полностью избежать этого разговора. — Видишь нашего пациента?!

Земнопони оглядела лабиринт.

— Нет! Он снова прячется!

Рэрити вздохнула и потрусила прочь, Твайлайт и Эпплджек последовали за ней.

— Вот честно, почему ты не можешь просто держать его своей магией? — спросила она, её раздражение перевесило прежнее смущение, она повернула налево. — Для тебя это не может быть так трудно.

— Я уже тебе говорила, что магия хаоса работает иначе, чем обычная магия пони, — сказала принцесса, и единорожка почувствовала облегчение, что тема флирта оказалась забыта. — Она не подчиняется тем же правилам, что и мы, и я не знаю, какой эффект это может оказать на меня. Барьер наверху — это единственное, к чему я могу прикоснуться, а это значит, что это невероятно могущ…

— Мощная магия? — закончила Рэрити, когда Твайлайт внезапно замолчала.

Она повернулась, чтобы посмотреть на Твайлайт, но вместо ответного взгляда аликорн уставилась на по виду совершенно нормальный книжный шкаф с большой верёвкой, обвязанной вокруг него.

«А».

Воцарилась тишина, Твайлайт просто смотрела на книжный шкаф, а единорожка посмотрела на Эпплджек, которая уже начала готовить лассо. Земнопони спрыгнула к ним и достала несколько книг по крайней мере с двух нижних полок ближайшего шкафа.

— Ты ж смогёш эт починить, если я его сломаю? Древесину, имею в виду.

Принцесса моргнула.

— Я… Теоретически, да?

Не дав времени на ответный вопрос, фермерша дважды сильно ударила ногой и оставила две большие дыры в задней стенке полок.

— Во! — объявила она, удовлетворённо кивая и не замечая ужаса на лице Твайлайт. Она подбежала к свободному концу верёвки, ткнула её копытом и, когда ничего не произошло, быстро взяла её в зубы, вернувшись к шкафу.

Несколько секунд копытной работы, и два книжных шкафа оказались связаны одной верёвкой.

— Отлично! — воскликнула она, повернувшись к двум кобылам. — Теперь мы подождём, пока эта штука снова начнёт перестановку, и когда книжный шкаф попытается улететь, я полагаю, другой будет достаточно силён, чтобы не дать ему эт сделать. Как скоро он снова примется за дело?

— Около двадцати минут, — грустно ответила Твайлайт, всё ещё оплакивая повреждённый шкаф.

— О... — Эпплджек заёрзала. — Э-э… Ещё вопросы по сельскому хозяйству?

Рэрити подавила вздох, когда Твайлайт просияла.

«О Денза».

После двадцати самых долгих минут в своей жизни, за которые она узнала больше информации о заготовке компоста, чем когда-либо хотела, Рэрити была искренне рада приближению активности лабиринта.

Три кобылы были наготове: Эпплджек привязала свою верёвку ко второму книжному шкафу, Рэрити стояла рядом на случай, если понадобится её магия, а Твайлайт просто ждала, чтобы сделать.…что бы она ни собиралась сделать. И тут, когда до момента икс оставались секунды, фермерша похлопала по второму книжному шкафу и спросила:

— Этот шкаф же прибит к полу, да?

Принцесса побледнела.

— О нет.

Эпплджек хмыкнула.

— Было б неплохо сказать мне об этом раньше, принцесса.

Единорожка устало потёрла глаза.

— О, да ради всего понячьего.

Всё прошло быстро. Сначала хаотический книжный шкаф взлетел вверх как обезумевшее животное; затем второй шкаф последовал за ним, чуть не зашибив Рэрити потоком падающих книг; фермерша последовала его примеру и, вскрикнув, оказалась в воздухе, но все трое остановились, когда единорожка, вложив всю свою магию, потянула Эпплджек вниз.

Понимая, что долго не продержится, она повернулась к Твайлайт и... и обнаружила, что аликорн всецело озабочена своими книгами, плавно опуская их вниз и с такой любовью осматривая в поисках каких-либо повреждений, как будто ничего больше не имело значения.

— Твайлайт...

Аликорн нахмурилась.

— Минутку, Рэрити.

— О да. Да, конечно, пожалуйста, продолжай проверять свои книги. Мы можем подождать. Ужасно извиняюсь за беспокойство.

— Спасибо, — ответила принцесса. — Впрочем, похоже, они в основном в порядке. Всё-таки заклинание принцессы Селестии очень эффективно, и...

— Твайлайт, дорогая, родная, любимая, — сказала единорожка и мило улыбнулась, когда принцесса соблаговолила, обернуться. — Я говорю это с любовью, но есть кое что, помимо твоих книг, чему стоило бы уделить приоритетное внимание, тебе так не кажется?

— Не могу не согласиться, — крикнула Эпплджек, изо всех сил стараясь не лишиться ноги.

— О! — Твайлайт отложила книги, смущённо переводя взгляд с одной кобылы на другую. — Простите! Простите, простите! — выпалила она, взлетая в воздух. — Э-э-э-э-э, да, точно, точно!

Её рог озарился магией, и Рэрити увидела, как кулон исчез с её шеи и появился перед Твайлайт.

— Твайлайт!

Принцесса проигнорировала протесты единорожки и продолжила подниматься, пока не оказалась прямо напротив дико извивающегося книжного шкафа. Рядом с ней появилась книга, которую она открыла, прочла, и, не утруждаясь объяснением своего замысла, отбросила книгу и повернулась к своей жертве. Её рог ярко засветился, скрыв кулон внутри непрозрачной магической сферы размером с копыто, прежде чем впечатать его в проклятый предмет мебели.

Магия хаоса начала трещать и шипеть, совсем как тогда, в драконьих пещерах, но концентрация Твайлайт не дрогнула. Она оставалась там около минуты, бормоча себе под нос и держа сферу прижатой к шкафу, прежде чем, наконец-то, завершить заклинание и извлечь кулон из сферы.

Ещё один треск магии, и верёвка, удерживающая летучую мебель, оборвалась. Аликорн поймала второй книжный шкаф своей магией и опустила его вниз, то же Рэрити повторила с Эпплджек.

Хаотичный шкаф некоторое время гневно трясся, так будто пытался кричать на Твайлайт, прежде чем улететь и спрятаться в другой части лабиринта. К этому времени единорожку уже даже близко не интересовал надоедливый книжный шкаф; она просто хотела вернуть свой кулон. Она чувствовала себя странно беззащитной без него, а так как он уже треснул, она беспокоилась, что Твайлайт могла повредить его ещё больше.

— Йи-ха-а-а! Я на минуту подумала, что потеряю копыто, — сказала земнопони, вытирая лоб и вздыхая. — С этой штукой усё, принцесса?

Твайлайт не ответила, а вместо этого помчалась прочь из лабиринта. Рэрити и Эпплджек последовали за ней, что заняло больше времени, чем хотелось бы единорожке, поскольку ни она, ни Эпплджек не могли проходить сквозь стены. Оказавшись снаружи, принцесса молча отошла от лабиринта, прежде чем полностью остановиться и повернуться обратно.

— Твайлайт! Какой во всём этом был смысл?! — спросила Рэрити, когда она и остальные присоединились к раздражающе молчаливому аликорну.

Твайлайт просто подняла кулоны в воздух, и от их обычного розового свечения единорожку затопило облегчение. Её кулон по-прежнему был треснут, однако, к счастью, не приобрёл никаких новых повреждений. Без каких-либо объяснений аликорн медленно левитировала кулоны в сторону лабиринта, и как только они оказались примерно в полуметре от него, оба кулона вспыхнули, и розовый оттенок сменился ярко-зелёным.

— Работает! — воодушевлённо вздохнула Твайлайт.

— Что? Что работает? — настаивала Рэрити. — Ты испортила заклинание? Твайлайт, если ты испортила заклинание...

— Нет, нет! Смотри! — Твайлайт прервала её, левитируя кулоны к ней и демонстрируя, как они возвращаются к своему розовому свечению, стоило им отдалиться от лабиринта.

Сердце единорожки замерло.

— Они... они могут чувствовать магию хаоса?

— Именно! Если моя гипотеза верна, ты можешь проверить его в лесу снаружи, он должен активировать заклинание и спровоцировать слабое свечение, всё-таки лес был создан Дискордом, — сказала аликорн, её копыта слились воедино, когда она захлопала. — Это я и пыталась сделать с тех пор, как ты вернулась из Холлоу Шейдс! Это заняло… чуть больше недели, но теперь ты будешь в безопасности, потому что будешь знать, если он рядом!

Рэрити ахнула. Это было потрясающе! Просто великолепно, на самом деле! Теперь ей никогда не придётся беспокоиться, что этот ужасный Дух преследует её в тени!

— Эт правда?

Единорожка обернулась и увидела довольно мрачную Эпплджек.

— Что правда?

Земнопони выпрямилась и поправила шляпу.

— Что Дух где-то поблизости. Девочки сказали мне, что эт так, и Флаттершай, кажется, совершенно убеждена в этом.

Рэрити и Твайлайт посмотрели друг на друга, прежде чем единорожка наконец ответила.

— Мы полагаем, что так — сказала она, искренне надеясь, что честность не приведёт к тому, что Эпплджек и Эппл Блум никогда не вернутся в библиотеку. — Признаться, я ещё не встречалась с ним лично, но у нас есть свидетельства его возможного присутствия. Я не знаю, знает ли он о нас, — быстро добавила она, — но это необходимый риск, если мы надеемся освободить принцесс. Не правда ли, Твайлайт?

Аликорн сглотнула, делая шаг назад.

— Э-э-э… — Она замолкла, возвращая кулон Рэрити. — Ну... я…

— Нам бы очень пригодилась твоя помощь, Эпплджек, — серьёзно продолжила Рэрити, услышав облегчённый вздох Твайлайт. — Чем больше будет пони, тем больше у нас шансов противостоять ему или тому, с чем нам придётся столкнуться. Я понимаю, что ты, возможно, не захочешь, но...

— Не захочу помочь? Да за кого ты меня держишь? — спросила фермерша, приподняв бровь. — Я не собираюсь поворачиваться к принцессе хвостом. Пони делали это ужо порядошно времени, и Эппл Блум очень хочет, чтоб принцесса Твай была на фестивале сидра в следующем году. К тому ж, — сказала она, сверкнув улыбкой, — думаю, я смогу управиться с любым старым Духом, а, принцесса?

Принцесса моргнула, не находя слов.

— Ты уверена?

Эпплджек фыркнула.

— Конечно уверена! Ты ж сама сказала, что Эпплы тебе были как семья, а с моей точки зрения, однажды Эппл, всегда Эппл! Бабуле ты понравишься, вот увидишь.

Рэрити просто сияла, глядя на Эпплджек. Денза, ей уже давно следовало привести её сюда.

— Видишь, Твайлайт? — спросила она, повернувшись к принцессе. — Я же говорила…

Твайлайт улыбалась Эпплджек, но внимание Рэрити привлёк блеск непролитых слёз в её глазах.

— Спасибо.

Эпплджек подмигнула.

— Поблагодаришь меня за кружкой сидра на фестивале в следующем году. Ты и Рэрити.

* * *

Десять минут спустя Рэрити вышла в лес более чем довольная собой. Хотя по сути ей не удалось ничего из задуманного, она должна была признать, итоговый результат был ничуть не хуже. Она знала, что обязанности Эпплджек на ферме не позволят той помочь ей с поисками книг, но то, что в Понивиле была ещё одна кобыла, которая ей верила, было несказанным облегчением.

Особенно учитывая, что это Эпплджек! Если уж она скажет кому-нибудь, что Твайлайт настоящая, ей обязательно поверят!

— Так, эт ваша Пинки Пай скоро сюды прибудет?

Единорожка повернулась к фермерше.

— Если всё пойдёт по плану, то да, скоро. Надеюсь, ты тоже планируешь пойти, Эпплджек. Эппл Блум в страшном предвкушении.

Земнопони нахмурилась.

— Я всё ещё не уверена, что мне нравится идея таскаться по лесу, но Эппл Блум никогда мне не забудет, если я заставлю её пропустить эт. Я попрошу бабулю Смит помочь наделать пирогов, чтоб нам было чего поесть с девочками.

— О! Рэрити, смотри!

Голос Флаттершай привлёк внимание единорожки, и та обернулась чтобы увидеть, как пегаска указывает на её кулон. Она посмотрела на тот и обнаружила, что его обычное розовое свечение ослабло, смешавшись с зелёным.

— О! Работает!

Свечение было не таким сильным, как когда Твайлайт поднесла кулон к лабиринту. Похоже, теория аликорна оказалась верна, он светился тем ярче, чем сильнее была магия хаоса.

— Я б так не радовалась, — заметила Эпплджек. — Иметь побрякуху, что давала б мне знать, не следит ли за мной Дух? Я б не смогла перестать поглядывать на неё каждую минуту.

Рэрити несколько раз открыла и закрыла рот. Взгляд её снова упал на кулон, тот больше не выглядел причиной для восторга, скорее источником крошечной толики страха.

— Может быть... — осторожно сказала она, позволив кулону упасть обратно на грудь, — однако никто не может постоянно жить в страхе. Кроме того, принцесса задолжала мне разговор, который, как я надеюсь, окончательно развеет туман вокруг Духа и легенды.

Эпплджек кивнула.

— Надеюсь, сахарок. Собираешься поговорить с ней завтра?

Рэрити покачала головой.

— На неделе, полагаю. Достаточно времени, чтобы подготовить свои аргументы.

«И, — подумала она, — достаточно времени, чтобы Твайлайт Спаркл перестала этого избегать».

## — Глава 21 — Запланированный разговор

[Изображение: https://i.imgur.com/iFO1agT.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/sElCJv1.png]

Прошла целая неделя, прежде чем Твайлайт согласилась поговорить.

Новые дела без конца появлялись в списке, стремительно набирая приоритет, но Рэрити не возражала.

Даже спустя больше чем неделю она по-прежнему могла ясно видеть воспоминания, которыми Твайлайт невольно поделилась, а также страх и чувство вины, что их сопровождали и какое-то время преследовали единорожку. В этот момент тщательно выстроенные Твайлайт Спаркл барьеры рухнули, и было бы вежливо со стороны Рэрити проявить терпение к тому, что будет дальше.

Ветер ласково трепал ей гриву, унося с собой воздух, который она выдыхала. Он касался век закрытых глаз единорожки, её чувствительные уши подрагивали от звуков жизни, наполнявших Понивиль. Её город, а если всё пойдёт хорошо, то в будущем и город Твайлайт.

Рэрити опаздывала, но как ей казалось, того, что последует дальше, будет достаточно, чтобы оправдать задержку.

Её рог наполнился магией, и в сопровождении приветливого звона сотворилось заклинание. Рэрити ждала ответа принцессы, и когда это случилось, её охватило дикое нетерпение.

Она улыбнулась, так будто Твайлайт могла её видеть, и подумала:

«Привет, принцесса».

Единорожка открыла глаза, и не увидела ни драконов, ни пещер, ни ещё чего-то причудливого. Перед ней был простой вид города, живущего своей обычной рутиной, и всё же она чувствовала, как внутри неё растекается очарование. Её и Твайлайт.

Рэрити оглянулась на свой бутик, и ей захотелось вернуться, исследовать его так же, как когда-то она исследовала библиотеку, но единорожка подавила это желание и пошла вперёд.

«Однажды мы там побываем, — подумала она, — вдвоём».

Пока единорожка трусила по городу, две души восхищались ходьбой, дыханием, проносящимися мимо пони и голосами тех, кого Твайлайт не могла пока услышать лично, такой удивительно причудливый образ жизни. В конце концов в голову Рэрити пришла мысль.

«Зачем мы это делаем?»

И ответ, очевидный для единорожки, всего через пару мгновений стал таковым и для принцессы. Потому что, почему бы и нет? Почему бы не остановиться, чтобы понюхать эти розы, и почему бы не пойти длинным путём через рынок, вместо прямого пути в лес, потому что почему бы не показать тебе наш мир?

— Рэрити!

Единорожка оторвала взгляд от цветка и повернулась к кобыле, смотревшей прямо на неё.

— Роузлак!

Роуз хихикнула.

— Ты пялишься на этот цветок с глупой ухмылкой последние пять минут, — отметила она. — Если ты так сильно его хочешь, я могу сделать тебе скидку.

Рэрити вернула взгляд к цветку и провела по нему копытом, сдерживая улыбку.

— Нет, всё в порядке, дорогуша, — ответила она, заставив себя оторваться от цветочного лотка. — Честно говоря, я бы с удовольствием осталась здесь на весь день, но у меня встреча с одним очень близким другом.

На мгновение единорожке показалось, что её сердце пропустило удар от последней части фразы, но она не стала зацикливаться на этом, сосредоточившись на кобыле. После простой ничем не примечательной беседы, в которой Твайлайт проявляла необычайный интерес к каждому слову Роуз, Рэрити продолжила свой путь.

И всё же, чем ближе она подходила к Вечнодикому Лесу, тем сильнее разум аликорна, казалось, отталкивал её прочь. Зачем идти в лес, казалось, говорила она, когда вон там такое очаровательное здание? Зачем идти в библиотеку, когда Свити Белль и её друзья могут рассказать Твайлайт о новой книге Дэринг Ду? Но это глупо, настаивал разум Рэрити, ведь принцесса разговаривала с ними накануне, когда они все отправились готовиться к той самой встрече, которую Твайлайт так пыталась избежать.

Потому что именно это она и делала, и единорожка не могла сказать наверняка, осознала ли она это самостоятельно или же Твайлайт предал собственный разум.

Рэрити остановилась и закрыла глаза.

«Твайлайт. Прошла уже неделя. Откладывать важные встречи не подобает королевской особе».

Ответа не последовало, ни одна посторонняя мысль или ощущение не тревожили её. Наступила тишина, пока знакомый динь не положил конец слиянию разумов. Единорожка вздохнула и открыла глаза, проведя копытом по кулону. Нисколько не смутившись, она продолжала идти к Вечнодикому, решение давно было принято, хотела того Твайлайт Спаркл или нет.

* * *

— Это не твоя вина, — сказала Рэрити принцессе за пустой тарелкой, украшавшей стол на двоих.

Пустой, потому что одна не могла есть, а другая не была голодна.

Какое забавное зрелище, подумала единорожка, когда наконец прибыла, чтобы обнаружить идеально накрытый стол для ужина в библиотеке. Две тарелки, два стакана воды, безупречно разложенные столовые приборы и всё это при приглушённом свете безукоризненной люстры. Глупая выходка двух кобылок, которые ужасно неправильно истолковали вчерашнее праздное замечание Рэрити, что у неё очень важное свидание с Твайлайт.

Очень искренняя и трогательная попытка, думала единорожка, но к сожалению, предстоящая беседа будет совсем не романтичной.

— Это не твоя вина.

С таких слов Рэрити решила начать.

Они были просты и лаконичны, но очень эффективны, если последовавшее за этим молчание принцессы о чём-то говорило. Единорожка с удовольствием сбавила бы темп, чтобы хоть как-то поднять настроение, но она больше не могла тянуть. Это уже и так тянулось достаточно долго. На самом деле, почти тысячу лет.

Твайлайт не ответила, её взгляд был прикован к повреждённой золотой короне в центре стола. Её брови были нахмурены, с обычной озабоченностью, и рог аликорна ожил, чтобы поправить вилку на столе. Она была прекрасна, про себя думала Рэрити, ожидая, когда израненная роза сбросит свои шипы.

— Принцесса Селестия… — Твайлайт прервалась, нахмурившись ещё сильнее, как всегда делала, когда не могла подобрать слова.

— Принцесса Селестия, — повторила единорожка, и принцесса подняла взгляд. — Ты никогда не рассказывала о ней.

Твайлайт поджала губы.

— Я стараюсь этого не делать, — сказала она, и её хмурый взгляд рассеялся. — Это больно. Мне легче думать, когда приходится беспокоиться только о себе. Раньше это было невыносимо, как будто кто-то всё время колол меня в грудь, несмотря на то, что технически я больше не должна чувствовать боль в груди. В этом есть смысл? Я не уверена. Мне кажется, да.

— Знаешь, я почему-то уверена, что для такого рода ощущений был соответствующий термин. Ощущения боли в части тела, которой больше нет. «Фантомные боли». — Рэрити скрестила передние ноги на столе. — Довольно точно, не так ли?

Твайлайт тихо рассмеялась.

— Ты серьёзно?

Единорожка склонилась вперёд и улыбнулась.

— Абсолютно.

Улыбка Твайлайт померкла, взгляд опустился.

— Потом боль прекратилась. Всё прекратилось, и это больше не имело особого значения. Я не знаю, как долго это не имело значения, но… — Она опустила глаза. — Я снова начала чувствовать боль в груди.

— Серьёзно? Почему? Что её пробудило?

Принцесса подняла взгляд.

— Ты.

В её голосе не было ни намёка на обиду или обвинение, но Рэрити не смогла удержаться, чтобы не отшатнуться, игривость тут же улетучилась из её голоса.

— Извини, Твайлайт, — осторожно сказала она. — Если бы я знала, что это вскроет такие чувства, я бы не воспользовалась кулоном.

Аликорн покачала головой.

— Нет, дело не в этом. То, что ты сделала, не имеет к этому никакого отношения. Всё дело… — Она умолкла и стиснула зубы. — Это трудно объяснить.

«Или же, — подумала единорожка, — ты просто не хочешь ничего объяснять».

Рэрити хмыкнула, откладывая эту мысль на потом.

— Расскажи мне о принцессе Селестии.

«Даже если это больно», — хотела добавить она.

Как там говорилось? «Это больно, потому что важно?» Важные вещи заслуживают того, чтобы о них говорили, не правда ли?

— Она была красива, — ответила Твайлайт.

Рэрити приподняла бровь.

— Что, Твайлайт, пытаешься заставить меня ревновать?

Принцесса хихикнула, закатив глаза.

— Не в таком смысле, — сказала она, слегка покраснев. И покрутила копытом, пытаясь найти нужные слова. — То есть и в таком, но такой была и принцесса Луна. А принцесса Селестия… Она знала всё обо всём. Она знала, как всё исправить.

Улыбка расцвела на губах аликорна.

— Она заставляла меня чувствовать, что она мне доверяет. Как будто я могла сделать всё что угодно, потому что она была бы рядом, чтобы помочь. Я хотела быть такой же, как она. Она была моей наставницей с тех пор, как я была кобылкой.

Единорожка ласково хихикнула.

— Бедная принцесса Селестия. Ты, наверное, была одним из тех жеребят, что заваливают тебя кучей вопросов. — Рэрити откашлялась и изобразила Твайлайт. — Принцесса, почему солнце жёлтое? Почему жёлтый так называется? Откуда берутся цвета? Могу я прочитать об этом в книге? А что такое книга?

Твайлайт фыркнула.

— Не была я такой. — Помолчав секунду, она уточнила. — По крайней мере, не всегда.

— У драконов была её корона, — сказала Рэрити то, о чём аликорн и так знала, но это, по крайней мере, должно было помочь сдвинуть разговор с мёртвой точки. — И судя по состоянию пещер и страху магии хаоса перед магией Селестии, мы можем с уверенностью предположить, что Дискорду хорошенько досталось.

Твайлайт испустила вздох, сквозь который едва заметно слышалась сдержанная дрожь. Её уши также опустились, и она отвела взгляд.

— Ага.

— Это не твоя вина, Твайлайт, — повторила единорожка. Она научилась читать малейшие признаки, выдававшие истинные эмоции аликорна. Возможно, это было побочным эффектом недавнего слияния разумов, а может, дело было в том, сколь легко принцесса заполняла собой всё её внимания.

Возможно, и то и другое.

— Дискорд провёл вас. Он нарушил правила, — продолжила Рэрити, и Твайлайт вздрогнула, напрягшись, словно собиралась убежать. — Книга, которую ты написала. В ней было чётко указано, что он может просить только землю, но он поступил иначе.

Единорожка запнулась.

— Я просто не… — Она снова запнулась, обнаружив, что разговор был труден и для неё. — Твайлайт, я не хочу, чтобы это прозвучало как обвинение, и я искренне надеюсь, что ты это знаешь, но у тебя не было причин подчиняться, дорогуша, и даже если он не согласился, вы могли просто снова остановить его.

— Мы не могли, — сказала аликорн.

— Не могли?

«Ну конечно! Об этом говорится и в самой легенде».

— Потому что Дискорд украл Элементы, — поправила себя единорожка. — правильно?

Твайлайт не ответила сразу. Она просто смотрела на Рэрити тем пронизывающим взглядом, каким она пользовалась, когда уходила глубоко в свои мысли, и, наконец, сказала:

— Ты не понимаешь, Рэрити. Я совершила ошибку.

— Твайлайт, это не было ошибкой, и тем более не было твоей ошибкой.

Принцесса покачала головой.

— Нет, нет! Ты не понимаешь, — настаивала она, прижав уши к голове. — Спайк… Встреча по поводу мирного договора не была… Дискорд просил Спайка не на пустом месте, Рэрити. Случилось кое-что ещё, и...

Она умолкла и закрыла глаза. Без сомнения, подавленные воспоминания просачивались наружу, но такие разговоры были сродни срыванию пластыря. Чем медленнее ты это делаешь, тем больнее.

— Так что же случилось? — спросила единорожка. Её тон был твёрд, но прочистив горло, она спросила уже мягче, — Почему ты так говоришь? Я хочу помочь тебе, Твайлайт.

И это было искреннее заявление.

— Я боюсь, — ответила Твайлайт.

— Боишься чего, милая?

Аликорн стиснула зубы и ответила приглушённым голосом:

— Того, что ты подумаешь обо мне.

Повисла оглушительная тишина. Твайлайт Спаркл смотрела на Рэрити, и на мгновение той показалось, что она вернулась к прежней молчаливой принцессе, которая отказывалась выдавать свои эмоции. Она смотрела на Рэрити пустыми глазами, как будто ожидала, что та рассердится или, возможно, даже ответит ей холодным взглядом.

Столь серьёзный вид для такого глупого заявления.

Насколько плохо Твайлайт понимала чувства Рэрити? Она могла понять, когда аликорн не замечала её романтических выходок, но так откровенно не замечать   привязанность Рэрити?

— Твайлайт, должна ли я напомнить тебе, что я делала, чтобы раздобыть твои книги? Чтобы освободить тебя? — спросила единорожка, взяв вилку и лениво поигрывая ею. — Уверяю тебя, ничто из того, что ты мне скажешь, не изменит моего отношения к тебе, и, зная тебя, я уверена, твои опасения беспочвенны.

Принцесса вздрогнула, на её крыльях зашелестели перья.

— Но...

— Единственное создание, к которому я питаю презрение, это Дискорд, — продолжила Рэрити, кладя вилку обратно, — и всё потому, что он безусловно гнусное чудовище.

— Нет, — выпалила Твайлайт, прижав уши и зажмурившись. Она покачала головой, и на мгновение показалось, что она собирается зарыться лицом в передние ноги. — Нет, он не такой. Не всегда.

А вот теперь вся мягкость действительно пропала из голоса единорожки, она выпрямилась и нахмурилась.

— Твайлайт. Твайлайт. Да. Он. Такой, — сказала она, выделяя каждое слово, потому что последней вещью в мире, которую она могла принять, была Твайлайт, оправдывающая его. О Денза, сколь же сильный вред нанёс ей Дух, что она не видит зла, причинённого им? — Ты не можешь смотреть мне в глаза и говорить, что он не монстр, после того, что он сделал с тобой! С принцессой Луной и принцессой Селестией! О чём я говорю, он же Дух Хаоса! Он по определению зло!

Принцесса призвала словарь, открыла его и пролистала страницы.

— Хаос означает беспорядок, Рэрити,— ответила она, и на секунду вернулся учёный аликорн. — Хаос не является по определению злом, и также не является по определению добром, — добавила она, когда единорожка открыла рот, чтобы возразить. — Если Дискорд заставит перевернуться телегу, гружённую сладостями, то последующий хаос будет плох для владельца, но приятен для жеребят, оказавшихся поблизости. Дискорд любил хаос в огромных масштабах, что было плохо для нас, пони, но… его царство летающих предметов, скачков то в день то в ночь и дождя из шоколадного молока было скорее неприятностью, чем настоящим злом.

Она положила словарь обратно со ставящим точку стуком, как будто ожидала, что разговор закончится.

— Ну, судя по всему, что-то изменилось, потому что то, что он сделал с тобой, не неприятность, а просто жестокость, Твайлайт, — сказала единорожка, игнорируя досаду Твайлайт от осознания своей неправоты. — И кроме того, разве он не должен быть ещё и Духом дисгармонии? Если моё определение термина верно, а я уверена, что это так, он не только заставит телегу перевернуться, но также позаботится о том, чтобы жеребята передрались из-за конфет. Я читала об этом в заметках профессора Эйва о магии хаоса, и...

Твайлайт нахмурилась.

— Я знаю это, Рэрити, но... — Она остановилась, покрутив копытом. — Что, если я сделала всё хуже? Что если я сделала его… «зло» хуже?

Единорожка моргнула.

— Сделала всё хуже?

— Я совершила ошибку. То, что он потребовал Спайка, было сделано, чтобы причинить боль мне, — медленно и осторожно ответила аликорн. — Принцессы должны были исправить это для меня, но нельзя исправить то, что сделала я, Рэрити. Я...

Она опустила глаза и уткнулась лицом в копыта.

— Пожалуйста. Пожалуйста, не заставляй меня говорить об этом. Мне нет дела, был ли он всегда злым или нет, я всё равно сделала всё хуже.

Единорожка стиснула зубы, разочарованная не Твайлайт, а самой собой.

— Дорогуша, ты не можешь избегать этого вечно. Список дел должен быть завершён, в конце-то концов.

Наступила тишина.

— Я обманула его. Я обманом заставила его исправиться, — пояснила Твайлайт, когда Рэрити бросила на неё недоумённый взгляд. — Я обманула его, и он поверил мне, но все пони всегда плохо обращались с ним, и я не делала ничего, чтобы помочь ему приспособиться...Так что когда он обнаружил, что это был обман…

— Но что ты сде...

— Разве это имеет значение? — спросила принцесса, и единорожке показалось, что в комнате стало холоднее. — Всё уже сделано, Рэрити. Дело сделано, и я не могу ничего изменить или исправить, так какой смысл говорить об этом?

— А что насчёт Спайка? — спросила единорожка. — Что случилось с ним? В легенде о нём не упоминается, и он же жил с тобой? Это ведь его корзина там?

Она указала на портрет дракончика, висевший на стене.

— Об этом важно поговорить, Твайлайт, потому что это может помочь другим. Это может помочь тебе.

— Дискорд забрал Спайка, — ответила аликорн, и казалось, что она изо всех сил старалась сохранять спокойствие. — По крайней мере, он мне так сказал.

Рэрити приподняла бровь.

— И ты правда хочешь, чтобы я поверила, что он не злой?

Твайлайт поморщилась.

— Опять же, сейчас это не имеет значения. Он сказал мне, что забрал Спайка, потому что я не отдала его сама, и единственный способ помочь ему или другим — это найти карту в библиотеке, но я искала и не могу её найти, и... и моя единственная надежда — это книги, которые ты всё время приносишь, и он сказал, что если я уйду отсюда без неё, она исчезнет навсегда.

— Поэтому ты хочешь, чтобы я нашла книги? — удивлённо переспросила единорожка. — Потому что хочешь помочь Спайку?

Она прикусила губу, пытаясь собраться с мыслями. Помимо того, что принцессу по-прежнему мало заботила собственная свобода, Рэрити не могла не задуматься:

— Но Твайлайт, а что, если он лжёт? Он же Дух Хаоса!

— А если нет? — переспросила Твайлайт.

— А что, если в книгах нет этой «карты»? — спросила единорожка, начиная закипать от слов принцессы. — Ты об этом подумала? Вот соберу я их все, ты будешь свободна, но запрёшь сама себя здесь ещё на одно тысячелетие из-за карты, которая может даже не существовать? Ты сама-то себя слышишь?!

Рэрити пришла в голову одна мысль.

— А что, если он на свободе? Может быть, он живёт в какой-нибудь пещере в Эквестрии? Рэйнбоу Дэш! Рэйнбоу Дэш знакома с драконом! Может быть, он знает Спайка! Может быть, он и есть Спайк! Та чешуйка, которую я тебе дала; ты сама говорила, что она похожа по цвету на его!

— Спайк не единственный пурпурный дракон в Эквестрии, Рэрити.

— Но что, если это он?! Что, если он действительно там, свободен от любого проклятия, и всё же ты хочешь рискнуть ещё одним тысячелетием здесь ради карты?!

— Тогда где же он? — спросила Твайлайт срывающимся голосом. Она встала, наполовину расправив крылья. — Если Спайк действительно там, почему он не пришёл в библиотеку? Только он, принцессы и семейство Эппл знали, что я здесь, так почему же его здесь нет?

Рэрити вскинула копыта в воздух.

— Даже не знаю! Может быть, он просто ещё не нашёл тебя!

Принцесса приподняла бровь.

— Ещё не нашёл меня? Если мои расчёты и твои исторические книги не лгут, я нахожусь в этой библиотеке около тысячи и восемнадцати лет, Рэрити, и если твои географические книги верны, то Вечнодикий Лес на девяносто процентов больше основания горы Кантерлот. У него была тысяча лет, чтобы найти меня, и единственное другое объяснение, которое я могу придумать, — она понизила голос, и холодное выражение исчезло с её лица, — что он не хочет меня искать.

Единорожка не знала, что и сказать.

Как ужасно, думалось ей, что Твайлайт предпочла бы провести оставшуюся вечность в библиотеке, чем узнать, что...

— О, Твайлайт... — пробормотала она и потянулась к аликорну, прежде чем вспомнила, что они не могут коснуться друг друга, вместо этого поставив своё копыто рядом с копытом подруги на столе.

Принцесса отвела взгляд.

— Мы можем перейти к следующей теме из списка?

— Но, Твайлайт...

— Пожалуйста, Рэрити, только не сегодня, — принцесса заскулила и телепортировала словарь с глаз долой.

Единорожка вздохнула.

— Что ж, хорошо. — Хотя ей бы очень хотелось продолжить, но, похоже, она уже достаточно намучала Твайлайт, и последнее, чего ей хотелось, это разрушить доверие между ними. Она посмотрела на тарелку и выдавила улыбку. — Предполагается, что мы тут едим, но, похоже, наши милые хозяева забыли оставить нам еду.

— Может, они вспомнили, что я не могу есть, — предположила аликорн, и на долю секунды на её лицо вернулась улыбка.

Рэрити театрально ахнула.

— Увы, королевские особы всегда важнее чем мы,  простые смертные.

— Мило со стороны Свити и Эппл Блум устроить для нас официальный ужин, — сказала Твайлайт, выпрямляясь. — Многие важные разговоры в столице Кантер проходили в подобной обстановке.

Единорожка хмыкнула и сделала глоток воды. Она была уверена, что Свити Белль задумала отнюдь не официальный ужин для обсуждения исторических событий. Но это всегда можно отложить на потом.

Теперь, когда тема разговора была так бесцеремонно прервана, наступило неловкое молчание. Рэрити поставила стакан, её взгляд блуждал по отдалённым книжным шкафам, и она подумала, что сейчас, возможно, самое подходящее время рассказать принцессе о своих планах на будущее путешествие. В конце концов, это была ещё одна тема, которую единорожка хотела обсудить.

— Знаешь, думаю, я отлучусь из Понивилля на несколько дней. Дня на два, полагаю, — сказала Рэрити, скрестив передние ноги на столе.

— Отлучишься?! Снова? — выпалила аликорн. Её календарь появился рядом, дни после её возвращения с Радужных водопадов были вычеркнуты и закрашены. — Но ты всего неделю как вернулась!

Единорожка приподняла бровь.

— Ну и ну, Твайлайт! У меня ведь есть жизнь за пределами Понивилля и твоей библиотеки, знаешь ли? — поддразнила она, хлопая ресницами.

— Я знаю, но... — Твайлайт всплеснула передними копытами. — Но для начала мы и так едва видимся, и...

Рэрити весело рассмеялась.

— Едва видимся? Твайлайт Спаркл, я прихожу в библиотеку почти через день! Держу пари, если бы это зависело от тебя, ты бы хотела видеть меня здесь каждый день! — Она прикусила губу и приложила копыто к подбородку. — На самом деле, тебе было бы полезно научиться какое-то время жить без меня.

Твайлайт побледнела.

— И что это должно значить?

Единорожка со вздохом откинулась назад.

— Тише, я знаю, что на самом деле нет такой вещи, как жизнь без меня, но думаю, что начну больше оставаться в Понивилле. Как насчёт месяца?

— Месяц? — ахнула аликорн.

О, она выглядела ужасно напуганной, и Рэрити наслаждалась каждой секундой. Как ужасно с её стороны, правда.

— Может, два, — добавила она, потому что выражение лица Твайлайт стоило каждой минуты того, чтобы быть ужасной. Однако это продолжалось недолго, и драматизм единорожки превратился в очаровательное хихиканье, когда она отметила: — Ты довольно доверчива, не так ли, дорогуша?

Аликорн тут же расслабилась и, ссутулившись, вздохнула.

— Это не смешно, Рэрити.

— Нет, но ты же не станешь отрицать, что всего два дня без меня гораздо лучше, чем целый месяц

Принцесса, казалось, хотела возразить, её брови нахмурились.

— Куда ты отправляешься?

— Как тебе известно, у меня есть несколько заказов вне города, и один из них касается кобылы из Хартс-Хейвена. Это чудная маленькая деревушка на краю Галопирующего ущелья, — сказала единорожка, повернувшись и потянувшись к седельной сумке, стоявшей в метре от неё. — Ну, а я поставила себе задачу изучить библиотечные карточки книг, которые нам ещё предстоит найти, на случай, если одна из них была там, и…

Она достала из сумки одну из потрёпанных библиотечных карточек и положила её на стол.

— Вуаля! Посмотри на адрес пони, которая её взяла.

Твайлайт взяла карточку магией и осмотрела её.

— Твист Дезин, место проживания… — Её лицо окаменело. — Деревня Санктум.

— Деревня Санктум! — повторила Рэрити. Снова полезла в седельную сумку и вытащила книгу по истории, которую прихватила с собой. Открыла её и перелистала страницы до нужной и положила копыто на надлежащий абзац. — Здесь сказано, что пятьсот лет назад деревня Санктум сменила своё название на Хартс-Хэйвен!

Закончив пояснение, единорожка ожидала, что принцесса немедленно придёт в восторг от предстоящей экспедиции. И всё же аликорн продолжала смотреть на карточку, нахмурив брови, и вместо ответа телепортировала две карты на стол. Первая, в идеальном состоянии, была новой картой Эквестрии, которую Рэрити подарила Твайлайт. Вторая, выцветшая и потрёпанная, выглядела как карта старой Эквестрии, и на ней единорожка могла увидеть свой пункт назначения, нарисованный прямо рядом с Галопирующим ущельем, над которым безупречным почерком было написано название: деревня Санктум.

— Могла бы проявить больше энтузиазма, — сказала Рэрити, наблюдая, как Твайлайт сравнивает две карты.

Да, конечно, она понимала, что наверное, это несколько оптимистично полагать, что потомки Твист Дезин по-прежнему живут в деревне или даже сохранили книгу, но это было возможно, и это, определённо, было лучше, чем ничего не делать!

— А они пони?

Единорожка моргнула, сбитая с толку странным вопросом принцессы.

— Пардон?

— Твои клиенты, — уточнила аликорн, оторвавшись от карты. — Они пони?

— Очень на это надеюсь, — ответила Рэрити. — Если нет, то это была самая убедительная маскировка под кобылу, которую я когда-либо видела. А почему ты спрашиваешь?

Твайлайт вновь посмотрела на карту, по-видимому, погрузившись в собственные мысли.

— Кейденс основала деревню Санктум, — как ни в чём не бывало произнесла Твайлайт, без особых усилий возвращаясь в привычную единорожке личину учёного. — Это была деревня беженцев, которую она основала через год после первой войны.

— Беженцы? — спросила Рэрити. — Но война же была в Эквестрии? Откуда тут взяться пони-беженцам?

Принцесса покачала головой.

— Не пони. Чейнджлинги.

Увидев озадаченное выражение лица единорожки, Твайлайт призвала старый свиток, развернула его и показала Рэрити. На нём был выцветший рисунок жуткого насекомоподобного существа с льдисто-синими крыльями и дырами по всему телу, как будто кто-то напал на них с огромным дыроколом. Она смутно припоминала, что видела подобных существ раньше.

«Кстати, а разве на одном из тех рисунков в пещере на Радужных водопадах не было чего-то подобного?»

— Могу тебя заверить, Таффи Скретч не выглядела даже отдалённо похожей на это, — сказала Рэрити, оскорблённая за своего клиента. Ей лично не понравилось бы, если бы кто-то принял её за такую тварь. — Думаю, я бы запомнила, если бы когда-нибудь встретила что-то подобное.

— Нет, не запомнила бы. Чейнджлинги — перевёртыши, — ответила аликорн. — Они могут изменять свой физический облик практически под любое существующее создание, и ты никогда не сможешь сказать наверняка кто перед тобой. Возможно, ты уже встречала одного из них и понятия не имела, что на самом деле это не пони.

Твайлайт свернула свиток и телепортировала его обратно, заменив большой книгой и открыв её на странице с ещё большим количеством иллюстраций этих существ.

— На самом деле это просто изумительно! Так они внедрились в Эквестрию во время первой войны. Когда Дискорд обратил Эквестрию в хаос, Кризалис с её чейнджлингами было совсем просто превратиться в пони и предложить нам свою помощь.

«Внедрились? Какой интересный выбор слов».

— Э-э... — Единорожка взглянула на книгу с небрежным интересом. — Да, полагаю, им нужно было скрывать свой истинный облик. Трудно доказать, что у тебя благие намерения, когда ты похож на дитя любви насекомого и дырявого сыра. Кстати… Погоди-ка, у меня сложилось впечатление, что они работали с Дискордом, а не против него.

— Работали, — ответила принцесса, переворачивая страницу и показывая Рэрити новую иллюстрацию. — Они просто действовали иначе.

Там были изображены две кобылы, стоящие в обнимку. Одна из них — определённо, чейнджлинг — выглядела совершенно здоровой и счастливой, в то время как другая выглядела какой угодно, но не здоровой. Единорожка выглядела совершенно измученной, с мешками под затуманенными глазами и усталой улыбкой. Иллюстратор добавил вокруг неё какую-то магическую ауру, которую здоровая пони, похоже... поглощала?

Рэрити нахмурилась.

— Что оно делает? Высасывает из неё энергию?

Твайлайт покачала головой.

— Близко! На самом деле питается её любовью.

На мгновение воцарилась тишина, пока единорожка смотрела на принцессу.

— Существа, питающиеся любовью? Денза, а Свити говорит, что мои любовные романы слишком слащавые, — заметила Рэрити. Она хотела подразнить аликорна и спросить, что если та тоже чейнджлинг, и питается её влюблённостью, но решила, что разумнее будет придержать язык за зубами.

Твайлайт закатила глаза.

— Такова их природа. Без неё они постоянно чувствуют, смертельный голод, поэтому у них нет выбора. — Она забрала книгу и закрыла её. — Раньше чейнджлингов возглавляла королева улья, которая хотела захватить Эквестрию. Она воспользовалась хаосом, вызванным Дискордом, чтобы её подданные обернулись пони и объединились с нами, а из-за союза с Дискордом он не вредил им, поэтому пони быстро прониклись доверием и дружелюбием к пони, которые волшебным образом оказались невосприимчивы к магии хаоса. Они высасывали из нас любовь, а мы, в свою очередь, были слишком слабы, чтобы что-то сделать с Дискордом. В конце концов, принцессам удалось победить королеву чейнджлингов, но некоторые из её подданных остались в Эквестрии в качестве беженцев, потому что искренне прониклись идеалами пони.

— И вы позволили им жить в Эквестрии и продолжать кормиться от пони? — спросила единорожка, прижав копыто к груди. — Я знаю, ты сказала, что такова их природа, но Твайлайт, это ужасно!

— Разумеется, нет! — нахмурившись, ответила аликорн. — Кейденс вложила в кристалл заклинание, которое усиливало и передавало её чувства дружбы и доброжелательности к чейнджлингам. Таким образом, они могли питаться от него, не причиняя никому вреда, и безопасно жить в Эквестрии.

— О, — Рэрити отстранилась, чувствуя значительное облегчение.

Это было намного лучше, чем позволить этим созданиям питаться пони, но мысль о том, что они живут среди нас, была, определённо, тревожной.

— Ты же не думаешь, что они всё ещё живы? — спросила единорожка. — Или что некоторые из них по-прежнему там?

Твайлайт пожала плечами.

— Не знаю, но... если ты действительно планируешь отправиться туда, мы должны убедиться, что ты готова на случай, если они всё ещё там и больше не «исправившиеся». Мы не можем больше рисковать.

Рэрити тряхнула гривой.

— Рисковать? Да я же теперь практически бесстрашна?! — воскликнула она, заходясь в хихиканье, когда аликорн ответила ей скептическим взглядом. — Ладно, хорошо. Что ты задумала? У тебя есть какие-нибудь заклинания против чейнджлингов?

— У меня есть кое-что получше, — с улыбкой ответила принцесса. Её рог затрещал, и на столе появилась ужасно знакомая книга о телепортации. — На чём мы остановились?

Единорожка уткнулась лицом в копыта, издав крайне неженственный стон.

— Твайлайт… — Она сново посмотрела на аликорна. — Честное слово! Что это за навязчивая идея — научить меня телепортации?! Есть и более полезные заклинания, которые я могла бы выучить!

— Эй! Телепортация очень полезна! — возмущённо выпалила принцесса. — То, что ты не выполняешь свои ежедневные упражнения, не отменяет этого!

Рэрити задумалась. Твайлайт потакала её желанию узнать больше о прошлом, так что похоже, было бы справедливо с её стороны потакать острой тяге пассии к невыполнимым задачам.

С чрезмерно эмоциональным вздохом она встала из-за стола.

— Если мы действительно собираемся это сделать, я заслуживаю хотя бы нормально поесть, — сказала единорожка, поднимая свою седельную сумку с подушки на полу. — Я отказываюсь терпеть твои замашки строевого сержанта на пустой желудок.

Аликорн кивнула.

— Хорошо. Я пока составлю программу тренировок, — ответила она, телепортируя к себе свиток, перо и делая несколько записей. Рэрити почти добралась до выхода, когда принцесса окликнула её. — О, Рэрити, подожди!

Единорожка обернулась.

— М-м?

— Э-э-э... — Твайлайт на мгновение опустила уши. — Когда я сказала, что ты, э-э, «причина того, что я снова чувствую боль», я, вероятно, не совсем верно выразилась. Я имела в виду, что... — Она замолчала, нахмурив брови. — Я не имела ввиду... эм...

— Дай угадаю, — с улыбкой перебила её Рэрити. — Воспоминания о тех, кого мы потеряли, снова причиняют боль, когда у нас снова есть что терять, я права?

Аликорн молчала, но румянец на её лице говорил гораздо больше, чем слова. Единорожка улыбнулась своей принцессе и продолжила путь к туннелю.

— Не волнуйся, дорогуша, — крикнула она, — я всегда найду дорогу назад.

## — Глава 22 — Секрет Хартс-Хэйвен

[Изображение: https://i.imgur.com/hZWsWmo.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/sZNOywv.png]

Хартс-Хэйвен.

Уединённая деревушка, известная своим любопытным расположением на дне Галопирующего ущелья, рядом с Галопирующей долиной. По утверждению путеводителей, много веков назад по дну ущелья протекала река, и только после того, как она необъяснимым образом пересохла, пони основали внизу поселение. Правда одна призрачная принцесса оспаривала это, утверждая, что на самом деле, Рэрити, река Растл не пересохла, а была перемещена под землю принцессами Селестией и Луной, чтобы чейнджлинги могли жить в укромном месте.

Чейнджлинги были ещё одной темой, с которой единорожка ознакомилась довольно подробно. Разумеется, причиной тому была принудительная  шестичасовая лекция Твайлайт о них, с которой Рэрити не могла уйти, поскольку не умела ходить сквозь книжные шкафы, один из которых кто-то поставил прямо перед выходом. И хотя единорожка понимала желание подруги должным образом подготовить её на случай неприятностей, она находила, что это немного чересчур. Ну правда, даже если бы чейнджлинги всё ещё были живы, зачем им причинять ей вред?

Седельные сумки громко стучали по её бокам в полной тишине Галопирующей долины. Взглянув на ясное голубое небо, кобыла увидела небесный город Клаудсдейл вдали и на мгновение задумалась, могут ли там оказаться книги Твайлайт. Обратив взгляд обратно к земле, Рэрити сосредоточилась на дороге к маленькому одинокому домику и воротам, которые, как она предполагала, ведут в Хартс-Хэйвен.

Впервые никто не сопровождал её в поисках, из-за чего у единорожки появилась возможность сосредоточиться на собственных мыслях. Её главной заботой, конечно же, была книга и потенциальное открытие, что нынешний её владелец, больше здесь не живёт.

Второй её заботой был кулон. Рэрити поймала себя на том, что поглядывает на него всё чаще и чаще, в основном из-за страха перед зелёным свечением, а не в надежде на ярко розовое. Это было похоже на благословение и проклятие в одном флаконе, как и предсказывала Эпплджек. Да, теперь единорожка могла узнать, если Дух окажется поблизости, но это также означало, что она теперь постоянно параноила по этому поводу. Возможно, было бы лучше если Твайлайт и вовсе не накладывала бы на него это заклинание.

Рэрити помотала головой, разгоняя мысли. Лучше было сосредоточиться на более приземлённой задаче.

Приблизившись к дому, она заметила пегаса, кружившего над ущельем. Он замер, заметив её, и следующее, что единорожка услышала, был отдалённый свист. Мгновение спустя дверь открылась, и оттуда вышел пони, глядя прямо на неё.

«Система приветствия туристов? Или... система предупреждения чейнджлингов о приближающихся пони?»

Единорожка снова помотала головой, на этот раз посильнее. Ой-ой-ой, похоже, паранойя Твайлайт всё-таки перекинулась и на неё.

Когда она подошла ближе, пони, оказавшийся жеребцом-пегасом, с энтузиазмом помахал ей копытом. Как и предполагала Рэрити, дом стоял на самом краю ущелья, а ворота загораживали тропинку, ведущую к деревне. Кроме того, к ним была прикреплена металлическая коробка с двумя красными кнопками.

— Здрасте! — воскликнул жеребец. — Заблудились, не так ли?

Единорожка покачала головой.

— О Денза, нет. Меня зовут Рэрити, и я модельер одежды из Понивилля. У меня заказ на доставку в Хартс-Хэйвен. — Она достала из седельной сумки карту и открыла её. — Это же здесь, верно?

Жеребец нахмурился на долю секунды, прежде чем прочистить горло и улыбнуться.

— О! Да, понимаю. Знаете, у нас не так часто бывают гости! Если можно, кого именно вы собираетесь навестить?

Единорожка поджала губы. Она не очень любила раскрывать информацию о своих клиентах.

— Ну, я к Тэффи Скретч. Она ...

— Владелица магазина одежды! Да, мы с ней хорошо знакомы, — перебил её жеребец. Его голос помрачнел, и выражение лица стало менее радостным. — Любительница путешествовать.

Рэрити вежливо рассмеялась.

— Полагаю, это хорошо? Или местные не любят, когда другие пони вторгаются в их деревню?

— О нет! Мы любим гостей! Это хорошо для экономики! — быстро ответил жеребец, и его улыбка вернулась. — Но не смею вас задерживать! Можете рассказать мне всё о своём визите, когда будете уходить.

Несмотря на то, что кое-что в этой фразе покоробило единорожку, она сочла разумным придержать язык за зубами и продолжать игнорировать похожий на Твайлайт голос в голове, чересчур подробно анализирующий каждое слово, сказанное жеребцом.

Не обращая внимания на внутреннее смятение Рэрити, жеребец потрусил к воротам и нажал нижнюю кнопку. Уши кобылы прижались к голове, когда из коробки вырвался до нелепого громкий звук, вероятно, достаточно сильный, чтобы его услышали даже в Клаудсдейле. Мгновение спустя ворота открылись, освобождая единорожке путь.

Поблагодарив его, Рэрити прошла через ворота и, как и ожидала, обнаружила лестницу, высеченную вдоль стены ущелья, ведущую вниз, к деревушке на дне. Даже отсюда она могла видеть... пони  внизу, и, казалось, все они смотрели на неё, пока занимались своими делами.

«Что за странный способ сделать вход, — подумала единорожка. Она была последней пони, которой не понравилось бы оказаться в центре внимания, но неужели было так необходимо оповещать о её прибытии всю деревню? Если только это не было сделано для того, чтобы они могли превратиться в пони, — чего они не делали, потому что...»

— Ну, даже если они и правда чейнджлинги, я продолжу относиться к ним как к пони, — пробормотала Рэрити, так будто Твайлайт Спаркл каким-то образом могла её услышать.

Спуск к деревне оказался дольше, чем единорожка ожидала. Лестница была крутой, а ступени маленькими, и единственной защитой от падения служили шаткие деревянные перила, отделяющие Рэрити от смерти. Стены ущелья были испещрены крупными дырами, но она очень сомневалась, что окажется достаточно ловкой или быстрой, чтобы ухватиться за одну из них, если упадёт.

Подняв глаза, единорожка заметила, что пегас в небе пристально наблюдает за ней. Может, он поймает её, если она сорвётся; ну разве не героический поступок?

Она остановилась на мгновение, чтобы получше рассмотреть деревню. На самом деле та оказалась гораздо больше, чем Рэрити ожидала, в ней было почти столько же домов, сколько и в Понивилле. Единственное отличие состояло в том, что Хартс-Хейвен тянулась вдоль ущелья, что, вероятно, и создавало впечатление, что она больше, чем была на самом деле. Единорожка могла видеть вдалеке высокое здание, прямо перед большой площадью. И по-прежнему большинство пони, которых она заметила с верхних ступеней лестницы, стояли на месте, наблюдая за её спуском.

Спустя десяток минут безуспешных попыток не смотреть вниз Рэрити наконец достигла дна ущелья. Когда она подошла ближе, пони, осознав, что их застали пялящимися, быстро скрылись. Лишь несколько жеребят остались на месте, наблюдая за единорожкой широко раскрытыми глазами.

Она же просто вежливо улыбнулась в ответ, стараясь не выглядеть настолько смущённой, насколько себя чувствовала. Достав свиток, Рэрити ещё раз изучила инструкции Таффи, как добраться до её дома. И освежив память, убрала свиток и продолжила свой путь, оглядывая дома, мимо которых проходила. Они сильно отличались от домов Понивиля. Большинство из них были двухэтажными, с неприлично большим количеством овальных окон. Сквозь них она видела, как некоторые пони всё ещё смотрят на неё.

Денза милостивая, они могли бы хоть попытаться быть незаметными.

В конце концов Рэрити добралась до места назначения — большого красочного магазина с вывеской «Понячья мода» на фасаде.

Хитро.

Здание чем-то напоминало единорожке её собственный бутик, и она знала, что Таффи была его поклонницей. Чейн... кобыла уже несколько раз бывала в Понивиле и даже приобрела несколько эскизов Рэрити.

Продолжая игнорировать по-прежнему пялящихся на неё пони, единорожка потрусила к магазину, дверной колокольчик звякнул, когда она вошла внутрь. Осмотревшись, Рэрити поняла, что дизайны Таффи на самом деле были довольно современными, гораздо более современными, чем она ожидала.… ну… что бы она там ни ожидала от чейнджлингов.

— Ау? — окликнула единорожка. — Таффи?

— О, мисс Рэрити! А вы быстро!

Единорожка обернулась и увидела кобылу, трусившую к ней, у той на спине висело платье. Независимо от того, кем она могла быть, её присутствие успокоило Рэрити. Было приятно встретить кого-то знакомого в столь незнакомом месте.

— Быстро? — спросила она. — Ах да, полагаю, этот ужасно громкий звук предупредил вас, что я иду.

Секунду помолчав, единорожка добавила:

— Как любопытно, правда. Я не могу отделаться от ощущения, что Хартс-Хэйвен не очень-то жалует гостей.

Таффи Скретч покачала головой.

— О-о, конечно же нет, мисс Рэрити! Мы любим гостей! Просто не… очень к ним привыкли, — объяснила она, ведя единорожку в заднюю часть магазина. — Вы первая за долгое время…

— Стоит признать, ваше местоположение определённо не располагает к туризму, — заметила Рэрити. — Хотя мне бы хотелось осмотреться! Не думаю, что загляну сюда снова в ближайшем будущем, и возвращаться в Понивилль на ночь глядя плохая идея. Я захватила с собой достаточно бит, чтобы переночевать в местной гостинице, и...

— Вы не можете здесь остаться, — выпалила Таффи, остановившись и повернувшись к единорожке. Мгновение спустя румянец окрасил её лицо, и она быстро добавила: — То есть, видите ли, у нас здесь нет гостиницы. Или любых других мест, где можно было бы остановиться. — Она склонила голову. — Извините...

«Конечно же нет. Пони, оставшийся на ночь, означает, что им придётся продолжать маскарад гораздо дольше, чем они привыкли».

— В таком случае, может, приступим? — предложила Рэрити, снимая седельные сумки и ставя их на стол. — Я бы хотела осмотреть деревню перед отъездом!

Прошёл час, и единорожка уже почти собралась уходить. Несмотря на все её усилия, Таффи упорно возвращала разговор к платьям, уклоняясь от многочисленных попыток Рэрити поговорить о Хартс-Хэйвен и его жителях.

— Но в самом деле, Таффи, вы не можете серьёзно заявлять, что это не странно, что никто не выходит за пределы Хартс-Хэйвен! — настаивала единорожка. — Я видела застенчивых пони, но то, как они смотрели на меня, заставляло меня чувствовать себя так, словно мы принадлежим к совершенно разным видам!

— Мы не привыкли к гостям, мисс Рэрити, правда, — защищалась Таффи в ответ. — У нас нет особого желания покидать нашу маленькую деревню. У нас есть всё, что нам нужно, и разве этого недостаточно?

— Но...

— Простите, мисс Рэрити. Мне бы хотелось рассказать вам больше, но... — Она виновато улыбнулась. — Может быть, в другой раз?

Единорожка вздохнула, смягчившись. Таффи гораздо лучше других чейнджлингов умела хранить тайну, и казалось, чем сильнее давила Рэрити, тем больше та сдерживалась.

Объяснение этому можно было найти на стенах её дома, что были увешаны фотографиями из различных уголков Эквестрии. Интересно, сколько чейнджлингов прожили всю свою жизнь, не выходя из деревни?

— Похоже, вы любите путешествовать?

Таффи кивнула, и на её губах появилась улыбка, пока она складывала своё новое платье.

— Я стараюсь путешествовать при малейшей возможности! Мэр считает, что я путешествую слишком много, но остальная Эквестрия так удивительна.

Единорожка приподняла бровь.

— Странно. С чего бы его это волновало?

Таффи моргнула, запнувшись на собственном поспешном ответе.

— О-о, ну, как я уже говорила, мы маленькая деревня, и все мы очень близки. Всегда грустно, когда кто-то из нас уезжает слишком надолго. Впрочем, это неважно. Большое спасибо за платья, мисс Рэрити! — сказала она, с энтузиазмом меняя тему.

— Не за что, дорогуша, — ответила единорожка, закрыв седельную сумку и водрузив её на спину. — Похоже, мы закончили раньше, чем я ожидала, так что, думаю, я всё же совершу небольшую экскурсию по деревне.

— Правда? — спросила Таффи, забыв о своём платье. — Но здесь же ничего нет. Хартс-Хэйвен не столь интересен, как Мэйнхэттен или Филлидельфия.

— Чепуха! Я уверена, что эта деревня восхитительна! Я видела небольшую площадь, когда спускалась по лестнице, и она показалась мне очаровательным местом, — настаивала Рэрити, торопливо кивая. Затем она заколебалась. — Не думаю, что вам знаком пони по имени Твист Дизин, но всё же?

Таффи нахмурилась.

— Не знаком. Я не знаю никого с таким именем, но мэра зовут Сплит Дизин. Может быть, они родственники? — Она помолчала. — А почему вы спрашиваете?

Единорожка улыбнулась.

— Просто так! Подруга спрашивала о нём, хотя, наверное, она перепутала имя, глупышка, — ответила Рэрити. Не стоило раскрывать, что Твайлайт знала кого-то из прошлых веков. Кто знает, может быть, они, как аликорны, помнят всю свою родословную. — Полагаю, нанести визит в ратушу было бы неплохо...

— Здравствуйте!

Рэрити обернулась и увидела ещё одного жеребца-пегаса, входящего в магазин, приветливо улыбаясь двум кобылам.

— О-о, мэр Дизин!

«Ну и ну, вспомнишь солнце — вот и лучик».

— Привет, Таффи! Надеюсь, не помешал? Я слышал, что наша гостья пришла к тебе, и мне показалось правильным зайти и поприветствовать её от имени города, — сказал он, подойдя к единорожке и протянув ей копыто. — Мисс Рэрити, я полагаю? Лайн Райдер был достаточно любезен сообщить мне ваше имя.

— А, мэр! Какой приятный сюрприз, — ответила единорожка. — Мы как раз говорили о вас! Таффи рассказывала мне, что её постоянные путешествия вас не очень радуют? Неужто в вас говорит зависть? Мэр Понивилля тоже часто жалуется, что её работа не позволяет ей много путешествовать!

Мэр Дизин рассмеялся.

— Вы раскусили меня. Да, наша маленькая Таффи источник большой зависти в нашем маленьком городке! — сказал он, притворно улыбаясь. — И к тому же она привлекает довольно много гостей! В последнее время моим бедным пони приходится привыкать к чужакам, не так ли, Таффи? — спросил он, и кобыла тут же отпрянула, слабо улыбнувшись.

— Гости, это не плохо для нас, мэр.

— Поддерживаю! — выпалила Рэрити, желая немедленно вытащить подругу из под нелестного внимания. — На самом деле, мне бы хотелось немного осмотреться и побеседовать с вами.

Жеребец виновато улыбнулся.

— О, я бы с радостью, мисс Рэрити, но в нашей деревушке едва ли есть на что посмотреть. Вам лучше отправиться в путь! В любом случае, позвольте мне сопроводить вас обратно. — Он склонил голову в сторону Таффи. — Надеюсь, ты будешь завтра на городском собрании, не так ли?

Та быстро кивнула.

— Ну конечно!

Она бросила взгляд на единорожку и мягко улыбнулась.

— Большое вам спасибо, мисс Рэрити.

— Не стоит! Была очень рада помочь, — ответила она, понурив голову, и последовала за мэром, быстро попрощавшись с кобылой.

Как только они вышли на улицу, мэр Дизин посмотрел на небо и продолжил:

— Как жаль, что в это время года день так короток, — заметил он, покачав головой. — Но в любом случае, в Эквестрии есть места и получше, чем Хартс-Хэйвен.

Он повернулся к единорожке.

— Кстати, вы бывали в Троттингеме? Я слышал, что тамошняя Большая библиотека необычайна и…

Пока мэр болтал, Рэрити не могла не хмуриться, глядя на него. Неважно, как сильно они хотели выпроводить её, она не уйдёт без книги Твайлайт или, по крайней мере, информации об её местонахождении. К сожалению, похоже, что чейнджлинги были настроены так же решительно, как и она…

Хм.

— Но мэр! — воскликнула она, прижимая копыто к груди. — А как же Эквестрийская приветственная экскурсия? Я удивлена, что вы об этом забыли...

Тут улыбка мэра исчезла.

— Что, простите?

Единорожка с заметным преувеличением закатила глаза.

— Ну правда, я искренне надеюсь, что вы шутите. Эквестрийская приветственная экскурсия? Одна из древнейших традиций Эквестрии! Когда мэр лично встречает приезжего пони, его долг провести для того личную экскурсию по деревне.

— Как? Но я и раньше приветствовал пони и никогда не слышал об этой… традиции!

Рэрити фыркнула.

— Мэр, уверяю вас, это только из уважения к вам. Все были достаточно тактичны, чтобы не обращать внимания на вашу оплошность, чтобы не смущать вас. Тем не менее! Как пони с большим опытом путешествий, могу вас заверить, что это довольно распространённая традиция среди поселений пони, и я осмелюсь сказать, это деревня пони, не так ли?

— Разумеется! — заявил жеребец, топнув копытом по земле. — Хартс-Хэйвен самое преданное поселение Эквестрии! Мы образцовая деревня пони, и мы намерены и впредь чтить царство нашей принцессы!

— Отлично! — воскликнула единорожка. — Я знала, что вы согласитесь!

Мэр Дизин быстро кивнул, прежде чем спросить,

— Что именно подразумевает эта традиция? Это просто экскурсия?

Рэрити рассматривала своё копыто.

— Ну...

* * *

Может быть, однажды Рэрити будет стыдно за это. Наверняка раньше, чем позже, когда она расскажет об этом Твайлайт, и аликорн неизбежно прочтёт ей лекцию о недопустимости лжи, но серьёзно, если уж она всё равно собирается врать, то стоить делать это по-крупному, не правда ли?

— Вам нравится ваш чай, мисс Рэрити?

Единорожка улыбнулась жеребцу, сидевшему позади неё в личной колеснице, на которой она разъезжала по деревне.

— Он превосходен, благодарю вас, Лайон Флауэр! — ответила она, поблагодарив пони, прежде чем вернуться к пейзажу.

— Итак, сразу за Торговым районом находится главная площадь Хартс-Хэйвен, также называемая площадью Кристального сердца, в честь которого, в свою очередь, и была названа наша деревня, — продолжал мэр, сидя рядом с ней, указывая на площадь, на которую они только что въехали.

«Кристальное сердце?»

Посмотрев вперед, Рэрити заметила крупную статую посреди площади, а самое интересное, в её центре был крупный светящийся кристаллический объект.

— И вы позволили им жить в Эквестрии и продолжать кормиться от пони? Твайлайт, это ужасно!

— Разумеется, нет! Кейденс вложила в кристалл заклинание, которое усиливало и передавало её чувства дружбы и доброжелательности к чейнджлингам. Таким образом, они могли питаться от него, не причиняя никому вреда.

Сгорая от любопытства, она поставила чашку, спрыгнула с колесницы и побежала к статуе, словно её что-то тянуло.

Это было великолепное мраморное изваяние, напоминающее те, что единорожка видела в Кантерлоте, и, как и те статуи, слабая магическая аура окружала его, защищая от повреждений. На первый взгляд Рэрити показалось, что это статуя принцессы Дензы, но при ближайшем рассмотрении обнаружились мелкие различия, и у неё перехватило дыхание, когда единорожка поняла, что это была не статуя нынешнего правителя Эквестрии, а третья принцесса из легенды.

Принцесса Кейденс.

Она была прекрасна, и не только потому, что её сходство с Дензой делало единорожку пристрастной. Принцесса сидела, опустившись на задние ноги с мягкой улыбкой на губах, а над ее сложенными копытами парил кристалл в форме сердца.

— Это подарок принцессы Кейденс Первой, — пояснил мэр Дизин, присоединившись к Рэрити. — Она подарила его основателям Хартс-Хэйвен, когда наша деревня ещё носила другое название. Это точная копия сакрального артефакта провинции Кристальная империя.

Единорожка не могла оторвать взгляда от кристалла, что неторопливо вращался на месте, словно в замедленной съёмке. Он был красив, сиял мягким магическим светом, и чем дольше она смотрела на него, тем спокойнее и уютнее становилось на душе. В её сознании снова всплыли слова Твайлайт о том, что сердце некогда — а может, и до сих пор — служило проводником любви Кейденс и её потомков и делилось ею с миром. Копыто Рэрити потянулось к кулону, который был проводником магии Твайлайт.

Обратив взгляд ниже, единорожка заметила надпись у основания статуи:

Покуда вы вместе со мной,

Моя любовь будет питать и защищать вас.

Её благоговение было столь велико, что Рэрити на мгновение забыла о тайне, которую должна была хранить.

— Так вы питаетесь? — спросила она, заворожённая, и вернулась к реальности только, когда заговорил мэр.

— Что вы сказали?

— Хм? — кобыла даже не вздрогнула. — Что я сказала? А! О, ну, я полагаю, именно так вы кормите деревню миром и безмятежностью? Глядя на эту штуку, я чувствую себя так потрясающе расслабленно, не поверю, если скажете, что оно не оказывает такой же эффект на местных.

Жеребец прищурился, но почти сразу изобразил улыбку.

— Разумеется! Наше Кристальное сердце — отрада нашего маленького городка. Мы многим ему обязаны.

Желая продолжить поиски книги, единорожка откашлялась и огляделась.

— Кстати, мэр, в вашей очаровательной деревушке случайно нет библиотеки? — Она повернулась к нему и похлопала ресницами. — Я, знаете ли, очень увлекаюсь книгами, и мне кажется, что в таком древнем месте, как это, должны храниться действительно редкие экземпляры!

Мэр кивнул и направился к колеснице.

— Ну, не очень большая, конечно, но у нас имеются очень редкие книги! — чрезвычайно взволнованный, он вскочил на колесницу и жестом пригласил Рэрити присоединиться к нему.

Она взобралась следом, бросив последний взгляд на статую, и колесница двинулась дальше, через площадь, к ратуше. Это было большое здание, намного больше, чем дома, но, как и те, оно было усеяно окнами. Витражи украшали самую верхнюю башню, изображая другую интерпретацию принцессы Кейденс.

Вопрос замер на кончике языка единорожки. Как однажды сказал профессор Эйв, имелось достаточно доказательств существования древних принцесс, но верили ли чейнджлинги в легенду, утверждающую, что те были пойманы в ловушки где-то в Эквестрии?

— Сюда, пожалуйста!

Рэрити последовала за жеребцом в вестибюль здания. Там стоял письменный стол, за которым какая-то кобыла работала с документами. Единорожка лениво подумала, стоит ли ей спросить об этом, зная, что Твайлайт наверняка хотела бы знать, какие бумаги заполняют чейнджлинги.

Мэр, не останавливаясь, направился к лестнице, но Рэрити задержалась в вестибюле, любуясь открывшимся зрелищем. Там была большая парадная лестница, ведущая на второй этаж, а также крупная картина, висевшая над большой деревянной входной дверью. Единорожке не нужно было видеть магию заклинания сохранения, чтобы знать, что картина была древней.

Картина, похоже, изображала основание Хартс-Хэйвен, или, как её тогда называли, деревни Санктум. На ней был тогдашний мэр, державший пару ножниц, чтобы разрезать торжественную ленту, четыре принцессы, стоявшие позади него, и… Дискорд?

Там, парящий над принцессами и жонглирующий какими-то книгами, был изображен сам Дух Хаоса. На мгновение Рэрити испугалась, что у неё галлюцинации, но тот факт, что Твайлайт на картине смеялась над этим, по крайней мере, подтверждал, что ей это не мерещится. Но с какой стати ему там быть? Она вспомнила, как Твайлайт говорила, что он… перевоспитался… на какое-то время, но достаточное, чтобы присутствовать при таком событии?

И почему Твайлайт так радовалась его присутствию? Её копыто было прижато ко рту, как если бы она пыталась скрыть смех, и, казалось, принцесса искренне наслаждалась происходящим. Они… Они были друзьями?

— Мисс Рэрити! Вы идёте?

Единорожка неохотно потрусила к ожидавшему её мэру, направившись за ним вверх по лестнице и вглубь здания. Через несколько минут они наконец достигли пункта назначения: комнаты средних размеров, заставленной книжными шкафами. Хотя это и не было библиотекой Твайлайт, но она, безусловно, производила впечатление, а золотая табличка, прибитая к двери, с гордостью утверждала, что тут можно найти почти тысячу книг.

— Почему бы вам не осмотреться? — предложил жеребец. — Уже почти ночь, так что, боюсь, мы не сможем задержаться здесь надолго.

Поблагодарив его, Рэрити последовала совету и отправилась в комнату, найдя уютное укромное местечко между двумя рядами книжных полок. Она достала из седельной сумки библиотечную карточку, стараясь не повредить её. «Библиотека принцессы Твайлайт» гласила аккуратная надпись сверху, а ниже было название книги: «Скрытые долины Эквестрии» Квазар Стар.

— Квазар Стар, — пробормотала Рэрити, глядя на книжные полки рядом с собой.

К её огромному сожалению, библиотека, похоже, следовала гнусной, излюбленной Твайлайт, системе классификации. К её же немалому счастью, единорожка всё-таки выучила эту проклятую систему, и ей понадобилось всего две попытки, чтобы найти раздел истории и географии. О небо, Твайлайт действительно на неё влияла.

Добравшись до нужной секции, Рэрити принялась прочёсывать книжные полки, и хотя ей так и не удалось найти нужную книгу, это было не потому, что в библиотеке её не было. Ей потребовалось довольно много времени, чтобы разобраться с числами в системе, но теперь она знала достаточно, чтобы понять, если книга отсутствует.

Что же случилось с книгой из промежутка?

«Неужели кто-то уже взял её?»

По-прежнему держа магией библиотечную карточку, она вернулась ко входу в библиотеку и нашла мэра, изучающего какой-то старый на вид том. Она вежливо откашлялась, привлекая его внимание.

— Простите, мэр, а где библиотекарь? Книга, которую я ищу, кажется, пропала с книжной полки. Может, её кто-нибудь взял?

Мэр моргнул, потом улыбнулся.

— Боюсь, это невозможно, мисс Рэрити! Мы не выдаём книги на копыта!

Выражение его лица посерьёзнело.

— А это значит, что книга либо потеряна, либо украдена.

Он откашлялся и подошёл к ней.

— Какая книга, вы говорите, пропала?

Единорожка посмотрела на карточку.

— Э-э-э… «Скрытые долины» Квазар Стар?

Мэр нахмурился.

— «Скрытые долины» Квазар... — Он оборвал себя на полуслове, глядя на Рэрити широко раскрытыми глазами, прежде чем быстро сказать: — Нет, у нас нет такой книги. Ужасно сожалею.

Он отложил книгу, которую читал, и изобразил крайне натянутую улыбку.

— Уже поздно, мис...

— Вы точно уверены? — настаивала единорожка. — В девятьсот десятом разделе отсутствует одна книга, а именно S79. Это вполне может быть...

— Мисс Рэрити, могу заверить вас, что здесь нет такой книги, и я бы предложил нам закругляться. Близится время закрытия и...

— Да, да, — сказал единорожка, небрежно размахивая библиотечной карточкой, — Но, видите ли, мэр, у меня имеется надёжный источник сведений, что у пони, некогда жившего в этой деревне, была эта книга, и...

— Ах надёжный источник? Дайте-ка взглянуть! — раздражённо сказал мэр Дизин. Он выхватил у Рэрити библиотечную карточку, не обращая внимания на её протесты. — Что это за надёж…

Жеребец побледнел. Он переводил взгляд между единорожкой и карточкой, прежде чем сказать:

— Хорошо.

Рэрити моргнула.

— ...Пардон?

Не сказав ей ни слова, мэр обернулся и рявкнул в открытую дверь:

— Эффиджи! Агури! Идите сюда!

Несколько мгновений спустя в помещение вбежали две кобылы, глядя на единорожку с плохо скрываемой опаской. Они повернулись к мэру, ожидая указаний.

Он в последний раз взглянул на карточку, прежде чем вернуть её Рэрити и обратиться к одной из кобыл.

— Эффиджи, пожалуйста, завари пастушьего чая для нашей гостьи, пока она ждёт, и Агури, пожалуйста, составь ей компанию, пока я схожу за тем, что ей нужно.

— П-пастушьего чая? — спросила Эффиджи, и когда мэр бросил на неё резкий взгляд, пискнула и умчалась с криком: — Уже несу!

Стоило первой кобыле удалиться, жеребец повернулся к единорожке, снова улыбаясь.

— Если вы подождёте здесь немного, я схожу за книгой. Агури составит вам компанию и позаботится о том, чтобы вы не потерялись, — подчеркнул он, и Рэрити не нужны были её великолепные социальные навыки, чтобы распознать скрытое предупреждение.

Сказав это, мэр Дизин ушёл, оставив единорожку наедине со своей очень нервной помощницей. Кобыла продолжала смотреть на Рэрити с неловкой, осторожной улыбкой, на которую единорожка ответила вежливой.

— Должна сказать, неплохая у вас библиотека, — заметила Рэрити, получив в ответ лишь торопливый кивок.

Видя, что светская беседа не клеится, единорожка подавила вздох и перевела внимание на дверь. Она не знала, что делать. И очень сомневалась, что мэр отправился за книгой, и что-то ей подсказывало, что оставаться на эту чашечку чая не самая лучшая идея.

— Красивый кулончик.

Рэрити моргнула, вернув внимание к кобыле.

— Хм?

Агури откашлялась и указала на кулон единорожки:

— Я никогда не видела, чтобы украшения так светились.

Рэрити улыбнулась, что происходило уже рефлекторно при мысли о Твайлайт.

— О да! На самом деле, это особенный кулон, — сказала она, переключая своё внимание на него. — У моей близкой подруги есть…

Единорожка прервалась, любопытство на лице Агури осталось совершенно незамеченным. Кулон действительно светился, но вместо того, чтобы светиться своим обычным розовым, он светился слабым, но заметным зелёным.

«Вот как. Что ж, так, так, так».

Рэрити предпочитала не ругаться, но несколько крепких словечек пронеслось у неё в голове.

— Прошу прощения, Агури! Похоже, слова напрочь отказываются служить мне..

Единорожка прочистила горло и поправила гриву, надеясь, что не выглядит настолько испуганной, насколько себя чувствует. Её глаза блуждали по комнате, безуспешно пытаясь, найти какие-либо признаки его присутствия.

— В любом случае, я уверена, вы не будете возражать, если я ещё раз осмотрюсь, пока мы ждём?..

Агури покачала головой, дружелюбно улыбаясь.

Рэрити улыбнулась в ответ и побежала вглубь библиотеки, заставляя себя смотреть только на книги, как бы ей ни хотелось отслеживать присутствие Духа. Её одолевало острое желание связаться с Твайлайт, но это бы не было естественной реакцией. И если единорожка вдруг начнёт нервничать без какой-либо причины, Дух поймёт, что она знает о его присутствии.

Как и чейнджлингам, ей приходилось притворяться.

По ходу Рэрити поигрывала кулоном, время от времени поглядывая на него и мысленно ругаясь каждый раз, потому что он по-прежнему светился зелёным. Как долго Дух наблюдает за ней? И наблюдает ли он, или в Хартс-Хэйвен имеются остатки магии хаоса, как и в Вечнодиком Лесу?

Ещё несколько минут единорожка лениво бродила, небрежно перелистывая то одну, то другую книгу, и так было до тех пор, пока она не дошла до конца комнаты, и кулон не засветился таким ярким зелёным светом, что быстро заставило Рэрити принять решение о дальнейших действиях. Она задержалась на месте на несколько секунд, притворяясь, что любуется старинным бюстом какой-то кобылы, прежде чем потрусить обратно к выходу, где её ждала Агури.

— Простите, мисс Агури, где здесь можно найти комнату для маленьких кобылок?

Агури вытаращила глаза.

— Комната для маленьких кобылок? А вам зачем?

Рэрити приподняла бровь.

— Ну, мой макияж был безупречен, когда я последний раз проверяла, так что есть лишь одна причина, по которой мне могло бы понадобиться подобное место. Надеюсь, вы понимаете, почему я не хочу вдаваться в подробности.

— О-о! Да, гм, извините! Я… — Агури поморщилась, румянец залил её лицо. — Это очень срочно?..

Единорожка кивнула.

— О Денза, да! Боюсь, что очень, — она сделала несколько торопливых шагов к двери. — Так, куда, говорите, идти?

Внезапно Рэрити в голову пришла одна мысль.

— На самом деле, почему бы вам меня не проводить? Не хотелось бы, чтобы я потерялась, не так ли?

— А-а, да! Следуйте за мной!

Поспешно улыбнувшись, Рэрити последовала за кобылой прочь из библиотеки. Было очевидно, что уединение больше подошло бы нуждам единорожки, но она просто не сможет жить спокойно с осознанием, что она оставила невинное создание в одной комнате с Духом. Не то чтобы Рэрити могла что-то сделать против него, но, по крайней мере, две пони могли справиться лучше, чем одна, правда ведь?

Как только они вышли из комнаты, единорожка посмотрела на кулон и с огромным облегчением обнаружила, что он вернулся к своему обычному розовому свечению.

— Слава Дэнзе, — пробормотала она, поглаживая кулон у себя на груди. Она была безумно рада возвращению Твайлайт на место этого ужасного демона.

— Всё в порядке? — спросила Агури, и Рэрити вспомнила, что она не одна. Выражение лица кобылы колебалось между озабоченностью и подозрительностью, и нервный смех единорожки ничуть не смягчил его.

— О да! Да, всё в порядке, извиняюсь! — быстро сказала она, прочистив горло и отпустив кулон. Рэрити огляделась, пытаясь сообразить, что делать дальше. Чем скорее она получит книгу, тем быстрее сможет уйти далеко-далеко от этого ужасного существа. У неё мелькнула мысль вернуться в библиотеку и встретиться с ним лицом к лицу, но здравый смысл подсказывал, что единорожка ещё не готова к подобному шагу.

— Пошли? — спросила она. — Где тут дамская комната?

Агури прикусила губу.

— Следуйте за мной, пожалуйста.

Рэрити последовала за ней по извилистому коридору, миновав несколько дверей. Над каждой дверью висела серебряная табличка. «Почта», «Склад униформы» и другие подобные названия встречались по пути, и ей оставалось только надеяться, что «Сокровищница» связана с налогами и финансами, а не с такими древними сокровищами, как книга принцессы.

— Агури!

Единорожка огляделась и с ужасом увидела, что к ним направляется мэр, суровое выражение его лица заставило помощницу взвизгнуть. Рэрити же выпрямилась, не желая выражать покорности перед кем попало. В любом случае, в здании было существо пострашнее, чем замаскированный чейнджлинг.

А потом она заметила книгу, которую он нёс с собой, и расслабилась. Глаза метались между книгой и мэром. Это?.. Неужели она неверно поняла чейнджлинга?

— А, куда же это вы? — спросил Дизин, и единорожка задалась вопросом, была ли его улыбка действительно искренней.

Он многозначительно посмотрел на Агури и продолжил:

— Я думал, вы подождёте меня в библиотеке.

Агури вздрогнула.

— Э-э, мэр...

— Боюсь, это моя вина! — быстро вмешалась Рэрити. — Я высказала потребность посетить комнату для кобылок, и Агури была достаточно любезна, чтобы позволить мне это, но не важно!

Она откашлялась и посмотрела на книгу.

— Полагаю, это и есть та самая книга?

Дизин кивнул.

— Так и есть. Совсем вылетело из головы что у меня имеется копия. — Он поднял книгу, но вместо того, чтобы отдать её единорожке, открыл её на третьей странице, перевернул и показал Рэрити. — Это очень хрупкая книга, как вы можете видеть по материалу, использованному для страниц.

Единорожка улыбнулась.

— Ну же, не волнуйтесь, я буду осторожна с ней, — ответила она, и уже собиралась взять книгу, как мэр убрал её.

— Какая глава вас интересует? — он спросил. — Я попрошу Агури переписать для вас несколько копий.

— В этом правда нет необходимости, — ответила Рэрити, пытаясь взять книгу и стиснула зубы, когда мэр снова отдёрнул её. — Я просто хотела бы взглянуть на неё, если вы не возражаете.

Прежде чем он снова успел увернуться, единорожка выхватила книгу, едва не издав победный клич.

— Извин!..

— Итак! — прервала его Рэрити, желая поскорее покончить с этим. Успешно заставив мэра замолчать, она проигнорировала большую часть содержания книги и перешла прямо к первой странице, на которой обнаружила полное отсутствие привычной подписи.

— Но...

— Что-то не так? — спросил Дизин, внимательно разглядывая единорожку.

«Не строй из себя невинность! Ты прекрасно знаешь, в чём дело!» — подумала Рэрити, закусив губу и уставившись на чистую страницу.

Что же ей теперь делать? Она не могла просто попросить другую книгу, когда у неё была идеальная копия, и она не могла попытаться активировать защитное заклинание, когда мэр смотрит.

— О, вовсе нет! — быстро ответила единорожка, снова переводя взгляд на мэра. — С чего бы? Это ведь та самая книга, не так ли?

Она смотрела на него ещё мгновение, проводя копытом по странице, и только тогда заметила что-то странное. Место, где всегда была подпись Твайлайт… если годы работы с тканями и научили её чему-то, так это различать тончайшие отличия в текстуре, и она ясно могла сказать, что что-то не так.

— Мисс Рэрити?

Она проигнорировала мэра и коснулась очень тонкого слоя бумаги, который был наклеен на уже существующую страницу. Не обращая внимания ни на мэра, ни на книгу, она зажгла рог, и сорвала листок, открыв аккуратный и знакомый почерк.

— АГА-А! — воскликнула единорожка. — Я так и знала! Подпись Твайлайт! Вы действительно связаны с тем чейнджлингом Твист Дизином!

И только сказав это, она осознала, что нечаянно раскрылась. Мэр Дизин отступил назад, его глаза были размером с блюдца и полные ужаса от осознания, что да, она и вправду знает.

— Стража, — прошептал мэр настолько тихо, что Рэрити почти не расслышала. Только когда он проревел это снова, единорожка поняла, что ей нужно действовать, и быстро.

Не теряя ни секунды, она закричала и бросилась в противоположную сторону, пытаясь найти хоть какой-нибудь выход из здания. Она слышала отдалённые крики мэра и, завернув за угол, резко остановилась при виде не одного, не двух, не трёх, а пятерых пони, преграждавших ей путь к отступлению. Рассудив, что бежать обратно не лучшая идея, она направилась к ближайшей двери, рывком распахнула её и, ворвавшись в комнату, захлопнула дверь.

Рэрити навалилась на преграду всем телом, неровно дыша, пока не убедилась, что её магия достаточно сильна, чтобы держать дверь закрытой, пока она будет искать выход — что, опять же, было по понятным причинам непросто, а затем обернулась и обнаружила себя лицом к лицу с примерно дюжиной чейнджлингов, повскакивавших из-за стола, за которым они сидели.

— О Денза, — прошептала единорожка, и дверь за ней открылась, когда её магия развеялась от шока. — Это ведь не комната для маленьких кобылок?

* * *

Должно быть, это карма.

Карма за то, что она обманом заставила мэра катать её на колеснице, угощать ромашковым чаем и исполнять все её прихоти. Это, плюс ещё кое-какие поступки в юности, могли бы объяснить, почему Вселенную так тянуло пленить Рэрити в разных местах. Подземелья, импровизированный конвой, а теперь… подвал?

Серьёзно?

«Если так они обращаются с пони, узнавшими их маленький секрет…»

Подвал, в котором она томилась последний час, был достаточно большим и освещался тусклой магической лампочкой, свисающей с потолка. Тут было пыльно и грязно, но вполне терпимо, по крайней мере ещё на ближайшую пару часов. Ещё здесь была лестница, ведущая к выходу, но предыдущие попытки Рэрити открыть дверь окончились ничем, поэтому единорожка решила поискать другой способ выбраться.

— Они не могут вот так держать меня здесь вечно, — пробормотала она, обшаривая стены в поисках незакреплённого кирпича или секретного прохода, как в самых авантюрных из её любимых приключенческих романов.

«Ну, это не совсем правда. Они могут держать меня здесь, но не станут».

Было очевидно, что чейнджлинги заперли её не из злого умысла, а просто из страха быть обнаруженными, и, несмотря на предупреждения Твайлайт, чейнджлинги, с которыми столкнулась Рэрити, были в основном вежливы и дружелюбны — пока дело не дошло до заключения.

Единорожка очень хотела попросить помощи у Твайлайт, но, учитывая трещину на кулоне, она не собиралась и пытаться использовать его, пока это не окажется последним вариантом. Разговор в Понивилле не слишком напрягал кристалл, но Хартс-Хэйвен находился куда дальше от библиотеки.

И... Рэрити не хотела рисковать снова привлечь внимание Духа теперь, когда он, похоже, ушёл.

Она вернулась к осмотру стен, лишь ненадолго отвлёкшись на звуки сверху. Когда же они пропали, а вместе с ними и её надежда на освобождение, единорожка продолжила осмотр стен.

После того, как она наконец убедилась, что стены не откроют ей тайного прохода, она направилась к середине комнаты в поисках скрытых переключателей в полу. К сожалению, как и в случае со стеной, её поиски не увенчались успехом, и в конце концов она уставилась на свои... тени?

Она моргнула раз, другой, третий, нахмурилась, посмотрела на единственный источник света, а потом снова на две тени, которые ей каким-то образом удавалось отбрасывать.

«Это неправильно», — подумала она, прижимая копыто к груди и поигрывая кулоном. Быстрый взгляд на него показал зелёное свечение и гораздо более яркое, чем ранее в библиотеке.

Рэрити медленно оглянулась, снова окаменев от страха. Ей хотелось закричать, очень сильно хотелось закричать, но это только покажет, что она знает, что он здесь, и... и…

Единорожка шагнула вперёд, настолько беспечно, насколько могла, и быстро потрусила к лестнице, а незваная тень продолжала повторять её шаги. Рэрити поднялась и вежливо постучала в дверь, настаивая, чтобы её, пожалуйста, выпустили, после чего её вежливая настойчивость сменилась на  полноценные вопли, которые становились тем громче, чем дольше её мольбы оставались без ответа.

Ещё одна серия ругательств промелькнула у неё в голове, пока единорожка спускалась вниз и пыталась сохранять спокойствие. Как ей сбежать? Да провалиться бы этим бесполезным урокам телепортации! Почему она не могла просто... просто… Рэрити вспомнила ту мучительную головную боль в поезде и то, как Твайлайт вылечила её, и тут перед ней возникло решение.

Если она не могла телепортироваться, тогда Твайлайт Спаркл просто должна сделать это за неё.

Закрыв глаза, единорожка применила знакомое заклинание и стала ждать, и ждать, и ждать, когда же Твайлайт, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста отве...

Динь!

На мгновение воцарилась тишина, оба разума не знали, что делать дальше, пока разум Рэрити не погрузился в лихорадочную попытку прокрутить в памяти всё, что привело её сюда. Разум Твайлайт не отреагировал ни страха, ни удивления, ни чего-либо ещё, единорожка же рванулась вперёд, отчаянно пытаясь каким-то образом извлечь секрет телепортации из другого разума.

Динь!

И тут Твайлайт прервала заклинание, оставив потрясённую Рэрити в одиночестве. Она… Твайлайт же не… Она же не собирается просто ОСТАВИТЬ тут единорожку?! Она знала, что Твайлайт хочет, чтобы Рэрити сама научилась телепортации, но это было просто... просто откровенно...

Её мысли резко оборвались, когда вспышка розового свечения затмила зелёное. Паникующая единорожка вновь применила заклинание, и прежде чем её собственный разум смог сформировать вопрос, его затопили мысли Твайлайт. Диаграммы из книг, которые Рэрити читала прежде, инструкции по умственным и физическим упражнениям, слова, которые она когда-то считала бесполезными, внезапно обрели точный смысл, когда единорожка узнала — или, скорее, вспомнила — как телепортироваться.

Она, или Твайлайт, или обе, приняла правильную позу, широко расставив ноги и слегка наклонившись вперёд. Рэрити делала это тысячу раз раньше, в библиотеке, и сейчас это было так удивительно просто, что она не понимала, почему ей это никак не удавалось раньше. Желание телепортироваться в другую часть здания овладело ею, и теперь её собственный разум взял верх, составляя карту того, что она помнила о ратуше. Единорожка столь полно сосредоточилась на библиотеке, что, казалось, могла видеть её точное изображение в своём сознании.

Собрав всю свою магию, Рэрити приготовила заклинание телепортации и…

«Давай!»

ТРЕСК!

Мир погрузился во тьму, и казалось, что её тело оторвали от земли, оторвали от реальности. Это длилось всего долю секунды, но ей показалось, что она провела во тьме целую вечность, прежде чем, издав «уф», приземлилась в совершенно другой, но знакомой комнате. Она поднялась с пола, широко раскрытыми глазами глядя на библиотеку.

«У нас... У нас получилось?»

— У нас получилось! — ахнула единорожка, зажав копытом рот. — У нас получилось, Твайлайт! Мы сделали это, мы сделали это!

Рэрити быстро схватилась за кулон, и её радость угасла в тот же момент, как она осознала, что что-то не так.

Единорожка посмотрела на кулон, и он больше не был зелёным, но он также не был и розовым. Он был совершенно прозрачным и выглядел точно так, как в тот день, когда Рэрити его купила, за исключением одной незначительной детали: половина кристалла полностью откололась и, вероятно, осталась в подвале.

— Нет. Нет, нет, нет, нет, пожалуйста, не-е-е-е-е-ет...

Прежде чем она успела закончить оплакивать кулон, дверь в библиотеку распахнулась, и в неё ворвались три пони.

— Вот она!

Единорожка отступила назад и закрыла глаза, отчаянно пытаясь сохранить хоть какую-то информацию о телепортации. Если она сделала это один раз, то сможет и снова, верно? Рэрити по памяти, какая была, сотворила заклинание, представила вход в здание и... и снова темнота окутала её, но вместо того, чтобы оказаться у входа, как она надеялась, ей удалось лишь телепортироваться в соседний коридор. Хуже того, только что казавшееся таким лёгким заклинание теперь было сродни суровой часовой тренировке, выполненной менее чем за секунду.

Восстановив дыхание, единорожка вскочила и помчалась прочь, пони последовали за ней. Она слышала голоса со всех сторон и даже из соседнего коридора, но она была так полна решимости выбраться отсюда, что была готова применить любые необходимые средства, насколько бы недостойными леди они ни были.

Рэрити завернула за угол, но вместо чейнджлингов наткнулась на знакомого стражника из Кантерлотского замка.

— Р-Рифт Шилд?!

Жеребец моргнул, прежде чем широко улыбнуться.

— Не ты ли наша мисс потерянная гостья! Мне что, до конца жизни придётся вытаскивать тебя из передряг?

Несколько мгновений спустя пони догнали её, но так же, как и она, они остановились, уставившись на жеребца.

— К-капитан Шилд! Это та кобыла!.. Она как-то сбежала из!..

— Итак, — прервал докладчика Рифт, улыбнувшись единорожке, — нашла ещё какие-нибудь доказательства для меня?

Рэрити промолчала. Её взгляд метнулся к кулону, и в тот момент, когда она поняла, что тот больше не светится зелёным, она бросилась на стражника.

— Я нашла принцессу Луну! — выпалила она, словно гонимая неудержимой силой.

Жеребец моргнул.

— Ч-чего? — Его глаза расширились. — Принцессу Лу...

— Да, и она где-то рядом с Холлоу Шейдс! — продолжала единорожка, не прекращая трясти стражника. — И она присматривает там за кошмарами с тех пор, как оказалась взаперти! Пещеры возле Радужных водопадов насквозь пропитаны магией Дискорда, потому что именно там он и Селестия в последний раз сражались при участии драконов, и у меня есть её корона в качестве доказательства! И!.. И причина, по которой Дискорд объявил войну принцессам и запер их, не в том, что они отказались дать ему землю, а в том, что Твайлайт Спаркл отказалась отдать своего друга-дракона по имени Спайк! И у них...

Она указала на чейнджлингов.

— У них есть одна из книг Твайлайт, и они пытались скрыть её от меня, и они не пони! Они чейнджлинги, и я знаю это, потому что Твайлайт сказала мне, что принцесса Кейденс Первая основала эту деревню для них! Так вот! — Наконец она отпустила его, и стражник в шоке отшатнулся. — Если этого недостаточно, чтобы доказать, что я нашла Твайлайт Спаркл, Рифт Шилд, то я сама доберусь до принцессы Дензы, если ты меня не пропустишь!

— Воу, успокойся Рэр!

— Не надо мне твоих «успокойся, Рэр»! — огрызнулась единорожка. — Я только что из несправедливого заточения и сыта по горло тем, что спасение Эквестрийских монархов забота всего лишь трёх пони не считая меня, тогда как ещё несколько месяцев назад мы могли бы располагать поддержкой всей королевской армии! Если мне удалось уболтать драконов не превращать меня в закуску, то я, древолк подери, вполне смогу и пробиться на аудиенцию к Дензе!

Израсходовав на слова весь воздух, единорожка отступила и попыталась успокоить дыхание. К этому времени прибыло ещё больше пони, в том числе и мэр, но она обнаружила, что не может заставить себя волноваться. Она стояла прямо и гордо, готовая вступить в бой, если сочтёт это необходимым.

— Р-Рифт! — воскликнул Дизин, переводя взгляд между Рэрити и стражником, который уже поднимался на копыта.

— Всё в порядке, старик, — ответил Рифт, и его сияющая улыбка вернулась. Он взглянул на единорожку, прежде чем повернуться к мэру. — Не возражаете, если мы воспользуемся конференц-залом? Нам с этой прекрасной леди предстоит долгий разговор.

Через полчаса Рэрити уже куда более спокойная сидела за большим столом для совещаний, рядом с ней стояла ещё одна чашка ромашкового чая и несколько старых печений. По сути, чейнджлинги не нуждаются в еде, и это всё, что нашлось у них в кладовке.

К тому моменту у единорожки было предостаточно времени, чтобы обдумать свои действия, тем более что, похоже, Дух решил оставить её в покое. Она раскрыла все свои секреты Рифту меньше чем за минуту, и только теперь все предупреждения Рэйнбоу и профессора Эйва обрушились на неё. Конечно… Конечно, опасаясь Рифта, Рэрити всерьёз признавала, что её верховная правительница сотрудничает с Духом, и, несмотря на все свидетельства подобного, она не могла заставить себя в это поверить. Всю жизнь её учили, что королевская семья действует исключительно в лучших интересах Эквестрии, и поэтому она решила твёрдо стоять на своей верности короне.

Единственное, о чем она ему не рассказала, это о своей встрече с Духом. Не то чтобы единорожка не хотела, но даже несмотря на то, что её кулон больше не светился зелёным, она не могла знать, работает ли отслеживающее заклинание, а... последнее, что она хотела, это сообщить Духу, что у неё есть способ, ну, отслеживать его.

— Я должен извиниться за них ещё раз, — сказал Рифт, садясь напротив Рэрити. — Пони не часто сюда заглядывают, поэтому они понятия не имеют, как иметь с ними дело. Им приходится общаться только с принцессой и стражниками из замка, когда она перезаряжает сердце.

— Они позвали тебя?

Рифт кивнул.

— Ага. Пастуший чай, это кодовое слово для: «послать колесницу за стражником как можно скорее». Они ведь не собирались держать тебя там вечно, понимаешь? Они просто хотели, чтобы кто-нибудь пришёл и убедил незваного гостя не разглашать тайну.

Жеребец ухмыльнулся.

— За последние три года я выручил из такой ситуации по меньшей мере пять кобыл.

Единорожка деликатно поставила свою чашку обратно на стол. Она могла бы упомянуть о Пинки Пай, но решила, что лучше будет придержать этот козырь, пока сама не узнает, в чём состояла история Пинки.

— Итак, тебе нужны ещё какие-нибудь доказательства?

Рифт рассмеялся, покачал головой, а затем наклонился, устремив взгляд прямо на кобылу.

— Нет, всё в порядке. Хотя… Ты действительно нечто, не так ли, Рэрити? — спросил он, закончив свой вопрос подмигиванием.

Возможно, несколько месяцев назад единорожка наклонилась бы и улыбнулась в ответ, но сейчас попытки жеребца пофлиртовать были встречены серьёзным взглядом.

— Почему ты отказываешься помочь? — спросила она вместо этого. — Ты знаешь, что есть пони, которые твёрдо уверены, что принцесса Денза работает с Духом?

Рифт нахмурился.

— Не глу...

— Тем не менее, почему не ведётся активных поисков? — потребовала Рэрити. — Как и многие другие, я решительно отказываюсь верить, что принцесса Денза опустится до такой низости, но её армия с большим рвением демонстрирует полное нежелание помочь.

— Эй! Не то чтобы я не хотел помочь, но... — Он оборвал себя на полуслове, потирая лоб. — Слушай, всё сложно.

Единорожка и глазом не моргнула.

— Я слушаю.

Рифт вздохнул и нахмурился.

— В ближайшие пару недель я буду в патруле, но ты можешь приехать в Кантерлот через две недели? Если ты действительно хочешь поговорить с принцессой Дэнзой, я могу это устроить.

Рэрити промолчала. Пинки Пай должна приехать в Понивиль где-то на следующей неделе, не хотелось бы уезжать, как раз когда она прибудет. Наверное, стоит послать ей письмо с просьбой постараться приехать пораньше.

— Две недели? — повторила она. — Точно? И на попятную не пойдёшь?

Жеребец покачал головой.

— Две недели. Слово солдата. Слушай, я даже вышлю тебе письмо на этой неделе с официальным приглашением на аудиенцию, просто потому, что могу.

Единорожка вздохнула, её копыто скользнуло по кулону.

— И я точно встречусь с принцессой Дэнзой?

Рифт заколебался.

— Д-да.

Она нахмурилась и скрестила ноги.

— Ого, а ты не выглядишь особо уверенным.

Жеребец вздохнул.

— Слушай. Всё это… Это не так просто, как ты думаешь. Ты многого не знаешь, и… Если мы не будем осторожны…

Он встал и взял шлем.

— Нужно многое распланировать.

Рэрити тоже встала.

— Серьёзно? Это всего лишь встреча.

Жеребец надел шлем и ухмыльнулся.

— Ты не представляешь!

Не говоря больше ни слова, он обошёл вокруг стола и направился к двери, и открыв её, так же открыл взору Агури и Эффиджи, терпеливо ожидающих снаружи.

— Что вы здесь делаете? Старик послал вас шпионить за нами?

Обе кобылы покраснели и замотали головами.

— Нет, нет! — быстро сказал Агури. — Я просто… Мы просто хотели вернуть то, что просила мисс Рэрити.

Эффиджи шагнула вперёд и подняла копыто, демонстрируя недостающую часть кулона единорожки.

— О, благодарю, — сказала та, печально принимая осколок собственной магией.

У неё не было необходимых инструментов, чтобы починить его прямо сейчас, и даже если бы они у неё были, Рэрити опасалась, что он больше никогда не будет достаточно прочным, чтобы выдержать заклинание. Она осторожно положила осколок в маленький карман седельной сумки, надеясь, что новость о том, что у них больше нет заклинания связи, не расстроит Твайлайт так, как в прошлый раз.

— Прежде чем вы уйдёте, мисс Рэрити, — сказала Эффиджи, — мэр хотел бы пригласить вас на чай в качестве...

Она замялась, залившись краской.

— ...извинения?

— Вообще-то, девочки, — перебил их Рифт, улыбнувшись сначала им, а потом единорожке, — Я надеялся забрать отсюда эту прекрасную леди. Мой поезд скоро отправляется в Толл Тэйл, и я думаю, что ей, возможно, захочется побывать там, прежде чем завтра вернуться домой.

Рэрити не замедлила улыбнуться ему в ответ.

— Я ценю твоё предложение, Рифт, но дома меня кое-кто ждёт, и я не хотела бы опаздывать, — сказала она, и от её внимания не ускользнуло разочарование на его лице.

Единорожка посмотрела на Агури и Эффиджи.

— Полагаю, я приму ваше предложение, прежде чем отправиться домой. У меня есть несколько вопросов к мэру.

Две кобылы кивнули и быстро вышли в коридор, оставив Рэрити и стражника одних. Жеребец глубоко вздохнул и тихо рассмеялся.

— Н-да, должен сказать, кто бы ни ждал тебя дома, он счастливчик. Я думал, мы неплохо поладили тогда в Кантерлоте. Ты уверена, что, встретившись со мной снова, не изменила решения?

Единорожка снова улыбнулась, прижав копыто к кулону.

— Ну-ну, Рифт, тебе не идёт выглядеть как обиженный неудачник, — упрекнула она, выбегая в коридор и следуя за двумя кобылами. — Я уверена, что ты тоже скоро найдёшь свою сказку.

* * *

— А у неё хорошо получается, а? Можно сказать, даже слишком хорошо!

— ...

— Деревня чейнджлингов, принцесса Луна, даже драконы! А теперь, интересно… позволим ли мы ей пройти испытание?

— ...

— Ну ну, разве эта кобыла не заслуживает встречи с Вашим королевским высочеством? Я думаю, что да! Разве вы не согласны?

— Хорошо.

## — Глава 23 — Откровения в библиотеке

[Изображение: https://i.imgur.com/2zpAm26.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/yQJmrp4.png]

— О, Рэрити, оно прелестно!

В стенах бутика «Карусель» модельерша улыбнулась клиентке и поправила очки. Взяв платье, над которым работала всё утро, она вносила последние мелкие правки.

— Да, весьма удачный дизайн! — согласилась единорожка, аккуратно складывая наряд и укладывая его в коробку. — Я ужасно извиняюсь, что так затянула с ним, Спринг, но в последнее время я всё в разъездах.

Спринг Шауэрс покачала головой.

— О, да всё в порядке. Я всегда считала, что этот городок для тебя маловат, — сказала она, подмигивая. — Тебе лучше бежать в Мэйнхэттен, пока ты ещё не повстречала своего прекрасного принца, который бы пленил тебя здесь!

Рэрити замаскировала смущённое покашливание под смех.

— Не говори глупостей, дорогуша! Никакой «прекрасный принц» не удержит меня в Понивилле, — ответила она.

«Тем более, что как раз из-за одной прекрасной принцессы я как умалишённая ношусь по всей стране в поисках её книг».

Спринг хихикнула.

— Что ж, для меня так даже лучше, иначе кто же будет шить мне платья, если ты уйдёшь? — спросила она, направляясь к двери. — Увидимся позже, Рэрити! Ещё раз спасибо!

— Тебе спасибо за заказ!

Единорожка дождалась звона дверного колокольчика, прежде чем позволить себе расслабиться и зевнуть. Небо, ей действительно нужно перестать работать всю ночь сразу после возвращения из поездок. Поезд прибыл раньше, чем ожидалось, но отсутствие встревоженных встречающих позволило ей расслабиться достаточно, чтобы отправиться домой и поработать над незаконченными заказами. Возможно, Твайлайт не слишком волновалась из-за потери контакта?

Кстати о волнениях, нервы самой Рэрити изрядно успокоила быстрая прогулка возле Вечнодикого леса, заставившая осколки кулона светиться зелёным. Несмотря на то, что заклинанию связи, к сожалению, пришёл конец, её обрадовала новость о том, что у неё всё ещё есть способ отслеживать присутствие Дискорда.

Мяуканье прервало поток мыслей, и единорожка посмотрела вниз, где обнаружилась трущаяся возле ног Опалэсенс. Кобыла сняла очки и потёрла глаза.

«Наверное, мне стоит отдохнуть от всех этих поисков книг, пока я не растеряла всех своих клиентов».

Снова мяуканье, и Рэрити увидела, как  Опал презрительно обнюхивает лежавшую на стуле книгу, без сомнения, потому, что эта штука всё ещё пахла обитателями Хартс-Хэйвен. Пока кошка не успела что-нибудь выкинуть, единорожка подхватила магией том и бесцеремонно бросила в седельную сумку. Мэр отдал книгу после того, как Рэрити сообщила, что активно её разыскивает и у неё есть библиотечная карточка, однако кобыла подозревала, что он сделал это лишь в попытке жестом доброй воли уговорить её молчать об истинной сущности жителей города.

— Уху!

Единорожка повернулась к окну, где обнаружился знакомый чёрный филин, ожидавший на подоконнике, его взгляд был прикован к теперь уже агрессивной кошке.

«Похоже, кто-то очень нетерпелив» — подумала она, сдерживая улыбку и прижимая копыто к тому месту, где должен был быть её кулон.… если бы он не был расколот.

Рэрити взяла седельную сумку и через несколько минут последовала за Темисом в библиотеку. Или, вернее, просто пошла в библиотеку, пока Темис, пристроившись у неё на спине, слушал пересказ приключений с чейнджлингами. На самом деле, сейчас она уже спокойно могла найти библиотеку и без посторонней помощи. Совы стали просто традицией. Или, скорее, способом Твайлайт заставить единорожку прийти пораньше.

Наконец в поле зрения появилась библиотека, и как раз в тот момент, когда единорожка собиралась спрыгнуть в углубление, она остановилась. Темис взлетел вверх, сбитый с толку действиями кобылы, а затем издал удивлённое уханье, когда Рэрити телепортировалась вниз.

— Ха! — воскликнула она, слегка запыхавшись.

Похоже, единорожка всё ещё не могла телепортироваться так же легко, как Твайлайт, но, по крайней мере, с небольшими дистанциями она справлялась, и Рэрити была уверена, что Твайлайт будет в восторге, несмотря ни на что.

Воодушевление единорожки удвоилось, она поспешила к дереву, спустилась по лестнице и побежала по туннелю. В этот раз принцесса не ожидала её в конце, и беглый осмотр стены показал, что в последнее время её не сотрясали взрывы заклинаний паникующего аликорна.

— Твайлайт? — позвала Рэрити, сделав несколько неуверенных шагов дальше в библиотеку. — Твайлайт, дорогуша! Я вернулась!

Позади неё раздался знакомый треск магии, и, обернувшись, единорожка обнаружила принцессу библиотеки, смотревшую на неё с весьма непринуждённым видом.

— О! Рэрити, ты вернулась! — воскликнула она, какое-то мгновение оглядывая единорожку. Ищет нет ли травм?

— Так и есть! А ты выглядишь на удивление спокойной. Не пыталась больше вырваться из библиотеки? — поддразнила она, демонстративно озираясь в поисках новых подпалин, а затем хихикнула от вида раскрасневшейся Твайлайт.

— Нет. Я верила, что с тобой всё будет в порядке, — ровным голосом ответила принцесса. Затем её глаза опустились на шею Рэрити, а следом опустились и уши. — Кулон сломан?

Единорожка не сразу ответила, левитируя осколки кулона из седельной сумки. Агури и Эффиджи забрали другие кусочки из подвала, но даже тогда она могла сказать, что никакой ремонт не вернёт ему былое великолепие.

— Боюсь, что так, — сказала она, наблюдая, как магия Твайлайт перехватила осколки. — Похоже, наш маленький эксперимент оказался выше его возможностей.

— О… Тогда полагаю, тебе не удалось телепортироваться… — Аликорн нахмурилась, внимательно осматривая повреждённый кулон.

— Однако отслеживающее заклинание всё ещё работает, — быстро объявила Рэрити. — Я проверила его в лесу.

Твайлайт явно не обрадовалась этой новости.

— Мне не нравится, что он следит за тобой, а именно это он и делает.

Единорожка попыталась улыбнуться.

— Но разве это не значит, что я иду в правильном направлении?

— Не уверена, насколько это хорошая новость, — пробормотала принцесса. — Думаю, мы можем попытаться снова наложить заклинание связи, но, наверное, лучше подождать, пока у нас не появится для него новый носитель. К тому же, ты по-прежнему можешь использовать кулон, чтобы отслеживать присутствие Духа.

— Я не ожидала, что он там окажется, — продолжила Рэрити. — И очень расстроена тем, насколько прискорбно неподготовленной я оказалась к перспективе… ну… встречи с ним. Хотя, как мне кажется, я неплохо справилась с чейнджлингами, учитывая все обстоятельства!

— Хм.

Прежде чем единорожка успела спросить, аликорн потрусила к дальнему столику.

— Твайлайт?

Рэрити левитировала седельную сумку к выходу, прежде чем последовать за подругой. Единорожка нагнала принцессу, когда та уже сидела за столом, разложив на нём несколько чистых свитков, а также подготовив свежие чернила и перо.

— Зачем это всё? — спросила Рэрити, осторожно усаживаясь напротив Твайлайт. Внезапная улыбка подруги привела единорожку в замешательство.

— Несмотря на то, что наши разумы были связаны, мне не удалось собрать о твоей поездке столько информации, сколько хотелось бы, так что...

Появился ещё один свиток, весь исписанный вопросами.

— Я подготовила пятьсот вопросов, которые должны помочь мне получить хорошее представление о Хартс-Хэйвен и её социальной динамике, а также о твоём побеге.

Рэрити хихикнула, покачав головой.

— Денза, ты воистину неисправима, — сказала она, рассмеявшись ещё больше, глядя на сильно негодующую Твайлайт. — Тебе не кажется, что пятьсот вопросов это немного перебор?

— Но!.. Но прошла тысяча лет! Многое изменилось! — запротестовала Твайлайт, жалобно поскуливая. — У меня есть только заметки о поведении чейнджлингов, когда они начинали вливаться в общество пони! У меня нет записей о том, как они живут спустя тысячу лет социальной и географической адаптации!

Единорожка фыркнула.

— Для начала могу тебя заверить, что с социальной адаптацией они справились на редкость плохо. Из моей сестрёнки актриса лучше, чем из всего населения Хартс-Хэйвен.

Принцесса серьёзно кивнула, делая пометки в пустом свитке.

— А как насчёт пищевых привычек? Они нашли способ поддерживать себя органической пищей, вместо извлечения магии?

— На самом деле, они по-прежнему питаются любовью, — сказала Рэрити, предпочитая более простые термины. — Твоя племянница, по-видимому, время от времени подпитывает кристальное сердце.

— Серьёзно?! — спросила аликорн, навострив уши. Она снова что-то записала в своём свитке. — Интересно! Я думала, что сердце было привязано к Кейденс, но это, должно быть, было исправлено после моего заточения, чтобы работать с магическим ядром её потомков. У меня есть книга на эту тему, но...

Твайлайт прервалась, снова взглянув на единорожку.

— А ты… Ты достала книгу?

Рэрити хмыкнула.

— Твою книгу?

Принцесса кивнула.

Единорожка хмыкнула ещё раз, подавляя ехидную улыбку.

— Конечно, но... Вот я глупая, оставила свою сумку у выхода! Прошу простить, я на минутку, — сказала Рэрити с невозмутимостью, которая заставила бы чейнджлингов Хартс-Хэйвен умереть от зависти. И встав прежде, чем Твайлайт успела бы телепортировать сумку, она сделала быстрый глубокий вдох, зажгла свой рог и...

Треск!

Единорожка перетерпела мгновение абсолютной темноты, пока она телепортировалась ко входу. На этот раз это было похоже на её первую телепортацию без посторонней помощи в Хартс-Хэйвен — она была полностью сосредоточена. Рэрити восстановила дыхание, подняла седельные сумки и, хотя здравый смысл не советовал ей этого делать, телепортировалась снова. Ей не удалось преодолеть весь путь обратно, вместо этого она появилась на полпути между двумя точками, чувствуя себя ещё более запыхавшейся, чем в первый раз. Снова отдышавшись, единорожка быстро подбежала к столу и устроилась поудобнее, стараясь не смотреть на подозрительно молчаливую принцессу.

— Ужасно извиняюсь, моя телепортация ещё не так совершенна, как я надеялась, — сказала Рэрити, открывая седельную сумку. Несколько мгновений спустя она достала книгу и наконец повернулась к Твайлайт, одарив аликорна своей лучшей улыбкой. — Вуаля.

Вместо того чтобы взять книгу или хотя бы заметить её, принцесса уставилась на единорожку, её губы приняли форму крайне очаровательной О. Её глаза метались между выходом и Рэрити; очевидно, она просто не знала, что сказать.

— Что-то случилось, Твайлайт? — спросила единорожка, хлопая ресницами.

— Ты... ты телепортировалась, — прошептала аликорн.

Рэрити опёрлась локтями на стол и положила подбородок на сложенные копыта, с трудом стараясь улыбаться не слишком самодовольно.

— Ага, было такое!

— Ты телепортировалась, — повторила принцесса, прикрыв копытами рот, и, о, восторг на её лице заставил сердце единорожки затрепетать. Секунду спустя Твайлайт вскочила и воскликнула: — Ты сделала это!

Она телепортировалась и появилась слева от Рэрити.

— Рэрити, ты сделала это!

Затем она телепортировалась на противоположную сторону и даже немного взлетела в воздух.

— Ты сделала это! О принцессы, ты действительно сделала это!

Единорожка не могла сдержать смех, наблюдая, как подруга телепортировалась вокруг, повторяя одно и то же снова и снова с разной степенью шока в голосе. Денза, она была очаровательна. Если разрушение кулона привело к такому восторгу Твайлайт, Рэрити с радостью расколошматила бы его ещё тысячу раз.

— Быстро! — выпалила аликорн, телепортируясь на один из дальних книжных шкафов. — Телепортируйся сюда! Нет, подожди!

Она телепортировалась ещё дальше.

— Вот! Подожди, нет.

Она телепортировалась чуть ближе.

— Вот! Нам нужно проверить твою дальность, а потом скорость, а затем...

— Твайлайт, милая, успокойся, — сказала единорожка, подавляя хихиканье. — Я ещё не настолько хороша в этом!

Твайлайт телепортировалась обратно и села на своё место за столом, улыбка по прежнему сияла на её лице.

— Я знала, что ты справишься! — продолжала она, возбуждённо хлопая копытами. Затем прочистила горло и деловито добавила: — В смысле, строго говоря, ты сжульничала, потому что я начала процесс, но! Но причина, по которой ты смогла продолжать, в том, что ты уже знала основы, понимаешь? А ты...

Её улыбка стала необычайно самодовольной.

— А ты говорила, что наши упражнения ни к чему не приведут.

Рэрити театрально вздохнула.

— Да, знаю, я была так ужасно глупа! Так или иначе, мне просто придётся признать, что ты всегда права, Твайлайт, — закончила она с лучезарной улыбкой.

— Именно, — быстро ответила аликорн, прежде чем поняла, что сделала, и покраснела. — Ну нет, я не всегда права. Просто… Всегда. Обычно. Не важно! Рэрити, это же просто отлично! Ты знаешь, что это значит?! Теперь у тебя есть средство для побега! И, если ты смогла научиться телепортации, это означает, что теоретически мы могли бы перейти и к сложным магическим трансмута...

— Даже не думай об этом.

Выпад единорожки был встречен несколькими секундами тишины, но в итоге принцесса хихикнула и закатила глаза.

— Ладно, — решительно сказала она. — Думаю, мы можем отложить это на некоторое время.

Рэрити приподняла бровь.

— На значительное время. — ответила она, однако по-прежнему радостная улыбка аликорна оказалась ужасно заразительной, заставив единорожку тихонько рассмеяться, сложив передние ноги на столе.

Повисло ещё одно мгновение тишины, но не давящее, не беспокоящее; было приятно просто смотреть друг на друга, осмысливая ситуацию и, в случае Рэрити, наслаждаясь неземной улыбкой Твайлайт.

— Ты сделала это, — повторила принцесса, сверкая глазами.

— Мы сделали это, — поправила единорожка. — Вместе.

— Вместе, — мягко повторила аликорн, и её улыбка немного померкла, словно от страха перед этим фактом.

Они сделали это. Не Рэрити и не Твайлайт, но они обе, вместе — так же, как они решили искать книги, так же, как они столкнулись с драконами, и так же, как они встретят всё, что бы ни приберегло для них будущее.

— Но, — сказала единорожка, и её воодушевлённая улыбка вернулась, — это ещё не конец хороших новостей.

Уши принцессы встрепенулись.

— Ещё не всё?

Рэрити облокотилась на стол, уместила голову на копыто и улыбнулась аликорну ехидной улыбкой.

— Не всё, и должна предупредить, это гораздо лучше, чем телепортация. Я случайно встретила королевского гвардейца во время моего путешествия в Хартс-Хэйвен и…

Она похлопала ресницами.

— Угадай, у кого назначена официальная встреча с принцессой Кадензой Армор Десятой, более известной как прекрасная принцесса Денза?

И снова, как и прежде, Твайлайт резко вскочила с места

— У тебя?!

Единорожка продолжала улыбаться.

— Стала бы я лгать о чём-то подобном?

— Рэрити, это!.. Ты же!.. Ты ведь!..

Принцесса резко замолчала, бесстыдно упав на пятую точку, и всем своим видом выражала насколько тяжело ей было переварить подобное. В конце концов она набралась сил для вопроса:

— Когда?

— Я думаю, недели через две! Рифт Шилд сказал, что отправит мне официальное письмо где-то на этой неделе, что даёт нам достаточно времени для предстоящего визита Пинки Пай, а затем я могу спокойно отправиться в Кантерлот!

Единорожка хихикнула, увидев ошеломлённое выражение лица аликорна.

— Я же говорила тебе, что у меня неплохо получается вызволять тебя отсюда?

Твайлайт уставилась на неё.

— Я… Я... Ты могла бы...

Она на секунду куда-то телепортировалась, а когда вернулась, рядом с ней парил крепко запечатанный свиток.

— Я...

Принцесса прижала письмо к груди странно сдержанным движением, очевидно, оно ей было очень дорого.

— Это письмо от Кейденс, — объяснила она, осторожно кладя его на стол. — Это последнее, что она послала, прежде чем Дискорд запер меня здесь. Я помню, ты говорила, что стражники в замке тебе не поверили, я думала об этом, и если ты передашь это Дензе, уверена, она тебе поверит. Официальная печать и подпись Кейденс немного стёрлись, но я использовала восстанавливающее заклинание, и они должны быть достаточно различимы.

Рэрити осторожно взяла письмо и провела копытом по древнему пергаменту.

— Твайлайт...

Ей хотелось потянуть за крепко завязанный шнурок, удерживающий свиток свёрнутым, любопытно было прочесть письмо от принцессы древности, но было очевидно, что письмо очень много значило для аликорна, и не стоило проявлять к нему неуважение.

— Тогда я прослежу, чтобы она его получила, — быстро проговорила единорожка, кладя свиток обратно на стол. Затем она подмигнула и добавила: — И я обещаю, что не поддамся искушению прочитать его.

Твайлайт уже открыла рот, чтобы, без сомнения, пожурить Рэрити, но вместо этого вышло нечто совсем иное: улыбка. Это была довольно жеребячья улыбка, которая прекрасно сочеталась с мягким, но пристальным взглядом, который принцесса направила на единорожку. Именно такой взгляд Рэрити сама постоянно бросала на аликорна, этот сражённый любовью взгляд; и внезапно почувствовать себя целью такого взгляда — да ещё и от своей возлюбленной — это…

— Что-то не так, Твайлайт? — спросила единорожка, чувствуя, как её щёки вспыхнули, а бабочки в животе словно взбесились.

Аликорн медленно покачала головой.

— Я просто подумала что… Мне кажется, что, возможно, ты действительно могла бы вытащить меня отсюда.

Рэрити театрально ахнула.

— Могла бы? В самом деле, Твайлайт, дорогая, я и не подозревала, что ты так мало веришь в меня!

Принцесса быстро замотала головой.

— Что? Нет! Я просто имел в виду...

БУМ!

Внезапный оглушительный взрыв, раздавшийся этажом ниже, прервал аликорна и сотряс всю библиотеку, подобно землетрясению. Перепуганную до полусмерти единорожку сбросило на пол. Что бы это ни было, толчок длился недолго, и через несколько мгновений полного затишья Рэрити повернулась к Твайлайт.

— Рэрити?! Ты в порядке?! — спросила принцесса, бросившись к единорожке и магией помогая той подняться.

Рэрити сглотнула, тяжело дыша.

— Твайлайт! — пробормотала она. — Что это было?!

Аликорн отступила назад, прижав уши к голове.

— Я спущусь вниз и...

БУМ!

Грохот снова сотряс их, и, к ужасу единорожки, оказалось, что Твайлайт не придётся спускаться вниз, так как проблема в буквальном смысле вышла им навстречу. Две кобылы взвизгнули и отскочили назад, когда потрескивающая жёлтая магия хлынула на пол перед ними.

Принцесса ахнула.

— Магия хаоса из лабиринта!

— Что она здесь делает?! — спросила Рэрити, вытаращив глаза и переводя взгляд между магией и подругой. — Я думала, она не может покинуть лабиринт!

— Я не знаю! Такого ещё никогда не было! — ответила Твайлайт, в кои-то веки выглядя совершенно растерянной.

Прежде чем кто-то успел что-то сказать или сделать, магия хаоса издала отвратительный булькающий звук, и единорожка вскрикнула, когда та запульсировала и выстрелила волной энергии, которая прокатилась по всему полу, заставив кобылу запрыгнуть на стол.

Рэрити наблюдала, как волна достигла входа в библиотеку, и обычно прозрачный барьер замерцал неестественно жёлто-чёрным цветом. После последней вспышки магия хаоса издала низкий гул, напоминающий рычание, и единорожка обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как магия поднимается в форме ужасающего  Духа Хаоса — искажённой фигуры, сотканной из магии.

— Твайлайт?! Это он?!

— Нет! Нет, это не он! — крикнула аликорн, не сводя глаз с магической марионетки. Та продолжала рычать, корчась от явной боли, пытаясь закончить материализацию. — Это всего лишь его магия! Магия Хаоса может следовать воле Дискорда, даже если его здесь нет!

Издав последний рык, марионетка достигла желаемой формы, две чёрные точки появились на её лице. Она посмотрела на принцессу и с шипением затопала ногами по полу, создавая впечатление, что она закатывает какую-то истерику. Рэрити, возможно, нашла бы это забавным, если бы не была до смерти напугана.

Топнув в последний раз, марионетка обернулась, и в ту же секунду, когда её взгляд упал на единорожку, она стала гораздо менее комичной. Всё её существо вспыхнуло, как пламя в печи, и магия хаоса зарычала на кобылу, выглядя совершенно взбешённой.

Если бы внешностью можно было убивать, то…

Рэрити инстинктивно отступила назад, с ужасом наблюдая, как марионетка подняла лапу и потрескивающий шар магии материализовался в её ладони. Единорожка застыла в страхе, и могла лишь смотреть и ждать неминуемой смерти, когда магия хаоса швырнула этот шар прямо в неё, промахнувшись всего на дюйм, потому что Твайлайт Спаркл буквально перевернула стол своей магией, сбросив с него Рэрити.

Довольно болезненно приложившись к полу, единорожка отползла как раз вовремя, чтобы увидеть, как магия поглотила стол и превратила его в чан с липким зелёным желе. Она уставилась на него, снова оцепенев, и очнулась только тогда, когда магия хаоса гневно взревела из-за того, что ей помешали. Марионетка снова топнула и теперь обратила свой гнев на Твайлайт, сделав несколько медленных шагов по направлению к ней.

— Рэрити! Уходи отсюда! — скомандовала принцесса, не сводя глаз с марионетки, стоя гордо выпрямившись с распахнутыми крыльями, несмотря на то, что эта тварь заставляла её отступать. И всё же… И всё же, несмотря на попытки казаться храброй, единорожка расслышала дрожь в голосе подруги. — Ну же, Рэрити!

Единорожка в ужасе вскочила.

— Что?! Но, Твайлайт, я не могу просто оставить тебя зде...

— Рэрити, пожалуйста!

Единорожка отступила, страх по-прежнему охватывал её, но больше не обездвиживал. Она не могла просто уйти! Кобыла смотрела, как марионетка снова взревела, продолжая свой путь к отступающей цели, и с каждой секундой становилась всё увереннее. Даже принцесса выглядела испуганной, да и как она могла не испугаться? Как могла, если именно эта магия и пленила её здесь?

Наконец аликорн достигла стены, и барьер — который, как осознала Рэрити, очевидно, должен был тянуться вдоль всей площади библиотеки — не позволил ей отступить дальше. Она попыталась сбежать, но марионетка швырнула шар магии прямо рядом с ней, и она замерла на месте.

— Твайлайт! Твайлайт, беги! — бессмысленно закричала единорожка. — Беги!

Принцесса просто стояла неподвижно, не подавая виду, что слышала Рэрити. Аликорн смотрела на магию хаоса широко раскрытыми от ужаса глазами. Марионетка разразилась жутким смехом и вызвала не одну, а две потрескивающие сферы.

И это зрелище позволило единорожке преодолеть сдерживавший её страх. Она не позволит этой твари навредить Твайлайт ещё раз. Рэрити огляделась, её взгляд упал на разбросанные по полу книги. Теперь она знала, что делать.

Тем временем марионетке надоело развлекаться с аликорном и, помахав принцессе, она издала ещё один смешок и запустила обе сферы прямо в Твайлайт. Однако, как и прежде, они не достигли цели, когда единорожка выскочила перед окаменевшей принцессой и блокировала атаку щитом, сооружённым из дюжины книг. Магия хаоса ударила в него, отталкивая её назад, но, как и ожидалось, защитное заклинание немедленно активировалось и разрушило сферы.

— А вот хрен тебе, — прорычала Рэрити, адреналин бурлил в её жилах, пока она держала импровизированный щит высоко в воздухе и пронзала марионетку убийственным взглядом.

Та зашипела на книги, отпрянув от магии Селестии, подобно магии хаоса из драконьих пещер, и даже больше, когда Рэрити замахнулась на неё книгами, словно они были дюжиной мечей. Марионетка зарычала от боли, когда одна из книг коснулась и разрушила часть её тела, и в конце концов признала своё поражение, высунув язык и спустившись обратно на нижний этаж.

Когда стало ясно, что магия хаоса не вернётся, рог единорожки погас, и книги упали на пол, в то же время она позволила и себе упасть на круп. Сердце грохотало в груди.

«Ещё бы немного, и...»

Вдох, выдох, вдох, выдох, её разум отчаянно пытался осмыслить произошедшее. Секунды спустя дыхание успокоилось, и Рэрити обернулась, чтобы убедиться, что Твайлайт совершенно невредима.

Так и было, хотя, как и единорожка, она выглядела потрясённой. Аликорн по-прежнему сидела на полу, уставившись на другую кобылу с тем же пустым выражением, с каким смотрела на марионетку магии хаоса.

— Твайлайт, дорогая? — неуверенно спросила Рэрити. — Ты в порядке?

Принцесса моргнула, и ещё раз, и снова, прежде чем вскочить, расправив крылья.

— Рэрити, ты что С УМА СОШЛА?!

Единорожка также моргнула, прежде чем тоже вскочить от возмущения.

— Что? Извини?!

— Эта штука могла убить тебя, Рэрити! — воскликнула Твайлайт, глядя на Рэрити как на умалишённую. — О чём ты вообще думала?!

Единорожка ошеломлённо уставилась на неё.

— Он собирался напасть на тебя, Твайлайт!

— И что?! — огрызнулась аликорн. — Что магия хаоса может мне сделать сверх того, что уже есть?! Но ты! Она могла убить тебя, или хуже, и ты просто бросилась ей навстречу?!

Что ж, а вот это уже совершенно недопустимо.

— О. О, всё ясно, — произнесла Рэрити, приподняв бровь. — И чего ты от меня ожидала?! У меня не было времени на раздумья, стоит ли вмешиваться! Так что уж прости меня, что не стала просто сидеть и смотреть, как какой-то монстр нападает на пони, которую я люблю! Ужасно сожалею, принцесса Твайлайт! — сердито огрызнулась она.

— Ну, даже если и так! Даже не знаю, Рэрити, ты что, не могла сделать что-нибудь, что не грозило бы тебе смертью?! — бросила в ответ аликорн, прежде чем застонав, спрятать лицо в копыта.

Раздражённая единорожка отвернулась от неё, фыркнув.

Что за наглость!

И всё-таки, спорить об этом было не очень умно, было бы куда уместнее потратить это время на выяснение, что, во имя Эквестрии, только что произошло, вместо того, чтобы выяснять, кому за кого позволено умереть. Глубоко вздохнув, Рэрити повернулась обратно.

— Твайлайт, я понимаю, что ты расстроена, но всё ведь обошлось, и…

Она прервалась, слегка нахмурившись.

— Твайлайт?

Лицо принцессы больше не было спрятано под копытами; она смотрела поверх них на единорожку, с заметным румянцем на щеках.

— Что? — растерянно спросила Рэрити. Она обернулась, но, не найдя ничего позади себя, вернулась к аликорну. — В чём дело? Почему ты так на меня смотришь?

Твайлайт несколько раз открыла и закрыла рот, её щёки вспыхнули ещё сильнее, когда она опустила копыта и спросила:

— ...Нападает на пони, которую ты любишь?

Оу.

Сказать, что щёки единорожки объяло пламенем, было бы грубым преуменьшением. Обычно она гордилась своей способностью держать эмоции под контролем, но собственное тело предало её.

— Ты… Ты…

Принцесса встала и принялась снова тупо открывать и закрывать рот, как будто её мозг с трудом переваривал смысл сказанного.

— Твайлайт, — осторожно произнесла Рэрити, пытаясь как-нибудь сгладить последствия, — Твайлайт, я же не в этом смысле! Любовь это очень, э-э, многозначное слово, и я просто...

— Погоди! Эпплджек! — перебила её аликорн, рядом с ней появился словарь, который она пролистала. — Она сказала, что ты флиртуешь со мной! И... И... у тебя же были серьёзные намерения… и я ещё видела это слово в том списке новых слов!

— Твайлайт, я!..

Книга исчезла, и вместо неё появился свиток, в котором единорожка узнала список современных слов от Свити. Принцесса быстро развернула его, перечитала и через мгновение уставилась на единорожку со смесью благоговения и шока.

— Ты влюбилась в меня?..

Рэрити смотрела на аликорна, не зная, что сказать. Вот оно, эти слова прозвучали, несмотря на её громкое сердцебиение, почти заглушающее каждый звук, потому что Твайлайт знала. Она знала, она знала, о Денза, она зна...

На самом деле, случись это в любое другое время, всё было бы неплохо! Даже отлично! Правда! Единорожке, конечно, хотелось бы, чтобы её признание произошло после освобождения пассии, когда у них действительно было бы куда двигаться в этом вопросе, но она умела приспосабливаться к любой ситуации. Кроме этой, когда было довольно трудно разобраться с чувствами аликорна, после того как они только что избежали смерти от магии хаоса.

— Твайлайт Спаркл, сейчас не время беспокоиться о моих чувствах к тебе, Эквестрии ради! Нам нужно разобраться с твоей беснующейся магией хаоса, которая, смею напомнить, пыталась убить нас обеих! — сказала Рэрити, стараясь говорить настолько строго, насколько могла, несмотря на сильное желание закрыть лицо копытами. — Честное слово, Твайлайт, что у тебя с приоритетами?!

К счастью, похоже, это сработало, принцесса расправила крылья, её свиток исчез.

— Э-э-э, да! Правильно, да, да, да, да, хорошо, да! — выпалила она и телепортировалась.

Единорожка вздохнула, потирая лоб копытом.

«Что ж, полагаю, могло быть хуже».

Однако мгновением позже широкая улыбка появилась на её губах, и она подняла и второе копыто, чтобы прикрыть лицо. Всё прошло не так уж и плохо, правда? Твайлайт не отреагировала отрицательно, и... и…

Снизу снова донёсся громкий звук. Вздрогнув, Рэрити бросилась к винтовой лестнице и вниз по ней, где обнаружила аликорна, стоящую напротив лабиринта, а рядом с ней классную доску. Когда единорожка подошла к ней, принцесса была занята тем, что бормоча себе под нос, записывала на доске сложные уравнения.

— Твайлайт?

Принцесса не отреагировала, вместо этого глядя на парящую люстру.

— Свирл! Левитация секций с семисотой по восьмисотую!

Свечи Свирла на секунду вспыхнули ярче, и Рэрити увидела, как десятки лучей магии устремились от люстры к книжным шкафам, снимая с мест многие ряды книг и поднося их аликорну. Твайлайт удовлетворённо кивнула.

— Формирование квадратов ребром в шесть книг! — крикнула аликорн, и тут же книги были разложены на несколько квадратов шесть на шесть. Принцесса снова кивнула. — На прежнюю позицию! — крикнула она, и книги повиновались.

Единорожка взглянула на люстру.

— Что… Что это было?

— До того, как Совелий нашёл мою библиотеку, я использовала Стара и Свирла, чтобы доставать книги и прочие вещи.

Твайлайт вернулась к доске и записала ещё несколько уравнений.

— Теоретически я могу заставить их имитировать твою защитную технику и призвать книги для создания щитов, если магия хаоса попытается что-нибудь сделать.

— Но почему это вообще случилось? — спросила Рэрити, настороженно глядя на лабиринт. — Почему она ни разу не выкинула что-нибудь подобное за больше чем тысячу лет? Что изменилось?

Принцесса задумчиво посмотрела на лабиринт.

— Что изменилось?

Через мгновение она повернулась к единорожке, и её румянец вернулся в полную силу.

— ...Ты. Ты, вот что изменилось.

— Я? — удивлённо переспросила Рэрити.

— Да? В смысле, я не знаю, Рэрити! — заикаясь, быстро проговорила аликорн. — У меня пока не было времени для размышлений на эту тему, а ты единственное, что изменилось для меня за тысячу лет, и я...

Она прервалась, вернувшись к доске и принявшись быстро писать какие-то уравнения.

— Поскольку ты независимая переменная, я думаю, что, возможно, ты…ты… — вновь прервавшись, Твайлайт положила мел и застыла совершенно неподвижно, не оборачиваясь к единорожке, а затем накрыла лицо копытами и тихо произнесла: — О принцессы.

— Твайлайт Спаркл, если ты будешь впадать в смущённый ступор каждый раз, когда я буду с тобой разговаривать, это несколько усложнит ситуацию.

Аликорн мгновенно обернулась, в возмущении.

— Я не смущена!

Неспособная остановиться, Рэрити сказала:

— Да, а я не признавалась тебе случайно в любви.

— Р-Рэрити!

Принцесса едва не задохнулась, сменив по меньшей мере тридцать различных оттенков красного, прежде чем отвернуться к доске.

«О Денза, ну разве она не очаровательна?»

Жаль, что в таком состоянии она не могла делать ничего полезного. Единорожка поняла, что до тех пор, пока они должным образом не обсудят случайное признание, они так и будут топтаться на месте. Слабый румянец украсил её собственные щёки, но она сделала глубокий вдох и собралась с духом, готовая ко всему, что может случиться.

Похоже, ей придётся пресечь потенциальный роман в зародыше.

По крайней мере, пока.

Осторожно Рэрити подошла к аликорну и прочистила горло. Твайлайт вскочила, как испуганный кролик, и уставилась на единорожку.

— Э-э-э-э-э-э... Да?

Рэрити мягко улыбнулась, пытаясь побороть румянец, разгорающийся на её щеках.

— Твайлайт, могу я взглянуть на твой список, пожалуйста?

Аликорн отвела взгляд.

— Мой список?..

— Да! Ну знаешь, тот самый, — продолжила единорожка. — Список, в который ты записываешь все важные дела? Мы уже имели с ним дело.

— О!

Уши принцессы встрепенулись в понимании, прежде чем тут же опуститься.

— ...Зачем?

— Пожалуйста, Твайлайт.

Принцесса немедленно телепортировала длиннющий свиток, который Рэрити с благодарностью взяла и развернула. К её облегчению, внизу было ещё полно места.

«Идеально».

— Итак, насколько я понимаю, всё что в этом списке важно, да? — сказала единорожка, оглядывая его. — Всё, что здесь написано, должно быть сделано и обсуждено и имеет высший приоритет?

— Да.

Рэрити удовлетворённо кивнула.

— Великолепно! И, развивая идею, мы можем с уверенностью сказать, что всё, что не входит в этот список, столь же несущественно, как если бы этого никогда не было, да?

— ...Да.

Единорожка откашлялась.

— Будь добра, дай мне перо, пожалуйста. Спасибо! — Рэрити сложила свиток, приготовив перо, которое дала ей аликорн, а затем аккуратно написала: «Поговорить о Лабиринте и Дискорде», пририсовав рядом пустую клетку для галочки.

— Что ты пишешь? — спросила Твайлайт, телепортируясь за спину единорожки и пытаясь читать через плечо.

Рэрити дождалась, пока подруга прочитает, и объявила,

— Вот так! Наш маленький разговор о лабиринте теперь в нашем очень важном списке дел! А теперь, помнишь то маленькое откровение, что я сделала наверху?

— Э-э, ну, кхм....

— Сосредоточься, Твайлайт.

Принцесса покачала головой, стараясь смотреть на что угодно, кроме единорожки.

— Да, я помню.

— Ну...

Рэрити вернулась к списку. Она открыла рот, чтобы заговорить, но на мгновение заколебалась. Это… на самом деле было совсем не то, чего ей хотелось бы, но если она хотела сдвинуться с мёртвой точки и успокоить подругу, ей нужно было играть по правилам аликорна. Хотя она прекрасно знала, что Твайлайт очень любит её, она не хотела, чтобы подруга чувствовала себя загнанной в угол, в котором ей, возможно, не хотелось бы находиться.

— Так вот, этот разговор...

Единорожка очень неохотно свернула свиток.

— ... моего признания и закономерного разговора об этом в списке не будет. Поэтому это не важно и вообще не было, и мы можем сосредоточиться на чём-нибудь ещё, хорошо?

«Вот и всё, полагаю».

— Но я хочу внести это в список, — тут же сказала аликорн, как будто твёрдо констатируя факт.

Рэрити моргнула, её сердце забилось быстрее.

— Ты… Ты хочешь?

И тут принцесса осознала, что подразумевали её слова, и отпрыгнула от единорожки с пылающими щеками.

— Да? Наверное? Я не знаю! — выпалила Твайлайт, начав наматывать круги. — Я не слишком много думала об этом? В смысле, может и думала, особенно после того, как мы впервые испытали кулоны, и я никогда раньше не испытывала ничего подобного по отношению к кому-то! А в журналах, которые ты здесь оставила, об этом немного говорится, но не настолько подробно, как мне хотелось бы, так что у меня не было должной инструкции! И были другие вещи, о которых нужно было беспокоиться, такие как Дискорд и принцессы, и мой трансгрессионый стазис, потому я не очень много думала об этом, потому что я хотела изучить этот вопрос после того, как меня освободят, так как это логично сначала освободиться, и тогда я могла бы почитать книги на эту тему и составить план, и я не знаю!

Наконец она перестала метаться и вернулась к доске, снова просматривая свои уравнения, в то время как Рэрити могла только сидеть, подавляя крайне ошеломлённую ухмылку.

«Так, так, так».

— Твайлайт? У меня есть другая идея.

Принцесса прекратила свои вычисления и повернулась к единорожке, всё ещё очень взволнованная.

— ...Другая идея?

Рэрити хихикнула, взяла список и развернула.

— Иди сюда, дорогуша, — попросила она, и когда аликорн так и сделала, взяла перо и откашлялась. — Ну что же, так и быть! Давай посмотрим...

Своим лучшим почерком единорожка нарисовала ещё две пустые клетки. Напротив первой она написала: «Освободить принцессу Твайлайт Спаркл». А затем, напротив второй, не удержавшись от хихиканья, написала: «Поговорить о наших чувствах друг к другу».

— Вот! — сказала она, глядя на Твайлайт. — Теперь мы чувствуем себя спокойнее?

Принцесса кивнула, сдерживая улыбку.

— А теперь можем мы вернуться к более насущной проблеме?

— Кхм, да! — ответила аликорн, и последовавшее за этим смущённое покашливание заставило сердце Рэрити сделать сальто. — Давай.

Твайлайт осторожно приблизилась к лабиринту, отчего к единорожке вернулось прежнее беспокойство.

— Дорогуша, — сказала Рэрити, делая несколько шагов в сторону аликорна и лабиринта. — Разве нет другого способа?...

Не дав единорожке договорить, малиновая магия окружила её и левитировала прочь от лабиринта.

— Твайлайт!

Принцесса не ответила и, несмотря на протесты Рэрити, шагнула ближе к лабиринту. Её рог засветился ярче, и рядом с ней появилось несколько свитков, а также доска.

— Твайлайт, не могла бы ты по крайней мере держаться от него подальше?! — крикнула единорожка, по-прежнему удерживаемая магией аликорна. — А если он снова нападёт?!

Принцесса обернулась к Рэрити.

— Я не смогу исследовать его, если не буду рядом, Рэрити, — как ни в чём не бывало заметила она, прежде чем снова повернуться к лабиринту. Она подняла копыто и медленно двинулась вперёд, прижав уши к голове — хотя было ли это от страха или из-за протестов единорожки, сказать было невозможно.

От прикосновения аликорна магия активизировалась, и лабиринт стал двигаться в гораздо более изменчивом темпе. Твайлайт быстро телепортировалась к Рэрити, игнорируя попытки единорожки как-нибудь схватить её, прежде чем она снова куда-нибудь телепортируется, и обе кобылы наблюдали, как книжные шкафы взлетают в воздух и почти сердито перестраиваются.

Сделав это, принцесса уронила Рэрити, левитировала к себе доску, и записала серию сложных вычислений. Единорожка терпеливо ждала долгих три минуты, прежде чем подтолкнуть свою пассию.

— Твайлайт, так мы ни к чему не придём! Нам нужно выяснить, что её спровоцировало! — заскулила Рэрити. — Что-то, что мы сказали или сделали, вызвало это!

Аликорн повернулась к ней и нахмурилась.

— Ты рассказывала мне о чейнджлингах, а потом о том, как нажульничала себе навык телепо... Не смотри на меня так! Именно это ты и сделала!

Единорожка закатила глаза.

— Я рассказала тебе о чейнджлингах, а потом о своей телепортации, да, потом я сказала тебе, что встречусь с принцессой Дензой, и о том, как я получила одну из твоих книг и... — Она замолчала. — А что, если дело в книгах?

— Книгах?..

— Ну да! В этом ведь есть смысл? Чем больше мы найдём, тем ближе будем к твоему освобождению, и я сомневаюсь, что Дискорд будет рад этому.

Это отчасти объясняло, почему марионетка выглядела особенно злой конкретно на неё, учитывая, что именно Рэрити приносит книги.

Принцесса медленно кивнула.

— Полагаю, это может быть причиной. Но это всё ещё не объясняет, почему она не напала раньше… Ты приносишь книги уже почти десять месяцев.

— Может, она не думала, что я смогу найти так много? Она не верила в меня? — предположила единорожка, прежде чем захлопать ресницами. — Так же, как и кое-кто ещё, мисс-возможно-ты-освободишь-меня.

Твайлайт игриво закатила глаза.

— Верно.

— И ещё, — продолжала Рэрити, — возможно, Пинки знает ответ. Есть шанс, что она могла иметь дело со вспышками агрессии магии хаоса раньше, учитывая, что она провела с Луной почти всю свою жизнь.

Принцесса телепортировала прочь оборудование и, бросив на лабиринт последний неприязненный взгляд, потрусила к единорожке. Та же подняла копыто, чтобы прикрыть зевок, и поняла, что, скорее всего, уже довольно поздно. Было бы не очень мудро бродить ночью по Вечнодикому Лесу, да ещё и в одиночку, особенно когда у неё больше не было возможности мгновенно связаться с аликорном.

— Тебе нужно идти домой? — спросила Твайлайт, слегка опустив уши.

— Боюсь, что это будет разумным решением, милая, — ответил Рэрити с извиняющейся улыбкой. — Не хочется быть на улице в слишком поздний час.

Через несколько минут обе кобылы оказались у выхода из библиотеки, и было ясно, что ни одна из них на самом деле не хотела, чтобы единорожка уходила.

— Ну что ж, я, пожалуй, пойду, — в пятый раз повторила Рэрити, решив больше не затягивать прощание. Чем больше она медлила, тем меньше ей хотелось уходить. Она поправила седельные сумки и повернулась к неприветливому туннелю. — Тогда до завтра!

— О, Рэрити, погоди!

— М-м? — единорожка обернулась.

Принцесса откашлялась, выглядя немного взволнованной.

— Я... э-эм-м...

Рэрити приподняла бровь.

— …Да? Ты «э-эм-м»?..

Вопрос, похоже, лишь усилил волнение аликорна, чьи попытки выглядеть сильной и гордой были значительно ослаблены тем, как она ковыряла копытцем пол.

— Я... э-э-э... э-э, да, — решительно сказала Твайлайт.

Единорожка хихикнула.

— Я тоже "э-э-э, да" тебя, дорогуша.

Принцесса фыркнула, игриво закатив глаза.

— Ха-ха, очень смешно.

— Ой, помолчи, Твайлайт, — сказала Рэрити, переполненная уверенностью, — ты знаешь, что любишь меня.

И хотя она действительно имела это в виду, единорожка сказала это только чтобы подразнить аликорна и получить от неё иную реакцию, она никак не ожидала того, что произошло дальше.

Не теряя ни секунды, аликорн тихо рассмеялась и сказала:

— Ага.

Конечно, не прошло и секунды, как она осознала смысл собственных слов, и тогда Рэрити получила ту взволнованную реакцию, на которую изначально рассчитывала, когда Твайлайт чуть не отскочила назад.

— Подожди, я хотела сказать, нет! Может быть! Я не знаю! — быстро выпалила она, прежде чем так же быстро телепортироваться.

Прошла одна, две, три секунды, прежде чем принцесса телепортировалась обратно, будучи крайне смущённой.

— Забудь что я только что сделала.

Единорожка не удержалась от смеха.

— Я постараюсь, но ничего не обещаю! — сказала она, входя в туннель и рысцой удаляясь, чувствуя, как бабочки в животе поднимают ураган.

Рэрити пробежала колоссальное расстояние в целых пять шагов, прежде чем остановиться и обернуться.

— С другой стороны.

Аликорн, по-прежнему стоявшая у входа, оживилась.

— С другой стороны?

Единорожка вернулась обратно.

— С другой стороны, знаешь, мне просто неуютно оставлять тебя здесь одну после того, как эта тварь пыталась напасть на тебя, — сказала она, возвращаясь в библиотеку. Конечно, она не могла противопоставить ему ничего, что Твайлайт не могла сделать с поддержкой Стара и Свирла, но всё же. — И на данный момент я закончила все свои заказы, так что от того, что я останусь, вреда не будет.

— Свити Белль заранее оставила здесь свой матрас для ночёвки, — быстро добавила принцесса. — Уже поздно, и тебе лучше выйти завтра утром.

— Да! И знаешь, я же ещё не всё тебе рассказала про Хартс-Хэйвен! Видишь, всё больше причин остаться, — добавила она, кивая в унисон с Твайлайт. Заметив это, она перестала кивать и широко улыбнулась. — Кроме того, давайте посмотрим правде в глаза, без меня ты абсолютно беспомощна. В конце концов, мне пришлось спасать тебя от этой ужасной штуки.

Аликор фыркнула и вместе с Рэрити направилась в глубь библиотеки.

— Я? А что насчёт тебя? Это мне пришлось стащить тебя со стола, прежде чем ты превратилась в зелёную слизь!

Единорожка театрально вздохнула.

— О Денза, ты же меня спасла, не так ли? Полагаю, это означает, что нам придётся быть героинями друг для друга, не так ли?

Твайлайт рассмеялась, выглядя счастливее, чем Рэрити когда-либо её видела.

— Звучит неплохо.

## — Интерлюдия V — Кошмар кобылки

[Изображение: https://i.imgur.com/kkstn03.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/OldGWsF.png]

Принцесса Луна ненавидела дни рождения.

Не свои, конечно; она уже давно перестала переживать о своём возрасте. Нет, она ненавидела дни рождения жеребят, ведь те служили напоминанием о её неизбежной участи: быть забытой.

Сделав глубокий вдох, кобыла оглядела открывшийся перед ней пейзаж. Густой лес тянулся на километры вокруг, и прямо посреди него мерцало огромное, кристально-чистое озеро. Это было воспоминание из её детства, когда они с Селестией однажды отправились далеко за пределы Эквестрии и нашли это тайное убежище. День, проведённый в блаженстве, наполненный смехом и радостью, прежде чем долг и обязанности отняли у них всё это.

Давным-давно она многое бы отдала за то, чтобы вернуться в те времена, но теперь одна-единственная вещь изменила всё и смыла жажду вернуть былые деньки.

Луна встала и подошла к краю озера, глядя вниз на своё отражение, смотревшее на неё в ответ. За ним виднелось дно озера, камни, рыбы и сундуки с сокровищами. Но быстрый осмотр не выявил то сокровище, что её интересовало.

«Где же она?»

На мгновение в сердце кобылы закралось беспокойство, но быстро рассеялось. Они были во сне, физический вред не мог настичь никого в царстве воображения — эмоциональный, возможно, но определённо не физический.

Наконец принцесса увидела её, двенадцатилетнюю кобылку, наслаждающуюся жизнью на дне озера, радостно плывущую к сундуку с сокровищами бок о бок с аллигатором-переростком. Пинки Пай открыла сундук, заглянула внутрь и что-то достала, а затем посмотрела на Луну и помахала копытом.

— Ты нашла сокровище? — спросила аликорн, когда кобылка поднялась на поверхность.

Земнопони кивнула, не имея возможности говорить из-за полного рта воды, что делало её похожей на бурундука. Пинки подняла копыто над водой, протянув Луне красивый серебряный кулон, который принцесса с благодарностью приняла. Какое-то мгновение она любовалась им, а когда снова повернулась к кобылке, с намерением похвалить находку, та выплюнула воду прямо в аликорна.

— Попалась! — крикнула Пинки, радостно хихикая, и нырнула обратно под воду, прежде чем Луна успела среагировать.

Искра магии остановила попытку побега. Принцесса подняла кобылку из воды в воздух, где та продолжала плыть вверх ногами.

— Это жульничество! — запротестовала земнопони, стараясь плыть так быстро, как только могла, но не сдвигаясь ни на сантиметр.

— Мне дозволено жульничать, — ответила аликорн и озорно улыбнулась, когда Пинки остановилась, чтобы скрестить ноги и показать принцессе язык.

— Таким старым пони, как ты, всегда можно жульничать. Это нечестно.

Луна осторожно опустила кобылку на землю, и ещё одна искра из её рога изменила пейзаж. Озеро и лес исчезли, как исчезли небо и облака, сменившись бесконечной долиной под куполом звёзд.

— В прежние времена за подобное оскорбление принцессы полагалось самое суровое наказание, — заметила Луна. — Сто лет в подземельях было бы для тебя подходящим приговором.

Пинки хихикнула.

— Ты всегда так говоришь, — напомнила она. — Знаешь что? Завтра я стану супер взрослой пони! Мне будет тринадцать, а мама говорит, что это делает меня взрослой! Я съем САМЫЙ БОЛЬШУЩИЙ торт, чтобы отпраздновать!

Аликорн нахмурилась.

— Когда наступил мой тринадцатый день рождения, мне, чтобы доказать, что я теперь взрослая, пришлось отправиться на поиски затерянных реликвий в засушливых пустынях востока.

Земнопони ахнула.

— Серьёзно?

— Нет.

На лицо Луны быстро вернулась улыбка.

— Сестра попросила прислугу испечь мне кучу сладостей, а потом я целую неделю провалялась в постели с невыносимой болью в животе. И в придачу с напоминанием никогда не есть сотню пирожных за раз.

Принцесса потрусила в долину, Пинки последовала за ней. Аликорн добралась до середины и села, искры магии вылетали из её рога, переставляя звёзды в десятки различных узоров.

— Сделай кису! — предложила кобылка, сидя рядом с принцессой и глядя в небо.

— Они поговорят с тобой завтра, — сказала Луна, наблюдая, как котёнок в звёздах зевнул и потянулся.

«Они всегда это делают, а потом забирают их у меня».

— Кто поговорит со мной? — спросила Пинки. — О! Ты имеешь в виду старейшину Муншайн? Вчера она заходила к нам домой и сказала, что завтра будет особенный день! Я начну помогать с Ночью поисков!

Аликорн не ответила. Она знала достаточно о Поисках Ночи благодаря снам жеребят и самой Пинки. Праздник — или, скорее, издёвка — был  превращением заточения её и остальных в маленькую жеребячью забаву. По крайней мере, жеребята искренне верили, что помогают принцессам, искренне верили, что их небольшая игра освободит их.

Но когда им исполнялось тринадцать, их приглашали помочь с празднеством, и никто больше не верил, что Луна на самом деле существует.

Время от времени появлялись жеребята, которые боролись с мыслью, что она «ненастоящая». Они впускали её в свои сны, может быть, две или три недели после их дня рождения, но в конце концов двери закрывались, и каждый раз Луна чувствовала, что её мечта о побеге отдаляется ещё немного.

— Ты устроишь мне грандиозную вечеринку на день рождения, принцесса Луна? — спросила Пинки, навострив уши.

— Конечно, — ответила Луна. — Я потрачу весь день на её подготовку, но…

Она повернулась к Пинки Пай и наклонилась.

— Ты должна дать мне Пинки клятву, что ты придёшь.

— Конечно приду, глупышка! — воскликнула Пинки, хихикая. — С чего бы мне не приходить?

* * *

Прошла целая неделя с тех пор, как Луна в последний раз видела Пинки Пай.

Целая неделя, в течение которой аликорн побывала за каждой дверью снов, развеяла все кошмары и нашла десятки жеребят, но ни одного по имени Пинки Пай. Когда жеребята ещё спали, а ночь уже уходила, принцесса луны обычно тоже просыпалась, чтобы посмотреть на свою тюрьму и барьер, который удерживал её, как будто надеясь, что что-то изменится.

Но всю ту неделю Луна не просыпалась.

Она оставалась в своём мире фантазий и иллюзий, цепляясь за надежду, что вдали появится дверь скрывающая за собой розовую кобылку.

Аликорн глубоко вздохнула и оглядела привычную долину. Её дом вдали от дома, её убежище в ночной тюрьме. Она подняла глаза к звёздам, копиям настоящих, которые ей так хотелось увидеть вновь, и, хотя Луна испытывала желание передвинуть их, она не могла заставить себя сделать это.

Может, Пинки просто ещё не спит. Во время празднования она съела так много сладостей, что дрёма никак не может угнаться за переполненной энергией кобылкой. Всю неделю. Без сомнений.

«Или, может быть, — прошептал голос внутри, — она забыла тебя, как и все остальные».

— Крайне маловероятно.

Принцесса обернулась, и улыбка появилась на её губах при виде знакомой единорожки, уткнувшейся лицом в книгу. Это был образ, которым аликорн дорожила: начитанная единорожка, которую ещё не изувечили три аликорна, которым следовало бы быть умнее.

— Твайлайт Спаркл, — произнесла Луна, снова глядя на звёзды, — прошло немало времени с тех пор, как мы видели тебя в последний раз.

— Исходя из фактов, — продолжила Твайлайт, рядом с ней появилась диаграмма, — Пинки Пай запомнила каждый сон с твоим участием со стопроцентной точностью, а это статистически означает, что, когда ей скажут, мол, ты не существуешь, это буквально ничего не изменит в существующих переменных.

Диаграмма исчезла, и Твайлайт весело хихикнула.

— Её, должно быть, и правда распирает энергией от сладкого.

— А если нет? — спросила принцесса.

— Всё так, — настаивала Твайлайт. — Я в этом уверена.

Аликорн рассмеялась, по-прежнему глядя на звёзды.

— Раньше в тебе было столько уверенности, — заметила она. — Куда же она подевалась?

— Вы забрали её у меня, — произнёс другой, но по-прежнему знакомый голос.

Луна посмотрела вниз, и её сердце замерло от увиденного. Твайлайт Спаркл по-прежнему была там, но не единорожка, которую принцесса знала, а несчастный аликорн, которого создали её сестра, Кейденс и она сама. Принцесса Твайлайт Спаркл стояла рядом с Луной, она была выше, чем раньше, несмотря на самые настоящие цепи, сковывающие её крылья. Её взгляд был устремлён вдаль, глаза были наполнены страхом, виной и страданием, к которым Луна так привыкла.

Луна отступила назад.

— Мы недостаточно через это прошли?

Без её разрешения пейзаж сновидения изменился. Прекрасная долина превратилась в одну из знакомых комнат Кантерлотского замка, и внутри были видения её прошлого. Твайлайт Спаркл, принцесса, ворвалась в комнату в слезах, а за ней следовала Луна из далёкого прошлого.

— Твайлайт Спаркл! — кричала другая Луна, ярость отравляла её слова. — Мы не потерпим сего отношения! Ты вознесена еси, покуда заслужила это!

— Нет! — выкрикнула Твайлайт, оборачиваясь и стуча копытом по полу. — Перестань лгать! Это ложь!

Она расправила крылья и указала на них.

— Всё вот это! Это вот всё!

— Ты смеешь сомневаться в выборе моей сестры?!

— Нет, — прошипела Твайлайт. — Я бы никогда не усомнилась в выборе принцессы Селестии. Я знаю, почему она это сделала! Не потому, что я это заслужила, а потому, что это моя ви..

— Довольно! — взревела другая Луна, топая копытом по полу. — Я сыта по горло этими тремя словами, что ныне отравляют твои уста!

— Но это правда! Я лишь шутка! Фарс! — запротестовала Твайлайт, и слёзы потекли по её лицу. Она упала на задние ноги, уткнувшись лицом в копыта, беспомощно всхлипывая. — Пожалуйста, принцесса Луна… Я не хочу этого кошмара… Пожалуйста…

— Хватит! — выкрикнула Луна, её рог развеял воспоминания или кошмар; она больше не могла сказать точно. Принцесса повернулась к своему видению Твайлайт и топнула копытом по полу.

— Зачем нам всё это?!

— Ты не нужна, — сказала Твайлайт, и цепи вокруг её крыльев разбились и упали на пол. Её рог сверкнул раз, другой, третий, и пейзаж снова изменился.

Луна стиснула зубы, оборачиваясь, чтобы обнаружить себя у входа в замок. Снова появились ещё одна Твайлайт и ещё одна Луна, рысившие к карете, в которую Твайлайт бесцеремонно забросила свои седельные сумки.

— Война окончена, Твайлайт Спаркл, — сказала Луна из прошлого. — Мы победили Дискорда! Царит мир! Нет никакой нужды в изуче...

— Это не победа, принцесса Луна, — сказала Твайлайт, поворачиваясь к старшему аликорну. — И мы не можем ждать, пока худшее случится.

— Но то не твоя забота — исправлять всё это! — запротестовала Луна из прошлого. — Не ты принимала решение! Мы должны быть теми, кому надлежит искать...

— Принцесса Твайлайт! Вы готовы?

Две принцессы обернулись и увидели жеребца в доспехах, трусящего к ним. Он поклонился им обеим, и стал ждать инструкций.

Выражение лица Твайлайт мгновенно изменилось с сердитого на приветливое.

— Капитан Коблер! Да, я готова! Все наши вещи на месте. Где ваша семья?

— Они уже на пути в Понивилль, принцесса,— сообщил он. — Ждём только вас и вашего юного подопечного.

Твайлайт кивнула.

— Спасибо.

Она обернулась к Луне.

— Капитан, не могли бы вы позвать Спайка? Он, должно быть, на кухне.

— Конечно! — ответил капитан Коблер, поспешно удалившись.

Как только он ушёл, Луна из прошлого заговорила.

— Коли ты действительно хочешь уйти, позволь нам помочь...

— Нет! — взревела Твайлайт, стукнув копытом о брусчатку. — Нет! Я не желаю вашей помощи! Вы уже помогли мне однажды, и посмотри, чем это обернулось!

Луна из прошлого повторила жест.

— Не будь дурой! Нет ничего плохого в том, чтобы принять пом...

— Я сказала, что не хочу этого, принцесса Луна! — выпалила в ответ Твайлайт. — Я могу справиться с этим само...

— НЕТ, НЕ МОЖЕШЬ! — взревела Луна из прошлого, достаточно громко, чтобы всё вокруг них содрогнулось, и Твайлайт отшатнулась. Она в ярости ударила копытом по полу. — Вот!...

Она обвиняюще указала копытом на Твайлайт.

— Вот это твоё глупое упрямство и непробиваемая самоуверенность, вот что стало причиной всего!

Мгновение тишины последовало за её заявлением, прежде чем Твайлайт сделала шаг назад, а её глаза распахнулись. Другая Луна отреагировала так же, и на неё тут же накатили горечь и сожаление.

— Подожди! Нет, прошу прощения, Твайлайт Спаркл. Я была расстроена и не имела в виду то, что...

— А вот и имела! — закричала Твайлайт, и её голос дрогнул, а затем смягчился:

— Всё ты имела, — повторила она, каждый слог сочился обидой. Она подняла копыто и протёрла глаза, прежде чем развернуться и запрыгнуть в карету, демонстративно держась к Луне спиной. — Я не нуждаюсь в твоей помощи, принцесса Луна. Я не хочу, чтобы ты мне помогала.

Луна, та, что настоящая, снова не выдержала и развеяла воспоминание, слёзы текли по её щекам. И всё же, несмотря на все её усилия, изначальная Твайлайт осталась, по-прежнему стоя рядом с ней, такая же неумолимая, как собственная совесть Луны, которой она, сказать по правде, и была.

— Почему ты так поступила со мной, принцесса Луна? — спросила Твайлайт, по-прежнему глядя вдаль. — Почему вы не нашли другого способа?

И Луна ответила, позабыв, что это всего лишь сон.

— Мы сделали то, что сделали, чтобы помочь тебе, Твайлайт Спаркл! Мы сделали то, что считали лучшим! Мы никогда не думали, что всё так обернётся, мы даже не предполагали, что… — слова застряли у неё в горле. — Мы совершили ошибку.

И ещё одно воспоминание вырвалось на сцену, Луна знала, что это будет, прежде чем оно началось. Это всегда было то воспоминание, оно преследовало её в каждом кошмаре, каждом сне, каждый момент жизни аликорна. Пейзаж снова сменился на большую комнату, где сидела её младшая версия, уткнувшись лицом в копыта. Снаружи доносились неразборчивые крики, отголоски бунта, который она никогда не сможет забыть.

У двери стоял стражник, который каждый раз задавал один и тот же осуждающий вопрос.

— Принцесса Луна? Это правда? — спрашивал он, снимая шлем. — Дискорд правда просил... дракона принцессы Тва...

— Тётушка Луна!

Кейденс вбежала в комнату, запыхавшаяся и отчаявшаяся.

Луна из прошлого тут же подскочила.

— В чём дело, Кейденс?

— Пожалуйста… Твайлайт… Она не отзывается… Я не знаю что делать…

Сцена сместилась, следуя за Луной и Кейденс из коридора в коридор, и завершила путь в пустом переговорном зале. Твайлайт была там, в конце комнаты, прислонившись к стене, повторяя одни и те же слова снова и снова, словно в трансе.

— Это всё моя вина.

Забавно, что даже сейчас, спустя тысячу лет, голос Твайлайт, произносивший эти слова, по-прежнему так прочно застрял в её душе.

— Твайлайт, — сказала Луна из воспоминаний, осторожно пробираясь к юному аликорну. — Твайлайт, тебе пристало быть выше этого.

Твайлайт не послушала совета, почти не замечая присутствия других пони в комнате.

— Твайлайт, пожалуйста, — взмолилась Кейденс, также приближаясь к молодой кобыле. — Пожалуйста, мы это уже обсуждали.

И наблюдая за этой печальной сценой, Луна вспомнила. Она вспомнила ту беспомощность, тот гнев, что кипел в ней при виде её любимого друга в таком состоянии, при виде того, к чему всё это привело.

— Это всё моя вина, — повторила Твайлайт, и о, сколько бы Луна отдала за возможность изменить реакцию своего прошлого я.

— ТВАЙЛАЙТ СПАРКЛ! — взревела Луна из воспоминаний. — ТЫ НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИШЬ ПОВТОРЯТЬ ЭТО!

— Тётушка Луна, пожалуйста! — крикнула в ответ Кейденс. — Это не выход!

— А какой ещё есть выход?! Посмотри на неё! Посмотри, какая она...

— Твайлайт.

Тишина заполнила комнату, когда воспоминания и сама Луна повернулись к вновь прибывшей. Луна почувствовала, как слёзы наполнили ей глаза, однако она не могла сказать точно, было ли это потому, что она чувствовала обиду на свою сестру, или потому, что очень скучала по ней.

Селестия, всегда царственная и грациозная даже в самые тёмные времена, стояла в дверях, привлекая внимание всех в комнате с той же лёгкостью, с какой поднимала солнце.

— Принцесса...

Луна из воспоминаний и Кейденс обернулись и увидели, как Твайлайт Спаркл со слезами на глазах смотрит на старшего аликорна.

— Принцесса Селестия... — повторила она снова, и через секунду встала и бросилась к ней, не заметив горечь на лице Луны из прошлого.

Селестия подошла к Твайлайт, обняв плачущую кобылу.

— Кейденс, — сказала Селестия, глядя на племянницу, — Бери своего мужа и присмотри с ним за пони на улице. Последнее, что нам нужно, это бунт.

— Да, тётя Селестия, — сказала Кейденс, бросив на Твайлайт последний обеспокоенный взгляд, прежде чем выбежать из комнаты.

— Луна, — сказала Селестия. — Иди к драконам и договорись об отсрочке.

— Но, сестра! — запротестовала Луна. — Я не могу оставить Твайлайт Спаркл в таком состоянии!

— Луна, — повторила Селестия снова, её голос стал жёстче. — Пожалуйста, позаботься о драконах. Если с ними не будет говорить принцесса, они могут воспринять это как оскорбление и сделать выбор за нас! Пожалуйста, нам нельзя воевать с драконами!

— Но Твайлайт нуждается во мне! Тебе идти!

— Нет! Нет, пожалуйста, останься! — воскликнула Твайлайт между всхлипами, вцепившись в Селестию. — Я не знаю, что делать! Я не хотела этого, пожалуйста, мне жаль, я не могу это исправить!

Луна шагнула вперёд.

— Но Твайлайт...

— Луна, ты не нужна здесь! Я позабочусь о Твайлайт! — рявкнула Селестия, и обе Луны отшатнулись. — Иди к драконам! НУ ЖЕ! ПОЖАЛУЙСТА!

Тотчас же память остановилась, но не по воле Луны. Она обернулась и увидела, что Твайлайт смотрит прямо на неё.

— Кейденс помогла мне, — сказала она. — Селестия помогла мне. Ты же не сделала ничего. Ты не заслуживаешь, чтобы тебя помнили.

— Эм... простите? Мисс?

Твайлайт исчезла, и Луну охватил ужас, когда она узнала этот голос. Она сглотнула и заставила себя обернуться, оказавшись лицом к лицу с Пинки Пай, которая смотрела на неё с любопытством.

— Кто вы?

Аликорн отступила назад, слёзы текли по её щекам, она изо всех сил пыталась напомнить себе, что это был всего лишь сон, это был всего лишь сон, это был просто кошмар.

А затем вдалеке появилась чёрная мигающая дверь, проход в кошмар кого-то из жеребят Холлоу Шейдс. Не колеблясь, она бросилась прочь от Пинки Пай и направилась к нему, стремясь убежать от своих собственных кошмарных снов.

Как только она пересекла дверной проём и закрыла за собой, принцесса упала на круп, тяжело дыша.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи, принцесса Луна.

— Ты не нужна здесь!

— Кто вы?

Аликорн заставила себя встать, изо всех сил стараясь избавиться от голосов в голове. Она огляделась и обнаружила себя на окраине Холлоу Шейдс, над головой ночное небо. Она направилась к городу, пытаясь найти источник кошмара.

— Врунья!

Голос вдали. Нет... Несколько голосов, все злобно кричали одно и то же снова и снова. Принцесса бросилась к ним, позабыв собственные горести, и прибыла на главную площадь, где стояла её статуя. Пони всех возрастов окружили её, и когда Луна прошла сквозь них, она увидела, на кого они кричали, и это наполнило её яростью.

Там была Пинки Пай, прижатая к статуе, из её глаз текли слёзы..

— Нет! Я... я не вру! — умоляла Пинки, качая головой. — Принцесса Луна настоящая! Я клянусь!

— Врунья! — завопил жеребёнок. — Принцессы Луны не существует! Хватит выдумывать!

— Но это правда! Я не вру, пожалуйста, я не вру!

— Ха! — фыркнула кобыла. — Неудивительно, что ты родом из Толл-Тэйла[1]! Лгунья!

— Врунья! Врунья! Врунья!

— Нет! — крикнула Пинки, убегая от толпы в ближайший лес, прежде чем принцесса успела вмешаться.

— Пинки Пай! — безрезультатно позвала аликорн, погнавшись за кобылкой вглубь леса

— Принцесса Луна! Где вы?! Пожалуйста, принцесса Луна! — отчаянно звала Пинки, убегая от деревни и аликорна. — Ты мне нужна! Принцесса Луна!

На глазах аликорна Пинки споткнулась и упала на землю с болезненным визгом, прежде чем свернуться в клубок и заплакать.

Это было знакомое зрелище. Луна помнила первый кошмар Пинки в Холлоу Шейдс; она помнила маленькую кобылку, свернувшуюся клубочком посреди леса, зовущую на помощь, и она помнила, как напевала колыбельную, когда подходила к юной особе.

И потому, как и в прошлый раз, кобыла принялась тихо напевать, приближаясь, наблюдая, как маленькая кобылка перестала плакать и посмотрела на неё большими испуганными глазами.

— Принцесса Луна! — воскликнула Пинки, вскакивая и снова падая в спешке.

Прежде чем она успела встать, аликорн левитировала её своей собственной магией и поднесла кобылку к себе, заключив в тёплые объятия.

— Ну-ну, малышка, — успокаивала она, и её собственные слёзы капали на Пинки. — Я здесь.

— Они сказали, что тебя не существует! И ... и я больше не могла найти тебя! — всхлипнула Пинки, изо всех сил цепляясь за принцессу. — Я так боялась, что больше никогда тебя не у-увижу!

— Это кошмар, который никогда не сбудется, Пинки Пай, — сказала Луна, продолжая крепко обнимать её.

Земнопони икнула, подняла голову и потянулась, чтобы коснуться мордочки Луны передними копытами.

— Это ты? Самая настоящая-пренастоящая ты?

Луна наклонилась, уткнувшись мордочкой в Пинки Пай, облегчение переполняло её.

— Да, малышка, — прошептала она. — Покуда ты веришь в меня, я всегда буду настоящей.

[Изображение: https://i.imgur.com/wFYUrFP.png]

## — Глава 24 — Свет библиотеки

[Изображение: https://i.imgur.com/CWtOKMC.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/tEG0WDQ.png]

Рэрити иногда сравнивала Твайлайт со светом.

Это странное слово, чтобы описать пони, не так ли? По крайней мере, так сказала бы сама аликорн. Она закатила бы глаза, указывая, что свет — это концепция, идея, результат сияния солнца над головой или мерцания свечи во тьме. И всё же Твайлайт Спаркл была подобна свету.

Единорожка могла бы проявить смекалку и указать, что само это слово было частью имени принцессы, или что её первое имя означало переход между днём и ночью, но не это было причиной для такого сравнения. Было время — Рэрити не помнила, когда именно, — когда в библиотеке погас свет, и не было ничего, кроме голосов единорога и аликорна.

Вот на что это похоже, — ни с того ни с сего сказала Твайлайт в порыве непроизвольной искренности. — Как будто я не могу видеть свет, а только тьму.

Тогда Рэрити ничего не ответила, сохранив молчание, потому что её сердце ещё не смело настаивать на продолжении, но она всё равно помнила об этом. Единорожка вспомнила эти слова, и лишь сейчас, когда она наблюдала за мирно читающим аликорном, к ней пришёл ответ.

Конечно, она никак не могла видеть свет.

Как бы у неё получилось, когда она сама была его источником, когда само её присутствие снова и снова притягивало к себе Рэрити как мотылька к пламени, не заботящегося о том, что оно может его сжечь.

— Рэрити?

Положив подбородок на копыта, единорожка улыбнулась принцессе, сидевшей по другую сторону стола и, похоже, потерявшей интерес к своей книге.

— М-м-м?

— О чём ты думаешь? — спросила Твайлайт, закрыв книгу и устремив на Рэрити свой переполненный любопытством взгляд. Не было такого, чтобы принцесса просто смотрела на единорожку, не так ли? Она созерцала её, делала её центром всего своего внимания, так же как и сама была центром внимания Рэрити.

Единорожка задумчиво хмыкнула.

— Я думала о тебе.

Аликорн вспыхнула в довольном смущении, и Рэрити не смогла удержать свою влюблённую улыбку от того, чтобы та стала ещё шире.

— Ха-ха… — закатила глаза Твайлайт, мягко улыбнувшись, и, о, насколько пресна была та улыбка, думала единорожка. — О чём ты на самом деле думаешь?

Рэрити звучно хихикнула, в основном из-за принцессы, которая теперь покраснела ещё сильнее.

— Я гадала, как долго нам ещё ждать появления девочек.

Аликорн снова открыла книгу.

— Я всё ещё не понимаю, почему ты не пошла с ними. Пинки же не знакома с Эпплджек?

— Нет, но Пинки Пай специально написала в своём письме, что хочет, чтобы я осталась с тобой, — ответила единорожка, откидываясь назад. — Она считает, что моё присутствие сделает тебя менее склонной передумать на полпути.

Твайлайт нахмурилась.

— Я бы не стала так делать.

— Я знаю, милая, но для неё это очень многое значит. Она хочет быть уверенной, что всё пройдёт идеально, для неё и тебя.

Уши принцессы опустились, и она уставилась в книгу. Через мгновение Твайлайт снова посмотрела на единорожку и спросила:

— Как я выгляжу?

Рэрити этот вопрос показался глупым. Словно бы аликорн забыла, что застряла в одном, неизменном физическом облике. Единорожке хотелось указать на это, но взамен она преувеличенно мечтательно вздохнула и сказала:

— Дорогая Твайлайт! Ты величайшая услада для глаз моих, солнце этого мрачного и унылого ми... м-мф!

Фраза Рэрити оборвалась, когда смущённая принцесса зажала её рот магией.

— Спасибо, — многозначительно сказала Твайлайт, и единорожка хихикнула бы снова, если бы могла.

Когда аликорн наконец отпустила её, Рэрити продолжила:

— Ты же заблокировала лестницу?

Твайлайт кивнула.

— Я наложила заклинание барьера, чтобы помешать им спуститься вниз. Им придётся вырубить меня, чтобы развеять его.

Единорожка кивнула.

— Потрясающе! Значит, всё готово.

Меньше всего ей хотелось, чтобы ночёвку пришлось отменить, или чтобы во время неё кто-то оказался в опасности, поэтому они с принцессой провели большую часть недели, стараясь сделать библиотеку настолько безопасной, насколько это возможно. Лабиринт становился всё более агрессивным по отношению к Твайлайт, пробуждаясь стоило ей приблизиться, но тут же успокаиваясь, когда Свирл разворачивал книжный барьер.

Только Эпплджек и Флаттершай знали, что произошло неделю назад. Флаттершай была встревожена, но нападение не удержало её от желания посещать аликорна. Эпплджек также смягчилась, когда узнала про принятые меры безопасности.

— Они здесь! — раздался голос Свити, прерывая разговор. — Рэрити! Принцесса Твайлайт!

Единорожка встала, хлопнув копытами.

— Шоу начинается, дорогая! А теперь кыш! Иди спрячься где-нибудь! — приказала она, указывая на свою пассию.

Принцесса бросила на неё игривый взгляд, прежде чем телепортироваться. Рэрити тут же велела люстре спуститься. Стар немедленно повиновался, превратившись в канделябр и погрузив библиотеку во мрак. Со Старом, освещающим ей путь, единорожка направилась к выходу из библиотеки.

— Ну же, Рэрити! — выкрикнула Скуталу; она, Свити и Эппл Блум ждали у порога.

Вчетвером они прошли по туннелю и поднялись по лестнице. И, выйдя из люка, обнаружили Эпплджек, Флаттершай и Пинки, трусящих к краю впадины.

— ...и это не так уж и плохо, Эпплджек! Многие пони тоже мне не верят! — сказала Пинки достаточно громко, что, наверное, её мог слышать весь лес. Глаза земной пони были завязаны, опять же по её собственному настоянию. — Я уверена, что Фриттер Коблер не злится ни на тебя, ни на твоих родителей, ни на твоих бабушку и дедушку, ни на бабушку и дедушку твоих бабушки и дедушки, ни на бабушку и дедушку, бабушки и дедушки твоих ба...

— Лан-лан, сахарок, ты можешь закончить эту мысль позже, — прервала её фермерша, похоже, испытывая облегчение от того, что ей пришлось прервать разговор. Она несла с собой большую корзину, и единорожка сразу представила яблочные пироги, которые земнопони обещала принести.

— Но там осталась ещё целая куча пони! — запротестовала розовая кобыла, продолжая идти прямо в яму, пока ЭйДжей не оттащила её назад. — Почему мы остановились?! Я же больше не спотыкалась! Или спотыкалась? — спросила она, вслепую размахивая копытом.

— Привет всем! — окликнула Рэрити, вызвав ошеломлённый вздох у Пинки Пай.

— Рэрити?! Это звучало как Рэрити! Это была Рэрити?! Значит, мы пришли?! — взволнованно спросила она. И прежде чем кто-либо успел ответить, земнопони сорвала повязку, и её глаза расширились от увиденного.

Единорожка с упоением наблюдала, как Пинки разинула рот, не сводя глаз с дуба. Без предупреждения земнопони бросилась вперёд и, как и Рэрити, когда она впервые нашла библиотеку, рухнула лицом вниз прямо в провал, окружающий дерево.

Единорожка поспешила помочь кобыле подняться.

— Пинки! О Денза, с тобой всё в порядке?!

Розовая пони бодро кивнула, по-видимому, слишком взволнованная, чтобы беспокоиться о своём падении. Она побежала к дереву, оставив Рэрити ждать, пока к ней присоединятся Эпплджек и Флаттершай. Через мгновение, когда она оглянулась на дерево, единорожка увидела Пинки и меткоискателей, сгрудившихся вокруг люка.

— Рэрити! — воскликнула земнопони, указывая на металлическую табличку на дереве. — Всё точь-в-точь как ты рассказывала!

Единорожка улыбнулась, подошла и магией подняла люк.

— Идём? — спросила она и рассмеялась, когда Пинки пискнула и практически бросилась вниз по лестнице, прежде чем неловко вернуться и спросить, не хочет ли Рэрити пойти первой — там темно, в конце концов.

С единорожкой в роли фонаря, одна за другой кобылы последовали за ней в тёмный туннель, Пинки Пай сразу за Рэрити. Пока они продвигались вглубь, земнопони задавала множество вопросов, таких как — понравится ли она Твайлайт, на что похожа библиотека, а книги там тоже призрачные?

— В этом нет смысла! — сказала Скуталу, последней вошедшая в тёмное помещение.

— А вот и есть! — протестовала Пинки, щурясь в темноту. — Где тут выключатель?

— Флаттершай? Не окажешь ли честь? — спросила единорожка, игнорируя протесты сестры по поводу того, что та — «хотела это сделать, Рэрити!»

Пегаска хихикнула где-то в темноте и откашлялась.

— Стар? Свет, пожалуйста.

— Что ещё за Стар? — настойчиво прошептала Пинки Пай. — Я не помню, чтобы ты рассказывала мне о ней! Или о нём? О них?

На её вопрос ответил Стар, взлетев к потолку, и восторженный вздох розовой кобылы наполнил комнату, когда тот превратился в люстру, что осветила собою всю библиотеку в мгновение ока.

— А-чу-меть! — сказала Пинки, широко раскрыв глаза.

Единорожка с трудом сдержалась, чтобы не захихикать.

— Впечатляет, а? — спросила она, рысцой выбежав вперёд, прежде чем повернуться к Пинки Пай и обвести передним копытом книжные шкафы. — Добро пожаловать в библиотеку принцессы Твайлайт Спаркл! Вы долгожданный гость, мисс Пай.

Прежде чем Рэрити могла бы продолжить, Пинки бросилась вперёд, кобылки побежали за ней, за которыми, в свою очередь, последовала Флаттершай, просто чтобы убедиться, чтобы они держались подальше от ныне запретного лабиринта.

— Итак, где принцесса? — спросила Эпплджек, ставя корзинку на ближайший столик. — Я думала, она будет нас ждать.

Единорожка подошла к ряду шкафов.

— Прячется, надеюсь! Я подумала, что Пинки может понравиться, если их знакомство станет неожиданным!

Углубившись в библиотеку, она услышала вдали голос земнопони, такой же возбуждённый, как и всегда. Через мгновение кобыла вышла к ней, явно желая поделиться результатами своих поисков.

— Рэрити, я не могу найти принцессу! — воскликнула она, при этом не выглядя такой уж разочарованной. — Но я нашла кучу очень старых книг о камнях! Как думаешь, принцесса Твайлайт согласится одолжить их для моей семьи?! Моя сестра Мод обожает камни!

— Уверена, она будет рада поделиться ими — ответила единорожка. — Почему бы тебе не пойти и не выбрать их прямо сейчас?

— Оки-доки-локи! — воскликнула Пинки, убегая и снова исчезая из виду.

«Где же Твайлайт?» — удивилась Рэрити, решив, что, пожалуй, сюрприз больше не может ждать. Она посмотрела вверх, по привычке, которую она приобрела благодаря склонности принцессы ходить по книжным шкафам, и не смогла сдержать улыбку при виде аликорна, стоящей на ближайшем книжном шкафу и наблюдающей за Пинки Пай.

Через мгновение Твайлайт телепортировалась вниз и, игнорируя присутствие единорожки, выглянула в коридор, последовав за розовой кобылой. В голове Рэрити родилась ужасная идея, которой она просто не могла сопротивляться. Так тихо, как только могла, она подкралась к принцессе сзади, а затем, собрав всю свою магию, возникла прямо перед ней.

— А, вот ты где!

С громким «и-и-и» Твайлайт отшатнулась, испуганная внезапным появлением единорожки.

— Ну и ну! — сказала Рэрити, хитро улыбаясь. — Роли поменялись, а?

— Рэрити! — неодобрительно прошептала принцесса, магией втягивая единорожку в проход. — Не пугай меня так! Я думала, ты хотела устроить ей сюрприз!

— Знаешь, кажется, я передумала, — дерзко ответила Рэрити. — А теперь цыц! Не двигайся!

Она обернулась, откашлялась и крикнула:

— А! Твайлайт! Вот ты где!

Отдалённый «ах» огласил библиотеку, и единорожка, затаив дыхание, уставилась на пересечение проходов. Мгновение или около того спустя её терпение было вознаграждено, когда медленно, очень медленно в проход заглянуло розовое лицо, а затем быстро исчезло, увидев двух ожидающих кобыл. Однако не прошло и доли секунды, как Пинки появилась снова и осторожно шагнула в проход, не сводя глаз с улыбающегося аликорна.

Рэрити отступила в сторону, удовлетворённо наблюдая за разворачивающейся сценой.

Сделав несколько медленных шагов, Пинки Пай наконец приблизилась к принцессе. Кобыла уставилась на Твайлайт, и было довольно странно видеть розовую кобылу такой тихой. Более того, из всех возможных исходов единорожка совершенно не ожидала увидеть слёзы на глазах земной пони.

— Ты выглядишь точно как... как принцесса Луна мне показала...

Аликорн на мгновение растерялась, но когда Пинки расплылась в жеребячьей улыбке, её решимость вернулась, и она улыбнулась в ответ.

— Здравствуй, Пинки Пай. Рада познакомится с тобой, — сказала принцесса и опешила, когда земнопони ахнула.

— Она знает моё имя! — шёпотом выпалила кобыла. — Она знает моё имя…

Её благоговейное заявление растворилось в приступе нервного хихиканья, и секунду спустя Пинки снова была прежней, подпрыгивая на месте несмотря на никуда не девшиеся слёзы на глазах.

— П-приветики, принцесса Твайлайт! Я Пинки Пай! Принцесса Луна много рассказывала мне о вас!

Она несколько раз поклонилась, и прежде чем аликорн успела прервать это, продолжила говорить.

— И смотрите! Я для вас кое-что приготовила!

Земнопони порылась в седельной сумке и достала пластиковый пакет с кексом внутри.

— Он немного помялся, потому что я споткнулась в лесу, но он всё ещё вкусный, честно-честно! — настаивала Пинки, энергично кивая. — И да, я знаю, что вы пока не можете его съесть, но если вы оставите его в пакете, он продержится ещё недели три благодаря заклинанию, с которым мне помогли в местной пекарне!

Рэрити чуть не фыркнула. Освободить Твайлайт за три недели! Для подобного понадобится чудо…

— О, э-э, спасибо, — ответила принцесса, приняв пакетик магией и любуясь угощением. Она телепортировала его прочь и замолчала.

Это на мгновение смутило единорожку. Твайлайт просто разрывало от нетерпения задать Пинки Пай целый ворох вопросов о Луне, так почему же сейчас она молчит?

— Принцесса Луна рассказывала тебе обо мне? — спросила аликорн неожиданно, будто вопрос вырвался из неё без разрешения.

Земнопони быстро кивнула.

— Ага! Всё время! Иногда, если она в очень хорошем настроении, она показывает мне воспоминания о весёлых глупостях, что происходили с вами двумя! Например, тот случай в астрономической башне, когда туда пролезла милая маленькая крыска, и вы так сильно закричали, что чуть не сломали телескоп и...

Рэрити моргнула.

— Ты что?

Принцесса демонстративно проигнорировала вопрос.

— Но, в смысле… она не... — Твайлайт запнулась, покрутив в воздухе копытом. — Она не говорила... плохого обо мне...? Она не сердится?

Единорожка нахмурилась, глядя на аликорна.

— Твайлайт, мы уже говорили...

— Сердится?! С чего бы ей сердиться?! — в ужасе спросила Пинки. — Не говори глупостей, глупышка! Если только это не забавные глупости, тогда ты просто обя-я-я-язана говорить глупости, но сейчас ты говоришь нехорошие глупости! Ты говоришь самые обыкновенные глупые глупости!

Земнопони покачала головой, а затем снова полезла в свою седельную сумку, но вместо того, чтобы вытащить ещё один раздавленный кекс, она извлекла аккуратно запечатанный конверт и протянула его принцессе.

— Вот!

Рэрити наклонилась, изучая конверт. Витиеватые розовые буквы с головой выдавали своего автора, однако внимание единорожки привлекло имя, указанное в качестве отправителя.

— От принцессы Луны? — спросила она, с недоумением глядя на Пинки.

«Но разве это не должно быть, ну, невозможным?»

Земнопони кивнула.

— Ага! Принцесса Луна хотела написать принцессе Твайлайт письмо! — ответила она, подпрыгивая на месте. — Я сказала ей, что помогу, но, о Денза, это было та-а-а-а-ак трудно! Ведь принцесса Луна диктовала мне это письмо во сне, и когда я просыпалась, чтобы записать его, я всё время забывала, что она мне говорила! Мне приходилось постоянно засыпать и просыпаться, потому что иногда я помнила только пару слов, а иногда я помнила конец, но не помнила середину, нам потребовалась целая неделя, чтобы написать это! Это целая вечность! Но мы сделали это! ...Ну-у-у, возможно, я пропустила пару слов, но думаю, что всё в порядке! Разве что, всё на самом деле совсем плохо, но я могу попробовать ещё раз, если ты хочешь!

Она сделала глубокий, удовлетворённый вдох, а затем кое-что вспомнила.

— О! О, и я обещаю, что совсем-совсем ничегошеньки не помню из того, что написала! За исключением, может быть, всего, но я обещаю, что никому не скажу!

Рэрити повернулась к Твайлайт, ожидая, что аликорн поблагодарит Пинки, но, увидев, как принцесса заворожённо смотрит на конверт, решила, что ей легче будет всё сделать самой.

— Оу, Пинки! Это ужасно любезно с твоей стороны, — сказала единорожка, склонив голову перед кобылой. — Я уверена, что Твайлайт тебе очень благодарна, не так ли, Твайлайт?

Аликорн подняла взгляд.

— А? О-о! Да, спасибо тебе, Пинки Пай! Я действительно ценю это... — её голос затих, а внимание снова вернулось к письму, которое ей, без сомнения, до смерти не терпелось прочесть.

— Ну ж, народ, — раздался отдалённый возглас Эпплджек. — Я не собираюсь возиться со столом и этими ночёвочными штуками в одиночку!

— О! Я хочу помочь! — воскликнула Пинки, проносясь мимо Твайлайт и Рэрити.

Уши аликона опустились.

— О… Э...

Единорожка улыбнулась принцессе.

— Мы справимся с этим, дорогуша. Почему бы тебе не пойти и не прочитать своё письмо?

Твайлайт нахмурилась, без сомнения, обдумывая такой вариант. Однако, к удивлению Рэрити, она покачала головой и телепортировала письмо прочь.

— Я прочитаю его позже, — сказала она и, улыбнувшись единорожке, указала в сторону фойе библиотеки. — Пойдём?

Рэрити не была полностью уверена, что ей нравится, как принцесса отложила письмо, особенно если она была права в своей догадке, что Твайлайт боялась его читать — догадке, что подкреплялось тревогой, написанной на лице аликорна, — но она не стала развивать эту тему дальше. Вместо этого она улыбнулась и последовала за Твайлайт.

— Идём.

* * *

— Твайлайт, я понимаю, как ты, должно быть, себя чувствуешь, но не могла бы ты хотя бы попытаться не выглядеть такой несчастной?

Сидя за столом, заваленным остатками восхитительных яблочных пирогов, Рэрити жалела, что не может ничем помочь бедному аликорну. В то время как все угощались чудесным пиршеством, та была вынуждена сидеть и смотреть настолько голодными глазами, что единорожка боялась, что принцесса действительно может начать истекать слюной.

— Кроме того, — продолжала Рэрити, — Мне казалось, что ты не должна быть способна чувствовать голод.

Твайлайт уныло смотрела на последний кусок пирога.

— Я тоже так думала...

— Оу, да не волнуйся ты так, принцесса, — утешала Эпплджек, помогая единорожке собирать грязные тарелки и складывать их в корзину. — Обещаю, как только ты выберешься отседа, я испеку тебе такой вкуснецкий пирог, шо ты часами копытца облизывать буш.

К сожалению, вместо того, чтобы утешить, это заявление лишь усугубило состояние аликорна.

— Дорогая, я уверена, что на самом деле ты не голодна, а просто думаешь, что голодна, — настаивала Рэрити, накрывая пирог, чтобы Твайлайт больше не могла на него смотреть.

Принцесса фыркнула и отвернулась.

— А куда остальные подевались?

Единорожка огляделась и, действительно, остальных нигде не было видно.

— А, они как раз заканчивают свой реквизит для конкурса, — ответила она, поворачиваясь обратно к столу. — Они скоро придут.

— Конкурс? — спросила аликорн, поворачиваясь обратно. — Какой ещё конкурс?

Рэрити пожала плечами.

— О, так мелочь, которую предложила Пинки, вспомнив наши традиционные костюмы для Ночи поисков. Мы все уходили, чтобы подготовиться, пока вы с Эпплджек были заняты своими фермерскими вопросами.

И прежде чем Твайлайт успела поправить её, она снова повернулась в сторону.

— Девочки? Вы там готовы? Уже становится поздно!

Хор голосов раздавшийся вдалеке, включал в себя как положительный, так и отрицательный, и даже неопределенный ответ. Единорожка покачала головой. Честное слово, сделать фальшивые крылья и короны было не так уж и сложно.

Первой объявилась Флаттершай, лучезарно улыбаясь трём кобылам.

— Они почти закончили, — объявила она, хихикая, когда её взгляд упал на всё более подозрительную принцессу. — Мне больше всего нравится идея Эппл Блум.

— Но-но! Придержи оценку до конца конкурса! — пожурила её Рэрити, наблюдая, как пегаска усаживается рядом с ней.

— Флаттершай? — спросила аликорн, наклоняясь к пегаске. — Что за конкурс?

Улыбка пегаски исчезла, и она посмотрела на единорожку.

— Ты не сказала ей?

— Не сказала мне что? — спросила Твайлайт, поворачиваясь к Рэрити.

— Зачем портить сюрприз, дорогуша?

— Рэрити! — настаивала принцесса. — О чём вы говорите?!

— Ну, — сказала Эпплджек, садясь рядом с аликорном. — Эт должно быть недурно.

— Леди и джентлькольты! — раздался голос Пинки из-за ближайшего книжного шкафа. — Добро пожаловать...

Она медленно вышла из-за книжного шкафа, щеголяя аляповато сделанной бумажной версией короны Твайлайт.

— ...на первый ежегодный Понивильский конкурс двойников принцессы Книжечки!

Невпечатлённая принцесса повернулась к единорожке.

— Чего?

В ответ Рэрити лишь сверкнула улыбкой, и мгновение спустя в её копытах появилась камера.

— А теперь, приступим к судейству! — продолжила земнопони, подбежав и взяв несколько карандашей и чистых листов с ближайшего стола. Она распределила их между четырьмя другими кобылами, прежде чем официально начать конкурс к большому осторожному любопытству аликорна.

Первой категорией конкурса было «не пони», которая была встречена волной восторга и умиления, когда радостный Темис вразвалочку вышел на сцену, с очаровательной импровизированной короной на голове. Элара последовала его примеру несколько мгновений спустя, одетая в столь же очаровательную корону, хотя ей явно не особо нравилось отрываться от своей ежедневной рутины по организации свитков.

Раунд закончился вничью, поскольку никто не смог решить, кто из них умилительнее — и то, что Твайлайт лично убедилась, чтобы все проголосовали одинаково за обеих сов, делу не помогало.

Затем последовал этап для пони.

Первой на сцену вышла Эппл Блум, облачённая в пару бумажных крыльев, бумажный рог и бумажную корону — всё это вызвало искреннее одобрение её старшей сестры, за которым, в свою очередь, последовало суровое напоминание от принцессы о недопустимости предвзятости. Кобылка откашлялась и приблизилась к судьям, скромно улыбаясь.

— О-о-о, это довольно хорошо! — прошептала Флаттершай, она как и Эппл Блум видела лишь более общительную сторону Твайлайт.

— Меня зовут принцесса Твайлайт, — объявила кобылка, изо всех сил стараясь подражать кантерлотийскому акценту аликорна, — и я лучшая в магии!

Рэрити взглянула на Твайлайт, на лице которой расплылась широкая улыбка.

— Ну и ну, похоже, у кого-то уже есть победитель, а? — поддразнила она.

— Ну, она не ошибается, — прошептала принцесса в ответ. — Но нет, я дождусь остальных.

Вскоре Эппл Блум развернулась, чтобы уйти, и Скуталу появилась следом, едва не сбросив корону и рог с головы. Она подбежала к Рэрити и остальным, а затем молча смотрела на них почти целых полминуты, заставляя взрослых неловко переглядываться.

Внезапно, без видимых причин, кобылка издала болезненный стон и упала на пол, крепко зажмурив глаза и высунув язык. После ещё одной минуты молчания она громко прокашлялась.

— Ой! Прости! — сказала Пинки, взяв со стола цветок и кинув его Скуталу, которая вслепую нащупав растение, положила его себе на грудь и снова высунула язык.

Первой отреагировала Флаттершай.

— Денза...

— Ну, — добавила Эпплджек, — эт определённо было что-то.

— Я не мертва! — следом возмущённо выпалила Твайлайт. — Моё тело в трансгрессионом стазисе!

— Да ладно тебе, Твайлайт! Как по мне, эффектное представление! — ответила Рэрити. Она взяла карандаш аликорна и помахала им в её сторону. — Ну же! Выставь ей почти высшую оценку!

Принцесса моргнула, её недовольство исчезло.

— Почти? Почему «почти»?

Прежде чем единорожка успела ответить, Пинки оттащила Скуталу в сторону, уступая место следующей участнице.

Свитти вышла в короне и крыльях, которые, по мнению Рэрити, были лучшими из представленных. Кобылка несла с собой корзину для пикника, которую она поставила перед взрослыми. Затем открыла её и достала маленькое покрывало, которое бережно расстелила на земле.

Что она задумала?

Свитти достала маленькую свечку, которую попыталась зажечь с помощью своей магии. Но после трёх неудачных попыток она осторожно обратилась к Твайлайт..

— Принцесса Твайлайт? Не могли бы вы…

Твайлайт моргнула раз, два, три прежде чем сотворила заклинание, и на фитиле свечи возникло пламя. Кобылка поставила свечу на блюдце посредине покрывала и вернулась к корзине, извлекая два бумажных стаканчика, на которых мелком было выведено «элегантные бокалы». Она поставила по одному с каждой стороны, затем проделала то же самое с двумя бумажными тарелками.

Чем больше Рэрити смотрела на это, тем больше ей казалось, что это похоже на очаровательно романтичный — хотя и по-детски — пикник, и когда эта мысль возникла у нее в голове, она вспомнила, кого постоянно поддразнивала Свити.

«О, пожалуйста, нет», — подумала единорожка, страх нарастал в ней, пока она смотрела, как кобылка снова склоняется к корзинке. Денза, если она достанет оттуда что-нибудь, хотя бы отдалённо напоминающее Рэрити…

К счастью, страхи единорожки вскоре сменились замешательством, когда кобылка достала книгу. Она наблюдала, как её сестра осторожно положила книгу на одну сторону покрывала, прежде чем устроиться на противоположной.

Затем она прочистила горло и ахнула чересчур драматично.

— О, Книга! Я люблю тебя! — воскликнула Свитти. — Я хочу выйти за тебя замуж!

Твайлайт тут же громко отреагировала.

— С-Свити!

— Ну что же! — воскликнула восторженная Рэрити. — Похоже, у нас есть бесспорный победитель! Как удивительно похоже!

— РЭРИТИ!

— Эй! Ты не должна говорить, за кого собираешься голосовать, глупышка! — упрекнула Пинки, легонько стукнув единорожку по макушке листом бумаги.

После пяти долгих минут напряжённого голосования, в котором Рэрити и Твайлайт эффектно провалили секретность своих голосов, а метконосцы выныли себе право тоже участвовать в голосовании, результаты оказались следующими: Скуталу и Эппл Блум получили по два голоса, а Свити заняла первое место с разгромным счётом в четыре голоса, и в качестве приза получила последний оставшийся кусок пирога.

Пока все неохотно согласились на требование кобылки, чтобы все они смотрели, как она наслаждается своим победным пиршеством, старшая единорожка избежала наказания под видом сопровождения принцессы, которой явно не хотелось это наблюдать.

Проследовав за аликорном, Рэрити оказалась перед импровизированным пикником Свити.

— Замуж за книгу... — произнесла Твайлайт, сев и закатив глаза. А затем она повернулась к единорожке, которая села рядом с ней и игриво приподняла бровь. — Полагаю, это была твоя идея?

Рэрити возмущённо ахнула.

— Moi? Не говори глупостей. Зачем мне распространять подобные лживые слухи? Это совершенно ниже моего достоинства! — воскликнула она. — Кроме того, мы ведь уже знаем, с кем ты предпочла бы разделить пикник, м?

— Разве? — спросила аликорн, её улыбка выдавала её намерение не подыгрывать.

— Всё в порядке, Твайлайт, — продолжала единорожка, склонив голову набок. — К счастью для тебя, мне не докучает твоя непреодолимая зависимость от моего присутствия.

Принцесса отплатила самодовольной улыбкой.

— О? Интересно слышать подобное от пони, что перетащила сюда половину своей студии по собственному настоянию.

Рэрити почувствовала, как вспыхнули её щёки.

— Touché, принцесса, — сказала она, подняв копыто и изобразив тычок в мордочку аликорна, что заставило Твайлайт улыбнуться, теперь уже мягко. Рэрити оглянулась на сценический пикничок и подняла брошенную Свити корону. — Знаешь, всё же жаль, что я не участвовала в конкурсе. Осмелюсь сказать, я бы разгромила всех конкурентов.

Принцесса засмеялась,

— О, в самом деле?

— Несомненно! — настаивала Рэрити, надев миниатюрную корону, которая выглядела на ней несколько комично. После чего она левитировала столь же миниатюрные крылышки и использовала свою магию, чтобы прикрепить их к спине. Наконец, чтобы довести образ до совершенства, единорожка нахмурила брови так глубоко, как только могла, и произнесла монотонным голосом: — Я принцесса Твайлайт Спаркл, повелительница книг и сов.

— Просто поразительно, Рэрити! Всё равно что смотреться в зеркало!

— Думаешь? — спросила единорожка, издав надменный смешок. — Я бы удивилась, что у меня получается быть Твайлайт Спаркл лучше, чем у самой Твайлайт Спаркл, но я уже знаю, что я превосходна почти во всём.

— Это не так, — ответила Твайлайт, не сумев удержать строгого выражения на лице.

Рэрити захлопала ресницами и наклонилась вперёд.

— Разве я не права? — спросила она, и когда румянец украсил щёки аликорна, единорожка победно ухмыльнулась. — Рада, что ты со мной согласна.

— Н-ну, по крайней мере, ты точно не преуспела в изображении меня! Я не настолько серьёзна! Когда это я делала такое лицо?! — совсем как Рэрити минуту назад, принцесса до комичного глубоко нахмурила брови, и единорожке было до невозможности трудно сдержать смех от такого чудесного способа доказать свою правоту.

— Рэрити! Твайлайт! — раздался голос Пинки. — Где вы там?! Только вас ждём!

Единорожка обернулась, обнаружив, что остальные уже превратили холл библиотеки в круг из подушек, одеял и единственного матраса. Ночь давно наступила, а это была вечеринка с ночёвкой, в конце концов.

— Пойдём, принцесса Серьёзности?

Аликорн закатила глаза и потрусила к остальным, Рэрити следовала рядом с ней.

— Итак, кто где спит? — спросила Пинки, когда все наконец собрались; на её вопрос быстро ответили меткоискатели, метнувшись на большой матрас.

Одна за другой материальные кобылы устроились на полу, каждая прихватив себе по кипе подушек и одеялу. Когда же улеглась и сама единорожка, она наблюдала, как принцесса немедленно подбежала к ней и устроилась так близко, как только могла, не проходя через неё.

— Итак! — воскликнула Пинки, хлопнув копытами. Она заговорщически огляделась по сторонам, прежде чем загадочно прошептать: — Пришло время для лучшей части ночёвки.

— Страшные истории! — провозгласил хор трёх голосов.

— Эээ... а можно, нестрашные истории, пожалуйста?

— Чтение с последующим обсуждением? — предположила Твайлайт, моргнув, когда Рэрити подняла бровь. — Что? Разве это не лучшая часть чего угодно?

— Звёзды, ты действительно вышла бы замуж за книгу, не так ли?

— Нет, глупышки! — воскликнула Пинки Пай, хихикнув и предотвращая возмущённый протест аликорна. — Ну, в смысле, да, глупышки, потому что истории — лучшая часть вечеринок с ночёвкой! И у меня есть САМАЯ ЛУЧШАЯ.

Свити Белль подняла копыто в воздух.

— О! О! Это та, в которой Рэрити ходила смотреть на драконов?!

Пинки моргнула.

— …Ладно! Возможно, это вторая по лучшести история, потому что история о драконах действительно лучшая, особенно когда мы сказали тому тупому дракону, каким злюкой он был! — земнопони прочистила горло и выпрямилась. — Это началось очень давно… когда мне было восемь лет.

* * *

Все были поглощены тем, что Пинки называла «Великой Тайной Пропавшего Пирога». По-видимому, когда Пинки Пай была кобылкой, какой-то жеребёнок украл праздничный торт, который она испекла для вечеринки, и очевидным решением было затащить принцессу Луну в сложное детективное расследование сновидений.

— А потом, — сказала Пинки, — принцесса Луна отступила назад и — бум! Сон превратился в кошмар!

— В кошмар? — спросила Эпплджек, приподняв бровь. — Эт получается, шо кроха Физзи был не так честен, как казалось на первый взгляд.

— Видишь? — прошептала Твайлайт, наклонившись к Рэрити. Аликорн половину истории пыталась вычислить виновника и увлечённо делилась теориями со своей пассией. — Я была права!

— Но он казался таким милым, — возразила Флаттершай. — И это он сказал Пинки, где было блюдо...

— Ну, — деловито заговорила принцесса, одарив всех той улыбкой, которую она использовала, когда собиралась быть особенно умной, — принимая во внимание то, что случилось со Старейшиной Муншайн, на самом деле довольно легко сделать вывод о том, что произошло. Если помнишь...

Когда дискуссия повернулась к непорядочности Физзи Хани, единорожка не смогла удержаться, чтобы снова не отвлечься на своё любимое развлечение. Несмотря на все её поддразнивания, Рэрити хорошо знала, что Твайлайт давно избавилась от своей отстранённости первых нескольких месяцев.

В этот момент аликорн выглядела по-настоящему довольной, погружённая в собственные объяснения, её глаза воодушевлённо сверкали от истории о принцессе Луне. Твайлайт всегда была усладой для глаз, но это не шло ни в какое сравнение с её великолепием, когда она была счастлива.

Единорожка обвела взглядом остальных и остановилась на Пинки. Та тоже выглядела безмерно довольной тем, что находится здесь, её глаза были прикованы к принцессе. Во многих смысла это было её мечтой, ставшей реальностью. Вся эта ситуация в принципе походила на несбыточную мечту, ставшую явью.

Не один, не два и не три, а семь пони собрались здесь, в месте из мифов, чтобы быть рядом с Твайлайт, и все сплотились желанием помочь ей. Оглянувшись на аликорна и удовлетворённо вздохнув, Рэрити очень надеялась, что принцесса сможет понять, что она больше никогда не будет одна.

В конце концов история закончилась, принеся с собой огромное удовлетворение для Твайлайт от того, что её предположения оказались верны. Пинки воспользовалась возможностью перевести разговор на тему, о которой, как ни странно, ни одна пони — даже Рэрити — по-настоящему не задумывались: что произойдёт, когда принцесса освободится.

Когда Пинки спросила, каковы их планы, Рэрити не знала, как ответить. Она потратила так много времени на размышления о том, как освободить Твайлайт из библиотеки, что почти не задумывалась, что произойдёт после того, как им это удастся.

— Что значит, вы не знаете?! — потрясённо спросила Пинки. — Я знала, что буду делать с принцессой Луной с тех пор, как встретила её! Я собираюсь отвести её на высочайшую вершину жеребячьих гор и принести свой телескоп, и мы будем смотреть на звёзды всю ночь, а потом я отвезу её в пекарню мисс Фростинг в Мэйнхеттене, а потом... а потом даже не знаю!

— Я знаю, куда я свожу принцессу Твай, как только она выберется отседа, — сказала Эппл Блум. — Я собираюсь устроить ей экскурсию по ферме и показать старые семейные портреты.

Уши аликорна встрепенулись.

— О-о-о-о-о.

— Что? Но я хочу пойти с ней первой! — запротестовала Свити Белль. — Это была моя идея пойти искать её! Я должна выбирать, куда мы сводим её в первую очередь! И я возьму её с собой на нашу экскурсию к Заливу Подковы! — Она повернулась к сестре. — Это будет через пять месяцев, Рэрити.

Единорожка рассмеялась.

— У меня теперь есть ограничение по времени? Ясненько.

— Но Залив Подковы, типа, такой скучный! — запротестовала Скуталу. Она повернулась к Твайлайт. — Не боись, принцесса. Я отведу тебя в потрясное место. Мы едем на Радужные Водопады, и мы сможем увидеть драконов и прочие классные штуки!

— Нет, нет! Даёшь принцессу в Холлоу Шейдс! — вмешалась Пинки.

— Я хочу сводить её в Белохвостую Чащу, — сказала Флаттершай, сложив копыта. — Помните, принцесса Твайлайт? Я вам об этом рассказывала. Там полно всяких чудесных зверушек и…

— О! О! И ты упоминала, что там есть новые образцы растений! — добавила аликорн.

Флаттершай с энтузиазмом кивнула.

— Пардон, — подала голос Рэрити, привлекая всеобщее внимание, — попрошу не забывать, что спасением здесь занимаюсь я, поэтому, как мне кажется, выбор за мной. Однако, хотя я лично хочу, чтобы мы поехали в Мэйнхэттен, окончательное решение остаётся за Твайлайт.

— Поддерживаю, — сказала Эпплджек, бросив на остальных строгий взгляд. — Вам усем не кажется, шо эт она должна выбирать, куда пойти?

Принцесса выпрямилась.

— Ну, всё предложенное вами звучит как чудесные места, но...

— Но Мэйнхэттен, очевидно, лучший выбор? — вставила единорожка, захлопав ресницами, глядя на аликорна.

— Но, — продолжила Твайлайт, — Я хочу сначала посетить Холлоу Шейдс и увидеться с принцессой Луной.

— Да! — воскликнула Пинки, вскакивая на ноги. — Я выиграла! Я выиграла! Клянусь, принцесса Твайлайт, вам будет так весело! Мы можем побросать бомбы кошмаров, а затем мы можем встретиться со Старейшиной Муншайн, и я могу отвести вас на главную площадь, а затем мы можем навестить профессора Злюку и показать ему, что он неправ, а затем мы можем встретиться с принцессой Луной, а затем мы можем её…

— Тпру, притормози, сахарок! — сказала Эпплджек. — Чему б те не подождать, покуда принцесса Твай действительно там окажется, прежде чем принимать решение?

Пинки застонала.

— Но я уже вся в предвкушении! — Совсем как Свити Белль, она посмотрела в сторону Рэрити и заскулила. — Рэрити-и-и, найди книги побыстрее!

— Пинки, я делаю всё, что в моих силах, но, увы, чудес творить я не умею! — запротестовала единорожка. — А ты, позволь тебе напомнить, всё ещё не получила книги от нашего милого профессора!

Грива земнопони немного поникла.

— О-ой...

— Г`ря о потерянных книгах.

Фермерша встала и потрусила к своей седельной сумке. Она порылась внутри и через несколько мгновений вытащила то, в чём Рэрити узнала книгу Твайлайт.

— Моя книга! — воскликнула аликорн, телепортируясь к Эпплджек.

— Ты сделала это?! Бабуля действительно согласилась вернуть её? — спросила Эппл Блум, вскакивая.

— С Бабулей Смит всё оказалось не так сложно, как я ожидала. Полагаю, она знает, что мы нашли принцессу.

Она улыбнулась и протянула книгу Твайлайт.

— Немного запоздало, принцесса, но таки вот она. Только не взимай с нас никаких штрафов за просрочку, слышишь?

— Я не взимаю штрафы за просрочку, Эпплджек, — быстро сказала аликорн, а единорожка про себя подумала, что даже если бы она это делала, раздобыть необходимую гору бит было бы невозможно физически. — Спасибо, что вернули её.

— Сколько у вас уже книг, Рэрити? — спросила Флаттершай, поворачиваясь к единорожке.

Единорожка задумчиво хмыкнула. У них была книга, которую она купила в Кантерлоте, книга Фриттер Коблера, две книги, которые она нашла в Мэйнхеттене, три книги, которые были у Спринг Шауер, одна с Радужных Водопадов, одна из Хартс-Хэйвен, три книги профессора Эйва — которых, строго говоря,  они ещё не добыли — и теперь книга Эпплджек.

— Тринадцать!

— Всего тринадцать?! — воскликнула Скуталу. — Это значит, что осталось около пятидесяти!

— Семнадцать, — поправила Твайлайт, телепортируясь обратно на свое место рядом с Рэрити.

— О-о-о, может быть, принцесса Денза поможет с остальными! — предположила Пинки. — Вы можете спросить её, когда пойдёте во дворец! — Тут подошла Эпплджек, и она повернулась к ней. — Может, ты принесёшь ей яблочный пирог, Эпплджек! Я уверена, что она будет су-у-упер счастлива!

Фермерша моргнула.

— Принесть пирог принцессе Дензе? Что ж, эт конеш прекрасная идея, сахарок, однак я не собираюсь в Кантерлот. Только Рэрити.

— Что? Только Рэрити? — озадаченно спросила Пинки. — Но почему?! Принцесса не сможет отказать в помощи, если все вы будете там!

— Она права! — воскликнула Эппл Блум. — Я хочу помочь!

— Да! — добавили Свити и Скуталу, запрыгав на матрасе.

— Я уверена, что стража будут вежливее, если они увидят, что нас много, — добавила Флаттершай

Единорожка обдумала это.

— Звучит и вправду разумно, — согласилась она. Чем больше пони утверждают о существовании Твайлайт, тем больше у них шансов, что им поверят. Рэрити повернулась к фермерше. — Что думаешь, Эпплджек? Я еду на выходных, так что занятий в школе не будет, и кобылки смогут поехать.

— Ну, ежели эт не навредит Эппл Блум в школе, то не вижу причин, с чего бы и нет.

Наконец, единорожка повернулась к Твайлайт, обнаружив, что аликорн необычно молчалива.

— Что думаешь, дорогая? Считаешь, нам следует идти всем вместе?

Аликорн открыла и закрыла рот, её уши опустились достаточно низко, чтобы Рэрити поняла, что что-то не так. Принцесса откашлялась и улыбнулась.

— Звучит как отличная идея! — воскликнула она, и по радостным возгласам всех присутствующих было очевидно, что только единорожка заметила неискренность улыбки Твайлайт.

Однако Рэрити не стала давить. Она, конечно, не забудет увиденного, но не было никакой необходимости ставить аликорна в трудное положение перед остальными. Кроме того, кобылкам уже пора было спать, поэтому единорожка устроилась на полу, положив подбородок на скрещённые передние ноги, и заговорила.

— Как насчёт почитать нам сказку на ночь, принцесса Твайлайт? — невинно спросила она, широко улыбнувшись, когда аликорн подняла бровь, удивлённая, что Рэрити обратилась к ней столь официально. — Я уверена, в твоей огромной библиотеке найдётся что-нибудь, что могло бы быстро усыпить этих кобылок.

Аликорн нахмурилась.

— …Ты только что назвала мои книги скучными? — спросила она, закатывая глаза, когда единорожка по-детски хихикнула. Тем не менее принцесса встала, расправила крылья и повернулась к книжным шкафам. — Впрочем, у меня есть книга, которую я хотела бы им прочесть…

— Она про драконов?! — воскликнула Скуталу. Поездка Рэрити, безусловно, произвела на неё неизгладимое впечатление.

— Она о принцессе, влюбившейся в своего спасителя? — спросила Свити следом.

— Эт та сказка на ночь, которую ты обещала почитать Эппл Криспу? — тихо спросила Эппл Блум, и выражение лица Твайлайт было достойным ответом, её уши слегка опустились, а губы изогнулись в грустной улыбке. — Я спрашивала, можешь ли ты прочитать её мне сегодня вечером, помнишь? Тому, шо пони, которых мы любим, всегда наблюдают.

Аликорн ответила не словом, а делом. Её рог вспыхнул, и перед ней появилась старая книга. Когда она легла и открыла её, остальные пони устроились поудобнее, укутавшись в подушки и одеяла. Единорожка придвинулась как можно ближе к принцессе, и Твайлайт подвинула книгу так, чтобы она оказалась прямо перед ними.

Рэрити не могла не улыбнуться обложке: аликорн выбрала волшебную историю. Единорожке было интересно, задумывалась ли Твайлайт когда-нибудь о том, как она сама стала одним из героев прошлого, вроде тех, о которых читала в своих книгах.

— Слава небесам. Я уже боялась, что ты собираешься нам научную литературу зачитывать, — вполголоса поддразнила Рэрити, хихикнув, когда принцесса быстро бросила на неё недовольный взгляд.

— Хорошо! «Усталые путники на Каэлуме» за авторством Грэйскейл, — воскликнула аликорн, и искренняя улыбка украсила её губы. — Наша история о смертельной болезни короля и о принцессе с её телохранительницей, которые взбираются на самую высокую гору Эквестрии, чтобы попросить помощи у Богинь.

Твайлайт провела следующий час или около того за чтением, её голос заполнил библиотеку, пока остальные увлечённо слушали. Голос завораживал, думала единорожка, почти гипнотизировал, так что кобылки начали закрывать глаза, одна за другой. Даже Рэрити в конце концов поддалась, и, прижавшись к тому бесплотному нечто, из которого состояла её возлюбленная, позволила себе уснуть под голос аликорна.

Несколько часов спустя она проснулась, обнаружив, что свет приглушён почти до полной темноты, и слыша сопение пони вокруг. Единорожка насчитала Эпплджек, использовавшую свою шляпу в качестве импровизированной маски для сна, Флаттершай, двух сов, спящих рядом с ней, всех троих Меткоискательниц, свернувшихся калачиками на своём матрасе, и…и…

«А где Пинки Пай?»

— Ага! И это действительно весело, потому что я помогаю бороться с кошмарами, — раздался голос Пинки, приближающейся к Рэрити и остальным.

Единорожка быстро улеглась обратно, закрыв глаза, но оставив прикрытую ресницами щёлку, чтобы можно было смотреть, не выдав никому, что она проснулась. Рэрити увидела, как Пинки Пай появилась из прохода между книжными шкафами, и её голос понизился до шёпота. С ней был Свирл, сменивший облик на канделябр, и следом за земнопони появилась Твайлайт, уткнувшаяся носом в один из дневников сновидений Пинки.

— Погоди, я сейчас принесу следующий! — продолжила земнопони, протрусив мимо спящих кобыл в сторону входа, где лежали её седельные сумки.

Единорожка смотрела, как принцесса оглядывается по сторонам, бросая взгляд на каждого спящего пони, прежде чем направиться к самой Рэрити. Единорожка быстро закрыла глаза, чтобы через мгновение почувствовать, как магия аликорна берёт её одеяло и... укутывает её? Хвост Рэрити был мягко сдвинут, чтобы поместиться под одеялом, и как только она была полностью укрыта, кобыла почувствовала, как магия Твайлайт нежно коснулась её щеки, это было похоже на то, как пони любовно ласкают лицо своего возлюбленного.

Единорожка была совершенно не в состоянии удержаться от улыбки, её щёки залились краской, на её лице расцвело ужасно довольное выражение. Мгновение спустя до её ушей донёсся шёпот.

— Наверное, было бы лучше, если бы ты проснулась, пока я ещё читала ту историю.

Рэрити хихикнула, открыла глаза и посмотрела на недовольного аликорна.

— Едва ли это можно назвать моей виной, твой голос такой умиротворяющий.

Единорожка встала, разрушив все старания принцессы с одеялом, прикрыла зевок копытом и затем пригладила гриву. И в этот момент вернулась Пинки, приветствуя Рэрити с удивлением и энтузиазмом:

— Что я пропустила, кроме опасных приключений принцессы Даймонд с её бесстрашной телохранительницей?

— Не так уж много! — ответила земнопони, шепча и крича одновременно. — Если только ты не хотела послушать, как я рассказываю принцессе Твайлайт о принцессе Луне, тогда ты очень много пропустила!

Принцесса огляделась, убедившись, что все ещё спят, прежде чем жестом указать туда, откуда они пришли.

— Нам стоит вернуться, пока мы не разбудили остальных, — предложила она, быстро удалившись, единорожка и Пинки последовали за ней.

Пока они шли, Рэрити подавила ещё один зевок и подумала, не стоит ли ей вместо этого снова лечь спать. Как бы ей ни хотелось послушать о принцессе Луне, она знала, что Твайлайт не очень понравится, если она заснёт во время рассказа. Земнопони быстро села, взбила подушку и укрылась одеялом.

Это зрелище заставило Рэрити вздрогнуть, но прежде чем она могла бы извиниться и вернуться за своими одеялом и подушкой, те были молча телепортированы к ней аликорном, которая позаботилась о том, чтобы одеяло приземлилось точно на плечи единорожки. Рэрити довольно вздохнула, поблагодарив принцессу, прежде чем лечь, наблюдая, как Твайлайт делает то же самое.

— Принцесса Твайлайт рассказала мне о лабиринте, — сказала Пинки единорожке. — Это, наверное, было очень страшно...

— Так и было, но Твайлайт смогла справиться с этим, — ответила Рэрити.

— Я спросила Пинки, не случалось ли с ней когда-нибудь что-то подобное, — начала аликорн, — но, похоже, её единственный контакт с магией хаоса был во время вашей поездки на Радужные Водопады.

Земнопони кивнула головой.

— Ага! И вся магия хаоса, которую я видела до этого, была в сферах памяти принцессы Луны, а она сказала, что Дух не может попасть в мир снов!

Единорожка вздохнула. Она так надеялась, что Пинки сможет помочь. Лабиринт пока не решался повторить атаку, но то, что он успокоился, не означало, что он не станет пытаться снова — не то, чтобы лабиринт мог что-то поделать с защитной системой Твайлайт, но всё же. Библиотека была одним из безопасных убежищ Рэрити и её любимым местом, и мысль о том, что она стала опасной, было трудно принять.

— Хотя… может, в другом дневнике снов... — земнопони встала и умчалась, прежде чем её успели о чём-нибудь спросить. — Сейчас вернусь!

Как только она ушла, единорожка повернулась к принцессе и обнаружила, что та смотрит на неё, нахмурив брови

— О чём задумалась, Твайлайт?

— О тебе — ответила аликорн и улыбнулась, когда Рэрити рассмеялась.

— Что же это? Теперь мы крадём чужие реплики? Как не стыдно! — выговорила единорожка, укоризненно качая головой. — Тогда я украду твою!

Она прочистила горло и спросила:

— О чём ты на самом деле думаешь?

— О тебе, — повторила принцесса, и, вслед за вспыхнувшим рогом, рядом с ней появилось письмо Луны. — Я хотела сказать тебе, что прочитала письмо принцессы Луны.

— Правда?! Это замечательно, дорогуша, — воскликнула Рэрити. — Полагаю, твои опасения были необоснованными?

Твайлайт на секунду опустила взгляд на письмо, прежде чем левитировать его единорожке.

— Вот. Можешь прочитать его и узнать сама.

Рэрити взяла письмо, удивлённо глядя на аликорна.

— Я… Ты уверена? — спросила она. Читать чужие письма было не очень-то вежливо, тем более не посоветовавшись по этому поводу с отправителем.

Принцесса кивнула.

— Там есть часть, которая, я думаю, тебе понравится.

Единорожка с осторожностью развернула письмо, зная, что Твайлайт лежит рядом с ней и тихо наблюдает, совсем как Рэрити несколько часов назад со сказкой на ночь. Само письмо было аккуратно выведено розовыми чернилами, несколько слов там и тут было зачёркнуто и переписано. Получив последний кивок от принцессы, единорожка начала читать.

Дорогая Твайлайт Спаркл,

Мне о многом хотелось бы тебе рассказать, но для этого нужно куда больше времени и бумаги, чем есть у Пинки Пай.

Помнишь звёзды, на которые мы смотрели каждую ночь из моей обсерватории? Прошло много времени с тех пор, как я видела их в последний раз, и я знаю, что то же можно сказать и о тебе. Я думаю о тебе всякий раз, когда смотрю на ночное небо во снах жеребят. Я скучаю по нашим разговорам и даже по нашим спорам. Я знаю о нашей легенде уже много веков, и мне очень приятно знать, что твои книги составили тебе компанию. Они всегда были тебе вторым самым верным товарищем, не так ли?

Надеюсь, к этому времени ты уже успела пообщаться с Пинки Пай. Она любопытная и странная кобыла, но она мне очень дорога. Она вернула в моё сердце радость, которую я считала потерянной.

Она весьма высоко отзывалась о твоей Рэрити. Пинки ругает меня за такое местоимение, но ведь именно этим Рэрити и Пинки являются для нас, не так ли? Редкие пони, которые предложили нам свою помощь. Я полагаю, Рэрити рассказала тебе о нашей встрече. Мне не удалось долго пообщаться с ней, но я увидела достаточно, чтобы понять, что она пойдёт очень на многое ради тебя. Тебе следует больше доверять ей.

В конце концов, именно благодаря ей я впервые поверила, что мы сможем скоро встретиться снова. Нам будет о чём поговорить, и у нас будет время сделать это в окружении этих странных кобыл, которые решили помочь нам. Но некоторые вещи не могут ждать.

Я не знаю, что ты чувствуешь по моему поводу сейчас, но мои чувства мучают меня дольше, чем может выдержать пони. Роль, которую мы обе сыграли во всём этом, преследует меня. Это никогда не было твоей виной. Пожалуйста, помни это. Я ничего не имею против тебя, потому что для этого нет причин, и, Твайлайт, я на самом деле хочу извиниться за тот вред, который я тебе причинила.

С нетерпением жду нашей встречи.

Принцесса Луна

P.S. Пинки даёт Пинки клятву, что не запомнит содержание этого письма.

Когда Рэрити закончила, тёплая волна прокатилась по её телу. Она аккуратно сложила письмо и отдала его обратно Твайлайт.

— Ну? — спросила она. — Ты довольна?

Секунду аликорн не решалась заговорить, казалось даже, что она вот-вот заплачет, когда она кивнула головой.

— Да. Да, довольна, — сказала она, сверкнув глазами. Затем она посмотрела на единорожку и спросила: — Что ты об этом думаешь?

Рэрити не ответила, а вместо этого протянула копыто в сторону принцессы. Твайлайт на мгновение уставилась на него, не понимая, чего от неё хотят, прежде чем наконец поднять своё и осторожно прижать его к копыту единорожки, его нижняя часть прошла сквозь копыто Рэрити, вызвав у той покалывание.

— Я вытащу тебя отсюда, Твайлайт, — сказала единорожка, подняв глаза, чтобы встретиться с аликорном взглядом. — Да ты и сама это знаешь, правда?

Принцесса улыбнулась.

— Правда.

Она остановилась, и её уши немного поникли, а глаза сосредоточились на их копытах.

— …Постараешься быть осторожной в Кантерлоте?

— Конечно, моя дорогая, — ответила Рэрити с мягкой улыбкой.

— Я вернулась! — возвестила Пинки, и две кобылы быстро отдёрнули копыта.

Земнопони устроилась рядом с ними и передала свой дневник Твайлайт, обе кобылы продолжили разговор о Луне. Или, точнее, аликорн говорила, а Пинки слушала.

Единорожка легла, положив голову на подушку, и улыбнулась, когда принцесса снова осторожно укутала её в одеяло. Она удивлялась, как Твайлайт могла делать такие точные действия, параллельно ведя совершенно отвлечённый разговор с кем-то ещё. О, как было бы чудесно, если бы она могла подвинуться и прижаться к шёрстке аликорна.

Однако сейчас, слушая вдохновенные рассказы аликорна о Луне, она довольствовалась тем, что свернулась калачиком и закрыла глаза, радуясь, что больше не чувствует себя такой усталой.

В конце концов, уснуть совершенно невозможная задача, когда сидишь рядом с самым ярким светом в библиотеке.

[Изображение: https://i.imgur.com/2npYRwx.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/UKc4bSF.png]

## — Акт III — Глава 25 — Секрет старинного замка

[Изображение: https://i.imgur.com/ppNt5r9.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/ZKJfe9G.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/ZIL4oDi.png]

Поезд мчался по сельской местности, направляясь, вероятно, к самому важному городу Эквестрии.

Внутри сновали пони, занятые повседневными делами. Проводники возили тележки, наполненные разного рода яствами. Машинист взирал на тянущиеся рельсы, пока его помощник подбрасывал уголь в топку. Матери пытались утихомирить своих непослушных жеребят, а отцы читали газеты.

Перемены обычно так и происходят, верно? Незаметно для всех, кроме тех, кто в них участвует. Можно спокойно тонуть в океане лиц, и никто не остановится, чтобы помочь, потому что только утопающие знают, что они тонут.

В этом поезде была рассказана история. Древняя история, почти такая же древняя, как и принцесса, о которой в ней шла речь, и такая же неизвестная, как и её местонахождение. Древняя история, которую знали лишь единицы, потому что она передавалась из поколения в поколение в виде старых писем.

Кобыла сидела в купе одна, рядом с ней лежала пачка писем, сохранённых нетленными древней единорожьей магией. Она узнала об их существовании неделю назад, наутро после чудесной ночёвки, и настояла, чтобы их передали ей.

Это всё были письма одного жеребца, адресованные брату.

Первое письмо, было написано торопливым почерком, как будто писавшего охватила нужда излить переживания на бумагу. Рассказать о библиотеке, которую он нашёл в лесу несколько недель назад, и о прекрасной принцессе заточенной внутри. Многие листы были посвящены ей. Он говорил о её красоте, её мудрости и её улыбке. Он говорил о двух её волшебных подсвечниках, её единственных спутниках в плену одиночества. Это была она, настаивал автор. Она была принцессой из легенд.

Второе письмо, написанное почти год спустя, было более спокойным, но по-прежнему пропитанным обожанием к принцессе. Если раньше он писал о ней с благоговением, то теперь так, словно они были знакомы давным давно. Он говорил о принцессе с нежностью, как будто вся его жизнь вращалась вокруг того, чтобы видеться с ней, проводить с ней время, заставлять её принцессу улыбнуться и рассмеяться.

Он почти со стыдом признался, что мечтает о том дне, когда сможет обращаться к ней только по имени, когда станет равным ей и, возможно, их отношения пойдут и дальше. Он боялся, что принцесса не испытывает тех же чувств, но, если он освободит её, возможно, она будет более расположена отдать своё сердце. Он собирался навестить правящую принцессу и подумал, не мог бы и его брат пойти с ним.

Третье письмо, по-прежнему адресованное его брату, было написано почти четыре года спустя. Сначала там говорилось об обыденных вещах: о ферме, о семье, о деревне. В конце концов, как только формальности закончились, а вместе с ними и оправдания почему он так долго ничего не писал, он заговорил о принцессе.

Четыре года прошло с тех пор, как он видел её в последний раз, и так же, как он никак не мог найти библиотеку, так и принцесса не отпускала его сердце. Другие пони говорили, что он сошёл с ума. Он слышал, как они шептались у него за спиной, называя его безумцем Вечнодикого леса. Он так сильно жалел, что не придумал ранее способа найти библиотеку; например, не обучил зверя водить его до библиотеки или не отметил тропу камнями или ещё чем. Ему было интересно, думала ли принцесса о нём до сих пор. Его самого мысли о ней не оставляли ни на час, и каждый день земной пони ходил в лес на поиски библиотеки.

Четвёртое и последнее письмо было написано десятилетия спустя уже пожилым жеребцом и адресовано его давно почившему брату. Оно началось со слов, что, отправляя письма мёртвым, он только укрепил веру семьи в то, что сошёл с ума, но как он мог этого не сделать? Как он мог не писать, когда тяжесть смерти брата по-прежнему тяготит его? Кто знал, что древесные волки могут убивать так быстро? Может быть, если бы он не настоял, чтобы они пошли искать библиотеку вместе... Может быть... Было так много вещей, которые он хотел бы изменить.

Он говорил о дочери своего брата и о прекрасной внучке, которую она родила. Он любил её, и они проводили дни, разговаривая, когда жеребец не был в лесу. Да, дорогой брат, он всё ещё искал принцессу. Что бы она подумала, если бы они все же встретились? Она, такая же вечная и потрясающая, как сама жизнь, и он, старый и одинокий жеребец, который едва может видеть и ходить. Затем он снова заговорил о внучке.

Они разговаривали несколько дней назад, внучка сидела у него на спине, пока он прогуливался по ферме. Она спросила его, ходил ли он в лес из-за принцессы, и он ничего не ответил. Затем она спросила его, ходил ли он в лес, потому что всё ещё любит принцессу, он улыбнулся и ничего не ответил. Наконец, она спросила, любила ли его принцесса , и он ответил, что очень надеется, что нет. Жизнь без неё принесла ему бесконечное горе, и он никогда бы не пожелал вечной принцессе такой судьбы.

Много времени после того, как Рэрити закончила читать письма, когда она и её пятеро спутников шли мимо многочисленных магазинов в Лунном квартале Кантерлота, письма вновь всплыли в её сознании. Приятная в остальном поездка на поезде была испорчена их тоской, и она поймала себя на том, что скучает по Твайлайт даже больше, чем раньше.

Глупо, не так ли? Скучать по принцессе, после того как расстались всего на день. Едва ли единорожка могла представить боль, через которую прошёл Фриттер Коблер, если его чувства в этих письмах и впрямь были истинными. Рэрити была благодарна Твайлайт за то, что та не влюбилась в него, и хотя, говорила она себе, это лишь потому, что ей не хотелось, чтобы Твайлайт страдала, она осознавала, что просто не могла вынести мысль о том, что она лишь... ну-у...  замена.

—  Так что, где мы встречаемся с парнишкой? — спросила Эпплджек, отводя взгляд от витрины с одеждой.

— Я должна встретиться с ним неподалёку от статуи Одинокой Кобылы. Это где-то в районе Знаний, — ответила Рэрити, перечитывая письмо, полученное от гвардейца несколько дней назад. Убрав свиток в седельную сумку, единорожка повернулась обратно к Флаттершай и Эпплджек. — Он ещё не знает, что вы приехали со мной, поэтому я хотела бы поговорить с ним одна. Не хотелось бы, чтобы он внезапно передумал, увидев нас шестерых.

Белая пони огляделась и заметила, что кобылки вперили взгляд в витрину магазина с игрушками, который, по счастью, расположился как раз рядом с кафе.

— Почему бы вам не подождать меня там? — предложила Рэрити, кивая в сторону кафе. — Я быстро.

— Ничего не забыла? — спросила Флаттершай.

— Всё при мне! — провозгласила единорожка, похлопывая по своим тяжелым сумкам.

Учитывая, что им предстоит встреча с принцессой Дензой, Рэрити решила подготовить как можно больше доказательств, несмотря на протесты Твайлайт. Фотографии всего что только можно, будь то библиотека или принцесса, один из дневников сновидений Пинки — дополненный набросками принцессы Луны, последнее письмо Кейденс к Твайлайт и, наконец, короны Селестии и Луны.

Как раз короны и стали "pièces de résistance" или краеугольным камнем, который, как Рэрити надеялась, станет неопровержимым доказательством её слов.

Пока она трусила к району Знаний, её мысли обратились к Твайлайт и Фриттер Коблеру. По правде говоря, Твайлайт практически о нём не говорила. Очевидно, что принцесса много значила для Коблера, но было ли это чувство взаимным? О романтике, конечно, речи и не шло, но всё же... Должно быть, им было невыносимо грустно.

В конце концов, Рэрити вышла на главную площадь выше означенного района. Хотя единорожка и не нашла статую, похожую на одинокую кобылу, она снова приметила статую дракона на крыше библиотеки, ту, что видела несколько месяцев назад. В тот раз кобыла увидела его при свете луны, сейчас же, при солнечном свете, пони оценила статую во всём великолепии. Крылатый дракон выглядел уже не таким устрашающим. Было ли это из-за освещения, или же на неё так повлияли события в Рэйнбоу Фоллс? С тех пор как она повстречала Искателя и Тэгара, эти огромные монстры больше не вызывали у неё ужаса.

Рэрити остановила проходящего мимо пони, и после недолгих расспросов по поводу статуи Одинокой Кобылы она узнала, что найти её можно в фойе библиотеки. Поблагодарив пони, единорожка направилась в библиотеку, пристроившись к группе туристов, направляющихся туда же. Гид говорил с большим энтузиазмом, пока туристы вместе с Рэрити следовали за ним по лестнице в грандиозную библиотеку.

— Сюда, сюда! Пожалуйста, соберитесь вокруг меня! — попросил гид, выходя на середину фойе, не обращая внимание на громкое "Тс-с-с!", которым его наградил библиотекарь. Когда туристы с единорожкой сделали, как он просил, гид улыбнулся и копытом указал на статую позади себя. — А вот и она! Одинокая принцесса Кантерлота!

Сердце Рэрити практически остановилось.

Знакомая третья потерянная принцесса лежала на пьедестале в до боли знакомой позе — с увлечённой улыбкой и книжкой меж копыт. Только туристы с благоговением смотрели на статую, в то время как пони-библиотекари проходили мимо, будто бы не замечая её присутствия. Уму непостижимо, как много пони проходили мимо статуи каждый день, не зная..., не обращая внимания... не...

— Как и в случае с другими статуями, эта, по преданиям, также изображает одну из потерянных принцесс из легенды, — продолжал гид, указывая на надпись у основания. — Хотя на деле эта статуя называется "Верная ученица", местные же называют её "Одинокая кобыла". Кто мне скажет, почему?

Жеребёнок взволнованно поднял копыто и заговорил:

— Это потому, что пони, которые читают много книг, очень скучные!

...Скучные? Подумала Рэрити с недоверием посмотрев на жеребёнка.

Твайлайт Спаркл, что знала всё обо всём, которая с такой страстью показывала пример любви к знаниям, что это было заразительно, которая при этом была такой загадочной и такой умной, была... скучной?

Негодование заклокотало в груди Рэрити, направленное на жеребёнка и на тех пони, что активно распространяли ужасное прозвище, данное статуе Твайлайт.

Принцесса была очаровательна, потому что она была очарована всем миром. Потому что мир с его чудесами и причудами, его правила, его явления были для неё невероятными, и она дарила это ощущение всем пони вокруг. Твайлайт видела целый мир, Галактику, Вселенную на страницах книг, которые Рэрити считала неинтересными. Глазами и словами принцессы — единорожка увидела мир совершенно в ином свете, в котором вещи, казавшиеся скучными в течении многих лет, оказались яркими и исключительными, потому что такими они были для Твайлайт.

Потому что сама принцесса была исключительна во многих отношениях, кроме, пожалуй, самых очевидных.

— Хорошая догадка, но, боюсь, ответ неверный! — ответил гид, ухмыляясь предположению жеребёнка. — Как вы можете помнить, у каждой из двух других статуй принцесс было по маленькому жеребёнку. Эта же принцесса совершенно одинока.

Слова, произнесённые столь небрежно, пронзили сердце Рэрити словно кинжалы.

Одинокая кобыла, охраняемая статуей её давно пропавшего друга.

Рэрити обратилась мыслями ко времени, когда принцесса была совсем одна. В воспоминания единорожки хлынули образы Твайлайт, что никогда не делилась своими мыслями, что молча анализировала и осмысливала, что была вечно отстранённой, как бы в попытке защититься от забвения, что никогда не улыбалась, словно потеряв на это всякую причину. В такие моменты, казалось, что Твайлайт была совершенно не той принцессой, что знала Рэрити.

Её Твайлайт Спаркл смеялась над выходками Свити Белль и отпускала остроумные замечания по поводу промахов Рэрити; её Твайлайт Спаркл больше не боялась, что её оставят одну или забудут; её Твайлайт Спаркл ужасно расстроилась, когда Рэрити уснула посреди трёхчасовой лекции, но позаботилась о том, чтобы укрыть единорожку одеялом; у её Твайлайт Спаркл была ослепительная улыбка, чарующий голос, сияющие глаза и тёплый смех, все те вещи, что пробуждали в Рэрити чувства, которые доселе она не испытывала.

Гид со своей группой продолжили путь, позволив Рэрити подойти к статуе и коснуться её копытом. На мгновение опьяняющее чувство накрыло единорожку, словно она может прикоснуться к Твайлайт, представить, как мрамор превращается в тёплую шёрстку, притвориться, что может чувствовать, как бьётся сердце принцессы.

— Вот почему они тебе не поверили.

Рэрити обернулась, обнаружив облачённого в броню Рифт Шилда, стоящего неподалёку и смотрящего на статую Твайлайт.

— Пардон?

— Гвардейцы из замка. Эта статуя и послужила причиной, по которой они тебе не поверили, — уточнил он, снимая шлем.  — Они думают, что статуи, скорее, изображают принцесс по историческим хроникам. В Кантерлоте никто и не думает, что они выглядели так на самом деле, поэтому, когда ты явилась с фотографией аликорна, выглядящего точь-в-точь как статуя, которую все знают, они подумали, что ты держишь их за идиотов.

— Это их поведения не извиняет, — сухо отметила Рэрити. — Не важно, как она выглядела, гвардейцы не должны были так легко отвергать мои доказательства, и они, безусловно, не должны были судить меня на основе того, как выглядит статуя. Впрочем, что сделано, то сделано.

Рэрити повернулась к жеребцу и улыбнулась.

— Привет, Рифт. Полагаю, ты готов отвести меня к принцессе?

— Ха! Сразу к делу?

— Боюсь, что да. Так много вещей нужно обсудить с принцессой, и, насколько я помню из твоего письма, ты бы хотел "просмотреть" мои доказательства, да?

Пегас, нахмурившись, кивнул.

— Да, так что, надеюсь, ты принесла всё что смогла, — сказал он голосом, потерявшим любой намёк на игривость.

Рэрити хмыкнула.

— А то! — ответила единорожка, подумав, что это отличная возможность выставить напоказ две короны. — Одну минутку...

Пони открыла свою набитую перемётную сумку и порылась в ней в поисках корон, что были завёрнуты в бумагу и ткань, дабы избежать любых повреждений. В их поисках она наткнулась на ожерелье, потратив мгновение на проверку кристалла, который, к её облегчению, не светился.

— Есть кое-что ещё, что я хотел бы обсудить, — продолжил Рифт, и что-то в его тоне послало мурашки по спине единорожки. Подняв взгляд, Рэрити увидела, что пегас смотрит на неё, словно гонец, принёсший дурные вести.

Мигом позабыв о сумках, Рэрити выпрямилась и, сбитая с толку его внезапной серьёзностью, спросила:

— ...О чём же?

Рифт осмотрелся.

— Нет, не здесь. Я не хотел бы обсуждать это в месте, где нас невольно могут подслушать.

Напряжение Рэрити лишь возросло.

— Понимаю... — ответила она.

Благодарение всем высшим силам, что сейчас Дух её, похоже, не преследовал. Прочистив горло, единорожка решила, что, пожалуй, сейчас лучшее время для признания.

— Я тоже хотела бы что-то сказать тебе. —  Пони подняла копыто туда, где должно было быть её ожерелье. — Я пришла не совсем одна.

Рифт приподнял бровь.

—  Что?

Единорожка прочистила горло и одарила гвардейца своей самой очаровательной улыбкой.

— Видишь ли, мои друзья тоже знакомы с Твайлайт, и мне показалось замечательной идеей прийти к принцессе Дензе всем вместе! Быть может, её убедит то, что не только одна пони утверждает, что видела принцессу из легенды.

Рифт несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем оглядеться.

— А где же они?

— О! Они ждут меня подле очаровательного кафе неподалёку от Солнечного Двора. Я подумала, что будет совсем невежливо привести с собой пять пони, не предупредив тебя. В конце концов, ты оказываешь нам неоценимую услугу, и я, конечно, не хотела бы просить большего.

— И все они знают принцессу Твайлайт?

Рэрити улыбнулась, и групповое фото пони, что участвовали в пижамной вечеринке, вылетело из её сумки в сторону Рифт Шилда.

— Вот, смотри сам.

Рифт посмотрел на снимок и присвистнул.

— Неплохо, — гвардеец взглянул на единорожку и перевернул фото. — Хорошо. Сходи за ними, и направляйтесь в замок, там спросите меня. Дальше уже будем действовать на месте.

Рэрити кивнула.

— Потрясающе! Я мигом, — она повернулась, намереваясь потрусить к друзьям, но остановилась и снова взглянула на гвардейца. — Прежде чем я уйду... та «вещь», которую ты хотел обсудить, надеюсь, ничего серьёзного?

Рифт лишь улыбнулся и перед тем, как уйти сказал:

— Увидимся позже, Рэрити.

Пони смотрела ему вслед, а страх в сердце нарастал.

Что ж.

* * *

Некоторое время спустя шестёрка пони направилась к Кантерлотскому замку. Кобылки были в восторге, не обращая внимания на беспокойство старших пони.

— Может, принцесса Денза не сможет уделить нам много времени? — предположила Флаттершай, пытаясь угадать, о чём же всё-таки хотел сказать Рифт Шилд с таким мрачным настроем.

— Может быть, но... то, как он это сказал... Я почти уверена, что это что-то серьёзное, — ответила Рэрити, искренне надеясь, что ошибается.

— Рэрити права, Шай, — подхватила Эпплджек, хмуро глядя на пегаску. — Чего он там сказал, что нельзя говорить при пони, тому-что они могут услышать? Такое обычно не говорят, коль это не что-то серьёзное.

Яблочная пони повернулась к Рэрити.

— Ты ж не думаешь, что Дух нас преследует?

Единорожка вздохнула.

— Не знаю. Пока я была рядом с Рифтом, ожерелье не светилось, и я искренне сомневаюсь, что Дух столь глуп, чтобы заявиться в Кантерлот, прямо под нос всей королевской стражи.

— Если, конечно, он не работает на принцессу...  — пробормотала пегаска.

— Флаттершай!  — возмутилась Рэрити, остановившись.  — И ты туда же? Не могу в это поверить!

— Я не говорю, что она злая, — быстро оправдалась Флаттершай. — Но... все говорят, что она...

— Рэрити, и такое может быть, — вставила Эпплджек. — Ты не можешь просто слепо верить в кого бы то ни было, только, потому что у них на голове корона и они сидят на троне.

Единорожка застонала, топнув копытом.

— Эпплджек, я не глупа. Я прекрасно осознаю — не все пони заслуживают доверия, но и не могу я слепо верить нашему печально известному профессору, и бывшему Вандерболту! Да, конечно же есть вероятность, что принцесса Денза не так добра, как мы думаем, но мы же не можем упустить такую возможность привлечь всю эквестрийскую армию на нашу сторону! Я, конечно, может, и смогу найти книги Твайлайт самостоятельно, но как быть с Селестией? А с Луной?

Эпплджек смиренно вздохнула.

— Ну, мож ты и права, сахарок. Но я б хотела, чтоб ты носила ожерелье на шее, а не таскала его в сумке. Не пойму, как оно нам там поможет.

— Дорогуша, если слова профессора Эйва правдивы, тогда этот замок переполнен магией хаоса, и моё ожерелье вряд ли как-то нам поможет. Кроме того, тебе не кажется, что прогулки с ожерельем, которое постоянно светится, привлечёт к нам ненужное внимание?

— Ну, мож и правда, — согласилась земнопони.

— Ну же! — позвала Скуталу, ожидая отставших пони вместе с кобылками у входа в главные ворота. — Сейчас без вас уйдём!

Рэрити с остальными отложили разговор и нагнали кобылок. По обе стороны от входа стояло по гвардейцу, и, к большому облегчению единорожки, не те же, что в прошлый раз. Не то чтобы её это как-то волновало, или она их боялась, но обещать, что не запустит в них коронами, она не могла.

Эти же гвардейцы были намного более вежливы и пропустили кобыл без каких-либо задержек, даже сообщив о экскурсии по дворцовым садам, которая начнётся в три часа.

Множество пони бездельничали у входа в замок. Слуги курсировали между ними с взволнованными улыбками, наверняка вызванными свежими пикантными сплетнями. Торговцы и дворяне громко спорили о политике и политиках, а туристы глазели на огромное здание, их камеры то и дело вспыхивали при каждом снимке.

Кстати говоря, некоторые из них были заняты фотографированием некого королевского гвардейца, который прекрасно проводил время, одаривая туристов улыбками и позируя для фотографий. Интересный способ отвадить пони!

— Ну хоть искать не пришлось, — произнесла Рэрити, взмахом копыта приглашая остальных за собой.

Заметив её приближение, Рифт весело помахал единорожке копытом и потрусил от туристов к ней.

— А, лейтенант Рифт Шилд! А вот и друзья, о которых я говорила, — сказала Рэрити, обводя их копытом.

Жеребец, улыбаясь, кивнул.

— Привет! Рад вас всех видеть. — Тут его улыбка погасла. — А где Свити Белль? Нам уже пора выдвигаться.

— Свити? — осмотрелась Рэрити и приметила, что сестра уже около входных дверей замка, заглядывает внутрь. — Свити Белль!

Кобылка, привлечённая окликом сестры, поспешила обратно к группе.

— И-извиняюсь, — выпалила она.

— Ну в самом деле, Свити! Каково, думаешь, будет лейтенанту вести нас через замок, если ты будешь вот так вот убегать? — отчитала кобылку Рэрити, покачивая головой. Гвардеец и так выглядел достаточно напряжённым.

— Ну я же извинилась... — заныла Свити Белль, — я лишь хотела заглянуть внутрь.

— А это правильно, — сказал Рифт, — потому что пойдём мы через гораздо более интересное место!

Рэрити моргнула.

— Чего?

— О да! Мы войдём через потайной ход! — провозгласил жеребец, не вызвав вздоха восхищения лишь у старших кобыл. — Мне показалось, что это развлечёт жеребят.

— О-о-о! Это что, где, типа, всё такое тёмное и страшное? — спросила Скуталу, явно увлечённая идеей.

Рифт кивнул.

— Именно так!

— Ох, нехорошо... — пропищала Флаттершай. — Может, воспользуемся обычным входом? Мне кажется, так гораздо веселее.

— Согласна, — быстро произнесла Рэрити. — Я думаю, совершенно не нужно всё усложнять, и мне было бы более комфортно воспользоваться обычным путём, если вы не возражаете.

Рифт нахмурился, глядя на единорожку.

— Не любишь немного повеселиться? — спросил гвардеец тоном, вызвавшим у кобылы неприятные мурашки. — К тому же! — добавил он, снова улыбаясь. — Именно ты заявилась с пятью лишними пони, не предупредив меня. В таком случае придётся подождать около трёх часов, не считая обеденный перерыв, пока все бумаги оформят.

— Ну-у-у... Несколько часов не так уж и плохо.

— Ох, Рэрити, пожалуйста! — заныли младшие кобылки.

— Ну давай, Рэрити, — продолжал настаивать на своём Рифт. — Ты же выступила против драконов. Что может с тобой сделать тайный ход?

Единорожка нахмурилась и немного обдумала предложение перед тем, как ответить.

— Ну хорошо. Но если мне что-то не понравится, то мы вернёмся и подождём эти три часа.

Огромная улыбка заиграла на лице жеребца, и он потрусил в сторону.

— Пойдёмте!

Три маленькие кобылки, а также Рэрити, Эпплджек и Флаттершай неохотно последовали за ним. Вместо того, чтобы как единорожка надеялась, повести их к дверям, Рифт повёл их через дворцовые сады, не дав достаточно времени насладиться пейзажем.

В конце концов, они оказались на другой стороне замка, неподалёку от нижней части огромной восточной башни. Рэрити несколько раз моргнула, глядя на белую стену без каких-либо признаков двери перед собой, а затем, немного подняв глаза, обнаружила крошечное закрытое окошко в нескольких метрах над ними. Что-то пробормотав, единорожка повернулась к жеребцу.

— Я искренне надеюсь, что это смехотворно крошечное окно не тот тайный ход, о котором ты говорил.

Игнорируя её замечание, Рифт подошёл к стене и прищурился.

— Какой же из них...? Давненько это было... — затем поднял копыто, будто хотел коснуться одного из кирпичей, прежде чем отступить от стены. — Ага! Вот мы и на месте.

Повернувшись к Рэрити с улыбкой, он жестом указал единорожке на слегка обесцвеченный кирпич.

— Немного магии пожалуйста!

Рэрити перевела взгляд с пегаса на кирпич, не зная, что делать. Когда одна из младших кобылок прочистила горло, белая пони подошла к стене и осторожно копытом коснулась кирпича.

— Какое заклинание мне использовать? — неловко спросила она, оглядываясь на Рифта. — Боюсь, что не знакома с заклинаниями, открывающими потайные двери.

Пегас качнул головой.

— Простого прикосновения магией будет достаточно. Ход был спроектирован так, чтобы по нему могли ходить даже кобылки.

Рэрити повернулась обратно к потайному входу и сотворила простейшее заклинание, доступное каждому единорогу, — левитацию, направляя его прямо на упомянутый выше кирпич. Как только магия вошла с ним в контакт, громкий скрип раздался из-за стены, и один за другим кирпичи стали исчезать.

Словно загипнотизированная, единорожка отошла назад, пока перед группой не появилось отверстие в виде двери. Без раздумий шагнув внутрь, она не обнаружила ничего, кроме кромешной тьмы. В некотором роде это напомнило ей туннель в библиотеку, за исключением того факта, что принцесса, ожидающая её по ту сторону, не была её любимой.

Когда пони повернулась к Рифту, тот с улыбкой произнёс:

— Дамы вперёд.

Приподняв бровь, Рэрити хотела было указать, что это не совсем по-рыцарски, заставлять её идти впереди в тёмный туннель, но чувства подсказали ей, что она выше этого. Кроме того, нельзя было сказать, что тёмные туннели её всё ещё пугали.

И хотя предчувствия становились все хуже... чем скорее они с этим закончат, тем быстрее она встретится с принцессой.

Шагнув в темноту, Рэрити зажгла рог, за ней последовала Флаттершай, три кобылки, Эпплджек, замыкал же шествие Рифт. К тому моменту, когда они оказались внутри, ход закрылся, погрузив их во тьму. Единорожка порадовалась, что силы её магии хватало, чтобы осветить путь им всем. Хотя единорожка искренне ценила скудный свет от рога Свити, на самом деле тот мало чем помогал.

Единорожка шла вперед, в тоннеле царила тишина, пока внезапно не загорелся факел на стене, напугав всех, кроме Рифта, тот лишь посмеивался над напуганными кобылами. А представление с факелами тем временем не заканчивалось, через несколько секунд загорелся ещё один, и ещё, и ещё, пока весь тоннель не озарился светом.

— Смотрите!

Рэрити повернулась и заметила, что Эппл Блум указывает на одно из пятен на мрачных стенах. Подойдя, единорожка обнаружила нацарапанные на стене рисунки, в которых она узнала кьютимарки. Сияющее солнце, столь совершенное, словно вырезанное профессиональным художником, голубое кристальное сердце, с волшебной аурой вокруг него, полумесяц, нарисованный немного выше и больше солнца, и, наконец, не одна, а четыре попытки нарисовать идеальную звезду, окружённую меньшими звёздочками.

"Ох Твайлайт, — очарованно подумала Рэрити, — всегда перфекционистка".

Улыбка тут же появилась на лице единорожки, стоило ей представить Твайлайт, сидящую в тёмном туннеле, разочарованную неудачными попытками изобразить свою кьютимарку.

Рифт Шилд покашлял, дабы привлечь внимание.

— Этот туннель когда-то использовался принцессами в случае чрезвычайных ситуаций. Например, во времена нашествия крыс и ящериц, — заметил он с лёгким смешком.

Свити нахмурилась.

— Никогда не слышала об этой легенде...

Улыбка не сходила с лица жеребца.

— Есть множество вещей, что тебе пока не известны, но обещаю, скоро ты о них узнаешь. В конце концов, тебе хотелось бы получить ответы? — сказал он, махнув в туннель. — Пойдёмте же, время дорого.

На том они и продолжили путешествие, разговор перешёл на другие, более важные темы.

— Ну так что, Рифт, о чём ты хотел мне рассказать? — спросила Рэрити, уверенная, что лишних ушей здесь нет.

Пегас улыбнулся.

— Хм? А, увидишь! Терпение — это добродетель, Рэрити. — продолжал он с улыбкой. — Сейчас лучше думай о том, что сказать принцессе.

— Как ты думаешь, мы ей понравимся? — спросила Эппл Блум, присоединяясь в разговору.

— А почему нет, сахарок? — ответила Эпплджек. — Она же принцесса, в конце концов. Она должна быть милой со всеми нами.

— Не устаёт ли она, всё время быть милой со всеми пони? — спросила Свити. — Я бы не хотела быть милой с Даймонд Тиарой после того, как она так плохо к нам относилась.

— Всё время быть милым скучно, — согласился пегас, совершенно проигнорировав суровый взгляд Рэрити. Она понимала, что тот лишь пытается наладить контакт с кобылками, но она ждала от него лучшего подхода, учитывая специфику его работы.

— Вот поэтому, Свити, ты и не принцесса, — заключила Рэрити, слегка улыбнувшись на возмущённый вздох сестры.

Пока Свити перечисляла причины, по которым она была бы идеальной принцессой, спасибо большое, Рэрити оглянулась на пройденный путь. Казалось, что они уже давно трусили по туннелю, и её копыта начали уставать. Сложности добавляло то, что подъём завивался вверх, вероятно, ведя их на верхние уровни замка, и то, что волшебных факелов было мало, и находились они достаточно далеко друг от друга, заставляя всех полагаться на свет от рога единорожки.

Наконец вдалеке она заметила большую деревянную дверь. Может, это уже наконец выход? Было бы неплохо.

— Я вижу дверь! — сказала она Рифту, что шёл позади группы.

— Уже?! — отозвался тот. — Мы пришли быстрее, чем я думал.

— Ох, значит, мы пришли? — спросила Флаттершай, с явным облегчением в голосе от одной мысли переместиться в более приятное помещение.

— Нет, — ответил Рифт Шилд. — Надо подниматься выше, но...

Не дав ему закончить, три кобылки сели на пол и жалобно заныли.

— Но мы идём уже, типа, целую вечность! — жаловалась Скуталу. — И я ничего не вижу!

Несмотря на своё желание повстречать принцессу Дензу как можно скорее, Рэрити не могла удержаться от небольшой передышки. Вздохнув, она села как и кобылки, сняв свои тяжёлые седельные сумки.

— Что ж, небольшой отдых нам бы не повредил, а после можем пойти дальше, — предложила Рэрити, осматривая стены в поисках других рисунков, что могли оставить принцессы. — Ты не против, Рифт?

Жеребец, похоже, был ещё как против, выражение его лица красноречиво об этом сообщало.

— Хм. Но только быстро. Неразумно было бы оставаться тут надолго, и ещё, я с вами не пойду.

— Не пойдёшь? — удивлённо спросила Рэрити.

— Почему? — тревожно спросила Флаттершай.

— Мне надо вернуться и войти через главный вход. Нехорошо будет, если меня увидят бродящим там, куда мы попадем. Не волнуйтесь. На выходе вас встретит и сопроводит гвардеец.

— Ох...

— Не будем же заставлять его ждать, а?

— Верно подмечено, — согласилась Рэрити. И хотя ей действительно не понравилось, что они пойдут без сопровождения Рифта, в то же время она не хотела, чтобы из-за них у пегаса возникли проблемы.

— Ты взяла закуски, что я тебе дала? — спросила Эпплджек, подходя к сумкам Рэрити. — Ничто не поднимет этих кобылок быстрее, чем быстрый перекус.

— Да, они где-то там, — ответила единорожка, в надежде, что яблоки в путешествии не подпортились. Она смотрела, как земная пони роется в сумках, но вместо того, чтобы достать яблоки, фермерша на мгновение уставилась в сумку, прежде чем прикрыть её и выпрямиться.

— Ты знаешь, глупо как-то вышло, но что-то меня резко замутило.

Рэрити лишь моргнула.

— Пардон? Тебе нехорошо?

Эпплджек кивнула.

— Агась. Прям вообще худо. Не знаю, чего такое, но плоховасто, — земнопони подняла копыто, чтобы проверить температуру. — Мне мож не стоит видеться с принцессой. Я б обратно пошла.

— Ох, милая, — отозвалась Флаттершай. Повернувшись к Рэрити, она продолжила, — если ей нехорошо...

Рифт подошёл к яблочной пони с недовольной гримасой.

— Как по мне, больной ты не выглядишь, — сказал он, после осмотра.

Эпплджек продолжала настаивать на своём.

— Ну, конечно, помирающей не выгляжу и всё такое, но чувствую я себя словно яблоко червивое. К тому же я как раз вспомнила, что не взяла с собой яблочный пирог для принцессы, и мне не хотелось бы, чтоб о семье Эпплов плохо думали. К гадалке не ходи, прадедушка Джонаголд придёт ко мне в кошмарах, если это случится.

Почувствовав себя неловко, Рэрити прикусила губу.

— Я...

— Я безумно извиняюсь, Рэр, но мне кажется, надо нам обратно, — настаивала земная пони. После страдальческого взгляда, брошенного белой единорожкой, Эпплджек стиснула зубы. — Поговорим секундочку, а? Мне кажется, ты не осознаёшь, насколько жутким может быть дедуля.

Одного лишь взгляда на лицо Рифта хватило, чтобы понять — любое промедление недопустимо, но выражение лица Эпплджек было в тысячу раз серьёзнее.

— Ладно, — ответила единорожка, с каждой секундой чувствуя себя всё более тревожно.

Пронаблюдав как Эпплджек подняла перемётные сумки, Рэрити направилась за ней в туннель, подальше от остальных. Когда яблочная пони решила, что они отошли достаточно далеко, кобыла сбросила сумки и посмотрела на Рэрити.

— Что не так? — спросила единорожка, стараясь сохранять спокойствие. — Ведь что-то не так, верно?

— Я думаю, “не так” тут не подходит, — осторожно проговорила Эпплджек, стараясь говорить как можно тише. — Может, в следующий раз, когда я те скажу, что что-то не так, ты меня послушаешь.

Оглянувшись, Эпплджек продолжила.

— Тебе надо посмотреть на ожерелье.

Сказать, что ужас мгновенно заполнил разум Рэрити, это ничего не сказать. Пони смотрела на Эпплджек в полной тишине одну, две, три секунды, прежде чем бросить взгляд на седельные сумки. Она не хотела их открывать. И, конечно же, у неё не было выбора, но тем не менее.

— Рэрити.

Под давлением яблочной пони единорожка собрала нервы в копыто и наконец открыла сумку, сердце взяло бешеный ритм, и там, прямо поверх всех вещей лежало её ожерелье, мягко светящееся зелёным.

Первой мыслью было, что здесь с ней были три кобылки, которым, возможно, грозит опасность, вместе с двумя дорогими друзьями. Второй мыслью, что единственная пони, что знала что-либо о Дискорде, была за много километров отсюда, в Понивилле. А третью мысль прервал голос Флаттершай.

— Рэрити? Эпплджек? Всё хорошо? — спросила пегаска, подбегая к кобылам с выражением глубокой обеспокоенности, лишь усилившейся от выражения лиц встречавших её друзей. — Рэрити, если Эпплджек и правда плохо, нам действительно нужно...

— Со мной всё хорошо, — прошептала земнопони.

— Флаттершай, мне нужно чтобы ты сохраняла спокойствие, — начала Рэрити, чувствуя, как сама похвастаться тем же не может. — Мне нужно чтобы ты спокойно и без лишних волнений заглянула в мою сумку.

Пегаска сделала как было ей велено, и тихий звук, вырвавшийся из её рта, можно описать лишь как приглушённый крик ужаса. Затем, глубоко вздохнув, она с дрожащей улыбкой спросила:

— Т-теперь мы можем уходить отсюда?

— Нет, — быстро ответила Рэрити.

Единорожка снова посмотрела на ожерелье. По правде говоря, казалось, что яркость примерно такая же, как в Вечнодиком лесу. И светился он не так ярко, как в Хартс Хейвен, так что...

— Флаттершай, ты помнишь, что нам рассказывал профессор Эйв в Рэйнбоу Фоллс? — спросила Рэрити, и когда пегаска в ответ лишь моргнула, единорожка повернулась к земной пони. — Тот профессор, о котором я тебе рассказывала, Эпплджек. Который живёт в Холлоу Шейдс. Я случайно наткнулась на его заметки о магии хаоса, и там упоминалось, что кантерлотский дворец так и кишит ею.

Флаттершай ахнула.

— Прямо как лес!

— Именно.

Эпплджек нахмурилась.

—  Погодите-ка, вы хотите сказать, что сами-знаете-кто не тут?

— В точку, — ответила Рэрити, чувствуя, как тревога её покидает. — Ожерелье просто реагирует на...

Единорожка остановилась на полуслове, её паника усилилась десятикратно. Вместо тускло-зелёного свечения ожерелье засияло словно факел. На лицо Флаттершай снова вернулась паника, пока Эпплджек и Рэрити просто уставились на...

— Вы тут закончили?

Кобылы с пронзительным визгом шарахнулись в сторону и оказались лицом к лицу с Рифт Шилдом, который, очевидно, потерял терпение.

— … Ладненько. Похоже, что нет, — устало произнёс жеребец. — Но время у нас и правда не бесконечное.

Рэрити не могла вымолвить ни слова, и не она одна. Все уставились на него глазами, полными ужаса, а разум единорожки словно опустел. Мысли вернулись к ней лишь когда глаза Рифт Шилда опустились к сумкам.

— Рифт! — взвизгнула Рэрити, немедленно закрывая сумку, и с нервным смешком продолжила. — Рифт! Дорогуша, свет очей моих! Прости, извини пожалуйста, ты так нас напугал! Да, девочки?

Эпплджек замерла как статуя, пока Флаттершай так сильно кивала, что, казалось, голова может оторваться в любой момент. Гвардеец прищурился, на что улыбка Рэрити лишь стала шире.

Жеребца и это не проняло.

— Нам пора идти, — сказал он, а затем, улыбнувшись, добавил: — Принцесса ждёт.

А затем, молча повернувшись, потрусил обратно к младшим пони.

Как только он скрылся из виду, Рэрити повернулась к сумке, открыла её и встревоженно увидела, что яркость вернулась к прежнему тусклому свечению.

— И чегось нам теперь делать? — спросила Эпплджек, переходя сразу к делу.

Рэрити поплохело.

Она посмотрела на остальных, не в силах думать о чём-то кроме того, что это... существо, разговаривающее с кобылками, было не Рифт Шилдом, а...

Отвернувшись, единорожка подняла копыта к лицу, ведь она попала прямо в его ловушку, верно? Добровольно и глупейшим образом промаршировала с ним бок о бок, а Твайлайт здесь не было, и... и...

И если бы она была одна, она бы рискнула. В одиночку, когда лишь её жизнь на кону, она бы пошла против него. Рискнула бы сразиться с Духом, словно это каким-то бы образом отомстило бы за всё то, что он причинил Твайлайт и другим, но она была не одна.

— Мы не можем бороться с ним, — сказала Эпплджек, будто подслушав мысли Рэрити. — И не думаю, что он нам уйти отсюда позволит.

Бессмысленно. Всё было бессмысленно, и чем больше Рэрити пыталась что-то придумать, найти какой-то выход, тем меньше у неё получалось, потому что она угодила прямо в его капкан.

— Но... он сказал, что не пойдёт с нами...? — дрожащим голосом прошептала Флаттершай. — Может, принцесса Денза знает, что он здесь, и сможет остановить его...

Рэрити прикрыла глаза, напрягая память. Она смутно припоминала, что читала в книге Твайлайт о заклинании в замке, защищающем от Дискорда и его магии.

— Лучшее что мы можем сейчас сделать, это подыграть ему, — наконец сказала Рэрити, поднимая взгляд. — В одной из книг Твайлайт говорилось, что он не может попасть внутрь замка. Всё что нам нужно сделать, это пройти через дверь и найти выход оттуда. Не думаю, что нам стоит злить его, мы же не хотим закончить призраками этого тёмного туннеля?

Когда обе спутницы согласились, что это было бы ужасно, Рэрити взяла свои перемётные сумки, и они потрусили к Духу и трём кобылкам.

— Мы готовы! — сказала Рэрити, одарив их самой яркой улыбкой, на которую была способна.

Дух кивнул.

— Отлично! Не прошло и вечности, — сказал он, и единорожка неловко рассмеялась над его замечанием перед тем как тишина вновь сгустилась.

Они продолжили путь к двери, три старшие кобылы в кои-то веки шли быстрее младших. Стоило им подойти к дверям, как Дух заговорил.

— Ну вот и всё! Пора вам встретить принцессу Дензу! — провозгласил он, широко улыбаясь в ответ на одобрительные возгласы кобылок.

— В самом деле! — сказала единорожка, быстро открывая старую и скрипучую дверь магией и практически левитируя кобылок за порог, едва дав им шанс попрощаться с "Рифтом". — Огромное тебе спасибо за помощь!

— Покапрощайтебылоприятнопознакомиться, — пропищала Флаттершай, буквально вбегая за порог.

— Большое вам спасибо, — вежливо сказала Эпплджек, кивая головой и переходя на другую сторону.

— Удачи! — попрощался жеребец, ослепительно улыбаясь.

Рэрити посмотрела на него и одарила самой очаровательной улыбкой.

— Спасибо, но удача нам не понадобится, — сказала она, прежде чем развернуться, пройти через дверь и плотно её за собой закрыть.

В ту же секунду, когда дверь захлопнулась, единорожка, прижавшись к ней, сползла на пол, снова обхватив лицо копытами. И что им теперь делать? Вернуться тем же путём, которым они пришли, им не удастся, вдруг Дух ещё там? Да и гвардеец на выходе их вряд ли ждал. Она понятия не имела, где сейчас настоящий Рифт Шилд, и проклинала себя за то, что даже не попробовала заклинание связи с разбитым ожерельем.

Как бы ей хотелось, чтобы Твайлайт была здесь.

Она так отчаянно этого желала, что, казалось, стоит ей открыть глаза, и она окажется в библиотеке вместе с Твайлайт.

— Рэрити? — послышался голос Эпплджек. — Взгляни-ка.

Медленно опустив копыта, Рэрити встала, увидев тот же извилистый путь, на который смотрели остальные. Она подбежала к ним и обнаружила, что туннель усеян десятками плавающих полупрозрачных сфер.

— Чт... что это? — спросила Флаттершай, пятясь назад.

Приблизившись к одной из сфер, единорожка с удивлением обнаружила внутри камень, меняющий форму. В то же мгновение он обратился в кекс, в крошечную скрипку, в снежок, затем снова в камень, повторяя последовательность раз за разом. Взглянув повыше, она обнаружила, что один из факелов на стене был заключён в такую же сферу, внутри которой находились крошечные фейерверки, постоянно вылетающие из пламени.

И всё же... и всё же магия не была похожа ни на один защитный барьер, из тех, что она видела. Сферы выглядели хрупко, ужасно хрупко, словно могли лопнуть от малейшего прикосновения.

— Это оно!

Волнение единорожки нарастало, несмотря на тяжесть их положения.

— Заклинание, что ограничивает магию хаоса! Профессор Эйв был прав! Только не трогайте сферы! — тут же отругала она Скуталу, которая уже тянулась копытом к одной из них.

— Но почему они здесь? — спросила Эппл Блум. — Дух...

Кобылка побежала к сестре и вцепилась ей в ногу.

— Дух что, здесь?!

Эпплджек и Рэрити обменялись обеспокоенными взглядами, после чего земная пони повернулась к кобылкам, предварительно стряхнув с себя сестру.

— Так, девочки, я не хочу на вас страху нагонять, но... Ожерелье Рэрити разнюхало тут кой-чего очень плохое, и нам лучше поберечься.

Кобылки побледнели, и их желание поиграть с волшебными пузырями, очевидно, пропало. И хоть Рэрити не хотела пугать их правдой, им нельзя было рисковать тем, что кобылки сделают что-то неосторожное по незнанию.

Получив строгое внушение ни к чему не прикасаться, они продолжили путь по темному коридору, избегая всё новых и новых магических сфер. В конце концов, они добрались до другой большой двери, которую единорожка очень медленно и осторожно открыла, надеясь, что с другой стороны нет пони. Выглянув наружу, единорожка с облегчением обнаружила, что там никого нет, с этим она распахнула дверь на всю ширину и вошла вместе со всеми внутрь.

Войдя в просторный зал и оглядевшись, Рэрити почувствовала, как по спине пробежал холодок. Когда она думала о замке, ей представлялось оживлённое место с солнечным светом, проникающим через окна, с персоналом и слугами, спешащими по своим делам, но это...?

Солнечный свет не мог проникнуть вовнутрь, отрезанный шторами на всех окнах. Единственными источниками света были тускло горящие факелы, а скудный декор состоял из двух коленопреклонённых доспехов по обе стороны четырёх из пяти дверей и ещё большего количества волшебных сфер.

В нише стояла статуя, к которой Рэрити осторожно приблизилась. Это был закованный в доспехи единорог, с выпяченной грудью, гордостью во взгляде и поднятой одной из передних ног. На его нагрудной пластине был символ, отдалённо напоминающий звезду из кьютимарки Твайлайт.

Как и у статуй принцесс, у основания была надпись, но в отличие от них, на табличке было не название, а девиз.

"Я найду тебя вновь, в этой жизни, или в следующей".

Любопытно. Учитывая другие статуи, она ожидала, что тут будет принцесса Кейденс, и всё же...

— У Твайлайт, кажется, был брат? — спросила Флаттершай, присоединившись к Рэрити.

— Да, был, — ответила единорожка, почувствовав, как тоска прочно засела в её сердце, надпись приобрела совершенно другой смысл. Ужасное осознание затопило разум, что брат Твайлайт потратил всю жизнь на поиски своей потерянной младшей сестры, прямо как Фриттер Коблер.

Рэрити отступила назад, обнаружив, что больше не хочет об этом думать. Она повернулась и продолжила осмотр зала, оставив остальных восхищаться статуей. Вместо того чтобы направиться к комнатам, она дошла до конца коридора, найдя то, что, она надеялась, было выходом. Однако, к её несчастью, как только она положила копыто на ручку, то услышала два голоса по другую сторону, которые, по-видимому, вели беседу.

Стража!

Рэрити быстро отступила назад, не зная, что делать дальше. Пройти через эту дверь означало бы столкнуться с охранниками и быть замеченными; несомненно, их тут же приняли бы за незваных гостей.

Вернувшись к остальным и попросив их поискать другой выход, она прошла весь путь до другой стороны зала и подошла к одной из дверей, по бокам которых стояли доспехи. К своему удивлению, она обнаружила нарисованную кьютимарку принцессы Луны, что побудило её открыть дверь и обнаружить спиральную лестницу, ведущую наверх.

Усмирив своё любопытство, она прикрыла дверь и отошла. Единорожка увидела, как Флаттершай подходит к одной из дверей. Присоединившись к ней, она обнаружила нарисованное на двери пылающее солнце.

— Это их комнаты, — прошептала пегаска, теперь расположение статуи обрело смысл.

Рэрити подёргала ручку двери, но обнаружила, что та заперта. Смирившись, они перешли к следующей двери, на которой красовалась знакомая кьютимарка в форме звезды. Единорожка тут же попробовала открыть дверь, и улыбка озарила лицо, когда ручка повернулась и дверь распахнулась.

Кобылы вошли внутрь и обнаружили огромную комнату, заполненную пустыми книжными полками, позабытыми телескопами и другими древними устройствами. На стенах висели картины, некоторые изображали принцесс древности, на других были Твайлайт и жеребец со статуи в алькове. Было странно думать, что когда-то давным-давно Твайлайт Спаркл жила здесь.

Прямо как в зале и в секретном проходе, по комнате точно так же плавали волшебные сферы, содержащие предметы, порченные магией Дискорда.

Из общего вида выбивались карты и диаграммы, расклеенные по большей части стен, изображающие светящиеся каменные шары и их предполагаемое местоположение. На столе Рэрити нашла остатки трёх похожих шаров.

— Что это? — спросила она, не имея ни малейших идей, и всё же...

И всё же, несмотря на то, что все шары выглядели одинаковыми, один из них особо привлёк внимание единорожки, будто что-то внутри него взывало к ней.

Словно зачарованная, она приблизилась и как только коснулась шара копытом, из него вырвался огонёк света и влетел в её перемётные сумки.

Взвизг единорожки привлёк внимание Флаттершай, осматривавшей один из телескопов.

— Рэрити?

Не потрудившись ответить, единорожка стремительно открыла одну из сумок и... и не обнаружила ничего необычного. Все предметы были на своих местах, ожерелье над ними всё ещё тускло светилось зелёным.

— Чего-нить нашли? — спросила Эпплджек, входя в комнату и осматриваясь. — Ого-го! Похоже, пони отсюда съехали.

Рэрити повернулась к подруге, сердце было готово выпрыгнуть из груди.

— Ч-что?

— Говорю, нашли что-нить, девочки? —  повторила земнопони и нахмурилась. — Сахарок, с тобой всё хорошо?

— Я... —  Рэрити устало потёрла лоб. Что это был за огонёк, что это за каменные шары, почему Дискорд притворялся Рифтом, почему... — Бессмыслица какая-то.

Эпплджек моргнула.

— Бессмыслица? В каком смысле?

— Да всё как-то не так! — воскликнула белая пони, жестикулируя копытами. — Дискорд, для начала! Зачем он привёл нас сюда? Если он действительно работает с Дензой, почему бы тогда просто не провести нас через главный вход? Зачем заморачиваться с секретным проходом? Зачем изображать из себя Рифт Шилда, чтобы провести нас в замок, когда настоящий Рифт собирался сделать то же самое?

— Может, это как-то связано с тем, что Рифт хотел тебе сказать? — предположила Флаттершай, сглотнув. — Наверняка что-то плохое...

Уши пегаски опустились, и она слегка попятилась.

— Нам не стоило сюда приходить. Мы даже не можем попросить принцессу Твайлайт помочь нам, зачем бы Духу приводить нас сюда, если бы он не затеял какие-то козни, и... — Флаттершай зарылась лицом в копыта.

Эпплджек вздохнула.

— Сама не понимаю.

— Вот в этом и проблема! — продолжала Рэрити. — Мы не знаем! Вообще ни о ком ничего не знаем! Я хочу сказать, он что, решил устроить нам экскурсию по их спальням? Загнать нас в депрессию из-за статуи в коридоре?! Я ничего не понимаю!

— Сестра! Рэрити!

Они повернулись и увидели Эппл Блум подле двери.

— Пойдёмте скорее, мы что-то нашли!

Рэрити переглянулась с подругами, после чего они последовали за Эппл Блум в последнюю комнату, которая, как предполагала Рэрити, принадлежала принцессе Кейденс Первой.

За исключением того, что это была не спальня, а детская, в которой веками не играл ни один жеребёнок.

Да, там была кровать и большая картина в раме, изображающая принцессу Кейденс, её мужа и Твайлайт, но всё остальное выглядело так, словно принадлежало жеребёнку. Тем не менее все игрушки были тщательно разложены, а колыбелька рядом с кроватью была покрыта толстым слоем пыли. Если подумать, в этом был смысл. Зачем бы любой из царствующих принцесс нарушать покой комнаты первой принцессы Кейденс?

— Рэрити, смотри! — воскликнула Свити, привлекая внимание сестры от к ближайшему столу.

На нём была крайне необычная композиция: древняя книга с музыкальной шкатулкой, заключенной в защитную сферу прямо над ней.

— А это не одна из книг Твайлайт? — спросила Скуталу, готовая в любой момент схватить книгу.

Рэрити нахмурилась, и присмотрелась.

— Предсказания и пророчества, без автора. Нет, мне кажется, это не одна из них. Я почти уверена, что у всех книг был автор, но...

Но она не могла отрицать, что название было интригующим. Книга была единственной вещью, что выделялась в комнате, и если принцесса Кейденс читала её, ведь несомненно в книге было что-то важное?

Может быть... Может, вот что Дискорд хотел, чтобы они увидели?

— Ну, так мы отсюда не выйдем, — сказала Эпплджек, отходя от стола. — Либо даём о себе знать охране, либо идём обратно через тоннель. Мож, Духу надоело ждать, и он ушёл?

Рэрити прикусила губу, всё ещё размышляя по поводу книги.

— Мне кажется, оно того стоит...

Может, ей надо хотя бы забрать книгу? Твайлайт наверняка сможет найти в ней что-нибудь полезное.

Единорожка зажгла рог и окружила книгу магией, не прикасаясь к защитной сфере. Все в комнате внимательно наблюдали за происходящим, будто Рэрити собиралась показать волшебный трюк, что, по правде говоря, так и было. Она предположила, что действовать придётся быстро.

Глубоко вздохнув и сконцентрировав магию, она быстрым движением вытащила книгу из-под пузыря. Все пони замерли, наблюдая, как пузырь на несколько мгновений завис в воздухе, прежде чем, к их ужасу, лопнуть и позволить музыкальной шкатулке упасть с громким стуком.

Прошло почти полминуты, все смотрели друг на друга в ужасе, ожидая, что что-то произойдёт. Наконец, как только все начали расслабляться, шкатулка открылась и заиграла мягкую мелодию, сопровождаемую двумя пластмассовыми кобылками, гарцующими по кругу в такт мелодии.

— Ну, могло быть и ху...

Реплика единорожки оказалась прервана, когда музыка смолкла и появился большой цилиндр, прикреплённый к шкатулке, он производил впечатление странноватого фонографа.

Рэрити отступила назад.

— О нет.

Музыкальная шкатулка начала играть снова, но на этот раз музыка гремела из раструба, заставив всех в комнате прижать уши к голове.

— Рэрити! — взвизгнула Свити, прижимая копыта к ушам. — Что ты наделала?!

Единорожка, не озаботившись ответом, отчаянно пыталась выключить шкатулку, но с каждым мгновением та играла всё громче и громче.

— Быстрее, дверь! — прокричала она. — Закройте дверь!

Флаттершай бросилась выполнять указания, пока Эпплджек подошла к столу, где Рэрити держала шкатулку в поле левитации, собираясь швырнуть её в окно.

— Дай-ка сюда! — скомандовала земнопони, взяла шкатулку в копыто и бросила её на пол, где та продолжала играть. Прежде чем Рэрити усомнилась в её действиях, земная пони встала на задние ноги, а затем ударила передними по шкатулке, разбив её вдребезги, и музыка, наконец, смолкла.

— Вот так вот, — сказала она, пока все в комнате просто на неё пялились. — Теперь чего?

— А теперь мы уходим, — ответила Рэрити, радуясь, что эта пытка закончилась. Быстрым движением она спрятала книгу в сумку, прежде чем протрусить к закрытым дверям, открыть их и с визгом отпрыгнуть назад.

По ту сторону стояло четверо крайне суровых на вид гвардейцев, с оружием, направленным в её сторону. Однако не они сильнее всего напугали единорожку, поскольку прямо между ними находилась сама правящая принцесса Эквестрии, смотревшая на Рэрити сверху вниз с нечитаемым выражением лица.

Пристальный взгляд продлился недолго, главным образом потому, что в панике Рэрити без труда захлопнула дверь прямо перед принцессой, а затем прижалась к двери всем телом. Когда она обернулась, то увидела, что все её спутники уставились на неё, раскрыв рты.

Первой отреагировала Флаттершай.

— Ты... Ты что, просто закрыла дверь перед принцессой Дензой?

— Да, — ответила Рэрити, великолепно скрывая свой ужас. — Именно.

Дверь внезапно затряслась позади неё, гвардейцы пытались попасть внутрь.

— Ну, — сказала Эпплджек, садясь на пол. — Уверена, что темница придётся мне по вкусу.

Рэрити жалобно заскулила, жалея, что не может каким-то образом телепортировать их всех обратно в Понивилль. Увы, она не Твайлайт Спаркл. С неохотой единорожка отлипла от двери и повернулась готовая встретить гвардейцев лицом к лицу.

Дверь немедля открылась, явив принцессе Дензе и её стражникам пять перепуганных пони и одну невероятно очаровательную единорожку.

— Ах, принцесса Денза! — произнесла Рэрити, ослепительно улыбаясь. — Какой сюрприз, встретить вас тут!

## — Глава 26 — Наследие давно минувших дней

[Изображение: https://i.imgur.com/9uSMh5M.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/ugNfTya.png]

Поначалу принцесса Денза хранила молчание. Затем она посмотрела поверх кобыл в комнату, затем снова на Рэрити, по-прежнему молча.

— Ваше высочество! Мы позаботимся о нарушителях! — воскликнул старший единорог-гвардеец, сковывая магией копыта пони, будто заковывая их настоящими кандалами. — Пожалуйста, вернитесь в тронный зал, пока территория не будет зачищена!

— Зачищена? — запротестовала Рэрити, — Да посмотрите на нас! Со мной дети!

— Мы не плохие ребята! — проговорила Свити в ужасе. — Правда-правда!

Гвардеец открыл рот чтобы ответить, но Денза оказалась быстрее.

— Винди, прошу, убедись, что в других комнатах больше никого нет, и проводи наших гостей в тронный зал, — произнесла она с улыбкой, а затем повернулась и пошла на выход. — И сообщи моим секретарям, что все встречи на полдень отменены. Спасибо!

— Но! Ваше высочество! — запротестовал гвардеец. — Они же вторг...

— Спаси-и-ибо!

Гвардеец сжал зубы и, повернувшись к Рэрити, ослабил давление магии.

— Идёмте. И только попробуйте что-то эдакое выкинуть, мигом окажетесь в темнице.

Как единорожка узнала позже от гвардейцев, отчаянная шайка понивилльцев проникла в строго охраняемую часть дворца. Этим и объяснялись пять дополнительных охранников, вызванных для сопровождения.

Похоже, что несмотря на всё, Рэрити всё-таки докажет существование Твайлайт.

Пока пони шли в полном молчании, единорожка пыталась придумать, что, во имя Эквестрии, она скажет. Она не чувствовала себя достаточно уверенной, чтобы заявить, что сюда их привёл Дух, но рассудила, что принцесса всё равно ждала бы их из-за Рифта.

Оглянувшись, она заметила, что все были на нервах, как и она. Три кобылки были нехарактерно для них подавлены, ведь фантазии о прогулке по замку были разрушены, пока их вели коридорами словно преступников. Флаттершай тоже выглядела до крайности обеспокоенной, и лишь Эпплджек могла предложить ободряющую улыбку.

Честно говоря, единорожка ненавидела это чувство. Чувство страха и нежелания встречаться с принцессой, которой она восхищалась и которую обожала всю жизнь. С тех пор как её посетила сама идея, что принцесса Денза может оказаться не той, за кого себя выдаёт, Рэрити пыталась уложить эту мысль в голове, а теперь... Ну, по крайней мере, реакция принцессы не была похожа на реакцию плохой пони.

Путь по многочисленным коридорам и залам замка казался мучительно бесконечным. Как бы ей хотелось остановиться и получить хотя бы сутки на подготовку. Но время не ждёт ни одну пони, и точно не ждёт её.

Вдали показались приемная рядом с дверями в тронный зал, где их ожидала Леди Справедливость всея Эквестрии, готовая решить их судьбу.

Тик-так.

Когда они дошли до дверей, один из гвардейцев шагнул вперёд и трижды постучал. Затем отступил, и через мгновение дверь распахнулась. За ней находился впечатляющий зал с калейдоскопом солнечного света, проникающего через витражные окна.

Потрясающее зрелище, подумала единорожка, но, как и в предыдущем коридоре, оно казалось ненастоящим. Большинство занавесей были задёрнуты, и тусклый свет слегка подсвечивал сферы с хаосом, разбросанные тут и там.

Гвардейцы стояли по всей длине зала, глаза их были прикованы к Рэрити. И вот сейчас, больше, чем когда либо, она почувствовала себя незваной гостьей, как будто её действия раскрыли какой-то секретный культ и она вот-вот встретится с их лидером.

Всю группу проводили внутрь, и процессия медленно направилась в конец тронного зала, где принцесса Денза ожидала их за большим столом с группой из четырёх охранников, стоявших словно щит между принцессой и её подданными.

Гвардейцы, сопровождающие единорожку, остановились, и их поднятые копыта побудили Рэрити и остальных сделать то же самое. Когда все встали, четыре гвардейца двинулись, разделившись по паре, и расположились по обе стороны большого деревянного стола. Занавеси в конце комнаты были задёрнуты, но даже так единорожка без проблем видела аликорна.

Принцесса Денза была великолепна.

Неоспоримый факт, невзирая на то, была ли она злой или нет. Бледно-вишнёвая аликорн стояла перед золотым троном, её длинную разноцветную гриву удерживала простая жёлтая тиара. Тогда, в коридоре, в напряжённый момент Рэрити не заметила эфирного свечения, окружавшего принцессу, завораживающего своей странностью.

Но что действительно в тот миг подчёркивало красоту принцессы, так это выражение лица.

Рэрити привыкла видеть принцессу в совершенно иной обстановке. Парады, посвящения, всевозможные мероприятия, где Денза была в центре внимания, улыбаясь каждому, кто к ней обратится. Всегда смеётся, всегда шутит с мужем, всегда жизнерадостна.

А сейчас?

Принцесса не злилась, нет, по крайней мере, так казалось. "Любопытство", вот какое слово пришло единорожке на ум. Но это было не то любопытство, которого можно было бы ожидать от жеребёнка или от Твайлайт, столкнувшейся с новым чудом. Это было, скорее, сдержанное любопытство, и Рэрити предположила, что примерно такое лицо и бывает, когда сталкиваешься с кем-то, кто пробрался в запретную зону твоего жилища.

Тем не менее принцесса выглядела так безмятежно и царственно, что единорожка не могла не восхищаться.

И всё же...

И всё же беспокойство не покидало Рэрити, и хотя глаза её не видели ничего, кроме красоты, её... её чувства говорили ей, что что-то тут не так.

Но что?

— Принцесса, — проговорил один из гвардейцев, левитируя перемётные сумки Рэрити в воздух и помещая их на стол. — Вот всё что у них с собой было.

— Дверь в обсерваторию была неплотно прикрыта, — добавил второй гвардеец. — И они были в библиотеке. Мы...

Жеребец с беспокойством глянул на пол, перед тем как продолжить:

— Мы не знаем, делали ли они что-то с шарами.

“Они про камни, что лежали на столе?”

Поначалу принцесса Денза хранила молчание, затем посмотрела сначала на Рэрити и остальных, после чего опустила взор к сумкам. Единорожка сглотнула, вспомнив про волшебный огонёк, вылетевший из каменного шара. Ох-х, неужели она невольно украла... что бы это ни было?

— Как вас зовут, мои маленькие пони?

Рэрити моргнула, вопрос застал её врасплох. Конечно, сам вопрос не был чем-то необычным, но явно не тем, что она ожидала. Она предполагала, что это будет скорее "Что ты делала в моём дворце?" или "Почему ты захлопнула дверь у меня перед носом, и почему я не должна покарать тебя за это?"

— Р-рэрити, ваше высочество, — ответила единорожка, вежливо улыбаясь. — А это мои друзья, Эпплджек и Флаттершай, а также моя маленькая сестрёнка Свити Белль со своими подругами, Скуталу и Эппл Блум. Мы из Понивилля.

Принцесса Денза что-то промурлыкала, очевидно, не очень заинтересованная сумками.

— Понивилль? Обожаю Понивилль! Там готовят лучшие яблочные пироги, а сидр там просто восхитительный!

— Благодарю вас, ваше высочество, — произнесла с гордой улыбкой Эпплджек.

Принцесса раскрыла рот, чтобы продолжить беседу, но остановилась, вниманием её завладело что-то позади Рэрити. Единорожка обернулась и, к своему удивлению, обнаружила своё сестрёнку, тянущую копыто, словно на уроке в школе.

— Да, малышка? — спросила принцесса.

— Рэрити очень сожалеет, что захлопнула дверь перед вашим носом, принцесса Денза! — выпалила Свити. — Она не хотела! Правда-правда!

— Свити Белль! — воскликнула Рэрити в ужасе. Затем повернулась к принцессе, не сомневаясь, что её лицо пылает от стыда. — Хотя она права, ваше высочество! Я искренне, глубоко, чрезвычайно и очень сильно сожалею!

Принцесса Денза мягко рассмеялась.

— Всё в порядке, — сказала она, подмигнув. — Когда пони меня видят, они и не такое выкидывают.

И Рэрити не могла не улыбнуться, чувствуя себя чуть более комфортно.

Как кто-то мог подумать, что у принцессы были дурные намерения? Она же просто очаровательна!

— Но тем не менее, я должна спросить, — продолжала Денза, — Что именно вы делали внутри этих комнат? Они под запретом, и мои стражи обычно хорошо выполняют свою работу — не пускать туда пони.

— В-ваше высочество, — заикаясь, произнёс охранник. — Мы...

— Не расстраивайся, Винди. Ты же знаешь, что я шучу, — произнесла принцесса, улыбаясь гвардейцу. — В конце концов, я училась у лучших!

Охранник прочистил горло:

— Да, ваше высочество.

Принцесса Денза снова повернулась к Рэрити.

— Ну так?

Единорожка почувствовала, как румянец заливает её щеки.

— Я... Ну, точнее, мы... Мы хотели поговорить с вами, — запинаясь, произнесла она, не находя более подходящих к ситуации слов.

— Тогда у вас это отлично получилось, — ответила принцесса, с довольной улыбкой на губах. — Тайком проникнуть в замок, это один из способов избежать бумажной волокиты и бесконечных очередей. Вы, должно быть, хотите сообщить мне что-то действительно важное, если решились на такое.

Воцарилась тишина, пока принцесса и остальные, по всей видимости, ждали, пока Рэрити ответит и всё расскажет. Но она не могла себя заставить и вместо этого решила спросить о чём-то другом. О чём-то, что казалось важным и, судя по комментарию охранника, таким и было.

— Шары, — сказала она, опуская взгляд на сумки. — Что... Что они такое? Почему по всей комнате были диаграммы с их изображениями?

Принцесса Денза слегка качнулась назад, и её улыбка дрогнула.

— А, это древние реликвии. Я смотрю на них иногда и пытаюсь выведать их секреты, — добавила она, снова подмигивая.

— У камней нет секретов, принцесса Денза, — указала Скуталу, почти упрекая принцессу за её наивные утверждения. Рэрити чуть было не отругала кобылку.

Принцесса же лишь рассмеялась.

— У некоторых есть!

— Но... но это же вовсе не камни? — продолжала единорожка, ничуть не смутившись. Ведь эти диаграммы были расклеены по всей комнате Твайлайт, на каждой из них были её пометки, и Рэрити знала, что Твайлайт не исследовала бы что-то, что она считала не важным. — Принцесса Твайлайт исследовала их.

Это имя что-то задело внутри принцессы Дензы, и, хотя улыбка принцессы почти сразу исчезла, охранники напряглись, а самообладание Рэрити было на пределе, она продолжила:

— Эти комнаты. Это же комнаты эквестрийских принцесс? — спросила она. — Тех, из мифов.

Улыбка снова вернулась на лицо Дензы.

— Мифы не берутся из неоткуда, мои маленькие пони. И я полагаю, что они действительно существовали, иначе меня бы тут не было! — слегка откашлявшись, словно меняя тему, она спросила: — Ну так, о чём вы бы хотели меня попросить?

И снова Рэрити заколебалась говорить правду или нет, пока в голову не пришла мысль.

— Но, ваше высочество, — сказала она, делая шаг вперёд, — разве вы нас не ждали?

Вопрос застал принцессу врасплох, та моргнула и переспросила:

— Ждала вас?

— Да, — продолжала Рэрити, хотя ответ принцессы её не обнадёжил. — Один из ваших гвардейцев пообещал нам организовать с вами встречу...

Эпплджек кивнула.

— Точно так! Я даже письмо такое видела! — подтвердила яблочная пони.

Принцесса Денза нахмурилась.

— Кто? Как его звали?

И вновь, Рэрити замутило, тем не менее она продолжила:

— Рифт Шилд, ваше высочество. Я полагаю, один из ваших лейтенантов. Пегас.

Глаза принцессы Дензы расширились, точно так же, как и глаза гвардейцев неподалёку.

— Мы с ним познакомились пару месяцев назад, — вмешалась Флаттершай. — Он был с нами очень мил и попросил нас продолжить собирать улики о существовании принцесс.

— Это невозможно, — сказал гвардеец, прянув вперёд. — Рифт Шилд не...

Вытянутое копыто принцессы заставило его замолчать, и тот вернулся на место, стиснув зубы.

— Рифт Шилд сказал, что организует встречу со мной? — спросила принцесса, и после того, как Рэрити и остальные кивнули, нахмурилась ещё больше. — Лэнс Фаир, найди мне пожалуйста Рифта Шилда. Расскажи ему о сложившейся ситуации и передай, что он нужен мне немедленно.

Казалось, что с точки зрения принцессы Рифт Шилд имел какое-то важное значение, хотя Рэрити не знала, к лучшему это или к худшему. Единорожка ожидала, что скоро узнает, так как охранник уже мчался к выходу.

Но что было действительно важно, так это то, что озарение подсказало Рэрити, что, по-видимому, Рифт Шилд никогда и не предполагал, что Рэрити действительно встретится с принцессой, что выставило вмешательство Дискорда в новом, ужасающем свете, какими бы ни были намерения Духа.

— Так чего вы от меня хотели? — спросила принцесса Денза, и хотя на первый взгляд её голос не звучал враждебно, Рэрити поняла что время игр подошло к концу. Она больше не общалась с дружелюбной кобылой, но с принцессой Эквестрии.

Ей тут же вспомнились все предупреждения о принцессе Дензе, что от профессора, что от Рэйнбоу Дэш, и даже в какой-то степени от Эпплджек. Единорожка пыталась думать о Твайлайт, или о том, чтобы та сделала, и в итоге решила, что Твайлайт бы крайне обрадовалась, зная, что принцесса Денза жива, и Рэрити удалось с ней увидеться.

И если в неё поверила бы Твайлайт, так зачем давать монарху поводы для сомнения?

— Я нашла принцесс, — наконец собравшись с духом, сказала Рэрити. — Мы нашли принцесс.

На лице Дензы не дрогнул ни единый мускул.

— Вы нашли их? — спросила она медленно, можно сказать, нерешительно. Она не казалась скептично настроенной, и удивления на её лице также не наблюдалось, вообще ничего. Отсутствие эмоций ужасно сбивало с толку. — Все вы?

— О да, мэм, — ответила Эпплджек.

— Все мы, — вторила Флаттершай, получив тычок от яблочной пони.

— И вы нашли всех трёх принцесс?

— Нет, — ответила Рэрити. Хотелось бы ей знать, где же Селестия! — Только принцессу Луну и принцессу Твайлайт.

— Где же принцесса Луна? — спросила Денза, что заставило Рэрити запнуться.

— Я... Ну, не совсем нашла, ваше высочество, но она где-то неподалёку от Холлоу Шейдс. Я была там и видела её во сне, и...

— Ваше высочество... — произнёс гвардеец, переводя взгляд с принцессы на Рэрити и обратно. — Я не думаю что...

— Вэил, я понимаю и ценю твоё беспокойство, но у Рифта должны были быть причины, чтобы привести этих кобыл в замок, — сказала с любезной улыбкой принцесса своему гвардейцу. — С нашей стороны было бы по меньшей мере вежливо их выслушать, не так ли?

— ...да, ваше высочество. — ответил Вэил с кивком, и повернулся к Рэрити.

— У меня есть доказательства, ваше высочество, — быстро добавила Рэрити, ощущая себя неловко из-за проблем, доставленных страже. — Они в моих сумках!

Принцесса Денза улыбнулась, кивая единорожке, после чего дала знак гвардейцу.

— Вэил?

— Да, ваше высочество! — воскликнул он, и подбежал к столу, открыл сумки и бросил на Рэрити, которой и так было нелегко, крайне уничижительный взгляд, стоило ему вытащить книгу, которую она, э-э, позаимствовала из детской комнаты. — Она была в библиотеке Твайлайт. Почему книга в вашей сум...

— Вэил, в нашей библиотеке и без того довольно книг. Одной больше, одной меньше, с нас не убудет, — сказала принцесса Денза, и если акт воровства её и разозлил, то виду она не подала. — Продолжай, пожалуйста.

Жеребец поступил как было велено, отложил книгу и продолжил осмотр перемётных сумок. Следующим он извлёк дневник сновидений Пинки и пролистал пару страниц с растерянным выражением лица.

— Это дневник сновидений! — подсказала ему Свити.

— Есть кобыла, которая знает о принцессе Луне, она записывает свои сновидения о ней в дневники, подобные этому, — продолжала Рэрити и, прежде чем смогла себя остановить, с горечью добавила: — она несколько раз приезжала в Кантерлот с просьбами о помощи, но каждый раз её принимали за шарлатанку.

Принцесса Денза что-то пробормотала и перевела взгляд на гвардейцев, слегка нахмурив брови.

— О? Независимо от того, были у неё реальные доказательства или нет, я удивлена таким обращением с моей подданной.

Вэил прочистил горло, затем продолжил, вытащил ярко светящееся ожерелье и быстро его осмотрел.

— Заклинание света? — спросил гвардеец, но, прежде чем Рэрити смогла ответить, отложил его в сторону и продолжил исследование сумок.

Следующими были закуски, уложенные Эпплджек, после чего гвардеец снова полез внутрь, единорожка затаила дыхание, увидев, как он вытаскивает корону принцессы Луны.

По правде говоря, она могла бы выглядеть лучше, и, несмотря на все усилия, приложенные Рэрити к её полировке, корона выглядела старой и проржавевшей. С другой же стороны, вероятно, так она и должна была выглядеть, чтобы принцесса ей поверила.

— Это... — начала единорожка, поднимая взгляд на принцессу.

И, прежде чем она смогла продолжить, корона оказалась окутана волшебной аурой Дензы, коей она воспользовалась, чтобы левитировать корону к себе. К ужасу Рэрити, она никак это не прокомментировала, хотя периодически она переводила взгляд с короны на единорожку.

— Стоп, тут... — Вэил снова запустил копыто в сумку, и на этот раз достал корону Селестии. — Что... что с ней случилось?

— Племя драконов в Рэйнбоу Фоллс дало её мне, — объяснила Рэрити, наблюдая, как принцесса Денза подхватила магией корону Селестии и начала её пристально осматривать. — Остатки от битвы принцессы Селестии с Духом. Корону принцессы Луны мы нашли недалеко от библиотеки принцессы Твайлайт.

— Где её библиотека? — спросила Денза, внимательно глядя на единорожку.

— В... в Вечнодиком лесу около Понивилля, ваше высочество. Я нашла корону, когда искала свою сестру в Ночь Поисков.

И снова Денза погрузилась в молчание, хотя Рэрити могла поклясться, что принцесса стала чуть бледнее.

— А корона принцессы Твайлайт у вас здесь, с собой? — спросил Вэил, продвигая диалог.

— Нет, я не смогла её принести, — сказала Рэрити.

— Почему? — спросила принцесса.

— Он сделал корону её частью. Дух, я имею ввиду, — объяснила единорожка. — Видите ли, это элемент Магии, и Твайлайт верит, что он сделал это чтобы элемент больше не мог ему повредить.

— Понятно, — ответила Денза, опуская короны на стол. На мгновение она замолкла, и посмотрела на шестёрку пони. — Я думаю, что видела достаточно.

— По-подождите, ваше высочество, — прервал её Вэил, засунув нос в сумку по самые уши. — Тут есть ещё! Тут...

Отпрянув, жеребец вытащил несколько фотографий и письмо от принцессы Кейденс Первой. Письмо его не заинтересовало, и оно спланировало на стол, но фотографии? Его глаза, казалось, были к ним прикованы, а лицо потеряло всякую краску. — Это же... Это же...

Фотографии Твайлайт и библиотеки левитировали от него, и глаза принцессы расширились в удивлении, совсем как у гвардейца. Затем она взяла письмо, позволив фотографиям упасть на стол, открыла его и начала читать. Закончив, она бережно сложила его и положила к остальным предметам.

— Принцесса Денза, — взмолилась Рэрити, подходя ещё ближе. — Прошу, мы должны помочь им.

— Рифт Шилд вас привёл сюда? — вместо ответа спросила Денза, будто не желая помочь. — Вот почему вы были в покоях принцесс?

Рэрити запнулась.

— ... Нет, ваше высочество.

— Нет? — переспросила принцесса Денза, температура в комнате будто бы резко упала.

Единорожка стояла на своём.

— Мы... Он должен был нас встретить! У меня даже есть свиток для доказательства! — настаивала она, указывая на свои седельные сумки. — Он попросил меня встретиться с ним в замке, чтобы проводить нас к вам, но мы... Ну, мы нашли его снаружи замка около садов, но...

Голос Рэрити сорвался, потому что признать, что их обвели вокруг копыта, было трудно.

— Но теперь мы совершенно уверены, что это был не он.

— Не он? — спросила принцесса. — Что навело вас на такие мысли?

— Ну, для начала, он не повёл нас через главный вход, — объяснила единорожка. — Мы пошли к туннелю, что ведёт к покоям принцесс, как вы их назвали, и вот почему мы были там.

— Но кто был этот пони? — продолжила допрос принцесса, с каждой секундой выглядя всё более сурово.

— Конечно же Дух! — ответила Рэрити, словно это было очевидным. — Хотя... признаться, я не... Я не до конца понимаю, зачем ему вести нас к вам, когда Рифт собирался сделать то же самое. Но я точно уверена, что это был Дух!

Единорожка указала на ожерелье.

— Моё ожерелье работает как заклинание обнаружения! Принцесса Твайлайт зачаровала его, и теперь оно светится оттенками зелёного, в зависимости от того, как близко к нам Дух!

— Он светился... очень... очень ярко, — добавила Флаттершай.

Молчание принцессы Дензы затянулось. Отложив свиток, она уставилась на Рэрити, словно лицо принцессы превратилось в маску, скрывающую все мысли.

— В-ваше высочество? — спросил гвардеец, делая к ней шаг.

— Пожалуйста, проводите наших гостей из замка, — тихо произнесла принцесса, левитируя все предметы обратно по сумкам и передавая их гвардейцам.

— Чт-что? Почему?! — запротестовала Рэрити, сбитая с толку внезапной переменой отношения. — Вы мне не верите?! Что ещё мне нужно принести?! Да по вашему замку буквально разбросаны защитные сферы!

— Дело не в том, верю я вам, или нет, — спокойно и сдержанно перебила её принцесса Денза. — Всё это значения не имеет. Мне жаль, что вы прошли через такие трудности, приехав сюда, но ничем помочь я вам не смогу, и вынуждена просить вас уйти.

Неужели... Неужели правда? То, что пони говорили о принцессе?

Принцесса Кейденс действительно не желала помогать в поисках?

— Но... но вы же принцесса! — протестовала Рэрити, стуча копытом по полу.

— Д-да! — отозвалась Скуталу. — Почему вы не хотите им помочь?

— Прошу вас! Принцесса Твайлайт очень хотела увидеться с вами! Она же ваша семья! — добавила Свити.

Лишь Флаттершай и Эпплджек сохраняли молчание, и когда глаза Рэрити перехватили взгляд земной пони, кобыла подняла копыто и поправила шляпу.

— Вы же наш лидер! — взмолилась Рэрити, поворачиваясь к принцессе. — Вы должны нам помочь! Вы, среди всех пони!

И на мгновение показалось, что маска принцессы треснула, когда дрожащим голосом она ответила:

— Я знаю. Пожалуйста, уходите. Мне жаль, мне правда жаль. Я ничем не могу вам помочь.

— Но принце...!

— Прошу, — громко и чётко прервал протесты гвардеец. — Принцесса сказала своё слово.

Страж дал знак остальным, и они обступили кобыл.

— Прошу, следуйте за нами на выход.

— И не подумаю! — чувствуя, как нарастает ярость, огрызнулась Рэрити.

Проделать весь этот путь, чтобы отправиться домой с пустыми копытами?!

— Значит вот как вы решили действовать? Закрыть на всё это глаза? Я верила в вас, принцесса!

Та не отреагировала.

Единорожка стиснула зубы.

— Отлично, — прошипела она, не заботясь более о должном обращении к монарху своего королевства. С этого момента для неё единственные пони, достойные своих царственных регалий, это призраки, заключенные в разных частях Эквестрии.

— Идёмте, — сказала Рэрити, отворачиваясь и не обращая внимания на протесты кобылок. Все силы уходили на то, чтобы не повернуться и не бросить пару отборных замечаний принце... Дензе, зная, что это принесёт лишь краткое удовлетворение.

Если намерение Духа состояло в том, чтобы показать Рэрити насколько ужасной пони была Денза, то он в этом преуспел.

Оказавшись за пределами тронного зала, и после того, как двери закрылись за ними, один из гвардейцев молча передал Рэрити перемётные сумки, не спрашивая про "позаимствованную" книгу. С любопытством единорожка обнаружила, что он избегает её взгляда, будто бы ему стыдно.

"Ещё бы". Злобно подумала Рэрити, с раздражением принимая сумки, и надевая их. Принцесса Эквестрии оказалась под стать своим гвардейцам. Единорожка радовалась, что рядом не было профессора Эйва, тот наверняка посмеялся бы над её наивностью.

— Пожалуйста, следуйте за мной, — сказал гвардеец, указывая им путь.

И так бы они и сделали, если бы некий жеребец-пегас в холодно-синем доспехе не протрусил мимо них.

— Рифт! — позвал его страж. — Где ты был?!

Рифт, если это конечно был настоящий Рифт, проигнорировал вопрос и вместо этого остановился перед шестью понивилльцами, кровь отхлынула от его лица. Он выглядел напуганным. Нет, неподходящее слово. Он выглядел мертвенно бледным, и, честно говоря, он этого заслужил, учитывая то, что Рэрити хотела ему сказать.

— Вы... Прошу, скажи мне, что вы не виделись с принцессой, — сказал он, тяжело дыша, с широко раскрытыми глазами. — Умоляю!

Единорожка хмыкнула.

— О, ещё как виделись, но могу предположить, что ты бы этого не хотел!

Рифт попятился назад.

— Нет. Нет, нет, нет, — и, прежде чем его успели расспросить, поток ругательств слетел с губ жеребца и он поскакал к тронному залу, врезался в дверь и ввалился внутрь, едва успев отдать приказ: — Не позволяйте им никуда уходить!

Гвардеец запротестовал.

— Но Рифт...

— Выполнять! — рявкнул пегас, захлопывая дверь.

И теперь гадкое предчувствие вернулось в полную силу. Рэрити уставилась на закрытую дверь тронного зала и, повернувшись обратно к гвардейцам, увидела, что все они избегают её взгляда.

— Так и знала, — сказала Эпплджек. — Знала же, не так тут что-то.

— Что происходит?! — пыталась расспросить единорожка гвардейцев, но они вновь промолчали, лишь кинув на неё быстрый взгляд, перед тем как уставиться куда-угодно, кроме как на них.

— Мы... Мы сделали что-то плохое? — спросила Свити Белль, дёргая Рэрити за переднюю ногу.

— Я... я не знаю, — ответила сестре единорожка.

Несколько минут спустя двери снова отворились, и Рифт Шилд вышел из них, бледный как призрак. Он бережно прикрыл двери и повернулся к Рэрити, по всей видимости, не находя слов.

— Рифт, — решительно сказала единорожка, несмотря на неуклонно растущий ужас: — Что всё это значит? Что происходит?

— Прости, Рэрити, — ответил тот, снимая шлем. — Я сожалею.

— С-сожалеешь?

Рэрити, сделала шаг назад, прижимая уши к голове.

— О чём ты сожалеешь? О чём ты сожалеешь?! — повторила она, когда не дождалась ответа.

Не следа эмоций не осталось на лице жеребца, словно он был неизлечимо больным пациентом, узнавшим о своей судьбе.

— Я... я думал, что если буду держать тебя подальше... Если бы я не сказал тебе, то, может, ты бы не... — замолк он, не прерывая зрительный контакт.

Если бы смерть от страха существовала, Рэрити умерла бы прямо на месте. Её сердце практически остановилось, и всё в комнате превратилось в размытое пятно, за исключением глаз Рифта. Казалось, что ситуация кардинально поменялась и теперь она была неизлечимой пациенткой, а он врачом, готовым дать ужасный прогноз.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила единорожка срывающимся голосом. Она не хотела этого знать, и что-то внутри неё кричало, хотело сбежать отсюда, но, поборов ужас, единорожка снова спросила. — Говори же!

Он сделал шаг, будто в ужасе. В ужасе от неё? Или от того, что собирался сказать? Угадать она не могла, но оба варианта были одинаково страшными.

— Я... я не хотел говорить тебе, потому что даже это могло бы... — его голос надломился, как до этого у единорожки,  пегас рухнул крупом на пол, его шлем упал на пол с громким стуком. — Прости, я...

Было невыносимо видеть, как он подбирает слова.

— Мы до сих пор не знаем, как это работает... Это может передаваться от одного пони к другому, или от любого пони, что работает на принцессу, мы не знаем! Я подумал, что если ты от меня об этом не узнаешь, тогда, может, на тебя это не подействует... — он снова прервался, и снова повторил столько ставшими ненавистными для Рэрити слова. — Я правда сожалею.

— Передаваться? — переспросила единорожка, не обращая внимания на извинения, потому что сейчас она ощущала гнев, столкнувшийся со страхом, словно жалкий судья, что боится вынести обвинительный вердикт. Каждое мгновение, что он медлил, усиливало и без того удушающий страх. Каждое извинение, что он произносил, лишь распаляло гнев. — Что передаётся? О чём ты вообще говоришь?

Ответил ей другой гвардеец.

— Проклятие принцессы Кейденс.

Рэрити молчала, лишь слушая вздохи ужаса вокруг. Рифт тоже молчал, лишь смотрел на неё. На мгновение показалось, что время остановилось, слова гвардейца крутились в голове, словно заезженная пластинка.

Проклятие Кейденс.

“Как заключительный акт злодейства, он проклял её, провозгласив о том, что ни она, ни кто-либо из её потомков не смогут найти пленённых принцесс — и даже если их найдут другие, принцессы никогда не освободятся из своих тюрем.

— Мисс Рэрити, я прочёл тысячи версий этой легенды. Эта говорит, что оно распространяется только на её род. Эта утверждает, что любой, кто произнёс её имя, тоже проклят. В этих сказано, что оно поражает на всю жизнь любого, кто работал под её началом.

— Проклята? Нет никакого проклятия! Это просто оправдание, которое они придумали, чтобы не выглядеть плохо, бездействуя, пока другие делают работу за неё”.

— Но ведь нет никакого проклятия, — сказала Рэрити голосом таким слабым, словно на смертном одре, ведь если проклятие действительно существует, и оно перешло к ней, она всё равно что умерла. В неверии она замотала головой. — Н-нет никакого проклятия! Это... Это же просто оправдание! Ведь так?

— Прости, Рэрити, — сказал Рифт голосом столь искренним, что единорожке стало ещё хуже.

— Нет. Нет.

Дрожа, она повернулась к гвардейцам, что по-прежнему избегали её взора, разделяя стыд с лейтенантом.

— Смотрите на меня! — рявкнула она что было мóчи, стараясь не дать слезам застилать глаза. Когда они подчинились, она потребовала: — Он же лжёт, так ведь?

И чуть не упала в обморок, когда все опустили взгляд.

— Прошу, — взмолилась она, отчаянно нуждаясь в том, чтобы кто-то сказал ей, что проклятия не существует, потому что сейчас она уже не была в этом так уверена.

— Уходи, — приказал командным голосом Рифт Шилд.

Захваченная врасплох Рэрити повернулась к нему.

— Ч-что?

И тут, впервые, жеребец поступил должным образом. Шагнув к ней, с видом, более устрашающим, что она когда-либо видела.

— Ты говоришь, что не веришь в проклятие? Тогда не верь в него всеми силами, потому что это наша последняя надежда, — произнёс он почти угрожающе. — И не отпускай эту надежду, садись на первый же поезд до Понивилля и молись, не важно кому, да и мне всё равно, молись чтобы вновь смогла найти библиотеку. Молись, а если не молишься, то начинай прямо сейчас.

И Рэрити подчинилась.

Не говоря ни слова, единорожка повернулась и ушла, остальные ушли следом. Они не смели заговорить, пока покидали замок, молчали, пока шли из города. Да, Рэрити шла, но это словно была какая-то внешняя сила, что двигала её телом, поддерживала в ней движение, ибо сама она ничего не чувствовала.

Единорожка даже по-настоящему не осознала, что находится в поезде, пока седельные сумки не упали на пол, а их содержимое не рассыпалось. Пони сидели в вагоне, но казалось, что она была одна, никто не пошевелился, не подал виду, что это заметил.

В конце концов, Свити поднялась, чтобы убрать всё обратно, и на лице её было то, что Рэрити могла бы описать как сломленную, но искреннюю улыбку. Она аккуратно сложила всё по сумкам, сообщив, что ничего не пострадало, что было хорошо, поскольку иначе принцесса Твайлайт разозлилась бы, когда они встретились бы с ней дома, и... и... и её фраза оборвалась, голос сорвался, а на глаза навернулись слёзы.

— Мы прокляты? — тихо спросила кобылка. — Значит, мы больше никогда не увидим принцессу Твайлайт?

Рэрити не нашла в себе сил ответить. Согласиться с этим значило сделать эти слова правдой, но если не согласиться... Она не была уверена, что это не будет ложью.

Поэтому вместо слов она подняла копыто, подзывая кобылку, и Свити подчинилась безмолвной просьбе, уткнувшись в объятия старшей единорожки.

И хотя её сестра сотрясалась в рыданиях, Рэрити не могла похвастать тем же. Все эмоции покинули её, словно она стала ожившим призраком, и, о, как же это было иронично.

Именно так оно и было, потому что окутавшая её тишина была словно нависший Мрачный Жнец, готовый оказать последнюю услугу.  Но даже этой последней милости, покоя, она была лишена, ибо тишина, накрывшая неподвижно застывшую в обнимку с сестрой единорожку, была оглушительной. Такой оглушительной.

Это была самая долгая поездка в её жизни.

## — Глава 27 — Последнее письмо принцессы

[Изображение: https://i.imgur.com/74iTZLK.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/vZCwhBW.png]

— Рэрити, прошу, подожди!

Для единорожки всё утратило смысл.

Ни мольбы Флаттершай, ни призывы Эпплджек, ни даже слёзы сестры и её друзей, ни то, что она забыла свои сумки в вагоне, ни даже если мир начал бы рушиться вокруг неё, ничто не имело значения, лишь возможность добраться до библиотеки Твайлайт.

Пожалуйста, пусть я найду её, пожалуйста.

Несмотря на все те опасности, с которыми Рэрити сталкивалась, все те случаи, когда её жизнь висела на волоске, все те моменты, когда она думала, что познала глубины страха, лишь теперь единорожка поняла, что страх был чем-то таким, чего она по-настоящему ещё не испытывала.

В любой обычный день, когда её мир не был на грани краха, Рэрити потребовалось бы около пятнадцати минут, чтобы добраться от железнодорожного вокзала до дома. В этот же день она успела за пять, не обращая внимания на пони, приветствующих её, не обращая внимания на боль в груди, не обращая внимания на друзей, что давно остались позади.

По прибытии в бутик «Карусель», сердце заломило лишь сильнее, когда Рэрити обнаружила, а точнее, не обнаружила определённых существ, что должны были ждать её тут.

— Нет, — выдавила она, слёзы заполнили глаза, единорожка оббежала дом, отчаянно взывая. — Элара! Темис! Где вы?!

Но сколько бы Рэрити ни звала, они не появлялись. Шли секунды, и наконец слабость взяла своё, она в оцепенении припала к земле.

— Рэрити! Конские яблоки, да стой ты!

Единорожка оглянулась и увидела бегущую к ней Эпплджек. Рэрити встала, чувствуя, что словно кто-то другой управляет её телом, и тихо проговорила, когда яблочная пони оказалась рядом:

— Сов здесь нет.

Фраза прозвучала словно смертный приговор, вынесенный любому, кто мог её слышать. Сов здесь нет.

Эпплджек ответила не сразу, она отступила от единорожки и осмотрела бутик «Карусель». Затем кинулась ко входу, и даже сквозь дымку, что окутала разум Рэрити, она слышала, как яблочная пони зовёт сов. Мгновение спустя кобыла вернулась, и, хотя порадовать ей было нечем, она казалась не такой убитой горем, как чувствовала себя Рэрити.

— Мы прибыли раньше, Рэр. Твай не ждёт нас раньше чем завтра, — напомнила Эпплджек спокойным голосом. — Так что это не проклятие, нам просто надо подождать пока они не прилетят и...

— Я знаю куда идти, — прошептала Рэрити.

Она знала путь до библиотеки. Ей не нужны были совы, без них ей не придётся ждать, она не может ждать, и она знает дорогу. Не утруждаясь объяснениями, единорожка встала и приготовилась бежать, но тут её резко одёрнули.

— Тпру, сахарок! В таком состоянии ты щас никуда не пойдёшь! — сказала Эпплджек, испытав на себе убийственный взгляд Рэрити. — И твой взгляд меня не проймёт. Ты вся дрожишь, пуще чашки бабулиного сидра, и я не позволю тебе рисковать в таком состоянии!

— Немедленно отпусти меня, Эпплджек! — запротестовала Рэрити, полная шока и возмущения, в тщетных попытках вырваться из хватки кобылы. — Я не могу ждать пока совы явятся! Пожалуйста, Твайлайт...

— Рэрити! Эпплджек!

Пони повернулись и увидели, что к ним спешат Флаттершай и Меткоискатели. Рэрити в очередной отчаянной попытке попыталась вырваться, но яблочная пони была непреклонна.

— Эпплджек, прошу…

— Флаттершай, останься с кобылками, — сказала Эпплджек, и единорожка наконец прекратила вырываться и посмотрела на неё.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Флаттершай выглядела неуверенно.

— Но... я...

— Шай, прошу. Кто-то должен остаться и присмотреть, чтобы кобылки за нами не пошли, — продолжала земная пони, выпуская наконец единорожку из захвата. — Мы с Рэрити попробуем найти принцессу.

— А как же мы?! — запротестовала Эппл Блум. — Мы хотим...

— Нет, нет и нет, — прервала кобылку Рэрити, ответственность пересилила желание сорваться с места в карьер. — Вы остаётесь здесь. Не обсуждается.

И прежде чем она могла бы услышать ещё возражения, Рэрити помчалась к лесу, не заботясь о том, следует за ней Эпплджек или нет. Сердце взяло бешенный ритм и ускорилось ещё больше, как только в поле зрения появились деревья.

Она знала куда идти.

Она точно знала куда идти, без сомнений, она могла бы даже пройти лес с закрытыми глазами. Никакое проклятие, никакая принцесса, ничто не удержит её от Твайлайт Спаркл, ибо меньше чем через пару километров она будет в библиотеке, и это факт, а не тщетная вера.

Достигнув наконец опушки леса, единорожка замедлила бег и дала шанс Эпплджек нагнать себя.

— Рэрити, — произнесла земная пони, и единорожка знала, что, несмотря на то, что кобыла не делает попыток её остановить, действия её она всё равно не одобряет. — Ты точно уверена, что знаешь дорогу?

— Да, — ответила единорожка, ибо другого выбора у неё не было, обратное даже не рассматривалось.

— А если не? Если прокля... — предложение прервалось, когда магия захлопнула рот земнопони.

— Не смей говорить этого, — зашипела единорожка, приняв слова Рифта близко к сердцу. — Даже не думай об этом, Эпплджек. Проклятия не существует.

Проклятия не существует. Вот её мантра, вот её мученическая философия, потому что она отказывалась верить в иное. Мгновение спустя она выпустила мордочку Эпплджек, земная пони наградила Рэрити не самым довольным взглядом. Единорожка повернулась и потрусила к лесу, не прошло и минуты как ей поплохело.

И это была вовсе не метафора  Сердце Рэрити обливалось кровью, пусть пока и не в буквальном смысле, но её окутала слабость, честная и неподдельная, словно из тела выкачали всю кровь. Карьер перешёл в кантер, и чем дальше единорожка бежала в направлении, которое считала правильным, тем меньше уверенности в ней оставалось, потому кантер перешёл в лёгкую трусцу, а затем и вовсе в остановку.

Она осмотрела деревья, выбирая по какой тропке пойти. Проклятая слабость! Именно из-за неё тяжело было сосредоточиться, вспомнить путь и идти по нему. Ну почему именно сейчас? Неужели груз страха наконец навалился на неё в полную силу?

Рэрити повернулась к Эпплджек, подготовившись убеждать подругу, что она точно знает путь, дабы упредить этот вопрос, но вместо этого обнаружила ту столь же дрожащей и потерянной. Земная пони была бледна и не отрывала взгляда от единорожки, затем она сахнула пот со лба и успокаивающе помахала копытом.

— Ты же тоже это почувствовала?

Это был не вопрос, хотя и звучал как таковой.

Рэрити, переминаясь с ноги на ногу, быстро отвернулась.

— Что почувствовала? Ничего я не почувствовала, я..., нет, я прекрасно себя чувствую! Изумительно! Великолепно! — срывающимся голосом с хрипотцой ответила пони, игнорируя боль в груди, потому что с ней было всё хорошо. — Понятия не имею о чём ты! Тебе, верно, померещилось!

— Сахаро...

Рэрити шикнула на неё, снова переводя взгляд на лес. Сделав глубокий вдох, она сосредоточилась на окружении, и на том, как найти библиотеку. Всё это заняло лишь мгновение, но слабость отступила, и ей показалось, что её манит определённый путь.

— Скорее, за мной! — воскликнула она, бросаясь прочь, не сомневаясь в выборе пути. До этого страх кружил ей голову, но теперь-то он ушёл, и она снова найдёт путь.

Вот он, тот самый путь.

Чем больше единорожка думала об этом, тем больше ей казалось, что её ведёт сам лес. С минуты на минуту она увидит знакомый старый дуб, внутри которого встретит Твайлайт, совершенно защищённую от любого проклятия. Рэрити почувствовала, что уже близка к библиотеке, затем остановилась, и сердце её практически остановилось вместе с ней.

Но дошла она не до библиотеки.

Она дошла до двух огромных древесных волков, сидящих на задних лапах, словно хозяин приказал им ждать, пока несут еду.

— Не двигайся, — прошептала Эпплджек, что, честно говоря, можно было и не говорить.

Древесные волки встали, зелёная слюна капала из их пастей. Они замерли, выжидая пока кобылы сделают первый ход.

В конце концов Рэрити решилась первой и дала сигнал Эпплджек разбежаться друг от друга в разные стороны. Да, они бы разделились, но бездействие подвергало их большему риску. Земной пони план не очень-то понравился, но как только Рэрити закричала, кобылы побежали.

Ну, Эпплджек по крайней мере точно, потому что единорожка врезалась прямо в третьего древесного волка, свалившись на землю. Рэрити едва успела заслониться копытами, прежде чем волк на неё бросился.

* * *

Единорожка грезила.

Не в том смысле, что она мечтала стать всемирно известным модельером или освободить Твайлайт Спаркл. Скорее, ей снился сон, навеянный погружением в глубочайшие океаны своего разума, благодаря сомнительной книге по психологии и пяти часам пресловутой лекции от Твайлайт.

Ей приснилось, что древесный волк напал на неё, причём с особой жестокостью. Она шла по Вечнодикому лесу в поисках легендарного древа, уверенная что идёт в правильном направлении, но вместо этого попала в лапы самым отвратительным существам, обитающим в глубинах леса.

Несмотря на её мастерство, зверь был сильнее и быстрее, нога единорожки оказалась зажата в его пасти, а когти и клыки вонзились в плоть. Мучительная боль. Пони звала на помощь, уверенная, что смерть была уже близко, и если так бы и было, то она с радостью шагнула бы за порог, если бы это могло остановить боль, но нет. Вместо этого она собрала волю в копыто, одолела зверя и добралась до библиотеки.

Внутри она нашла Твайлайт Спаркл, лежащую у входа с книжкой.

"Как же она красива", внезапно подумала Рэрити. Отрада для глаз.

Рэрити подбежала к ней, пытаясь успокоить дыхание.

— Древесный волк, чуть было не напал на меня, — сказала она, словно они вели разговор о погоде. Погода? Отличная, и, кстати, меня там чуть не растерзал дикий зверь. Тот ещё опыт. Ему бы мятные леденцы для свежего дыхания.

Твайлайт подняла взгляд.

— Чуть было? Он же напал на тебя.

Единорожка посмотрела на ногу, но не увидела ран. Да, ей было больно, но, возможно, это был просто выброс адреналина. Её нога была великолепна, как и всегда.

— Ну да, но я сбежала от него! — ответила Рэрити, игриво закатывая глаза.

— Да? — произнесла Твайлайт, нахмурившись. — Ты уверена?

Поражённая вопросом, Рэрити проснулась.

Несмотря на поздний час и тусклый свет, единорожка рассмотрела скудную обстановку белой комнаты в которой находилась. Она попыталась встать с кровати, но резкая боль в ноге заставила со стоном опуститься обратно.

— Я говорю это только потому, что твоих друзей здесь нет, — раздался голос. — Но ты безмерно крута, Рэрити.

Единорожка повернулась и обнаружила Рэйнбоу Дэш, лежащую на соседней кушетке, с улыбкой смотревшую на неё.

— Я... что... где я?

— В госпитале, — ответила пегаска. — Уже как трое суток.

Рэрити моргнула. В очередной попытке встать она вскрикнула, когда невыносимая боль в ноге снова заставила её упасть обратно. Единорожка приподняла одеяло и обнаружила, что её правая задняя нога обмотана порозовевшими бинтами.

На меня... на меня действительно напали? Это был не кошмар?

— Ох, понечки, тебе надо сменить бинты, — воскликнула Рэйнбоу, чьи слова с трудом доходили до изнеможённого сознания Рэрити. — Я вызову медсестру.

— Чт... что с Эпплджек? — прошептала она, не в силах оторвать взгляд от ноги. — К-кобыла, земная пони...

— Жива, получила всего пару царапин. Она и спасла тебе жизнь, — сказала Рэйнбоу, нажимая кнопку на стене, прежде чем вернуться к кушетке. — Медсестра сказала, что Эпплджек прибежала с тобой, буквально умирающей у неё на спине.

Пегаска сняла планшет с изножья кровати и заглянула внутрь.

— Если верить этой штуке, то твоя нога стала своего рода жевательной игрушкой для древесного волка, и какие-то связки будут восстанавливаться несколько недель или больше, — пегаска протянула планшет единорожке. — Хочешь почитать?

Рэрити медленно покачала головой и снова легла на кровать, чувствуя оцепенение.

— Не волнуйся Рэр, шрамы — это потрясно! — с энтузиазмом сказала Рэйнбоу. — А шрамы на кьютимарке вообще пышут крутостью!

Кьютим... Шрамы на кьютимарке?

— Что ты здесь делаешь? — спросила Рэрити, собирая остатки воли. Единорожку осенило, и она повернулась к Дэш. — Ты встретилась с принцессой Луной?

Пегаска ухмыльнулась.

— Если бы не встретилась, меня бы тут не было! Вообще-то я хотела взять с собой Пинки, но ей пришлось остаться дома и заняться другими делами. Твой друзья кратко ввели меня в курс дела про Кантерлот. Я было спросила их, как прошло, но они особо не рассказали, так что я в общих чертах знаю, что это был провал.

Всплыли воспоминания про принцессу Дензу, про замок, про лес... про проклятие... про Твайлайт...

— Однако я не видела ищеек Дензы, — продолжала Дэш. — Я так понимаю, они решили не тратить на тебя время?

Конечно же, она не стоила того, чтобы тратить на неё время, поскольку Рэрити стала совершенно бесполезна, так ведь?

Единорожка вновь попробовала подняться, несмотря на боль.

— Рэйнбоу, ты... ты должна увидеться с принцессой Твайлайт...

— Обязательно, — беспечно ответила Дэш. — Я ещё вчера собиралась, но твои друзья отказались меня проводить. Наверное, все ещё напуганы из-за тебя, но Флаттершай сказала, что совы могут меня проводить. Не волнуйся, я передам принцессе, что ты ещё не умерла.

Рэрити ощутила, что снова проваливается в небытие, она держалась из последних сил, лишь на одном желании как-нибудь увидеть Твайлайт.

— Рэйнбоу, прошу... ты должна найти принцесс... — слова сорвались с губ сами по себе, на мгновение она ощутила, как какая-то энергия струилась вместе с ними. Направив взгляд на пегаску, единорожка ощутила, как теряет контроль над собой. — Пожалуйста.

Рэйнбоу моргнула, застигнутая врасплох.

— Да я и так собиралась! Не пугай меня тут, — сказала она и прочистила горло. — Расслабься, Рэрити. Я без труда найду принцессу Твайлайт.

Её заверения, однако, ушей единорожки не достигли, та рухнула на кровать и сознание снова погрузилось в грёзы о принцессе в лесу. Она спала и спала всю ночь, весь день и снова ночь, для того, чтобы проснуться и обнаружить рядом трёх друзей.

На мгновение она улыбнулась, надеясь на хорошие новости.

Улыбка тут же погасла, стоило ей присмотреться к их мрачным лицам.

Сначала они справились о её самочувствии, и только после этого она смогла задать свои собственные вопросы.

— Ну что? — спросила единорожка. — Как прошло? Ты нашла сов, Рэйнбоу?

Пегаска скрестила копыта на груди, и хотя она смотрела на Рэрити, единорожке всё ещё казалось, что пегаска избегает зрительного контакта.

— Совы не сработали, — ровным голосом ответила Дэш.

— В смысле "совы не сработали"? — аккуратно уточнила Рэрити, потому что наверняка Рэйнбоу ошибается, и ей нужно что-то прояснить.

Рэйнбоу переминалась с ноги на ногу и опустила уши.

— Слушай, я знаю, что звучит как чепуха, но говорю тебе: они не отвели меня. Я пыталась идти за ними в лес, и единственное, куда мы пришли, это к древесным волкам! Даже сами волки казались сбитыми с толку!

— Невозможно! — рявкнула Рэрити, пытаясь сесть, несмотря на боль, пронзившую ногу. — Ты... ты, должно быть, не...

— Что, если и на сов может действовать проклятие? — внезапно спросила Эпплджек.

— Нет! — продолжала наставить единорожка, ударяя копытом по кровати. — Рэйнбоу Дэш просто делает что-то не так!

— Нет, я не...

— Да, не так! — со злобой перебила её Рэрити. — Как только я выберусь из этого дурацкого места, я пойду с совами и тогда ты увидишь! Вообще, когда они вернутся? Я должна написать Твайлайт и... и...

На мгновение её сознание помутилось, когда она увидела ещё более помрачневшие лица Эпплджек и Флаттершай.

— Что такое? — спросила единорожка, гнев её угас. — Почему вы так смотрите? Что случилось?

Флаттершай сглотнула, прежде чем ответить.

— Принцесса Твайлайт написала тебе.

— Что?! — воскликнула Рэрити. — Когда? Почему мне сразу не сказали?!

Флаттершай опустилась к перемётным сумкам на полу и достала оттуда три письма. Но вместо того, чтобы передать их единорожке, она продолжила говорить.

— Ты спала каждый раз, когда я к тебе приходила, — объяснила пегаска. — Я их не читала.

— Ну так чего же мы ждём? — спросила Рэрити, протягивая копыто к письмам. — Мне надо сказать ей...

— Она уже знает, — прервала Эпплдлжек.

— Вчера я получила от неё письмо, — подхватила Флаттершай, вздрогнув крыльями и тщательно избегая взгляда Рэрити. — И я написала ей о проклятии и...

Пегаска замолкла, и тишина опустилась в комнате.

— Пожалуйста, — прошептала единорожка, вжимая копыта в матрас, пытаясь сохранить спокойствие. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не написала ей про древесных волков.

И снова Флаттершай ответила молчанием. Рэрити вновь ощутила, что теряет сознание, копыта взметнулись ко рту.

— Ты... ты сказала ей?! — повторила вопрос единорожка, почти решил вскочить с кровати и побежать и... и... и сделать хоть что-то! — Зачем ты это сделала?! Ты хочешь, чтобы Твайлайт мучалась?

Пегаска поморщилась и съёжилась на кушетке.

— Ну-у, я...

— Я попросила её написать, — твёрдо сказала Эпплджек, садясь прямо. — Принцесса была крайне обеспокоена тем, что ты не отвечаешь на её письма, и я не собираюсь заставлять Флаттершай лгать о таких серьёзных вещах.

Рэрити стиснула зубы, почти дрожа от гнева. Как они... Как посмели... Она должна была рассказать Твайлайт что случилось! Она должна была сказать ей, а Твайлайт не должна была узнать, пока её "друзья" просто не... не рассказали, не спросив её мнения?!

Единорожка откинулась в кровати, не желая больше их видеть.

— Слушай, я уверена, что принцесса Твайлайт скоро напишет тебе это банальное письмо с пожеланиями скорейшего выздоровления, — сказала Рэйнбоу. — Так что расслабься, лады?

Рэрити не ответила. Слова пегаски лишь разрушили остатки радости, что единорожка испытала при виде друзей.

— Мы сделали это только потому, что ты с принцессой нам не безразличны, — сказала Эпплджек, более не делая попыток оправдаться. Единорожка услышала, как земная пони встала, мгновение спустя копыто похлопало её по плечу. — Постарайся отдохнуть, уверена, что когда ты проснёшься, то первым делом получишь новое письмо от принцессы.

* * *

В течение трёх недель, после того, как Твайлайт Спаркл перестала писать, Рэрити снились очень жестокие сны.

Единственно этим словом можно было описать происходящее в них, но, если бы кто-то другой заглянул в сны единорожки, он оказался бы сбит с толку.

Где же тут жестокость, в снах, где Рэрити проводит дни в библиотеке, занимаясь тем же, чем занималась наяву? Кто-то даже назвал бы эти сны скучными, ведь в них единорожка с Твайлайт говорили о самых повседневных вещах, проводили время вместе, читали книги, работали с одеждой. Жестокостью нельзя было назвать и пробуждение. Ну в самом деле, кто был бы опечален, проснувшись от столько скучного сна?

Раздались три стука в дверь, уши Рэрити прижались к голове.

Нет, не надо, хотелось сказать ей. Пустите, я вернусь к ней.

Единорожка услышала, как дверь открылась, и раздался голос Свити:

— Рэрити! Проснись! — после того, как та ответила молчанием, кобылка забежала в комнату и встряхнула сестру. — Ну давай, хватит притворяться, я же знаю, что ты не спишь.

— Совы вернулись?

— Нет, — ответила Свити. — Но все собрались внизу на блинчики!

— Забавно. Не помню, чтобы приглашала кого-либо на завтрак, — сухо отметила Рэрити, зашипев от боли, когда сестра похлопала её по задней ноге.

— Уф, ну давай, Рэрити, пойдём! Хватит дуться! Ты сама мне говорила, что если хмуриться, то останутся морщинки.

Единорожка лишь фыркнула.

— Говорила, вот только статус пленницы в собственном доме как-то не способствует расслаблению.

— Увидимся внизу, — сказала Свити и вышла из комнаты.

Рэрити дождалась, пока сестра закроет дверь, затем вздохнула и перекатилась на бок, слегка поморщившись, когда бинты натянулись на ранах. Мысли о травмах более не вызывали слёз, но всё же...

Если бы Твайлайт была здесь, она бы давно её исцелила.

Но здесь её не было...

Единорожка глубоко вдохнула и села, выдыхая сквозь стиснутые зубы. Оглядевшись, она нашла ногавку и неохотно левитировала к себе. Как же она её ненавидела. Выглядела столь же неприятно как гипс, привлекала внимание к её травмам, а единственное, что было в нёй хорошего, так это цвет, лавандовый, как шёрстка Твайлайт.

“Выглядит так, — сказала Свити, — будто принцесса Твайлайт бережёт твою ногу!”

Единорожка старалась не смотреть на ногу, пока надевала ногавку. Раны покрывали бок, а стоило взгляду упасть на изуродованную тремя рваными следами от клыков кьютимарку, она...

Ну же, Рэрити, будь выше этого, подумала единорожка, сдерживая слёзы и отводя взгляд. Будь выше этого.

— Рэрити! — раздался голос. — Ну ты где там?

— Уже иду!

Единорожка вздохнула.

Каждый день одно и то же.

Проснуться, шить одежду, раз в пять дней — дохромать до врача, раз в три дня — до спа, через день — чай с Флаттершай, после чего домой и спать. Если убрать посещение врача, распорядок ничем бы не отличался от её жизни в прошлом году. Друзья постоянно приходили к ней, старались подбодрить, ведь травма сделала её чем-то вроде нежного цветка, что нуждается в защите, но вместо благодарности Рэрити лишь злилась. Раздражённая. Сломленная. Жалкая.

Единорожка подняла копыто и прижала к треснувшему ожерелью на шее. Столько тщетных попыток, и всё же, она вновь закрыла глаза и попыталась сотворить заклинание связи, и снова ничего, прямо как в прошлый раз, и раз до этого, и...

Отпустив ожерелье, она наконец поднялась с кровати и в момент касания больной ногой пола, вновь поморщилась.

Когда наконец она решила почтить подруг своим присутствием, единорожка увидела, как Рэйнбоу Дэш, Флаттершай, Свити Белль и Эппл Блум возятся на кухне, судя по запаху, готовя восхитительные блинчики.

— О, доброе утро! — поприветствовала Флаттершай, отставляя миску с тестом и улыбаясь Рэрити. Глаза пегаски на мгновение скользнули по ноге единорожки, прежде чем снова подняться. — Хорошо спалось?

— Этой ночью неплохо, прошлой вот был кошмар, — ответила Рэрити, придвигая стул, в раздумьях — садиться или нет? — Как вам имя Аметист Винд? Ужасное, правда?

— Хей, Рэрс, у тебя чего, кленового сиропа нет? — вклинилась в беседу Рэйнбоу, пока рылась в кухонных шкафчиках.

— Ну, если на видном месте нет, значит, должно быть, кончился, — ответила единорожка, поймав взгляд Эппл Блум на своей ноге. Уже давно Рэрити поняла, что прятать своё любопытство у Свити Белль и Эппл Блум получалось ужасно, хотя Скуталу даже и не пыталась, вместо этого таращась на "крутые" боевые раны.

— А где Скуталу? — спросила единорожка, направившись помочь Дэш в поисках сиропа.

— Субботние дополнительные занятия, — ответила Свити, смотря как Флаттершай подлетела к плите и приступила к выпечке очередной порции блинчиков. — Она провалила контрольную по математике.

— Рэрити, да как у тебя может не быть кленового сиропа?! — воскликнула Рэйнбоу. — Что за кухня такая без сиропа?!

— Во имя неба, если тебя это так волнует, то пойду и куплю немного, — ответила единорожка, качая головой. Признаться, она не возражала против прогулки до Сахарного уголка, да и размяться бы не помешало.

— О-ой, подожди, я с тобой! — выпалила Флаттершай, мигом бросив все дела.

С ослепительной улыбкой Рэрити повернулась.

— Дорогая, я просто иду в магазин. Я думаю, что в одиночку прекрасно справлюсь!

— Точно, Флаттершай, — поддакнула Рэйнбоу, хватая миску с тестом и вручая её обратно пегаске. — Пусть одна из мелких сходит.

— Рэйнбоу Дэш, мне не нужно сопровождение, — отмахнулась единорожка, стараясь сохранить улыбку. Ну в самом деле! Что она, по их мнению, сделает? Сбежит?

— Свити, вопрос, — Дэш подхватила шоколадный сироп и добавила его в тесто. — Сколько раз Рэрити пыталась выскользнуть из дома и отправиться в лес с тех пор, как выписалась из госпиталя?

— Не разу! — запротестовала старшая сестра.

Свити в раздумьях нахмурилась.

— Хм-м-м... Десять? А нет, секунду, одиннадцать?

— Наглая клевета! — провозгласила Рэрити, выходя из комнаты. Единорожка взяла чёрный плащ с вешалки и с ворчанием облачилась в него, хотя её никто и не мог услышать.

Белая пони открыла дверь, намереваясь выйти, пока кто-нибудь с ней не увязался, но вдруг Эппл Блум выбежала из комнаты с просьбой подождать.

Дорога до Сахарного уголка оказалась гораздо менее приятной, чем Рэрити надеялась. И проблема была не в Эппл Блум, нет, проблемой были взгляды, которые она на себе ловила.

Каждый прихрамывающий шаг ощущался всё более трудным под тяжестью чужих взглядов, глаза пони, казалось, были прикованы к её задней ноге, которую, как рассказала Скуталу, половина пони считали деревянной.

Деревянная нога, ха! А что, может, ей стать пираткой...

— Рэрити! Ты меня слушаешь?

Единорожка посмотрела на Эппл Блум.

— Пардон?

Кобылка на мгновение нахмурилась, прежде чем продолжить.

— Зекора мне написала! — провозгласила малышка с вернувшейся радостью. — Она хочет, чтобы я поехала к ней в Кантерлот, там будет большая ярмарка, где я смогу прикупить кучу книг по алхимии!

— Эппл Блум, это же чудесно! Тебе, должно быть, не терпится! — сказала Рэрити, пытаясь не обращать внимания на то, как на неё таращатся встречные обыватели. — Особенно потому, что вы так давно не виделись!

Кобылка согласно закивала с улыбкой.

— Агась! Вот только... — её ушки опали, и она шаркнула копытом. — Бабуля сказала, что я не поеду.

— Что? Почему нет?

— Потому что на следующей неделе мы будем готовить джем из Вольт-яблок, и все слишком заняты, чтобы съездить со мной, — расстроено закончила кобылка.

— Ну, не всё так плохо, дорогуша! — подбодрила единорожка, поднимая взгляд и отмечая, что они почти пришли. — Я помню, ты не могла дождаться сезона яблочного Вольт-джема в прошлом месяце!

Эппл Блум поморщилась.

— Я знаю, но... это было, когда я думала, что смогу принести немножко для принцессы Твай...

— Ох... — слова пронзили сердце единорожки кинжалами, но всё же она с ними справилась. Выпрямившись, Рэрити произнесла: — Не бойся, Эппл Блум! Скоро я развею проклятие, и ты сможешь принести Твайлайт весь джем в мире!

— Но... Прапрадедушка Фриттер Коблер так никогда...

— А я и не Фриттер Коблер, Эппл Блум! — перебила её Рэрити, осознав, что сказала это много жёстче, чем хотела, когда увидела, что кобылка прижала ушки.

Войдя в магазин, единорожка снова столкнулась со взглядами и шепотками. Она направилась прямиком к прилавку, благодарная миссис Кейк, что хоть та более сдержана. Кобыла тепло поприветствовала Рэрити, принесла ей кленовый сироп и предложила бесплатный кекс, и всё шло хорошо, до последнего мгновения.

— Милочка, — сказала миссис Кейк, взявшись за копыто единорожки, когда та собиралась расплатиться. — Все пони о тебе беспокоятся.

Рэрити улыбнулась.

— Беспокоятся обо мне? С чего бы? — поинтересовалась единорожка, не сомневаясь, что они обе знают ответ. — Со мной всё просто превосходно!

— Рэрити, — более мягким тоном продолжала старшая кобыла. — Все эти разговорчики, как пони видят тебя идущей раз за разом в лес уже многие месяцы, а теперь... Свити Белль приходила сюда, пока ты была в больнице, на бедняжку и смотреть было жалко.

Рэрити сглотнула, улыбка дрогнула.

— Н-ну, я....

— Ты уже взрослая кобыла, Рэрити. Ты вольна делать всё что хочешь, но ради тех, кто тебя любит, уж лучше бы ты оставила всё то, что заставляет тебя из раза в раз возвращаться в этот лес, — миссис Кейк отпустила копыто единорожки и улыбнулась. — И в конце концов, не хочу же я потерять свою любимую клиентку, а?

Рэрити попятилась, сердце в груди стучало молотом.

— Я... Спасибо за сироп, — слабеющим голосом поблагодарила она, прежде чем развернуться и присоединиться к Эппл Блум у выхода.

Обратный путь до бутика «Карусель» прошёл в тишине. О чём бы не говорила кобылка, единорожка её не слышала, мысли были окутаны туманом, сгустившимся от совета миссис Кейк.

Оставь всё то, что заставляет тебя возвращаться в этот лес.

Как она могла оставить? Нет, она её не бросит! Твайлайт... Твайлайт...

Твайлайт её уже оставила, ведь так?

Рэрити нахмурилась, изо-всех сил стараясь прогнать эту мысль, убить, похоронить и прикопать. Нет, Твайлайт её не бросит. Должно быть, что-то случилось. Должно же быть что-то, отчего она больше не посылала сов в Понивилль. Нет, нет, нет, Твайлайт её не бросит.

Она повторяла эту мысль снова и снова, до тех пор, пока не открыла дверь бутика и зашла внутрь.

— О, ты наконец вернулась! — обрадовалась Рэйнбоу Дэш, высовывая голову из кухни. — Давай заходи, всё уже готово!

Рэрити и Эппл Блум вошли на кухню, где ждали только их, и наконец, когда единорожке удалось присесть, они разговорились. Сначала о враче, затем кобылки, Флаттершай и Рэйнбоу заговорили о всякой банальщине. Погода, Понивилль, всевозможные вещи, что больше единорожку не занимали.

Наконец, кобылки вышли из комнаты, чтобы поиграть.

Рэрити хмыкнула.

— Рэйнбоу, — единорожка повернулась к подруге, — ты же гостишь тут уже третью неделю, верно?

— Аха, — с набитым блинчиками ртом, ответила пегаска. Единорожка на манеры внимания не обратила. — А вто?

— Почему ты опять не попробовала пойти в Вечнодикий? — спросила белая пони, а Рэйнбоу закатила глаза. И снова Рэрити не обратила на это внимания.

— Рэр, ты и так знаешь ответ, — ответила пегаска и вернулась к поглощению блинчиков.

— Нет, не знаю! — запротестовала единорожка. — Мы точно не уверены, что и ты проклята! Может, оно с тебя уже спало! А может, и вовсе это не проклятие, а просто искатель из тебя такой себе.

— Эй! — воскликнула Дэш, вскакивая из-за стола и роняя вилку. — Я, как помнишь, уже пять раз пыталась! Даже с этими глупыми совами, и как я уже миллион раз тебе говорила, даже они в непонятках! Хочешь, чтобы их тоже прокляло навеки?!

Пегаска вздохнула, потёрла лоб и продолжила:

— Слушай, мне, знаешь ли, тоже вся эта история с проклятием не нравится. Я, получается, зазря столько всего сделала! И лишь потому, что тебе всё равно, что ты чуть не лишилась ноги, это не значит, что я сломя голову брошусь рисковать своими ногами и крыльями!

— Ну так найди кого-нибудь ещё! Не все же в Понивилле прокляты!

Фыркнув, Рэйнбоу ответила:

— Кого-нибудь ещё? Кого, Рэрити? Любой, кого мы попросим о помощи, скорее всего, будет проклят! К тому же, помнишь прошлую неделю? — хлопнула копытом по столу пегаска с такой силой, что единорожка вздрогнула. — Все видели, что с тобой стало после атаки! Думаешь, какой-нибудь пони с радостью побежит в лес искать потерянную принцессу после такого зрелища? Да очнись ты, наконец!

— Сначала тебе нужно выздороветь, — заметила Флаттершай, прерывая любые возражения Рэрити прежде чем та смогла подать голос. — Принцесса Твайлайт сможет подождать.

Нет, не сможет, хотела сказать единорожка. Нет, я не смогу.

— Кстати, я получила ещё письмо от Пинки, — сменила тему Рэйнбоу, подсаживаясь обратно за стол и пытаясь расслабиться. — Нам надо решить, как с ней быть, да побыстрее. Мне кажется, она больше не особо верит в наши оправдания.

Единорожка вздохнула и потёрла виски.

Пинки Пай не знала, что случилось в Кантерлоте. Ей сказали, что всё прошло отлично, но принцесса попросила их кое-что подготовить, и Пинки не может к ним приехать, пока они не закончат. Ложь, конечно же, и, как и многими другими вещами, Рэрити уже вдоволь ею пресытилась. Враньё, полуправда, обман, три элемента, что привели их к этой ситуации, а теперь она делала то же самое с Пинки.

И всё же, как сказал Рифт, у них нет возможности понять, как распространяется проклятие. Если оно и правда накладывается на любого, стоит лишь попросить его о помощи, будучи проклятым, ну... ну тогда они действительно ничего поделать не могут.

— И что ты тогда предлагаешь? Мы не можем допустить, чтобы и она стала проклятой, — указала Рэрити. — Тебе же удалось увидеть принцессу Луну? Можно сделать вывод, что на сны проклятие не распространяется, так что мы могли бы попросить совета принцессы, главное, чтобы Пинки Пай об этом не узнала.

— Ну вот, может, чего-то такое и придумаешь, пока будешь в этом своём спа, — заключила Рэйнбоу, отодвигая тарелку. — Вообще, не пора ли тебе туда, ну, примерно минут через десять?

— Пятнадцать, — быстро поправила Флаттершай, собирая грязные тарелки и перекладывая их в раковину.

Единорожка встала, подобрала свою тарелку с нетронутыми блинчиками и убрала её в холодильник.

— Позже договорим, Рэйнбоу. Точно не хочешь пойти с нами?

— Да, щас. Мне всякие дела делать надо, вечером, может, свидимся, — ответила пегаска, направляясь к выходу. — До скорого!

Как только она ушла, Рэрити пригладила гриву копытом и вздохнула.

— Я думаю, ещё разок заглянуть в лес для неё не было бы большим риском... — пробормотала единорожка, следуя за Флаттершай ко входу. — Как будто только меня одну волнуют поиски Твайлайт.

— Не раньше, чем тебе станет лучше, — повторила пегаска, забирая у единорожки перемётные сумки, и удобнее пристроила их себе на спину. Несмотря на то, что Рэрити чувствовала себя лучше, Флаттершай решительно отмела все возражения, чтобы единорожка ненароком не растревожила свои травмы.

— Почему бы тебе не пойти дальше без меня? — с улыбкой предложила Флаттершай. — Мне на минутку нужно зайти домой, а я бы не хотела, чтобы наша бронь сгорела.

Рэрити моргнула.

— Я... Ты хочешь, чтобы я пошла одна? — неуверенно спросила она, в удивлении поднимая бровь. — Без сопровождения?

Пегаска на мгновения задумалась, прежде чем кивнуть.

— Я тебе доверяю, Рэрити, — сказала она наконец, улыбаясь ещё шире. — Я мигом, ладно?

Флаттершай откашлялась и потрусила домой крикнув напоследок:

— Пожалуйста, скажи Алоэ, что я скоро буду!

Единорожка дождалась, пока пегаска скроется из виду, прежде чем направиться в спа. Она шла, шла и шла к единственному месту, где можно расслабиться и снять напряжение, получить немного удовольствия. Поход в спа определённо обещал всё это, и всё же...

Всё же...

...ради тех, кто тебя любит, уж лучше бы ты оставила всё то, что заставляет тебя из раза в раз возвращаться в этот лес...

И всё же небольшой крюк никому не повредит.

Полная решимости, Рэрити свернула с дороги, ведущей к спа, и направилась к небольшой площади, где находился местный магазинчик перьев и чернил. Единорожка точно знала, что чернил Твайлайт хватало максимум на неделю, так что Инки Овл, должно быть, видел Элару и Темис за последние несколько недель.

Некоторое время спустя, дойдя до магазинчика, она с радостью увидела владельца, стоящего снаружи и наполняющего большой котёл.

— Ну и ну, а вот и главная новость в городе, — сказал Инки, как только увидел приближающуюся Рэрити.

— Привет, — коротко поприветствовала его единорожка, желая сразу перейти к делу. Её взгляд на мгновение скользнул к деревянной ноге жеребца, и стыд пронзил её, вместе с осознанием, что она поступает точно так же, как и все пони поступали с ней. — Пардон, но...

— Ну-ка, дай мне посмотреть! — провозгласил он, притопывая деревянной ногой. — Должно быть, что-то из ряда вон, если даже я об этом услышал!

Рэрити ахнула.

— Но я ни...

И прежде чем она смогла как-то возразить, единорог, воспользовавшись магией, приподнял её плащ, открывая вид на её травмированную ногу.

— Тебе ещё повезло. Эх, а я так надеялся на пополнение в клубе колченогих, — мягко улыбнувшись, сказал он. Инки опустил плащ единорожки, который она тут же с недовольным фырканьем поправила. — Мы с вами, мисс Рэрити, уникальны! Единственные пони, что пережили нападение древесного волка, почти за два столетия! А то сейчас бы присоединились к принцессе Книжечке!

Единорожка прочистила горло.

— Мистер Овл, могу я поинтересоваться, не прилетали ли недавно совы?

— Совы? Чернильные совы? — переспросил он. — А как же, прилетали! Белая, например, была только вчера.

— Вчера?! — переспросила Рэрити, отступая назад. — Но... Но...

— А чёрная прилетала на прошлой неделе аж дважды, — продолжал жеребец. — Она даже осталась тут на пару минут!

Рэрити несколько раз открыла и закрыла рот, чувствуя, что теряет сознание.

Получается...

Получается, Твайлайт действительно приказала совам перестать к ней прилетать, да? Единорожка думала об этом, но получив подтверждение... Рэрити подумала, что лучше бы она вообще не приходила к Инки Овлу.

— Так вот зачем ты ходила в лес? — спросил единорог, но его вопрос остался без внимания.

Злоба закипела в единорожке. Как... как Твайлайт посмела? Да кем она себя возомнила?! Какое она вообще имела право!.. Просто!.. Вот так вот бросить Рэрити?! После всего, что они сделали?! После всего что она сделала?!

Кто дал Твайлайт Спаркл права бросить её одну?!

Слезы защипали глаза, и она попятилась ещё дальше, возмущённая, разъярённая, преданная.

Она пойдёт в лес, найдёт принцессу Твайлайт Спаркл, и тогда...

Единорожка развернулась и захромала прочь, игнорируя оклики Инки Овла. Спа был давно забыт, как и Флаттершай с Рэйнбоу Дэш, как и все, кто не был действительно везучим аликорном, поскольку её неосязаемость защищала от пощёчины, что собиралась дать ей Рэрити.

Наконец, добравшись до леса и переступив лесной полог, единорожка ощутила знакомую слабость, смешавшуюся с болью в груди, что вызвали слова владельца магазинчика.

Она же знала лес! Она его знала, и никакое проклятие не остановит её на пути в библиотеку, потому что она единственная, кто хоть как-то озабочен поисками Твайлайт.

И всё же, чем дальше Рэрити шла, тем сильнее её терзала совесть, что она подвела Флаттершай. Голос совести становился всё громче и громче с каждым неверным поворотом, с каждым вновь обнаруженным собственным следом, с каждой секундой, что проклятие проявляло себя.

Это действительно проклятие, нашёптывал ядовитый голос, и ты больше никогда не увидишь Твайлайт Спаркл, потому что ты не послушалась.

Но нет! Нет, нет, нет! Это не её вина! Это всё Дух! Всё из-за него!

Но она была невиновна, целиком и полностью, её загнали в угол! Но всё же она справится! Она же Рэрити! Она сражалась с драконами, древесными волками, со всеми видами ужасов, и всё сама!

Никто ей был не нужен.

Пройдя снова мимо одного и того же дерева уже в четвёртый раз, единорожка чуть было не топнула ногой, прежде чем вспомнила, что нога этого не оценит.

— Да должна же она быть где-то здесь! — воскликнула Рэрити, не к кому не обращаясь, размахивая копытами. — Где же...

Рычание, заставившее шерсть встать дыбом, прервало её монолог.

Единорожка осмотрелась и заметила вдалеке одинокого древесного волка, наблюдавшего из-за деревьев. Зверь смотрел прямо на неё, и шепчущий голос внутри Рэрити затих, как вскоре и она навеки затихнет.

Выбора не было.

Она не сможет убежать от него. Она не сможет дать ему бой. Она вообще ничего не может, особенно когда всё тело обездвижил страх, а воспоминания о прошлом нападении захлестнули её. Заднюю ногу начало саднить.

Единорожка подумала о Твайлайт, как она всегда делала в самые страшные моменты. Только Рэрити сможет помочь принцессе, и если Рэрити умрёт, то с ней умрут и надежды Твайлайт на свободу.

Надо бежать. Но нет, не выйдет, она едва могла ходить, но не попытаться тоже нельзя, и если не удастся, то по крайней мере... Единорожка сделала глубокий вдох и изготовилась принять, возможно, последнее решение в своей жизни, и стоило ей лишь шагнуть назад, древесный волк взвыл и рванул к ней.

Своей цели он не достиг.

Вайнона, собака Эпплджек, пришла на помощь, бросившись на древесного волка и отвлекая его внимание от Рэрити. Следующей подоспела сама яблочная пони и, прыгнув прямо перед ним, набросила лассо на зверя и затянула на шее, древесный волк взвыл от боли, когда его повалили на землю.

Долго там он, однако, не пробыл, и прежде чем Эпплджек успела среагировать, зверь зацепил верёвку лапой и сильно потянул, сбивая земную пони с ног.

Древесный волк зарычал и бросился на кобылу, промахнувшись лишь на волосок, когда его цель быстро и, судя по звукам, болезненно откатилась в сторону.

— Эпплджек! — ахнула Рэрити, шагнув к ней.

— Назад! — приказала яблочная пони, поднимаясь.

Предупреждение было бессмысленным, древесный волк хотел напасть на единорожку несмотря ни на что.

Точно так же, как и несколько недель назад, она смотрела, как зверь прыгнул на неё, но вдруг снова была спасена, на этот раз, Рэйнбоу Дэш вылетела из-под деревьев, врезаясь копытами в волка, чуть ли не ломая ему лапу.

Мгновение позже прибежала Флаттершай, спрашивая жива ли Рэрити, и не пострадала ли она.

Зверь сделал попытку закусить пегаской, но Эпплджек вновь заарканила его и повалила на землю.

И снова морда древесного волка ударилась о землю, но прежде чем он смог подняться, яблочная пони встала на задние ноги и окровавленными передними копытами буквально размозжила его пасть. Зверь взвыл в агонии и, вырвавшись из лассо, убежал, роняя щепки и сучья с покорёженной морды.

Троица прибывших уставилась в лес, пытаясь отдышаться и, как и Рэрити, ожидая, вернётся ли волк. Когда стало понятно, что этого не случится, все повернулись к единорожке, и внезапно она ощутила себя в шкуре древесного волка.

— Рэрити, да что с тобой не так?! — взорвалась гневной тирадой Рэйнбоу, расправив крылья и сделав шаг вперёд, словно в намерении ударить единорожку, а желание видимо было очень сильным. Когда белая пони в молчании лишь немного попятилась, пегаска возмущённо спросила. — Ну?!

Рэрити сжала челюсть. Всё с ней так! Всё так, пыталась единорожка убедить саму себя, даже после того как готовая в любой момент заплакать Флаттершай припала на задние ноги и уткнулась лицом в копыта.

— Это моя вина! — вскрикнула пегаска. — Если бы я не вернулась в дом и не...

— Ты тут ни при чём! — запротестовала Рэйнбоу. Затем повернулась к Рэрити, ещё более распалённая. — Что если бы Вайнона тебя не нашла, а?! Что тогда?!

— Да я просто не могла сидеть сложа копыта! — прокричала в ответ единорожка. — Я должна была сделать хоть что-то!

— Что-то сделать, сахарок?

Эпплджек наконец повернулась к ней и продемонстрировала Рэрити множество ран на передних копытах, оставленных древесным волком.

— Ну, что-то ты сделала. Эт я тебе точно говорю.

— И?! — вновь прокричала единорожка, пятясь от друзей, борясь с совестью с каждым произнесённым словом. — Оставьте меня в покое! Я не просила вас идти за мной! И помощи точно не просила!

— Да ты с ума сошла?! — спросила Рэйнбоу. — Мы твои друзья! Конечно, мы пошли за тобой, ты... тупица такая-то!

— Друзья?! — Рэрити с трудом выдавила из себя это слово. — Хороши же друзья, что буквально держат меня взаперти в бутике?! Сами сидят и ничего ради Твайлайт не делают! Я же делаю что должна, потому что Твайлайт совсем одна, и очевидно, что кроме меня до неё никому нет дела!

Тишина последовала после гневной тирады, и три кобылки уставились на единорожку.

— Ты правда так думаешь, сахарок? — спросила Эпплджек. Рэрити ещё никогда не видела её такой подавленной.

— Ты!.. Ты думаешь, что ты одна, кто... Да ты вообще ничего не знаешь! — топнула копытом Дэш. — Но хорошо! Отлично, Рэрити! Не хочешь помощи? Замечательно! Флаттершай, я больше не хочу видеть, как ты помогаешь Рэрити, уяснила?!

Пегаска отшатнулась, будто получив пощёчину, её широко раскрытые глаза метались между Рэрити и Рэйнбоу.

— Н-но...

— Да оставьте же вы меня, наконец, в покое! Почему бы вам просто не...

— Сахарок, давай скажу прямо, — Эпплджек подошла и грозно нависла над единорожкой. — Мёртвая ты с принцессой никак не воссоединишься.

— Э-эпплджек! — охнула Флаттершай, пока Рэрити молча смотрела в глаза земной пони.

Та подняла копыто, как бы останавливая фразу пегаски, не сводя взгляда с единорожки.

— Не знаю, чего там ты себе возомнила, думая, что тебе одной не наплевать на принцессу Твайлайт, или что мы недостаточно о ней беспокоимся, потому что я скажу тебе так: я не позволю, чтобы она осталась там навечно. Мы, как и ты, стараемся найти выход, но это тебе не пирог испечь, Рэрити, — спокойно продолжала Эпплджек. — Всё что я тебе сказать хочу, что грустно будет, когда мне придётся рассказать принцессе, что ты устроилась на кладбище, пока пыталась найти её.

Рэрити показалось, что мир вокруг замер. Отдалённый вой, ветер, бьющийся о деревья, спор между Рэйнбоу Дэш и Флаттершай, все звуки потускнели и словно отдалились, по мере того, как слова Эпплджек доходили до неё, словно волны прибоя, накрывали её с головой, и она не могла выплыть на поверхность.

Слёзы навернулись на глаза единорожки при одной только мысли, как Твайлайт… стоит над могилой и...

Не в силах больше этого вынести, она уткнулась лицом в копыта. И хотя леди не пристало плакать на публике, даже если очень хотелось, казалось, Рэрити давно перестала волноваться о таких вещах, этих и многих других, и всё ради Твайлайт Спаркл, и только сейчас она это осознала.

Единорожка ничего не сказала. Казалось, что она признаёт поражение, признаёт, что была неправа, что не смогла сделать хоть что-то. Извинения были равносильны признанию поражения, а отчаяние же предлагало шанс на борьбу. Она не повторит судьбу Фриттера Коблера, она не... Она не будет извиняться за свои поступки, потому что поступки это всё, что у неё осталось.

— Вставай, Рэрити, — сказала Эпплджек, напряжение исчезло из её голоса. — Пойдём домой.

* * *

Они заперли её в собственной же комнате.

Заключили в клетку, словно зверя, связали, словно собаку, коей она себя и ощущала.

Все собрались внизу, говорили, говорили и говорили, решая её судьбу, словно они были мудрыми взрослыми, а она провинившейся кобылкой. Это было откровенным оскорблением, и те шок и сожаление, что вызвали в ней ранее слова Эпплджек, целиком и полностью испарились.

Единорожка отошла от окна, подошла к кровати и осторожно легла, стараясь не напрягать покалеченную ногу. Она закрыла глаза и лежала так бесчисленное количество минут, вдох-выдох, вдох-выдох. В конце концов, она открыла глаза, и те сами собой остановились на письмах Твайлайт, лежавших на прикроватном столике.

Укол вины пронзил её сердце, и единорожка заставила себя повернуться, даже если это пронзило болью ногу. Она думала о словах Эпплджек, о Твайлайт, что стоит перед могильным камнем с надписью “Рэрити” на нём. Но что ещё хуже, она думала о Твайлайт, как та всё ещё останется заперта в библиотеке, даже после того, как останки единорожки истлеют.

Эпплджек была так уверена, что они освободят её, а что, если не смогут? Что, если Твайлайт останется заключенной ещё на многие века, и лишь потому, что Рэрити сидела сложа копыта? Потому что смирилась с судьбой Твайлайт. Герои же не могут победить, не рискуя?

Единорожка вновь перекатилась и левитировала свитки к себе.

Один за одним она открывала их и перечитывала снова и снова, как делала это последние недели, и каждое письмо было полнее отчаянием, чем предыдущее. Когда Твайлайт писала их, она ещё не знала, почему Рэрити не возвращается. Бедняжка думала, что Рэрити избегала библиотеки потому что узнала о Твайлайт что-то ужасное, и просила, молила единорожку дать ей шанс объясниться.

Рэрити отложила их обратно на стол, закрыла глаза и попыталась уснуть, что-то тихонько себе напевая.

Стук в дверь прервал её.

Глупо, подумала Рэрити, стучаться, когда они сами её и заперли.

— Заходите, — пригласила единорожка и услышала щелчок в замке, дверь распахнулась и за ней оказалась Рэйнбоу Дэш.

— Привет, ты можешь спуститься вниз примерно минут через десять? — спросила пегаска суровее, чем белая пони когда-либо от неё слышала. — Мы решили что делать.

Рэрити сухо рассмеялась.

— Великолепно! Ещё десять минут ужасно хлопотного лежания на кровати, пялясь в потолок, пока другие решают мою судьбу!

— Я знаю, что ты расстроена, поэтому сделаю вид, что этого не слышала, лады? — смягчившись, сказала Рэйнбоу, даря единорожке небольшую улыбку, перед тем как повернуться и выйти. — Десять минут!

— Я требую по крайней мере тридцать минут, чтобы подготовить аргументы против того, чего бы вы там ни задумали! — крикнула Рэрити ей вслед.

— Лады! Доставай пока чемодан и пакуйся!

Единорожка немедля села на кровати.

— Что?! Зачем?! — спросила она.

Ответа не последовало.

Рэрити снова легла на кровать, повернула голову к окну, и именно тогда она увидела это. Там, на подоконнике снаружи окна, лежал один из свитков Твайлайт.

Она снова мне написала.

Единорожка выпрыгнула из кровати, не обращая внимания на боль, с помощью магии открыла окно и взяла свиток. И тот действительно был от Твайлайт! Сомнений быть не могло! Рэрити быстро развязала ленту, с улыбкой на лице, потому что, если Твайлайт не потеряла надежду, потому что она все ещё отправляла письма, значит, надежда ещё не угасла.

Рэрити развернула свиток и прочитала:

Дорогая Рэрити,

Не знаю, как тебе и сказать, да и не хочу, но это, наверное, последний раз, когда я тебе пишу. Я...

Свиток упал на пол, как и слёзы из глаз единорожки, когда она попятилась назад, поднеся переднее копыто ко рту, отказываясь читать, что бы там дальше ни было.

Нет.

Рэрити опустилась на пол, не сводя глаз с письма, потому что, пожалуйста, нет, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста. Так много раз до этого ей хотелось просто потерять сознание, а сейчас же, напротив, она чувствовала себя живой, теперь она в полной мере ощутила, как сердце почти остановилось, как трудно сделать вдох, и что она сделала первый шаг по лестнице, путь по которой давно предвидела.

Твайлайт сдалась и отпустила её.

И ей бы посмеяться над иронией, как смешно, много лет назад маленькая кобылка заплакала, узнав, что четырёх принцесс не существует, и снова, вот она, её сказка, что подошла к концу.

Нет.

Она встала, подняла магией свиток и свернула его.

Нет.

Единорожка положила его на кровать, перешла к письменному столу, ибо что ещё в столь беспробудном отчаянии ей оставалось, кроме надежды? Рэрити достала свежий лист пергамента и начала писать письмо принцессе Твайлайт Спаркл, словно прошлого письма не существовало, словно Твайлайт Спаркл не отпускала её.

Она писала и писала, одно предложение, полное надежды, за другим, будто бы ничего не случилось, будто бы проклятие было всего лишь досадной болезнью, от которой Рэрити скоро вылечится. Да, на неё напали, но она все ещё полна жизни, настаивала в письме она, несмотря на то, что её сердце сжалось и увяло. Она отнесёт это письмо Инки Овлу, и как только убедится, что письмо отправлено, она посвятит себя целиком поиску способа снять проклятие, и она его снимет! Она его снимет! Она его снимет!

Она не станет ещё одним Фриттером Коблером.

Она не проведёт остаток жизни, подобно ему.

Она отказывается в это верить.

## — Интерлюдия VI — Видение I

[Изображение: https://i.imgur.com/qEWD63N.png]

Рэрити снилась кобылка-единорог по имени Аметист Винд.

Аметист во многом напоминала ей саму себя, в юности, полную энергии и жажды приключений. Винд была на несколько десятилетий моложе уже порядком постаревшей Рэрити, и в отличие от неё, Аметист Винд не была проклята.

— Она так красива!

Рэрити отвела взгляд от книги, улыбаясь кобыле, сидящей напротив и уткнувшейся лицом в копыта с выражением, которое можно описать только влюблённостью.

— Да, помню когда-то и я была от неё в таком восторге, — сказала старшая кобыла, возвращаясь к книге. Воспоминания о далёком прошлом всплыли на поверхность, о том, как смущённая единорожка призналась в своих чувствах не менее смущённой принцессе.

Рэрити научилась подавлять такие воспоминания.

Аметист рассмеялась.

— Всегда забываю, что ты в юности ходила к ней в библиотеку. Она о тебе почти не говорит, — мгновение спустя, лицо младшей пони залил румянец. — Ой, извини. Я не это имела ввиду.

— Всё в порядке, дорогуша.

В конце концов, Твайлайт практически не говорила о Фриттере Коблере.

Так много Аметист Винд знала, и так много не знала. Например, она знала, что её наставница перестала посещать Твайлайт в связи с произошедшим много лет назад ужасным несчастным случаем, результатом которого были шрамы на ноге Рэрити, а не знала она того, что наставница её была проклята. Ещё младшая пони знала, что Твайлайт Спаркл и Рэрити когда-то давно были друзьями, но не знала того, что когда-то они были влюблены.

Рэрити никогда об этом не говорила, как, в свою очередь, и Твайлайт.

Соглашение было заключено молча, в тишине оно и останется.

— Мне кажется, я ей нравлюсь, — призналась Аметист, и в её голосе прозвучало чувство, которого Рэрити давно не испытывала. Младшая пони рассмеялась и прошептала: — На самом деле, я думаю, что Твайлайт влюблена в меня. Может быть. Я надеюсь. Я всё время хочу поговорить с ней об этом, но не могу! Уф-ф-ф

Винд застонала и вновь уткнулась лицом в копыта.

— Почему я не могу быть с ней всё время?! — младшая единорожка хихикнула, увидев бесстрастный взгляд, Рэрити. — Прости. Ты верно думаешь, что я совсем помешалась.

Старшая пони рассмеялась.

— Что ты, дорогуша.

При помощи магии Рэрити левитировала шкатулку для драгоценностей с ближайшей полки и поставила её на стол между ними. Она медленно открыла шкатулку и вытащила сломанное ожерелье, к которому давно не прикасалась, и протянула его Аметист.

— Отдай его принцессе, — мягко улыбнувшись, сказала Рэрити. — Она поймёт.

## — Глава 28 — Три жеребца

[Изображение: https://i.imgur.com/zsLu8Yy.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/qSjLyNS.png]

Сны преследовали Рэрити по ночам, словно болезнь, от которой не было лекарства. Она грезила о странной кобыле, что уводит у неё принцессу, ей снилась жизнь до того, как она нашла библиотеку, а с тех пор как единорожка получила то, последнее письмо Твайлайт, сны о принцессе перестали приносить радость.

По правде говоря, теперь вся её жизнь казалась сном. Один день проходил неотличимый от другого. Все её действия не имели значения, потому что Твайлайт больше не было.

Прошла почти целая неделя после второго инцидента в Вечнодиком лесу, и всё это время Рэрити не думала о Твайлайт, не разрешала себе даже мысли о ней, потому что они и так скоро увидятся, и вовсе не потому что думать о ней было слишком больно или что-то в этом роде.

Единорожка не думала о Твайлайт, потому что совсем по ней не скучала.

Скучать по кому-то, это для тех, кто утратил надежду, сдался и смирился со своей ужасной судьбой. Потому-то она и не скучала по Твайлайт Спаркл; Рэрити скоро вернётся в библиотеку, где ей самое место.

— Ну давай, Рэр. Хорош хандрить.

Единорожка отвела взгляд от окна вагона и взглянула на пегаску, что лежала на скамье напротив, заложив передние копыта за голову, и таким образом заняв всю лавку. Рэйнбоу ухмылялась ей этакой отвратительно-ободряющей улыбкой, которая, казалось, приклеилась к её лицу с тех пор как они встретились.

— А я и не хандрю, — возразила единорожка, прикрыв раны плащом. Они наконец зарубцевались, а значит, ей больше не нужны были все эти бинты. Белая пони вернулась к созерцанию пейзажа, хандра тоже была для тех, кто отчаялся и смирился, а она нет, она не такая.

Вместо этого она злилась.

Злилась на Рэйнбоу Дэш, на Эпплджек, на Флаттершай, на всех них, кто единодушно согласились заставить её уехать из Понивилля "ради её же блага" под предлогом сопровождения Эппл Блум в Кантерлот. Ха! Благом для Рэрити было бы остаться в Понивилле и найти Твайлайт, а не быть засунутой мнимыми “друзьями” в поезд до Кантерлота.

Единственной причиной, по которой единорожка не обвинила их в похищении, это неутолимое желание добраться до тронного зала, и угостить Дензу парочкой отборных слов.

— Знаешь, я бы была намного счастливее, если бы мы отправились в какое-нибудь более полезное место, — сухо добавила Рэрити, поворачиваясь к пегаске.

— Ну, там королевская библиотека, — ответила Рэйнбоу. — Может, найдёшь там что-нибудь про легенду, ну или, может, как снять проклятие, если у как-его-там-звали не найдётся чего-нибудь полезного.

— Конечно! Уверена, что персонал замка за тысячу лет, что живёт тут, ещё не нашёл ту единственную книгу, объясняющую как развеять проклятие! — когда пегаска в ответ лишь закатила глаза, Рэрити продолжила: — Ну как ты не понимаешь, в Кантерлоте мы помощи точно не найдём! Если бы мы поехали в Холлоу Шейдс...

Пегаска вздохнула:

— Мы не можем.

— Но наверняка принцесса Луна сможет нам помочь! — запротестовала единорожка. — Пинки даже не знает, что мы прокляты! Ничего с ней не случится!

— А что если случится? Что если проклятие как-то заденет и её? Ты серьёзно хочешь рискнуть всем, не зная подробностей? — спросила Дэш, на что у Рэрити не нашлось ответа, после чего пегаска фыркнула. — Ну да. Я так и подумала.

— Уф-ф, умоляю. Как ты можешь вести себя так высокомерно, просто повторяя всё, что сказала Эпплджек?!

Рэйнбоу лишь отмахнулась.

— Да даже если и повторяю, то что с того? Она всё равно права.

Когда единорожка что-то обиженно пробормотала и вернулась к тому, чтобы дуться у окна, пегаска вздохнула и продолжила:

— Эпплджек сказала, что она и Флаттершай что-нибудь придумают, пока мы отсутствуем, так что просто расслабься, хорошо? Почитай там журнальчик, вздремни. Мы что-нибудь придумаем.

Рэрити стиснула зубы. Мы? Ха! Нечестно. Неправильно. Это она, та, кто делала весь год всю тяжелую работу! Она искала книги, она обещала освободить Твайлайт! А теперь они просто заменили её, не спросив даже мнения? Безобразие! Возмутительно!

И! И журнала, чтобы почитать, у неё тоже не было, так что вот! О вздремнуть тоже речи и быть не могло, каждый сон заканчивался кошмарами об этой кобыле по имени Аметист Винд. Даже подсознание работало против неё.

Дверь в вагон открылась, и вошла Эппл Блум, очевидно уставшая от исследования поезда. Несмотря на прошлое волнение от возможности снова встретиться с наставницей, кобылка выглядела озабоченной чем-то ещё.

— Ты как, мелкая? — спросила Рэйнбоу. — Так быстро соскучилась по нашему вагончику для Очень Важных Пони?

Эппл Блум слегка улыбнулась.

— Что-то вроде того, — ответила кобылка, забираясь на сиденье рядом с Рэрити, глядя в пол. В то время как Дэш вернулась к своим попыткам вздремнуть, единорожка, знающая о жеребятах достаточно, поняла, что что-то не так.

— Дорогуша, что случилось? — поинтересовалась она озабоченно, отбросив свое раздражение.

Эппл Блум неуверенно улыбнулась.

— Не, я просто... — кобылка старательно избегала взгляда Рэрити, словно в чём-то провинилась. — Там была дама с несколькими домашними птицами, и у неё сова, что выглядит прямо как Элара и... ты знаешь...

Ох.

— Да, знаю, — ответила единорожка, и хотя она старалась, чтобы её голос звучал сочувствующе, не смогла сдержать раздражения, когда посмотрела на Рэйнбоу Дэш.

— Но, может быть, они уже вернулись! Они нас так просто бы не оставили, несмотря на то, чего бы им там принцесса не наговорила! — быстро добавила кобылка, без сомнений, пытаясь поднять настроение единорожке, что непреднамеренно испортила, хотя вряд ли там было чего портить.

Рэрити просто улыбнулась.

— Давай на это надеяться, дорогуша.

С этими словами она глубоко вздохнула и повернулась к окну. Мгновение спустя взгляд единорожки опустился к перемётным сумкам, в которых лежало последнее письмо Твайлайт. Она так и не смогла его дочитать. С того первого раза она едва прикасалась к свитку, и всякий раз, что она пыталась прочитать его, тошнотворное ощущение заставляло её отложить письмо обратно.

"Почему ты это сделала, Твайлайт"? Подумала она, словно принцесса могла её услышать. "Почему? Я думала, ты"...

И вновь Рэрити сжала зубы.

Когда она снова попадёт в библиотеку, она-то уж скажет принцессе Твайлайт Спаркл всё, что думает о её дурацких поступках.

"Если, конечно, найдёшь как", прошептал тихий голосок, который единорожка тут же заглушила.

— Может, Зекоре что-то известно? — предположила Эппл Блум, привлекая внимания Рэрити. Кобылка переводила взгляд от одной пони к другой, с энтузиазмом кивая. — Она же в лесу живёт, так что наверняка его очень хорошо знает! Если мы пойдём и скажем ей о принцессе Твай, так она, глазом моргнуть не успеешь, доведёт нас куда надо!

— А как мы объяснимся с ней, когда она спросит, почему мы с ней не идём?

Кобылка притихла.

— Я... я не знаю...

Рэрити вздохнула, потирая переносицу. Всё казалось таким безнадёжным. Наверное, такое отчаяние означало, что план Духа сработал как надо. Их копыта были связаны, что бы они не сделали. Если они попросят кого-нибудь помочь с поисками, они невольно могут передать ему проклятие. Если же они просто намёками будут направлять пони по правильному пути, на это могут уйти месяцы или даже годы, перед тем, как что-то получится.

Как бы единорожке ни было неприятно этого признавать, теперь она отчётливо поняла, почему стражники в замке ничего не делали, чтобы помочь принцессам.

— Я пойду с ней, — подумала Рэрити вслух. — Если она направится в лес, и я просто пойду за ней, а не поведу, мы найдём библиотеку, я в этом уверенна.

— А если и она в таком случае провести тебя не сможет? Или вы встретитесь с... — спросила Эппл Блум, и единорожка увидела, как глаза кобылки опускаются к её задней ноге, прикрытой плащом.

— Я не боюсь древесных волков, — отмахнулась Рэрити, и говорила она искренне. В конце концов нога заживёт, и в тот же момент, когда это случится, она пойдёт обратно в этот позабытый лес и попробует снова.

* * *

Вместо того чтобы заселиться в замок, как думала единорожка, поскольку путешествовали они с бывшим капитаном королевской воздушной команды, они поселились в апартаментах Спитфайр. Предложение очень удачно поступило, поскольку совершенно случайно помещение было пустым, так как совершенно случайно капитан всю неделю участвовала в мероприятии в Клаудсдейле. Совершенно случайно.

— Я всё ещё не понимаю, почему бы нам просто не поселиться в замке, — в третий раз пожаловалась единорожка, невольно теребя ожерелье на шее. Не то чтобы ей нравилось носить треснувшее украшение, но она пообещала себе больше не попадать на уловки этой бесхребетной ящерицы. — Насколько я знаю, Вандерболты и их гости традиционно останавливаются в замке.

Рэйнбоу засмеялась.

— Ну, я, конечно, могла бы поселить нас туда, но тогда бы ты при первой же возможности улизнула оттуда и пошла высказывать своё мнение принцессе Дензе.

— Пардон?! Поклёп и наглая ложь! — без тени иронии запротестовала Рэрити. Она бы сначала дождалась ночи, перед тем как улизнуть, а не сразу после прибытия, как какая-нибудь любительница.

Ожидая Зекору, на улице недалеко от апартаментов Спитфайр, единорожка наблюдала за утренней суетой в Кантерлоте. Жилой комплекс находился в одном из самых фешенебельных районов города, и хотя едва перевалило за одиннадцать часов, пони на улице уже вовсю занимались своими повседневными делами. Почти унизительно было видеть их такими счастливыми и беззаботными, совершенно не подозревающими о секретах, что скрывала Эквестрия.

— Смотри, смотри! Это Зекора! — воскликнула Эппл Блум, махая кому-то вдалеке копытом. — Зекора! Сюда!

Рэрити присмотрелась, и действительно, Зекора трусила к ним. На спине зебры висели седельные сумки, и она радостно помахала единорожке и остальным. Понивилльцы обычно с предубеждением относились к ней, но в Кантерлоте ежедневно бывало столько пони из разных стран, что зебра внимания не привлекала.

Рэрити выпрямилась и навострила уши. Это был первый раз за год, когда она бы могла поговорить с Зекорой, и единорожка сгорала от желания рассказать ей о принцессе. Уж кто-кто, а зебра бы точно поверила в сказку! Может, она даже знала, как снять проклятие!

Вот только...

Сердце Рэрити пропустило удар, а ушки опали. Она же и вправду не могла говорить о принцессе, да? Не зная, как распространяется проклятие, или... или... Ар-р-х! Рэйнбоу Дэш права, как бы ни хотелось этого признавать. Её язык был связан, пока они не разберутся, каким сеном работает проклятие, как распространяется, да пока вообще чего-нибудь о нём не узнают!

— О Эппл Блум, ты подросла! — воскликнула Зекора, затем улыбнулась Рэйнбоу Дэш и Рэрити. — Друзей ты, вижу, привела!

— Зекора! Я так рада тебя снова видеть, — проговорила единорожка, лучезарно улыбаясь. Затем прочистила горло и указала на пегаску, — а это моя подруга, Рэйн...

Зебра улыбнулась.

— Мне угадать позволь самой, ты Рэйнбоу Дэш, само собой, — сказала она. — В ту Ночь принцесс меня смогла ты впечатлить, а мне непросто угодить!

Пегаска гордо выпрямилась.

— Ну так! Я была крайне крута!

— Скажи пожалуйста, как твоё путешествие? — спросила Рэрити, в надежде что Зекора ответит, что собирается вернуться в Понивилль. — Оно длится уже точно больше недели!

— Ищу я знаний, но увы, найти их очень нелегко. Неделя, две, мне всё одно, — ответила зебра. Затем повернулась к кобылке и ласково погладила её по голове. — Теперь хочу я разделить с малышкой знания свои, в столице ненадолго я, спешить мы будем не зазря.

Эппл Блум подпрыгнула на месте.

— А мне тоже есть чего тебе показать! Я сделала все упражнения и практиковалась в зельеварении с принце... — Кобылка осеклась на полуслове, за мгновение до того, как единорожка собралась захлопнуть ей магией рот. — С-с принцессой... Рэрити...?

Зекора моргнула.

— Принцесса? Рэрити? Дела! Давно в регалиях ты, а?

— Ну, Зекора! Ты же знаешь, я всегда была довольно царственна! Нельзя винить Эппл Блум, что она меня так называет!

Единорожка, довольно громко и неловко хихикнула.

— В любом случае хватит нам бездельничать. Какие у вас планы? — спросила она, переводя взгляд между кобылкой и зеброй.

Зекора задумалась.

— Пойдём мы с нею на базар, проверим их репертуар. Нужны нам книги редкие, указания в них меткие, но цены на них едкие.

— Звучит интересно! — воскликнула Рэрити, после чего театрально вздохнула. — Мы с Рэйнбоу с удовольствием пошли бы с вами, но к сожалению, у нас дела во дворце. Может, вечером соберёмся в апартаментах?

Время и место назначены, пони разделились и пошли в разные стороны. Эппл Блум ранее упоминала, что хотела бы пойти с ними в замок, и единорожка была безмерна благодарна, что кобылка забыла об этом, в пользу того, чтобы провести время со своей наставницей.

"Твайлайт бы понравилась Зекора", проскользнула непрошенная мысль в сознании Рэрити, которую она подавила, прежде чем она привела бы к следующей мысли о её принцессе.

Они с Рэйнбоу болтали о всяких мелочах пока шли по улицам города, но иногда она невольно отвлекалась на других пони. Время от времени то один, то другой глазели на неё, когда она шла мимо, и каждый раз единорожка убеждала себя, что их поразила её красота, а не хромота.

— Не парься, — сказала Дэш, улыбаясь в ответ на нескромные взгляды. — Они пялятся на меня.

— Мамочка, а почему эта пони так странновато ходит? — мгновение спустя спросила маленькая кобылка, начисто стирая зародившуюся улыбку на лице Рэрити.

Ну правда, неужели у пони не осталось хороших манер?

Их прогулка к замку в конечном счёте привела их к району Знаний, где статуя дракона, по счастью, была для обывателей более привлекательна, чем хромая единорожка. Она тоже почувствовала, как её сердце сжалось при виде дракона, хотя и по другим причинам, нежели у глазеющих туристов.

— Ну разве не крутотень? — спросила Рэйнбоу Дэш, останавливаясь, её уши прянули вверх, а крылья расправились, словно она подражала драконьей статуе. — Это, типа, самая крутая статуя во всём Кантерлоте.

Рэрити согласиться не могла, глаза её были прикованы к далёкой стеклянной двери, за которой скрывалась поистине лучшая статуя в столице.

На мгновение, всего лишь на мгновение, единорожке захотелось зайти в библиотеку. Ей хотелось войти в двери и посмотреть на Твайлайт, увидеть, как она читает книгу с этой своей глуповатой улыбкой, притвориться на мгновение, что она действительно там, перед Рэрити, чтобы...

— Ты будешь осторожна в Кантерлоте?

— Конечно, моя дорогая.

— Эй, ты в порядке? — поинтересовалась Рэйнбоу, размахивая копытом перед лицом кобылы. — Рэрити? Ты что, плачешь?

Единорожка моргнула, подняла копыто и вытерла слёзы, о которых и не подозревала.

— Я... Ну, дорогуша! Я покровительница искусств! Увидев столь прекрасную статую, как я по-твоему должна сдержать трепет? — ответила она с неловким смешком. Затем прочистила горло и потрусила прочь, подавляя желание пойти и посмотреть на статую. — Идём?

Они продолжили путь до замка и в конце концов добрались до ворот. Вместо того чтобы поговорить с гвардейцами, они смешались с небольшой толпой, постоянно входящей и выходящей из замка.

Оказавшись внутри, они справились где находится главный офис и последовали полученным указаниям, в конце концов войдя в зал достаточно большой, чтобы разместить пони, что выстроились в очередь перед столом в ожидании аудиенции с Дензой.

Рэйнбоу взлетела в воздух.

— Да ладно, очереди не для меня, — сказала она, перелетая через очередь. Точнее собираясь перелететь, поскольку Рэрити магией подтянула пегаску обратно.

— Ну же, дорогуша! Ты же бывший капитан Вандерболтов! Я надеюсь, ты дослужилась до такого звания не с полным пренебрежением к протоколу, а? — отчитала её единорожка и встала за последним пони в очереди.

— Конечно нет! Протокол — моё второе имя, но!.. Но я больше не капитан, и... Ар-ргх. Ладно, — пробормотала Рэйнбоу и зависла в воздухе, словно воздушный шарик без ветра. — Вообще я в очередях обычно не жду...

Один, два, три пони прошли к секретарю, пока Рэрити игнорировала пристальный взгляд пегаски. Четвёртый, пятый, шестой, седьмой и, наконец, подошла и очередь белой пони. С обаятельной улыбкой она подошла к столу и улыбнулась секретарше, пожилой кобыле-единорожке, что выглядела так, словно годами не брала отпуск.

— Добро пожаловать в замок Кантерлот, где ваши заботы — наши заботы, — пробормотала кобыла заученную фразу, которую Рэрити прослушала, стоя в очереди, уже семь раз. Секретарша подняла перо и спросила: — Чем я могу вам помочь? Если вы здесь, чтобы записаться на аудиенцию с принцессой, то ближайшее свободное время через три недели.

— Три недели?! — воскликнула Дэш, прежде чем белая пони успела сказать хоть слово. — Без обид, но вы знаете, кто я такая?

Кобыла смотрела на неё целых три секунды.

— Нет, — без тени эмоций ответила секретарша, игнорируя возмущённый вздох пегаски, а затем повернулась к Рэрити. — Чем я могу вам помочь?

Белая пони откинула назад гриву.

— Здравствуйте! Меня зовут Рэрити, и я здесь, чтобы увидеться с лейтенантом Рифт Шилдом по поводу проклятия принцессы Дензы!

— ...что, простите? Не могли бы вы повторить? — спросила кобыла за столом, с прищуром глядя на белую пони, перо всё ещё парило в воздухе.

— Конечно! — Рэрити прочистила горло и затрепетала ресницами. — Меня зовут Рэрити, и я здесь, чтобы увидеться с лейтенантом Рифт Шилдом по поводу проклятия принцессы Дензы!

Секретарша наконец положила перо и повернулась к гвардейцу на другом конце комнаты.

— Сайлент Эроу! — подозвала она. — Пожалуйста, сообщи лейтенанту Шилду, что мисс Рэрити и мисс Рэйнбоу Дэш хотят поговорить с ним.

— Ага, я знала, что ты знаешь кто я!

После того как жеребец козырнул и потрусил прочь, кобыла указала на ближайшие стулья.

— Пожалуйста, присаживайтесь.

Рэрити вежливо улыбнулась и сделала как было велено — села на стул, ближайший к двери, в то время как пегаска плюхнулась рядом и скрестила передние копыта. Единорожка обратила внимание, что любой, кто войдёт в помещение, тут же получит отличный обзор на её покрытую шрамами заднюю ногу, и, хотя сначала она сделала движение, чтобы прикрыть конечность, её тут же посетила другая идея.

Несмотря на то, что её тщеславие протестующе вопило, она села прямо и откинула плащ, выставив шрамы на всеобщее обозрение. Удовлетворившись, она повернулась к Рэйнбоу и увидела, что кобыла смотрит прямо на неё, приподняв бровь.

— Небольшое представление для лейтенанта, чтобы он был нам полезен, дорогуша, — ответила с улыбкой на невысказанный вопрос единорожка, после чего Дэш слегка ухмыльнулась. — Ведь именно он предложил мне пойти в лес.

Прошли двадцать минут, пегаска в это время отвлекала Рэрити рассказами о своих эпических похождениях, пока они ждали прибытия Рифта. Дэш как раз описывала свою битву с Большой Медведицей, как внезапно остановилась, и её восхищённое выражение исчезло, стоило глазам остановиться на чем-то за спиной Рэрити.

Рэрити потребовалось мгновение, чтобы подготовиться, прежде чем повернуться с лучезарной улыбкой.

— О, Рифт! Как я рада, что ты пришёл! — воскликнула она и обнаружила, что взгляд гвардейца прикован к её отвратительным шрамам.

Единорожка ахнула и наскоро прикрылась.

— Ох, понечки, прости, пожалуйста! От этого дурацкого плаща никакого прока! — она театрально вздохнула, поигрывая ожерельем. — Древесные волки такие мерзкие существа... Зря я отправилась в лес столь прискорбно неподготовленной...

Рэрити прочистила горло и встала, Рэйнбоу последовала её примеру.

— Я надеюсь, мы не помешали? Я хотела бы поговорить с тобой, пожалуйста.

— Не помешали, что ты, — ответил Рифт с вежливой улыбкой. — Пожалуйста, следуйте за мной.

Рэрити вежливо кивнула секретарше и направилась вслед за гвардейцем. За ней последовала Дэш, демонстративно игнорируя кобылу.

— Лейтенант Шилд, — поприветствовала его пегаска, хотя в словах её не было и тени уважения.

— Рэйнбоу Дэш, — ответил на приветствие жеребец, сохраняя вежливую улыбку. — Как тебе работа на пенсии?

— Да можно сказать, неплохо! Не считая того, что из-за вас, ребята, всё что я делала обратилось в прах, спасибо большое, — радостно произнесла пегаска, выходя вместе со всеми из комнаты. — Врать не буду, я и раньше считала вас плохими ребятами, но это уже ни в какие ворота не лезет.

— Ты можешь думать, что хочешь, — ответил гвардеец, ведя их в ближайший коридор. — Рад, что вы, ребята, наконец закончили дела в Белохвостой Чаще. Мы получили уже десятки жалоб от местных жителей.

— Все ещё шпионите за нами? — фыркнула Рэйнбоу. — Что, принцессе заняться больше нечем?

— Скорее, присматриваем, но, повторюсь, ты вольна думать что хочешь, Рэйнбоу, — ответил Рифт, останавливаясь перед двумя большими дверьми, на которых были изображены знаки в виде солнца. Гвардеец прочистил горло и, широко улыбнувшись единорожке, открыл дверь и жестом пригласил вовнутрь. — После тебя, Рэрити.

Она протрусила внутрь и оказалась в большом приёмном зале. Книжные шкафы стояли вдоль всех стен, демонстрируя обширную коллекцию древних томов, и единорожка на мгновение задумалась, не стоит ли ей воспользоваться моментом, чтобы посмотреть, есть ли здесь какие-нибудь книги Твайлайт.

Вместо этого она повернулась к столу и обнаружила на нём множество предметов. Бумаги, фотографии, письма, и многое другое, а при ближайшем рассмотрении она поняла, что все они имеют отношение к легенде или, точнее будет сказать, к доказательствам реальности легенды. Тут были даже рисунки Пинки Пай.

— Зачем тут всё это? — спросила единорожка, поднимая фотографию Вечнодикого леса.

Рифт вздохнул, снял шлем и положил его на стол.

— Даже если некоторые пони думают, что мы тут крупы просиживаем, некоторые из нас всё же собирают информацию, — ответил гвардеец. — Почему бы тебе не присесть?

Как только Рэрити устроилась поудобнее, она скрестила передние копыта, опёрлась о стол и спросила о единственном, что её интересовало:

— Как мне снять проклятие?

Рифт, глядя на неё, моргнул, а затем нахмурился.

— Я же уже говорил, мы не знаем, как его снять. А знали бы, думаешь, давным-давно бы не сняли? У нас есть только... — гвардеец запнулся, сделал глубокий вдох и продолжил, — У нас есть только пара идей, как оно распространяется.

— Поведай.

Рифт провёл копытом по гриве.

— Слушайте, мы не проводили никаких точных исследований, но мы думаем, что есть два способа. Мы точно знаем, что встреча с принцессой Кейденс или любым из её потомков мгновенно навлечёт на тебя проклятие. Это...

— Погоди, погоди! — прервала рассказ Рэйнбоу, подрасправив крылья. — Так вот почему ни я, ни Вандерболты никогда не встречались с принцессой?

Рифт вздохнул.

— Да. А не потому что она "слишком важничает, чтобы с тобой встретиться", — сухо ответил он.

— А вот с этого момента поподробнее! — воскликнула Рэрити, уставившись на них в неверии. — Вы хотите сказать, что Вандерболты никогда не встречали принцессу Дензу?! Но они же королевская воздушная команда!

Единорожка перевела взгляд на пегаску.

— И у тебя ни разу не возникло вопросов?! Да ради всего святого, ты же была их капитаном!

Ответить на это Рэйнбоу не смогла.

— Ну-у, э-э-э...

— Принцесса, в свою очередь, тоже избегала встреч, — прервал Рифт пегаску, стараясь сохранить ей остатки гордости. — Ты же не думаешь, что она хотела бы проклясть ненароком и Вандерболтов? При том что она даже ничего сказать и не может...

— Чушь какая-то! — снова вмешалась в рассказ Рэйнбоу, она взъерошила перья и ударила копытом по столу. — Если я ни разу не виделась с принцессой Дензой, так почему я тоже не смогла найти принцессу Твайлайт?! Рэрити и остальные ни слова мне не сказали о проклятии, пока я пол недели не провела в лесу за избиением древесных волков!

Гвардеец с тревогой посмотрел на единорожку.

— Значит, это были древесные волки?

— Да, — ответила Рэрити, снова поправляя плащ. Затем повернулась к Рифту и положила копыта на стол. — Похоже, проклятие водит нас по лесу кругами или направляет прямиком к древесным волкам, но не к принцессе.

Жеребец нахмурился.

— Да, наши наблюдения подтверждают, что...

— Эй, стой! А что насчёт меня?! — перебила Рэйнбоу, махнув копытом перед гвардейцем. — Ты не ответил на мой вопрос!

На лице Рифта промелькнуло раздражение.

— Что именно тебе сказали Рэрити и другие? — спросил он, мельком взглянув на единорожку. — Ты говоришь, что о проклятии они не говорили, верно? Так о чём тогда?

Рэйнбоу задумалась.

— Какое это имеет отношение к делу?

— Ну смотри, как я уже говорил, мы не можем быть уверены на сто процентов. — Гвардеец вздохнул, подобрал один из свитков со стола и развернул его. — Но есть предположение, что просьба помочь с поисками принцесс, это то, что передаёт проклятие от одного пони к другому. Знаю, звучит нелепо, но записи солдат древности и то, что Дух сказал принцессе Кейденс, в основном подтверждают эту теорию.

— Но... а как насчёт нашей первой встречи?! — воскликнула Рэрити. — Почему тогда я не оказалась проклята?!

Жеребец улыбнулся.

— А я никогда и не просил тебя помочь мне искать принцесс, — ответил он, свернул свиток и постучал им по столу. — Это ты просила у меня помощи. А я лишь попросил предоставить доказательства их существования.

— Глупость какая-то! — запротестовала пегаска. — Искатель встречался с принцессой, и он сказал мне, что никакого проклятия не существует!

Рифт закатил глаза.

— Уверен, он бы та-а-ак хотел, чтобы и ты оказалась проклята, — иронично ответил жеребец. — Мне не важно, чего он себе там навыдумывал, он знает, что проклятие реально! Нашёл он хоть одну из принцесс? Нет! И более того, просил ли он тебя помочь найти их? Хорошенько подумай! Было такое?!

Рэйнбоу поморщилась.

— Н-нет, но... но это потому что ему нужно поддерживать репутацию! Как ты себе представляешь, чтобы он ходил и просил о помощи?! Он самый крутой дракон в округе! И ладно! Хорошо! Он никогда не просил помочь! И кто тогда меня проклял?! А?! — спросила пегаска, выпятив грудь и ударив копытом по столу. — Ну-ка!

— Да не знаю я! — повысил голос гвардеец, так же громко стукнув по столу. — Говорю же, это всё домыслы и...

Рэрити поднесла копыта ко рту, осознав, или, скорее, вспомнив, нечто совершенно ужасающее. Если столь простой просьбы о помощи достаточно для передачи проклятия, значит...

— Постойте.

Спор Рифт Шилда и Рэйнбоу затих, и пегасы повернулись к единорожке.

— Что? Что такое? — спросила пегаска, пламя спора в её глазах угасало.

Рэрити повернулась к ней, чувствуя слабость, и прошептала:

— Это я.

Рэйнбоу откинулась назад.

— А? Чего ты?

— В госпитале, — произнесла единорожка, и на мгновение ей показалось, словно проклятие снова пало на её плечи. Несмотря на нежелание продолжать фразу, она прочистила горло и договорила: — в госпитале, я попросила тебя помочь найти принцесс.

На мгновение помещение накрыла тишина.

— А вот и ответ, — смиренно вздохнул гвардеец. — Полагаю, тайна раскрыта.

В свою очередь, Рэйнбоу Дэш молча уставилась непонятным взглядом на единорожку, что с каждой секундой чувствовала себя всё менее комфортно. Она злилась? В шоке? Что-то другое? Всё вместе? Рэрити не могла сказать и слова, пока пегаска, словно подброшенная, не взлетела в воздух.

— Ты что?! — взорвалась она, казалось, что Дэш призовёт грозовые тучи, чтобы отправить единорожку в небытие. — На кой ляд ты это сделала?! Да что с тобой не так?!

— Я не знала! — вспылила в ответ Рэрити и ударила копытом по столу. — Как, во имя Эквестрии, я должна была догадаться, что оно именно так и передаётся?! Я была в больнице! Вот уж прости, пожалуйста, что не уделила время на обдумывание каждой фразы, пока отходила от нападения древесного волка!

Гнев Рэйнбоу немного поутих.

— Но... Ладно, допустим, но... Да это бред какой-то! — выпалила она, вытянув в сторону жеребца копыто, словно направляя остатки гнева. — Это проклятие — глупость!

— Не я его придумал! — огрызнулся Рифт.

— И чего?! Менее глупым оно от этого не становится! Попросить помощи с поиском принцесс?! О чём вообще дух думал?! Единственная причина, по которой Рэрити попросила меня помочь, это знание, что я верю в них! Попроси она кого-нибудь ещё, её бы сочли сумасшедшей!

— Так, а разве не этого он и добивался? — вмешалась единорожка. — Это практически гарантирует, что любой, кто верит, рано или поздно окажется проклят! Да, это смехотворный и абсурдный метод, но он работает!

— Вы не до конца понимаете, — внезапно сказал Рифт. — Для вас, конечно, звучит оно нелепо, но это потому, что проклятие не для вас предназначалось!

Рэйнбоу зависла в воздухе, с таким же растерянным выражением лица, как и у Рэрити.

— Прошу прощения?

— Это проклятие не для нас предназначалось. Да, мы попали под его воздействие, но косвенно. Проклятие ударило по принцессе Кейденс и пони, что жили тысячу лет назад, — объяснил гвардеец, сопровождая каждую фразу ударом копыта по столу, как бы подчёркивая свою точку зрения. — А тысячу лет назад все пони верили в четырёх принцесс!

Гнев единорожки полностью развеялся, а сердце в груди учащённо забилось.

— Я никогда об этом не думала...

— Дух буквально рассказал принцессе Кейденс, где заточены другие принцессы! Как он мог упустить такую возможность позлорадствовать? Вот почему это есть в легенде! К тому же, сама подумай! Если бы ты знала, где находятся твои друзья, при этом не зная, что ты проклята, имея в управление целое королевство, чтобы ты сделала первым делом?!

Глаза Рэрити расширились.

— Я бы попросила всех, кого могла, помочь мне...

— Именно! — заключил пегас. Затем он вздохнул и провёл копытом по гриве. В задумчивости продолжая постукивать по столу, он осмотрел лежащие на нём предметы и потянулся за чем-то, похожим на древнюю записную книжку. В момент прикосновения из книги вырвался всплеск магии, точно такой же, что окутывает книги Твайлайт. — Вот.

Единорожка подобрала книжку, и пегаска, приземлившись рядом с ней, заглянула через плечо.

— Что это? — поинтересовалась белая пони, проведя копытом по обложке.

Затем она открыла её и в левом верхнем углу обнаружила имя владелицы.

— Принцесса Ми Аморе Каденза? — осознав, чей дневник держит, Рэрити перевела удивлённый взгляд на Рифта. — Это же...

— Дневник принцессы Кейденс. Той, что из легенды. Открой его на синей закладке.

— Где вы его взяли? — спросила Рэрити, переводя взгляд обратно на книжку, колеблясь, листать ее или нет.

— Принцесса Денза дала его мне, — ответил гвардеец. Он махнул копытом в сторону бумаг на столе. — А что ты думаешь, все здесь лежит, ждёт, пока ты придёшь? Принцесса поручила меня вплотную заняться этим вопросом, с того самого момента, как вы оказались прокляты.

Пегас нахмурился.

— Она не очень обрадовалась, что я, цитирую, "работаю втайне от неё".

— Так это буквально то, чем ты занимался, — указала единорожка.

— А ведь она права.

Густой румянец залил щёки Рифта.

— Эй! Я всего лишь пытался защитить её! Ты хоть представляешь, как много ложных доказательств ей приносили?! — жеребец обвиняюще указал копытом на Рэйнбоу. — Из всех пони ты должна понимать это как ни одна другая!

— Из-за Спайка?

Если пегаска и собиралась что-то сказать, она тут же замолкла, она во все глаза уставилась на Рэрити, которая лениво листала страницы дневника принцессы.

— Ч-что?

— Искатель, это же Спайк, верно? — беспечно продолжила единорожка, всё ещё пролистывая дневник. — Это он, тот драконий друг Твайлайт. Вот почему ты веришь в легенду, вот почему принцесса Денза за тобой присматривала, и вот почему ты позабыла упомянуть, почему он не здесь, с нами.

Рэрити закрыла дневник и повернулась к Рэйнбоу Дэш.

— Он же ещё ничего не знает, так ведь?

Пегаска отступила назад, раскрыв крылья.

— Нет, а какой смысл ему вообще говорить?! Зачем говорить ему, что я нашла принцессу Твайлайт, но больше не смогу отвести его к ней, и всё из-за тебя, а?! Ты хоть можешь представить, сколько раз он шёл по ложному следу? В миллион раз больше, чем Рифт! И я не собиралась отправлять его без причины вырубать очередной лес!

— Значит, он действительно Спайк! — вскипела единорожка. — И когда ты собиралась мне сказать об этом?! Ты знаешь, что с этой информацией могла сделать Твайлайт?! А я?! Я устала, Рэйнбоу Дэш, как же сильно я устала от пони, скрывающих от меня информацию! Я пыталась быть со всеми честной, а в ответ все держат меня в неведении!

Рэрити повернулась к гвардейцу.

— Это и тебя касается!

Рэйнбоу возмущённо ахнула.

— Но... но... — пегаска осеклась, покраснела и отвернулась. — Да, извини, чего-уж там.

Единорожка вновь подняла дневник и открыла его на странице, которую изучала до этого.

— В нём она пишет о проклятии?

— Нет, но тут написано о том, как оно распространяется, — ответил Рифт.

Рэрити читала молча, а пегаска снова заглядывала ей через плечо.

...Спайк практически не спит.

Я так рада, что Шайни уговорил его приехать домой на пару недель, но мне ужасно больно оттого, что мне нечем его утешить. Он проводит дни в комнате Твайлайт, в попытках продолжить её исследования по отсутствующим Элементам, но независимо от того, что я или Шайнинг говорим ему, его настроение портится день ото дня. И я его не виню.

Я надеюсь, что злые насмешки Дискорда окажутся ложными, но с каждым днём мои надежды тают. Я не получала весточки от тёти Луны уже больше месяца, а Твайлайт... Твайлайт пропала.

Завтра приедут представители знати из провинций, надеюсь, мы сможем предоставить им больше информации, но знаем мы мало. Дискорд, похоже, переместил библиотеку, по крайней мере, так он сказал Спайку. Шайнинг не верит, что у него хватило бы сил на такое, так что он собирается провести расследование, как только ситуация в Кантерлоте улучшится.

Я не могу перестать думать о том, что произошло при дворе. Это была катастрофа. Не думаю, что смогу снова пройти через это, и Шайнинг со мной согласен. Завтра мы попросим дворян помочь нам собрать пони из их провинций. Ни больше, ни меньше.

— Даже если ты изначально не был проклят, ты можешь получить его от уже проклятого пони, — прокомментировал записи гвардеец. — У нас есть дневник одного пони, что жил с принцессой Твайлайт, и, хотя в его записях не упоминается никакое проклятие, он пишет, что стража замка постоянно приводила его к древесным волкам.

Рэрити нахмурилась. По крайней мере это объясняет, что совы...

— А что насчёт этой записи? — спросила Рэрити, поворачиваясь к Рэйнбоу. — Дискорд "передвинул" библиотеку? Ты тоже говорила что-то такое в Рэйнбоу Фоллс.

— Да, говорила, именно так Дух и сказал Искателю, — ответила пегаска. — Ещё он сказал, что библиотека принцессы не там, где обычно.

— Дискорд лжёт! Она на месте! — запротестовала единорожка. — Как бы он переместил дерево такого размера?

— На меня даже не смотри! Он так сказал! — ответила Дэш.

— Если и на него пало проклятие, то, должно быть, оно сработало, если он в это поверил, — предположил Рифт, забирая дневник принцессы Кейденс и откладывая в сторону. — Записи в дневнике принцессы свидетельствуют о том, что Спайк очень долго обыскивал Вечнодикий лес и ничего не нашёл. Вот почему Шайнинг Армор отозвал оттуда поисковые группы.

— Да вы Спайка-то видели?! — запротестовала единорожка. — Как он мог не найти библиотеку? С такими размерами он мог буквально вырывать деревья из земли!

— А зачем ему это делать, если он думает, что Твайлайт там нет?! — вмешалась пегаска. — Может, теперь, когда мы знаем, что принцесса там, он так и поступит, но до сих пор у него не было никаких зацепок! Хотя, уверена что он до этого пытался, но...

Рэйнбоу скрестила копыта и застонала.

— Уф. Ладно. Я попрошу его поговорить с тобой, но именно ты скажешь ему, что меня прокляла.

— И скажу! — воскликнула Рэрити, притопнув копытом. — И после того, как я закончу рассказ, мы найдём эту проклятую библиотеку и нарисуем карту, чтобы никогда снова не... не...

Единорожка осеклась, её глаза резко распахнулись, и она приложила копыто к ожерелью.

Карта.

— Что такое? — спросила Рэйнбоу, нахмурив брови.

— Карта, — прошептала единорожка за секунду до того, как на её устах проступила первая улыбка за долгое время. Она поднесла копыта ко рту и замерла на мгновение, после чего чуть не спрыгнула со стула. — Карты не существует! Спайк свободен! Дискорд не заточил его, а это значит, что я была права! Я знала!

— Права? В чём права? — спросил жеребец.

У Рэрити кружилась голова. Впервые за несколько недель она была в восторге! В ней зародилась надежда, что медленно, но верно заполняла пустоты, что проклятие создало в её сердце.

— Твайлайт! Дискорд сказал ей, что спрятал карту в её библиотеке, и если она выйдет оттуда без карты, то она исчезнет, и Твайлайт больше никогда не увидит Спайка! Она настолько одержима этой идеей, что не собиралась уходить, даже если могла бы! Но он солгал! Со Спайком всё хорошо, а карты не существует! — объяснила единорожка, практически подпрыгивая на месте.

Твайлайт будет свободна! Как только Рэрити отведёт к ней Спайка, у неё не будет больше причин бояться!

— Всё что мне надо, это найти оставшиеся книги, и...

Рифт прервал её.

— Книги? Какие книги?

Единорожка моментально потеряла мысль и вопросительно уставилась на жеребца. В смысле, "какие книги"?

— Книги из библиотеки Твайлайт, конечно же, — как ни в чём не бывало ответила Рэрити, поднимая в удивлении бровь. — Те, что освободят её.

— Стоп, стоп, погоди! — воскликнул гвардеец, наклоняясь вперёд. — Книги, что освободят её?! Откуда ты знаешь, что они её освободят?! Она сама тебе это сказала?

Единорожка моргнула.

— Нет, мне сказал... — вдруг она запнулась и закрыла рот. Она искала книги не потому, что её попросила Твайлайт, не потому, что так было написано в какой-нибудь книге, а, оглядываясь назад, потому что её попросил довольно-таки подозрительный жеребец, которого она встретила в лесу, вот только сказать об этом она не могла. — Мне жеребец сказал! Тот, что знает о принцессе Твайлайт и легенде.

— Что?! Как так вышло, что раньше мне о нём ты не упоминала? — немедленно спросила пегаска. — Где он?! Это же не тот парень, у которого ты жила в Рэйнбоу Фоллс?

— М? О небо, нет! Это... — и вновь Рэрити замолкла, вспоминая подробности давнишней поездки. — Он со своей женой продаёт книги на рынке Кантерлота! И кстати говоря, у них даже была одна из книг Твайлайт!

— Погоди, если эта семейная пара знала о принцессе Твайлайт, то почему они отправили тебя искать книги? Почему сами ничего не предприняли?

Рэрити открыла рот, чтобы ответить, но слова на ум не приходили. По правде говоря, она и не знала, почему они ничего не предприняли. Книжник, конечно, упоминал, что слишком стар для этого, но... зачем тогда его жене продавать одну из книг Твайлайт какой-то неизвестной кобыле?

— Я... А пойдём просто на рынок и спросим его лично! — предложила единорожка, стараясь не зацикливаться на новообретённых страхах.

— Вы вдвоём идите, — произнёс Рифт, откидываясь назад и протянув копыто к шлему. — Мне надо закончить дела в замке, и принцесса не слишком довольна моей работой. Просто сообщаю, что ещё не слышал версию с книгами, но имеет смысл спросить её.

Гвардеец поднялся.

— Какие-то вопросы напоследок остались?

— Есть... — Рэрити прикусила губу. — Есть кое-что, что вообще не складывается.

Рифт нахмурился.

— И что же это?

— Дух! — воскликнула единорожка. Она махнула на окно, за котором виднелся тихий город. — Посмотри на Кантерлот! Посмотри на Эквестрию! Почему мы не купаемся в магии хаоса, если он на свободе?

— А ведь она права! — добавила пегаска, поворачиваясь к жеребцу. — Как это объяснить, а?

Под напором вопросов Рифт попятился.

— Спокойно! Откуда я знаю, что он там затеял? Я, знаете ли, не могу пригласить его на чашечку чая и позадавать вопросы. — Гвардеец вздохнул. — Единственный пони, у которого, как я знаю, больше информации, это Ноледж Квилл, бывший старший библиотекарь Кантерлотской библиотеки.

— И где его искать? — спросила Рэйнбоу. — Может быть, он действительно получше вас, гвардейцев, поможет нам разобраться с проклятием!

— Он сменил имя и переехал в Рэйнбоу Фоллс, — ответил жеребец. — Но живёт он уже три года как в Холлоу Шейдс. Ездит периодически туда-сюда.

— Холлоу Шейдс? — переспросила единорожка. — Вы имеете в виду профессора? Профессора Брейзнеда Эйва? Но он не верит в легенду!

— Но он всё о ней знает, — ответил Рифт. — Квилл однажды увидел одну из сфер с хаосом и слетел с катушек. Единственная причина, по которой мы ничего с ним не сделали и позволили продолжать клеветать на принцессу, это то, что он для нас выяснил.

— Так чего же мы ждём? — воскликнула Дэш, поворачиваясь к Рэрити. — Нам нужно только дождаться, пока он отбудет в Рэйнбоу Фоллс, и как только он окажется подальше от Пинки, мы сможем попросить его...

— Помочь вам? — перебил гвардеец. — Ну же, Дэш. Ты меня вообще слушаешь? Он тут же окажется проклят, а я не для того потратил долгие годы на то, чтобы он никогда не смог встретиться с принцессой Дензой, чтобы ты загубила столь многообещающую зацепку.

Жеребец пригладил копытом гриву и надел шлем.

— Мне не хочется признавать это, но Дух отлично продумал проклятие.

* * *

Как и всегда, кантерлотский рынок был переполнен, единорожка отважно пробивалась сквозь толпу и взгляды, полная решимости найти Книжника и его жену.

— Клянусь облаками, Рэрити, я знаю, что ты стесняешься своих шрамов, но ты, типа, не умираешь от жары под этим плащом? — спросила пегаска, пролетая над кобылой. — На тебя даже смотреть жарко.

— В таком случае смотри-выглядывай торговца книгами, дорогуша, — сделала выговор единорожка, подняв голову на Рэйнбоу Дэш.

— Да, да, — пегаска подлетела повыше и прищурила глаза. — Может, замечу Эппл Блум и Зекору.

Рэрити закатила глаза. Вот тебе и помощь от Рэйнбоу в поисках Книжника. Ну, не важно! Единорожка пребывала в гораздо более приподнятом настроении, особенно узнав правду о карте, и не возражала самолично заняться поисками.

И у неё даже был план! Она была уверена, что сможет получить нужные сведения, не прося напрямую о помощи для принцесс.

Рэрити завернула за угол большого продуктового ларька и наконец, словно луч солнца в ненастный день, увидела вдалеке знакомый прилавок, но только вместо кобылы, что стояла там раньше, она обнаружила самого Книжника, машущего копытом удаляющемуся жеребёнку с книжкой.

— Это он! — взволнованно воскликнула единорожка и помахала Рэйнбоу Дэш. — Это он, это он! Это правда он!

Подняв взгляд, Рэрити обнаружила лишь небо над головой вместо упомянутой пегаски. Единорожка огляделась и увидела, что Рэйнбоу остановилась, чтобы поприветствовать фанатов, и, хотя желание подойти и потащить её прочь было очень сильным, кобылка лишь покачала головой и вместо этого потрусила к Книжнику.

Пожилой жеребец не заметил бегущую к нему единорожку, увлечённый перестановкой книг. Он широко улыбался, несомненно довольный своей недавней сделкой, и только когда Рэрити чуть было не врезалась в него, в последний момент остановившись, он поднял взгляд.

— О, приветствую, юная леди! — воскликнул жеребец, выпрямившись. — Ваш взгляд зацепился за мои книги? Может, ищите что-то определённое? Может, какого-то автора?

Единорожка широко улыбнулась.

— Снова здравствуйте, — сказала она, едва сдерживая ликование, ожидая неизбежного узнавания.

Которого не случилось.

Книжник моргнул.

— Хм, дорогая, а мы разве встречались раньше? Я обычно помню всех покупателей...

На мгновение Рэрити опешила, но затем вновь улыбнулась. О звёзды, бедняжка, похоже, старость не пощадила его память!

— Вы меня не помните? — вновь спросила единорожка, её обнадёживающая улыбка дрогнула, встретившись с неподдельным замешательством, если только... если только он просто не притворялся, что не помнит её! Наверняка он просто пытается сохранить принцессу в секрете! Рэрити снова улыбнулась, на этот раз более выразительно. — Мы виделись в Понивилле, во время прошлой Ночи Поисков!

Жеребец смущённо откашлялся.

— Моя дорогая. Я крайне сожалею, но вы, должно быть, и вправду ошиблись! Я провёл прошлую Ночь Поисков не в Понивилле, а здесь, в Кантерлоте.

— Рэрити! — позвала пегаска, подлетая к единорожке. — Что такое? Это тот самый пони...

Рэрити подняла копыто, чтобы пегаска замолчала.

— Как это, вас не было в Понивилле? — спросила единорожка, стараясь поддерживать вежливость в голосе, несмотря на то, что к её сердцу подбирался липкий страх. — Мы встретились в...

Она на мгновение замолкла, вспомнив о проклятии. Проклятие! Она же не могла упомянуть Твайлайт, так? Прочистив горло, она продолжила.

— Мы встретились в Вечнодиком лесу! Ну, напротив библиотеки... Помните? — продолжала расспросы кобылка, жестикулируя копытом, потому что, умоляю, принцессы, он обязан вспомнить.

И внезапно его растерянность исчезла.

— У библиотеки?..

— Ну да?.. Да, да! — воскликнула Рэрити с вновь вернувшейся надеждой, её жесты стали более восторженными. — Подземная библиотека! Со входом через провал! Вот эта библиотека! Вы и ваша семья веками оставляли там для неё книги!

— Для неё? — спросил Книжник, и его задумчивое выражение уничтожило то немногое, что вернуло единорожке уверенность.

— Да, для неё! Ты знаешь, о ком я говорю! — настаивала Рэрити, её терпение улетучивалось с каждой секундой. — Вы же сами мне сказали, как её освободить!

Рэйнбоу тоже не выдержала:

— Колись уже! Нет смысла скрывать, что ты... — она остановилась на полуслове, когда жеребец поднял копыто, прежде чем начать говорить. — Эй! Ну почему все вокруг постоянно меня затыкают?!

— Мои дорогие дамы! — громко воскликнул Книжник, пожалуй, даже, чересчур громко, затем весело рассмеялся. — Замечательные истории, и поверьте мне, я люблю истории больше всего на свете! Могу я предложить продолжить нашу беседу в более конфиденциальной обстановке?

И только тогда единорожка обратила внимание на любопытные взгляды обывателей.

Рэрити нервно рассмеялась.

— О небеса, конечно! Как грубо с нашей стороны! — согласилась она, жестом приглашая Рэйнбоу Дэш спуститься уже на землю, ради всего светлого в мире. Как только пегаска приземлилась, она придвинулась к жеребцу поближе и прошептала: — Так всё-таки ты её знаешь!

— Любезные леди, лично сам я ни разу не встречал призрака из Вечнодикого леса, — прошептал жеребец, и Рэрити не почувствовала фальши в его голосе. — Мы с моей близкой подругой обнаружили библиотеку десятилетия назад, и она запретила мне заходить внутрь дальше чем на три шага. Книги, что я оставляю, лишь они служат доказательством, что принцесса действительно существует.

— Но... Но... — единорожка не нашлась что сказать, придя к осознанию.

Ну конечно! Твайлайт никак не могла измерить течение времени! Она не могла бы точно сказать, как давно ей приносят книги, если только... если только это не Твайлайт сказала ей, что книги приносят веками, а сам Книжник.

И если это был не тот же самый жеребец, которого она встретила в Ночь Поисков, и видя, что ожерелье зелёным сейчас не светится, тогда... тогда... тогда она и осознала и её захлестнула воистину ужасающая мысль.

Поддельный Рифт привёл её к принцессе Дензе, поддельная Рэрити привела Эппл Блум в библиотеку, и наконец, поддельный Книжник...

Испуганный вздох Рэрити был прерван Рэйнбоу Дэш.

— Ты реально думаешь, что мы поверим в то, что ты не заходил внутрь? Да это безумие! Первое, что ты сделаешь, обнаружив секретную библиотеку, так это зайдёшь внутрь! Так-то!

— Мне наказали ни в коем случае не заходить вовнутрь, — сурово ответил он. — Моя подруга, травница, что живёт в Вечнодиком лесу.

Сердце единорожки пропустило удар.

— Травница? Ты имеешь в виду Зекору?

Глаза жеребца загорелись.

— Да, её! Она приходила навестить меня с женой в Ночь Поисков, и она сможет всё подтвердить! Я могу попросить её, чтобы она с тобой поговорила!

— Я очень благодарна, но в этом нет необходимости. Видите ли, судьба распорядилась так, что мы как раз сегодня встречаемся с ней, так ведь, Рэйнбоу? — спросила единорожка, и с дружелюбной улыбкой склонила голову. — Однако боюсь, что теперь нам нужно поспешить! Наш разговор с ней более откладывать нельзя!

— Но стойте, подождите, прошу! — воскликнул жеребец, вставая и протягивая к кобыле копыто. — Вы должны рассказать мне о принцессе! Я всю жизнь мечтал с ней встретиться!

Рэрити выдавила болезненную улыбку.

— В таком случае, и говорю я вам это с самыми благими намерениями, с вашей стороны было бы мудро не говорить со мной больше ни мгновения.

Книжник моргнул, опуская копыто.

— Но...

Рэрити вновь склонила голову.

— Я благодарна вам, правда. Приятно было с вами познакомиться, — сказала она, прежде чем повернуться. — Пойдём, Рэйнбоу.

— Но Рэрити! — запротестовала пегаска, оглядываясь на жеребца. — Мы же даже не!.. А как же!..

— Прошу, — настояла единорожка и ушла с высоко поднятой головой.

Как только кобылы отошли на достаточное расстояние, Рэйнбоу Дэш приземлилась прямо перед Рэрити, закрывая ей путь.

— Эй! Что это было?! Мы не закончили его допрашивать!

Единорожка лишь обошла пегаску.

— Дорогуша, нет нужды его допрашивать, если он меня не помнит, — сказала она, взглядом пытаясь выцепить из толпы Эппл Блум или Зекору.

— Но Рэрити!..

Единорожка остановилась, повернулась к пегаске и слегка нахмурилась.

— Рэйнбоу Дэш, подумай на мгновение, оцени всё что мы знаем. Я знаю, что видела его в Вечнодиком лесу во время Ночи Поисков, а он в свою очередь полностью уверен, что ни разу со мной не встречался. Вывод?

Пегаска закатила глаза.

— Легкотня! Он маразматик!

Рэрити впечаталась лицом в собственное копыто.

— Нет! Он... А, не важно, — сказала она, делая глубокий вдох. Возможно, лучше будет первым делом убедиться в правдивости его слов у Зекоры, прежде чем объяснить всё должным образом. — Пожалуйста, доверься мне и помоги найти Зекору и Эппл Блум. Даю тебе слово, от зебры мы узнаем намного больше, чем от него.

Рэйнбоу явно была не в восторге, но протестовать не стала.

— Ладно, как скажешь. Но меня уже тошнит плестись со скоростью улитки из-за тебя. Возвращайся в апартаменты, а я их приведу.

— Что?! Почему я тоже не могу помочь?! — возмущённо запротестовала единорожка. Вот, опять! Опять они пытаются задвинуть её в сторонку, будто бы она была бесполезной! — И прости меня, но и до травмы я двигалась с такой же скоростью!

— Ну, слушай, а вдруг они уже вернулись, а? — отмазалась пегаска, заставив Рэрити замолчать. — Этот рынок, ну, типа, совсем крошечный! Вдвоём нам их искать смысла нет! Я просмотрю его целиком за три секунды.

— Рэйнбоу Дэш, здесь больше сотни палаток.

— Ну вот! Ещё одна причина, по которой я должна осмотреть всё в одиночку! Пока ты посмотришь, ну, не знаю, например, пять палаток, я буду уже осматривать луну!

Единорожка открыла рот, чтобы продолжить протестовать, но осеклась и задумалась. Действительно, был шанс, что Зекора и Эппл Блум уже вернулись, и, признаться, переубедить Рэйнбоу Дэш будет проблематично...

— Ну хорошо, — смягчилась Рэрити, хоть и недовольно хмыкнула для пущей убедительности.

— Отлично! Глазом моргнуть не успеешь, как я вернусь! — воскликнула пегаска, приложила копыто ко лбу и умчалась осматривать рынок.

Единорожка посмотрела ей вслед, прежде чем неохотно отправиться обратно в апартаменты. Она изо всех сил старалась сосредоточиться на поиске кобылки и её учителя по пути обратно, но... но постоянно продолжала отвлекаться на бушующие в голове мысли.

Если тот пони, которого она встретила год назад, действительно был Духом, то всё что он делал не имело смысла! Рэрити даже не собиралась возвращаться в лес, после того как Твайлайт на неё напала, и разве не этого он хотел? Зачем просить её вернуться?! Зачем давать причину возвращаться?!

— Всё это бессмысленно, — пробормотала она, входя на площадь Библиотеки Кантерлота. Единорожка осмотрелась, и как и прежде взгляд её задержался на далёком монолитном здании. Она почувствовала, как сжалось сердце, желание увидеть Твайлайт потянуло её к статуе внутри библиотеки.

Одним глазком глянуть же не повредит?..

Рэрити направилась к библиотеке, минуя туристов, местных, поднялась по лестнице, а затем... замерла в нескольких шагах от двери. Чувствовала ли она страх? Необъяснимый страх шагнуть за порог и мельком глянуть на своё несбывшееся лучшее будущее, путь к которому для неё теперь был закрыт.

Но это же глупость, разве нет? Чего ей бояться? Того что не увидит Твайлайт вновь? Отнюдь нет, она найдёт способ побороть проклятие, и достаточно скоро, и всё что ей будет нужно, это найти оставшиеся книги.

Сделав глубокий вдох, единорожка двинулась дальше, потянула дверь магией, и тут же у неё перехватило дыхание, стоило её взору упасть на статую Твайлайт Спаркл.

Вот и она, холодная и бессердечная статуя, что улыбается каменной книге.

Вот и она, так близко и в то же время дальше, чем когда-либо.

Вот и она, принцесса, которая... которая отказалась от Рэрити после нескольких месяцев очарования, завораживающего затягивания в волшебную сказку, что только сейчас показала свою истинную суть — ночной кошмар.

Сердце единорожки стучало всё быстрее и быстрее с каждой секундой, и на мгновение, на один единственный миг, что казался дольше самых длинных дней, всей её жизни, она осознала всю истину, всю великолепно созданную иллюзию, где под запретом была лишь одна мысль.

Быть может, я её больше никогда не увижу.

Жгучие слёзы застилали глаза, и ощущения, как они катятся по щекам, хватило, чтобы вывести Рэрити из транса. Она попятилась назад, делая глубокий вдох, чтобы компенсировать воздух, которого на мгновение лишилась, а затем быстро стёрла глупые слёзы, вызванные глупой мыслью.

Хватит, подумала она про себя и про Твайлайт. Она стоит тут довольно долго, слишком, слишком долго, и теперь пора уходить, потому что становится поздно, и вовсе не потому что стоять здесь было невыносимо.

— А, Рэрити! Вот ты где!

Единорожка обернулась и увидела Книжника, трусящего к ней с широкой улыбкой на лице. Её мысли о Твайлайт за одно блаженное мгновение развеялись, позволив чудесно отвлекающему смятению занять своё место.

— Ой, привет?.. — улыбнулась Рэрити пожилому жеребцу.

— Я повсюду искал тебя! — воскликнул Книжник, и действительно, он тяжело дышал и выглядел запыхавшимся. На самом деле это выглядело слишком правдоподобно, да до такой степени, что казалось притворством, и её прежняя тоска сменилась кипящим гневом, что был готов перелиться через край.

— Да что ты! — поинтересовалась она, гадая, как лучше посмотреть на ожерелье, не вызывая подозрений. — Признаюсь, я удивлена, что ты нашёл меня столь быстро!

Жеребец улыбнулся.

— Дорогая моя, я полон сюрпризов! — провозгласил он с добродушным смешком.

— О, я прекрасно это знаю, — сладким голосом ответила единорожка, хлопая ресницами. — Чем могу помочь?

— Хм... — нахмурился жеребец на мгновение, будто оценивая её, точно так же, как и она в свою очередь, затем улыбка вернулась на его лицо. — Вы знаете, я понял, что и вы тоже полны сюрпризов, мисс Рэрити! Столь восхитительно любопытна! Но не позволяйте этому старому дураку заговорить вам зубы, как бы это ни было весело! Мне нужно...

Книжник заговорщицки осмотрелся, словно жеребёнок, готовый рассказать секрет.

— ...рассказать вам что-то важное, дорогая моя.

— Что-то важное, говорите?

— Ну да! Именно так я и сказал! — воскликнул он, громко смеясь над собственной шуткой.

Единорожку она, впрочем, не впечатлила, но тем не менее она сохранила улыбку.

— Ах, да! Вы говорили, что хотели бы поделиться со мной вашим традиционным семейным рецептом яблочного рагу?

Жеребец на мгновение застыл, и тут же с энтузиазмом продолжил.

— О небеса, да! Но мне надо сохранять секретность, дабы моя жёнушка не прознала об этом. Она довольно ревностно относится к семейным секретам! — Книжник снова прокашлялся. — На самом деле я хотел рассказать вам кое-что о принцессах, но, боюсь, здесь не самое для этого подходящее место! Боюсь, дорогая, тебе придётся напомнить мне о чём ещё мы говорили! Клянусь, рано или поздно моя жёнушка доведёт меня до маразма!

Жеребец улыбнулся и жестом указал на дверь.

— Прогуляемся?

— Ох любезный... — вздохнула Рэрити, задумчиво посмотрев на своё ярко светящееся зелёным ожерелье.

Любезный, любезнейший, наилюбезнейший, вот уж точно.

— Прогуляться? — единорожка хмыкнула, словно в раздумьях, подняла глаза в попытке быстро оценить положение. Рядом не было ни кобылок, ни друзей, ни родных, что могли пострадать от последствий её действий.

А вот что было, так это книга, лежащая на соседнем столе, большая, старая, и безусловно достаточно тяжелая, в самый раз для того, чтобы вырубить любого пони, если единорожка вложит достаточно силы.

— Что-то не так? — внезапно спросил жеребец с улыбкой, казалось, столь фальшивой, как и у самой Рэрити. Да как смеет это чудовище спрашивать о таком?! О, да и, верно, ему это доставляло огромное удовольствие!

— Это был очень долгий месяц... — наконец ответила она, левитируя книгу при помощи магии. — Я рассчитывала немного почитать, чтобы отвлечься от всего этого. Слышали, наверное, поговорку: "Кто больше знает, тому и книга в копыта"?

И с этими словами она что было мóчи запустила книгой в жеребца, который отпрыгнул в сторону, всего лишь на мгновение опередив груз знаний.

Книжник перевёл взгляд с книги на Рэрити, и, хотя его глаза на мгновение блеснули жёлтым, улыбка на его лице лишь засияла ярче.

— Дискорд, — прошипела единорожка, и, хотя она знала, что это будет не лучший выход, она готовилась броситься на него.

Подготовку прервало вмешательство библиотекаря.

— Что здесь происходит?! — взревел он, с таким видом, словно собственнокопытно собирался вышвырнуть Рэрити из библиотеки. Служащий поднял книгу и в негодовании раздул ноздри. — Это библиотека, и этим книгам много веков! Пожалуйста, прекратите портить нашу собственность или продолжайте ваши любовные разборки на улице!

Единорожка чуть не подавилась. Любовные разборки?!

Библиотекарь недовольно фыркнул и ушёл, позволив Рэрити обратить убийственный взгляд на крайне довольного Дискорда.

— Ой, ой, ой! Рэрити! Едва познакомились, а уже любовники? — он пригладил длинную бороду и вздохнул. — Ну, хотя я не удивлён! Я уже знаю, что ты как минимум расхитительница гробниц!

— Я предпочла бы пойти на свидание с мусорным ведром! — прошипела та в ответ.

Дискорд нахмурился и покачал головой.

— Ну, не горячись, нельзя так говорить о бедной малышке Твайлайт.

О небо, в Тартар книгу, она швырнёт ему в лицо целый шкаф. И так бы она и сделала, если бы не взор библиотекаря, что пялился на них словно ястреб.

— Ты... ты... ты...

Слова не шли из неё, весь разум заполнило яростью. Вот оно, существо, что принесло столько страданий столь многим, а вот она, совершенно беспомощна что-либо с ним сделать.

— Я, я, я, — передразнил он и насмешливо наклонил голову. — Я так рад нашей встрече! Не думал, что настанет день, когда я смогу поговорить с тобой лицом к лицу! Очень, знаешь ли, одиноко быть победителем, когда у тебя нет пони, что послушает, как именно ты победил.

— Победил?! С чего ты так решил?! — вспылила Рэрити. — Ты не захватил Эквестрию! Принцесса Денза на троне!

Дискорд лишь улыбнулся.

— Всё так. Я победил.

Единорожка попятилась, чувствуя резкую слабость.

— Ч-что?

Дух взмахнул ресницами, поднял лапу, и в ней появилось меню ресторана под названием L’Éternel Protecteur[1].

— Как насчёт ужина в восемь? — спросил он, но, не получив ответа, прочистил горло и посмотрел меню. — У тебя есть вопросы? А у меня есть ответы! И думаю, ресторан придётся тебе по вкусу! Я даже провожу тебя!

— Ты думаешь, что я тебе поверю...

— Можешь, конечно, не приходить, — перебил он Рэрити, и меню исчезло. Он рассматривал свою лапу, по-видимому, безо всякого интереса. — У меня найдутся дела и поважнее, чем развлекать тебя, если ты столь грубо отвергаешь мою помощь.

— Помощь?! От тебя?!

Дух не отрывал взгляда от лапы.

— Мне любопытно, как ты собираешься снять проклятие, — сказал он и, о, это здорово помогло ей удержать рот на замке. — Ну же, дорогуша. Чего тебе терять? Хотя, однако, есть у меня одно условие.

Дискорд наконец поднял на неё взгляд.

— Ни один пони не должен узнать об этом. Если они узнают, а я узнаю о том, что они узнают, тогда наш ужин отменяется. Не хочу, чтобы эта противная пегаска нам помешала.

Единорожка стиснула зубы.

— Почему?

Наконец он нормально посмотрел на неё, и его губы изогнулись в кривой улыбке.

— Она в сделку не входила! — воскликнул он. — И на этой прекрасной ноте разрешите откланяться.

— Стой! — воскликнула единорожка, наблюдая, как он растворился в воздухе, очевидно никем не замеченный. — А ну вернись! Как всё это понимать?!

Его смех эхом разнёсся по фойе библиотеки.

— Ну-ну, дорогуша. Скоро всё узнаешь! Ты же не героиня романа, который обрывается на самом интересном месте?

## — Интерлюдия VII — Видение II

[Изображение: https://i.imgur.com/GUdG0rO.png]

Звяк. Звяк. Звяк.

Рэрити в одиночестве сидела на кухне бутика «Карусель», её ложечка позвякивала о чашку, размешивая горячий чай. Закончив с этим, она достала ложечку, отложила в сторону и подняла чашку, но прежде чем единорожка успела сделать глоток, вмешалось её тело. Она кашлянула раз, второй, третий, подняла копыто к груди и потёрла её круговыми движениями.

Как только приступ кашля утих, единорожка вновь подняла чашку и сделала желанный глоток, глаза её скользнули по столу и остановились на книге. Фиолетовая книга в кожаном переплёте о старинных волшебных заклинаниях. Она выглядела совершенно новой, несмотря на то, что была более чем на тысячу лет старше самой Рэрити.

Последняя утраченная книга.

Единорожка поставила чашку, подняла книгу магией и взяла копытами. Она провела по обложке копытом, потому что всё это казалось нереальным. Книга, которую она искала всю свою жизнь, нашлась точно тогда, когда время её подходило к концу. Судьбе нравились такие жестокие шутки, именно судьба сделала так, что Рэрити, а не Аметист нашла последнюю книгу.

Подарок, полученный от клиента, потому что она всегда и всех спрашивала о старинных книгах.

Единорожка открыла книгу, и глаза сами собой остановились на до боли знакомых каллиграфически выведенных буквах наверху страницы. На мгновение она вновь представила себя молодой кобылкой, глупой, влюблённой и бегущей в лесную библиотеку с последней книгой за мгновения до того, как наконец увидит свою принцессу свободной.

— Рэрити? — раздался издалека голос Аметист Винд, и единорожка мгновенно закрыла книгу и отодвинула её в сторону. — Книга готова?!

На мгновение единорожку охватил страх. Нет, хотелось сказать ей, не готова.

Но она этого не сделала, потому что другой голос повторял вновь и вновь, что её время вышло. Её время кончилось, завершилось, подошло к концу десятилетия назад в кантерлотском замке, и теперь у неё не осталось выбора, кроме как отпустить.

Рэрити прочистила горло.

— Да, дорогуша!

— Хорошо! — послышался ответ Аметист, в её голосе явно звучало волнение. — Тогда я её вызываю!

Единорожка сделала очередной глоток чая, сосредотачиваясь на ощущении горячего напитка, обжигающего язык. По правде говоря, ей не хотелось при этом присутствовать. Ей хотелось уйти, заняться чем угодно, чтобы не стать свидетельницей того, что сейчас произойдет, но она должна была, так ведь?

Наконец в помещение вошла Аметист, улыбаясь словно малая кобылка, её глаза сияли, а Рэрити... её бывшее ожерелье, висящее на шее кобылки, светилось ярко розовым. Аметист не удостоила старшую кобылу даже взглядом и направилась прямиком к книге на столе.

Она подобрала её, медленно, нежно, и слезы выступили на глазах Аметист.

— Смотри, любимая, — прошептала она, открывая книгу и проводя копытом по почерку Твайлайт. — Это последняя.

Несмотря на то, что стыд обжёг Рэрити, она отвела взгляд. Раньше ей не приходилось видеть, как Аметист использует ожерелье, а теперь, увидев, она поняла, что не может этого вынести. Слёзы защипали глаза, но она заставила себя вновь посмотреть на молодую кобылку. Белая пони постаралась выдавить из себя улыбку, но ничего не вышло.

Через мгновение Аметист закрыла книгу, хихикая от восторга и прижимая ее к груди, очевидно, всё ещё мысленно общаясь с Твайлайт. Она открыла рот, чтобы заговорить, но вместо этого отвела взгляд от книги и посмотрела на саму Рэрити. Выражение лица Аметист тут же изменилось, восторженная улыбка исчезла, а книга выскользнула из копыт и громко упала на пол, оставшись незамеченной двумя кобылками.

Аметист пялилась на Рэрити, а та смотрела в ответ, потому что где-то там, впервые за многие десятилетия, через соединенные разумы, на неё смотрела Твайлайт Спаркл.

И вот теперь...

Теперь Рэрити улыбнулась, наклонила голову набок и заговорила.

— Привет, дорогуша.

Аметист выдержала взгляд белой пони лишь мгновение, после чего, внезапно, связь с ожерельем так резко оборвалась, что младшая пони еле устояла на копытах. Она слегка попятилась назад и потёрла голову копытом.

— Ого, ничего себе, эм-м... — кобыла открыла глаза, трижды моргнула и откашлялась. — Странно, я вроде как на мгновение отключилась...

Аметист нервно хихикнула и подняла книгу с пола.

— Наверное, принцесса была слишком взволнована находкой! — предположила она, поднимая копыто и прикладывая его к ожерелью. Затем вздохнула и продолжила: — Рэрити, я так счастлива. Ты просто не можешь себе представить, насколько...

Младшая пони посмотрела на кобылу.

— И всем этим я обязана тебе.

Рэрити склонила голову.

— Не за что.

Аметист глубоко вдохнула.

— Ладно, мне пора бежать! — воскликнула она, воодушевлённая произошедшим, и старшая единорожка не могла её в этом винить. — Наконец то я спасу свою Твайлайт...

Она не закончила мысль и бросилась вперёд, чтобы обнять Рэрити.

— Пожелаешь мне удачи?

Когда младшая пони отстранилась, единорожка лишь покачала головой.

— Она тебе не понадобится, — сказала она, и кобыла пустилась галопом прочь, вместе с последней книгой принцессы Твайлайт Спаркл.

— Не жди меня! — на бегу крикнула Аметист, а Рэрити лишь отхлебнула очередной глоток.

Единорожка всё-таки подождёт, но не ради Аметист Винд.

## — Глава 29 — Самая длинная ночь

[Изображение: https://i.imgur.com/Vz0Jy2o.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/ngxCrFA.png]

Рэрити вернулась в апартаменты Спитфайр, чувствуя, как в горле всё растёт и растёт комок. Нити надежды поддерживали её волю к борьбе, но единорожка знала, что они уже дышат на ладан и могут порваться в любой момент. Столь многое в ней было сломано и сложно представить, что может стать ещё хуже.

Сейчас она цеплялась за одну единственную надежду.

Карты никогда не существовало. Следовательно, стоит найти все книги, и Твайлайт окажется на свободе раз и навсегда.

Но... но Дискорд вернулся.

И он решил открыться именно сейчас, именно в этот момент, и это не давало единорожке покоя. Всё, что она считала правдой, перевернулось с ног на голову, но всё же... всё же, слова Дискорда казались правдивыми.

Но зачем он решил помочь? Именно этот вопрос изводил единорожку, вызывая головную боль, от которой, по всей видимости, не удастся избавиться в ближайшее время.

Предположение Рэйнбоу оказалось верным, и Рэрити обнаружила, что Зекора и Эппл Блум уже в апартаментах, просматривают свежекупленные книги. Завязалась небольшая беседа, в ходе которой обсуждались неинтересные для единорожки темы. Она раздумывала, не спросить ли о Твайлайт, но часть сознания требовала, что нужно дождаться Рэйнбоу, и Рэрити всё-таки сдерживалась, но лишь до поры, когда взгляд зебры не упал на её шрамы.

— Уж я узнаю эту магию везде. Видала раньше, помогу твоей беде, — проговорила Зекора, пока её копыто описывало круги над шрамами Рэрити. Затем она забормотала что-то на своём языке, и единорожка с удивлением обнаружила, что боль в ноге утихает.

— Нога твоя должна пройти, — продолжила зебра. — А шрамов мне не извести.

Закончив, травница убрала копыто и отступила назад.

— Попробуй встать, не надо ждать.

Единорожка последовала совету и, потрясённая, поняла, насколько это было легко, и на радостях не смогла удержаться и притопнула задним копытом, чувствуя себя совершенно здоровой.

— Зекора! — воскликнула она, буквально подпрыгивая от радости. — О, как мне тебя отблагодарить?!

Зебра покачала головой.

— Мне благодарность заменит лишь твоей улыбки лучезарность. И не нужна мне популярность. — Сделав дело, Зекора села на кушетку. — Но что ты делала в лесу, что вечно дик? Уж не в лесу теперь ли твой бутик?

Рэрити не нашлась с ответом. Хотя мгновения назад она и хотела рассказать, но теперь мысль о проклятии её остановила.

— Хм, видишь ли... я...

— Малышка Блум мне рассказала, при случае любом что в лес ты забегала, хотя продолжить тему отчего-то Блум и избегала. — Сочувственное выражение покинуло лицо зебры, и она продолжила. — Нашли вы, может, духа старины?..

— Н-нет! Не находили мы никакого духа! — вмешалась Эппл Блум, по-видимому, не подозревая, что столь резкое отрицание — это практически признание.

— Я... я... — единорожка стиснула зубы. Она не знала ни что сказать, ни как сказать. Действует ли признание, что она нашла принцессу, так же, как просьба о помощи? Она прокашлялась и улыбнулась: — Зекора, я в такие вещи не верю! Просто в лесу огромные залежи драгоценных камней, которые я использую для платьев. К тому же легенда о четырёх принцессах всего лишь сказка для маленьких жеребят.

— А разве что-то я про сказку говорила? — спросила травница и повернулась к Эппл Блум. — Библиотека древности скрывается в лесу, то без утайки до тебя я донесу.

Зекора перевела взгляд на Рэрити и вновь нахмурилась.

— Там зло вели́ко, никто в лесу и не услышит крика.

— Нет там никакого зла! — немедленно возразила единорожка, прежде чем осознала, что сказала. — В легенде говорится, что принцессы были добрыми, а не злыми.

— Под дубом обитает магия и зло несёт. Ни игр, ни счастья там никто и не найдёт. А сколь легенду вспомнить ты решила, то напомню: что Дух не хаосом един, раздор несёт, пугающий токсин.

Рэрити прикусила губу. Зекора, должно быть, имеет в виду магию хаоса из лабиринта. Марионетка, что напала на них, безусловно подходила под описанное зеброй зло. Уф-ф! То, что... То, что нельзя было говорить о Твайлайт, несмотря на то, что Зекора всё понимала... было совершенно невыносимым!

— Но если ты, эм-м, предположительно, знаешь о потерянной принцессе уже долгие годы, то почему никому не рассказала? — спросила единорожка в надежде, что этим вопросом не наложит на зебру проклятие.

Зекора натянуто улыбнулась.

— Все думают, что травница в лесу слегка безумна, про странности мне говорить не будет у́мно.

Она посмотрела на Эппл Блум и слегка взъерошила ей гриву.

— Подарком я тебя порадовать решила, сходи и глянь, хочу я знать, тебе для сердца мило?

— Взаправду?! — воскликнула кобылка, спрыгивая с кушетки и убегая.

Как только она ушла, зебра обратилась к Рэрити.

— Давным-давно мне сон приснился, таить не буду, сон недобрый. Принцесса там была, глаза черны, что ночь без звёзд, душа как смоль, жестока, зла. Во сне, скажу, была единорожкой, такой как ты, но только крошкой. Деталь, однако, есть ещё.

Рэрити сглотнула, и на мгновение представила себе картину. Твайлайт Спаркл исчезла, превратившись в монстра хаоса, и смотрит на неё с... с пустым выражением лица и глазами чёрными, словно душа Дискорда.

— В тебя как в зеркало смотрю, тобой была во сне я. Прими совет, не думай дважды, в лес тот ходить борись ты с жаждой.

Вскоре Эппл Блум вернулась, и, чувствуя себя словно на иголках, единорожка извинилась, сказала, что день был долгим, и удалилась в свою комнату, без единой мысли завалившись на кровать и закрыв глаза. Спать ей не хотелось, ибо сон приносил ей лишь ещё больше тревоги.

Так что вместо этого Рэрити решила думать о Твайлайт.

Её Твайлайт. Настоящей Твайлайт, а не Твайлайт Спаркл из грёз и кошмаров.

Копыто единорожки коснулось ожерелья. Чем сейчас занималась Твайлайт, там, в библиотеке? Всё ли с ней было хорошо? Когда Рэрити в первый раз ездила в Кантерлот, она дала аликорну почитать всю коллекцию книг про Дэринг Ду. Они развлекут принцессу, пока единорожка не вернётся.

"Если она, конечно, не прочла их в первый же день", — подумала белая пони, и на губах её проступила улыбка. Ну это же Твайлайт. Конечно же, она прочитала их в первый же день.

Стоило приятной мысли завершиться, как маленький мерзкий голосок внутри неё прошептал:

”Ах, жалко, — говорил он, — что ты не сможешь больше принести для Твайлайт новых книг, да?”

Прежде чем слёзы навернулись на глаза, Рэрити усилием воли заставила себя подумать о чём-нибудь другом.

“Зачем я себя так мучаю?”

Было заметно, что за окном ночь вступает в свои права, и мыслями она вернулась к Дискорду. Казалось таким... нереальным, что она действительно с ним встретилась. Сейчас единорожку переполнял гнев. А лишь пару часов назад это было неверие.

Пригласил её на ужин.

Столь нелепо, что просто ставило в тупик и все её чувства буквально кричали "опасность".

Сознание Рэрити терзала мысль о последних словах Духа. Если она хочет с ним встретиться, то ни одна душа об этом не должна узнать. Единорожка может попробовать убедить Рэйнбоу Дэш не ходить за ней, но что, если Дискорд об этом узнает? Что, если он...

Белая пони перекатилась на кровати, открыла глаза и нахмурилась.

Ну, не похоже, что он сможет сделать с ней что-то ещё. Он уже преуспел и сотворил самую худшую из возможных вещей, что вообще могли случиться, поэтому всё что Дух отныне скажет или сделает лишь даст ей надежду, вопреки тому, чего Дискорд пытается добиться своими играми.

Прошёл один час, за ним второй, третий, и когда глаза единорожки открылись и зевок слетел с губ, ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что она уснула.

Рэрити резко вскочила, заполошно дыша.

— Который час?! — взвизгнула она, поворачиваясь к прикроватному столику и левитируя часы. Тут же её накрыла волна облегчения, всего лишь без четверти восемь. Белая пони было подумала, отдохнуть ещё с десяток минут, но поборола искушение, не желая проспать.

Единорожка вышла из комнаты и обнаружила, что Зекора уже ушла, а Рэйнбоу вернулась. Пегаска лежала на кушетке и, по-видимому, крепко спала. Рэрити почувствовала искушение разбудить её, но не стала, вместо этого она подошла к окну, прижала к стеклу мордочку в попытках высмотреть за ним Дискорда.

— Если ты ищешь Зекору, то она ушла с час назад.

Рэрити испуганно ойкнула. Прямо рядом с ней стояла совершенно не спящая Рэйнбоу Дэш, точно так же прижавшаяся к стеклу.

Прежде чем единорожка смогла как-то отреагировать, пегаска посмотрела в её сторону и оценила заднюю ногу.

— Ого! Теперь ты снова можешь двигаться! Большой прогресс, перейти от скорости улитки к скорости черепахи!

Рэрити игриво закатила глаза, переключая внимание обратно на улицу.

— Зекора рассказала тебе что-нибудь полезное?

Рэйнбоу выразительно фыркнула.

— Не. Она рассказала мне, насколько ей понравилось шоу в Лас-Пегасусе, так что по крайней мере мы знаем, что её слова заслуживают доверия. В любом случае я очень надеюсь, что мы ненароком её не прокляли, она же буквально живёт в лесу! — пегаска провела копытом по гриве. — Ну а тебе? Удалось что-то узнать?

— Совсем немного, — ответила единорожка, слегка нахмурившись. — По всей видимости, она чувствует магию хаоса внутри библиотеки. Вот почему и сказала Книжнику держаться подальше.

Рэрити на мгновение задумалась.

— Кстати, не знаешь случайно, где находится ресторан под названием “L’Éternel Protecteur”?

Пегаска повернулась к ней, нахмурившись.

— Знаю... А кто тебе о нём рассказал?

Белая пони вопросительно моргнула.

— А какая разница? Просто любопытствую. Я должна там встретиться с одним знакомым за ужином.

— Ресторан в восточной части города. Любимое место Спайка до того, как он эм-м, стал слишком большим, чтобы там есть, — ответила пегаска, поворачиваясь к окну. Она немного помолчала, а затем добавила: — Ещё это был любимый ресторан принцессы Твайлайт.

Сердце Рэрити пропустило удар.

— О.

— Ага, — продолжала Рэйнбоу, по-прежнему глядя в окно. — Спайк говорил, что до войны, она там целые дни проводила. Владелец любил читать книги, или что-то в этом роде. В любом случае хорошее место.

Пламя гнева вновь вспыхнуло. Так вот почему Дискорд выбрал этот ресторан. Соль на рану, да?

— А кто твой друг? — повернулась пегаска к единорожке. — Ты же не позвала сюда Пинки Пай?

— Нет! — возмутилась Рэрити. — Признаться, никакой это не дру...

Она замолкла на полуслове, увидев, как к дому подходит знакомый жеребец.

— О, смотри! Это ж этот, как-его-там! — воскликнула Рэйнбоу, прижимаясь мордочкой и копытами к стеклу. — Скорее! Пойдём поговорим с ним! Может, он чего-то ещё вспомнил!

— Стой, стой, Рэйнбоу! — единорожка схватила пегаску магией, прежде чем та вылетела наружу. Думай, Рэрити! — Я... эм-м. Я должна сознаться, вот с ним я и иду на ужин.

— Что?! С ним?! — спросила Рэйнбоу, притопнув копытом. — Почему ты мне сразу не сказала? Я тоже хочу с ним поговорить!

Рэрити колебалась.

— Да, знаю, но... когда я, эм-м, ну, когда я вернулась, чтобы ещё раз поговорить с ним, он оказался более спокойным пока тебя рядом не было! Как ты и сказала, похоже, маразм его всё же настиг, и бедные нервы старенького жеребца не выдержали присутствия такой известной пони как ты. И!.. И если мы пойдём вдвоём, то лишь увеличим шанс ненароком проклясть его, если уже не прокляли! Пожалуйста, дай я сама им займусь.

Пегаска нахмурилась.

—...да, ну хорошо, наверное... Но! — она ткнула единорожку в грудь. — Если ты не вернёшься до двенадцати, я полечу искать тебя! Я всё ещё слабо верю, что ты не помчишься в Холлоу Шейдс.

Хотя Рэрити и хотелось негодующе фыркнуть, она удержалась. По правде говоря, ей это было только на копыто. Если она не вернётся до полуночи, значит монстр с ней что-то сделал, и было обнадеживающе знать, что Рэйнбоу Дэш найдёт её и поможет; конечно, пегаска не преминет высказать ей всё что думает о столь безрассудном поступке, ну и пусть, не каждый план должен быть абсолютно идеальным.

— Дорогуша, со мной всё будет в порядке, — ответила единорожка и отвернулась от окна, пока пегаска продолжала сверлить жеребца взглядом.

Рэрити взяла вещи и, попрощавшись, вышла из апартаментов. Пока она спускалась по ступеням, каждый пройденный шаг казался тяжелее предыдущего, а сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди.

И всё же, она не боялась.

Ну, если только немножко. Но сейчас Дискорд был единственным источником информации, что у неё был, и эта мысль помогала ей отринуть опасения до такой степени, чтобы они не мешались.

Когда она наконец вышла на улицу, жеребец широко улыбнулся и помахал копытом с безудержным энтузиазмом.

“О принцессы, для него всё это лишь игра?”

— Ах, Рэрити! Я так рад тебя видеть! — провозгласил он, и быстрый взгляд единорожки на ожерелье подтвердил его личность. Дух поднял глаза и с таким же энтузиазмом, как и раньше, помахал Рэйнбоу Дэш, которая неохотно помахала в ответ, к счастью, с такого расстояния не способная заметить свет ожерелья. — Вижу, ты сдержала своё слово.

— Чего ты хочешь, Дискорд? — спросила единорожка, не желая никоим образом случайно повеселить его.

— Я? Всего лишь прогуляться с тобой! Ах, как давно я последний раз посещал это ужасающее место! — жеребец погладил бороду и окинул взглядом проходящих мимо пони. — Особенно приятно делать это, когда все вокруг не смотрят на тебя как на чудовище!

— Ты и есть чудовище, — выплюнула слова Рэрити.

Дискорд театрально вздохнул, прижимая копыто к груди.

— Moi[1]? Прости, пожалуйста, но я образцовый экземпляр драконэквуса! Но... если тебе больше понравится моя другая форма... — Дух заговорщически осмотрелся по сторонам и потрусил вперёд, не сказав ни слова.

Единорожка прищурилась и осторожно последовала за ним, удаляясь от апартаментов Спитфайр в сторону улицы поменьше, скрытой от взора Рэйнбоу Дэш. Оказавшись там, Дискорд подождал, пока Рэрити его нагонит, и сделал странный жест копытом.

Единорожка, не сводя с него глаз, попятилась, ожидая, что что-то произойдёт. Мгновения шли, но ничего не происходило, кроме растущей улыбки на лице Духа. Сбитая с толку, она было открыла рот, чтобы спросить, что он изменил, но голос позади прервал её.

— Может, так будет получше? — и Рэрити мгновенно почувствовала слабость, узнав его. Он пронзил её насквозь, и единственное, что останавливало её кипящий гнев, это удушающий страх обернуться.

И всё же единорожка обернулась, слабость кратно усилилась, стоило ей, к своему ужасу, увидеть пегаску Твайлайт Спаркл, улыбающуюся столь же самодовольно, как и Дискорд. Время словно остановилось, рациональный мозг Рэрити говорил, что это не Твайлайт, но сердце...

Она развернулась на месте, сдерживая слёзы, потому что уж лучше на месте провалиться, чем позволить Духу увидеть, что он задел её за живое.

— Прими другую форму, — прошипела она. — Давай. Живо!

Диск... Твайлайт Дискорд?.. Твайликорд в притворной обиде ахнула, и, о, как единорожка возненавидела то, что звук голоса Твайлайт мгновенно приковал её внимание.

— Р-рэрити? Почему ты на меня злишься? — спросила пегаска, качая головой. — Я только хотела помочь тебе! Разве ты по ней не скучаешь? И вот она я, даю тебе иллюзию свидания с твоей прелестной принцессой! По правде говоря, тебе стоило бы проявить хоть чуточку благодарности!

— Благодарности?! — со всё более нарастающей яростью прокричала Рэрити. — Всё из-за тебя! Ты всё это сотворил, и теперь хочешь, чтобы я...

— Рэрити, ну правда! — начал Дискорд, тот, что маскировался под Книжника, и единорожка перевела свой гневный взгляд на него. — Я лишь решил слегка пришпорить тебя, желание вновь увидеть Твайлайт должно толкать тебя вперёд!

— Ну пойдём, — позвала Твайликорд, протрусив мимо Рэрити к ближайшей улице. — Ты же не хочешь опоздать на свидание, а? Принцесса Твайлайт презирает опазданцев!

Дискорд последовал за ней, единорожка стояла, пока он не позвал её, и пришлось неохотно подчиниться. Она сосредоточила взгляд на нём, потому что смотреть на другого Дискорда было просто невыносимо. Единорожка отчаянно желала, чтобы ожерелье заработало, тогда она связалась бы с Твайлайт, позаимствовала её магию и так влупила бы обоим Дискордам, что они очнулись бы лет через сто!

Втроём они шли по оживлённым городским улицам. Пони пялились на них, и как сначала предположила Рэрити, это из-за её явной угрюмости, но вскоре поняла, что все пони смотрят на Тва... на Дискорда, замаскированного под Твайлайт. Поначалу единорожка не могла понять причину, ведь обыватели не знали, как выглядит принцесса, а затем осознала... что всё-таки знали.

Статуя в библиотеке, мимо которой они неоднократно проходили.

В конце концов к ним подбежала кобылка-единорог, которая набралась храбрости и обратилась к Твайликорду, что побудило Рэрити быстрее нагнать Дискордов, прежде чем у того появятся мерзкие идеи.

— Эм-м, мисс? — спросила кобылка, в глазах которой белая пони увидела восхищение. — Вы выглядите точь-в-точь как статуя принцессы!

Малышка протянула копыто, чтобы потрогать крылья, но пегаска отступила. Тем не менее, кобылку это не отпугнуло.

— Ваши крылья такие красивые!

Твайликорд улыбнулась.

— Спасибо! — воскликнула она, расправляя их напоказ. — Намного красивее оригинала, тебе не кажется? Жаль, что она на самом деле ничего не сделала, чтобы их заработать. Крылья были утешительным призом.

Сбитая с толку кобылка моргнула, не замечая убийственных взглядов, которыми Рэрити одаривала самозванку.

— Пойдёмте, дамы! — позвал их Дискорд. — Мы почти на месте!

В течение десяти минут, в которых Дух буквально общался сам с собой, они наконец прибыли в печально известный ресторан. Единорожка сосредоточилась на мысли, что раньше это было любимое место настоящей Твайлайт, словно присутствие аликорна каким-то образом пропитало ресторан и защитит её от любых нападок Дискорда.

Здание напомнило Рэрити одну из книг Твайлайт. Старше тысячи лет, но выглядит совершенно новым. На крыше ресторана стояла статуя, практически идентичная копия статуи дракона из кантерлотской библиотеки.

Твайликорд первой вошла в ресторан, за ней Дискорд, а следом единорожка. Место было заполнено пони, и, признаться, Рэрити обрадовалась, что внутри не было статуи Твайлайт. Однако она заметила у входа мемориальную доску, рассказывающую историю этого места.

— Рэ-э-эрити! — подозвал её Твайликорд, прежде чем она успела прочитать табличку.

Единорожка стиснула зубы, а когда закатила глаза, то заметила нечто странное. Там, высоко под потолком, висел волшебный канделябр, практически полная копия Свирла и Стар, и Рэрити узнала малиновую магию, питавшую его.

Смотреть на канделябр оказалось во много крат больнее, чем на статую. Вот оно, железное доказательство того, что Твайлайт Спаркл действительно существовала. Доказательство того, что давным-давно аликорн сидела в этом самом ресторане и разработала способ обеспечить вечный свет своему любимому заведению.

Чувство привязанности захлестнуло единорожку, и она пожелала, что однажды сможет привести сюда Твайлайт. Затем последовала волна печали, но Рэрити попыталась отогнать её. Придёт день, и она приведёт сюда свою принцессу.

Придёт день, и так и будет.

Усилием воли она заставила себя двигаться дальше, дышать становилось всё труднее, в конце концов она обнаружила двух Дискордов, сидящих за столом и смотрящих на неё со своими идиотскими улыбками.

Стоило ей неохотно сесть, как Твайликорд радостно зацокала копытами.

— Уж это ли не идеальное свидание?

Честно говоря, Рэрити предпочла бы пойти на свидание с камнем, и стоило ей это озвучить, как Дискорд рассмеялся и сказал:

— Ну-у, моя дорогая, это я могу устроить! Хотя, боюсь, ты намного ниже стандартов Тома.

Единорожка втянула воздух сквозь зубы, направляя раздражение на посетителей вокруг.

“Как ужасно, — думала она, — что для всех вокруг они выглядели словно трое совершенно обычных пони за ужином. Если бы они только знали! Блаженны неведающие”.

Она повернулась к ним... к нему?

— Затем ты это делаешь? — спросила Рэрити, точнее сказать, прошипела, прищурив глаза. — Чего добиваешься?

— Ну, я хотела бы поужинать! Не знала, что это противозаконно! — воскликнула Твайликорд. Затем лукаво ухмыльнулась, наклонилась и добавила: — С другой стороны, к себе и своим пищевым пристрастиям ты могла бы быть менее щедрой.

Щеки Рэрити загорелись румянцем. Она, конечно, знала, что это не Твайлайт, но всё же...

— Хм, не придумал ничего поумнее оскорбления моей фигуры?

Твайликорд откинулась назад.

— Хм, да, пожалуй, не слишком умно. Вот ты, Рэрити, умная маленькая пони! Жалко, конечно, что наделала столько восхитительно глупых ошибок, как, например, идти за подозрительным пони в тёмные туннели! — Она снова наклонилась вперёд, и захлопала ресницами. — Как, кстати, дела с проклятием?

Официант явился принять заказ, как раз перед тем, как единорожка успела рявкнуть пару ласковых в ответ.

— Спасибо, я не голодна, — кратко ответила Рэрити, смотря волком на двух Дискордов.

Глаза Дискорда же в свою очередь не отрывались от единорожки, пока он с улыбкой отвечал официанту:

— Ох, прошу прощения, ещё десять минут. Единороги бывают такими нерешительными.

Когда официант их покинул, Дух склонил голову набок и нахмурил брови.

— Знаешь, Рэрити, признаться, я разочарован! До этого ты так хорошо справлялась! Я думал, ты уже сняла проклятие! Стыд мне и позор, что я тебя переоценил.

Твайликорд вздохнула.

— Благодарение Селестии, что мы на неё не поставили!

И вот опять!

— Поставили?! — сорвалась единорожка, с трудом сдерживаясь, чтобы не встать и не ударить копытом по столу.

“Соберись, Рэрити, соберись”.

— Для тебя это что, игра?! Приносить всем вокруг страдания ради развлечения?! Так?!

— Но игры — это весело! — воскликнул Дискорд, цокая копытами друг об друга. — Разве тебе не нравятся игры, Рэрити? Волшебные пещеры!

— Магические лабиринты! — добавила Твайликорд.

— О-о-о, вот это было лучшее! — поддакнул Дискорд, кивая головой с жеребячьим азартом. — Вспомнить только её лицо! Не думаю, что смеялся так сильно за последнюю тысячу лет! А помнишь, как она прошла сквозь книжную полку? Так побледнела, словно призрака увидела!

Твайликорд и Дискорд вздохнули с ностальгией.

— Да-а-а, весёлое было времечко.

— Зачем ты это делаешь?! — уже не сдерживая ярость, повторила вопрос единорожка.

“Да как они могли?! Как мироздание выносило столь мерзкое существо?!“

— Зачем ты меня проклял?! Зачем вообще говорить, чтобы я вернулась к Твайлайт?! Я и так собиралась уйти после того, как она на меня напала! Я и возвращаться не собиралась, пока ты меня не заставил! Зачем ты вообще позволил мне стать угрозой, достаточной серьёзной для того, чтобы ты меня проклял?!

Дискорд от души рассмеялся.

— Ты? Угроза?!

— Прошу… прекрати… — дрожащим голосом добавила Твайликорд, вытирая слезинку. Затем прочистила горло и изобразила жалостливое выражение. — Рэрити, я всего лишь пыталась быть милой и подарить ей друга! Вот, значит, что происходит, когда пытаешься помогать пони? Они обвиняют тебя во всех грехах!

— Ты монстр! — крикнула единорожка, не заботясь более о том, что все посетители уставились в их сторону. — Зачем ты хотел, чтобы я встретилась с Твайлайт?! Зачем тебе лгать о книг...

Рэрити остановилась на полуслове, осознав, что боится произнести то, чем закончится эта обвинительная речь. Она слишком боялась произнести это вслух, потому что... это значило бы, что все её усилия за последний год были напрасны.

Оба Дискорда наклонились в её сторону, скривив губы в злобных улыбках.

— Да-а-а-а-а-а?

Единорожка не хотела этого говорить. Сама её суть боролась против, но она всё же выдавила эти слова.

— Значит... книги... не... не освободят...

— Дзинь-дзинь-дзинь! Браво, Рэрити! — воскликнул Дискорд. — Признаться честно, я удивлён, что ты раньше не додумалась.

Твайликорд лишь фыркнула.

— Поверить словам первого встречного-поперечного посреди леса? Нет, серьёзно, Рэрити, я думала, ты умная кобылка. Я просто выдумала это буквально на ходу!

Единорожка почувствовала резкую слабость и опёрлась о стол, чтобы не упасть.

“Книги... Но я потратила...”

Боль накрыла её, грудь сжимала тяжесть новообретённых знаний.

— Но... но этого просто не может быть! — запротестовала она, потому что, о принцессы, прошу, пусть он лжёт.

— Не может? — с улыбкой уточнил Дискорд, всё ещё наклонившись к единорожке.

Он лжёт! Если книги бы не освободили Твайлайт, тогда почему лабиринт напал на неё?! Рэрити попыталась точнее вспомнить те события, что именно заставило магию хаоса атаковать. Они говорили о принцессе Дензе, о книгах и о том, как...

Единорожка почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а глаза расширились.

И о том, как Твайлайт хотела освободиться.

Дыхание Рэрити становилось всё медленнее и медленнее, как и сердцебиение, потому что на секунду, на мгновение, ей показалось, что осознание её убьёт. Она поднесла копыта ко рту и посмотрела на "Твайлайт" перед собой, будто та была настоящей, потому что, о небо, как же ей сейчас, больше, чем когда-либо, хотелось поговорить с настоящей Твайлайт...

Почему?

— Она... она сама себя заточила?.. — прошептала единорожка, и каждое слово ощущалось кинжалом, впивающимся в грудь. Твайлайт, запрещающая помогать. Твайлайт, погружённая в собственную вину. Твайлайт и барьер, что держит её в ловушке, тот самый барьер, что был не цвета магии хаоса, а знакомого малинового оттенка.

В течение тысячи лет Твайлайт Спаркл сама... она...

— О нет, нет, нет! — воскликнул Дискорд, когда он и Твайликорд синхронно откинулись в креслах. — Не отнимай у меня всю славу! Магия в моём лабиринте, конечно, гарантирует, что она никуда не денется, но...

Мерзкая улыбка Духа вернулась, и он с гордостью погладил бородку.

— Но она отлично поддерживает ловушку в рабочем состоянии.

— Эта её вина, — подхватила Твайликорд. — Словно ванильный тортик для моей магии! Сахарная вата, да шоколадное молоко!

"Пегаска" облизнула губы.

— Нямка!

— И теперь её единственные друзья ушли навеки! Бедная маленькая принцесса, — продолжил Дискорд. — Не удивлюсь, если барьер стал чёрным как ночь.

Рэрити трясло, сложно было сказать, от ярости, шока, печали или же от всего сразу.

“Это... он...”

Не придумали ещё слова, что описало бы её чувства к Дискорду.

Вновь к столу подошёл официант, прервав всё, что могла бы сказать Рэрити.

— Вы готовы сделать заказ? — спросил он, но единорожка не ответила. Она могла лишь сидеть, без движения, без чувств.

— Любимая? — спросила Твайликорд, и только после этого Рэрити встала, взяла кошель, открыла его и швырнула на стол пару монет.

Официант в замешательстве моргнул.

— Эм, мисс?

— Ваши чаевые, — ответила единорожка и, не добавив ни единого слова, повернулась и пошла к выходу.

Наконец, выйдя из проклятущего ресторана, она позволила слезам навернуться на глаза. Рэрити направилась к  ближайшей улице, почти пустой в столь поздний час. Убедившись, что осталась одна, она закричала. Закричала от гнева и разочарования, беззащитный мусорный бак взвился в воздух, готовый в любой момент влететь в стену, но...

Но всё же она поставила его обратно, потому что леди не пристало выходить из себя, в особенности, когда сил у неё осталось не больше чем поставить бак обратно и упасть на круп.

На самом деле, казалось, что в ней вообще не осталось жизни.

Казалось, что всё что она узнала никак не может быть правдой, единорожка просто не могла уложить в голове, потому что это уже перебор, перебор, и с неё хватит потрясений на всю оставшуюся жизнь.

— Рэрити! Почему ты убежала? Мне пришлось оплатить счёт!

Мгновение, и оцепенение перетекло в топливо для пламени её ярости. Единорожка встала и стремительно развернулась к своему тартарову кавалеру.

— Да оставь ты меня, наконец, в покое! — прокричала она, больше не заботясь о том, чтобы скрывать слёзы. К её удивлению, позади не оказалось ни пегаски, ни жеребца.

О нет, на этот раз там стоял кошмар во плоти, Дух Хаоса и Дисгармонии решил наконец предстать в своем истинном обличии. Мерзкая смесь существ воспарила и уставилась на неё сверху вниз, словно в ужасе от вспышки ярости.

— Пинки не проклята, — зашипела Рэрити, каждый слог её был пропитан неумолимой и безудержной ненавистью. — Она найдёт Твайлайт и освободит.

— Пинки Пай? Серьёзно? — Дискорд фыркнул, и вокруг его головы появилась пышная грива. — Ну вообще, конечно, может! Не могу дождаться, как ты ответишь ей на вопрос, почему не посещаешь больше свою маленькую принцессу!

Пышная грива испарилась, и Дух лёг прямо в воздухе, возложив подбородок на скрещенные руки.

— Разве тебя не гложет этот вопрос, Рэрити? — он наклонился и оказался в достаточной близости, чтобы единорожке захотелось ему вмазать. — Не мучает?

И вдруг Дискорд вскочил, всё ещё вися в воздухе, щёлкнул пальцами и рядом появились миниатюрные марионетки друзей единорожки, и все они столпились вокруг марионетки, похожей на Твайлайт.

— Смотри на них! — воскликнул он, лениво ткнув пальцем в Эпплджек, слегка раскачивая фигурку. — Все они! Сели тебе на хвост!

Очередной щелчок пальцев, и появилась марионетка Рэрити, но фигурка была заключена в стеклянный шар, вдали от друзей.

— Проделала всю самую тяжелую работу, и теперь все заслуги уйдут кому-то другому! — Щелчок, и Эпплджек с Рэйнбоу Дэш исчезли. — Вся слава!

— Меня это не волнует! — возмущённо запротестовала единорожка, притопнув копытом.

— М-м-м, да?

Дискорд невозмутимо посмотрел на Рэрити, прежде чем перевести взгляд обратно на фигурки, поигрывая с марионеткой Пинки Пай.

— Тебя не волнует слава? Известность? Тогда ты и верно не будешь возражать, если кто-то другой получит и... — дух щёлкнул пальцами, и осталась лишь фигурка Твайлайт, — ...кобылку.

Единорожка хотела было прорычать что-то в ответ, но воспоминания о недавних ночных кошмарах, где Твайлайт доставалась другой пони, удержали её.

— Честно говоря, ты уже получила всё о чём мечтала! — воскликнул Дискорд, и марионетка Рэрити ударила копытами по своей стеклянной тюрьме. Дух перевёл взгляд на настоящую пони и широко улыбнулся. — Твоя собственная трагическая сказка! И даже не про неразделённую любовь!

— Не об этом я мечтала! — сорвался голос Рэрити, слёзы гнева катились по её щекам. — Ты всё отнял! Ты меня проклял!

— Кто-о-о, я? — театрально вздохнул Дискорд, и с последним щелчком пальцев фигурки исчезли, лишенные возможности когда-либо вновь воссоединиться. Он фыркнул и, приподняв бровь, скрестил лапы на груди, глядя на кобылу. — Сама подумай, Рэрити, ты была обречена получить проклятие! Ты уже знаешь, что твой драгоценный гвардеец и не планировал вести тебя к принцессе! И что бы ты тогда сделала? Только не говори мне, что не попыталась бы пробиться к ней силой!

Не найдя, что ответить, единорожка лишь стиснула зубы, и с победной ухмылкой Дискорд наклонился к ней.

— Ох уж эта одержимость принцессой Твайлайт Спаркл, а?

— Да как ты смеешь!..

— Ты должна меня благодарить! Я помогаю вам их освободить! — оскорбился Дискорд, скрестив руки.

— Помогаешь нам?! Да ты всех нас проклял! А хочешь помочь, так скажи, как развеять проклятие! — потребовала она, топнув копытом. — Ну?!

Дискорд моргнул.

— Ну, Рэрити! Это было бы слишком просто! А тебе попроще и не нужно! Смотри сама! За один лишь год ты сделала для их освобождения больше, чем все пони, вместе взятые! — Дух отвернулся, закатив глаза. — Хотя с такой-то скучнейшей принцессой на троне...

Несмотря ни на что, единорожка нашла в себе силы выступить в защиту принцессы.

— Подумать только, и пони думают, что такая скотина как ты в сговоре с принцессой Дензой! — воскликнула она, и Дискорд на мгновение поперхнулся.

— Я?! С ней в сговоре?! —усмехнулся он, отводя взгляд и надувая губы, живо напомнив о марионетке хаоса в библиотеке. — Ух-х! Воображение пони действительно достойно восхищения! Чего они ещё придумают? Что на самом деле она Королева чейнджлингов, вернувшаяся к жизни?

На мгновение Дух затих и пригладил бородку.

— Ну-у, технически...

— А тогда, если вы не сговорились, почему ты ещё не захватил Эквестрию?! — воскликнула Рэрити.

Дискорд на мгновение замер, прежде чем устало вздохнуть.

— Ну, если тебе действительно интересно, нет никакого удовольствия править королевством, где единственные пони, достаточно умные, чтобы познать несчастье моего правления, заперты в разных местах. Довольно забавно было, когда Криззи была рядом, во время первой войны, но после того как принцесса Кейденс с ней покончила, признаюсь, кончилось и веселье. Королевства самодуров самые унылые.

— Да как ты?.. — с ненавистью прошептала единорожка. — Ты принёс несчастье столь многим пони, Твайлайт могла окончательно победить тебя! А вместо этого она дала тебе второй шанс, и вот как ты ей отплатил?!

И вдруг всё изменилось.

Дискорд уставился на неё, приоткрыв рот, и его шок мгновенно сменился яростью, той же, что испытывала Рэрити несколько минут назад.

— Она дала мне второй шанс?! — прошипел Дух, и его фальшивый смех эхом разнёсся по всему городу. — Ох, порадовала! Кобылка моя, вот значит, чего она тебе сказала?! Великодушная принцесса Твайлайт Спаркл?! Ха! ХА-ХА!

Дискорд хлопнул лапой по груди.

— Я жертва! Я невиновен! Она и остальные сами на себя это навлекли!

— Ты был ей другом! — в точности повторила Рэрити его интонации и выражение лица.

— Нет! — отмахнулся Дискорд. — Ей другом я не был! Но она была моим, и она предала меня!

И тут единорожка сорвалась.

— Ты запер её в библиотеке на тысячу лет! — закричала она, и теперь мусорная корзина отправилась прямо в Дискорда, лишь чудом его не задев. — Ты отнял у неё всё! Она не сделала ничего, чтобы заслужить...

— Ну так, если тебе не всё равно, скачи и освободи её, Рэрити! — ответил Дух, наклоняясь, пока не отказался в считанных сантиметрах от лица единорожки. Его голос понизился до угрожающего шёпота. — Ты так в себе уверена, да, героиня?

Дух отстранился и улыбнулся, гнев его угас.

— Ну так что, Рэ-ри-ти? Станешь ли ты той самой пони, что снимет проклятие, или продолжишь ничего не делать и сходить с ума, пока твоя принцесса ждёт единорожку, что никогда не вернётся? — Дискорд улыбнулся и пожал плечами. — В любом случае оба варианта меня равно повеселят!

Сказав это, он гулко рассмеялся, и, прежде чем Рэрити успела что-либо сделать или как-нибудь ответить, исчез.

— Нет! ВЕРНИСЬ, ТРУС! — закричала она, но Дискорд не подчинился. Вместо этого он оставил единорожку одну, её грудь вздымалась с каждым вздохом, и ей не осталось ничего, кроме как размышлять о тех ужасных вещах, что она узнала.

По прошествии нескольких минут, смирившись, что он не вернётся, Рэрити наконец отправилась обратно в апартаменты.

Включив свет, она обнаружила, что Рэйнбоу Дэш не спит, очевидно, ожидая возвращения подруги. Единорожка хотела пойти прямиком в спальню; что-то говорить или обсуждать ей совершенно не хотелось, однако и такой роскоши ей было не дозволено.

— Рэрити! — воскликнула пегаска, спрыгивая с дивана, и, хотя поначалу она была полна энтузиазма, он быстро угас, стоило ей присмотреться к единорожке. — Чт-что случилось? Что тебе сказал Книжник?

Рэрити лишь смотрела в ответ. Она устала. О, как же она устала.

— Тогда в Вечнодиком лесу я встретила Дискорда, — сказала она.

Рэйнбоу выглядела озадаченной.

— Ну да, ты говорила... Но ты уверена? Может, он типа, ну...

— Тот пони, что ждал меня внизу, это был не Книжник, — прервала единорожка пегаску, удивлённо для себя заметив, как небрежно это прозвучало. Словно они обсуждали погоду. Да, сегодня чудесный воскресный день, погода солнечная, к вечеру ожидаются осадки.

— Что?! Но!.. — Рэйнбоу, обезумев от паники, оглядела Рэрити. — С тобой всё в порядке?! Что он сказал?!

— Что нет никакого способа освободить Твайлайт, пока я не сниму проклятие, книги бесполезны, и что я сейчас дальше от Твайлайт, чем когда либо, — ответила единорожка. — Я устала и хочу спать. Есть ещё вопросы, прежде чем я пойду?

Рэйнбоу в кои-то веки не нашлась с ответом.

— Тогда спокойной ночи.

Белая пони развернулась и потрусила в спальню.

Оказавшись внутри, она скинула перемётные сумки на стул, смыла косметику, почистила зубы, легла в кровать и, схватив ближайшую подушку, крепко её обняла.

Несколько недель назад ей казалось, что ни одна ночь не будет казаться длиннее той, что она провела в поезде, возвращаясь из Кантерлота.

По всей видимости, она ошибалась.

* * *

В эту ночь Рэрити в последний раз приснилась Аметист Винд.

Уже дважды она видела во сне эту вымышленную кобылку, живущую в очень реалистичном будущем, и дважды Рэрити просыпалась с тупой болью в груди. Когда она в конце концов очнётся от этого третьего, последнего сна, простой болью всё не обойдётся.

Ей снилось, как солнце взошло над Понивиллем, принеся с собой точно такой же летний день, как и любой другой, которые пережила единорожка за годы, минувшие после поездки в замок, очередной день без Твайлайт.

Можно было подумать, что для столь особенного дня Рэрити сделает исключение. Что не будет утруждать себя выполнением повседневной рутины. Но единорожка решила сделать всё как надо, как маленькая дань памяти той кобылке, что часами работала над своей внешностью, в надежде, что принцесса Твайлайт обратит на неё внимание.

Устроившись перед зеркалом в ванной, престарелая пони расчесала поседевшую гриву, нанесла лучшую подводку для глаз и тени для век, завила ресницы и припудрила нос. Получилось не так скопытсшибательно как в молодости, нет, но на неё всё ещё было приятно посмотреть. На её с возрастом осунувшемся лице практически не было морщин, грива была по-прежнему пышна, а шёрстка сохранила здоровый блеск.

Рэрити окинула взглядом своё отражение, глаза опустились и задержались на груди. Она слегка надавила копытом на место, где десятилетия назад висело розовое ожерелье. Минуту спустя, она опустила копыто, и взгляд вернулся к лицу.

Она спросила себя, готова ли?

Вчера, когда единорожка услышала новости, ей казалось, что да. Теперь же, когда до встречи с принцессой Твайлайт Спаркл оставались считанные часы или даже минуты, она поняла, что, похоже, совсем не готова.

— Рэрити! Пора!

Белая пони обернулась и увидела, как Аметист заглянула в ванную. Она выглядела восторженной, глаза её сверкали, а с шеи свисало старое ожерелье Рэрити. Она выглядела такой счастливой, такой ужасно счастливой, так что старшая пони изо всех сил попыталась соответствовать.

— Пора! — ответила Рэрити, бросив последний взгляд в зеркало, прежде чем повернуться к Аметист с сияющей улыбкой.

— Все ещё волнуешься?

— Волнуюсь? Дорогуша, я никогда не волнуюсь.

— Конечно, — со смешком ответила младшая кобыла. — И ты точно не пыталась сесть на первый же поезд до Холлоу Шейдс.

Рэрити ахнула.

— И в мыслях не было!

— Пойдём! Она ждёт в твоей студии! — Аметист снова хихикнула, и исчезла в коридоре.

Единорожка на мгновение замешкалась, но в конце концов встала и пошла за младшей кобылой. Она спускалась медленно, каждый шаг был всё тяжелее и тяжелее, возраст, говорила пони сама себе, но понимала, что просто тянет время.

В конце концов она добралась до студии. Как пони узнала с годами, время не щадило тех, кто страдал, оно не облегчило боль, лишь учило с нею жить. Рэрити стояла в коридоре, казалось, уже вечность, сердце было готово выпрыгнуть из груди, наконец, она вошла и...

И внутри никого не оказалось.

Раздражение охватило её.

— Аметист! — крикнула она, входя в комнату, хватая клок ткани с пола и резко бросая его на ближайший стул. — Хватит уже дурачиться!

Когда ответа не последовало, единорожка фыркнула и подошла к швейной машинке, решив, что может и поработать над заказанным платьем, пока Аметист и... Твайлайт решат проявить вежливость и уделить Рэрити минутку своего времени.

Она левитировала очки и надела их, прежде чем поправить платье под иглой машинки и...

— Рэрити?

А вот и она.

Голос утраченной легенды о времени, которого её лишили, голос принцессы, что преследовала её в каждом сне, в каждом мгновении жизни. Голос, которого единорожка неосознанно алкала всё это время, о чём и не подозревала до этого момента.

Рэрити глубоко вдохнула, напомнила себе, что переросла чувства к Твайлайт Спаркл, а затем повернулась.

Оказывается, подумала единорожка, всё-таки я не готова.

Ибо там, словно дар с небес, стояла та, что выглядела точно так же, как и много лет назад.

Там стояла та, что была реальнее чем когда бы то ни было.

Там стояла принцесса Твайлайт Спаркл, наконец-то свободная, но всё же между бывшими подругами зияла бездна, и, о, как же прекрасно выглядела принцесса. Она была словно видение, в тишине стоящее в дверях, с короной, обрамляющей голову, и фиалковыми глазами, что пронзали саму душу Рэрити.

О чём она думала? Может, она в шоке? Разочарована? Напугана? И так они стояли и смотрели друг на друга, словно вновь молодая Рэрити была спасена от падающих книг и встретила пони, что спасением обрекла на проклятие.

Твайлайт заговорила первой, если, конечно, это можно было назвать разговором.

— Я... я...

— Чаю не желаешь? — отважилась единорожка улыбнуться, прекрасно понимая, о чём на самом деле думает Твайлайт. — Лично мне не помешает чашечка-другая, чтобы немного снять напряжение.

И принцесса Твайлайт Спаркл улыбнулась.

Несколько часов спустя принцесса стояла в углу студии Рэрити, и, ох, как же по-прежнему аликорн была красива, думала единорожка. Прошла целая жизнь с тех пор, как они в последний раз виделись, и было в этом какое-то печальное удовольствие, что от вида принцессы всё ещё дух захватывало.

Принцесса, а именно так её привыкла называть единорожка после того как познакомилась с Аметист, сделала вдох, затем выдох, глаза её были прикованы к швейной машинке перед ней. Если бы всё случилось по-другому, а судьба не встала у них на пути, тогда, возможно, эта сцена произошла бы десятилетия назад. Возможно, молодая Рэрити стояла бы рядом и, поддразнивая, сказала бы, что, не бойся, дорогуша, она тебя не укусит.

Но судьба сложилась иначе.

Твайлайт прянула ушами и немного нахмурилась. Тот самый сосредоточенный взгляд, которого так не хватало Рэрити, и разве можно поверить в то, что за столько лет он не изменился? Принцесса сделала очередной вдох и, наконец, подняла копыто, протянув его к машинке. Единорожка в тишине наблюдала, губами касаясь края чашки, которую она держала магией, и хотя она ожидала, что Твайлайт прикоснётся к швейной машинке, та опустила копыто и вместо этого взяла платье.

И оно не прошло сквозь неё.

Было... было сюрреалистично смотреть, как Твайлайт играется с тканью, водит по ней копытами. За несколько часов, прошедших с их воссоединения, Рэрити не подходила к принцессе достаточно близко, чтобы проявить такт. Не стукнуться копытами, не обняться, не...

Она прочистила горло.

— Ну как тебе? — спросила единорожка, шагнув к Твайлайт. — Мой новейший дизайн!

Крылья принцессы приподнялись, и когда она повернулась к Рэрити, глаза аликорна расширились, а ушки приподнялись. С ней это происходило не в первый раз, словно её мозг давал сбой, стоило глазам увидеть единорожку. Но вот она взяла себя в копыта, быстро перевела взгляд на платье, снова нахмурившись.

— Эм-м... они очень...

— О небеса, неужели я для тебя столь неприглядное зрелище, что ты не можешь смотреть на меня дольше секунды? — поддразнила Рэрити, хотя её притворное обвинение было не таким уж и притворным.

Твайлайт немедленно повернулась к ней, щеки аликорна залил яркий негодующий румянец.

— Что? Нет! — выпалила она, прижимая платье к груди. — Я просто...

Принцесса запнулась и перевела взгляд вниз.

— Это... просто...

Единорожка тихонько рассмеялась и поставила чашку на ближайший столик, вновь привлекая внимание Твайлайт.

— Я знаю, дорогуша. Просто дразню тебя. Жалко, что не все мы благословлены вечной, неугасающей красотой, да?

И тут наконец, услада для глаз — Твайлайт смущённо улыбнулась.

Она отложила платье обратно на стол, подошла к Рэрити и села рядом. Расстояние между ними было небольшим, совсем крошечным, но для единорожки оно ощущалось целой пропастью.

Три слова повисли у неё на языке. Нет, не те три слова, что обычно произносят пони в конце любовных романов, потому что Рэрити давным-давно утратила привилегию даже помыслить о том, чтобы сказать их Твайлайт.

Я очень скучала, вот что она в действительности хотела сказать, но не сказала.

— Каково это? — вместо этого спросила Рэрити, потому что некоторым словам лучше остаться невысказанным. — Быть...

Она сделала небольшую паузу, и озорная улыбка украсила лицо единорожки.

— Снова быть живой?

Ответа ждать не пришлось.

— Я не была мертва! — запротестовала Твайлайт. — Я...

— Ты была в трансгрессионом стазисе, — закончила за неё Рэрити и довольная улыбка на её лице лишь усилила хмурость Твайлайт. Единорожка вздохнула и откинулась на стуле, левитируя чашку, словно собираясь сделать глоток. — Признаюсь, шутка никогда не устареет.

Твайлайт рассмеялась, и как же Рэрити скучала по её смеху.

— Итак, как твои успехи в телепортации? — спросила принцесса, вызвав улыбку у белой пони. — Тебе уже, наверное, нет равных?

Единорожка театрально вздохнула.

— Боюсь, что не практиковалась уже несколько десятилетий.

— Не практиковалась? — нахмурив брови, спросила принцесса, словно время обратилось вспять, и они вновь оказались в библиотеке, как раньше. — Почему?

Рэрити вновь улыбнулась.

— Разве не очевидно, дорогуша? — она подняла копыто и, не мгновения не сомневаясь, откинула чёлку Твайлайт назад, после этого позволив копыту пройтись по всему её лицу и погладить по щеке. Она была мягкой. О принцессы, она была даже мягче, чем мечтала единорожка.

— Очевидно? — спросила аликорн и, хотя она пыталась выглядеть строгой, голос прозвучал приглушённо, принцесса закрыла глаза и подалась навстречу прикосновениям Рэрити, в наслаждении от столь долгожданного первого контакта, о котором они столь давно мечтали.

— Зачем мне было практиковаться в телепортации, — прошептала единорожка, — если тебя не было рядом, чтобы впечатлиться моими успехами?

На мгновение повисла тишина.

Твайлайт открыла глаза, блестящие от стоящих в них слёз. Она глубоко вздохнула, обнаружив, что задержала дыхание, и Рэрити задалась вопросом, уж не этого ли она всё это время ждала. Молчаливого подтверждения, что любовь не умерла даже сейчас, и, вероятно, не умрёт никогда.

— Глупышка, — прошептала принцесса, касаясь своим копытом копыта Рэрити. — Это не повод останавливаться.

— Тише, Твайлайт. Принцессе не подобает плакать, — прошептала единорожка, слёзы подступили к её глазам, когда она высвободила своё копыто из под копыта аликорна и обхватила им подбородок принцессы. — У тебя целая жизнь впереди.

— А у тебя? — прошептала в ответ Твайлайт, и эти слова вонзились кинжалами в сердце Рэрити. Да как она смеет, хотелось сказать ей, как смеет спустя столько времени все ещё столь сильно сжимать её сердце?

— Не такая длинная, как у тебя, — ответила она, со всех сил стараясь выглядеть беспечно, будто они обсуждали погоду, а не что-то иное. — Но теперь, когда ты на свободе, я постараюсь прожить её как можно ярче.

Глаза Твайлайт помрачнели, и она отвела взгляд.

— Больно, — сказала она, и прежде чем Рэрити смогла ответить, продолжила, — но если я никого к себе вновь не подпущу, боли больше не будет, верно?

Рэрити слегка попятилась.

— Ч-что ты имеешь ввиду? — спросила она, понимая, что что-то не так. Очень, очень не так.

— Ты обещала, — прошептала принцесса. — Ты обещала вернуться. Получается, что ты тоже лгунья.

И тут сон изменился. Он буквально раскололся на тысячу осколков, словно реальность была зеркалом, что разлетелось перед ней на куски. Комната расплылась, и только Твайлайт осталась кристально чёткой, её взгляд всё ещё был отстранённым, всё ещё потемневшим. Прежде чем единорожка поняла, что происходит, бутик «Карусель» и Твайлайт Спаркл исчезли, и она оказалась в библиотеке, совсем одна.

Но нет, не в библиотеке. Она стояла внутри тоннеля и, хотя к ней вернулась молодость, Рэрити была слишком занята другими делами, чтобы обратить на это внимание. Там, в конце, она видела библиотеку. Она поскакала ко входу, и её попытка позвать Твайлайт оборвалась при столкновении с барьером.

Откинутая назад, единорожка осела на круп и уставилась на барьер, сердце бешено колотилось в груди.

— Нет, — прошептала она, прежде чем подняться и снова упереться в барьер, и снова, снова и снова.

— Нет! — кричала она с каждой попыткой, пока не обнаружила, что бьётся об него копытами. — Твайлайт?! Твайлайт, прошу! Я здесь! Твайлайт!

Вдруг, с треском магии, перед ней появилась принцесса Твайлайт Спаркл и села по ту сторону барьера, и... выглядела она иначе. Существо перед Рэрити было не тем улыбающимся аликорном, с которым она беседовала во время ночёвок, а тем отстранённым духом, что приветствовал её почти год назад.

— Твайлайт! — тем не менее воскликнула единорожка, прижимая копыта к полупрозрачному барьеру. Так близко и столь, столь далеко. — Я не могу войти!.. Я не...

— Рэрити же не вернётся, да? — прошептала Твайлайт, и хотя фраза была построена как вопрос, вопросительных интонаций в ней не было.

— Что?! Нет! Я здесь! — запротестовала единорожка, вновь и вновь пытаясь пробить барьер. — Твайлайт!

Но аликорн её не видела. Принцесса смотрела сквозь неё, потому что Рэрити была не более чем сном, призраком прошлого. Прилетела Элара и села рядом со своей хозяйкой, сова тоже смотрела в тоннель, прямо сквозь отчаявшуюся единорожку.

Внезапно Твайлайт рассмеялась. Тихий смех, больше похожий на хихиканье, но радости в нём не было. Слышалась лишь горечь, смирение, и... и разочарование.

— Стоило догадаться, — сказала она, и с магической вспышкой ожерелье появилось перед принцессой. Она смотрела на него одну, две, три секунды, прежде чем бесцеремонно швырнуть его в темноту туннеля. — Наверное, будет лучше, если никто и никогда сюда не сможет вернуться.

Рог принцессы зажёгся, и Рэрити поначалу не поняла, что делает Твайлайт, пока не увидела, как вдалеке в воздух поднялся книжный шкаф, открыв крадущийся силуэт марионетки хаоса. Твайлайт Спаркл, не слыша отчаянных криков единорожки, левитировала книжный шкаф над проходом и отступила на шаг назад.

— Прощай, Рэрити, — прошептала она, и на долю секунды показалось, что она смотрит прямо на единорожку, а не сквозь неё, прежде чем, наконец, опустить шкаф перед туннелем.

— Нет! — закричала белая пони, барьер теперь был чёрен, словно смола, она снова и снова била по нему копытами. — Пожалуйста! Что ты делаешь?! Твайлайт! Не надо! Прошу! Будь выше этого!

С последним ударом единорожка, обессилев, со слезами на глазах сползла по барьеру вниз.

— Пожалуйста... Твайлайт... — умоляла она, но мольбы оставались неуслышанными, потому что всё произошедшее было её виной. Все это её вина. Она ушла и прокляла себя, и теперь за это расплачивается Твайлайт Спаркл, и одна лишь мысль об этом была невыносима.

И Рэрити проснулась.

Проснулась в своей комнате в Кантерлоте, со слезами, что текли по лицу, с мучительной болью в груди и словами Дискорда, раз за разом повторяющимися в голове.

"И теперь её единственные друзья ушли навеки! Бедная маленькая принцесса. Не удивлюсь, если барьер стал чёрным как ночь".

Единорожка уткнулась лицом в копыта в попытке успокоиться, стараясь сохранить здравое мышление, что стремительно утекало. Надежда гасла, умирала, и вслед за ней погибнет и она.

Ей надо снять проклятие.

Ей надо снять проклятие, иначе оно пожрёт её целиком, если этого уже не случилось.

И она его снимет.

Рэрити встала с кровати и, спотыкаясь, нашла выключатель. Её дыхание было прерывистым и неровным, казалось, что она борется за каждый вдох, за саму жизнь. Она оглядела комнату и увидела свои перемётные сумки.

Она смотрела на них несколько секунд, а затем, действуя словно марионетка под управлением опытного кукольника, она подняла в воздух все свои вещи и направила их прямиком в сумки. Как только комната оказалось пустой, как и её разум, она подобрала сумки, надела их и вышла.

В темноте она проделала путь до гостиной, но, как и с Твайлайт во сне, её остановили в момент, когда она была близка к цели. На неё налетела пони, чуть не повалив на пол.

— Рэрити? — встревоженно спросил голос Рэйнбоу Дэш. — Почему ты не спишь? Погоди, ответишь чуть-чуть попозже, мне срочно нужно в туалет, потому что примерно через три секунды  я... ну...

Прежде чем единорожка успела ответить, пегаска метнулась к выключателю и зажгла свет. Выражение её лица резко изменилось, как только она увидела седельные сумки на спине белой пони.

— Рэрити?! Что?!.. Куда ты собралась?!

Единорожка лишь молча на неё уставилась.

А затем улыбнулась.

— Рэйнбоу, дорогуша! — восторженно воскликнула белая пони, потому что, ну, безумные кобылы всегда жизнерадостны, разве нет? — Отправляюсь в Холлоу Шейдс, чтобы увидеться с профессором, конечно же! Разве не очевидно? Сейчас он моя последняя надежда!

Пегаска побледнела.

— Ну здорово, совсем с катушек слетела, — она прикусила губу, бросив взгляд, полный отчаянной нужды, на коридор, ведущий в уборную, прежде чем вновь посмотреть на Рэрити. — Смотри... погоди, ты что, плакала?

Рэйнбоу потёрла лоб копытом, в кои-то веки выглядя совершенно растерянной.

— Эм-м, хорошо. Ладно! Просто... — она шагнула вперёд, осторожно сняла с Рэрити сумки и поставила их на пол. — Не волнуйся, Рэрс! Я сейчас... я быстренько в уборную, потом мы поедем в Понивилль и что-нибудь придумаем! Никому пока не надо ехать в Холлоу Шейдс, лады? Лады! Крутяк!

И хотя Рэрити не возражала, её улыбка погасла, и Рэйнбоу, заметив это, стала нервничать ещё больше.

— Слушай, просто иди за мной, — продолжала пегаска, взяв единорожку за копыто и уводя вглубь апартаментов, подальше от дверей. Как только они дошли до дверей туалета, Рэйнбоу повернулась к Рэрити. — Стой здесь и ничего не делай, пока я не вернусь, лады?

Пегаска попятилась, не отрывая от единорожки взгляда, затем осторожно открыла дверь в уборную. Как только она оказалась внутри, не теряя Рэрити из виду, она вздохнула с глубоким облегчением и улыбнулась, но, прежде чем закрыть дверь, предупредила:

— Стой. Не двигайся. Потому что я всё сделаю быстро, а ты медленная, если чего, то я тебя просто догоню.

Не прошло и минуты, как из-за двери раздался голос Рэйнбоу.

— Ты же всё ещё здесь?

— Да, — последовал сухой ответ.

— Хорошо, вот пока так и стой!

И единорожка действительно стояла.

Хотя формально это было не совсем точно. Как могла Рэрити стоять тут, если её здесь даже не было? Потому что пони, стоящая тут, была кем-то другим, кем-то другим, кем-то другим, а настоящая Рэрити, предприимчивая и благородная, была в библиотеке, что в Вечнодиком лесу.

Ей даже удалось кое-что осознать! Посреди безумия и беспробудного отчаяния, кто же мог подумать, что появится столь умная мысль! А именно, месяц назад Дискорд её не проклинал, о, нет-нет! Она была проклята задолго до этого, в тот день, когда вошла в библиотеку.

Только теперь она поняла, что хотя библиотека была для Твайлайт физической тюрьмой, медленно, но верно она стала и тюрьмой для разума. Ибо Твайлайт Спаркл жила, поглощённая своей виной, теперь и единорожке жить так же. Потому что, по правде говоря, она стала столь же безумна, как и Фриттер Коблер.

Если в разуме Рэрити ещё и оставались нити здравомыслия, то они начали стремительно рваться, ровно в тот момент, когда глаза опустились на одинокий ключ, торчащий из замка соседней двери. Она смотрела на него, казалось, целую вечность, а затем, одним быстрым движением вытащила ключ.

Тот завис в воздухе.

Рэрити молча таращилась на него, и в этой тишине последняя крупица здравомыслия умоляла её передумать.

А затем ключ поплыл к замку двери в уборную, и единорожка билась со своей совестью всё усерднее и усерднее, по мере того, как ключ легко скользнул в замок. Время остановилось. Её дыхание замедлилось, не было ни единой мысли, вся вселенная повисла на волоске, ожидая малейшего движения.

Что Твайлайт бы о ней подумала?

Что сказала бы, если бы сейчас её видела?

Вдруг всплыло воспоминание.

“Пока, Рэрити”.

И ключ щёлкнул в замке, а с ним лопнула последняя нить.

На мгновение воцарилась тишина, Рэрити в шоке смотрела на ключ, пока Рэйнбоу Дэш не заговорила.

— Рэрити? Что это было?! — момент тишины, а затем звуки отчаянных попыток пегаски открыть дверь. — Нет! Нет, Рэрити! Рэрити, открой дверь! Открой её!

Единорожка лишь продолжала смотреть. Всё было словно во сне. Оживший наяву кошмар, и она скоро проснётся, так ведь?

— Рэрити! — в отчаянии продолжала Рэйнбоу, слова её сопровождались стуком в дверь. — Рэрити! Не надо этого делать! Ты лучше этого! Умоляю, я знаю, ты выше этого!

Забавное ощущение, слышать, как воплощённый кошмар бился по другую сторону барьера.

— Рэрити!

Единорожка просто сидела.

— Рэрити! Клянусь, я выломаю эту дверь! — пригрозила пегаска, а единорожка лениво подумала, что выбить такую толстую дверь из красного дерева изнутри столь крошечной уборной будет настоящим подвигом. — Рэрити, умоляю! ПОЖАЛУЙСТА! ТЫ ЖЕ ЛУЧШЕ ЭТОГО!

Рэйнбоу была права.

Рэрити была лучше, но её здесь не было. Её здесь не было, не было, не было, а на её месте стояла другая кобыла. Пегаска продолжала звать её, а теперь пыталась докричаться и до Эппл Блум, а Рэрити лишь молча поднялась. Она встала, медленно, тихо, ужасно; прошла весь путь до гостиной, мимо закрытой двери в спальню Эппл Блум и, оказавшись в прихожей, надела свой плащ, взяла перемётные сумки и вышла через дверь.

Какая удача, что она в Кантерлоте! И какая удача, что поезда отправляются каждый час!

Когда единорожка прибыла, вокзал был пуст, за исключением пары прогуливающихся пони и местных служащих. Она подошла к билетной кассе и широко улыбнулась кассиру. Рэрити потянулась к своему кошельку, но в этот момент заметила треснувшее ожерелье.

Мгновение она колебалась.

Мгновение она говорила себе, что есть время передумать.

Мгновение стыд сжигал её.

А потом сомнения и стыд были подавлены, и единорожка расплатилась за билет на экспресс до Холлоу Шейдс.

* * *

Поезд прибыл примерно через час, и она увидела прогуливающихся в плащах пони с фонарями. Ах эти пони, что спешат по своим повседневным делам, пребывая, как и вся остальная Эквестрия, в столь блаженном и мучительном неведении.

Белая пони взглянула на небо, где сиял лунный свет, и подумала о Пинки Пай. Она не передаст Пинки Пай проклятие. Не будет такого! Всё будет хорошо, и никто больше не пострадает.

— Рэрити!

Единорожка обернулась, и мгновенно охватившая её паника улеглась, когда она увидела, как к ней трусит старейшина Муншайн.

— Дитя моё, сейчас нет и четырёх утра! Что ты здесь делаешь? — спросила старейшина, слегка пристукивая тростью по земле, словно сама она не бродила по улице в такую рань. Без сомнения, очередной судья, готовый вынести ей приговор! — Пинки мне не говорила, что ты запланировала визит в столь ранний час.

— А я не к ней! — быстро воскликнула Рэрити в стремлении побыстрее закончить разговор, поскольку у неё здесь были более неотложные дела. — Я вообще не планировала заходить к Пинки! Я занята ужасно важными делами.

Старейшина нахмурилась.

— Ты выглядишь обеспокоенной. Всё хорошо? Может, мне сказать Пинк...

— Обеспокоенной? О небеса, нет, — спокойно ответила единорожка, потому что всё действительно было прекрасно! Прекрасно, прекрасно, прекрасно, прекрасно, прекрасно! — Я в полном порядке, никогда себя лучше не чувствовала! Но, к сожалению, мне срочно надо бежать! Так много дел, и так мало времени!

Не дав возможности старейшине продолжить расспросы или остановить её, Рэрити поскакала к дому профессора. Когда она увидела, что в окнах верхнего этажа горит свет, в ней зародилась надежда. Единорожка бросилась к двери и несколько раз постучала.

— Профессор! — позвала она. — Профессор Эйв!

Когда ответа не последовало, она отступила назад и снова посмотрела наверх. Она левитировала ближайшую сломанную ветку и постучалась в одно из освещённых окон.

— Профессор! Просыпайтесь!

В конце концов, окно открылось, и голова профессора Эйва высунулась наружу, глядя на единорожку сверху вниз.

— О, профессор! — восторженно воскликнула Рэрити. — Доброе утро! Могу я войти?

На мгновение жеребец замер, пристально её рассматривая, затем скрылся в доме, оставив окно открытым. Не медля ни секунды, единорожка бросилась к двери и с нетерпением стала ждать, пока она откроется. При этом она посмотрела вниз, на своё ожерелье, и заметила весьма странную вещь.

Оно слегка светилось зелёным, прямо как в Вечнодиком лесу.

Однако, прежде чем кобыла успела над этим как следует поразмыслить, дверь открылась и на пороге появился профессор, щеголяющий весьма хмурым выражением лица.

— Мисс Рэрити, — сказал он, позади него парили часы. — Сейчас четыре утра.

Единорожка рассмеялась.

— О небеса, так рано? Время действительно летит незаметно! — Она прочистила горло и заглянула внутрь дома. — Профессор, могу я войти? Мне срочно нужно с вами поговорить.

— Ну что ж, я буду рад принять вас завтра... эм-м, сегодня... в подходящее время! Спокойной ночи, — закончил он беседу, закрывая дверь, но был прерван потоком магии единорожки, что настежь её распахнула. — Мисс Рэрити, что вы...

— Профессор, — улыбнулась единорожка, и, о принцессы, все силы уходили на то, чтобы её голос звучал вежливо и добродушно. — Прошу вас.

Эйв закатил глаза и многозначительно застонал.

— Ну хорошо, — пробормотал жеребец, отступая на шаг, чтобы Рэрити смогла войти.

Не потрудившись дождаться, пока профессор её проводит или предложит чего-нибудь выпить, белая пони бросилась в его кабинет, осматривать бумаги и газетные вырезки, развешанные по стенам, в попытке найти что-нибудь, что сможет ей помочь.

— Ну, что за срочное дело, что привело вас в столь ранний час? — спросил профессор, присаживаясь на стол в центре кабинета, не отрывая от единорожки взгляда.

Рэрити тут же села напротив Эйва, наконец почувствовав облегчение. Наконец-то, наконец она покончит с этим проклятием! Без сомнений!

— Ну, у меня вопрос к вам, как к эксперту по легенде про четырёх принцесс, и мне нужно как можно больше информации о том, как снять проклятие, — выпалила единорожка с лучезарной улыбкой. Она подобрала книгу из ближайшей стопки и начала её листать. — Ну же, есть идеи?

— Проклятие? — переспросил он. — Вы имеете в виду проклятие принцессы Кейденс?

Рэрити нетерпеливо кивнула.

— Да! Оно самое! — подтвердила она, закрыла книгу и отложила её в сторону.

Профессор не отрывал от белой пони взгляда.

— Ну, начнём с того, мисс Рэрити, — заговорил профессор, выпрямляясь, — что оно фикция. Ложь, придуманная принцессой Кейденс, чтобы скрыть убийства и иметь неплохое оправдание в своей бесполезности при "поиске" принцесс.

Единорожка продолжала улыбаться, игнорируя эти абсурдные теории.

— Понимаю, — довольно резко ответила она, — но, в теории, если бы оно было реальным, как его можно было бы снять?

И вновь профессор не отвел взгляда.

— Нет никакой теории, мисс Рэрити. Нет способа развеять проклятие, которого не существует. Вот и вся теория.

Улыбка единорожки на мгновение дрогнула, когда она провела копытом по полу, словно кошка, что точит когти о дерево.

“Терпение, Рэрити, терпение”.

— Профессор, я понимаю, — ответила она, и, ох, ей пришлось сделать воистину глубокий вдох, чтобы сохранить самообладание. — Но всё же, теоретически, как его можно было бы развеять?

— Но...

— Сделайте мне одолжение, профессор Эйв, — прервала единорожка его фразу, едва сдерживая желание подкрепить слова ударом копыта о пол. Затем она улыбнулась, потому что, о небеса небесные расчудесные, леди не пристало выходить из себя, верно? — Конечно же, жеребец, столь одарённый мудростью, сможет притвориться, что проклятие существует, так ведь?

Профессор нахмурился.

— Ну, есть информация о том, как, возможно, проклятие распространяется. Например, прось...

— Да, да, это мне не интересно, — перебила белая пони. — Мне интересно, как его снять.

Профессор что-то недовольно проворчал, очевидно, недовольный тем, что его снова перебили.

— Мисс Рэрити, ни в одной книге не объясняется, как снять проклятие, точно так же как ни в одной из них не говорится о том, как "теоретически" освободить этих ваших принцесс. Я, признаюсь, сделал пару заметок и построил пару гипотез по этому вопросу несколько лет назад, но, надеюсь, вы понимаете, что я не собираюсь переворачивать весь дом вверх дном, в столь ранний час, ради ваших домыслов.

Единорожка с трудом выдавила из себя улыбку. Глубокий вдох, дорогуша, держи себя в копытах.

— Ну хорошо, тогда я приду завтра. В более подходящее время, — смягчилась она, потому что, да, она способна подождать ещё несколько часов! Что значат три-четыре часа по сравнению с целой жизнью? Да ничего! Пустяки! — Уверена, в восемь утра будет самое подходящее время!

— Мисс Рэрити, вы можете прийти в любое угодное для вас время, но вы уйдёте с пустыми копытами, — ответил профессор, приподняв бровь. — Все мои заметки по проклятию, если я, конечно, их ещё не выкинул, находятся в моём доме, что в Рэйнбоу Фоллс, тут их точно нет.

Единорожка стиснула зубы.

— Профессор, — с усилием она вновь выдавила улыбку. — Так это совсем не проблема! Мы можем завтра же поехать в Рэйнбоу Фоллс! Я даже оплачу ваш билет!

Эйв лишь фыркнул.

— Мисс Рэрити, не знаю, что у вас за навязчивая идея с этим несуществующим проклятием, но я никуда не собираюсь ехать! У меня дела... дела, которыми, если позволите, я мог бы заниматься прямо сейчас... и, если вам нужна информация по этому вымышленному проклятию, вам придётся подождать до следующего месяца, когда я вернусь в Рэйнбоу Фоллс!

Следующего месяца.

Единорожка моргнула, глядя на него, потому что он же шутит, верно? Видимо, шутит, бредит, или просто жесток, если действительно думает, что она будет ждать ещё один месяц. Прошлый месяц длился для неё словно десятилетие, а он хочет, чтобы она подождала ещё один?

— У меня нет времени ждать ещё месяц! — сорвалась Рэрити, терпение её лопнуло. — Мне нужно снять проклятие прямо сейчас!

Профессор поднялся.

— Да нет никакого проклятия! А если и есть, то способа его развеять попросту не существует! А теперь, я попрошу вас…

— Я ПРОКЛЯТА, профессор! — перебила его единорожка, громко, чётко и сердито, теперь, когда пути назад не было, она вскочила и треснула копытом по столу. Каждое слово, что слетало с его губ, ощущалось словно удар, словно какой-то пони просил её остановиться, успокоиться и, таким образом, помочь ей, но, если он ещё хоть раз посмеет сказать, что проклятия не существует... — Принцесса Денза меня прокляла! И ты поможешь мне обойти проклятие, и мне плевать, что ты думаешь, что оно не реально!

— Да нет никакого прокляти...

А вот и оно. Нажата последняя кнопка, перерезан последний провод, и бомба замедленного действия внутри Рэрити наконец-то достигла конца отсчёта.

— Ещё как ЕСТЬ! — прорычала она, сгребая профессора магией и швыряя о ближайшую стену. Назад дороги не было, и осознание этого факта ничего не меняло. Её довели до этой точки, пробили её пределы, и если мир намеревался её сломать, что ж, без боя она не сдастся.

— Д-да что с тобой?! — воскликнул Эйв в тщетной попытке высвободиться из магического захвата Рэрити. — Это неприем...

— Неприемлемо?! Я расскажу тебе, что такое неприемлемо, сейчас даже покажу, профессор! — рявкнула единорожка, изо всех сил вжимая его в стену, затем подошла ближе и встала прямо перед ним. — Я нашла принцессу Твайлайт Спаркл месяцы назад, и теперь не могу найти её снова, потому что Дух обманом подвёл меня под проклятие!

— Послушай себя! — забрыкался жеребец, — ты сошла с ума!

Рэрити рассмеялась, и действительно, то был смех обезумевшей кобылы, коей она и была.

— О, дорогой мой профессор, а я и не спорю! Теперь ты, кстати, тоже проклят! — Маниакальное выражение исчезло с её лица, и она продолжила угрозу. — Поэтому слушай меня очень внимательно, ладненько? Ты сядешь со мной на следующий поезд до Рэйнбоу Фоллс и поможешь мне снять это исторгнутое небесами проклятие, или поможешь мне с...

Фраза единорожки оборвалась, когда она почувствовала, как какой-то пони обхватил её сзади, в отчаянной попытке оттащить от профессора.

— Рэрити! Умоляю, остановись!

А вот теперь мир единорожки действительно замер. Он сокрушил её, разорвав на куски, одним лишь голосом Пинки Пай. Это не было затишьем перед бурей. Это было затишье после шторма, что оставил после себя лишь руины.

Белая пони обернулась и увидела Пинки Пай, её глаза были полны слёз и чего-то ещё, гораздо, гораздо более страшного. Рэрити увидела страх. Страх, что вызвала она, страх, направленный на неё, и в этот момент ужасающая реальность наконец настигла единорожку.

Это был не кошмарный сон.

Всё было настоящим, вокруг была боль, и она стала монстром.

Она повернулась к профессору, что всё ещё был в её захвате, и вид её собственной магии, удерживающей профессора, ужаснул Рэрити, и в шоке она его выпустила. Единорожка начала пятиться назад в страхе от самой себя, и её копыто подлетело ко рту. Нет, нет, она вовсе не этого хотела. Пожалуйста, всего этого не было, пожалуйста.

— Р-Рэрити?

И белая пони вновь повернулась к Пинки Пай, единственной пони, что не настигло проклятие, единственной пони, что могла бы помочь, а теперь Рэрити...

— Прости меня, — прошептала единорожка, слезы жгли ей глаза, и она снова и вновь извинялась, хоть и знала, что никакие извинения не исправят то, что она сделала. Пони повернулась к профессору, который только что поднялся с пола, и в ужасе начала пятиться назад, назад, назад, назад, пока не упёрлась в стол, и поняла, что не может всего этого вынести.

Поэтому она сбежала.

Она выбежала из комнаты, за дверь, в окутанный тенями город. Она бежала куда глаза глядят, к месту, что заставит всё это прекратиться, что окончит кошмар, от которого нельзя было проснуться, который сама воплотила в жизнь.

Когда она совсем выбилась из сил, она подняла глаза и осознала, что судьба с ней ещё не закончила, потому что взгляд пал прямо на статую принцессы Луны.

Белая пони упала на круп, глядя на одинокую принцессу, умоляя об ответах, о прощении. Она прижалась копытом к статуе и уставилась на неё, ощущение прохладного мрамора открыло ей, что всё-таки это был не сон. Она действительно напала на профессора, она действительно приехала в Холлоу Шейдс, она действительно пережила нападение древесных волков, и она действительно больше не увидит...

— Рэрити!

Кобыла обернулась и увидела, как к ней спешит Пинки, неся с собой позабытые в доме профессора перемётные сумки, и, о, как же единорожке хотелось кричать. Как сильно хотелось сказать ей, чтобы уходила, уходила, уходила. Оставила меня в покое, думала она, пусть оставит меня в покое, пожалуйста.

— Рэрити?.. — вопросительно посмотрела подбежавшая Пинки, и хотя на лице её страха больше не было, печаль осталась.

— Я скучаю по Твайлайт, — прошептала единорожка.

Простая фраза, которую она избегала уже несколько недель, потому что её смысл был слишком невыносим.

И вот она произнесла её и уткнулась лицом в копыта. Она скучала по Твайлайт. Скучала столь сильно, столь отчаянно, словно пламя бушевало в груди, словно вода, заливающая лёгкие, словно кинжал, торчащий из груди, который она была не в силах вырвать, зная, что он её медленно убивает.

Рэрити скучала по ней и больше никогда её не увидит.

Незаметно для себя, под предлогом высшего блага, или даже долга, она позволила себе нуждаться в Твайлайт, даже больше, чем та нуждалась в ней.

— Р-рэрити, мы что-нибудь придумаем! — подбодрила Пинки, даже в такой ситуации не теряя настроя и оптимизма. — В-всё будет хорошо! Мы разберёмся...

— Нет, всё плохо, — выдавила из себя единорожка, потому что хорошего тут вообще ничего не было, хорошо никогда не будет, потому что слишком поздно пришло осознание, что мучения никогда не окончатся.

Не было способа перерасти всё это. Нельзя было зализать раны и найти другое решение, потому что до конца жизни Рэрити будет жить с мыслью, что Твайлайт всё ещё заперта в библиотеке. Всю оставшуюся жизнь она будет просыпаться со знанием, что потеряла Твайлайт из-за леса, и что из-за той же самой потерянной принцессы она утратила и своё сердце, целиком и полностью.

— Хотела бы я никогда её не находить.

Слова невольно слетели с губ, ужасное, непростительное признание.

— Нет не хотела бы! — не медля ни секунды, возразила Пинки, на что Рэрити лишь покачала головой, потому что, всё так, лучше бы им не встречаться.

— Хотела бы я никогда её не находить, — повторила она, потому что это было уже слишком, слишком невыносимо, а она этого не хотела. Потому что это уже была вовсе не сказка, из тех, что со счастливым концом, а просто жестокость.

— Нет не хотела бы, — мягко повторила Пинки.

Последовало мгновение тишины, прежде чем Рэрити вновь прошептала в копыта:

— Нет не хотела бы.

Нет, единорожка ни о чём не жалела. Не жалела о принятых решениях, о днях, что провела с Твайлайт Спаркл, и даже если эта боль будет с ней целую вечность, она никогда не будет жалеть о том, что принцесса Твайлайт Спаркл украла её жизнь.

Если бы она могла вновь пройти через всё это, зная к чему это приведёт, она бы не сомневалась ни секунды.

— Хочешь расскажу секрет?

Единорожка подняла опухшие и покрасневшие от слёз глаза, на блаженный миг отвлёкшись от боли.

— Ч-что?

Пинки Пай присела на корточки, и её улыбка немного померкла.

— Я думаю, что никогда не увижу принцессу Луну свободной.

Когда Рэрити не сумела сделать ничего, кроме как уставилась в недоумении, потому что уж от Пинки она таких мыслей никак не ожидала, розовая кобыла продолжила, ковыряясь копытом в земле.

— У меня нет никаких книг, и я даже не знаю, где именно заточена принцесса Луна. Но... — земнопони села прямо, её ушки приподнялись, а на лице расцвела улыбка. — Но это не значит, что мы не должны хотя бы попытаться, так? Разве ты не хочешь, чтобы принцесса Твайлайт стала свободной, даже если не ты её освободишь?

— Хочу, конечно же, — прошептала единорожка, как она могла не хотеть? Как можно было не хотеть, чтобы Твайлайт была свободна и счастлива?

— Ну тогда не сдавайся! — продолжила Пинки, вскакивая с места. — Нам понадобится вся-я-я-я-я-я информация что есть, и тогда другие пони используют её, чтобы найти принцесс!

— Но мы не можем, — слабо запротестовала Рэрити. — Я прокляла тебя, и... и теперь ты никогда больше не увидишь...

Белая пони вновь уткнулась лицом в копыта.

— Прости меня...

Пинки лишь со смешком фыркнула.

— Пф-ф-ф, подумаешь, глупое проклятие не удержит меня подальше от принцессы Луны, глупышка, точно так же, как глупое проклятие не удержит тебя от принцессы Твай, — воскликнула она, подтрусив к единорожке и сев рядом. Розовая пони зевнула и прижалась к Рэрити. — Я попрошу Луну сделать специально для тебя что-нибудь особенное, лады?

Рэрити изобразила лёгкую полуулыбку.

— О? Мне стоит приготовиться к тому, что принцесса меня поразит? — спросила она, но ответом ей послужил лишь тихий храп. Она моргнула, глядя на кобылу, прежде чем протяжно вздохнуть и поднять глаза к небу, на котором повсюду мерцали звёзды.

“Какая прекрасная ночь, — подумалось ей, — после такого ужасного дня”.

Она посмотрела вниз, на город, и вдалеке увидела семейную пару, что неспешно прогуливалась, прижавшись друг к другу и переплетя хвосты. Единорожка провожала их взглядом, наблюдая, как пара смеётся, и ощутила грусть. Всего несколько месяцев назад такое зрелище наполнило бы её надеждой на подобное будущее, а теперь...

Она не знала, как развеять проклятие. Не знала, можно ли вообще его снять.

Возможно, она никогда больше не увидит Твайлайт.

Когда пара скрылась, направляясь в своё “жили долго и счастливо”, Рэрити вновь подняла глаза к небу. Твайлайт заслуживала такого будущего. единорожка помнила, как принцесса улыбалась в библиотеке, в кои-то веки смеялась, не одержимая своими внутренними демонами.

Единорожка осознала, что больше, чем счастья для себя, она желала счастья для Твайлайт, которая... которая страдала уже слишком долго. Она хотела, чтобы аликорн вновь проводила дни под светом солнца, исследовала чудеса мира, с Рэрити, или без...

Слёзы вновь наполнили глаза, в последнее время весьма обычное состояние. Боль нельзя было перерасти, так ведь? Она будет преследовать её каждый день. Её личный демон, её Аметист Винд, и всё же... и всё же Твайлайт боролось много дольше.

Ради счастья Твайлайт Рэрити даст бой своим внутренним демонам хотя бы для того, чтобы однажды, в обозримом будущем, принцесса избавилась от своих.

Минуты шли одна за другой, единорожка была предоставлена своим мыслям, пока не появилась третья пони, крайне запыхавшаяся Рэйнбоу Дэш, что приземлилась прямо перед ней.

— Рэрити! Вот ты где! — говорила она между вдохами. Её ноздри раздулись, и она топнула копытом. — Мне лететь сюда, неся на себе Эппл Блум! Ты хоть представляешь сколько она весит?! И теперь я должна купить Спитфайр новую дверь, потому что... потому что...

Пегаска потеряла мысль и, похоже, только сейчас хорошенько рассмотрела единорожку. Её гнев угас, а ушки опустились.

— ...ты в порядке?

Единорожка улыбнулась.

— А я выгляжу, как будто в порядке?

— Выглядишь хреново.

— Правда? — с широкой улыбкой спросила Рэрити, приглаживая гриву. — Спасибо! Это мой последний дизайн, "Абсолютное Выгорание"! Я, знаешь ли, на шаг опережаю моду.

— Ага, заметно. — Рэйнбоу взглянула на Пинки Пай. — А она... ну, ты знаешь...

— Не знаю точно, — ответила единорожка, и её улыбка исчезла. — Полагаю, узнаем, когда она проснётся.

Рэрити опустила взгляд и убрала выбившиеся из гривы волосы с лица Пинки.

— Я действительно всё это сделала, да? Не могу даже думать о том, как я буду всем всё компенсировать.

— О, это точно, — строго сказала пегаска, затем её ушки опустились, и она отвела взгляд. — Мы... я думаю, мы могли бы более явно дать тебе понять, что нам не всё равно. Прости.

— И мне стоит извиниться.

Рэйнбоу подсела к единорожке с противоположной от Пинки стороны.

— Что теперь?

Рэрити вздохнула.

— Подождём пока она проснётся, а после... даже не знаю.

— Не знаешь? Чего не знаешь? — спросила Пинки, сонно моргая, глядя на Рэрити. Затем она села, громко зевнула и ахнула. — Ух ты! И Рэйнбоу Дэш здесь! Приветик!

Улыбка розовой пони угасла.

— А чего ты так на меня уставилась? — спросила Пинки, пока подруги выжидающе на неё смотрели. — Хм. А!

Земная пони стукнулась копытцами.

— Я виделась с принцессой Луной! Она передавала привет! — сказала она со всей беспечностью в мире.

Вздох облегчения Рэйнбоу точь-в-точь повторил вздох Рэрити, и две подруги прислонились к статуе. Хвала небесам, подумала единорожка. Спасибо-спасибо-спасибо.

— Глупышки! — внезапно сказала Пинки. — Я думала, что вы больше не хотите быть моими друзьями. И мне действительно было грустно.

Земная пони высунула язык.

— Могли бы сразу догадаться, что никакое дурацкое проклятие меня не остановит!

— Ну вот, видишь, Рэрити? Ты можешь хотеть снять проклятие и при этом не разыгрывать из себя королеву драмы! — игриво отметила Рэйнбоу, усмехнувшись, когда единорожка закатила глаза.

— Ха-ха-ха, сейчас животик надорву, — саркастически пробормотала белая пони. Некоторое время они посидели в тишине, прежде чем единорожка подняла свои перемётные сумки с земли и закрепила их на себе. — Ну хорошо, как говорится, шоу должно продолжаться. Я вернусь в дом профессора и...

Рэрити потёрла переносицу. Ох и трудное же ей предстоит извинение. С другой стороны, может, теперь он действительно поможет.

Она собралась встать, и когда магией немного приподняла для удобства сумки, уложенный на самый верх свиток выпал и приземлился прямо перед ней, послав лишний толчок в сердце. Единорожка опустила сумки и осторожно взяла письмо Твайлайт в копыта.

Похоже, время пришло.

— Что это? — с интересом спросила Пинки. — От кого оно?!

— От Твайлайт, — ответила Рэрити. — Я... я его ещё не читала.

— Что?! Да ты издеваешься! — выпалила Рэйнбоу, вставая. — Рэрити, если здесь описан способ снять проклятие, я тебя прямо здесь и закопаю!

Стыд обжёг единорожку, хотя ей и хотелось как-то возразить, она не могла. Если в этом письме действительно был описан способ покончить с проклятием, она с удовольствием снимет с Рэйнбоу почётную обязанность смертоубийства, поскольку быстрее справится с этим сама.

— Ну так читай давай! — надавила пегаска, и Рэрити прикусила губу.

Шоу должно продолжаться, сказала она себе, развернула свиток и начала читать.

Дорогая Рэрити.

Не знаю, как тебе и сказать, да и не хочу, но это, наверное, последний раз, когда я тебе пишу.

Не знаю, что и делать. Не знаю, что вообще пытаюсь сказать. Я уже написала пятнадцать черновиков этого письма.

Ты знала, что у меня ломит в груди? На самом деле, это поразительно! Я и не знала, что могу чувствовать боль. Ты, мне кажется, об этом как-то рассказывала. Фантомные боли? Я написала небольшую исследовательскую работу об этом, между шестым и седьмым черновиком письма. В нём всего тридцать страниц, что, по мне, довольно мало для первой редакции, но уверена, что с последующими доработками, объём увеличится.

Я не знаю, как снять твоё проклятие. Я прочла все книги, что были у меня по этому вопросу, и не нашла ничего полезного. Я вновь попыталась поймать магию хаоса из лабиринта, но теперь она ещё сильнее сопротивляется. Мне кажется, она что-то знает. Скорее всего, знает. Я и об этом написала небольшое эссе, которое попробую тебе отправить, если это не моё последнее письмо.

Ты мне ещё не писала. Ну конечно, не писала! Сейчас ты не можешь! Флаттершай в своём письме сообщила, что ты в больнице, и я наказала совам перестать водить тебя в библиотеку. Ты на меня сердишься? Они вот точно сердятся. Темис игнорирует меня уже... ну, не знаю как долго, с тех пор как с моим календарём и часами произошёл несчастный случай, который я предпочла бы не обсуждать, но по ощущениям прошло много времени. А Элара перестала убирать мои бумаги. Я даже не осознавала, как их у меня много.

Мне кажется, что я боюсь получить от тебя письмо. Не потому, что я этого не хочу! Я по тебе скучаю. По-настоящему скучаю. Я волнуюсь, что однажды ты перестанешь писать мне письма, точно так же как я всегда боялась, что ты перестанешь приходить. А теперь так и случилось. И однажды ты перестанешь писать мне.

Я собираюсь найти способ снять проклятие, ну, или дождаться тебя. Я не собираюсь сдаваться. Ты обещала, что вернёшься, и я тебе доверяю.

Мне не нужно больше посылать писем, потому что я лично скажу тебе всё что должна сказать, когда ты вернёшься.

Твоя

Твайлайт.

— Мне не нужно больше посылать писем, — читала Рэрити вслух, с глазами, блестящими от слёз, и с улыбкой на губах. — потому что я лично скажу тебе всё что должна сказать, когда ты вернёшься.

Опустилась тишина, единорожка свернула свиток, и, хотя она и открыла рот, собираясь заговорить, Пинки её опередила.

— Принцесса Твайлайт такая глупышка! — сказала она, скрестив копыта и нахмурившись. — Кто вообще начинает письма с таких фраз?

Прошло ещё одно краткое мгновение тишины, и впервые, казалось, впервые за вечность Рэрити хихикнула, и каким же облегчением это ощущалось. И как же сильно ей этого не хватало.

— Ну, не только принцесса Твайлайт! — с улыбкой добавила Рэйнбоу. — Рэрити, знаешь ли, могла бы прочитать письмо целиком!

Хихиканье единорожки переросло в смех, она прижала письмо к груди, и впервые за целую вечность мысль о Твайлайт не была болезненной.

О её глупой малышке-принцессе, за которую она будет сражаться, что бы ни случилось.

— Ох, мы действительно сто́им друг друга, а? — спросила она, и её щёки уже начинали болеть от улыбки, потому что как же ей до этого не хватало улыбок, смеха и ощущения, что всё в конце концов будет хорошо.

Рэйнбоу Дэш наконец встала, и выглядела она лучше, чем за все последние недели.

— Ну, поскакали! Проклятие само себя не развеет, пока мы сидим тут и смеёмся! — с этими словами она поднялась в воздух. — Увидимся в отеле!

Рэрити и Пинки смотрели ей вслед, и как только пегаска скрылась из виду, розовая пони подскочила.

— Пойдём, Рэрити! — позвала она, подавая копыто единорожке. — Мы должны помочь спасти принцесс, даже если...

Рэрити не ответила, лишь плотнее прижала письмо к груди.

— Ну давай... — с улыбкой подбодрила Пинки. — Даже если...

— Даже если это случится не в нашей жизни, — подхватила единорожка, не чувствуя больше боли от этих слов, потому что она дала обещание, которое планировала сдержать. Она приняла копыто Пинки, встала и глубоко вдохнула.

— Теперь нам просто осталось решить, чем мы займёмся! — воскликнула розовая пони, пускаясь трусцой. — Есть идеи?

Рэрити оглянулась на статую принцессы Луны, прежде чем последовать за Пинки Пай к тому, что ждало их впереди.

Возможно, подумалось ей, впервые за долгое время испытывая настоящую надежду, моё светящееся зелёным ожерелье будет неплохим началом.

## — Интерлюдия VIII — Лучшее будущее

[Изображение: https://i.imgur.com/usvVwjx.png]

— Малышка, что тебя беспокоит?

Ушки Пинки дёрнулись, её глаза были прикованы к звёздам, отражающимся в бесконечном озере перед ней. Земнопони хотела бы посмотреть на свою подругу, но вместо этого не могла оторвать взгляда от поверхности озера; она подняла копыто и опустила в воду, наблюдая, как рябь исказила её отражение.

— С ней ведь всё будет хорошо? — спросила наконец розовая пони, поворачиваясь к принцессе.

Принцесса Луна мягко улыбнулась, взглянув на кобылу.

— Любопытно. Разве ты не заверила её, что так и будет?

— Конечно будет! — немедленно воскликнула Пинки. — С ней всё будет в порядке!

Она на мгновение замолчала и вновь посмотрела на воду.

— Я просто...

Принцесса Луна подняла копыто, и вместе с ним от земли поднялся шлейф белого дыма. Её рог вспыхнул, и Пинки увидела изображение Рэрити, словно на экране. Единорожка сидела в вагоне поезда и молча смотрела в окно.

— Она пострадала, — серьёзно сказала принцесса. — Её сны не были к ней добры. Они мучали её.

Рог принцессы вновь вспыхнул, и изображение в дыму изменилось, теперь оно показывало Твайлайт, обнимающую кобылу, которую Пинки никогда не видела.

— И эти сны будут её преследовать.

— А ты не можешь исправить их? — спросила Пинки, обнаружив, что не хочет больше смотреть на дымку.

— Не все кошмары происходят в моём царстве, малышка, — сказала принцесса. — Если пони не встретит свои страхи лицом к лицу, то в конце концов они могут сбыться.

Луна опустила копыто, позволив струйкам дыма раствориться и исчезнуть.

— Но...

Пинки подняла голову.

— Но?..

— Но, возможно, тебе следует чуть больше в неё верить.

Принцесса встала и обернулась. Когда розовая пони сделала то же самое, она с удивлением обнаружила вдалеке белую дверь. Она последовала за Луной до самой двери и отступила назад, когда аликорн открыла её магией.

— Мы пойдём в её сновидения? — спросила Пинки.

Принцесса Луна не ответила. Она просто шагнула вперёд, побуждая кобылку последовать за собой. Когда они переступили порог, дверь исчезла и они оказались на тротуаре посреди шумного города.

— О! Я знаю где мы! — воскликнула Пинки, подпрыгивая на месте. — Это Мэйнхэттан! Помнишь, я ездила сюда?!

Розовая кобыла осмотрелась и указала копытом на большое белое здание неподалёку.

— А вон и железнодорожная станция!

Принцесса Луна слабо улыбнулась.

— И самый важный поезд только что прибыл.

Воодушевлённая этим заявлением Пинки уставилась на вход железнодорожной станции, её сердце подпрыгнуло, когда она наконец увидела, как Рэрити выходит на улицу. Больше всего, однако, земную пони поразило не отсутствие шрамов, а то, какой счастливой выглядела единорожка.

— Что она делает? — настойчиво прошептала Пинки, но в ответ лишь получила загадочную улыбку.

Розовая пони повернулась обратно к Рэрити, наблюдая, как единорожка бросилась обратно на станцию, и глаза Пинки наполнились слезами, когда хихикающая Рэрити вернулась в компании аликорна с завязанными глазами.

Принцесса Твайлайт Спаркл сделала несколько неуверенных шажков вперёд, оглядываясь по сторонам в попытках определить, откуда раздаётся смех единорожки. Но, прежде чем аликорн успела найти подругу, Рэрити магией сняла с неё повязку, и восторженный смешок слетел с губ Пинки, когда Твайлайт увидела город впереди и раскрыла рот.

Младшая принцесса бросилась к ближайшему такси, а затем повернулась к надрывающейся от смеха единорожке, призывно помахав ей копытом, и потрусила к переходу через улицу. Рэрити последовала за ней.

— Да, малышка, — сказала принцесса Луна, — я верю, что с Рэрити всё будет хорошо. Возможно, даже лучше, чем когда бы то ни было.

## — Глава 30 — Магия Холлоу Шейдс

[Изображение: https://i.imgur.com/9d2hpOj.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/vn1XTc7.png]

Восстановление после депрессии является одним из самых утончённых видов искусства, и это неоспоримый факт, ну или по крайней мере должен быть таковым.

Конечно, для этого придётся начать с извинений, но и без гордости в этом деле не обойтись! Да, пресловутые рамки приличия отправились за борт, дрейфовать в море безумия, но это был акт чистой страсти! Заслуженное мгновение прекрасного отчаяния! Носи его как знак почёта, как трофей напоказ...

— Что-то вы притихли, мисс Рэрити. Быть может, планируете, как бы ещё раз кинуть меня об стену?

Сидя на диване в гостиной профессора Эйва, единорожка сделала глубо-о-окий вдох.

— Профессор, — ответила она, изо всех сил удерживая в голове мысль, что и правда заслужила его гнев. Белая пони поставила чашку с чаем на ближайший столик и пронаблюдала, как жеребец вновь развернулся к грифельной доске, — я понимаю, что вы расстроены, и даже имеете на это полное право! Но, во имя Дензы, прошло уже три дня, и я уже извинилась по меньшей мере раз двадцать! Ну правда!

Профессор Эйв фыркнул.

— Ах, но извинения — не очень эффективная замена обезболивающим. Кстати, о них... — с улыбкой жеребец извинился и вышел из комнаты, позволив Рэрити продолжить мариноваться в соку собственного стыда.

Щеки единорожки вспыхнули, и с обидой в глазах она перевела взгляд на свою чашку. Белой пони хотелось крикнуть профессору, что если его спина болит уже третий день, то он либо лжёт, либо ему следует обратиться к врачу, но сдержалась. В глубине души она знала, что ей лучше помалкивать, вне зависимости от того, как сильно её раздражали постоянные напоминания об... инциденте.

И хотя Пинки и друзья в Понивилле позволили ей принимать решения самостоятельно, Рэрити всё же чувствовала, что собственное осуждение тяготит её. Ей ужасно не хватало Твайлайт, но самокопание пользы не принесёт.

“Ну же, Рэрити. Сейчас ты более чем когда-либо должна сохранять позитивный настрой”.

Она встала и направилась к большому серому механизму, с лотка которого свисали длинные листы бумаги. Единорожка уже видела подобное устройство, ещё там, в Рэйнбоу Фоллс, но лишь смутно помнила его назначение. Какой-то магический анализатор?

Мгновения спустя, профессор вернулся, предоставив Рэрити возможность продемонстрировать её новый позитивный настрой.

— В любом случае, профессор, признаюсь, я в восторге, что вы всё-таки согласились нам помочь, — сказала она, тыкая копытом в механизм.

По правде говоря, у неё словно камень с плеч свалился, когда они осознали, что все теперь прокляты  и обречены жить с этим.

По крайней мере, теперь Рэрити могла мыслить ясно.

Единорожка взглянула на соседний стол, где фотографии Твайлайт были разбросаны среди заметок профессора. Она подошла и подняла одну из них, радуясь улыбке принцессы. На мгновение Рэрити почувствовала, как непролитые слёзы наворачиваются на глаза, что в последнее время случалось частенько, стоило ей слишком долго думать о принцессе.

“О небеса, как же я по тебе скучаю”.

Рэрити усилием воли заставила себя отвести взгляд от Твайлайт и сосредоточилась на фото Меткоискателей, с конкурса двойников принцессы. Эппл Блум выглядела очень счастливой, что резко контрастировало с её видом, когда Рэйнбоу Дэш забрала кобылку домой.

— Жаль, что вы считаете эти фото поддельными, — произнесла единорожка, заставляя свои мысли течь в другом направлении.

Профессор хмыкнул, откладывая мел и направляясь к своему механизму.

— Я жеребец науки. Я не верю в глупые сказки, но, когда появится что-то реальное и правдоподобное для расследования, я легко изменю своё мнение.

Единорожка подметила мешки под его глазами.

— Плохо спите в последнее время? — спросила она, наблюдая как жеребец вводит данные в машину. — Я слышала, что вы бродите по ночам. Что-то не так?

Рэрити прикусила губу:

— ...Быть может, сны неприятные?

— Ничего подобного! — воскликнул профессор, мигом разозлившись. — И мои ночные привычки, если позволите, вас не касаются!

Рэрити вздернула бровь. Как бурно он отреагировал! Может, по ночам его посещала принцесса... Если и так, то ему стоит лишь позавидовать. Три ночи, проведённые в Холлоу Шейдс, и впервые за несколько недель, когда Рэрити хотелось сновидений, они перестали к ней приходить!

С другой стороны, была изрядная  вероятность, что принцесса Луна устроит ей такой разнос, что за всю жизнь не забудется, так что ночи без сновидений могли проиллюстрировать пословицу "нет худа без добра".

— Ой ладно, ладно! Не заводитесь! — произнесла Рэрити, решив сменить тему.

Единорожка прочистила горло и подошла к механизму.

— Итак, как это устройство сможет нам помочь?

— Ну, для демонстрации мне понадобится твой магический резонатор, — ответил Эйв, протягивая в её сторону копыто, не отводя взгляда от машины.

— Магический резо... А, ожерелье! — копыто Рэрити метнулось к треснувшему ожерелью на шее. — Эм-м...

Она сняла его, не в силах отвести от камня взгляда.

— Вы же... Ну, вы же не сломаете его?

Профессор бросил на неё суровый взгляд.

— Оно уже повреждено.

Рэрити нахмурилась.

— Да, я знаю. Но это ожерелье — последнее что у меня осталось от Твайлайт.

Жеребец улыбнулся.

— А, та воображаемая принцесса, ради которой вы впечатали меня в стену.

Рэрити топнула копытом по полу. Это уже чересчур!

— Профессор! Если вы и дальше будете так относиться, то я…

— Найдёте в помощь другого пони с магическим анализатором? — перебил Эйв, отворачиваясь к машине. Когда единорожка не нашлась с ответом, он улыбнулся и вновь протянул к ней копыто. — Ожерелье, если позволите.

Рэрити поджала губы и демонстративно со всем возможным возмущением сняла ожерелье. Профессор словно нарочно пытался довести её. Как только украшение оказалось снято, единорожка аккуратно положила его в копыто профессору, сопровождая всё действо пофыркиванием.

— Если оно расколется, профессор... — предупредила она.

Тот повернулся к ней с улыбкой.

— То ты швы... — к счастью, выражения лица Рэрити, хватило, чтобы он не стал договаривать.

Нахмурившись, профессор открыл небольшой лючок в машине и положил ожерелье внутрь. Закрыв лючок, он наложил на аппарат заклинание, после чего механизмы внутри пришли в движение и вокруг вспыхнула магическая аура. Сплошной лист бумаги, с, как предположила Рэрити, результатами измерений, начал складываться по линии отрыва снаружи, собираясь у основания машины. Лишь когда листов накопилась значительная куча, и механизм наконец остановился, профессор оторвал самый верхний лист и начал читать.

— Ну что там?! — спросила единорожка, подтрусив к профессору, пытаясь заглянуть через его плечо. — Что там написано?

Профессор прочистил горло.

— Как вы и сказали, заклинание предназначено для обнаружения магии. Однако, похоже, моя машина не может определить саму магию внутри ожерелья. Учитывая, что я собрал образцы почти девяноста девяти процентов магических созданий по всей Эквестрии, мы можем с уверенностью предположить, что это магия хаоса. — Профессор откашлялся. — На этом всё.

— Всё? — воскликнула Рэрити. — Ерунда какая-то! Я и так всё это знала! Должно же быть что-то ещё!

Единорожка попыталась выхватить листок, но жеребец отдёрнул его и продолжил чтение.

— Ещё здесь есть информация о заклинателе, и это действительно важный для нас раздел, поскольку я использую эти данные, чтобы доказать вашу неправоту! — воскликнул он с неожиданным ликованием.

Профессор вновь прочистил горло и выпрямился.

— Предположу, что вы знаете, что на книги покойной принцессы Твайлайт наложено заклинание сохранения. Я проанализировал его в своей машине и в качестве результата получил слияние магии пегасов, земных пони и единорогов, известное, как аликорн, и тут говорится, что... — жеребец прищурился, разбирая текст, и мгновение спустя его самодовольная улыбка полностью растаяла. — Хм.

— Что такое? — спросила Рэрити, будучи теперь единственной в комнате, кто улыбался. — Вычитали что-то интересное?

Профессор откашлялся.

— Вовсе нет. Мне лишь понадобится запустить тест заново, поскольку... эй!

Единорожка выхватила у него листок и отпрыгнула, прежде чем жеребец успел среагировать.

— Магия... Пятьдесят процентов... Заклинание... АГА! — с лукавой улыбкой она повернулась к Эйву, чуть ли не подпрыгивая на месте от неудержимой радости. — Аликорн! Тут написано аликорн! Ха-ха-ха! Аликорн!

Рэрити остановилась, прочистила горло и вернула листок жеребцу.

— Сколь неожиданный поворот событий! Для вас, конечно, но... — белая пони захлопала ресницами, — таковы факты.

Прежде чем профессор Эйв успел высказать своё возмущение, дверь в комнате внизу хлопнула, и воздух наполнил пронзительный голос.

— Профессор Вредина!

Жеребец побледнел.

— О нет.

Пинки Пай ворвалась в комнату, сияя счастьем, и, буквально не прекращая хихикать, направилась к Рэрити и Эйву.

— Та-а-а-а-а-а-а-ак, — протянула она, прыгая кругами вокруг всё более раздражающегося жеребца. Наконец розовая пони остановилась прямо перед ним, и её самодовольная улыбка наполнила единорожку гордостью. — Ну, что теперь ты думаешь о принцессе Лу-у-у-у-у-уне, а?

Рэрити притворно ахнула.

— Ой-ой-ой, профессор!

— И-извините, но я понятия не имею, о чём вы говорите! — выпалил жеребец, хотя выражение лица ясно указывало на обратное. — Ничего я о ней не думаю, потому что она не настоящая!

— Ну же, профессор, отрицание приносит лишь страдание, — упрекнула его Рэрити. — Я поняла это на своём горьком опыте.

— Не говори ерунды! — запротестовал жеребец, топнув по полу копытом. — Наш разговор не имеет никакого отношения к делу, так что я хотел бы вернуться к принце... Я имел в виду к побрякушке!

Он отвернулся, открыл другой лючок в машине и извлёк оттуда небольшое серое прямоугольное устройство с антеннами, лампочкой и стрелкой под стеклом для измерения, как предположила единорожка, магии.

— О-о-о, а что это за штучка? — спросила Пинки, очевидно купившись на быструю смену темы профессором.

— Это, — ответил жеребец, показывая устройство кобылам, — то, что мы будем использовать, чтобы обнаружить источник магии хаоса в Холлоу Шейдс, если, конечно, он действительно существует, как заявляет мисс Рэрити. Я, признаться, работаю над детектором достаточно давно!

Он повернулся обратно к машине и вновь поднял ожерелье. Рэрити с трудом подавила желание сделать ещё одно предупреждение и пронаблюдала, как Эйв открыл небольшое отделение в портативном устройстве и положил ожерелье внутрь. Когда дверца со щелчком закрылась, загорелась лампочка, а стрелка переместилась на полсантиметра.

— С этим устройством мы сможем отследить источник магии хаоса, — продолжал жеребец, выключая большую машину магией и отходя от неё. Затем он подобрал со стула седельные сумки и повернулся к кобылам. — Предлагаю для начала найти пределы распространения магии хаоса. Я так понимаю, ты не знаешь, когда именно твоё ожерелье начало светиться?

Единорожка неловко кашлянула.

— Ах, боюсь, нет. Я была немножко, эм-м, рассеянна в тот момент, — ответила она.

— Ну что ж, — ответил профессор, потрусив к выходу из комнаты, — надеюсь, вы, леди, не против физических упражнений.

— Любопытно, профессор, — подметила Рэрити, следуя за ним, — я думала, вы не будете заинтересованы в том, чтобы помочь нам с доказательством существования давно пропавших принцесс. Быть может, вы изменили своё мнение?

Профессор остановился и помахал устройством.

— Этот детектор всё изменил, мисс Рэрити. Раньше у меня не было возможности изучить магию хаоса, но теперь... Теперь я наконец увижу, какую роль она сыграла в убийстве принцесс!

Единорожка вздохнула. Следовало догадаться.

* * *

После предварительного расследования Рэрити с Эйвом и Пинки обнаружили, что магия хаоса распространена лишь в Холлоу Шейдс, точно так же как в Вечнодиком лесу. К сожалению, хоть это была и важная информация, она никоим образом им не помогла.

— Не понимаю, — пожаловалась единорожка, глядя на статую принцессы Луны, словно испрашивая у неё ответа. — Никаких зацепок!

— Зацепок? — моргнув, спросила розовая пони. — Рэрити, глупышка! Магия большим кольцом охватывает город, а не крючком!

— Предположу, мисс Пай, что она интересовалась для чего здесь магия хаоса, — сказал профессор Эйв, возясь с устройством. — И достаточно безынтересным ответом на этот вопрос будет то, что причин нет.

Жеребец оторвал взгляд от устройства и неопределённо махнул копытом.

— Она здесь просто есть.

— Должна быть причина! — настаивала единорожка, поворачиваясь к ним. Ей нравилась мысль, что она в достаточной степени изучила modus operandi[1]. Дискорда, чтобы понимать, что тот ничего не делает просто так. — В Вечнодиком лесу находятся  мерзкие древесные волки, в библиотеке — лабиринт, а в пещерах Рэйнбоу Фоллс — рисунки!

Рэрити шагнула в сторону города, вспоминая, как она заставляла в прошлом магию хаоса себя проявить.

— Я знаю где принцесса Твайлайт! — воскликнула она, прищурив глаза и пристально оглядываясь в ожидании чего угодно. — Я освобожу её, и ничего ты мне не сделаешь!

— Да! — запрыгала Пинки, уставившись на землю и топча её копытами. — Она освободится, затем придёт сюда и освободит принцессу Луну, и тогда ты очень-преочень пожалеешь!

Единорожка повернулась к профессору.

— Ну как? — спросила она, наблюдая как тот смотрит на устройство. — Есть успехи?

Жеребец ответил, не поднимая голову.

— Нет.

Рэрити разочарованно вздохнула. Как бы ей ни было неприятно признавать, нельзя было исключать, что магия хаоса действительно ничего не делала. Если бы был какой-то эффект, горожане давным-давно обнаружили бы её влияние. А единорожка крайне сомневалась, что весь город хранил какой-то секрет от Пинки или в особенности от Эйва.

— Ну давай! Колись! — настаивала розовая пони, практически перейдя на крик, продолжая топтать копытами землю в попытке заставить магию проявить себя. — Злюка, злюка, злюка!

— Какие-то проблемы, Пинки?

К ним подошёл жеребец, но на лице его не было участия, скорее, Рэрити описала бы это выражение как отстранённое. Единорожка осознала, что они с Пинки устроили здесь ту ещё сцену, и собралась извиниться от её имени, но розовая пони заговорила первой.

— Ой! Привет, Одиссей! — пискнула она, резко выпрямившись и отскакивая от жеребца к Рэрити, буквально схватив единорожку. — Это моя подруга, Рэрити!

— Приветствую! — лучезарно улыбнулась белая пони, несмотря на прилив беспокойства из-за того, как крепко её обнимала Пинки. Рэрити вспомнила, как местные обращались с её подругой, и сердце сжалось в груди. Тем не менее она будет оставаться вежливой, пока не появится причина для обратного. — Приятно с вами познакомиться!

Жеребец улыбнулся.

— Взаимно. — Затем он повернулся к Пинки и игриво выгнул бровь. — Что ж, я полагаю, она ещё не знает о Мунлайт Лулабай?

— Вы имеете в виду принцессу Луну? — немедленно спросила Рэрити, с трудом сохраняя улыбку и с сожалением осознавая, что её проявление веры было достаточно неуместным.

Жеребец рассмеялся.

— Хах. В том и преимущество воображаемых друзей, они могут быть тем, кем ты захочешь, — сказал он, подмигивая, явно ожидая что единорожка подыграет ему в этом "поддразнивании", если, конечно, это действо можно было так назвать.

— Э-эй! — завелась розовая пони, очевидно, не относящаяся к тем, кто сдаётся без боя. — Она не вообража...

— Столь любопытный намёк с вашей стороны, — перебила кобылу Рэрити, позволив своей до этого искренней улыбке потускнеть. Единорожка склонила голову набок и нахмурилась. — Разве вы не верите в принцесс? Я слышала, что Холлоу Шейдс известен своим энтузиазмом по отношению к легенде.

Жеребец отмахнулся.

— Подобные вещи хороши для привлечения туристов. Город же буквально находится посреди леса. Надо как-то зарабатывать.

— Но они настоящие! — запротестовала Пинки, отпуская Рэрити и шагнув к жеребцу. — И это нехорошо, что пони притворяются, будто верят в Луну, только чтобы заработать денег! Она из них даже бита не получает!

Одиссей издал многострадальный вздох и закатил глаза, совершенно не замечая равнодушного взгляда единорожки. О небеса, он что, просто грубил безо всякой на то причины?

— Ну ладно, Пинки, — сказал жеребец, поправив свои седельные сумки и отвернувшись, чтобы уйти. — Не буду мешать, продолжай заниматься, чем ты там занималась.

— Но они настоящие! — продолжала настаивать розовая пони, внезапно вцепившись в жеребца. — И то, что ты мне не веришь, ещё не означает, что ты можешь вести себя как большая вредина!

А вот это, похоже, задело того за живое.

Одиссей повернулся к кобыле, выгнув бровь.

— Вредина? С чего это вдруг я вредина? — спросил он, очевидно позабыв, что находится в обществе приличных пони. — Потому что не помог тебе в поисках воображаемой принцессы, которую ты ищешь ещё с жеребячества? Не знаю, обратила ли ты внимание, но ты уже у всех пони в печёнках сидишь!

"Ну что ж, — в раздражении подумала Рэрити, решив, что слышала достаточно. — Если этот пони решил ни с того ни с сего быть грубияном, тогда она с удовольствием завершит эту беседу здесь и сейчас”.

— Простите меня, но...

Фраза единорожки была прервана, когда молчавший доселе профессор придержал её копытом, не давая вмешаться в разговор Пинки с этим чурбаном. Она было повернулась к Эйву, намереваясь спросить, почему он ничего не делает, но, прежде чем успела сказать хоть слово, жеребец повернул к ней измеритель, позволив увидеть стрелку, ползущую вверх.

Что?

— Простите меня, сэр, — наконец прервала спор Рэрити, переводя взгляд с жеребца на прибор и обратно. — Почему вам так трудно принять идею, что принцессы могут быть настоящими?

И вновь раздражение Одиссея лишь возросло.

— Потому что это просто жеребячья сказка, — ответил он, и единорожка увидела, как стрелка на приборе отметила повышение уровня магии хаоса.

— А как вы можете это доказать? — надавила Рэрити, решив разведать, насколько глубока кроличья нора. — Здешний профессор с удовольствием смог бы показать вам, что в Эквестрии полным-полно доказательств существования принцесс.

— Нет никаких доказательств! — воскликнул жеребец, со всей дури топнув копытом по земле. Его глаза, как заметила единорожка, казались неестественными, словно остекленевшими. — И может, хватит подыгрывать этим двум?!

— Но они реальны! — в гневе воскликнула Пинки.

Пинки и Одиссей яростно обменивались аргументами, и с их спором в Рэрити, вместе с гневом на жеребца, росло понимание. С каждой фразой, что произносила Пинки в защиту принцесс, гнев Одиссея нарастал, а вместе с ним и уровень магии хаоса на детекторе.

— Судя по всему, — довольно мрачно прошептал профессор, — вы нашли ответ на ваш вопрос, мисс Рэрити.

— Ох, как грубо с нашей стороны! — внезапно воскликнула единорожка, кладя копыто на плечо Пинки и наконец прерывая спор.

Не обращая внимания на растерянное выражение лица кобылки, Рэрити одарила жеребца извиняющейся улыбкой.

— У меня совершенно вылетело из головы, что нам срочно необходимо присутствовать на одной важной встрече! Хотя небольшое опоздание всё ещё в моде, было бы ужасно непростительно пропустить встречу целиком!

Одиссей нахмурился и отступил.

— Ничего страшного. В любом случае я уже закончил.

— Ой, а с кем мы встречаемся?! — воскликнула Пинки и, к счастью, захваченная мыслью, мигом позабыла об этом грубияне, с которым спорила. — Это Дэши?! Она здесь?!

— Да, да! — мигом соврала Рэрити, воспользовавшись представившейся возможностью. Единорожка склонила голову, прощаясь с жеребцом, прежде чем потрусить прочь, довольно энергичными жестами призывая остальных следовать за ней.

— Идёмте же!

Как только они отошли на достаточно большое расстояние, Рэрити остановилась и повернулась к своим спутникам.

— Почему ты остановилась?! — тревожно спросила Пинки. — Разве Дэши и Спайк нас не ждут?!

Ответил ей профессор, объясняя Пинки Пай, что именно они обнаружили, в то время как Рэрити уткнулась лицом в копыта в попытке разобраться в ситуации. Что в действительности делала магия хаоса? Манипулировала пони, чтобы они отказались верить в реальность легенды?

Из-за этого принцесса Луна была в ловушке? Если Твайлайт была поглощена чувством вины, то принцесса Луна... ощущением ненужности? Бесполезности?

Да и как могло быть иначе, если все...

Боль внезапно пронзила грудь единорожки, когда разум невольно обратился к Твайлайт. Если принцесса Луна оставалась в заключении на протяжении веков, потому что чувствовала себя брошенной, тогда как сильно Рэрити ранила Твайлайт? О, она, конечно, храбрилась в своём письме, обещая что не утратит надежды, но надежда становится хрупкой, когда сталкивается с безнадёжностью и... и...

— Рэрити?

Единорожка подняла глаза и увидела, что Эйв и Пинки уставились на неё с озабоченным выражением на лицах. Только сейчас она осознала, что её копыто прижато к груди, а дыхание быстрое и неглубокое.

— Всё в порядке? — спросила Пинки, делая шаг к подруге, что побудило Рэрити быстро попятиться.

— Д-да, конечно, дорогуша! — выдавила улыбку единорожка. "Думай о хорошем, Рэрити, думай о хорошем". — Я просто задумалась на мгновение...

Она пригладила копытом гриву, полная решимости извлечь максимум пользы из новообретённых знаний.

— Профессор, нам следует найти ещё пони. Я предпочла бы не делать спешных выводов на основании лишь одного эксперимента.

— А вот это слова настоящей учёной! — воскликнул Эйв. — Полагаю, твоя принцесса бы гордилась.

Единорожка тихонько рассмеялась.

— Думаю, да, определённо.

Так и пошло, они останавливали одного пони за другим, расспрашивали, и чем сильнее на них давила Рэрити, тем сильнее рос их гнев, вместе со стрелкой прибора.

— Ага, ещё чего расскажешь? Что принцесса Денза на самом деле работает вместе с Духом? Который тоже реален? — жеребец фыркнул, закатил глаза и продолжил тянуть свою тележку.

— Пинки, ну правда, рано или поздно, тебе придётся отпустить своих воображаемых друзей. — Кобыла вздохнула, покачала головой и вернулась к чтению журнала.

Кобыла за кобылой, жеребец за жеребцом, и все они воспринимали легенду и тех, кто в неё верил, как какую-то шутку.

— Ну ладно, хватит уже, — сказала пожилая торговка, нахмурив брови, — мне эти разговоры уже как расчёс против перьев. Не знаю про вас двоих, но ты, Пинки, должна всё понимать после всего того, что тебе рассказала старейшина Муншайн.

— Но они настоящие! — заныла Пинки, опуская ушки, а грива её сдулась точно шарик. — Ты просто думаешь так, потому что Дух хочет, чтобы ты так думала!

Пожилая кобыла топнула копытом.

— Пинки! Прекращай!

— Но бабу-уля! — раздался вдруг голос. — Принцессы взаправду настоящие!

Рэрити повернулась на голос и, поначалу никого не обнаружив, опустила голову вниз. Маленькая пегаска стояла рядом с ней, сверля престарелую кобылу самым пронзительным взглядом, на который только была способна кобылка.

Поведение торговки тут же изменилось.

— Конечно настоящие, милая! — воскликнула она, широко улыбаясь кобылке. — Принцесса Луна не принесёт тебе свитер в следующем месяце, если ты в неё не веришь!

Кобылка закивала.

— Она принесёт мне самый красивый свитер на свете! Каждый год приносит! — малышка повернулась к Пинки и стукнулась копытцами. — А что она приносит тебе, Пинки?

Рэрити не смогла решить, была ли перемена выражения лица Пинки душесогревающей или душераздирающей.

— О! Хм, хм-м-м! — розовая пони повторила движение кобылки и пристукнула копытца друг о дружку и высунула язык, обдумывая ответ. — Она принесёт мне-е-е-е-е-е-е-е... путёвку на Луну! Луну из мороженого!

Кобылка ахнула.

— Она и такое может?! А можно мне с тобой?!

— Мисс Рэрити, — прошептал профессор Эйв, отвлекая внимание единорожки от кобылки. — Смотрите.

Белая пони моргнула, взяла устройство и, к её большому удивлению, обнаружила, что стрелка почти вернулась к начальным показаниям. Было ясно, что магия хаоса хоть и оказывает влияние на кобылку, но действует она не так сильно, как на взрослых.

Рэрити и Эйв отошли подальше от Пинки с кобылкой, и начали мозговой штурм. Признаться, было в обсуждении что-то такое захватывающее, но сердце единорожки пронзила острая боль при мысли о том, как сильно Твайлайт бы понравилось в нём поучаствовать.

— Похоже, они под влиянием магии с самого рождения, — сказал профессор, переключая деления на устройстве.

— Бессмыслица какая-то! Ни ты, ни Пинки не подвержены её воздействию! — воскликнула единорожка. Затем прикусила губу и поднесла ко рту копыто. — Если только...

Профессор выгнул бровь.

— Если только что?

— Пинки же не всю жизнь здесь жила? Ещё будучи кобылкой, она переехала сюда из Толл Тейла. — Рэрити повернулась к профессору. — И вы же тоже сюда недавно переехали?

Глаза профессора распахнулись.

— Да... конечно же! Жители Холлоу Шейдс с самого рождения обречены не верить в легенду, но мы-то родились не здесь! Однако... — его внезапное ликование улеглось. — Однако вариантов у нас не очень много. Мы не можем бороться с влиянием, под которым пребывает большинство этих пони.

— А нам и не придётся! Не будем беспокоиться о взрослых! — воскликнула единорожка, шестерёнки в её голове пришли в движение.

Она взглянула на кобылку, с которой разговаривала Пинки Пай.

— Нам нужно повлиять на малышей! Пока они не полностью охвачены магией! Что бы здесь ни происходило, по всей видимости, именно оно держит принцессу в ловушке, и если мы сможем остановить это, то сможем и освободить её!

Эйв нахмурился.

— Может получиться... Если мы всё продумаем, то сможем изменить мышление следующих поколений, но... — Он мрачно посмотрел на белую пони. — Это долгосрочный план, мисс Рэрити. Не думаю, что на его реализацию хватит нескольких месяцев или даже лет. Чтобы повлиять на целую деревню и её будущие поколения, потребуется работа на несколько десятилетий.

От этих слов, воодушевление единорожки приутихло, а боль в груди вернулась. Десятилетия. Десятилетия или даже столетия, прежде чем Луна обретёт свободу, и более того, десятилетия, прежде чем... прежде чем Рэрити, возможно, вновь увидит Твайлайт.

"Рэрити... Мы должны помочь освободить принцесс... даже если...

... Даже если это случится не в нашей жизни".

Она с трудом сглотнула, пытаясь сосредоточиться на словах Пинки.

— Это... это не важно! — единорожка топнула копытом, решив быть насколько решительной, насколько этого хотела бы Твайлайт. — Это единственная зацепка, что у нас есть. Быть может даже, это наша единственная возможность спасти принцессу Луну, и я готова положить на это всю свою жизнь, если это хоть чем-то поможет.

— Эй, о чём вы говорите? — спросила Пинки, закончив разговор с кобылкой. Розовая пони моргнула, глядя на единорогов, и ахнула. — Вы что, придумали как спасти принцессу Луну?! Правда ведь?!

Рэрити искренне и неподдельно улыбнулась.

— Надеюсь, что да, Пинки.

"Надеюсь..."

* * *

Шли часы, и их теория о жеребятах подтверждалась. Только они и оказались практически свободными от влияния магии хаоса, и это лишь доказало, что для дальнейшей борьбы с магией единорожке придётся начать с младших до того, как хаос возьмёт над ними верх.

Теперь троица пони сидела за кухонным столом профессора, потратив два прошедших часа на обсуждение того, каким образом взяться за влияние на целое поколение жеребят.

— Если цель магии хаоса — заставить пони перестать верить в неё, тогда самый очевидный путь к освобождению, это заставить жеребят не терять в неё веры.

— Может, будем каждый день, раз в час, говорить им что принцесса Луна настоящая-пренастоящая? — предложила Пинки, положив подбородок на копыта.

Рэрити постучала кончиком карандаша по подбородку.

— Не совсем уверена, что это эффективный способ, дорогуша. Нам нужно как-то показать им, что принцесса Луна не плод их воображения. Так сказать, сшить воедино сны и реальность.

"Но как..."

Она потянулась за чистым листом бумаги и нарисовала принцессу Луну, дающую игрушку маленькой кобылке.

“В Холлоу Шейдс есть традиция получать подарки от "принцессы", так ведь? Вот бы как-нибудь воплотить ее в реальность...”

Возможно, будь Твайлайт тут, у неё нашлась бы книга о извлечении подарков из снов.

— Подожди-ка! А это не то же самое проклятие, что и у принцессы Дензы? — спросила Пинки.

— Нет, не думаю, — ответила единорожка. — И сильно сомневаюсь, что все обитатели Холлоу Шейдс лично встречались с принцессой и кем-либо из её гвардии.

Пинки застонала и, наморщив лоб, потёрла глаза копытами.

— Как же много проклятий...

Рэрити вздохнула, потирая голову.

— Да уж, довольно сильно раздражает. Наше единственное спасение в том, что, похоже, проклятие принцессы Дензы не мешает нам разговаривать с принцессой Луной во снах.

На мгновение она задумалась, не стоит ли пойти проведать профессора, но он явно выразил желание, чтобы его оставили в покое, пока он возится со своими хитроумными изобретениями. И хотя единорожке было любопытно, прерывать работу профессора ей не хотелось, так что оставалось только надеяться, что он не повредит её ожерелье.

— Как думаешь, Дэши чего-нибудь узнала от Спайка?

Рэрити не отрывала взгляд от наброска.

— Сомневаюсь, дорогуша. Иначе она бы прилетела и рассказала нам, — единорожка подняла глаза и указала карандашом на розовую кобылу. — У нас с тобой своя миссия, помнишь?

Пинки фыркнула.

— Да знаю, знаю. Нам нужно выяснить всё что получится, прежде чем ты встретишься со Спайком... — Она подхватила карандаш и начала рисовать круги на листе бумаги. — Но две недели это та-а-а-а-а-ак долго...

— Две недели — это совсем не много времени, Пинки, в особенности для существа, что ждало тысячи лет, — подметила Рэрити, возвращаясь к наброску. — Я не могу пойти к нему неподготовленной!

— Ну, наверное...

Рэрити начала рисовать маленького дракончика. По правде говоря, она была крайне обеспокоена перспективой встречи со Спайком. Исходя из слов Рэйнбоу Дэш, дракон потерял надежду найти помощь и давным-давно стал искать в одиночку.

Грудь единорожки сдавило, как это частенько случалось в последнее время. Как он отреагирует, когда они встретятся? Какое утешение или помощь она могла бы ему оказать? Как она могла встретиться с ним лицом к лицу, когда вместо маяка надежды она обратилась очередной неудачей?

Она резко покачала головой.

"Нет, Рэрити, — подумала она, — ты не такая! Последнее, чего хотела бы Твайлайт — это сидеть, и хандрить! Мы многого добились на прошлой неделе, разве нет?"

— Спайк ждал больше тысячи лет, и я не намерена быть для него ничем кроме надежды, — продолжала единорожка, отложив в сторонку карандаш и глядя на подругу. — Я докажу всему миру, что Дух Хаоса меня не одолеет!

— Может, он именно этого и хочет, — нахмурив брови, сказала Пинки и нарисовала на листке грустную рожицу. — Ты говорила, что он говорил, что это для него игра, так что, может, он и хочет, чтобы ты победила! Потому что если ты выиграешь, тогда и он выиграет, и тогда он выиграет... выиграет...

Пинки сделала глубокий вдох:

— Не знаю, чего он выиграет, но выиграет он по-крупному!

— Да может, и нет никакой игры. Честно говоря, я думаю, что он пытался задеть меня за живое, — уверенно сказала Рэрити, прекрасно осознавая, что в первую очередь пытается убедить саму себя. — Всё что он делает лишено малейшего смысла, поэтому можем даже не пытаться угадать его план или намерения.

“Но всё же...”

Единорожка взяла новый лист бумаги и зарисовала то, что смогла вспомнить о драконэквусе.

— Он казался рассерженным, — размышляла Рэрити, вспоминая как резко Дух отреагировал на саму мысль о том, что он предал Твайлайт и остальных. — Он сказал, что Твайлайт предала его...

Единорожка подняла карандаш и закусила его кончик, глубоко задумавшись.

— И я действительно считаю, что он не притворялся.

— Принцесса Твайлайт что-то сделала, — внезапно сказала Пинки, рисуя звезду на бумаге. — Принцесса Луна говорила, что ему это о-о-о-о-очень не понравилось...

Рэрити уставилась на кобылку.

“Погодите-ка...”

— Пинки. — Единорожка отложила карандаш и посмотрела на розовую пони, словно в первый раз. — Пинки, ты знаешь, что произошло? Принцесса Луна не рассказывала тебе о том, что произошло тысячу лет назад?

Кобыла быстро помотала головой.

— Неа! Она не хочет мне говорить! Иногда она говорит что-то эдакое, но потом осознаёт и останавливается, и никогда не договаривает! Совершенно ужасно! Прямо как незаконченная книга! — Пинки на мгновение затихла и хмыкнула. — Ну, правда, в этом случае это грустная книга, и я не до конца уверена, что на самом деле хочу знать, чем там всё закончится.

— Но я хочу! — воскликнула Рэрити, топнув копытом. — Более того, я заслуживаю знать! Как я могу бороться с этим проклятием и Духом, не зная даже по какой причине всё это началось?! Я не могу спросить у Твайлайт, а принцесса Луна, лишь звёзды знают по какой причине, отказывается со мной встречаться, а мне нужны зацепки! Мне нужны ответы, Пинки! Хоть что-нибудь!

Единорожка повернулась обратно к рисунку, взяла карандаш и накалякала сердитые каракули, желая, чтобы принцесса Луна каким-нибудь образом их увидела и ощутила раздражение Рэрити.

— Рэрити?

Белая пони подняла взгляд и обнаружила, что Пинки пристально смотрит на неё в ответ.

— Если принцесса Луна расскажет тебе что произошло, ты действительно полагаешь, что это поможет нам развеять проклятие?

Единорожка на мгновение задумалась.

— Я... я не знаю, поможет ли это как-то снять проклятие, но мне точно нужно знать что произошло, если я когда-либо надеюсь спасти Твайлайт из оков её собственного сознания. — Рэрити опустила взгляд и начала рисовать знакомого аликорна. — Как я смогу помочь, не зная даже, что её гложет?

— Оки-доки-локи! — воскликнула Пинки, хлопнув копытами по столу. — Если ты пообещаешь сделать всё возможное, чтобы помочь Луне и Твайлайт, то я обещаю, что смогу убедить принцессу тебе всё рассказать, ладушки?

Рэрити хотела фыркнуть, но сдержалась.

— Даю тебе слово, — искренне сказала она, в надежде что и принцесса Луна согласится. — В любом случае что мы будем делать с проклятием твоей принцессы? Имеет смысл поговорить с ней, быть может, она сможет подсказать нам что делать.

— Рэрити?

Белая пони вновь подняла взгляд и обнаружила, что Пинки теперь смотрит на набросок Твайлайт, вышедший из под карандаша единорожки.

— Рэрити, а что, если... — Её ушки опустились, почти прижавшись к голове. — Что, если принцесса Твайлайт сделала взаправду что-то ужасное? Что, если принцесса Луна именно поэтому не рассказывает мне что произошло?

Единорожка вздохнула. Мысль была озвучена, и она солгала бы, если бы заявила, что такое невозможно. Она не знала всей истории, произошедшей столь давно, но из того немногого что она знала складывалось впечатление, что в ней не будет правых и виноватых.

В одном, однако, она была уверена.

— Пинки, что бы ни случилось, это не оправдает того, что Дискорд с ними сделал, — уверенно ответила белая пони. — Мне не важно, на ком лежит вся вина, но Твайлайт страдала достаточно долго, и даже если она не способна простить сама себе поступки, которые, по её мнению, стали причиной всего этого, я смогу.

Рэрити указала карандашом на розовую пони.

— Я вновь найду её и, запомни мои слова, я вытряхну все сожаления из её толстой черепушки.

— И знание того, что произошло, поможет? — снова спросила Пинки.

— Да, — ответила единорожка. — Я правда думаю, что это единственный способ, которым я действительно смогу как-то помочь принцессам.

## — Глава 31 — Легенда о четырёх принцессах

[Изображение: https://i.imgur.com/gOJo1xL.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/aVCBJoU.png]

В ту ночь Рэрити снился очень странный сон.

Всё началось в большом зале, внутри Кантерлотского замка. Там было очень красиво: мраморные полы и мебель из резного отполированного до блеска красного дерева. На стенах висели портреты богато одетых кобыл и жеребцов. Воздух пах свежими цветами, и нигде не было видно ни пылинки.

Безукоризненный вид, за исключением одной маленькой детальки.

Дискорд, а вернее, его статуя, стояла посреди комнаты, смеясь над чем-то или над кем-то. Гранитный и недвижимый, но, о небеса, какое же сходство... Если бы единорожка точно не знала обратного, она подумала бы, что сам Дух обратился в камень.

При виде статуи в Рэрити вскипело отвращение. Мерзкое создание! Ах, если бы это и правда он был в камне! Она бы и капли вины не почувствовала, если бы лягнула статую и смотрела, как она разлетается на куски! Единственное, о чём единорожка бы пожалела, так это о порче столь прекрасного мраморного пола таким ужасным существом.

«Признаться, — подумала она, с отвращением задирая нос, — зачем кому-то вообще понадобилось портить столько прекрасный декор таким ужасным дополнением?»

Внезапно она услышала вдалеке чьи-то голоса, и, к её изумлению, статуя исчезла прямо на глазах. Единорожка попятилась, гадая, куда же подевалась статуя, пока голоса не стали громче, и её ухо дёрнулось от узнавания. Это что... принцесса Луна? Рэрити подтрусила к двери, мгновенно забыв об исчезнувшей статуе, и отступила назад, когда мимо по коридору пронеслась высокая белая аликорн, за которой следовала другая кобыла, в которой Рэрити узнала принцессу луны.

— Принцесса Луна! — крикнула единорожка, выбегая в коридор и следуя за ними. Однако, как бы она ни звала, ни одна из принцесс не обернулась. Рэрити на мгновение задумалась:

“Они меня не слышат?”

— Сестра, прошу, мы должны!.. — не успела договорить ночная принцесса, когда белая аликорн остановилась и подняла копыто.

— Подожди минутку, Луна.

Единорожка прошла мимо тёмно-синего аликорна, и её взгляд остановился на последней из потерянных принцесс. О, она, конечно, видела статую Селестии в Кантерлоте, но и подумать не могла, что та столь точно её изображает. Хотя выглядела она внушительно, белые крылья полурасправились над её белой шёрсткой, и Селестия потёрла переносицу копытом, производя впечатление уставшей школьной учительницы. Рэрити узнала корону на голове, столь отличающуюся от оплавленных останков, что драконы бросили к её копытам.

Аликорн выглядела точно так, как по представлению единорожки должна выглядеть богиня.

— Нет у нас минуты! — запротестовала Луна, топнув копытом, указывая на ближайшее окно. — Мы подарили себе много таких минут, и теперь наше королевство лежит в руинах!

Взгляд единорожки переместился к большому окну, неподалёку от младшей принцессы, и её сердце пропустило удар. Она подтрусила к нему, и на мгновение, позабыла о двух аликорнах, видя, что происходит в замковых садах, или, по крайней мере, в том, что от них осталось. Кусты и деревья светились жёлтым, и казалось, будто они застряли в вечной временной петле, расцветая в одну секунду и увядая в следующую. За садами можно было рассмотреть город при замке, в основном из-за того, что некоторые из домов парили вверх тормашками высоко в небе.

— И теперь к проблемам добавились Кризалис и её создания! — продолжала Луна, привлекая внимание Рэрити. — Пора покончить с ними! С беспорядком мы можем справиться, но когда пони лишаются самого источника жизни? Они умрут, Селестия! И чем дольше мы ждём, тем меньшему количеству пони мы можем доверять!

— Думаешь, я этого не знаю?! — рявкнула старшая принцесса, потеряв терпение.

— Ну так сделай что-нибудь, вместо того чтобы терять время на дипломатию!

Белый аликорн шагнула вперёд, прищурив глаза.

— Да? Ну если она столь бесполезна, то что ты предлагаешь, сестра?

— Дуэль! Используем оружие Твайлайт и сокрушим угрозу!

Единорожка удивлённо моргнула.

“Оружие Твайлайт?”

Селестия вздохнула, потирая висок копытом.

— Ты прекрасно знаешь, что наши знания о Элементах Гармонии очень ограничены, к тому же у Твайлайт...

— У нас нет другого выбора! — перебила сестру Луна. — Мы должны попробовать! Ты так уверена, что они не сработают! А что если всё получится? Я готова рискнуть!

Синяя аликорн отступила и прищурила глаза.

— Селестия, если ты с ней не поговоришь, то это сделаю я.

Старшая принцесса сделала глубокий вдох и ответила:

— Ну хорошо, Луна. Я поговорю с ней, — она развернулась и потрусила тем же путём, которым пришла. — Но и копыта нашего не будет в долине Нэйагары, пока мы не подготовим план на случай неудачи.

А затем, как только Рэрити шагнула, чтобы последовать за сёстрами, зал изменился. Нет, не зал. Изменился сон, осознала единорожка, поняв наконец, что Пинки Пай сдержала обещание. Помещение закружилось вокруг, словно иссякающий водоворот, и Рэрити осмотрелась, в попытке найти принцессу.

— Принцесса Луна! — позвала она. — Принцесса, где... вы...

Голос белой пони затих, когда сон переместился в другой коридор замка. Там стояла принцесса Луна, но смотрела она не на Рэрити, а заглядывала в комнату. Единорожка осмотрела коридор и почувствовала, что узнаёт это место. Этот коридор... Она уже видела его однажды, в тот день, о котором она думала, как о дне, когда началось её падение.

Коридор, ведущий в покои принцесс.

Он выглядел точно так же, как и тысячу лет спустя, за исключением того, что в алькове не было статуи.

Рэрити повернулась обратно к принцессе Луне, которая, нахмурившись, теперь тоже смотрела в коридор. Единорожка на мгновение задумалась о том, что происходит, а затем направилась к комнате, в которую заглядывала принцесса. Дверь была слегка приоткрыта, изнутри доносились голоса. Хм, жеребенок? Он договорил, а после ему ответил другой голос, и сердце единорожки чуть было не остановилось.

Она узнала этот голос.

Белая пони немедленно попыталась открыть дверь, но вместо этого копыто лишь прошло сквозь неё. Рэрити отпрянула с испуганным вздохом, но мгновение спустя желание видеть пересилило, и она прошла сквозь дверь в обсерваторию Твайлайт Спаркл, где на стуле сидел дракончик, взгляд которого был прикован к трусившей из угла в угол комнаты единорожке.

"Она единорог?" — пронеслось в голове белой пони, обнаружив, что очарована этой кобылой, которая была такой... знакомой, но в то же время так не похожей на ту, в которую она влюбилась. Её грива и хвост не переливались магией, по бокам не трепетали крылья, и она казалась заметно ниже той Твайлайт, которую знала Рэрити.

Но сильнее всего в глаза бросалась усталость лавандовой единорожки. Под глазами были мешки, грива растрепалась, а в глазах Рэрити увидела... увидела саму себя через несколько дней после того, как оказалась проклята.

Кобылу, что загнала саму себя.

— Твайлайт...

Сорвались с губ белой пони непрошеные слова, и вдруг лавандовая единорожка остановилась, и повернулась к ней. У Рэрити перехватило дыхание, и она отступила назад, уже и позабыв каково это, быть объектом пристального взгляда Твайлайт.

— Кто здесь? — спросила измотанная пони. Она потрусила вперёд, и только когда она прошла сквозь неё, Рэрити с содроганием вспомнила, что была лишь призраком в этом воспоминании. Как драматично поменялись роли. Твайлайт открыла дверь и выглянула наружу, прежде чем хмыкнуть и вернуться в комнату. — Готова поклясться, я слышала...

— Твайлайт...

Лавандовая пони повернулась к Спайку, который был куда меньше того дракона, которого Рэрити видела в пещерах. Твайлайт вздохнула и снова прошла прямо сквозь призрачную наблюдательницу обратно к столу.

— Я знаю, — сказала она, глядя на бумаги и свитки, развешанные по всем стенам.

Рядом с ней парила корона, в которой Рэрити безошибочно узнала ту самую, что была постоянно прикреплена к... к голове её Твайлайт. Лавандовая единорожка мгновение смотрела на корону, после чего отложила её, села на круп и уткнулась лицом в копыта.

— У меня не остаётся времени, а принцессы на меня рассчитывают...

— Они подождут, — отмёл тревоги единорожки Спайк, скрещивая лапы. — Ты не спала уже несколько дней! Если им так нужны Элементы, то пусть поищут их сами!

У Рэрити перехватило дыхание.

“Найти Элементы?”

— Нет! — ответила Твайлайт, поворачиваясь к Спайку. — Я та, кто нашла это дерево! И именно меня принцесса Селестия попросила провести исследования! У неё и без того достаточно забот, чтобы ещё и отвечать за мои ошибки!

— Да нет никаких ошибок! — запротестовал дракончик, спрыгивая со стула. — Ты нашла один из Элементов! Почему ты этому не радуешься?!

— Потому что я нашла лишь один за те три года, что занималась исследованиями! — Твайлайт встала, магией сорвала со стены свиток и помахала им перед Спайком. — Я так и не нашла Элементы Солнца, Луны и Любви! И то, что у меня есть Элемент Магии, ещё не повод празднова...

Три стука в дверь прервали её.

— Твайлайт? — раздался голос принцессы Селестии. — Могу я войти?

Рэрити пронаблюдала знакомую картину паники Твайлайт, что стремительно расставляла всё по местам.

— Да, да! — выпалила единорожка, левитируя Спайка и сажая его обратно на стул, совершенно игнорируя его потерянное выражение лица. — Входите!

Дверь открылась, и Рэрити отодвинулась, чтобы избежать некомфортного ощущения принцессы Селестии и принцессы Луны, проходящих сквозь неё. Они устроились в углу, не отрывая взгляда от Твайлайт, которая улыбалась принцессам, хотя, без сомнения, чувствовала себя словно загнанное в угол животное.

— Спайк, — сказала принцесса Селестия, — можешь оставить нас на минутку?

Дракончик быстро кивнул и практически спрыгнул со стула.

— Д-да, ваше высочество! — воскликнул он, выбегая из комнаты, посмотрев перед уходом на Твайлайт.

— Что-то не так? — спросила лавандовая единорожка, и в её глазах отразилась такая паника, что Рэрити, не мешкая ни мгновения, подошла и встала с ней рядом в знак поддержки, даже если в итоге это и было бесполезным жестом.

— Твайлайт Спаркл, — заговорила принцесса Луна, её мрачное выражение лица контрастировало с яркой улыбкой Селестии. — Мы надеемся, что не помешали тебе.

Единорожка издала дрожащий смешок.

— Конечно нет! — ответила она, пятясь к столу. — Вы сказали, что х-хотели поговорить со мной, ваши высочества.

— Именно! — согласилась Селестия тоном, намного более мягким, чем у сестры. Принцесса расслаблено оглядела комнату, подтрусила к ближайшему телескопу и тыкнула в него копытом. — Как тебе твоё новое жилище, Твайлайт?

Селестия повернулась к единорожке и села на подушку, затем повернулась к Луне и махнула крылом.

— Почему бы тебе не присесть? А то можно подумать, что у нас тут заседание совета!

Как только Луна села, с едва скрываемым раздражением, Селестия вновь устремила взгляд на Твайлайт.

— Ну так как?

Лавандовая единорожка кивнула.

— Мне всё нравится! Теперь я гораздо ближе к вашей личной библиотеке, и благодаря этому, мои исследования продвигаются ещё быстрее! А вид отсюда позволил мне более внимательно изучить масштабное воздействие магии хаоса, а также её естественные особенности и шаблоны поведения, — рассказала Твайлайт, и на мгновение Рэрити смотрела на свою ту самую принцессу. — О таком я даже не мечтала!

— Это лишь малая толика того, что ты заслуживаешь, Твайлайт, — склонила голову Селестия, вызвав довольные улыбки как у Твайлайт, так и у Рэрити. Однако мгновение спустя улыбка принцессы дрогнула и исчезла. — И хотя мне очень приятно, что ты поделилась своими восторгами, есть кое-что гораздо более важное, что нам следует обсудить.

Ушки лавандовой единорожки опустились.

— ...Дискорд.

— Королева чейнджлингов и её армия продвигаются вперёд с каждым днём, — вмешалась принцесса Луна, явно намереваясь сразу перейти к делу. — Настанет день, когда сама столица подвергнется нападению, и мы не в силах будем остановить их, пока наше королевство страдает от заклинаний Дискорда.

Слово взяла Селестия.

— Твайлайт, тебе есть что сообщить про Элементы Гармонии? Ты была там, когда Дух Хаоса бросил нам вызов, и мы с принцессой Луной хотели бы, насколько это возможно, быть к нему готовы.

— Я... — Твайлайт повернулась к столу, и хотя от принцесс ей удалось скрыть своё обречённое выражение лица, от Рэрити же оно не укрылось. Лавандовая единорожка начала копаться в каких-то бумагах, бормоча себе под нос напоминания о необходимости дышать. — Вот!

Твайлайт подняла свиток и повернулась к принцессам с застывшей улыбкой на лице.

— Конечно, мне ещё предстоит найти другие Элементы, но мой анализ короны ясно показывает, что в ней обитает сильная, пока ещё не определённая магическая сущность!

Селестия кивнула.

— А тебе как-нибудь удалось использовать эту магию? Ты говорила, что она на тебя отреагировала? Уверена, что у такой талантливой пони как ты не должно быть проблем с её использованием.

Твайлайт не нашлась с ответом, опуская свиток.

— Я думаю, маги...

— Ваше высочество!

Тяжело дыша, в комнату ворвался королевский гвардеец, что заставило двух принцесс незамедлительно встать. За гвардейцем вошли ещё двое, неся жеребца. Они положили его на пол, и при его виде копыто Рэрити невольно взметнулось ко рту.

Сказать, что он был на грани смерти, это ничего не сказать.

Жеребец лежал на полу и судорожно пытался наполнить лёгкие воздухом. Его грязная шерсть прилипла к выпирающим ребрам, будто его морили голодом неделями, а лицо... Чем больше белая единорожка на него смотрела, тем сильнее ей хотелось отвести взгляд.

— Квик Лэнс! — ахнула Селестия, попятившись. — Что... Что с ним случилось?! Мне сказали, что он взял выходной, чтобы побыть с семьёй!

— Мы нашли его у входа в заброшенные шахты! — объяснил один из гвардейцев, снимая шлем. — Он сказал, что там, глубже, есть и другие!

— Другие?! — воскликнула Луна, расправляя крылья. — Кто другие? Кто...

— П-принцесса... — заговорил Квик Лэнс, из последних сил выдавливая из себя слова. — Моя... моя жена... друзья... помоги... помогите им... чейндж... чейнджлинги...

— Началось, — прошептала Луна, увидев, что гвардеец потерял сознание. — Они здесь.

— Вы двое, — резко произнесла Селестия, обращаясь к гвардейцам. — Кто ещё об этом знает? Кого из стражей вы предупредили?

— Н-никого, ваше высочество.

Селестия на мгновение замолчала, прежде чем левитировать раненого жеребца на кровать и закрыть дверь магией.

— С этого момента вы не доверяете никому, кроме присутствующих в этой комнате. Лечить Квик Лэнса мы будем здесь. Айрон, ты должен вызволить его семью, не вызывая подозрений у чейнджлинга, который маскируется под Лэнса. Используй любой предлог какой хочешь. Затем пошли сообщение принцессе Кейденс и Шайнингу Армору. Когда будешь отчитываться, перечислишь имена своих детей, прежде чем отдать честь.

— Эппл Фриттер и Пёрл Харт! — назвал имена страж, прежде чем отдать честь и умчаться выполнять приказания.

— Луна, — обратилась к сестре Селестия, — мы с тобой займёмся Квик Лэнсом, а затем отправимся в заброшенные пещеры. С собой возьмём наших личных стражей и этих двух гвардейцев. Твайлайт, как ты думаешь, ты сможешь укротить магию Элемента?

Рэрити обернулась и с удивлением увидела совсем другую Твайлайт. Та стояла, с гордостью выпятив грудь, и если бы у неё были крылья, белая единорожка точно знала, что они бы были раскрыты, подкрепляя образ.

— Да. Смогу.

И снова сон начал меняться. Твайлайт, принцессы, гвардейцы и комната начали растворяться, и вскоре Рэрити оказалась на обширном лугу, в компании не только трёх аликорнов и лавандовой единорожки, но и мерзкого Духа хаоса во плоти.

— Так-так-так! — произнес Дискорд, паря в воздухе. — Я что, окружён?

Дух посмотрел на трёх аликорнов, стоящих позади него.

— Какая грозная армия! Пони, что двигает солнце, пони, что ненавидит себя за то, что не двигает солнце, и та, что тратит всё время на романтику!

Три принцессы, стоявшие рядом с Рэрити, и ухом не повели.

— Ой-ой, но погодите, я кой-кого забыл! — продолжал Дискорд, поглаживая бородку. Он осмотрелся, щёлкнул пальцами, и рядом с ним появилось седло. — Так, а где же ваша зверушка? Ах! Вот же она!

Рэрити посмотрела на Твайлайт, стоящую перед ними, свирепо смотрящую на Дискорда. Хотя у неё пока ещё не было крыльев, на голове уже красовалась знакомая, усыпанная звёздами корона. Белая единорожка протрусила к ней, решив, что её гораздо больше интересует кобылка, чем принцессы.

— Дискорд! — начала Твайлайт. — Война зашла уже слишком далеко!

— Война?! — ахнул Дух, положив лапу на сердце. — Но я не хотел никакой войны! Я лишь немножко набедокурил то тут, то там, а вы, пони, отчего-то о-о-очень сильно разозлились!

Он скрестил лапы и хмыкнул.

— Честно говоря, так и недалеко до мысли, что тебе совсем чуждо веселье!

— Ты помог Кризалис с её вторжением! — топнув копытом, обвинила Духа Луна.

— Клевета! Я работаю один! — отмахнулся тот, повернувшись к принцессам.

Дискорд щёлкнул пальцами, и в воздухе появился трон, на который он тут же сел.

— Где ж тут моя вина, что пони настолько глупы, чтобы позволить Кризалис с её маленькими муравьишками взять верх? Вот чейнджлингам по вкусу моё веселье! Может, и вам пора начать ценить его?

Рэрити услышала, как Твайлайт глубоко вздохнула, и белой единорожке мгновенно захотелось хоть как-нибудь помочь своей возлюбленной.

— Дискорд! — вновь привлекла внимание Духа лавандовая единорожка, и его трон развернулся на месте. Рог и звезда в короне засветились. — Предупреждаю! У тебя остался последний шанс!

Дух прочистил горло.

— О, тогда перестаю дурачиться. Не могу же я испортить такой важный для тебя момент? В конце концов, не каждый день маленькая единорожка находит безделушку, что наделяет носителя такими магическими силами! — Дискорд ухмыльнулся, ещё раз прочистил горло, и трон позади него исчез. — Ну давай, Твайлайт Спаркл! Ты же не хотела бы разочаровать своих любимых принцесс, так ведь?

Лавандовая единорожка стиснула зубы.

— Дискорд... — Магия, что излучал её рог, стала ярче, звезда на короне как и глаза единорожки начали светиться, затем волшебный блеск охватил её шёрстку, гриву и хвост. — Сейчас я покончу с этой войной!

Из рога Твайлайт вырвался луч света, направленный прямо на Дискорда, который лишь радостно рассмеялся. Из Элемента магии тоже вырвался луч, но Рэрити видела, как заклинание оборвалось и исчезло меньше чем через секунду после появления. Тем не менее, когда белая единорожка повернулась к Духу хаоса, то увидела, как медленно, но верно, его тело начало превращаться в камень.

Но со своего места Рэрити заметила ещё кое что: прямо перед тем как заклинание Твайлайт достигло цели и погасло, в спину драконэквуса ударили два других луча света.

Как только всё закончилось, статуя Дискорда с глухим стуком упала на землю, и белая единорожка поняла, что статуя, которую она видела ранее, возможно, была не просто скульптурой. И вот он лежал на земле, навеки окаменевший, навеки со смехом на устах. Сердце Рэрити сжалось в груди, непрошенная мысль засела в голове, что несмотря ни на что, быть обращённым в камень — участь не многим лучше, чем быть запертым в библиотеке.

На мгновение опустилась тишина, наконец Твайлайт выдохнула, навострила ушки и ошарашенно улыбнулась.

— Сработало? — прошептала она, прежде чем разразиться смехом. — Сработало! Сработало!

Но несмотря на ликование любимой, Рэрити присоединиться к нему не смогла. Она же точно видела, как магия Элемента оборвалась! Да и принцессы, совершенно точно, тоже атаковали Дискорда...

Первой, с радостной улыбкой, к лавандовой пони подошла Селестия.

— Я так горжусь тобой, Твайлайт, — сказала она, и в её словах белая единорожка не услышала фальши. Затем принцесса повернулась к статуе и нахмурилась. — А что касается Дискорда...

— А что с ним? — спросила Твайлайт.

— Его судьбу мы обсудим через мгновение, — договорила принцесса, и с вернувшейся улыбкой зажгла кончик рога. — Окаменение не означает, что он не может видеть или слышать нас.

Рог принцессы засиял, и прямо на глазах у Рэрити вокруг духа появился непроницаемый ни для глаза, ни для слуха, барьер в виде чёрного пузыря. Белая пони моргнула, а затем повернулась к Селестии и ощутила, как её сердце пропустило удар при виде того, насколько мрачно стала выглядеть принцесса.

Мысли Рэрити пронзила одна единственная мысль.

“Что-то пошло не так”.

— П-принцесса? — голос Твайлайт надломился, показав, что она тоже поняла, что что-то не так. — Что случилось?

— Твайлайт, — строго сказала Селестия, не отрывая глаз от статуи. — Что бы дальше ни произошло, знай, я горжусь тобой.

— Сестра!

Белая единорожка повернулась и увидела Луну и Кейденс, идущих к ним, обе выглядели столь же мрачно, как и солнечная принцесса, что лишь усилило нарастающую тревогу в груди как Рэрити, так и, без сомнения, Твайлайт.

— Сестра, — повторила Луна, мельком глянув на лавандовую единорожку, прежде чем перевести взгляд на пузырь. — Сколько у нас времени?

— Он — Дух хаоса. Если небеса позволят, то минут пятнадцать. Если нет, то около пяти.

— П-пятнадцать минут? — спросила Твайлайт, смотря то на одну принцессу, то на другую. — Пятнадцать минут до чег...

— Дискорда обездвижил не Элемент, — ответила Луна, — а заклинание окаменения, которое мы с сестрой и Кейденс подготовили.

Лавандовая единорожка попятилась, ушки прижались к голове, а глаза расширились.

— Я... я всё испортила?

— Нет, Твайлайт, — сразу ответила Кейденс, бросив суровый взгляд на тёмно-синюю принцессу. — Просто... мы...

— Ты ещё не была готова, — перебила Селестия, всё ещё не сводя глаз со статуи. — Но...

— Но он об этом не знает, — повернулась Луна к белой принцессе. — И это то, что может спасти нас, так ведь, сестра?

И одновременно с этой фразой Рэрити попятилась и заглушила вздох копытом.

"Я обманула его. Обманом я заставила его исправиться".

— Но... но принцесса Луна! — запротестовала Твайлайт. — Мы же не можем...

— У нас нет выбора! — топнула копытом принцесса. — Ты же видела, Твайлайт, сколь многих мёртвых от истощения гвардейцев мы нашли в тоннелях! Дальше так продолжаться не может!

Аликорн повернулась к Кейденс.

— Ты же согласна?

— Мы станем ничем не лучше, чем он, тётя, — тихонько ответила розовая принцесса.

— Что если он узнает?! Я всё ещё могу найти элементы! Обещаю! Мне лишь надо чуть больше времени! — просила Твайлайт, прежде чем беспомощно посмотреть на солнечную принцессу. — Пожалуйста! Селестия! Я же ещё могу всё испра...

— У нас нет другого выбора, — перебила её белая принцесса, бесстрастная, словно статуя. — Будь у нас время, я нашла бы способ лучше, но такую роскошь мы не можем себе позволить.

И словно судьба могла подслушать, пузырь вокруг Дискорда начал трескаться, показывая, что заклинание начало ослабевать.

— Твайлайт, — с улыбкой обратилась к ученице Селестия. — Ты сделала всё что могла. Встань позади него, об остальном мы позаботимся.

Лавандовая единорожка отпрянула, её ушки вновь прижались к голове.

— Но... но я могу... я могу ещё... я...

Очередной треск пузыря её прервал.

— Да, принцесса Селестия, — прошептала она со слезами на глазах, прежде чем потрусить прочь. — Я... простите.

Рэрити на мгновение посмотрела на трёх принцесс, что гордо стояли перед пузырём, а затем потрусила к своей возлюбленной, что тихо стояла позади опустив голову от... стыда?

Пузырь наконец треснул, и белая единорожка, охваченная отвращением, наблюдала, как Дискорд из плоти и крови, хватая ртом воздух, повернулся к Твайлайт.

Селестия топнула копытом.

— Диск...

— Ты! — взревел Дух, игнорируя принцесс и направляя гнев на единорожку, что дрогнула и отступила назад, но всё же храбрясь перед Духом. — Что... Как ты... Как ты это...

И вдруг лавандовая пони изменилась. Исчезла раскаивающаяся ученица и появилась та самая, уверенная в себе принцесса, которую знала Рэрити.

— Дискорд! — в гневе крикнула Твайлайт несмотря на то, что от Рэрити не укрылось, как дрожат её губы и как часто вздымается грудь. — Я даю тебе второй шанс остановить войну и сдаться с миром!

— Ты?! Даёшь мне второй шанс?! — рявкнул Дух Хаоса, спустившись к единорожке и оказавшись с ней лицом к лицу. — Да кто ты, думаешь, така...

— Я Твайлайт Спаркл, носитель Элемента Магии, — прошипела та, не делая боле ни шагу назад и не теряя ни капли уверенности. Её рог начал светиться, а вместе с ним и звезда в короне. — И если ты не хочешь провести остаток вечности в камне, то оставишь Эквестрию в покое!

Ответа Дискорда так и не последовало, поскольку, как и раньше, сон замер и начал меняться. Водоворот унес Рэрити прочь, затем исчезли принцессы и, наконец, Твайлайт. Сцена кружилась и кружилась вокруг белой единорожки, пока не остановилась, и она не оказалась на балконе над кантерлотскими садами, где собрались десятки пони.

Насколько Рэрити могла видеть, земля больше не была охвачена магией хаоса. Никаких больше парящих вверх тормашками домов, а сады цвели ярче, чем можно было себе представить. Три принцессы стояли позади неё на балконе, в компании белого жеребца, до жути похожего на статую, что единорожка видела перед входом в спальни принцесс.

Жеребец прочистил горло и с ликующей улыбкой объявил:

— Представляем нового монарха Эквестрийского Королевства!

Белая пони обернулась как раз вовремя, двери балкона открылись, и её сердце словно замерло от одного только вида Твайлайт, двух прекрасных крыльев по сторонам её тела и... и до ужаса мрачного выражения лица, которое стремительно исчезло, как только принцессы к ней повернулись.

Новая принцесса подошла к ограждению балкона, где её приветствовали сотни ликующих голосов, на которые она лишь кивнула в ответ.

— Твайлайт, — произнесла Селестия, положив копыто на плечо ученицы. — Ты это заслужила.

Лавандовая аликорн на одно мгновение посмотрела на принцессу, прежде чем молча повернуться к ликующей толпе.

Сон опять замер и вновь начал изменяться, балкон исчез, а Рэрити оказалась посреди здания суда. Десятки рассерженных пони сидели на трибунах вокруг зала, четыре принцессы присутствовали в качестве судей, а Дискорд парил рядом с единорожкой в центре комнаты, скрестив лапы на груди.

— Ну? — зевнув, спросил он. — Я торчу тут уже целую вечность. Такими темпами нам стоит назвать эту встречу тихим часом, а не подписанием мирного договора.

Наконец заговорила Твайлайт, внимательно изучая глазами карту.

— В соответствии с соглашением, заключённым на этой первой ежегодной встрече, посвященной подписанию мирного договора, мы, принцессы Эквестрии, жалуем тебе правление провинцией Галлопинг Хиллз на время до следующей встре...

— Что?! Принцесса Твайлайт! — взревел с трибун один из элегантно одетых жеребцов, ударив тростью по деревянным перилам. — Вы не можете отдать этому чудовищу весь Галлопинг Хиллз! Провинция лишь вдвое меньше столицы с окрестностями!

Жеребец замолк, когда пони вокруг начали шептаться, затем шёпот перешёл в согласные выкрики, и он вытянул трость, указывая на Дискорда.

— Это существо ничего не заслуживает! Подачка, что мы даём ему, исходит лишь из нашей добродетели, но, позволю заметить, что столь большая щедрость к проигравшим, это уже перебор!

— Да ладно вам, — запротестовал Дискорд, закатывая глаза. — Галлопинг Хиллз немногим больше ванной!

— Замолкни, чудище! Как смеешь ты столь уничижительно отзываться о щедрости нашей принцессы?! — фыркнула элегантная кобыла, пронзая Духа хаоса ледяным взглядом. — Ей по силам обратить тебя в камень прямо здесь и сейчас, так что помни своё место!

Кобыла повернулась к Твайлайт.

— Принцесса, я с радостью предлагаю вам поля к западу от моих земель, чтобы вы отдали их ему, взамен наших прекрасных Галлопинг Хиллз! Поля больше подойдут такому как он!

Твайлайт нахмурилась и опустила ушки.

— Но я...

— Спасибо вам, Леди Стилвингс, — перебила принцесса Селестия. — Соглашусь, Галлопинг Хиллз слишком щедрое предложение. Дискорд причинил много зла и боли всей Эквестрии, и мы не будем преуменьшать серьёзность последствий.

Внезапно, один за одним, пони начали исчезать, пока не остались лишь Твайлайт и Луна, и первая отвернулась от второй.

— Твайлайт Спаркл, нам нельзя допустить, чтобы у пони возникли подозрения, — произнесла ночная принцесса. — Если мы позволим себе хоть мгновение слабости, не покажем силу победителей, то этого может хватить, чтобы Дискорд что-то заподозрил.

— Это моя вина, — произнесла Твайлайт три слова, которые Рэрити ненавидела не меньше чем Дискорда. — Если бы я нашла другие Элементы...

Луна, Твайлайт и здание суда начали исчезать. Прощальные слова возлюбленной врезались единорожке в память. Пейзаж вновь изменился, и она оказалась в пустой столовой, если не считать двух аликорнов, дракона и драконэквуса.

Принцесса Луна в одиночестве сидела на своей стороне длинного обеденного стола, глаза её смотрели не на свиток, лежащий на столе, а на говорящих на противоположном конце стола. Дискорд парил над столом и широко улыбался Твайлайт и Спайку, которые, к удивлению Рэрити, кажется, искренне наслаждались его компанией.

— Дискорд, — произнесла Твайлайт, постукивая кончиком пера по свитку. — А разве ты не должен сейчас быть в пожалованных тебе землях?

Дух хаоса фыркнул.

— Ну да, только дел в долине размером с эту комнату не то чтобы много, — отмахнулся он, прежде чем поднять свиток, над которым работала Твайлайт. — Тем более тебе всё ещё нужно закончить исследование, почему я такой великолепный!

— Пф-ф-ф, великолепный, — сказал Спайк, не обращая внимания на то, как Дискорд закатил глаза. — Да-а-а.

— Я очень благодарна за то, что ты позволил мне изучать свою магию, — ответила фиолетовая аликорн, затем навострила ушки, встала и потянула свиток вниз. — Это поразительно! Я думала, что магия хаоса не поддаётся логике, но в ходе наших экспериментов начали прослеживаться закономерности.

— Полноте вам, принцесса Твайлайт, кто я такой, чтобы лишать Эквестрию своих чудес? — взглянув на свои когти, сказал Дух. — Даже если ты — единственная, кто меня по-настоящему ценит, — добавил он, бросив на Луну многозначительный взгляд, на который та не преминула ответить.

— Прошу простить меня за то, что не не веду шашни с врагом, — ответила принцесса, переводя взгляд на свиток.

Твайлайт прочистила горло, нервно взглянув на Луну.

— Дискорд, наверное, я продолжу исследования немного позже. Уже почти время ужина, а я...

Дух щёлкнул пальцами, и перед аликорном появился огромный, аппетитный трёхъярусный торт, вместе с маленькой серебряной ложечкой.

Лавандовая принцесса уставилась на торт, который, как предположила Рэрити, наверняка внутри был гнилым, но Твайлайт взяла ложечку и нерешительно подняла её в воздух.

— Ой, да ладно тебе, это всего лишь торт! — хмыкнул Дискорд и скрестил лапы на груди. — Желание отужинать подразумевает, что ты голодна.

— Наши слуги могут позаботиться об этом, — громко подметила Луна.

— Всё в порядке, принцесса, — быстро ответила младшая аликорн и одарила Духа улыбкой. — Я уверена, что он...

Твайлайт сглотнула и отщипнула кусочек ложечкой.

— Я уверена, что он очень вкусный!

И словно в доказательство своей правоты, она поднесла кусочек торта ко рту, прожевала и, к удивлению всех, кто на неё смотрел, кроме Дискорда, воскликнула:

— Ого! Он... он и вправду очень хорош!

На голове Духа хаоса появилась старомодный поварской колпак.

— Ещё бы! Ведь его я сделал! — Дискорд повернулся к Спайку. — Хочешь попробовать?

Дух вновь щёлкнул пальцами, и рядом с дракончиком материализовалась ещё одна ложечка.

— Спрашиваешь! — воскликнул Спайк, схватив ложку и отправляя в рот большой кусок торта. Он начал жевать, но в отличие от Твайлайт, его реакция была несколько иной. Лицо дракончика тут же позеленело, и он выбежал из комнаты, мгновение спустя раздался звук рвоты.

— Ложечки-кошечки! — воскликнул Дискорд, прижимая лапы к щекам. — Совсем позабыл, что для рептилий этот торт несъедобен!

— Дискорд! Нельзя так делать! — нахмурившись, сказала Твайлайт. Она встала и пошла за Спайком, но Дух телепортировался прямо перед ней, прежде чем она дошла до двери.

— Ладно, ладно, принцесса, я схожу к нему, — засуетился он. — Это просто шутка, которая зашла слишком далеко!

Твайлайт, казалось, собиралась отчитать Дискорда, но всё же смягчилась.

— Ну хорошо, но прошу, извинись перед ним.

Дух хмыкнул.

— Перед мной ещё никто не извинился за то, что обращался со мной как с монстром!

— Дискорд.

— Ну хорошо, хорошо! — проворчал себе под нос Дух, выплывая из комнаты. — Спайк! У меня есть другой торт для тебя! На этот раз хороший, обещаю! По большей части!

Когда он ушёл, младшая принцесса закатила глаза и вернулась на своё место, как раз вовремя, чтобы синяя аура захлопнула все двери, напугав Твайлайт и Рэрити.

— Твайлайт, ты слишком много времени проводишь с Дискордом, — заметила Луна, не отрывая глаз от свитка.

— Я... с ним немного тяжело, но, мне кажется, я ему нравлюсь, — оправдалась лавандовая принцесса, прижав крылья к телу.

— И тебе самой он, кажется, нравится, — ответила Луна, поднимая взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как Твайлайт дрогнула.

— Принцесса Луна, нет ничего дурного в попытках с ним подружиться, — сказала младшая принцесса, решительно глядя на торт. — Не так уж он и плох.

Твайлайт на мгновение запнулась, а затем продолжила:

— Ну, точнее, он, конечно, плохой, но я уверена, что если мы дадим ему шанс, то он сможет измениться. Ему просто нужна пони, которая покажет ему, что есть лучший путь, и мне правда нравится проводить с ним послеобеденные часы.

— В то же время ты проводишь ночи в поисках способа обратить его собственную магию против самое себя?

Твайлайт нахмурилась.

— Я изучаю магию хаоса не для того чтобы ему навредить! Это магия, которая раньше мне не встречалась! И я работаю над ней не из любопытства! Принцесса Селестия хотела, чтобы я продолжила изучать Элементы.

Луна вздохнула и повернулась к младшей кобыле.

— Твайлайт, ты вступила на скользкую дорожку. Ты поддаёшься чувству вины. Это чудовище не заслужило ни крупицы твоей жалости. Ты сделала то, что должно. Все мы сделали.

— Я... — лавандовая принцесса отпихнула тарелку. — Не знаю.

И после этих слов сон снова изменился, сместившись из столовой в комнату, где крайне разгневанная принцесса Луна расхаживала туда-сюда, из угла в угол, перед остолбеневшей Селестией и растерянной Твайлайт, уткнувшейся в копыта.

— Твайлайт, ты уверена? — спросила Селестия, не показывая эмоций, смотря на младшую аликорна сверху вниз.

Лавандовая принцесса кивнула, не поднимая лица от копыт.

— Я его видела, — раздался приглушённый жалобный голос. — Он стоял над моим столом и... и...

— И ты абсолютно уверена, что он прочитал твои заметки по исследованиям Элементов? — задала ещё один вопрос Селестия, и Твайлайт наконец подняла глаза.

— Не знаю... Наверное? Может быть! — младшая принцесса застонала и вновь уткнулась в копыта.

— Твайлайт Спаркл! — прогремела Луна, прекратив свои метания по комнате. — Сколько раз мы говорили тебе, держать свою комнату под защитой?!

— Да знаю, но я не думала, что он... я думала, он изменился! — со слезами на глазах защищалась лавандовая принцесса. — Я думала, мы друзья...

— Он есть Дух Хаоса и Дисгармонии! — вспылила Луна, топнув копытом. — Мы для него лишь игрушки! И ты позволила войти ему в свои покои!

— Достаточно, Луна, — приказала Селестия, испепеляя сестру взглядом. — Мы не знаем наверняка, что именно он прочитал в её исследованиях, и должны быть благодарны, что Твайлайт вовремя нас предупредила, дав нам время подготовиться. Самое важное сейчас то, что её исследования находятся там, где он никогда не сможет их найти.

— Может, просто рассказать ему всю правду? — предложила младшая принцесса.

— И позволить ему вновь захватить всю Эквестрию?! — огрызнулась Луна.

— Мы найдём другой способ остановить его! На этот раз я не подведу!

— Ничего из этого бы не случилось, если бы мы изгнали его из Эквестрии! — воскликнула ночная принцесса, вновь возвращаясь к хождениям по комнате. — Или надо было запретить ему вообще появляться перед пони! Мы допустили всё это!

— Изгнание не убавило бы его ненависть к нам, — так же спокойно, как и всегда, ответила Селестия. — Мир был нашей единственной возможностью избежать дальнейшего конфликта. Твайлайт правильно поступила, пытаясь с ним подружиться. Если бы все мы последовали её примеру, возможно, этого разговора сейчас бы и не было, сестра.

— А если бы был?! — настаивала на своём Луна. — Вы все так стремитесь его защитить! Неужто забыли, сколько боли он нам причинил?! Что он делал с нашими пони...

— Я найду Элементы...

Принцесса ночи замолчала, обратив внимание на Твайлайт, которая теперь стояла прямо и смотрела ей в глаза.

— Все будет в порядке, если я найду три оставшихся Элемента Гармонии, так ведь? Если я покину столицу Кантер и найду их, то это исправит мою ошибку, правда? Я всё исправлю.

— Что? Да это как раз то, чего он хочет! — возразила Луна, прижав ушки к голове. — Вместе мы сильнее! Не по отдельности! Может, вы и правы, и он не видел твои исследования! Сейчас у нас мир! Уйти — всё равно что напрямую сказать ему, что что-то не так!

— Всё и вправду не так, принцесса Луна, — протрусив мимо принцессы к двери, сказала Твайлайт. — И всё это моя вина.

— Твайлайт! — рявкнула Луна, направляясь за ней, и в этот момент сон снова начал меняться, и когда всё закончилось, глаза Рэрити распахнулись, стоило ей узнать место.

Огромный внутренний двор, вокруг которого собрались десятки различных видов, от драконов до яков, от зебр до чейнджлингов, и все глаза были прикованы к четырём принцессам и существу, парящему в воздухе и поглаживающим свою бородку.

— Признаться честно, устал я от земли! — заявил Дискорд, скрестив лапы на груди и задумчиво хмыкнув. — Мне так одиноко править одному... На этот раз я хочу что-то другое! Уверен, вы мне не откажете!

Из всех принцесс улыбнулась лишь Селестия.

— В конце концов, мир недостижим без обоюдного согласия, — весело отметила она.

— Именно... — ответил Дух, почти рассеяно, прежде чем повернуться к принцессам с ухмылкой. — Мне хотелось бы... компаньона!

— Компаньона? — удивлённо переспросила Кейденс. Она выпрямилась и подрасправила крылья. — Что ты имеешь в виду?

Дискорд пренебрежительно махнул лапой.

— Ой, да ничего такого. Мне хотелось бы питомца!

— Питомца? Это настоящая радость, говорю как одна из счастливых обладательниц оного! — с яркой улыбкой согласилась Селестия. — Даже и не знаю, что бы я делала без своего феникса.

Дискорд кивнул.

— Вот и я захотел себе одного! Обещаю, что буду хорошо о нём заботиться! Я даже купил ему клетку! — воскликнул Дух и щёлкнул пальцами, и его питомец появился рядом в виде перепуганного Спайка, запертого в клетке, слишком маленькой для дракончика.

— Спайк?! — ахнула Твайлайт, вставая. — Дискорд, ты что творишь?!

— Твайлайт! — закричал Спайк, отчаянно протягивая к ней лапу сквозь прутья клетки, со слезами на глазах. — Принцесса Селестия! Прошу, помогите!

— Тише, тише, дай взрослым поговорить! — воскликнул Дух хаоса и щёлкнул пальцами, заставив дракончика замолчать. — Драконы очень долго живут! Мне бы компаньона на всю жизнь!

— Так нельзя! — возмутилась Твайлайт. — Это не...

— Что-то не так, принцесса Твайлайт? — спросил Дискорд, подплывая к ней вплотную, и снова, как и пять лет назад, усмехнулся ей в лицо. — А что ты мне сделаешь, моя маленькая пони? Обратишь меня в камень? А я то думал, мы друзья.

Он отлетел от неё обратно, прежде чем младшая принцесса успела ответить.

— На самом деле, я же не прошу многого! Почему он не может стать мне другом? — спросил Дух, потряхивая клеткой с дракончиком. — Ты же не запретишь мне заботиться о нём несколько тысячелетий? Ну, точнее, запретить ты, конечно, можешь, но я очень расстроюсь!

Дискорд кинул взгляд на небольшую группку чейнджлингов, сгрудившихся около драконов.

— И кто знает, что в таком случае произойдёт, так ведь, принцесса Твайлайт?

После этих слов сон начал меняться в последний раз.

Он крутился, крутился и крутился, пока Рэрити вместе с принцессой Луной и Дискордом не оказались внутри тёмного и сырого места, очень похожего на пещеру, и только когда единорожка увидела полупрозрачный чёрный барьер, то поняла, где находится.

— Твайлайт не виновата! — прошипела Луна. — Мы...

— Принцесса, вы все виноваты! — с ликованием в голосе прервал её Дискорд. — Обдури меня раз, позор мне, но дурить меня три года? Ну и ну, вот уж точно позор вам! Вы правда думали, что я буду молча сидеть и исправляться? Ох и долго же я не мог понять, как одна простая единорожка в одночасье смогла низвести меня из бога хаоса до какого-то существа, жалостливо ищущего прощения, пока не выяснил. Ну и дела, после такого я уже не мог оставить всё как есть, так ведь? Как, кстати, хорошо у меня получается?

Дух щёлкнул пальцами, и появилась иллюзия Твайлайт, на вид довольно испуганная.

— Вам следовало позволить ей самой разбираться со своими неудачами. Я всегда знал, что это маленькая мисс всезнайка не была столь сильна и умна, как вы думали, но, о хаос первозданный, вы заставили и меня в это поверить. Думаю, что ты со своим комплексом героя её прикрыла? Ах, что бы делала Селестия, если бы узнала, что её любимая ученица совершила такую непростительную ошибку? Или Кейденс, зная, что её неподражаемая золовка подвела всю Эквестрию? Ну а ты...

Дискорд фыркнул и отмахнулся копытом.

— Ты, как и всегда, просто притворялась не бесполезной.

— Н-нет, я не...

— К сожалению, кажется, у меня закончился чай, и, хотя мне с тобой ужасно весело, надо выделить время разобраться с тремя оставшимися принцессами! Ах, суета! — Дух щёлкнул пальцами, материализуя в лапе чашку чая и выливая её на пол. Затем он швырнул её через плечо и улыбнулся, когда чашка разбилась о барьер.

— Ну а поскольку ты слишком бесполезна даже для того, чтобы лично разрушить барьер, тебе придётся подождать, пока твоя драгоценная сестра или друзья не придут тебя спасать. Не волнуйся, думаю, что кто-нибудь вскоре их найдёт. В конце концов, в отличие от тебя, пони в них нуждаются!

И со зловещим смехом Дискорд развернулся, чтобы уйти, но остановился.

— Ох, ну я и дурашка! Почти забыл! — Дух щёлкнул пальцами, и корона Луны появилась в его лапе. — Я её позаимствую.

Дискорд подбросил корону в воздух и захлопал в ладоши, когда она приземлилась ему точно на голову.

— Идеальный инструмент, чтобы одурачить этих яблочных фермеров и заставить их рассказать, где находится тайная библиотека принцессы Твайлайт Спаркл. Ох я и повеселюсь!

Рэрити попятилась назад, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди в любой момент.

— Рэрити.

Сон изменился, исчезла тёмная пещера, и единорожка обнаружила себя на берегу прекрасного озера, в глубинах которого отражалась звёздная ночь, а рядом сидела принцесса Луна. Единорожка в молчании уставилась на аликорна, не зная, как и реагировать.

— Вина до сих пор меня гложет, — произнесла принцесса, задумчиво глядя на своё отражение. — Мы многое сделали для того, чтобы Твайлайт Спаркл корила саму себя.

Луна горько рассмеялась.

— Подумать только, история помнит нас как трагических героев.

— При... принцесса Луна...

Принцесса подняла копыто, и водные нити, поднявшись из озера, сложились в гобелен.

— Ох, и запутанную же паутину мы сплели…

## — Интерлюдия IX — Заколдованная библиотека

[Изображение: https://i.imgur.com/XZR6qSu.png]

— Твайлайт, если то, что сказал мне капитан Армор, правда, то я согласен со Спайком. Вашей вины здесь нет.

Принцесса Твайлайт Спаркл не сразу ответила капитану Айрону Коблеру. Аликорн знала, что жеребец говорил искренне. Ещё она знала, что искренним в своих словах был и Шайнинг Армор, как и принцессы Луна с Селестией, и Кейденс со Спайком. Все они считали её не виноватой, и с её стороны как минимум вежливость требовала сделать вид, что она и сама в это верит, так ведь?

— Спасибо, капитан, — ответила Твайлайт, глядя на того с улыбкой, которая, как она надеялась, выглядела достаточно искренней. Она правда ценила поддержку жеребца, даже если не верила в его слова.

Айрон Коблер зевнул, над головой нависало ночное небо.

— Ну ладно, принцесса, пора нам вернуться в дом. Мой племянник прибывает из поездки этой ночью, и кто-нибудь должен подежурить до его приезда, — жеребец опустил взгляд на своего сына, Эппл Криспа, стоявшего рядом, а затем кивнул в сторону библиотеки Твайлайт вдалеке. — Хочешь сходить со мной, проводить принцессу?

Аликорн с трудом сдержала улыбку, когда жеребёнок нетерпеливо кивнул.

Пока они шли к дереву, Твайлайт чувствовала, что каждый шаг даётся ей всё труднее и труднее. Спайк ушёл, а без него мысль о том, чтобы в одиночку остаться в библиотеке, не была такой приятной. Как же она скучала по дому. Ей не хватало столицы Кантер, не хватало матери, отца, брата и принцесс. С тех пор как все они оказались разделены из-за поисков Элементов, аликорн столь сильно по ним скучала, что ей казалось, будто прошли уже годы с их последней встречи.

По крайней мере, Шайнинг Армор скоро приедет её навестить.

Когда они дошли до библиотеки, принцесса почувствовала, как кто-то похлопал её по ноге, и, посмотрев вниз, обнаружила там Криспа, смотрящего на неё задрав голову.

— Принцесса Твайлайт, хотите я вам сказку на ночь почитаю? — спросил малыш.

— Сказку? — улыбнулся отец жеребёнка. — Ищешь повода попозже лечь в кровать?

Жеребёнок ахнул.

— Н-нет!

На самом деле, Твайлайт не отказалась бы от сказки на ночь. Может быть, одна из тех, где маленькая убитая горем принцесса завершит заклинание перемещения во времени и решит все свои проблемы?

— Как насчёт завтра? — предложила принцесса. — Этой ночью мне нужно доделать кое-какие исследования по элементной магии и эссенциям Эквестрии. О, кстати... ты мне кое о чём напомнил.

Вспыхнула магия, и рядом с аликорном появилась книга из её библиотеки, которую она и вручила жеребёнку.

— Вот, держи, — с широкой улыбкой сказала принцесса. — Это книга о древних эквестрийских мифах. Давай ты прочитаешь первую главу, а завтра мы вместе прочитаем вторую?

Жеребёнок немедля принял книгу и осмотрел обложку, взволнованно указывая на закованного в доспехи пони, похожего на его отца. Аликорн терпеливо ждала, пока малыш откроет первую страницу, после чего позволила надлежащей улыбке украсить лицо, когда жеребёнок увидел посвящение, написанное специально для него.

— Для меня?! Спасибо, принцесса Твайлайт! — воскликнул Крисп и едва дав время принцессе приготовиться, устремился к ней с книгой и всем остальным.

— А ещё там есть картинки! Принцесса Селестия проиллюстрировала некоторые заключительные главы, — решила уточнить аликорн. — Я пометила их для тебя.

— А мы не можем почитать сегодня? — с мольбой спросил жеребёнок, после чего заныл, когда принцесса отрицательно покачала головой.

— Завтра, — отрезала принцесса, несмотря на то, что ей очень хотелось почитать с жеребёнком. — Обещаю.

В качестве дополнительного аргумента аликорн телепортировала запасную сумку Спайка и подала её малышу, чтобы книга не пострадала во время переноски.

— Спасибо вам, принцесса, — склонил голову Айрон.

Твайлайт покачала головой.

— Капитан, это я должна благодарить вас и вашу семью.

"Такое чувство, словно это единственная семья, что у меня осталась".

Аликорн повернулась, открыла люк в библиотеку и посмотрела в ожидающую её бездну. Быть может, однажды, когда всё это закончится, она переместит библиотеку из подземелья. По крайней мере, так она будет выглядеть более привлекательной.

— Спокойной ночи, принцесса Твайлайт.

Аликорн отвела взгляд от тоннеля и улыбнулась жеребёнку в ответ.

— Спокойной ночи, Эппл Крисп. Спокойной ночи, капитан Айрон.

Принцесса попрощалась, отвернулась, спустилась в тоннель, закрыла за собой люк, и её как не бывало.

Твайлайт выдохнула и начала свой путь под землёй, по пути осмысливая список из множества предстоящих дел, одно из них, однако, было уже многие года первоочерёдным — найти Элементы Гармонии.

Аликорн пробиралась по мрачному тоннелю, пока наконец не добралась до кромешной темноты библиотеки. Принцесса поставила седельные сумки на пол и осмотрелась в поисках своего компаньона, если его, конечно, можно было так назвать.

— Стар? Свет, пожалуйста.

Твайлайт пронаблюдала, как на расстоянии канделябр взлетел в воздух, превратился в красивую люстру и даже не взорвался! Довольная улыбка озарила лицо аликорна при виде того, что её последнее изобретение сработало как надо. Больше не придётся использовать множество светильников!

Принцесса протрусила к ближайшему столу, на котором были разложены различные заметки. Твайлайт села и постучала копытом по столешнице, словно выбиваемый ритм мог даровать ей озарение. Аликорн перебирала свитки, пока взглядом не остановилась на рисунке старого засохшего древа внутри пещеры.

Вот здесь принцесса и нашла Элемент Магии. Ну, правильнее будет сказать, нашла камень, что обратился в Элемент Магии, бóльшего, к сожалению, в пещере не нашлось. Может, и есть смысл вернуться и проверить ещё раз. Это будет уже сотый заход, но всегда оставалась вероятность, что искатель из неё так себе.

"Знать бы только, где другие Элементы", — мрачно подумала Твайлайт. Она понемногу начала свыкаться с мыслью, что, возможно, не существует Элементов Солнца, Луны и Любви, но признать это означало, что ранее она была не права...

— Соберись, Твайлайт, — пробормотала она, потирая глаза.

Аликорн встала из-за стола и потянулась. Может, стоит заняться магическими упражнениями? Практика в телепортации неплохой выбор, особенно учитывая, что ей потребовалось несколько месяцев, чтобы должным образом овладеть хотя бы телепортацией на короткие расстояния. А ей совсем не хотелось проснуться и забыть, как это делается.

— Ну ладно, книжечка, — заговорила принцесса с томом, что был перед ней. — Раскрой свои секреты.

— Ага! Так слухи не врут! — произнёс пугающе знакомый голос, разнёсшийся эхом по библиотеке. — Принцесса так одинока, что разговаривает со своими книгами. Какое печальное и жалкое зрелище.

Каждый волосок её шёрстки встал дыбом, и если бы не важность происходящего, Твайлайт бы поразилась, как быстро расслабленность может смениться на чистую ярость.

— Трус! — взревела Твайлайт, оглядывая помещение в поисках Духа хаоса и дисгармонии. — Выходи и встреться со мной лицом к лицу, Дискорд! Ну давай!

Смех разнёсся по всему помещению.

— Лицом к лицу?! Кобылушка моя, а не слишком ли ты уверена в себе для такого проигрышного положения? — в облаке дыма перед аликорном явился Дух, который положил подбородок на переплетённые лапы. — Признаюсь, Твайлайт, я всегда восхищался этой чертой в тебе.

Принцесса зарычала, и едва Дискорд договорил, как из рога аликорна вырвался луч магии, нацеленный на порождение хаоса, но его гнусная ухмылка лишь расползлась шире, и за мгновение до того, как заклинание могло бы поразить его, Дух исчез. Луч ударил в стену, оставив большую подпалину, и спалил несколько ближайших книг дотла, что ещё больше разозлило Твайлайт.

— Чего тебе от меня надо, Дискорд?! — закричала она. — Мой Элемент не работает, и ты это знаешь!

Дух появился позади неё, хлопая ресницами.

— Корона-то? — он щёлкнул пальцами, и Элемент принцессы появился над её головой, затем слегка наклонился и короновал аликорна. — Да не нужна мне твоя глупая тиара!

Дискорд откинулся назад, и повсюду появились стрелки, все как одна указывающие на Твайлайт.

— Я здесь ради тебя, принцесса!

— Ради меня? — спросила она, и на мгновение аликорна охватил страх, но вскоре ей удалось с ним справиться. Дух исчез, прежде чем Твайлайт успела снова атаковать, и она заозиралась в его поисках.

— Чего тебе от меня надо?! Ты уже всё у меня отнял!

— Всё отнял? Принцесса Твайлайт, я взял лишь то, что ты сама потеряла! — насмехалось создание хаоса из ниоткуда и одновременно отовсюду. — Я взаправду не понимаю, чего ты так на меня взъелась!

— Тебе с копыт это не сойдёт, Дискорд! — угрожала аликорн, расправив крылья. — Остальные скоро прибудут, и вчетвером нам достанет силы, чтобы справиться с тобой, даже без Элементов!

— Ой-ой, придут ли? — спросил Дух и вновь появился рядом с принцессой с широкой улыбкой, и по щелчку пальцев на его голове появилась до ужаса знакомая чёрная корона. — Мне так нравится корона Луны! Колись Твайлайт, кому она больше идет?

— Нет, — прошептала принцесса, прежде чем ярость полностью ею овладела и она в очередной раз атаковала Дискорда. — Где ты взял её?! Что ты сделал с принцессой Луной?!

— Ух, Твайлайт, ну и библиотеку ты себе отгрохала! Идеальное секретное убежище для будущей самой ненавидимой пони во всей Эквестрии! — воскликнул Дух, одобрительно кивая головой, не обращая на аликорна внимания. Затем Дискорд опустил голову. — Ничего себе! Да тут ещё один этаж!

И со злобной ухмылкой Дискорд буквально спустился по воздуху с балкона на нижний уровень. Принцесса, стиснув зубы, бросилась к лестнице. Переступив наконец порог, аликорн увидела, как Дискорд парит над рядами бережно расставленных шкафов, а в его лапе сконцентрировалась сфера жёлтой магии.

— Дискорд! — прорычала она, взлетев в воздух и направляясь к нему.

Принцесса с глухим перестуком приземлилась на один из книжных шкафов и зарядила очередной магический луч. Но прежде чем успела его отправить, Дух другой лапой сделал жест, и книжный шкаф, на котором стояла аликорн, резко сместился в сторону, болезненно опрокинув лавандовую пони на пол.

— Принцесса Твайлайт! — воскликнул Дискорд. — Хочешь покажу тебе Элемент Хаоса?

И в то же мгновение, как он закончил предложение, магия, закончив формироваться вокруг его лапы, начала потрескивать, переполнившись энергией, а затем по взмаху Духа устремилась к Твайлайт, поразив её, прежде чем она успела хоть шевельнуться, чтобы избежать попадания.

Но магия не врезалась в аликорна, она, скорее, проникла под шёрстку, впилась в саму душу принцессы. Первое, что она почувствовала — это боль. Невыносимая боль, что охватила её целиком, за которой последовало спокойствие, потому что её сознание было подавлено, взято под контроль чужой, более сильной сущностью. Твайлайт словно тряпичная кукла упала на пол, тёмная пелена закрывала её глаза, а разум был чист, словно пустая книга.

— Бедненькая малышка Твайлайт, — раздался голос Духа, вливаясь вовнутрь разума аликорна, оставляя свой след в её мыслях. Ничто не могло ему помешать, ведь он владел той магией, что теперь заразила её тело. — Ты же понимаешь, что всё это твоя вина?

Слова отозвались в разуме принцессы, и голос внутри неё, её ли собственный, или отклик магии хаоса, а может, и всё вместе, повторял эти слова, словно мантру.

“Это моя вина”.

Но другой голос в глубинах её разума сражался, звуча как голос Спайка, он взывал к ней, призывая не сдаваться, сражаться, сражаться изо всех сил, и то немногое, что осталось от Твайлайт Спаркл, с волей, которую она в себе и не подозревала, стиснуло зубы и посмотрело наверх.

— Дис... корд...

Дух лишь улыбнулся и вновь щёлкнул пальцами.

По началу ничего не произошло, а затем произошло всё сразу. Если мгновения назад боль была невыносимой, то теперь она вышла на принципиально другой уровень. Казалось, что сама душа отделяется от тела. Другого способа описать эту агонию не было. Аликорном овладело чувство, словно из лёгких выкачали весь воздух, а каждую косточку по отдельности вырывают из тела.

На мгновение, очень короткое и ужасное мгновение, она возжелала смерти, лишь бы избавиться от этой боли.

А затем всё закончилось, магия хаоса вырвалась из тела принцессы и распределилась по десяткам книжных шкафов, что стояли неподалёку.

Спустя, казалось, целую вечность Твайлайт удалось подняться, она вдыхала и выдыхала, но не чувствовала, как ноющие лёгкие наполняются воздухом. Собрав крохи сил, аликорн расправила крылья и со злобой, сквозь слёзы на глазах, посмотрела на Дискорда.

— Т-ты...

— Цыц! — цыкнул Дух и хлопнул в ладоши. — Самое интересное только начинается!

И действительно, посмотреть было на что.

Прежде чем Твайлайт успела осмыслить его фразу, оглушительный скрип дерева заполнил комнату со всех сторон. Аликорн в ужасе смотрела, как книжные шкафы поднялись в воздух и начали меняться друг с другом местами. Часть из них упали большим кольцом вокруг принцессы, заключив её в ловушку, за исключением промежутка длиной как раз в книжный шкаф перед ней.

Но прежде чем Твайлайт успела к нему шагнуть, ещё одно кольцо шкафов рухнуло на пол, отрезав ей выход. Аликорн крутанулась на месте и увидела зазор в новом кольце, но затем опустилось ещё одно, и ещё, и ещё, и всего несколько мгновений спустя принцесса оказалась в ловушке внутри лабиринта, построенного из её любимых книг, в котором едва хватало места, чтобы двигаться.

Аликорн вновь подняла взгляд на Дискорда, что сверху вниз смотрел на неё поверх лабиринта книг.

— Это ты хотел мне показать?!

Дух рассмеялся, качая головой.

— О, нет, нет, нет! Это всего лишь небольшое представление! — улыбнулся Дискорд, наклонив голову набок. — Настоящее действо начнётся, когда ты осознаешь, что я с тобой сделал.

“Сделал со мной?”

Твайлайт осмотрела себя сверху вниз, пытаясь понять, что сотворил с нею Дух. Она всё ещё чувствовала свою магическую ауру, крылья целы, были, конечно, проблемы с дыханием, но, кроме этого, на первый взгляд всё казалось в порядке.

Страх охватил аликорна при мысли, что он нанёс ей какие-либо внутренние повреждения. Принцесса ещё раз оглядела себя и заметила, что правое крыло частично вошло в полку шкафа. Мебель окружила её так тесно, что у Твайлайт не было места как следует расправить крылья. Но крыло не расположилось в свободном месте над книгами, оно проходило прямо сквозь древесину и корешки книг.

Аликорн пронзительно закричала, отшатнулась назад, сквозь ближайший шкаф, и ещё один, и ещё, пока смех Дискорда вмешивался в её испуганные всхлипы, пока наконец Твайлайт не вышла из лабиринта.

— Зачем ты это сделал?! — со слезами на глазах закричала принцесса, но, прежде чем капли успевали скатиться по щекам и упасть на пол, они исчезали.

— Зачем? — спросил Дух, следы веселья исчезли из его голоса. — Чтобы преподать урок маленьким пони, что думают, будто смогут меня перехитрить.

— Н-но у нас не было выбора! — запротестовала принцесса, пока ужасающий голос в её голове продолжал повторять, что всё это её вина. — Ты же разрушал Эквестрию!

— У вас?! Да ладно тебе, Твайлайт, не перекладывай вину на других! — воскликнул Дискорд, телепортируясь перед аликорном, заставив её беспомощно пятиться в отчаянном желании, чтобы этот ночной кошмар закончился, пожалуйста, принцесса Луна, пусть кошмар кончится. — Насколько я помню, именно ты напала на меня. Ты была моим другом, и ты предала меня.

— Ты тоже был мне другом! — возразила принцесса. — Я доверяла тебе! И не хотела лгать! Я знаю, что это было неправильно, но я старалась сделать как можно...

— Да! Да, Твайлайт, отлично! Ты ошиблась, а я стал жертвой! А я был невиновен! — перебил Дух, практически выплёвывая слова. Затем Дискорд откинулся назад и скрестил лапы на груди. — Но, о, это же не единственный раз, когда ты ошиблась, так ведь? Твайлайт, Твайлайт, Твайлайт, ты просто ходячая череда неудач.

Дискорд парил вокруг неё, загоняя аликорна в пучины стыда. Рядом с Духом появилась книга, и принцесса тут же узнала том, в котором она описывала события войны.

— Давай посмотрим!

Дискорд многострадально вздохнул, перелистывая страницы.

— Ты не нашла Элементы Гармонии, заставила товарок-принцесс лгать всей Эквестрии, затем Селестия дала тебе ещё один шанс, и снова ты потерпела неудачу, а теперь вся Эквестрия в состоянии войны, и всё потому, что ты не смогла расстаться с одной маленькой вещицей.

— Хватит! — закричала принцесса, слёзы застили ей глаза. — Я не могла отдать тебе Спайка как какую-то вещь!

— Конечно не могла! — согласился Дух, не отрывая от аликорна взгляда. — Тогда бы ты потеряла своего единственного друга! Ну, будем честны, я подружился с тобой только из жалости! Кто вообще захочет тратить время на такую неудачницу как ты?

— Я... я не...

Дискорд выгнул бровь.

— Ты не что? Поведай Твайлайт, чья вина в том, что принцессам пришлось прибегнуть к хитрости, чтобы выиграть войну?

И наконец ужасающее признание слетело с губ аликорна.

— Это моя вина, — сказала принцесса, и Дух расплылся в хищной улыбке.

Книга поплыла от Дискорда к Твайлайт, открытая на главе, что подробно описывала события второй Войны Хаоса, той, которой она послужила причиной.

— Твоя вина, — повторил Дух, и эти же два слова отпечатывались в книге, стоило ему их произнести, снова и снова, он повторял одни и те же слова, двигаясь на принцессу, в то время как та пятилась, сердце в груди аликорна сжималось, не способное больше гонять кровь.

— Пожалуйста, — взмолилась Твайлайт, падая на пол, не в силах больше слышать эти два слова. — Хватит... уходи...

И наконец Дискорд прислушался к её словам, он откинулся назад, и книга исчезла.

— Так и поступлю! Но только потому, что мне надо забрать свой приз!

Принцессу захватил страх, и она подняла глаза.

— Приз? Какой приз?

Дух щёлкнул пальцами, и книги с полок начали лететь в его сторону.

— Так-с, где же нужная мне книга? Не то, не то, не то... ага! — огромная книга поплыла в воздухе, и Дискорд прочистил горло. — Как я и говорил, поиграть с ним было бы гораздо веселее!

Книга подлетела и сама собой открылась перед аликорном, страницы переворачивались одна за другой, пока наконец не остановились на иллюстрации. На рисунке было изображено большое огнедышащее существо, летящее над вершиной вулкана, в конце концов, вулканы были излюбленными местами обитания драконов.

— Н-нет! Не смей к нему приближаться, Дискорд! — взревела Твайлайт, отпихивая магией книгу только для того, чтобы обнаружить очень грубую имитацию пурпурно-зелёного дракончика, улыбающегося ей с высоты одной из книжных полок. Крылья были слишком коротки для тела, а шипы на голове слишком велики.

— Знаешь, мне кажется, что сходство просто поразительное! Единственная разница, что у меня есть крылья, как и положено любому настоящему дракону, — сказал Дух, любуясь собой. Он поднялся в воздух и, несмотря на непропорциональное соотношение крыльев к телу, перелетел на верхушку другого книжного шкафа. — Как печально, что он твой единственный друг! И, прежде чем ты скажешь "у меня куча друзей", позволь я напомню, что книги не считаются!

— Т-ты никогда его не найдёшь! — воскликнула принцесса, проигнорировав вопрос и топнув копытом.

"Дракон" рассмеялся.

— Никогда его не найду? Дорогая моя принцесса, да за кого ты меня принимаешь? Я уже сделал это! — Дискорд щёлкнул пальцами, и рядом с ним появилась клетка. Дух повернулся к аликорну и сделал жалостливое лицо, хлопая глазами. — Бедный маленький дракончик, совсем один, и некому прийти на помощь.

— Где он?! Что ты с ним сделал?!

Клетка исчезла, как и улыбка на лице дракона.

— Хочешь найти его? — с таким же мрачным выражением, как атмосфера в библиотеке, спросил он. На мгновение Дискорд исчез и появился вновь перед Твайлайт в своём настоящем обличии. Прежде чем принцесса успела отреагировать, магия Духа взяла её подбородок, заставив их взгляды встретиться.

— Слушай сюда, моя маленькая пони, — прошипел Дискорд. — Где-то в недрах твоей драгоценной библиотеки я запрятал карту, и если ты хоть раз выйдешь отсюда без неё... хоть копытом, хоть частичкой магии пересечёшь проход без карты... она исчезнет, и ты больше никогда не увидишь своего друга.

Когда Дух наконец договорил, он щёлкнул пальцами и в лапе появился большой изумруд в форме сердца.

— Ведь Спайк однажды сделал его для тебя?

— От-отдай! — потребовала принцесса, левитируя книги с полок и запуская в Духа, беспомощно наблюдая, как он без особого труда избегает их.

Дискорд рассмеялся, подкинул изумруд в воздух и поймал его когтистой лапой, прежде чем подлететь к потолку.

— Принцессу Луну было так легко обхитрить! Следующий в списке твой маленький друг дракончик, и с трудом могу представить, что с Селестией и Кейденс будет какая-то морока! — радостно воскликнул Дух. — Твайлайт, мне в самом деле стоит похвалить тебя! Подумай о всех тех пони, на чью жизнь ты так ужасно повлияла! Но прежде чем я отправлюсь к ним, мне стоит сделать что-то с этими наивными маленькими фермерами! Мне кажется, я слышал, как они говорили, что хотели бы чтобы здесь росло больше деревьев! Ну, они рассказали мне, где найти тебя, поэтому за мной должок!

— Нет! — закричала Твайлайт, взлетая в воздух, безуспешно пытаясь поймать Духа. — Не смей! Они здесь ни при чём!

Прежде чем принцесса смогла остановить Дискорда, тот исчез и появился на верхнем уровне, а мгновение спустя лабиринт внизу дважды вспыхнул, посылая магические разряды в землю, вызвав землетрясение. Аликорн взвизгнула, увидев, как потолок в буквальном смысле обвалился прямо на неё.

Не желая парить сквозь обвал, Твайлайт телепортировалась наверх и обнаружила Духа хаоса, парящего неподалёку от выходного тоннеля, что был перекрыт каким-то чёрным барьером.

— Ты веришь в истории о привидениях? — спросил Дискорд. — Слышала когда-нибудь о призрачной принцессе, навеки заточённой в библиотеке?! Потрясающая история!

Дух рассмеялся и помахал аликорну лапой.

— Прощай, принцесса! Надеюсь, твои драгоценные книги составят тебе хорошую компанию!

И, не сказав больше ни слова, Дискорд прошёл сквозь стену в тоннель, побудив Твайлайт броситься за ним, врезаться в барьер и упасть на круп от удара.

“Нет”.

Принцесса встала и попыталась снова, и снова, и снова, она билась в барьер снова и снова, снова и снова, с каждой попыткой в отчаянии взывая о помощи.

— Выпусти меня! — умоляла она, ударяя своими ставшими эфирными копытами по единственному, к чему они могли прикоснуться. — Спайк! Принцесса Селестия! Луна! Кейденс!

Аликорн сползла по стене.

— Пожалуйста... простите…

* * *

Одинокая принцесса прогуливалась по библиотеке, давным-давно утратив представления о времени.

"Любопытно, — подумала она, — так долго привыкала к тишине в библиотеке, а сейчас..."

А сейчас тишина давила на Твайлайт.

Никаких кобылок, что бегают и вопят, играя в пятнашки. Никакого успокаивающего голоса, тихонько поющего совам. Никакого ритмичного жужжания швейной машинки. Никакого голоса возлюбленной, что нараспев объявляет о своём прибытии, называя аликорна по имени.

Принцесса направилась ко входу в библиотеку и села напротив полупрозрачного малинового барьера, преграждающего путь. Твайлайт не знала, сколько времени прошло с тех пор, как пони последний раз ходили по тоннелю за барьером. Недели? Месяцы? Годы? Аликорн не знала, и ей было всё равно.

Она дождётся Рэрити, и неважно сколько времени это займёт, месяцы или тысячи лет.

## — Глава 32 — Проклятие Вечнодикого леса

[Изображение: https://i.imgur.com/QPTbGt7.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/AOLdJch.png]

— Пинки, ты уверена, что справишься без меня?

Ночь Поисков наступала в Холлоу Шейдс через неделю, что давало Рэрити и Пинки ровно столько времени на подготовку проекта с рабочим названием "Вера в принцессу Луну", очень долгоиграющего плана, по медленной, но верной борьбе с магией хаоса, терзающей городок.

Их нынешняя штаб-квартира, так же известная как дом профессора Эйва, была заполнена всевозможными подарками: плюшевыми мишками, игрушечными колясками, куклами, мячиками и шариками, в общем, всем тем, что хотел бы иметь жеребчик или кобылка.

— Рэрити-и-и, — протянула розовая пони, закатывая глаза перед сидящей напротив единорожкой, — глупышка, ты уже кексилионный раз спрашиваешь! Всё будет в поря-я-ядке!

— Да-да, но давай на всякий случай пройдёмся ещё разок, хорошо? Ты знаешь, что Дискорд сотворил с жизнями Луны и Твайлайт, и если мы не будем уверены, что всё делаем идеально... — белая пони, не договорив, отодвинула куклу с блокнота, заполненного таким количеством заметок с галочками, что даже Твайлайт могла бы гордиться.

"О небеса, — подумала Рэрити, прижав копыто к ожерелью, — как же мне её не хватает".

— Ну ладно! — единорожка прочистила горло, взяла перо и в который раз подчеркнула ключевые слова. — Мы знаем, что магия хаоса влияет на веру пони в принцессу Луну и, похоже, сильнее всего действует на тех, кто прожил здесь всю жизнь.

— Агамс.

— Это значит, что наш план атаки, а точнее сказать, щедрости, основан на жеребятах Холлоу Шейдс. Пока ещё мы не знаем, можно ли обратить вспять влияние магии хаоса, но можно попытаться сдерживать её так долго, как только сможем.

Пинки энергично закивала.

— Агась! Всё как ты говоришь.

Рэрити сделала паузу.

— Пинки, что я только что сказала?

Розовая пони моргнула, и румянец окрасил её щеки.

— Эм-м-м. Я не слушала, потому что и так всё это знаю, но ещё я знаю, что ты повторяешь всё это для себя, и я не хотела, чтобы ты почувствовала, что оно не важно, потому что оно на са-а-амом деле важно, но вон тот плюшевый медвежонок супермилый, и я точно знаю, кому я его...

— Пинки! — упрекнула единорожка. — Не для себя я это повторяю!

Белая пони нахмурилась и указала кончиком ручки на витающую в облаках кобылу.

— Ну хорошо, раз так, барышня, в чём заключаются твои задачи?

— О-о-о, это я знаю! — воскликнула Пинки, прежде чем выпрямиться и прочистить горло. — Принцесса Луна расскажет всем жеребятам Холлоу Шейдс, что её суперспециальный помощник (это я!) собирается преподнести им суперспециальный подарок, сделанный специально для них!

Рэрити хмыкнула.

— А как ты узнаешь, какой подарок для какого жеребёнка?

Розовая пони отмахнулась.

— Глупышка, принцесса Луна во снах скажет мне, чего бы им хотелось! — Пинки хихикнула, взяла и себе перо и помахала им перед единорожкой. — Видишь? Пинки знает своё дело!

— Хорошо, убедила, — Рэрити перевернула страницу в блокноте и поводила пером по подбородку. — Не забудь удостовериться, что профессор продолжает исследования. Я всё ещё считаю, что магия хаоса, эм-м...

Единорожка помахала копытом в воздухе.

— Ну, искажает сознание местных пони, так что любая идея о том, как нам защитить их, будет очень кстати.

— А как насчёт тебя? — спросила розовая пони с ноткой серьёзности в голосе. — Ты готова к Понивиллю?

Рэрити на мгновение задумалась, что ответить. Хороший вопрос, на самом деле. За время прошедшее с её... мгновения слабости... единорожка возвращалась в Понивилль только раз, и то на несколько часов. Она полностью посвятила себя Холлоу Шейдс и освобождению принцессы Луны, и хотя Рэрити не хотела признаваться самой себе, но в глубине души знала, что отчасти так сильно закопалась в работу, чтобы вновь и вновь не обращаться мыслями к Твайлайт.

Что, к сожалению, было достаточно сложно, поскольку в голове крутились мысли не только о возлюбленной, но и о... воспоминаниях, что показала ей принцесса Луна, и это лишь усложнило задачу белой пони не зацикливаться на Твайлайт.

Теперь Рэрити по-настоящему поняла, почему её принцесса была именно такой, какая она есть, и почему пошла на добровольное затворничество. У единорожки скопились записные книжки, заполненные десятками различных способов, как помочь Твайлайт преодолеть свой комплекс вины.

Но чтобы всё получилось, ей нужно вернуться в Пон...

— Рэрити? — спросила Пинки, махая копытом перед единорожкой. — Ты тут?

Белая пони моргнула.

— Ой! Прости пожалуйста, дорогуша, я слегка задумалась. — Рэрити прочистила горло. — Ладно, в общем, я и правда готова вернуться в Понивилль. К тому же скоро туда прибудет сама-знаешь-кто, и я просто не могу не приехать!

— Знаю! — воскликнула земная пони, упираясь подбородком в стол и надув губы. — Ты такая везучая! Я тоже хочу с ним встретиться! Никогда не встречала дракона... ну, за исключением того, что хотел нас съесть...

Единорожка выгнула бровь.

— Пинки Пай, ты повстречаешься с ним завтра утром.

— А! — розовая пони выпрямилась. — Ну да!

Но затем она снова положила подбородок на стол.

— Но я хочу встретиться с ним побыстрее!

Рэрити добродушно улыбнулась.

— Ну же, Пинки, всему своё время. Принцесса Луна хочет, чтобы ты передала несколько сообщений для Спайка, а ты не сможешь их передать, если ещё сама их не знаешь, так ведь?

— Ну наве-е-ерное...

Удовлетворённая, единорожка встала и взглянула на часы. Поезд скоро отправится, так что она вполне может пойти на станцию пораньше, особенно если хочет заглянуть к старейшине Муншайн и пожелать ей счастливого кануна Ночи Поисков. В конце концов, похоже, будущее единорожки поделилось между Холлоу Шейдс и Понивиллем, так что неплохим вариантом было наладить хорошие отношения с местными жителями.

— Ну, мне пора, дорогуша, — сказала Рэрити, сняв с вешалки плащ и надев его, прежде чем направиться к выходу. — Пожалуйста, передай принцессе Луне мои наилучшие пожелания, и ради всего светлого в этом мире, скажи ей, что хватит уже издеваться над бедным профессором Эйвом! Он уже трижды пожаловался мне на этой неделе!

Пинки рассмеялась.

— Оки-доки-локи! Удачки!

* * *

Как оказалось, несмотря на всю браваду Рэрити, возвращение в Понивилль оказалось не таким простым, как она ожидала.

Когда поезд прибыл, белая пони обнаружила восторженную ватагу, состоящую из трёх кобылок и двух взрослых кобыл, держащих таблички с фразами "мы скучали" и "с возвращением", и единорожку тут же охватило чувство вины. То, что она лишилась Твайлайт, не означало, что ей стоило избегать семью и друзей, так ведь?

— Рэрити! — воскликнула Свити Белль, бросившись в приветственные объятья старшей сестры. — Ты ведь не собираешься сегодня же возвращаться в Холлоу Шейдс?

— О звёзды, нет. Точно не в ближайшее время, — заверила единорожка, высвобождаясь из копыт младшей сестры, чтобы обнять Флаттершай и Эпплджек.

На мгновение Рэрити застыла, обнаружив у обеих подруг довольно заметные мешки под глазами. Бессонные ночи в Понивилле? Как бы то ни было, спрашивать на публике такие вещи не подобает, поэтому единорожка пока проигнорировала этот вопрос и быстро обняла подруг.

— А тебе не сорвёт крышу так, что ты начнёшь швырять пони о стены?! — спросила Скуталу, хотя по тону голоса было понятно, что кобылка скорее разочарована этим фактом, чем хоть немного обеспокоена.

Слухи, безусловно, распространялись очень быстро. Уж точно быстрее, чем Рэрити хотелось бы.

— Я думаю, у меня было достаточно срывов, чтобы хватило на всю жизнь, — ответила единорожка, чувствуя, как покраснели щёки. — И я, конечно, не смогу помочь Твайлайт, не разобравшись с собственными проблемами, так ведь? Чтобы найти библиотеку понадобится трезво мыслить.

— Лады, рада что ты вернулась, Рэрити, — сказала Эпплджек, подбирая один из чемоданчиков единорожки. — Ну, думаю, теперь у всех яблочки в головах на место встали.

Компания друзей вышла со станции, и по пути к бутику «Карусель» Флаттершай и Эпплджек рассказали Рэрити обо всём, что произошло в её отсутствие.

— Боюсь, принцесса больше нам не писала, — поведала яблочная пони, глядя в направлении Вечнодикого леса. — Думается, она взаправду не сомневается, что мы вернёмся в библиотеку.

— Кстати об этом... удалось достигнуть каких-либо успехов на этом поприще? — осторожно спросила единорожка.

— Ну, библиотеку, конечно, мы пока не нашли, но... есть у нас кой-какие зацепочки, что покажутся тебе интересными, — ответила фермерша. — Хотя проще показать, чем объяснить.

— Мы с Эпплджек подумали, что сначала поможем тебе донести вещи до дома, а потом, когда наступит ночь, все вместе отправимся в Вечнодикий лес, — с удивительным воодушевлением согласилась Флаттершай. Учитывая, как обычно пегаска реагировала на поход в лес, это значило, что обнаруженное ими действительно было крайне многообещающим.

— Ночью?! Но сейчас только полдень! — не сдержав волнения, сказала Рэрити. — Почему не сейчас? Рэйнбоу Дэш прибудет только через несколько часов, и...

— Сахарок, то что мы хотим те показать работает только ночью, — перебила единорожку Эпплджек. — Хотя...

Яблочная пони остановилась и кивнула в сторону леса.

— Кой-чего показать можно и сейчас. Сделаем небольшой крюк.

Заинтригованная происходящим, Рэрити пошла за подругами под сень Вечнодикого леса. Оказавшись в тени деревьев, единорожка с интересом пронаблюдала, как земная пони достала из перемётной сумки лапу древесного волка с когтями и всем остальным.

— Эпплджек! — тревожно ахнула Рэрити. — Где ты...

— Поверь, лучше тебе не знать, — перебила подругу яблочная пони. — На-ка глянь.

Немного поколебавшись, единорожка присмотрелась, хотя... не знала точно, на что обратить внимание. Прищурив глаза, белая пони внимательно осмотрела лапу, и лишь спустя мгновение обнаружила нечто примечательное — лапа была окутана едва заметной зеленоватой аурой, почти той же, что у ожерелья.

— Магия хаоса! — взволнованно воскликнула Рэрити.

“Ну конечно! Ведь древесные волки были созданы Дискордом. Но...”

Единорожка приподняла бровь.

— Я не совсем понимаю, как это поможет нам найти Твайлайт...

Эпплджек указала на один из когтей.

— На-ка, подхвати-ка его и... — земная пони подняла копыто и постучала по ближайшему дереву. — Напиши на нём своё имя.

Белая пони моргнула.

— Пардон?

— Ну давай, Рэрити! — воскликнула Эппл Блум, подпрыгивая на месте.

Когда все вокруг кивнули в знак согласия, единорожка сделала, как было велено и начала царапать по дереву.

— Ничего не получается! — воскликнула белая пони, неспособная оставить и следа на дереве. — Ничего не пишется!

— Эт не важно, — мягко произнесла Эпплджек. — Просто пиши и всё.

"Я правда не понимаю, чего они хотят этим добиться", — подумала Рэрити, развлекая своих подруг "написанием" имени на древесной коре. Закончив, единорожка передала лапу обратно яблочной пони.

— Ну, я полагаю, готово, — сказала белая пони, выжидающе глядя на подруг. — Теперь чего?

— А вот теперь будем ждать наступления темноты! — сказала Эпплджек, потрусив за кобылками и напрочь игнорируя жалобы Рэрити.

Честно говоря, вести себя столь таинственно не было никакой нужды! Что, её имя как по волшебству появится ночью на дереве? Хотя это было бы довольно полезно. Так вот почему подруги выглядели столь измотанными?

Но опять же, это же магия хаоса, а магические отметки на деревьях были слишком очевидными. Хотя если не они, тогда что? О небеса, а вдруг дерево начнёт кричать её имя? Могут ли вообще деревья кричать? Ладно, это было бы нелепо, но... но что если могут?!

Рэрити покачала головой.

"Ну хватит, не буду думать об этом до наступления ночи".

Несколько часов спустя, добравшись наконец до дома и разобрав сумки, единорожка не преминула проигнорировать совет Флаттершай расслабиться и вместо этого отвлеклась на ежедневную рутину. Все эти приключения и спасение принцесс не в лучшую сторону сказались на бизнесе единорожки, и последнее, чего ей хотелось, это потерять ещё больше клиентов.

"Может, мне стоит открыть бутик в Холлоу Шейдс, — подумала белая пони, вырезая выкройки для платья. — Там только один магазин, продающий плащи, и, держу пари, я бы оказала ему достойную конкуренцию. Ещё надо посетить мэра Мэйр. Может, она ещё не разместила заказы на костюмы для Ночи Поисков? Конечно, немного наивно было полагать, что мэр ещё не озаботилась этим вопросом, но ей понравились костюмы, которые я сшила в прошлом году, и... и..."

В прошлом году.

Через неделю будет ровно год с тех пор, как Рэрити встретила Твайлайт, и вместо радости эта мысль принесла лишь печаль. Твайлайт проведёт эту годовщину в полном одиночестве, сидя в библиотеке, как и последнюю тысячу лет.

Единорожка стиснула зубы, обнаружив, что творческое вдохновение её покинуло. Белая пони отложила материалы и попробовала сосредоточиться на чём-нибудь другом, но чем дольше она сидела, тем сильнее было желание всё бросить, выбежать из бутика и отправиться в Вечнодикий лес.

Теперь Рэрити вспомнила, почему так боялась возвращаться в Понивилль.

Единорожка глубоко вдохнула. Теперь она совсем другая кобыла и не станет принимать необдуманных решений! Не надо было спешить, торопиться и нестись сломя голову! Скоро прибудет Рэйнбоу Дэш, и до этого момента белая пони будет спокойна, собрана и...

Трёхкратный стук в дверь прервал поток мыслей.

"Вот! Хорошие вещи приходят к тем, кто их ждёт".

И пришла действительно хорошая вещь, ибо по ту сторону двери обнаружилась лучезарно улыбающаяся Рэйнбоу Дэш.

— Рэйнбоу Дэш! — поприветствовав единорожка пегаску, подвинувшись ближе, чтобы обнять подругу. — Пора?

— Ты спрашиваешь про встречу с самым потрясным ящером во всей Эквестрии? — спросила Рэйнбоу, улыбаясь ещё шире. — Тогда да. Ты готова?

Сердце Рэрити тут же забилось быстрее.

— Да-да! Сейчас, только вещи возьму!

Единорожка поспешила внутрь, воспользовавшись моментом, чтобы отдышаться. Ну вот и всё. Она собиралась встретиться... ну, технически, снова встретиться с единственным другим живым существом, кроме Луны, кто знал Твайлайт тысячу лет назад. А уж теперь, когда белая пони знала роль, которую он сыграл в войне тех прошлых веков...

Рэрити схватила седельную сумку, что подготовила ранее, затем вернулась к двери, поспешно вышла из бутика и резко остановилась, с удивлением обнаружив капитана Вандерболтов с двумя новобранцами, стоящих неподалёку от колесницы.

— О, капитан Спитфайр! Рада вас видеть! — с улыбкой единорожка поприветствовала пегаску, а затем смущённо посмотрела на Рэйнбоу и колесницу. — Мы куда-то полетим? У меня сложилось впечатление, что мы встречаемся со Спайком на окраине города? Тут не так уж и далеко.

— Знаю, знаю, — отмахнулась от беспокойства Рэрити радужная пегаска. — Но я хочу тебе кое-что показать, поэтому мы кой-куда завернём.

Кобыла махнула копытом на колесницу.

— Запрыгивай!

Как только единорожка устроилась внутри, Рэйнбоу повернулась к Спитфайр.

— Ну как, Спитс, мы готовы?

Капитан Вандерболтов многострадально вздохнула.

— Да-да. Все сто пятьдесят.

Рэрити моргнула.

"Все сто пятьдесят?"

Радужная пегаска кивнула.

— Крутяк! Тогда приступаем!

С этими словами Рэйнбоу умчалась в небо, вскоре за ней последовала и Спитфайр, затем взлетела и колесница. Единорожка, схватившись за поручни, смотрела, как Понивилль отдалялся всё дальше и дальше, пока наконец колесница не оказалась высоко над городком. Вдалеке белая пони различила равнину, на которой должен был ждать Спайк, но Рэрити не видела около места встречи ни пегасов, ни самого дракона.

— Рэйнбоу Дэш? — позвала единорожка, всё ещё щурясь на равнину. — Я не вижу Спайка! Мы встретимся с ним по пути?

Радужная пегаска подлетела к колеснице.

— По пути?

— Ну да, — кивнула белая пони. — У него же нет крыльев, чтобы долететь сюда, предположу, что добирается он по суше, верно? Для этого же тебе понадобилось две недели?

— Что? Да не-е-е! — покачала головой Дэш. Она ухмыльнулась и указала на что-то позади себя. — Мне понадобилось две недели вот на это.

Рэрити обернулась посмотреть, на что указывает подруга, и её глаза расширились, а копыто взлетело ко рту.

— О звёзды.

Больше сотни пегасов в форме летели идеальным квадратом. У каждого вокруг тела была обмотана цепь, другой конец которой был привинчен к огромной квадратной платформе. Однако не это удивило единорожку, а большой пурпурный дракон, лежащий на ней.

Колесница летела к нему, и чем ближе они подлетали, тем больше казалось Рэрити, что Спайк был либо крайне напуган, либо его тошнило, а может, и то и другое одновременно.

— Кадеты! — обратилась радужная пегаска. — Ну и каково быть первыми пегасами, когда-либо перевозившими живого дракона? Ну разве не круто?! Это к разговору о тренировке выносливости!

Когда пегасы разразились радостными выкриками, Рэйнбоу повернулась к Спитфайр.

— Видишь? А ты говорила, что это не очень хорошая идея.

Капитан и глазом не моргнула.

— Это всё ещё плохая идея.

— О небеса, с ним всё в порядке? — спросила единорожка, наблюдая как Спайк закрыл глаза и сделал довольно глубокий вдох.

Радужная пегаска отмахнулась.

— Всё круто. Просто последний раз, когда он летал, он был, ну, кем-то навроде детёныша. — Дэш подлетела к платформе. — Эй, неудачник! Как там твоя воздушная болезнь?!

Спайк наконец открыл глаза и сердито глянул на пегаску.

— А ты подлети поближе, покажу во всех подробностях!

Рэйнбоу рассмеялась.

— Да-а? Может, самое время провести кадетам тренировку на свободное падение?

— Стой, стой, стой!

Пегаска полетела обратно к колеснице.

— Просто расслабься и получай удовольствие, лады? Мы в пяти минутах лёта до места!

И действительно, несколько минут спустя колесница приземлилась в долине, чуть позже древнюю рептилию бережно опустили на землю. Рэрити вышла из колесницы и пронаблюдала, как Спайк практически выбежал с платформы, словно та в любой момент могла вновь взлететь, затем лёг и протяжно выдохнул, в то же время Рэйнбоу и Спитфайр отдавали приказы кадетам.

"Ну, вот и всё, — подумала единорожка, осторожно приближаясь к дракону. — Я нашла единственную оставшуюся ниточку, тянущуюся к Твайлайт".

Как только кадеты улетели, Дэш приземлилась рядом со Спайком и дружески потрепала его по плечу.

— Вот видишь! Говорила же, что всё будет в порядке!

Дракон ответил не сразу, сначала он сел на задние лапы, а затем, без предупреждения прижал огромной лапой Рэйнбоу Дэш к земле, скрыв её из виду.

— Э-эй! — раздался приглушённый голос пегаски. — Спайк! Отпусти меня!

— Хм. Странно, — произнес дракон, в замешательстве оглядываясь по сторонам. — Такое ощущение, как будто говорит пони, что угрожала сбросить меня вниз.

— Блин! Да я же пошутила! — возмутилась Рэйнбоу. — Хватит уже! Я больше не маленькая кобылка!

Когда Спайк смягчился и отпустил её, пегаска встала и шутливо пнула его.

— Дурак.

Рэрити моргнула, не зная, что и думать. Вот они, дракон из легенд и Рэйнбоу Дэш, обмениваются шутливыми замечаниями, словно обыкновенные друзья. Это... это шокировало, и единорожка невольно задалась вопросом, не то же ли чувствовала Пинки Пай, видя, как Рэрити относится к Твайлайт как к другу, а не как к живой легенде.

В конце концов, пегаска прервала размышления единорожки, приземлившись рядом.

— Вот ты где, Рэрс, — сказала она, похлопывая белую пони по спине. — Дракон Спайк, как я тебе и обещала.

Единорожка шагнула вперёд, намереваясь представиться, но поняла, что ни слова выдавить не может, когда древний дракон приподнялся и, прищурившись, посмотрел на неё, длинный хвост Спайка то и дело метался позади. Подумать только, такое огромное существо когда-то было перепуганным дракончиком в клетке, что белая пони видела во сне.

— Где принцесса Твайлайт Спаркл? — спросил Спайк.

Сразу к делу.

Рэрити моргнула.

— В Вечнодиком лесу, — ответила белая пони и чуть не взвизгнула, когда Спайк встал на все четыре лапы и вытянул шею, чтобы его морда оказалась прямо напротив лица единорожки. Пони застыла на месте, пока он просто оценивающе смотрел на неё.

Дракон принюхался раз, второй, третий и хмыкнул.

— Ты не пахнешь ложью.

Рэрити, всё ещё потрясённая, прочистила горло.

— Мне кажется, что не в моих интересах будет лгать дракону, размером с мой дом.

Спайк ещё мгновение пристально изучал единорожку, прежде чем широко ухмыльнуться, предоставив белой пони великолепный вид на многочисленные острые зубы. После чего дракон откинулся назад, снова сев на землю, и скрестил лапы на груди.

— Не зря ты мне почему-то понравилась, ещё в Рэйнбоу Фоллс, — заключил гигант.

— Видишь?! — воскликнула Дэш, хлопая крыльями. — Я же говорила, что она стóящая пони!

На этой фразе Спайк поднял бровь.

— Но всё же она солгала. Она не знает, где Твайлайт.

— Что?! Знаю! — возмутилась Рэрити. — Она в Вечн...

— А если я прямо сейчас попрошу тебя сходить к ней в библиотеку, сходишь? — перебил дракон, и когда единорожка не нашлась с ответом, гигант снова хмыкнул. — А если ты не знаешь, где она, значит, ты лишь очередная ложная зацепка.

Спайк осмотрелся и облизнулся.

— Пойду поищу какие-нибудь пещеры. Я слышал, что здесь вокруг тонны драгоценных камней.

"Что-ж — подумала Рэрити, не особо и удивившись. — Всё прошло не так как было задумано".

— Эй! Погоди-ка секунду! Никуда ты не пойдёшь! — вмешалась радужная пегаска, взлетев прямо перед лицом крайне невпечатлённого гиганта. — Я тащила тебя с самих гор сюда не для того, чтобы ты отшил её за три секунды! Она правда встречалась с принцессой Твайлайт! У неё есть фот...

Дракон выгнул бровь.

— И?

Рэйнбоу запнулась.

— И... и ты должен помочь ей снять проклятие! Ты же тот, кто знает о нём больше всех, и...

— И я помогу ей справиться с проклятием, которое сам не мог снять за уже тысячу лет беспрерывных попыток. Ну да.

— Да что с тобой, Спайк? — воскликнула Дэш, приземлившись гиганту на морду и притопнув по ней копытом. — Ну?! Если бы она не была проклята, тогда ты...

— Простите!

Дракон и пегаска обернулись к Рэрити, которая, признаться честно, понемногу уже начала уставать от всего происходящего, премного вас благодарю. Единорожка была достаточно умна, чтобы понять, что спор ни к чему не приведёт, и не стоит тратить на него ни своё, ни чужое время.

— Рэйнбоу, хотя я и безмерно ценю твои усилия, я настаиваю, чтобы ты позволила этому мудрому дракону делать то, чего он пожелает.

— Но Рэр...

— Мистер Спайк, — с ослепительной улыбкой продолжала белая пони. — Независимо от того, смогла ли я быть вам полезна или нет, для меня было огромной честью вновь встретиться с вами. Принцесса Твайлайт Спаркл крайне лестно о вас отзывалась, и я искренне надеюсь, что наши пути вновь пересекутся. Я благодарю вас за уделённое время, но, к сожалению, вынуждена откланяться. Меня ждёт Твайлайт.

Закончив монолог, единорожка поклонилась, развернулась и потрусила прочь с высоко поднятой головой.

— П-подожди! — окликнул белую пони Спайк.

Рэрити остановилась, позволив хитрой улыбке украсить губы, затем быстро от неё избавилась и повернулась к дракону, придав лицу самое невинное выражение.

— Да?

— Как это, Твайлайт ждёт тебя? — спросил гигант. — Ты же не знаешь где она.

Единорожка захлопала ресницами.

— Не беспокойтесь, это лишь временное неудобство. Я дала ей слово, что вернусь к ней, и, конечно же, никакое проклятие не помешает мне сдержать его.

Спайк немедленно расплылся в улыбке и указал на Рэрити.

— Ну вот видишь, теперь она не лжёт! — воскликнул дракон, обращаясь к пегаске, прежде чем вновь повернуться к белой пони. — Что бы ты хотела узнать?

Единорожка прижала копыто к груди, не обращая внимание на крайне озадаченное выражение лица Дэш.

— О, мистер Спайк! Рада, что вы спросили.

* * *

За те несколько часов беседы, пока Рэйнбоу Дэш летала в поисках пещеры с драгоценными камнями, Рэрити обнаружила, что Спайк был приятным собеседником. Пони и дракон расположились на равнине, гигант свернулся клубком, позволив кобыле сесть на кончик его хвоста.

— Но это попросту невозможно! — воскликнула единорожка. — Как это, ты не смог вырвать их?

— Знаю, звучит нелепо, но нет никакого способа навредить деревьям в Вечнодиком лесу, — ответил Спайк. — Я пытался их сжечь, заморозить, что угодно. Но магию Дискорда невозможно победить.

— Должен быть способ! — настаивала единорожка. — Помню, что, идя по наитию, я постоянно приходила к древесным волкам, так что, очевидно, если я пойду тем путём, который мне покажется неправильным, то выйду прямо к библиотеке.

Дракон нахмурился.

— Ты думаешь, будучи ещё дракончиком я не попробовал это уже миллион раз? Я проклят уже тысячу лет. Вряд ли ты сможешь придумать что-то такое, чего я ещё не попробовал. Да и не я один. Многие королевские гвардейцы тоже пытались.

— Ты точно уверен, что не можешь просто выкорчевать весь лес? Ради звёзд, просто посмотри на себя! — воскликнула Рэрити, копытом указывая на гиганта. — При желании ты можешь одним движением лапы снести целый дом!

— Хе-хе, ну да, — согласился дракон, и внезапно единорожка поняла, от кого Рэйнбоу Дэш подцепила такую самоуверенность. Затем Спайк покачал головой. — Но только не этот лес!

Белая пони театрально вздохнула.

— Что же нам тогда делать? Если ты не сможешь помочь мне, тогда что ещё я могу сделать? Может, мне вернуться к принцессе Дензе и настоять... — Рэрити прервала мысль, прижав копыто ко рту. — Погоди-ка. Ты... ну конечно же, принцесса Денза о тебе знает! Ты можешь попросить её...

— Нет, — перебил гигант, не дав единорожке договорить. — Я не общался с королевской семьёй уже почти шестьсот лет и планирую продолжать в том же духе.

— Но почему? Из-за проклятия?

— У меня есть на то причины, — кратко ответил Спайк, дав понять, что обсуждение этого вопроса закончено.

— Ну хорошо, — сдалась белая пони. — Но всё-таки, заранее извиняюсь, что говорю это, но мне трудно поверить, что тебе не удалось найти библиотеку, проведя столько времени в Вечнодиком лесу.

Дракону явно не понравилось замечание, его глаза слегка сузились. Однако вместо того, чтобы как-то это обозначить, гигант смягчился и сказал:

— Это из-за Дискорда. Он сказал мне, что перенёс библиотеку из Вечнодикого леса и заточил Твайлайт где-то в Эквестрии.

Рэрити неподобающе для леди фыркнула.

— Да ладно, Спайк. Это же невозможно!

— Именно так я и сказал, — ответил дракон. — Не знаю, проклятие это или сам лес, но библиотеки там просто не было. Словно Дух вправду вырвал дерево из земли и посадил его Селестия знает где.

— Действительно "Селестия знает где..." — повторила единорожка, вздохнула и потёрла лоб. Мгновение спустя на её лице расцвела улыбка. — Ты знаешь, Твайлайт говорит точно так же.

Спайк моргнул.

— Что говорит?

— "Селестия знает где", — вновь повторила белая пони. — Я каждый раз обращала внимание на не самое, понимаешь ли, распространённое выражение.

Спайк улыбнулся.

— Да, так она и говорила. Похоже, от старых привычек так просто не избавиться.

Рэрити замолчала, подняла копыто и потеребила ожерелье.

— А ты... — единорожка подняла взгляд на гиганта. — Ты многое помнишь из детства? О ней?

Дракон ответил не сразу. Казалось, он полностью погрузился в свои мысли, затем нахмурился и ответил:

— Нет.

Единорожка вцепилась в ожерелье.

— Ох... это грустно.

— Кое-что я, конечно же, помню. Какие-то общие моменты, но... большинство хороших вещей со временем забываются. Единственное что врезалось в память, так это всякое плохое. Казалось бы, должно быть наоборот, но... — Спайк на мгновение затих. — Я не помню её голоса или чего-то такого, но... Я помню, что любил её. Этого я никогда не забуду.

Гигант в третий раз замолк и улыбнулся.

— А ещё десятичную систему классификации книг Старсвирла. Она великолепно её в меня вдолбила.

— О звёзды, и в тебя? — воскликнула белая пони, игриво закатывая глаза. — Однажды я ошиблась в одном из классов, и Твайлайт посмотрела на меня так, словно я дважды дала ей пощёчину! И даже не проси меня рассказать про уроки телепортации!

— Ой, прошу, расскажи! — заулыбался Спайк, пристально уставившись на Рэрити.

— Ну, несколько месяцев назад она внезапно помешалась на мысли научить меня Тартаром проклятой телепортации, я словно попала в военный лагерь! Лишь потому, что она освоила её за две недели или около того, она рассчитывала, что я справлюсь в те же сроки!

— Что?! Она тебе так сказала?! — еле сдерживая смех, воскликнул дракон. — Слушай, я мало что помню из тех времён, но Твайли не овладела телепортацией за две недели. Если не вру, ей и трёх месяцев не хватило.

Единорожка выгнула бровь.

— Так-так-так, принцесса Твайлайт Спаркл, оказывается, маленькая коварная лгунья! — пробормотала белая пони, поигрывая ожерельем. — Это будет крайне интересный разговор.

— А что за ожерелье у тебя на шее? — спросил гигант. — Не знаю, обратила ли ты внимание, но оно сломано..

Рэрити закашлялась, а её щеки покраснели.

— Ох, дорогуша! Да, это так. И это весьма прискорбно.

— Я обратил внимание, что ты постоянно хватаешься за него, когда говоришь о Твайлайт, — продолжал Спайк, не сводя глаз с треснувшего кристалла. — Ты постоянно это делаешь. Немного отвлекает, знаешь ли.

Румянец на щеках единорожки усилился.

— Ох, я не замечала! — призналась белая пони, ощутив себя довольно неловко. — Хотя не удивительно. Раньше оно было зачаровано так, что я могла, эм-м-м, мысленно с ней общаться. У неё точно такое же в библиотеке.

Дракон нахмурился.

— Погоди, погоди, я что-то такое помню! Это одно из заклинаний, над которым она работала! Я помню его, потому что нам не удалось заставить его работать со мной, потому что у меня нет магии пони.

Гигант замер, немного откинулся назад и посмотрел на белую пони так, словно видел её в первый раз.

— Хм. Похоже, ты и вправду ей очень нравишься.

Рэрити поигралась с завитком гривы.

— Эх... думаю, да, — уклончиво ответила единорожка. Затем прочистила горло и продолжила. — К сожалению, как ты заметил, ожерелье сломалось какое-то время назад, заклинание развеялось, и мы по глупости не наложили его заново.

Белая пони опустила взгляд на ожерелье и почувствовала, как защемило сердце.

— Это единственное, что у меня от неё осталось.

— Да... — непривычно подавленно произнёс Спайк. — Я знаю, каково это. Я...

— Рэрити!

Единорожка обернулась, увидев вдалеке Эпплджек, которая приветственно им махала. Белая пони посмотрела на небо и только в этот момент заметила, что почти стемнело.

— Ох, солнце заходит! Время просто летит! — воскликнула Рэрити, махая яблочной пони в ответ. — Боюсь, что мне пора идти. Это моя подруга...

— ЭйДжей, верно? Рэйнбоу рассказывала мне о твоих друзьях, — произнёс дракон, глядя поверх единорожки на земную пони, ждущую вдалеке. — Они ведь помогают тебе найти Твайлайт?

Белая пони лучезарно улыбнулась.

— Всё верно! — воскликнула Рэрити, соскакивая с хвоста гиганта. — Мы тут все в одной лодке, так ведь?

Дракон улыбнулся единорожке.

— Да. Я подожду Рэйнбоу тут. Главное, не забудь вернуться за мной, если найдёшь Твайлайт, хорошо?

— Конечно, — ответила белая пони, склонив голову, прежде чем отправиться к Эпплджек. — До завтра!

Когда Рэрити приблизилась к Эпплджек, то обратила внимание, что Флаттершай нигде не было. Разве пегаска не должна была пойти с ними? Или она уже ждёт около Вечнодикого леса?

— Эпплджек! Мы готовы?

Яблочная пони улыбнулась во весь рот, на её шее висел фонарь.

— Ждём только тебя, сахарок. А этот твой дракон здоровенный. Он что, правда...

— Дракон из легенды? — единорожка кивнула. — Может, завтра, когда я пойду навестить его, присоединишься ко мне? Он ужасно мил, и я уверена, что он будет рад знакомству.

— Звучит неплохо, — Эпплджек прочистила горло и развернулась, направляясь к лесу. — Кстати, одна из маленьких зверушек Флаттершай некисло так приболела, так что сегодня её с нами не будет.

— Ох, прискорбно...

В любое другое время Рэрити предложила бы подождать до завтра, чтобы Флаттершай смогла к ним присоединиться, но желание увидеть, что они придумали, было слишком сильным. Поэтому белая пони и фермерша продолжили путь к лесу, ведя непринуждённую беседу.

— А эта замануха для туристов! Им должно быть стыдно так наживаться на принце...

— Рэрити, это очень интересно, — перебила единорожку Эпплджек, явно совсем не заинтересованная. — Но посмотри-ка лучше вон туда.

Белая пони посмотрела перед собой, осознав, что они уже почти достигли леса. Однако, если тут и было что-то интересное, то оно явно было скрыто. Чуть погодя Рэрити смутно узнала дерево, на котором нацарапала своё имя. Кобыла потрусила к нему поближе, и сердце единорожки забилось быстрее, когда она увидела своё имя, светящееся поверх коры.

— Так и думала! — восторженно воскликнула Рэрити, бросившись к дереву, чтобы поближе рассмотреть это чудо.

— Древесный волк напал на меня на прошлой неделе, когда я искала библиотеку, — объяснила Эпплджек, достав лапу из седельной сумки. — Тварь оцарапала дерево, промахнувшись мимо меня, и оставила на коре большие светящиеся следы, вот откуда у нас и появилась эта мысль.

Яблочная пони, используя один из когтей, провела линию по коре.

— Кажется, кроме этого на деревья больше ничего не действует.

— Верно, Спайк сказал, что ни магия, ни грубая сила не способны повредить лесу, — хитрая улыбка расцвела на лице белой пони. — Но, похоже, Дух не думал, что его собственную магию можно обратить против него самого.

— Тпру, кобылка, ты ещё не видела главного! — улыбнулась фермерша, убрала коготь, поправила шляпу и потрусила вдоль лесной чащи. — Поспешим! Гарри уже заждался!

Подруги трусили ещё около десяти минут, прежде чем единорожка увидела медведя за пределами леса, деловито копающегося в улье, который он держал передней лапой. Кажется, это один из друзей Флаттершай?

— Гарри! — позвала Эпплджек, и медведь незамедлительно поднял голову, взревел и направился к ним. — Рэрити, это вот Гарри.

Представив медведя, фермерша продолжила:

— Последние несколько недель он ходил с нами в лес. Хочу заметить, что древесные волки были не очень рады его компании.

— Приятно видеть тебя здесь, с нами, Гарри, — поприветствовала медведя Рэрити, ощутив, что поход в лес теперь не кажется таким опасным. После чего белая пони повернулась к Эпплджек, сгорая от нетерпения начать... чего они там запланировали. — Дорогуша, каков наш план действий?

Фермерша кивнула в сторону дерева.

— Смотри.

Единорожка сделала, как было велено, подошла ближе к дереву и заметила снизу светящийся рисунок. На дереве светилась цифра один и стрелка, указывающая вглубь леса.

— Секундочку... — Рэрити обошла дерево и, взглянув на следующее, поняла, что оно отмечено цифрой два и стрелкой, указывающей на следующее дерево с цифрой три, а затем и четыре, пять, шесть...

— Вы... — сердце белой пони было готово выпрыгнуть из груди, она повернулась к Эпплджек. — Вы не...

— Мы добрались до пятисотого дерева, — похвалилась яблочная пони, вновь достав лапу древесного волка. — Мы с Флаттершай меняемся каждую ночь. Это, конечно, займёт много времени, но всяко лучше, чем вслепую бродить в надежде наткнуться на библиотеку.

Эпплджек протянула оторванную лапу единорожке, которая не могла сдержать дрожь, принимая конечность.

— Давай-ка ты сегодня поведёшь.

Рэрити в лёгком шоке кивнула, и счастливая улыбка расцвела на её губах, затем она повернулась к дереву и последовала по отметкам, со всех сил сдерживаясь, чтобы не пуститься галопом. Единорожка неслась мимо цифр, проскакивая мимо десятков деревьев и отметок. Когда белая пони преодолевала очередной рубеж, знакомая из прошлого слабость возвращалась и уходила, но кобыла усилием воли не обращала на неё внимания, сосредоточившись на реальных цифрах и отметках, что были настоящей и единственной ниточкой надежды за последние месяцы.

К сожалению, к тому времени как Рэрити добралась до того места, где закончили работу Эпплджек и Флаттершай, единорожка начала думать, что не сможет сделать дальше ни шага.

— Конские яблоки, я ж говорила тебе притормозить, — пожурила белую пони фермерша, наблюдая, как та, прислонившись к дереву, пытается отдышаться.

— Звёзды небесные, вы каждую ночь столько ходите? — спросила Рэрити, отходя от дерева и разминая конечности. — Такими темпами проще будет взять с собой палатку и спать прямо в лесу!

— Ну, много деревьев мы не пометим, если ты продолжишь тут стоять и ныть, — с улыбкой подметила яблочная пони. — Пошла, кобылка!

— Прощения просим, но я не ною! Я лишь высказываю разумные предложения! — возмутилась единорожка.

Белая пони направилась к следующему дереву и продолжила работу подруг, пытаясь не думать о том, что Вечнодикий лес, должно быть, состоит из миллионов деревьев. Не помогал и тот факт, что они до сих пор не нашли чего-нибудь знакомого, как надеялась Рэрити. Если бы они наткнулись на один из заброшенных домов, это, по крайней мере, подсказало бы им, что они уже близко.

Однако через несколько часов, пару сотен деревьев и двух пугающих инцидентов, когда Гарри оторвал пару десятков сучков у древесных волков, единорожка наткнулась на нечто определённо странное, иначе и не скажешь.

— Что это?

Перед ней находилось то, что можно было описать только как огромную, кажущуюся бесконечной, дыру. Белая пони подбежала к ней и осторожно заглянула через край. Эпплджек сделала то же самое и посветила вовнутрь фонарём, казалось, что глубина дыры по меньшей мере километр.

— Провалы Вечнодикого леса, — слегка попятившись, ответила яблочная пони. — Фриттер Коблер в своих дневниках писал о них.

— Как думаешь, насколько они глубокие? — поинтересовалась единорожка.

Фермерша огляделась, подобрала с земли ближайший камень и скинула его в яму, подруги проводили камень взглядом.

— Я бы сказала, настолько глубокие, чтобы я не чувствовала себя комфортно, находясь рядом с ними, — отметила Эпплджек.

После нескольких секунд ожидания звука удара о дно, которого так и не последовало, яблочная пони повернулась к следующему неотмеченному дереву.

— Ну лады, продолжим! Деревья себя сами не пометят!

Рэрити, однако, была словно зачарована этим провалом. Почему, во имя Эквестрии, он здесь? Единорожка оббежала его по кругу, и чем дольше она на него смотрела, тем больше неуверенности чувствовала. Словно какой-то пони вырезал идеально круглое отверстие и вытащил оттуда землю.

— Эпплджек, — позвала подругу белая пони. — Ты говоришь, что Фриттер Коблер видел их?

Фермерша кивнула.

— Агась. В дневниках он писал, что по всему лесу они десятками раскиданы.

Рэрити нахмурилась и закусила губу. Десятками? Чушь какая-то! Единорожка тысячу раз бывала в лесу и только сейчас увидела один из провалов! Да она же практически весь день провела в лесу, когда искала Элару, прежде чем её прокля...

Белая пони попятилась, распахнув глаза от удивления.

— Эпплджек, ещё вопрос, — осторожно спросила Рэрити, пытаясь выровнять дыхание. — Эти провалы. Он упоминал о них до того, как был проклят, или после?

— После, — ответила заинтригованная яблочная пони, приблизившись к подруге. — А что?

Сердце единорожки начало бешено стучать, колотясь о рёбра. В памяти всплыл разговор со Спайком.

"Это из-за Дискорда. Он сказал мне, что перенёс библиотеку из Вечнодикого леса... не знаю, проклятие это или сам лес, но библиотеки там просто не было. Словно Дух вправду вырвал дерево из земли и посадил его Селестия знает где".

И разве библиотека не располагалась в центре идеально круглой впадины?

Лапа упала на землю, белая пони отступила на несколько шагов.

— Рэрити? — встревоженно спросила Эпплджек. — Что случилось? Что-то не так?

Казалось, разум единорожки застыл. Иллюзия. Она смотрела на неё, прямо в середину, зная, что существует очень даже большая вероятность, что она стоит напротив библиотеки. Белая пони попятилась назад, ещё и ещё, а затем молча ринулась вперёд.

— Рэрити! — крикнула фермерша, потянувшись за лассо. — Какого сена ты творишь?!

Единорожка, достигнув края ямы, ни секунды не думая, прыгнула прямо в середину, игнорируя испуганный возглас подруги и даже Гарри. Она летела копытами вперёд, пролетев поверхность земли, а затем с глухим стуком упала на воздух, в это время лассо Эпплджек, вместо того чтобы намертво затянуться, свободно обвилось вокруг туловища белой пони.

— Ну, — замерев и уставившись на Рэрити, произнесла фермерша. — Вот так да.

Единорожка, в свою очередь, была слишком заворожена тем фактом, что нижняя часть её тела словно исчезла. Белая пони высвободилась из лассо, а затем медленно и осторожно подняла копыто и направилась к центру провала.

Вот только, к её разочарованию, Рэрити добралась до другой стороны, ни на что не наткнувшись.

— Не здесь, — прошептала единорожка, а затем повернулась к Эпплджек и Гарри. — Скорее!

Белая пони выбралась из провала, осмотрелась и бросилась к выроненной лапе древесного волка. Подняв её, Рэрити помчалась к следующему дереву, отметила его, после чего перешла к следующему и следующему и так далее, её телом двигал адреналин, бурлящий в крови.

В конце концов, когда они дошли до следующего провала, Рэрити не стала в него прыгать.

— Что-то не так? — спросила фермерша, подметив замешательство единорожки. — Думаешь, этот настоящий?

Белая пони покачала головой.

— Нет, это, должно быть, очередная иллюзия, — Рэрити посмотрела на подругу. — Тебя не мутит?

Эпплджек выгнула бровь.

— Мутит? Да я чувствую себя как свежее яблочк... хм.

Белая пони пробежала мимо провала к следующему неотмеченному дереву.

— Поспешим!

Единорожка не знала, сколько прошло времени, и не считала, сколько ещё деревьев пометила, да и ей было всё равно, ночь ещё не кончилась. Наконец странная тошнота вернулась, и надежда многократно усилилась, когда Рэрити увидела очередную яму. Белая пони тут же перестала отмечать деревья и направилась прямо к провалу, пока её самость вела борьбу между чувством, что она идёт правильным путём и в то же время совершенно неправильным.

— Вот она, — произнесла Рэрити, когда дошла до края провала, сердце вновь заколотилось в груди, а все другие чувства заглушило непреодолимое желание развернуться и уйти. Кобыла ходила вокруг, не сводя глаз с центра. — Я точно знаю, это она.

Эпплджек вновь достала лассо, размотала его и бросила конец единорожке.

— Обмотайся. Незачем рисковать.

Белая пони сделала, как было велено, крепко обвязав верёвку вокруг тела, прежде чем подтрусить к краю провала. Казалось, каждая косточка в её теле отбивает чечётку, и хотя она прыгнула в прошлую бездонную яму без малейших колебаний, теперь же...

Если она была права...

Но если же не права...

Рэрити глубоко вдохнула. В конце концов, она и Твайлайт ждали уже слишком долго.

Единорожка сделала пару шагов назад, с благодарностью отвечая на ободряющую улыбку яблочной пони, а затем поскакала вперёд, прыгнула, и как и в прошлый раз приземлилась прямо на воздух. Однако, стоило копытам Рэрити коснуться поверхности, невыносимая головная боль заставила белую пони пасть на колени.

— Рэрити! Что случилось?!

Единорожка уткнулась головой в копыта, закрыла глаза и издала самый неподобающий для леди стон. Мгновение спустя она заставила себя встать и открыть глаза; кобыла тут же в страхе вскрикнула, увидев, как десяток древесных волков окружают провал.

— Эпплджек?! — позвала белая пони, не обнаружив подругу. Поискам не помогало ощущение, будто её голову зажали в тиски, а ещё то, что пони не ощущала и не видела лассо вокруг тела. — Э-Эпплджек, где ты?!

— Где я? Какого сена ты несёшь?! — донёсся откуда-то голос фермерши. — Ты же смотришь прям на меня!

“Галлюцинации!”

— У меня... У меня галлюцинации! Просто... дай в себя прийти! — объяснилась единорожка. Она повернулась и сосредоточилась на центре провала, подняла копыто и шагнула вперёд, но как только Рэрити это сделала, боль усилилась. Пони вновь упала на колени и закусила губу, чувствуя, как слёзы катятся по щекам.

— Рэрити.

Глаза единорожки распахнулись, и она подняла взгляд, обнаружив, что древесные волки исчезли, а на краю провала стоит принцесса Твайлайт Спаркл, безразлично изучая белую пони.

— Рэрити, — вновь произнесла принцесса. — Зачем ты это делаешь? Я не хочу, чтобы меня спасали.

Единорожка издала сдавленный смешок.

— А, п-принцесса... л-ложь, тебе... — белая пони застонала. — Л-ложь тебе не к лицу.

— Отчего тогда решила, что тебе к лицу одержимость героизмом? — спросила Твайлайт, а точнее, её иллюзия. — Отчего думаешь, что сможешь спасти меня?

Собрав в копыто всю оставшуюся волю, Рэрити поднялась с колен.

"Ох, дорогуша, — подумала единорожка, поднимая копыто и делая очередной шажочек. — Ошибаешься. Не я спасу тебя, ты сама спасёшься".

Аликорн нахмурилась, её крылья расправились, и она топнула копытом.

— Я же говорила тебе! Я не хочу, чтобы меня спасали!

Белая пони же, стиснув зубы, сделала ещё один шаг.

“Ты, может, и не хочешь, а настоящая Твайлайт, очень даже”.

Собрав все силы, Рэрити что было мочи сорвалась в галоп, не обращая внимания ни на протесты принцессы, ни на заполнившие воздух завывания древесных волков. Единорожка неслась вперёд, пока со всего размаху не врезалась во что-то и не упала на землю.

Мгновение белая пони лежала, пытаясь отдышаться и восстановить самообладание. Звук голоса подруги побудил единорожку к действию, а ещё тот факт, что головная боль почти полностью исчезла.

Это значит...

Время, казалось, остановилось. Боль ушла. Видения исчезли. Но что, если она обернётся, а дерева там не будет?

— Рэри...

— Да! Я в порядке! — отозвалась единорожка, встав на копыта. — Дай минутку, я...

Белая пони прервалась, её взор был прикован к теперь видимой земле. Дыхание кобылы сбилось, а глаза наполнились слезами, когда она подняла глаза и увидела перед собой большой дуб, который уже и не надеялась найти. Должно быть, сон, сейчас она проснётся и обнаружит себя в Холлоу Шейдс.

Но если это и был сон, тогда ей хотелось бы дойти до конца, прежде чем проснуться.

Ведомая одним лишь этим желанием, Рэрити распахнула люк, скинула лассо и бросилась вниз по лестнице, не обращая внимания на оклики Эпплджек. Когда единорожка вступила в тоннель, она замерла не только от вида освещённого входа в библиотеку вдалеке, но, как и много раз прежде, от вида принцессы Твайлайт Спаркл, что стояла у барьера, навострив ушки.

Ни одна из них не произнесла ни слова.

Они смотрели друг на друга, и в глубине души белая пони задавалась вопросом, не о том же ли думает сейчас Твайлайт, что всё это сон, иллюзия, что неизбежно растает и обернётся тщетной надеждой.

Рэрити заставила себя двигаться вперёд, медленно и размеренно, пока что-то не хрустнуло под копытом. Единорожка отвела взгляд от принцессы и обнаружила остатки часов и календаря, при помощи которых принцесса отмеряла течение времени. Почти бессознательно белая пони подобрала выброшенные вещи магией и аккуратно поставила их в стороне, прежде чем вернуть взгляд на аликорна и продолжить путь.

Лишь когда единорожка оказалась у барьера, Твайлайт отступила, позволив Рэрити окунуться в свет канделябра и почувствовать облегчение, бесконечное облегчение от того, что она наконец-то вернулась домой. Две кобылы смотрели друг на друга, а весь мир превратился в размытое пятно.

— Прости, Твайлайт, — с извиняющейся улыбкой прошептала белая пони, слёзы стояли в глазах. — Долго пришлось ждать?

Как и у Рэрити, глаза принцессы наполнились слезами, а ушки прижались в голове.

— Как... — аликорн посмотрела на ожерелье единорожки. — Как долго тебя...

— Всего несколько месяцев. Самых долгих месяцев в моей жизни, — ответила Рэрити, и даже сквозь слёзы она увидела облегчение в глазах Твайлайт. Три месяца ничто по сравнению с годами.

Но... но облегчение в глазах аликорна было недолгим, слёзы и печаль вернулись и усилились, а взгляд принцессы всё был прикован к ожерелью, пока она пятилась назад.

— Твайлайт...

— Я...

Аликорн не договорила и наконец подняла взгляд.

— Я не могу обнять тебя, — беспомощно прошептала принцесса, и единорожка подумала, какая же это глупость, ведь что такое объятья по сравнению с тем, что принцесса уже держала в своих копытах всё то, чем Рэрити была, есть и когда-либо будет.

— Ох, дорогуша, знаю, — утешила белая пони, затем шагнула вперёд, подняла копыто и очертила им воздух около щеки Твайлайт.

Это снедало Рэрити. Снедало, потому что единорожка тоже хотела броситься к аликорну, держать её, целовать и обнимать, чтобы точно знать, что кошмар по-настоящему закончился, но белая пони не могла.

— Рэрити, я не... — принцесса пыталась выдавить из себя слова в тщетных попытках восстановить дыхание. — Я не...

— Твайлайт, заклинание связи, — нежно перебила единорожка, прижимая копыто к ожерелью. — Давай попробуем заклинание связи. У тебя осталось ожерелье?

Глаза аликорна расширились после дрожащего кивка, она телепортировалась и вернулась обратно через несколько секунд с парящим рядом ожерельем.

— Т-ты ещё п-помнишь, как... — принцесса не договорила, увидев, как белая пони с кивком окутала магией кристалл, висящий на шее.

Сердце в груди Рэрити пустилось в пляс, она ждала, пока Твайлайт досчитает до трёх, прежде чем наложить начальное заклинание связи. Следуя правилам заклинания, единорожка полностью погрузилась в мысли о аликорне, как сильно по ней скучала и как...

Динь!

Глаза белой пони распахнулись, и дрожащий смешок сорвался с её губ при виде ярко светящегося розового ожерелья. Сработало!

На мгновение воцарилась тишина, пока принцесса её не прервала, спокойно сказав:

— Рэрити, не исправить заклинание при первой же возможности было самым глупым поступком на свете.

— Абсолютно точно, — выпалила Рэрити. — Да. Согласна. Да. Крайне легкомысленно с нашей стороны, да.

— Невероятно бездумно.

— Ну, похоже, что любовь и вправду делает из умных пони — идиоток, так? — пошутила единорожка, и когда Твайлайт не смогла удержаться от смеха, единорожку захлестнула волна облегчения.

“О звёзды, кошмар и вправду закончился?”

— Иии-ха!

Белая пони обернулась, и запыхавшаяся Эпплджек вошла в библиотеку, осев на круп и вздыхая.

— Если я больше в жизни не увижу этих треклятых видений, то умру счастливой кобылой, — пробормотала фермерша, снимая шляпу и вытирая лоб. Яблочная пони подняла глаза и чуть не подпрыгнула на месте при виде таращившегося аликорна. — Принцесса Твайлайт!

— Э-Эпплджек...

— Принцесса, если б ты не была призраком, я б тебя обняла. Не могу словами передать как... а знаешь что? Катись оно всё в Тартар, — сказала фермерша, подойдя и обняв аликорна, копытами пройдя прямо сквозь грудь принцессы. — Как же я рада тебя видеть.

Фраза Эпплджек пробудила в Рэрити мысль.

— Мне надо идти, — сказала единорожка, отступая назад.

Реакция аликорна была немедленной, выражение её лица в мгновение ока сменилось с радости на испуг.

— Что?! Но ты же только что вернулась! — ахнула Твайлайт и внезапно окутала всё тело белой пони магией, лишив её возможности двигаться. — Ты не можешь снова меня бросить! Я ждала тебя...

— Я знаю, дорогуша, знаю, знаю, — перебила принцессу Рэрити, пытаясь её успокоить. — Но тебе не кажется, что Спайк ждал даже дольше, чтобы тебя увидеть?

Глаза аликорна распахнулись, а магия развеялась, когда она прошептала:

— Что?

Единорожка повернулась к фермерше.

— Эпплджек, мне надо...

— Не боись, подруга, — перебила яблочная пони, надевая шляпу обратно. — Я останусь с принцессой.

С кивком и улыбкой Рэрити повернулась и побежала по тоннелю, затем практически взлетела по лестнице и бросилась к краю ямы, но через мгновение замерла, услышав громкое уханье. Единорожка обернулась, и улыбка расцвела на её лице при виде двух знакомых сов, сидящих на медведе Гарри и смотрящих на неё своими огромными глазами.

Темис отреагировал первым, устремившись к кобыле и поприветствовав, заключив лицо белой пони в пернатые объятия.

— Темис, дорогуша, я тоже безумно рада тебя видеть, вот только я ничего не вижу! — воскликнула Рэрити, воспользовавшись магией, чтобы освободиться из пернатого плена. Единорожка обнаружила Элару, что летала кругами, терпеливо ожидая просьбы.

— Пожалуйста! — окликнула сову белая пони. — Мне нужно попасть в Понивилль!

Элара ухнула, и Рэрити помчалась за ней, Темисом и Гарри, ожерелье подпрыгивало на груди кобылы. Вечность спустя единорожка наконец добралась до города, который только-только начал просыпаться с первыми лучами солнца. Владельцы магазинов открывались и приветствовали белую пони, что скакала мимо прилавков, разум кобылы был слишком занят заклинанием связи, и как только она добежала до равнины, раздался знакомый "динь".

Рэрити остановилась и набрала полную грудь воздуха, пытаясь справиться со слиянием разумов после такого большого перерыва. Мысли метались в голове, как принадлежащие единорожке, так и принцессе, но все они затихли, как только взгляд белой пони остановился на драконе вдалеке.

Кобыла вновь начала идти, но у неё было ощущение, будто не она управляет конечностями. Единорожка охотно подавила свои мысли, молча позволив своей возлюбленной следовать за своими желаниями. Чем ближе белая пони подходила, тем больше она различала в темноте, и хотя Спайк...

Спайк.

И хотя дракон, по всей видимости, спал, Рэрити увидела Рэйнбоу Дэш, сидящую около костра, очевидно, бодрствующую, и в свою очередь пегаска заметила её.

— Рэрити? Рэрити! — крикнула Рэйнбоу, вставая и подбегая к подруге, и как странно на мгновение было задуматься, а кто собственно такая эта пегаска.

— Рэрити! Сейчас обидку в тебя кину! — сказала пегаска, подойдя к кобыле и ткнув её в грудь. — Совести у тебя нет! Я буквально прилетела сюда на двенадцатиметровом драконе ради тебя, а ты даже не подождала меня, типа, пару часов, прежде чем убежать в...

Дэш замолкла и прервалась, затем слегка попятилась, выгнув бровь.

— Погоди, ты чего плачешь? Что... — пегаска вновь притихла, когда её взгляд упал на светящееся ожерелье. — А.

Белая пони молча моргнула и перевела взгляд на дракона.

Рэйнбоу посмотрела на Спайка.

— Ой, — затем вновь повернулась к единорожке. — Спайк. Эй, Спайк. Спайк!

Увидев, что крик не возымел эффекта, пегаска разбежалась и помчалась на дракона, ударив по нему передними копытами.

— Спайк, просыпайся! Подъём!

Гигант застонал и перекатился на другой бок, попутно чуть не задавив пегаску. Однако теперь он лежал лицом к подругам, и стало слышно, как он от чего-то отнекивается.

— Нет, Твайлайт, я не хочу больше читать, — сонно пробормотал Спайк. — Я хочу съесть ещё пирожных...

Рэрити упала на круп, её передние копыта взлетели ко рту, а глаза вновь наводнили слёзы. Шок, который испытала принцесса, сливался в душе единорожке с её собственным, и ей не хотелось избавляться от него, потому что она ждала этого так же сильно, как и Твайлайт.

— Спайк! Спайк, проснись! — настаивала Рэйнбоу, взлетев в воздух и приземлившись гиганту прямо на голову. — Твайлайт здесь! Хм, или Рэрити? Да пофиг, просыпайся уже, ленивый мешок с чешуёй, или я...

Очередной стон прервал пегаску, и наконец глаза дракона открылись. Гигант поднял лапу и, игнорируя удивлённый возглас пегаски, схватил её.

— Рэйнбоу, — пробормотал Спайк, поставив радужную пони на землю и подняв голову, чтобы пристально посмотреть на неё. — Ещё даже не утро.

Затем взгляд дракона упал на единорожку, что всё ещё сидела на земле и таращилась на него, теперь, казалось, гигант окончательно проснулся, поднёс к белой пони лицо и прищурился.

— Рэрити?

Единорожка поднялась и медленно направилась к гиганту. Кобыла остановилась рядом с мордой Спайка, а затем опасливо подняла копыто и погладила кончик его морды. Как только "Рэрити" это сделала, она попятилась назад, ей казалось, что из лёгких пропал весь воздух, и с губ пони сорвался сдавленный всхлип.

Спайк непонимающе уставился на белую пони.

— Э-э...

— Ожерелье, Спайк! — выпалила Рэйнбоу, взлетая и приземляясь дракону на голову. — Ожерелье светится!

Гигант немедленно выпрямился и уставился на Рэрити так, словно она была призраком. Глаза дракона метались между единорожкой и пегаской.

— Она... ты... Она меня слышит?

— Да, — кивнув, ответила белая пони, поднимая копыто и прижимая его к ожерелью. — Она видит и слышит тебя.

Спайк, на мгновение растерялся, затем посмотрел в сторону костра и схватил седельную сумку.

— Рэйнбоу, где... — гигант практически разорвал сумку, рассыпав содержимое по земле, затем откинул её и подхватил что-то с земли. Словно ребёнок, дракон прижал сжатую лапу к груди, прежде чем положить к копытам Рэрити изумруд в форме сердца.

Который признали оба разума в единорожке.

— Это... Дискорд дал мне его давным-давно. Это последнее, что у меня осталось от Твайлайт, — объяснил Спайк ровным голосом. — Скажи что-нибудь, что только она знает о нём. Пожалуйста.

Рэрити подобрала драгоценность копытом, внимательно осмотрела её и вспомнила что это, не то чтобы Твайлайт когда-либо забывала. Улыбка озарила лицо единорожки, когда она посмотрела на дракона блестящими от слёз глазами и воскликнула:

— Не проблема, верится мне, что это её самый любимый из всех когда-либо полученных подарков на день Согревающего Очага. Кажется, ты подарил его на каникулах в Троттингеме?

Что это было за зрелище, видеть, как плачет тысячелетний дракон.

Крупные слёзы выступили на глазах гиганта, скатились по щекам и упали на землю. Спайк сглотнул, его рот несколько раз открылся и закрылся, на мгновение Рэрити ощутила, как сознание Твайлайт отступило, терпеливо дожидаясь реакции дракона.

— Спайк? — поинтересовалась Рэйнбоу, когда тишина затянулась. — С тобой всё... ой!

Дракон припал к земле, склонил голову к единорожке и зажмурился.

— Прости меня, — произнёс гигант, его голос звучал так по-детски. — Прошу, скажи ей, что я сожалею.

Рэрити попятилась, прижав ушки к голове.

— Сожалеешь? — переспросила пони, и обе части её сознания были в ужасе от этих слов. — О чём, Спайк?!

— Прости меня, — повторил дракон, всё ещё не открывая глаз. — Разве... разве Твайлайт не зла на меня за то, что я не нашёл её? Я так подвёл её!

Два сердца разбились от этих слов, слияние разумов лишь усилило это чувство. Однако прежде чем кто-то успел вымолвить хоть слово, пегаска приземлилась перед Рэрити, совершенно подавленная.

— Нет, нет и нет! Не слушай его! — выпалила Рэйнбоу, схватив плечо единорожки и встряхивая её. — Рэрити, принцесса Твайлайт, кто бы там ни был, пожалуйста, послушайте! Он никогда не переставал искать, клянусь! Даже когда я была кобылкой, он... Вы слышали о деревьях, растущих в Белохвостой Чаще?! Весь лес был выкорчеван с корнем, а потом посажен заново, и не один пони не мог сказать почему!

Пегаска со слезами на глазах копытом указала на Спайка.

— Так это был он! Он искал подземную библиотеку! Он ни единого дня не переставал искать! Именно он причина, по которой я присоединилась к Вандерболтам! Он причина, по которой я положила жизнь, чтобы стать самым молодым капитаном! Всё, чтобы помочь ему! — Дэш повернулась к дракону и топнула копытом. — Никого ты не подвёл! Ты мой герой, и должен стать героем для принцессы Твайлайт Спаркл!

Не сказав ни слова пегаске, Рэрити прошла мимо неё, прямо к Спайку, и снова коснулась копытом его морды.

— Ох, милый, — прошептала белая пони, и гигант наконец раскрыл покрасневшие глаза. — Она на тебя не злится. Она любит тебя больше, чем ты можешь себе представить.

Дракон, словно в детстве, со слезами на глазах прошептал:

— Я тоже её люблю.

Единорожка рассмеялась, вытирая слёзы.

— Она знает, и... — белая пони отступила чуть назад и подняла переднее копыто. — Если ты не против, ей очень хотелось бы обнять тебя.

Не прошло и мгновения, как лапа гиганта обвилась вокруг Рэрити, позволив ей обнять ту часть морды дракона, что она смогла обхватить копытами, общие слёзы единорожки и аликорна падали на чешую Спайка.

В глубине души Рэрити понимала, что многое ещё впереди, и самая тяжелая битва ещё не выиграна, но сейчас? Сейчас она была довольна неземным ощущением, что, казалось, бесконечный кошмар наконец по-настоящему закончился.

## — Глава 33 — Совместные воспоминания

[Изображение: https://i.imgur.com/c69LM4j.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/gR46ADE.png]

Для Рэрити ситуация была странной — в кои-то веки нетерпеливо ждать кого-то на вокзале. Рядом с ней парил большой стаканчик кофе, купленный из-за того, что единорожка так и не ложилась спать с момента воссоединения со Спайком несколькими часами ранее. С другой стороны, не то, чтобы этот кофе был необходим, она и без того чувствовала себя бодрой.

В конце концов, утро было достаточно хлопотным: сначала пойти к Черили домой и отпросить с уроков Скуталу, Свити и Эппл Блум по семейным обстоятельствам, разбудить Флаттершай, настояв, чтобы та без лишних вопросов собрала Меткоискателей и вместе с ними дожидалась Рэрити около леса, а уж потом сходить на станцию и встретить первый поезд с Пинки на борту.

И тут наконец беспечная улыбка озарила лицо единорожки при виде далёкого поезда, катящего к станции. Когда она ходила к Флаттершай, то спрятала ожерелье, теперь же быстро достала его из седельных сумок и надела. Затем дождалась, когда поезд остановился, и обнаружила пони, с такой же беспечной улыбкой машущую ей из окна, забавно прижавшись мордочкой к стеклу.

— Привет, Рэрити! — воскликнула Пинки, выпрыгивая из вагона, перемётные сумки хлопнули по бокам розовой пони. — Ты уже виделась со Спайком?!

— Ещё как! — с лучезарной улыбкой ответила единорожка, выпячивая грудь в попытке придать ожерелью побольше выразительности. — И доброго утра! Хорошо спалось?

Розовая пони покачала головой.

— Не-е-е, не очень. Записать все вопросы принцессы Луны заняло намно-о-ого больше времени, чем я думала, даже после того, как принцесса заставила профессора Эйва мне помочь!

Земнопони рассмеялась, осмотрелась, будто желая убедиться, что никто их не подслушивает, и перешла на шёпот:

— Она пригрозила профессору, что перестанет посещать его сны, если он не поможет.

Пинки подпрыгнула на месте и словно зайчик поскакала прочь.

— Ну-у-у? Мы сразу пойдём к Спайку?!

— Да, пойдём, но, боюсь, не сразу, — ответила Рэрити, притягивая скачущую пони назад магией и усаживая перед собой. — Нам надо ещё кое-кого навестить.

Ушки Пинки опустились.

— Но Рэ-э-эрити! Я весь вчерашний день прождала-а-а! Может, твой кое-кто пойдёт с нами, и мы... все вместе...

Розовая пони прервалась, не в силах оторвать взгляда от ожерелья на шее единорожки. Медленно она наклонилась так, что кончик носа коснулся ожерелья, прежде чем резко выпрямиться, подсесть к ухмыляющейся пони и громко прошептать:

— Рэрити?

— Да, дорогуша? — произнесла единорожка, с трудом сдерживая смех.

— Тут, м-м-м, кой-чего, что тебе правда-правда надо знать, — продолжала Пинки, окидывая подозрительным взглядом прохожих. — Твоё ожерелье снова светится розовым!

— Ой! Совсем позабыла! — невинно воскликнула Рэрити. — Да, мы с Твайлайт сегодня ночью восстановили заклинание связи в библиотеке.

— А, ну тогда ладно, — произнесла Пинки, всё ещё громким шёпотом. Мгновение тишины, а затем розовая пони чуть не сшибла единорожку с ног, с трудом сдержавшись в последний момент. — ЧЕГО?!

Земнопони отскочила назад, впечатав копыта в землю.

— Значит, ты...

— Развеяла проклятие? — спросила Рэрити, кивнув головой, не в силах больше сдерживать самодовольную улыбку. — Конечно.

— Ложечки-кошечки, Рэрити! Ты справилась! Справилась с проклятием! — кричала Пинки, подпрыгивая вверх-вниз, словно кобылка, нализавшаяся сахара. — Стоп!

Розовая пони прекратила скакать на месте и прищурилась.

— Быстро... Слишком быстро. В моих книжках плохие штуки случаются, когда ты делаешь хорошие штуки слишком быстро. О нет! — земнопони ахнула и в испуге отскочила. — А что, если ты справилась с проклятием слишком быстро, и мы такие начнём праздновать, и всё для того, чтобы случилось что-то совсем УЖАСНОЕ, а затем ты СНОВА окажешься разлучена с Твайлайт?!

— Пинки, дорогуша, успокойся! — игриво закатив глаза, перебила подругу Рэрити. — После всего что мы пережили я с трудом могу представить, что может случиться что-то ещё более ужасное.

Розовая пони прищурилась ещё сильнее.

— Ты вот прям точь-в-точь книжки цитируешь...

Единорожка покачала головой и потрусила прочь.

— Пинки, единственный способ разлучить меня с Твайлайт — это если она сама перестанет пускать меня в библиотеку.  — Белая пони прочистила горло и жестом пригласила следовать за собой. — Ну ладно, нам пора. Давай не будем заставлять Спайка и остальных ждать.

Когда подруги добрались до лесной опушки, Рэрити с удовольствием обнаружила, что все выполнили её указания. Рэйнбоу Дэш приветственно махала им, пока Флаттершай, Свити Белль и Эппл Блум глазели на Спайка, в то время как Скуталу глазела на Рэйнбоу.

— Привет, пони! — воскликнула единорожка, привлекая внимания всех, кроме Меткоискателей, что всё ещё таращились на дракона. — Мы готовы?

— Д-да, — ответила жёлтая пегаска. — Не знаю, правда, к чему...

— КЕКСЫ ПРАРОДИТЕЛИ! — ахнула Пинки и устремилась к Спайку, практически взлетев на него. — Ты такой огромный! А ещё у меня столько вопросов! Это правда, что ты носил фартуки, когда был маленьким?!

— Пинки, сейчас не время смущающих вопросов! Я ждала этого момента всю свою жизнь! — воскликнула Дэш, взлетев и указывая в сторону леса. — Полетели!

— Куда? — спросила Скуталу, оторвав взгляд от радужной пегаски и посмотрев на Рэрити. — Куда полетели? Я думала, ты хотела познакомить нас с Рэйнбоу Дэш!

— Или с мистером Спайком, — добавила Свити Белль, тихонько приблизившись к гиганту, и ткнула дракона в лапу. — Крутя-я-як.

Скуталу закатила глаза.

— Дракон ничего такой, но Рэрити хотела, чтобы мы познакомились с Рэйнбоу, потому что она круче, — произнесла кобылка, пропустив мимо ушей приглушённое фырканье Спайка.

— Твоя правда! Я такая крутая, что Спайк вечно просит меня с ним потусоваться, чтобы я смогла научить его своей крутизне, — ответила Дэш, подлетев к голове дракона и снисходительно её погладив. — Так ведь?

— Нет, — широко улыбаясь, ответил гигант. — Я разрешаю тебе "тусоваться" со мной, потому что за пони, которая считает, будто пегасья медицина поможет отрастить дракону крылья, явно надо присматривать.

— Эй! — выпалила отчаянно покрасневшая Дэш. — Я была маленькой кобылкой, ясно?! Идём уже!

— Но погодите, — вмешалась Эппл Блум, повернувшись к Рэрити. — Если мы здесь не для того, чтобы познакомиться с мистером Спайком, то зачем вы отпросили нас со школы?

Стоило белой единорожке открыть рот, чтобы ответить, её прервал мягкий, тихий голос.

— Рэрити? — произнесла Флаттершай, и единорожка не смогла сдержать улыбку, поняв, что пегаска наконец заметила светящуюся бижутерию. — Твоё ожерелье... ты... принцесса...

Последовала секунда тишины, после чего три кобылки повернулись к Рэрити с широко раскрытыми глазами, прежде чем одновременно броситься на неё, чуть не утопив единорожку в потоке вопросов: действительно ли она нашла принцессу, как ей удалось снять проклятие, больно ли снимать проклятие, где принцесса Твайлайт, жива ли она или всё ещё мертва, скучала ли она по ним, могут ли они увидеться с ней и тому подобное.

— Да, да! Сейчас все вместе и пойдём к ней! — заверила Рэрити, магией отодвинув от себя кобылок. Затем взглянула на Спайка и запнулась. — Ну, не все... Ты точно уверен, что не сможешь каким-то образом пойти с нами?

Дракон вздохнул.

— Нет. Мне никак не поместиться между деревьями, и как я уже говорил, что бы я ни делал, их не свалить.

Гигант с надеждой улыбнулся единорожке:

— Но ты же вернёшься ко мне попозже и разрешишь поговорить с ней при помощи ожерелья?

— Разрешит конечно! — воскликнула Пинки, сидевшая теперь на голове дракона. — Она будет проводником слов принцессы Твайлайт до тех пор, пока у тебя голос не пропадет, даже если для этого потребуются дни, месяцы и годы, и...

— Ну-ка, давайте не будем увлекаться! — быстро воскликнула Рэрити. — У меня есть личная жизнь, выходящая за рамки бытия очень утончённым курьером!

Единорожка прочистила горло и махнула копытом в сторону леса.

— Пойдёмте?

Несмотря на то, что с себя проклятие она сняла, уверенности что получится провести остальных в библиотеку не было. В конце концов, у Элары и Темиса не вышло. И поскольку до ночи ещё далеко, метки на деревьях ничем не помогут.

Именно поэтому Рэрити купила в магазине самую длинную верёвку, из тех, что были в наличии. Если она повяжет её вокруг себя и будет держаться подальше от остальных, то наверняка не попадёт под влияние проклятия. Кроме того, единорожке добавляло уверенности присутствие Рэйнбоу Дэш, которой должно хватить, чтобы отбиться от любых древесных волков, достаточно смелых, чтобы напасть на такую толпу.

Не прошло и пятидесяти вопросов "мы уже пришли?", как сердце Рэрити воспарило при виде далёкого дуба.

"Ох, слава небесам, — подумала единорожка, ускоряя шаг. — Меня не прокляло вновь! Может, проклятие — что-то вроде ветрянки, и подхватить её можно лишь раз?"

— Сюда! — воскликнула кобыла, бросившись к углублению.

Дойдя до края провала, Рэрити радостно прыгнула вниз, но услышала испуганные крики компаньонок, за которым последовала подхватившая единорожку и отлетевшая с ней в сторону Рэйнбоу Дэш.

— Рэрити, какого сена ты творишь? — прокричала пегаска, вцепившись изо всех сил в подругу, прежде чем бросить её к остальным. В ту же секунду Дэш припала на колено, выглядя крайне измотанной.

— Ч-что с тобой? — встревоженно спросила Скуталу.

— Эти... — булькнула пегаска. — Эти дыры... их тут целая куча... я наткнулась на одну в прошлый раз... от одного приближения к ним голова кружится. Разок чуть не упала в такую...

Сердце единорожки пропустило удар.

“Вот значит, как проклятие действует на пегасов?”

— Рэрити, собственно, какого сена? — повторилась Рэйнбоу. — Жить что-ли надоело?! Меня и так тут постоянно подташнивает, так ещё и ты решила внезапно попрактиковаться в фридайвинге!

— Звёзды с тобой, что ты! Это всё проклятие! Дерево прямо перед вами! — объяснилась единорожка, указывая на дуб. Когда пегаска посмотрела на неё словно на сумасшедшую, Рэрити со вздохом окутала Дэш магией и, игнорируя протесты радужной пегаски, пролевитировала ту через "дыру" и прижала прямо к дереву.

— О, — удивилась Рэйнбоу, постучав копытом по грубой коре. — Подумать только.

Следующей отреагировала Флаттершай, взлетела и зависла над дырой, пока Рэйнбоу Дэш не облетела подругу сверху и практически затащила её к дереву. Когда жёлтая пегаска прикоснулась к дубу, она несколько раз моргнула, а затем громко ахнула, приземлившись на землю и припав на колени.

— У-у-у, моя очередь! — воскликнула Пинки, бросившись в дыру с прыжка. Но стоило копытам розовой пони коснуться земли, как она припала на колени и простонала. — О-о-о-о-й, уступаю место...

— Пинки! — крикнула Рэрити, прыгнув за ней и помогая подруге подняться. — Всё хорошо, дорогуша, это проклятие...

— Нет! — взвизгнула розовая пони, широко раскрыв глаза и вцепившись в единорожку, её взор был направлен на деревья вдали. — К-как это ты не хочешь, чтобы я больше спала? Но если я не буду спать, то тебя не увижу!

Глаза Пинки наполнились слезами.

— Т-ты больше не хочешь меня видеть?! Но принцесса Лу...

— Пинки, нет, это иллюзия! — произнесла Рэрити и, ни секунды не теряя, окутала земнопони магией, левитировав и прижав перепуганную кобылу к дереву.

— Ох! Ой, это же дерево! — воскликнула Пинки, мигом позабыв мгновения кошмара. Розовая пони широко развела копыта и обняла дуб. — Ой-ёй, деревце, как же мне тебя не хватало!

Опустив кобылу, Рэрити заметила трёх жеребят, переминающихся у края, и вместо того, чтобы позволить пережить им ужасные галлюцинации, единорожка подняла их магией и повторила процедуру, проведённую с Пинки Пай, приземлив восторженных кобылок около Флаттершай, конечно же, не выпуская их из магического захвата.

— Ну Рэрити! — заныла Свити в тщетных попытках вырваться из магии сестры. — Я хочу увидеть принцессу!

Единорожка, не обращая внимания на сестру, потрусила к люку и освободила её только после того, как сама спустилась в тоннель. Она не издевалась над сестрой, нет, ей просто хотелось лично увидеть предстоящие воссоединения.

Спрыгнув с последней ступеньки, Рэрити зажгла рог и не смогла удержаться от улыбки при виде Эпплджек и принцессы Твайлайт, что уставились в тоннель, словно перевозбуждённые щенки.

— Рэрити? Рэрити! — закричала Твайлайт, впечатавшись в барьер и чуть было не опрокинувшись. — Рэрити, это ты!

— Вот видишь? Говорила же, что вернётся! — произнесла Эпплджек, приветственно махая единорожке.

— Принцесса Твайлайт!

Три кобылки и розовая пони промчались мимо Рэрити, которая потеряла равновесие и чуть не упала на пол.

— Девочки! Пинки!

Рэрити кинулась вперёд в библиотеку и почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы при виде трёх кобылок и Пинки, пытающихся обнять безумно счастливую принцессу, заваливая её миллионами вопросов.

Единорожка подсела к Эпплджек, и подруги обменялись улыбками, затем в библиотеку протрусила Флаттершай, привлекая внимание не только Твайлайт, но и двух сов, что немедленно вылетели из библиотеки и спланировали к пегаске.

— Флаттершай! — плача, воскликнула принцесса, телепортировалась к ней, явно разрываясь между желанием обнять пегаску и пониманием, что не сможет.

— Принцесса Твайлайт, — заплакала желтая пони. — Как же хорошо тебя увидеть.

— О-фи-геть!

Рэрити обернулась и не смогла не хихикнуть при виде замершей у входа Рэйнбоу Дэш, прикованной взглядом к принцессе.

— Привет! — радостно поприветствовала радужную пегаску Твайлайт. — Ты, должно быть, Рэйнбоу Дэш?

— ОФИГЕТЬ! — воскликнула кобыла, чуть не пролетев аликорна насквозь. — Офигеть, принцесса Твайлайт, я, кажется, ждала этого, ну, типа, всю свою ЖИЗНЬ. У меня столько вопросов, что даже не знаю с какого начать! Ладно, ладно, ладно.

Рэйнбоу сделала глубокий вдох и затихла почти на целую минуту.

Твайлайт моргнула, всё ещё улыбаясь.

— Да-да?

— Ладно, — выпалила пегаска, — так ты что, типа, мёртвая?

Копыто Рэрити взлетело к лицу.

“Во имя неба, почему все пони спрашивают одно и то же?!”

Твайлайт нахмурилась.

— Нет, я... а хотя! Знаешь что? Теперь мне всё равно! — с улыбкой воскликнула принцесса.

Прочистила горло и с трудом сдерживая хихиканье, она провозгласила:

— Да. Да, я мертва.

— Я так и знала! — ахнула Скуталу.

— Как же круто! — воскликнула Дэш, тут же взлетев в воздух. — Стоп-стоп-стоп!

Пегаска тут же приземлилась прямо перед аликорном и шагнула назад.

— А ты можешь, типа, пройти сквозь меня?

Твайлайт хихикнула.

— А тебе хотелось бы этого?

— Спрашиваешь! — обрадовалась Рэйнбоу.

— Чего только спрашивала... — игриво закатала глаза Рэрити.

Принцесса отступила назад, выровнялась и проскакала сквозь пегаску, улыбка стала шире, когда Дэш взволнованно ахнула.

Наконец принцесса остановилась прямо напротив Рэрити и рассмеялась.

— Привет.

Единорожка ярко улыбнулась.

— Привет, моя дорогая, — ответила она, склонив голову набок, наблюдая, как кобылки осматривают Рэйнбоу Дэш после сквозного прохода призрака. — Признаться, не думаю, что когда-нибудь видела тебя такой счастливой.

Рэрити подмигнула.

— Могу ли я надеяться, что это из-за меня, хм?

— Это из-за тебя, — ответила Твайлайт, и единорожка не смогла удержать восторженные смешки.

— Стойте! А где лабиринт?! — воскликнула Рэйнбоу, взлетев и привлекая всеобщее внимание. — Я хочу на него посмотреть! Звучит безумно!

— Сюда! — позвала Скуталу и с другими Меткоискателями помчалась к рядам книжных шкафов в конце библиотеки, а радужная пегаска полетела за ними.

— Подождите! — крикнула Эпплджек, побежав следом. — Эта штука опасна! Эппл Блум! Эппл Блум, а ну вернись!

— Понечки, принцесса Твайлайт, мне СТОЛЬКО всего надо рассказать! — воскликнула Пинки, топнув копытцами по полу. — И тебе, Флаттершай! И тебе, Рэрити! ...Погоди, да ты и так уже всё знаешь!

Розовая пони в ужасе ахнула.

— Ты уже сказала ей про принцессу Луну?! Я хочу рассказать им!

— Про принцессу Луну? — навострив ушки, переспросила принцесса. — А что с ней?! Всё в порядке?! Ты придумала, как её освободить?!

Улыбнувшись, Рэрити выпрямилась и сообщила:

— Я думаю, что у нас есть кое-какой вариант...

* * *

Рэрити не знала, в каком часу вернулась тем вечером в библиотеку, да и было ей всё равно. Сначала она много проговорила с Твайлайт о магии хаоса в Холлоу Шейдс, затем смотрела, как другие проводят время с Твайлайт, после чего отправилась к Спайку и дала ему возможность поговорить несколько часов с принцессой. Под конец беседы, хотя дракон ещё мог говорить часами, единорожка решила, что заслужила наконец немного личного времени с любимой.

Хотя Рэрити не сразу обнаружила Твайлайт, войдя в библиотеку, вместо аликорна она нашла весьма удобное лежбище из подушек, приготовленное специально для неё. Конечно, не кровать королевского размера, как в бутике «Карусель», и наволочки тут точно не стирали уже давно, но, о небеса, она ни на какие коврижки не променяет именно эту "кровать".

Седельные сумки тяжким грузом висели на единорожке, но в них было всё, что могло понадобиться для длительного пребывания в библиотеке. Скинув их на ближайший столик и сняв плащ, Рэрити бесцеремонно плюхнулась на подушки, закрыла глаза и удовлетворённо выдохнула.

Через минуту ушки единорожки дёрнулись, услышав знакомый треск телепортации, и Рэрити расплылась в улыбке. Она ждала, что Твайлайт заговорит, но вместо этого она отчётливо ощутила щупальце магии, касающееся её шрамов. Белая пони открыла глаза, оглянулась и увидела нахмурившую брови Твайлайт, что смотрела прямо на обезображенную кьютимарку.

— Милая, не смотри на них, — быстро произнесла Рэрити, мысленно отчитывая себя за то, что сняла плащ.

Твайлайт перевела взгляд на единорожку и с печальным взглядом опустила ушки.

— Флаттершай рассказала мне про древесных волков, — сказала принцесса, возвращая взгляд к шрамам и продолжая касаться их магией. — Это магия хаоса, я не могу их исправить.

— Твайлайт, тебе ничего не надо исправлять, — произнесла Рэрити, жестом призывая аликорна подойти поближе. — Я доверяю мнению Рэйнбоу Дэш и ее утверждению, что шрамы, это крутяк. А это значит, что я довольно удалая, — уточнила единорожка, когда принцесса выгнула бровь, услышав жаргонное слово.

— Мне не кажется, что оказаться на пороге смерти от лап древесного волка будет демонстрацией  удали, — отметила Твайлайт.

Рэрити драматично вздохнула.

— Знаешь, обычно в ситуациях, когда мы обсуждаем мои прошлые действия, ты падаешь в обморок, а не устраиваешь разнос.

Единорожка перевернулась на спину, положила копыто на лоб и посетовала:

— Но увы, теперь, когда я овладела десятичной системой классификации Старсвирла, тебя вообще не должны удивлять мои свершения!

Мгновение спустя, приоткрыв глаз, Рэрити обнаружила, что Твайлайт пристально наблюдает за ней, и, о, единорожка уже и позабыла, сколь пристальным может быть взгляд принцессы.

— Что-то не так? — спросила белая пони, наклонив голову. — Оказалось ли моё предположение ошеломляюще точным?

— Нет-нет, — самодовольная улыбка появилась на лице аликорна. — Просто я обеспокоена тем, что ты неправильно понимаешь слово "овладеть" чем-либо. Оно означает, что ты опытный практик в определённом деле или виде активности, просто чтобы ты знала.

Во время объяснений Твайлайт с игривой улыбкой поймала магией подушку, которая полетела в её сторону.

— Мы и дня не провели после воссоединения, а ты уже на меня нападаешь! — заныла Рэрити, наблюдая, как аликорн левитировала подушку обратно в кучу. — Назови мне хоть одну вескую причину, почему я не должна уйти.

Принцесса не колебалась.

— Потому что я по тебе скучала.

Единорожка почувствовала, как губы изогнулись в восхищённой улыбке, но быстро подавила её и наигранно ударила копытом по подушке.

— Конские перья. Теперь у меня нет выбора, кроме как остаться здесь на всю оставшуюся жизнь. — Рэрити подняла копыто и подозвала Твайлайт к себе. — Не повезло тебе.

Принцесса хихикнула, подошла к единорожке, склонила голову, и если обстоятельства были бы другими, то их губы бы соприкоснулись.

— Не повезло, — прошептала Твайлайт, закрыв глаза, без сомнений, как и единорожка, представляя, что всё могло бы быть по-другому. — Ужас как не повезло.

— Скажи мне, — произнесла Рэрити, когда аликорн отстранилась, — ты счастлива?

Принцесса энергично кивнула.

— Конечно, это план на перспективу, но твоя идея с Холлоу Шейдс звучит очень даже.

— Ещё бы! Ведь я её придумала! — горделиво рассмеялась единорожка. — Принцесса Луна будет так довольна, что навсегда избавит меня от кошмаров, что преследовали меня месяц назад.

Беспокойство мелькнуло в глазах аликорна.

— У тебя были кошмары?

— Ох, Твайлайт, они были просто ужасны! — воскликнула Рэрити. — У меня было несколько ужасных снов, в которых другая кобыла нашла тебя, пока я была проклята, и вы с ней были влюблены друг в друга, признаться честно, меня это ужасно задело.

Румянец окрасил щёки Твайлайт.

— Эм, мне жаль?

Рэрити быстро кивнула.

— Ещё бы, и не потому, что ты была в неё влюблена! Знаешь, что ты сделала? Когда я, старая кобыла, прожившая десятилетия без сомнения роскошной и фееричной жизни, наконец с тобою встретилась, единственное, что тебе пришло в голову, это спросить меня, практиковалась я в телепортации или нет!

— Ну и ты же практиковалась? — спросила принцесса, выгнув бровь.

Рэрити запнулась.

— Очевидно, что нет, но у меня был заготовлен до крайности романтичный ответ, так что, честно говоря, он всё оправдал. Правда! — пыталась защититься единорожка, когда Твайлайт закатила глаза. — Ты даже заплакала!

— Хорошо, когда ты найдёшь последнюю книгу и освободишь меня, то обещаю, что мой первый вопрос будет не о телепортации, — произнесла Твайлайт, и сердце Рэрити пропустило удар.

— Ах да... — сказала белая пони, подобрав ближайшую подушку и прижав её к груди, потерпев неудачу в попытке небрежно отвести взгляд. Рэрити внезапно почувствовала, что совсем не готова к этому разговору. — Книги...

— Что с ними? — нахмурив брови, спросила принцесса, телепортировавшись на другую сторону импровизированной кровати. — Что-то случилось с книгами?

Рэрити задумалась и посмотрела в другую сторону.

— Случилось ли что-то с книгами? Воистину, этот вопрос разве не подразумевает ответ? Но что есть ответ, когда всё уже сказано и сделано?

Аликорн вновь телепортировалась на другую сторону.

— Рэрити, что случилось с книгами? — вновь спросила принцесса и, воспользовавшись магией, схватила подбородок единорожки, прежде чем та успела отвести взгляд.

— Ну вот, Твайлайт! — воскликнула белая пони, хлопая ресницами. — А говорила, что и прикоснуться ко мне не можешь!

— Рэрити.

— Ну хорошо, хорошо! — фыркнула единорожка, развеяв хватку магии копытом. Рэрити выпрямилась, подушка свалилась на пол, после чего белая пони сделала глубокий вдох, сопровождаемый жалобным стоном. — Твайлайт, ты должна понять, что...

Кобыла запнулась, посмотрела на люстру наверху и закусила губу.

— На самом деле, по-простому этого и не скажешь, но...

— Рэрити!

— Даже если найти все книги, тебя это не освободит! — наконец произнесла единорожка, пытаясь поддерживать зрительный контакт с аликорном, которая, в свою очередь, попятилась; раздражение спало с лица Твайлайт, впрочем, как и любые другие эмоции.

— Ч-что? — прошептала принцесса, прежде чем выпрямиться и практически начать прожигать в Рэрити дыры взглядом. — Откуда ты это узнала?

Рэрити нервно рассмеялась, небрежно поигрывая с ожерельем, обдумывая слова.

— Откуда узнала? Что-ж! Оглядываясь назад, признаюсь, что с моей стороны было крайне необдуманно слепо довериться всему, что сказал мне незнакомец в капюшоне, но... ты помнишь, как я пересказала тебе, как Книжник поведал, что именно книги тебя освободят?

— Да.

— Ну так вот, — произнесла единорожка, наконец перестав играться с ожерельем и поднимая взгляд на Твайлайт. — Я узнала, что на самом деле это был Дискорд.

— Что?! — ахнула принцесса, пятясь с раскрытым ртом. — Дискорд не может быть Книжником! Это же просто смешно! Зачем Дискорду приносить мне книги?!

— Твайлайт, я не говорю, что Книжник и есть Дискорд! — воскликнула Рэрити. — Ну, вообще-то сказала, но только потому, что Книжник, которого я встретила, на самом деле был Дискордом, замаскированным под него!

— Кто тебе это сказал?! — спросила принцесса, топнув копытом. — Единственный пони, который наверняка мог знать, что на самом деле это Дискорд, это... это... сам Дискорд.

Внезапно Рэрити осознала, что разговаривает не с обычной пони, а с древним духом аликорна. Глаза Твайлайт обратились в щёлки, крылья расправились, а люстра наверху зловеще замерцала.

Единорожка попятилась к подушкам, схватила одну и прижала её к груди, словно щит.

— Твайлайт, прежде чем ты слишком остро отреагируешь, позволь мне объяснить, что произо...

— Всё хорошо! Тебе не нужно рассказывать, — ответила принцесса, присев, и с потрескиванием магии призвав ожерелье рядом с собой. — Ты можешь показать.

Рэрити попятилась ещё дальше и крепче прижала импровизированный щит к груди и ожерелью.

— Показать тебе? Т-точно? Но знаешь, будет намного лучше, если я объясню на словах, — выпалила кобыла, прекрасно понимая, что последние три месяца она точно не была образцом для подражания. Последнее, чего единорожке бы хотелось, так это показать Твайлайт, как она окончательно потеряла самообладание и не только его!

— Если мы воспользуемся заклинанием связи, то я узнаю всё то, что знаешь ты, Рэрити, — настаивала принцесса, и её прищуренные глаза явно сообщали единорожке то, что в этом споре она не выиграет. — Цивилизации издавна используют умение писать, как лучший способ сохранить события в первозданном виде, потому что устная передача — одна из самых ненадёжных форм повествования, поскольку рассказчик может умышленно упустить детали. А ты не упустишь детали, поскольку твой разум станет моим разумом.

Белая пони закусила губу, но всё-таки смягчилась.

— Ну хорошо... — произнесла Рэрити, откинув подушку. — Но...

На лице единорожки расцвёл румянец.

— Ты увидишь меня не с лучшей стороны, и мне не хотелось бы, чтобы ты плохо обо мне думала...

Твайлайт нахмурилась.

— Я бы ни за что не подумала о тебе плохо, Рэрити, — без нотки сомнения в голосе проговорила принцесса. — Неважно что ты сделала, но… — она призвала магию, и ожерелье аликорна исчезло, — нам не обязательно использовать заклинание, если ты не хочешь.

— Нет-нет, подожди! — выпалила единорожка, прежде чем сглотнуть, выпрямиться и окутать ожерелье магией. — Всё хорошо. Воспользуемся ожерельями. Я верю, что ты спокойно это воспримешь.

Твайлайт моргнула.

— Ты уверена?

— Да-да! — настояла белая пони и легла на подушки, намереваясь провести всю процедуру в комфорте. — Начнём.

Кроме того, это помогло бы Твайлайт увидеть, насколько Рэрити ей предана.

— Ну хорошо, — произнесла принцесса, и через несколько мгновений раздался знакомый треск магии.

Не раскрывая глаз, единорожка ждала и ждала, пока в комнате дважды не раздался знакомый динь, и Рэрити вновь охватило ощущение чужих мыслей в собственной голове.

Белая пони сосредоточилась на этом ощущении, очарованная тем, что мысли буквально проникали в её сознание, и кобыла достаточно долго могла бы находиться в таком состоянии, если бы в её воображении не появилось изображение кантерлотского замка.

"Да-да, большое спасибо за подсказку, сама бы я не справилась", — подумала единорожка, сожалея, что не может открыть глаза, просто чтобы тут же закатить их.

И началось, Рэрити вновь начала переживать худшие три месяца в своей жизни, начиная от встречи с Рифт Шилдом в Хартс-Хэйвен и приглашения увидеться с принцессой. Единорожка почувствовала себя обязанной показать, кем был гвардеец, и с удивлением почувствовала волну приязни после того, как отвергла ухаживания Рифта.

Затем её воспоминания метнулись к самозванцу, которого Рэрити встретила в замке Кантерлота, и она заново устыдилась того, как глупо попала в ловушку Дискорда. Как ни странно, кроме стыда других эмоций не было, а значит, Твайлайт без эмоций наблюдала, как единорожка корит саму себя! Ну правда, могла бы проявить хоть толику участи...

— Рэрити.

Мысленно хмыкнув, единорожка продолжила путешествие по воспоминаниям, пройдя через туннель с причудливыми пузырями, которые на деле были сферами, сдерживающими хаос, которые принцесса Селестия вызвала к жизни, используя сочетание...

— Так-так! Ну и кто теперь отвлекается!

Очевидно, что она не отвлекалась, потому что Рэрити уже знала все эти детали, так что, технически говоря, ну, похоже, что она опять отвлеклась. Единорожка помотала головой и заставила себя думать о комнатах принцесс, которые вызвали волну... тоски по дому, и чем больше пони думала о них, тем сильнее ей хотелось уже перейти к другим воспоминаниям.

Ох, ну и ладно, что было дальше?

Белая пони вместе с остальными исследовала замок, зайдя в комнату принцессы Кейденс, тёплое ощущение омыло Рэрити при виде люльки и игрушек для жеребят, разбросанных вокруг. После чего она увидела статую Шайнинга Армора и... и слёзы выступили на глаза, наряду с подавляющей и всесокрушающей печалью, которая тут же была отброшена в сторону, ибо ей просто хотелось знать, что было дальше, не обращайте внимания.

Таким образом, единорожка сразу мысленно перенеслась в тронный зал, к моменту, когда принцесса Денза просматривала доказательства, принесённые Рэрити, и, хотя точно воспроизвести разговор ей не удавалось, чем больше она представляла принцессу, тем... тем больше нарастало ощущение что что-то...

Динь!

Рэрити открыла глаза, её разум резко вернулся в реальность из-за того, что заклинание связи прервалось.

— Что случилось? Ты прерв... Твайлайт? — единорожка села, и на её лице отразилось беспокойство. — Твайлайт, что-то не так?

Аликорн с выражением лица, будто увидела привидение, стояла неподалёку и не отрывала взгляда от Рэрити, ушки принцессы были прижаты в голове. Только после того, как единорожка поднялась с подушек и села перед Твайлайт, та пришла в себя, слегка отпрянув назад и прервав ход мыслей.

— Ч-что? — выпалила принцесса, явно шокированная.

— Милая, что случилось? — успокаивающим тоном повторила Рэрити. Как бы ей сейчас хотелось взять копыта возлюбленной в свои. — Что ты видела? Что-то не так с принцессой Дензой? Я почувствовала, что что-то не складывается, но...

Твайлайт немедленно отшатнулась.

— Нет, всё хорошо! — ответила принцесса, навострив ушки и расправив крылья, на что Рэрити слегка попятилась. При виде этого, аликорн опустила крылья и подняла копыто, разрываясь между желанием приблизиться и держаться подальше. — Я...

Твайлайт опустила копыто и покачала головой.

— Всё в порядке, я просто... — принцесса виновато посмотрела на белую пони и опустила ушки. — Прости, не стоило нам использовать заклинание. Надо было довериться твоей памяти.

— Всё в полном порядке, Твайлайт. — произнесла единорожка, подавив желание вновь спросить о принцессе Дензе. Всему своё время, Рэрити. Всему своё время, и сейчас время волноваться о своей возлюбленной. — Ты как?

Твайлайт немного расслабилась и села на пол.

— Да всё хорошо.

Белая пони прочистила горло и прижала копыто к ожерелью на груди. Может, обмен мыслями поможет почерпнуть чуть больше информации о маленьком происшествии с Твайлайт?

— Может быть, продолжим?

Аликорн покачала головой и виновато улыбнулась.

— Давай без ожерелий? Они и вправду нам не нужны, поскольку ты от меня ничего не скрываешь.

Рэрити вздохнула. Жаль, что она не может видеть принцессу насквозь. Ну, образно говоря.

— Ну хорошо, — смягчилась единорожка. Она сделала глубокий вдох, закрыла глаза и мысленно прошлась по всему, что ещё оставалось рассказать. В конце концов, без мысленной связи кобыла могла бы выставить свои неприглядные поступки в лучшем свете.

— После того как мы оказались прокляты, я провела несколько недель в лесу в поисках библиотеки, и после... — белая пони прочистила горло, — ...инцидента с древесными волками решила, что не лишним будет раздобыть побольше информации от Рифт Шилда и принцессы. Эпплджек с остальными хотели, чтобы я осталась в Понивилле, но я настояла на том, что ответы ждут в Кантерлоте!

— И они ждали? — спросила Твайлайт, навострив ушки.

— Нет, — ответила Рэрити. — По крайней мере, не сразу. Рифт Шилд не сказал чего-то полезного, но я встретилась с Книжником.

— С Книжником? — уточнила принцесса, в голосе которой так и сквозило волнение. — Погоди.

Аликорн сузила глаза.

— С настоящим Книжником? Или...

— С настоящим! И можешь представить себе моё удивление, когда он совсем не узнал меня. Я донельзя расстроилась и отправилась немного прогуляться, и наткнулась на, кто бы мог подумать, Книжника! Я было подумала, что он меня вспомнил, но заметила, что твоё заклинание отслеживания магии хаоса активировалось и, ну...

— И?.. — спросила Твайлайт, делая жест копытом, мол, продолжай.

— И я, конечно, разоблачила в нём Дискорда, после чего он сделал самую очевидную в таком случае вещь, а именно, пригласил меня на свидание.

Аликорн чуть не поперхнулась.

— Он ЧТО?! — прошипела принцесса, встав на задние копыта, чуть при этом не завалившись на спину, и расправила крылья. Глаза метали молнии. Признаться, Рэрити была польщена.

— Именно. И это ты ещё не слышала самое худшее, — добавила единорожка.

— Рэрити, что может быть хуже?! — спросила Твайлайт, очевидно, не читавшая ни единой книги в своей жизни, где персонаж спрашивает тот же самый вопрос.

— Ну, он позвал с собой ещё кое-кого, — объяснила единорожка. — Самого себя, изображающего тебя.

Поначалу принцесса ничего не сказала.

Вернее будет сказать, что единорожка так и не узнала, какой ответ заготовила Твайлайт, потому что аликорн телепортировалась, как только Рэрити закончила своё предложение. Взамен этого она услышала, как кто-то этажом ниже выкрикнул довольно-таки витиеватое ругательство, за которым последовал громкий грохот и, хотелось верить, что принцесса не разнесла один из своих книжных шкафов.

Минуту спустя Твайлайт вернулась, на удивление собранная и спокойная. Единорожка не решилась уточнять, что там был за шум, а вместо этого решила подождать, пока аликорн возьмёт инициативу в свои копыта.

— Извиняюсь, — произнесла Твайлайт, сложив крылья и присев. — Так о чём ты говорила?

— Дискорд позвал меня на так называемое "свидание", а затем... — белая пони вновь осеклась, снова дойдя до части рассказа, который переведёт его в разряд неудобных. — Он сознался, что был тем, с кем я разговаривала почти год назад, и если это правда, то...

Рэрити глубоко вдохнула.

— Тогда, без сомнения, он лгал о том, что книги были ключом к твоему освобождению.

— Итак, — мрачно сказала принцесса, прижав к голове ушки, но не выдавая выражением лица никаких эмоций, — меня никак не освободить.

— Нет, не так! Я вовсе не это сказала! — быстро вмешалась единорожка. — Это значит лишь, что не книги освободят тебя, а что-то другое!

— С чего так думаешь? — спросила Твайлайт, сверху вниз глядя на Рэрити. — Я здесь уже тысячу лет, и ты сказала, что не знаешь способа освободить меня, кроме как при помощью книг. Может, меня и вовсе нельзя освободить?

Единорожка выгнула бровь.

— Да? Ну что же, тогда, думаю, и в Холлоу Шейдс нам нет и смысла пытаться как-то использовать наше открытие, очевидно же, что ни одну из вас невозможно освободить.

— Там всё по-другому! И ради принцессы Луны! — вновь воспротивилась Твайлайт, топнув копытом. — Там прослеживается очевидное влияние.

Рэрити уставилась на Твайлайт.

— А здесь его, по-твоему, нет?! Было тут одно влияние, которое буквально напало на нас!

Аликорн нахмурилась.

— Лабиринт?.. Ты думаешь, что лабиринт меня здесь держит?! Рэрити, да это просто смешно! — воскликнула принцесса. — Он здесь лишь для того, чтобы позлить меня! Я не...

— Да не лабиринт! Я имею в виду магию хаоса! Дискорд прямо так и сказал! — перебила возлюбленную единорожка, приподнявшись на подушках, не собираясь сдаваться без боя. — Сказал, что ты её питаешь! И разве не напала на нас магия, когда ты пожелала уйти?!

Рэрити подтрусила к принцессе и толкнула, а точнее, прошла копытом сквозь грудь аликорна.

— Ты не можешь отрицать факты, Твайлайт!

Аликорн выпрямилась словно восковая фигура, почти неестественно, несколько раз открыла и закрыла рот. После чего многострадально вздохнула и заговорила размеренным тоном, который единорожка так не любила.

— Позволь мне убедиться, что я правильно понимаю, что ты имеешь в виду, потому что мне кажется, что ты не понимаешь, о чем ты говоришь, — монотонно проговорила Твайлайт, и у белой пони с трудом достало сил сдержать раздражённый вздох. — Согласно твоим словам и словам Дискорда, который, возможно, лжёт, а может, и нет, магия хаоса из лабиринта удерживает меня здесь, потому что я её питаю?

“Ну если так ставить вопрос...”

Но прежде чем Рэрити смогла ответить, принцесса продолжила.

— Ну зачем? Зачем мне это делать? Бессмыслица какая-то! Я хочу выбраться отсюда, но барьер всё ещё на месте! — Твайлайт прервалась и приняла невозмутимый вид. — Ну хорошо, допустим.

Аликорн телепортировалась к выходу из библиотеки.

— Я хочу освободиться, — монотонно заявила принцесса, после чего подняла копыто в сторону выхода и малинового цвета барьер остановил её, после чего Твайлайт бросила на единорожку многозначительный взгляд.

— Ну конечно, ничего не получится, если ты так это говоришь! — закатила глаза Рэрити. — Это было самое неубедительное заявление, что я когда-либо слышала в своей жизни!

Аликорн телепортировалась обратно к единорожке.

— Да потому что меня нельзя освободить! Назови мне хоть одну причину, почему я бы этого не хотела?! Со Спайком всё хорошо, с принцессой Луной будет всё хорошо, и я не сомневаюсь, что ты найдешь принцессу Селестию и... — Твайлайт на мгновение запнулась. — И с потомками Кейденс и Шайнинга Армора всё хорошо, и со всеми пони всё хорошо!

— Ну не знаю, Твайлайт, честно говоря, выглядит так, словно ты даже не хочешь думать, о том, как бы тебе освободиться! — проворчала единорожка и отвела взгляд.

— Я сама смогу разобраться! Не нужна мне чья-то помощь! — ответила принцесса, телепортируясь перед Рэрити, заставив единорожку посмотреть на неё. — Принцесса Луна и принцесса Селестия заточены из-за меня, и я не собираюсь тратить время, которое можно посвятить помощи им, в попытках найти выход отсюда!

— Хм? Не хочешь ничьей помощи? — спросила белая пони, с каждым слогом понижая температуру в помещении. Ну хорошо, принцесса Твайлайт Спаркл. Хорошо. — Что ж.

Единорожка встала и потрусила к столу, где лежали её вещи.

— В таком случае дозвольте мне не тратить ни ваше, ни моё время.

— Подожди! — аликорн телепортировалась перед Рэрити и магией отодвинула сумки подальше. — Куда ты собралась?! Ты только что ко мне вернулась!

Тень улыбки прокралась на лицо единорожки, но та не дала ей воли.

— Я и не ухожу, Твайлайт. Я буду здесь так долго, как ты этого захочешь, но! — кобыла выхватила свои сумки обратно при помощи магии, заставив аликорна вздрогнуть и отступить, словно жеребёнка, застигнутого за непослушанием. — Поскольку, я цитирую, помогать тебе "пустая трата времени", тогда в своё свободное время я займусь более полезными вещами и попытаюсь проработать освобождение принцессы Луны. Возражений, я так понимаю, не будет, принцесса?

— Нет, — растерянно произнесла Твайлайт, отводя взгляд и садясь на пол.

— Чудесно.

Рэрити быстро потрусила прочь с высоко поднятой головой, её раздражение уже растаяло, сменившись досадой. Из всех возможных вещей, что ей хотелось бы сделать вместе с Твайлайт, последним в списке значилось поссориться. Однако не успела единорожка сделать и десяти шагов, как малиновая магия сковала все четыре копыта.

Белая пони оглянулась и приподняла бровь при виде несчастного аликорна, что кротко смотрела на неё, прижав ушки в голове.

— Ты злишься? — тихонько спросила принцесса, жалобным взглядом пронзив сердце единорожки. Тартарово пламя! Кто дал ей право на такие невыносимо милые щенячьи глазки?!

Рэрити нарочито громко вздохнула, отвела взгляд, желая освободить копыто, чтобы потереть переносицу.

— Целиком и полностью зависит от того, что именно ты под этим подразумеваешь, — произнесла единорожка, подражая фирменному деловитому взгляду аликорна. — Тебе интересно, злюсь ли я на тебя, или же на себя, за то что по уши в тебя влюблена? Потому что, честно говоря, и то и другое, так что можешь себе представить, в каком я затруднительном положении.

Словно луч света сквозь тучи довольная улыбка скользнула по лицу принцессы, окрасив её щёки в прекрасный розовый оттенок. Продлилось всё это, однако, недолго, и вскоре исчезла и улыбка, и хватка магии на копытах Рэрити. Раздался треск телепортации, и Твайлайт оказалась рядом с единорожкой.

— Прости меня, — склонила голову принцесса.

Укол вины пронзил единорожку от этих слов, и она поставила седельные сумки на пол. Принцессы, ну разве недостаточно Твайлайт уже провела в сожалениях? Почему Рэрити должна добавить ещё цепей к оковам, что тяготят её возлюбленную?

— Твайлайт? — нежно прошептала единорожка, и когда аликорн подняла глаза, Рэрити улыбнулась, желая дотронуться до принцессы, чтобы утешить. — Тебе не за что извиняться. Я просто...

Белая пони вздохнула и обвела копытом вокруг.

— Я просто не понимаю твоих рассуждений. Ты не думаешь, что если будешь свободна, то нам будет намного проще помочь остальным принцессам?

— Но Дискорд же сказал, что книги не сработают, — дрожащим голосом произнесла Твайлайт, не в силах сдержать слёз. — Меня невозможно освободить.

— Нет можно! Не отводи взгляд! Смотри на меня, Твайлайт, — настояла Рэрити, и когда принцесса послушалась, единорожка топнула копытом. — Твайлайт Спаркл, помяни моё слово, тебя можно освободить, и вместе мы найдём способ.

Смущённая принцесса прикусила губу.

— А что, если... — аликорн вздохнула и выпрямилась. — Что, если я всё испорчу?

Дрожь пропала из голоса Твайлайт, она не сводила взгляда с единорожки.

— Что, если именно поэтому Дискорд ни с того ни с сего решил помочь тебе? Зачем ему вообще помогать? А что, если он знает, что я вновь ошибусь?

Рэрити вновь топнула копытом.

— Во-первых, Твайлайт, ничего дурного ты не делала! Во-вторых...

— Нет делала! — перебила принцесса, но тут же замолчала и застонала, прижав копыта к лицу. — Ты просто не знаешь, что... Ты не поймёшь.

Белая пони вздохнула. Если она и ждала момента раскрыть карты, то вот он наконец и настал.

— Я пойму, правда, — произнесла единорожка, приготовившись к любым последствиям, что понесёт за собой признание. — Принцесса Луна рассказала мне о том, что произошло тысячу лет назад, про то, как ты...

Рэрити на мгновение затихла.

— Как четыре принцессы одурачили Дискорда, заставив думать, что победили, как он якобы исправился, всё, вплоть до пятого мирного договора.

Сердце единорожки словно вытащили из груди и порубили на мелкие кусочки от вида Твайлайт. Аликорн попятилась и поднесла копыто к раскрытому в шоке рту. Сказать, что принцесса выглядела как побитая, это ничего не сказать.

— ...она рассказала тебе?..

— Да, но всё хорошо, Твайлайт! — заверила Рэрити, сделав шаг к принцессе. — Всё хорошо, и я рада, что она мне открылась, потому что теперь я ещё больше хочу при первой встрече с Дискордом высказать ему пару ласковых!

Твайлайт помотала головой, всё еще не сводя взгляда с белой пони.

— Нет, т-ты не понимаешь! Я всё испортила! Все пони на меня рассчитывали, а я их подвела! Моя вина, что все пони кроме Кейденс и Шайнинга Армора оказались в заточении, и теперь, когда ты знаешь, ты точно никогда больше не придёшь в библиотеку, поэтому ты пришла, чтобы попрощаться, прежде чем уйти навсегда и...

— Твайлайт.

При звуке голоса Рэрити аликорн телепортировалась прочь, оставив единорожку в одиночестве, та, в свою очередь, глубоко вдохнула.

“Ну же, Рэрити, поставь себя на её место”.

— Твайлайт, — позвала белая пони, оглядываясь в поисках принцессы. — Твайлайт, вернись, прошу. Даю слово, что даже в мыслях не планирую навсегда покинуть библиотеку.

Мгновение тишины, и аликорн телепортировалась обратно к единорожке, с дрожащими губами и мокрыми от слёз глазами.

— Твайлайт, — заговорила белая пони, — ты не можешь просто телепо...

— Рэрити, почему мы просто не можем радоваться, что ты здесь, со мной? Зачем говорить об этом всём? Зачем вообще тебе об этом знать? Это уже не важно. Было, да быльём поросло. Принцессе Луне не следовало рассказывать тебе.

— Она рассказала мне, потому что тебя это мучает, Твайлайт, — умоляющим тоном настаивала единорожка, делая шаг вперёд и протягивая копыто. — Может, именно поэтому ты не можешь...

— Умоляю, — прошептала принцесса, оглянувшись на Рэрити. — Не сейчас. Прошу.

Наконец единорожка, пусть и неохотно, но уступила.

— Ну хорошо. Сегодня мы не будем говорить об этом, — произнесла кобыла, подобрав с пола седельные сумки и потрусив обратно к импровизированной кровати. — Но рано или поздно мы это обсудим.

— Рэрити?

Белая пони остановилась и оглянулась, обнаружив, что аликорн смотрит на неё точно так же, как и прежде. Несчастная, кроткая, извиняющаяся. Это зрелище заставило Рэрити пожелать найти Дискорда и выбить из него возможность вновь увидеть белый свет.

— То что принцесса Луна рассказала тебе... ты не думаешь, что я... — аликорн замолкла.

— Я никогда в жизни не переложила бы на тебя ответственность за выбор, не ошибку, Твайлайт, а за выбор, что ты вынужденно приняла из-за ужасных внешних обстоятельств, — твёрдо заявила единорожка.

Рэрити подождала мгновение, пока принцесса ответит, но, когда ответа не последовало, единорожка выдохнула и продолжила путь к кровати. Сбросив неподалёку перемётные сумки, она хотела поразмышлять на тему освобождения Луны, но стоило телу коснуться подушек, как накопленная за два бессонных дня усталость дала о себе знать.

О небеса, лучше побеспокоиться о Луне после долгого сна.

— Рэрити?

Подавив зевок, единорожка подняла взгляд и обнаружила Твайлайт, стоящую рядом с подушками.

— Да?

— Ты можешь привести сюда принцессу Дензу?

Белая пони уставилась на возлюбленную.

— Пардон?

— Ты можешь привести сюда принцессу Дензу? — повторила Твайлайт, поскольку очевидно, что пони постоянно просили забрать монарха всея Эквестрии и привести её в библиотеку внутри безумного леса.

— Дорогушенька, я услышала, что ты попросила. Я просто не совсем уверена, что ты сама поняла, чего сказала, — ответила Рэрити, садясь. — Ты хочешь, чтобы я привела сюда принцессу Дензу?

Когда аликорн кивнула, единорожка хмыкнула и пожелала узнать, что же, во имя Эквестрии, взбрело в голову Твайлайт.

— Ну, могу, наверное? В конце концов, я покончила с её проклятием, и теперь у неё не будет никаких оправданий, чтобы не прийти сюда и повидаться с тобой. Я постараюсь устроить встречу на следующей неделе.

— А если быстрее? — спросила Твайлайт. — На этой неделе.

— На этой? Но Твайлайт, до Ночи Поисков осталось менее шести дней, а поездка в Кантерлот и обратно по меньшей мере займёт два дня! А может, и того больше, если ты хочешь, чтобы я привела принцессу Дензу! С чего ты вдруг решила её увидеть? — единорожка сузила глаза. — Ты что-то увидела в моих воспоминаниях?

— Нет, не поэтому! — быстро ответила принцесса, пожалуй, даже слишком быстро. Аликорн на мгновение надулась, после чего закрыла глаза и глубоко вдохнула. — Мне кажется, что она сможет помочь с принцессой Луной, но мне надо поговорить с ней лично. Пожалуйста?

Рэрити хмыкнула.

— Только если ты расскажешь мне настоящую причину.

— Рэрити! Это и есть настоящая причина! — запротестовала принцесса, раздражённо прянув ушками.

— Дорогуша, я правда люблю тебя, но ложь — не самая твоя сильная сторона.

Аликорн поморщилась.

— Рэрити... я... пожалуйста. Обещаю, я всё объясню после того, как ты поедешь к ней. Может, я ошибаюсь, и мне не хотелось бы думать об этом раньше времени. Хорошо?

Единорожка нахмурилась, но решила не спорить. Последнее, чего бы ей сейчас хотелось, это причинить принцессе ещё больше дискомфорта или ещё больше испортить совместное времяпрепровождение. Твайлайт со временем всё сама ей расскажет.

— Ну хорошо. Я сделаю всё что в моих силах, чтобы с ней повидаться, — согласилась Рэрити, достав одеяло из седельной сумки, прежде чем снова лечь на подушки, укрыться и закрыть глаза. — Но я планирую не думать об этом, пока как следует не высплюсь.

По правде говоря, ей самой хотелось увидеться с принцессой. С ней и королевской гвардией освобождение принцессы Луны и поиски принцессы Селестии не займут много времени.

И может, тогда у неё появится достаточно времени, чтобы сосредоточиться на тюрьме, что воздвигла сама себе Твайлайт.

— Стар! — позвала принцесса, и довольная улыбка украсила губы единорожки, когда она ощутила, что свет погас.

К сожалению, улыбка быстро исчезла, когда, открыв глаза, Рэрити увидела, что Твайлайт читает за столом, который стоял оскорбительно далеко. Не то чтобы единорожка имела какую-то личную неприязнь к столам, но просто последние месяцы в библиотеке, когда она ложилась спать, аликорн всегда ложилась и читала рядом с ней.

Что ж, пора время взять инициативу в свои копыта.

— Твайлайт?

Аликорн, навострив ушки, подняла взгляд.

— Да?

— Покоробит ли тебя предложение почитать рядом со мной? — спросила Рэрити, отодвинув несколько подушек и похлопав по полу рядом с собой. — Пожалуйста?

— М-м-м... — принцесса немного поколебалась, после чего левитировала книгу и направилась к единорожке, плохо скрывая своё нежелание. Добравшись до кровати, она, не сказав Рэрити ни слова, улеглась и пристально уставилась в книгу.

Белая пони задумчиво хмыкнула.

— Могу ли я взять на себя дерзость предположить, что ты всё ещё расстроена из-за того, что сделала принцесса Луна?

Ответом единорожке послужила красноречивая тишина, от которой ушки аликорна прижались к голове.

Рэрити вновь хмыкнула, перевернувшись так, чтобы быть лицом к Твайлайт.

— Могу ли я опрометчиво предположить, что ты всё ещё волнуешься о том, что моё мнение о тебе испортилось?

— Ты разве спать не собиралась? — спросила принцесса, и когда единорожка хихикнула, аликорн раздражённо оторвалась от книги. — Ну чего?

— Ты же моя маленькая глупышка? — спросила Рэрити, восхищаясь негодующим выражением лица Твайлайт.

— Я не глупышка! — запротестовала принцесса.

— Могу ли я попросить об одолжении? — единорожка левитировала ожерелье аликорна и уронила его поверх книги, вспышка магии, и ожерелье начало светиться.

Глаза Твайлайт заметались между ожерельями, и она было раскрыла рот, несомненно, чтобы возразить, но Рэрити была быстрее.

— Я не загляну туда, куда бы ты не хотела, — заверила единорожка. — Я просто хочу тебе кое-что показать. Как ты ранее выразилась, это лучший способ передать, не упуская и не искажая ни единой детали.

Хотя аликорн и бросила на Рэрити обеспокоенный взгляд, Твайлайт закрыла глаза и наложила заклинание. Как только связь была установлена, единорожка почувствовала немного не своего беспокойства, но она его проигнорировала и просто начала смотреть на принцессу.

Ни больше ни меньше.

Ни единой мысли о Дискорде, принцессах или выборах, что были сделаны тысячу лет назад. Кобыла просто-напросто смотрела на аликорна перед собой, и чем дольше она на неё смотрела, тем больше ей хотелось на неё смотреть, потому что, о звёзды, как же она по ней скучала. По ней, и её глупой, но милой привычке телепортироваться прочь, по бесконечной настойчивости в том, что Рэрити необходимо научиться всему на свете, по её маленьким хитростям, как незаметно посмотреть на единорожку, думая что та этого не замечает, и по тому, как легко Твайлайт украла её сердце.

Одна мысль за другой проносились в голове единорожки, и ей едва удалось сдержать восхищённую улыбку при виде яркого румянца, что с каждой секундой становился всё сильнее и сильнее, и как на самом деле очаровательно было ощущать стыдливо-довольное смущение принцессы.

Она взаправду думала, что Рэрити в ней разочаровалась.

Будто единорожка не провела последние месяцы, целиком и полностью сосредоточившись на поисках Твайлайт!

— Ну хорошо, хорошо! Хватит! — запищала Твайлайт, уткнувшись своим раскрасневшимся лицом в копыта, и Рэрити отважно боролась с желанием аликорна отвести взгляд. — Я поняла! Я всё поняла!

— Что такое, Твайлайт! Что же мне, уже и смотреть на тебя нельзя? — невинно спросила единорожка.

К сожалению, как бы Рэрити ни наслаждалась смущением возлюбленной, вновь накатила сонливость, заявляя свои права.

— Спи давай, — произнесла принцесса, справившись с румянцем. — Ты с трудом... — обе пони зевнули. — Держишься...

На мгновение единорожка чуть было не поддалась желанию другого "я" закончить заклинание, но вместо этого...

— Ещё минуточку...

Рэрити закрыла глаза, слегка поворочилась, устраиваясь поудобнее на подушках, а затем, продолжая поддерживать заклинание, положила одно из своих передних копыт на другое. Единорожка живо ощутила своё собственное мягкое прикосновение, и тёплая волна привязанности омыла её; она знала, что это чувство принадлежит не ей одной.

В конечном итоге Твайлайт Спаркл на самом деле не нуждалась в теле, чтобы обнять Рэрити, не так ли?

## — Глава 34 — Возвращение в кантерлотский замок

[Изображение: https://i.imgur.com/AvaxTMZ.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/JHS8n9b.png]

Дни летели один за другим, быстрее чем Рэрити того ожидала, и довольно скоро она обнаружила, что до отправления в Кантерлот осталось всего несколько часов. Неужели это какое-то остаточное воздействие проклятия? Или просто-напросто дни без Твайлайт казались бесконечными, а с ней — наоборот?

С момента возвращения в Понивилль единорожка практически не покидала библиотеку. Спайк с Твайлайт больше не беседовал, поскольку отбыл в Дымящиеся горы, чтобы забрать многочисленные пожитки и перевезти их в свой новый дом. К счастью, как и Рэрити, он прибудет домой как раз к Ночи Поисков.

— Всё собрала, перепроверила?

Единорожка оторвалась от блокнота и устремила взгляд на обеспокоенную принцессу напротив. Рэрити понимала, что Твайлайт нервничает из-за поездки, но, честно говоря, это был уже двенадцатый подобный вопрос за последний час.

— Твайлайт, у меня складывается ощущение, что ты решила, будто я тайком распаковываю собранные вещи, пока ты не смотришь, — произнесла единорожка, возвращая внимание к блокноту и дописывая предложение. — К тому же я беру с собой не так много всего.

К тому моменту как Рэрити закончила писать, принцесса левитировала к себе блокнот и просмотрела записи.

— Ты ведь не забудешь наложить заклинание, правда?

— А ты точно этого хочешь? Знаешь, они ведь заметят. Заклинание не самое скрытное, — отметила единорожка, и от этого замечания на лбу аликорна образовалась задумчивая морщинка. — Не думаю, что мне позволят наложить заклинание, которого они не знают, особенно во время аудиенции с принцессой.

Твайлайт пожевала губу, обдумывая замечание Рэрити.

— Заклинание защиты, — наконец предложила принцесса, поднимая взгляд. — Она тебя уже единожды прокляла, так что ты просто принимаешь необходимые меры, дабы это не повторилось.

— Ты... ты же не думаешь, что она может меня снова проклясть? — спросила единорожка, поигрывая копытом с ожерельем. Одна лишь мысль оказаться разлучённой с Твайлайт... Одной её хватило, чтобы захотеть отменить поездку или послать кого-нибудь другого.

Принцесса задумчиво хмыкнула, закрыв блокнот магией.

— Вряд ли. Разговор с другими пони тебя не проклял, а даже если ты вновь попадёшь под действие проклятия, ты уже знаешь, как его снять.

— Так и есть... Ну хорошо. Тогда, полагаю, мне пора, — пробормотала Рэрити, блуждая в мыслях.

Ей не хотелось ехать одной, но в то же время, если случится что-то плохое, ей не хотелось подвергать риску кого-то ещё. Что бы ни ждало единорожку дальше, она хотела быть уверенной, что Твайлайт больше никогда не останется одна.

Белая пони встала и надела седельные сумки, благодарно улыбнувшись, когда принцесса поправила их на спине, воспользовавшись магией. Возможно, глупый жест, но Рэрити он понравился. Он напомнил ей о том, как зимой мать поправляла отцовские шарфы.

“Суетиться вокруг кого-то, значит, заботиться, так ведь?”

Может быть, однажды и единорожка сможет хлопотать над своей любимой.

Чем больше Рэрити об этом думала, тем тяжелее становились её шаги. Твайлайт решительно пресекала и избегала любых разговоров о её... больших проблемах с самооценкой, и единорожке с каждым разом становилось всё хуже из-за своей беспомощности.

Ну а может, шаги становились тяжелее лишь оттого, что ей просто не хотелось уезжать, и всё.

Дойдя до выхода из библиотеки, Рэрити смотрела на него целую секунду, прежде чем развернулась на копытах и надулась на аликорна позади.

— Тва-а-айлайт, — заныла единорожка, плюхнувшись на круп. — Я только-только вернула тебя, а ты уже отсылаешь меня прочь! Так нечестно! Неужели эта поездка в Кантерлот не может подождать хотя бы недельку?

— Не может, хотя бы потому, что ты уже купила билеты, — как ни в чём не бывало ответила принцесса, левитируя возлюбленную в стоячее положение. — И я никогда не отослала бы тебя прочь, Рэрити.

— Ты попросила меня отправиться в Кантерлот за принцессой Дензой? — спросила единорожка.

Аликорн выгнула бровь.

— Да.

— Значит, ты отсылаешь меня прочь!

Твайлайт раздражённо вздохнула.

— Рэрити... мне нравится всё это не больше, чем тебе, но... — принцесса отвела взгляд, прикусила губу, а затем добавила. — Мне... мне нужно кое-что узнать, но без принцессы Дензы этого никак не сделать.

Белая пони хмыкнула, прищурив глаза.

— А это связано сама-знаешь-с-чем?

Аликорн закатила глаза.

— Да.

Ах, ну это меняет дело!

— Тогда хорошо! — воскликнула Рэрити и повернулась лицом к выходу. Если это могло приблизить освобождение Твайлайт, то промедление тут неуместно.

— Тогда поговорим попозже? — спросила Твайлайт.

Единорожка оглянулась и сверкнула обаятельной улыбкой.

— Не сомневайся.

* * *

Странно было думать, что когда-то давно, примерно год назад или вроде того, сама мысль о путешествии в Кантерлот вызвала бы у Рэрити бесконечный восторг. Гламур, утончённость! Вещи, которые раньше занимали её разум, медленно, но верно оказались... ну, "отброшены" не совсем правильное слово, так ведь? Скорее, другие желания и устремления заняли их место.

Однако то, что теперь к чувствам поездки в Кантерлот примешивались страх и волнение, было грустно и слегка необычно. Казалось, сияющий маяк кантерлотского высшего общества вёл мореходов на скалы. В конце концов, последние две поездки в столицу оказались для единорожки ожившим кошмаром.

И поведение Твайлайт вовсе не облегчало путешествие.

Что такого принцесса увидела в воспоминаниях? Любопытство снедало Рэрити, и ей хотелось бы, чтобы Твайлайт не прервала заклинание до того, как единорожка смогла бы зарыться поглубже в сознание принцессы в поисках ответов.

"А, всё равно скоро и так узнаю".

Несмотря на то, что было ещё раннее утро, город был наполнен пони, что трусили по своим повседневным делам. Белая единорожка специально выбрала ночной поезд, намереваясь иметь целый день в запасе на встречу с принцессой, и сомнений в том, что встреча состоится и достаточно скоро, не было. Другим пони пришлось бы ждать неделями или даже месяцами, но не ей, особенно если Рифт Шилд будет неподалёку.

Скорее бы увидеть выражение лица гвардейца, когда тот услышит новость о том, что ей удалось снять проклятие! Рэрити не терпелось насладиться им, и хотя хвастовство не пристало леди, не терпелось ей и прихвастнуть. Жаль лишь, что фотоаппарат с собой она не захватила.

Единорожка направилась к замку и, лишь добравшись до него, вспомнила о своём обещании Твайлайт. Кобыла пересекла ворота, дружелюбно улыбнулась двум охранникам, после чего остановилась неподалёку от главного входа и зажгла рог. Аликорн не уточнила, когда Рэрити следовало наложить заклинание, а в этом деле нельзя было наложить его слишком рано.

Ожерелье засияло, прошла одна, две, три секунды, прежде чем, наконец, раздался знакомый "динь", и разум единорожки словно изменился. Рэрити встряхнулась, протёрла копытами глаза, затем открыла их и снова посмотрела наверх, немедленно почувствовав непреодолимую волну тоски по дому.

Прежний трепет единорожки к Кантерлоту исчез, сменившись знакомым чувством, которое можно было описать только как... по крайней мере, это было верно для Рэрити, как чувство, которое она испытала, вновь найдя библиотеку.

Пара гвардейцев протрусила мимо, и их вид вернул единорожку к реальности и цели её путешествия. Кобыла сосредоточилась на патрульных, намереваясь пойти за ними внутрь замка, но не успела она как следует сформулировать эту мысль, как в голове возникла другая идея.

Нет... ей... им. Им нужна была не прогулка по замку. Им хотелось пройти через потайной ход, прямиком в королевские покои. Мысль целиком захватила Рэрити.

"Но там так грязно!" — протестующе подумала единорожка. И пыльно, и, честно говоря, ход навевал не самые приятные воспоминания.

Но, с другой стороны, пони ничего не успеют спрятать, не зная что она туда собирается.

— Ну и ну, — пробормотала белая пони, труся прочь от главных дверей, обходя замок, гораздо охотнее следуя новому плану. — Ну разве мы сегодня не само коварство?

К сожалению, и общему раздражению, возле потайного входа расхаживал гвардеец. Принцесса приказала охранять проход во избежание новых "инцидентов?"

— И что теперь ты предлагаешь? — пробормотала себе под нос Рэрити, и не успев договорить, в разум просочился весьма предсказуемый и очевидный по общему признанию ответ.

Если бы не слияние разумов, единорожка бы указала Твайлайт, что телепортация не может послужить решением любой проблемы. Но на данный момент пони почувствовала себе довольно-таки умной, из-за того, что придумала это, и разве не повезло, что аликорн так настойчиво настаивала на уроках единорожки, потому что в противном случае пришлось бы...

— Ну хорошо, хорошо! — пробормотала Рэрити, прогоняя настойчивые и, честно говоря, немного надменные мысли прочь.

Кобыла подбежала к охраннику и входу так близко, как только могла, широко улыбнулась и помахала, когда стражник посмотрел в её сторону. Единорожка притворилась, что восхищается декором замка, и её разум заполнился, а точнее, вспомнился деталями строительства замка, и когда она была на полпути к воспоминаниям о пятой крупнейшей реставрации восточного крыла, гвардеец отвлёкся на проходящего мимо жеребца.

Рэрити сосредоточила магию, закрыла глаза, представила тоннель и хлоп! Не прошло и секунды, как она очутилась внутри мрачного потайного хода. Довольная улыбка скользнула по её лицу при отдалённом звуке голоса охранника, не подозревающего о её присутствии, и она направилась вглубь. Как и в прошлый раз, ряд факелов ожил и осветил извилистый подъём.

Пока единорожка шла по тоннелю, воспоминания нахлынули с новой силой. Началось то, что можно было описать только как лекцию о  подробностях использования тайного хода и его назначении. Первоначально он был спроектирован как личный, защищённый вход и выход для принцесс, но позже стал бесполезным, после того как Дискорд обнаружил его во время пикни...

Внезапно мысль резко оборвалась, и та часть её разума, что не была Рэрити, неожиданно стала очарована звуком копыт, цокающих по каменному полу. А вот Рэрити явно была недовольна столь резкой сменой темы.

Раздражение, как и глупое увлечение бессмысленными деталями, продлилось не дольше нескольких мгновений, поскольку они достигли знакомой двери, и оба сознания вновь мыслили в унисон. Единорожка толкнула дверь и взглядом окинула пузыри хаоса, что всё ещё парили вокруг.

Хотя Рэрити знала, что её с Твайлайт связывает множество замечательных вещей, приятно было узнать, что одной из таких было безмерное раздражение по отношению к Дискорду. Похоже, что ненависть действительно связывала пони вместе.

Единорожка трусила по тоннелю, стараясь не обращать внимания на пузыри, ибо, как ей думалось, Дискорду бы очень хотелось отвлечь её от миссии. В конце концов, добравшись до двери в коридор и тихонько её приоткрыв, Рэрити почувствовала огромное облегчение, когда, заглянув внутрь, никого не обнаружила.

Похоже, гвардейцы решили, что одного пони на страже снаружи будет достаточно.

Точно так же, как и вид замка, знакомый коридор наполнил сознание грустью. Какое странное чувство, хотеть обнять и утешить саму себя. Рэрити огляделась, чтобы наметить следующий шаг, и её взгляд остановился на статуе в нише.

И тогда.

И тогда единорожка поняла, что ощущение "грусти", что она испытала раньше, вряд ли могло сравниться с тем, что она почувствовала сейчас. В это мгновение она знала, кем был этот жеребец. Она знала звук его голоса, его мысли, его устремления, его верность и любовь к семье, но теперь его нет, а на его месте в душе теперь зияла пустота. Слёзы наполнили глаза белой пони, и она не могла определить, её это слёзы или Твайлайт. Их общие, в конечном итоге заключила она.

Рэрити подтрусила к статуе и прочитала надпись на основании.

"Я найду тебя вновь, в этой жизни или в следующей".

Это было уже слишком.

Воля, несхожая с её собственной, заставила единорожку отойти от статуи, потому что это было слишком больно. Однако желания перестать о ней думать не было. Рэрити чувствовала сильное желание Твайлайт оплакать брата, но аликорн не поддавалась этому чувству.

“Уже всё закончилось, — невольно пришла в голову мысль. — Он и Кейденс прожили счастливую жизнь. Он и Кейденс жили счастливо до самой смерти, а теперь всё кончено. Давно кончено”.

С чужими мыслями, кружащимися в голове, кобыла пересекла коридор, её взгляд остановился на двери с кьютимаркой принцессы Кейденс. Рэрити смутно припомнила, что было внутри. Аккуратная и чистая комната, больше похожая на детскую, чем на спальню, заполненная пыльными жеребячьими игрушками и пустой колыбелькой.

Единорожка встала перед дверью, вспоминая комнату, но вновь почувствовала желание двигаться дальше и не зацикливаться на таких вещах. Рэрити подчинилась.

Белая пони услышала голоса вдалеке и увидела движущиеся тени через щель в двери в конце коридора. Там была выставлена стража, и ей захотелось подойти, постучать в дверь и попросить открыть. Наверняка это должно обеспечить немедленную аудиенцию у принцессы Дензы, так?

Не пройдя и десяти шагов, Рэрити вновь остановилась, радость и волнение наполнили её при виде собственной... то есть кьютимарки Твайлайт на двери. Взволнованно охнув, единорожка убедила себя, что быстренько заглянуть в комнату никому не повредит, ведь правда? Верно, Рэрити, никому.

Сродни тому, как жеребёнка выпустили в кондитерскую лавку.

Её комната.

Единорожка вбежала внутрь, движимая нарастающим волнением в груди, обнаружив, что узнаёт каждый предмет в комнате. Каждый телескоп, каждую картинку, каждый уголок и каждая трещинка, все теперь были в той же степени её, что и Твайлайт. На стенах кобыла увидела плакаты, в которых теперь узнала исследования Твайлайт, посвящённые Элементам Гармонии! А на кровати всё ещё лежало устройство для обнаружения магических всплесков! На столе находились треснувшие остатки трёх шаров Элементов Гармонии! А вот на стуле лежи...

Что?

Все мысли замерли.

Там, на столе, лежали три шара утерянных Элементов Гармонии.

Все три.

Вот так вот просто.

Приоткрыв рот, Рэрити направилась к столу, к этому моменту ясно чувствуя, что её подгоняет Твайлайт. Единорожка левитировала один из шаров, а мгновением позже опустила его обратно, мыслительные процессы сломя голову пустились вскачь.

Теперь Рэрити знала о Элементах всё, ну, или по крайней мере всё, что знала Твайлайт. Всплыло воспоминание, одновременно чёткое, но в то же время размытое, о большом увядшем дереве внутри пещеры. Единорожка в воспоминании видела, как Твайлайт, взрыла копытами землю и нашла грязный каменный шар. Увидела, как она окутала его магией, как белый волшебный сгусток вылетел из шара и влился в Твайлайт, чтобы тут же каменный шар обратился в знакомую корону.

— Погоди-ка! — выпалила Рэрити, обращаясь и к себе, и к аликорну. — Я уже видела такое раньше!

Единорожка уже видела такой огонёк, белую прядь магии, вылетевшую из одного из разбитых шаров, в... в седельную сумку?

С округлившимися глазами белая пони попятилась.

— Но, это... это же...

И вот Рэрити начала кругами ходить по комнате, пока оба сознания пытались понять, что всё это значит.

Что оно вообще могло значить?! Неужели Элемент... Элемент чего бы он там ни был, связан с ней? Но он же влетел в сумку? Это вообще считается? Но если направился, то почему не превратился? Может, потому что не считается? И почему из всех пони он выбрал именно Рэрити?! Ну, а почему бы и не меня?! Она же просто замечательна! Великолепна! Тартар побери, она вполне могла бы стать носителем Элемента Гармонии, премного благодарна!

“Но её?! Правда что-ли?!” — вклинилась другая мысль.

Если Элемент её выбрал, значит, привязки к аликорнам нет, а значит, все исследования Твайлайт целиком и полностью ошибочны! Только если...

Рэрити замерла, поднесла копыто ко рту, и восхитительное чувство наполнило её сердце.

— Я что, на самом деле аликорн?..

Единорожка возобновила расхаживания.

"Нет, ну это смешно! — вновь замерла. — Или нет? — снова трусцой закружила по комнате. — Или да! — и снова остановилась. — А может, всё же нет? Мы... я имела в виду, ты не была аликорном, когда Элемент связался с тобой, а посмотри-ка теперь на себя, принцесса Твайлайт Спаркл!"

Чужих мыслей после этой фразы в голове не возникло.

— Ага! — воскликнула Рэрити, взмахнув гривой. — Туше, любимая!

И сразу после этого она осознала, что ведёт крайне нелепую дискуссию, в которой, кстати говоря, она ещё не победила, спасибо за напоминание. И вместо того, чтобы сидеть здесь и спорить о потенциальных аликорнах, время можно было потратить с пользой, например, чтобы выяснить, кем, как и когда были найдены шары Элементов.

Движимая этой мыслью, единорожка левитировала шары и вышла вместе с ними из комнаты обратно в коридор. Рэрити подтрусила к двери, обдумывая подходящий способ встретиться с принцессой Дензой, но как только мысль сформировалась, и единорожка оказалась в одном шаге от того, чтобы постучать в дверь и привлечь внимание стражей, внезапный и сильный порыв пойти и посмотреть другие комнаты взял верх.

Желание встретиться с принцессой Дензой, что занимало единорожку всего несколько минут назад, ушло. Теперь ей и вправду захотелось пойти и посмотреть другие комнаты, потому что они были намного более красивы, намного более интересны, и Рэрити поняла, что её второе "я"... тянет время?

Осознание заставило единорожку постучать в дверь, прежде чем её успели остановить, и когда она постучалась, то застыла в панике, услышав, как охранники по ту сторону прекратили разговор. Рэрити не могла точно сказать, кто застыл, она или Твайлайт, а может, обе, но она предпочла верить, что Твайлайт.

Собравшись с духом, в попытке взять ситуацию под свой контроль, единорожка постучалась ещё раз, на этот раз дважды, и теперь, казалось, словно Твайлайт уменьшила своё присутствие, как и Рэрити ожидая, что же произойдёт дальше и, о, что произошло.

Дверь медленно открылась, два удивлённых гвардейца заглянули внутрь, а затем в шоке отпрыгнули при виде ухмыляющейся единорожки.

— Чудесное утречко, правда? — произнесла она. — Ваша охрана не очень эффективна. Может, стоить её как-то улучшить, м?

— С-снова ты?! — выпалил один из гвардейцев, направив копьё на Рэрити. Не то чтобы её хоть сколько-то это испугало, но единорожке весьма польстила мысленная вспышка чужеродного негодования и заботы.

— К-как ты сюда попала?! Почему у тебя с собой эти круглые штуковины?! — потребовал ответов второй гвардеец, также держа копьё по направлению к единорожке. Затем жеребец кивнул головой в сторону её рога и вновь застыл в боевой готовности. — И что за заклинание ты поддерживаешь?!

— Защитное заклинание! — ответила Рэрити, слова словно сами возникали в её голове. — Простая штучка, не извольте беспокоиться. Оно лишь создаёт прозрачный щит вокруг моего тела, даруя иммунитет к этому надоедливому проклятию, которым в тот раз одарила меня принцесса Денза.

Единорожка привстала на кончики копыт, чтобы посмотреть поверх голов гвардейцев в коридор.

— А принцесса дома? Мне на самом деле нужно её увидеть. Речь пойдёт о этих "круглых штуковинах", как ты их остроумно назвал.

Гвардейцы молча уставились на белую пони.

— Ну пошли! — воскликнула Рэрити, махнув копытом. — Ведите же, а я за вами!

И действительно, один из гвардейцев ушёл, отступив в начале на несколько шагов, после чего бросился прочь, в то время как второй стражник рявкнул единорожке, чтобы она оставалась на месте, что, впрочем, не впечатлило не одно из её сознаний.

Через несколько минут жеребец вернулся, и с ним пришёл некий лейтенант, что парадоксальным образом одновременно обрадовало и разозлило её.

— Не могу в это поверить, — произнёс Рифт Шилд, таращась на кобылу. — Взаправду не могу.

— Рифт! — с лучезарной улыбкой воскликнула единорожка. — Как же я рада тебя видеть!

— Рэрити, — спросил лейтенант, снимая шлем. — Что ты...

— Я сняла проклятие, — перебила его белая пони, не теряя улыбку и наслаждаясь тишиной, последовавшей после фразы. — Но я на всякий случай буду продолжать поддерживать своё защитное заклинание. Не хочу рисковать!

— Ты... чего?

— Ты слышал меня, Рифт, — произнесла Рэрити, и не смогла удержаться от того, чтобы добавить: — Я сняла проклятие, которое, по всей видимости, не могла снять вся королевская гвардия на протяжении тысячи лет. Подумать только.

Точно так же, как и гвардейцы ранее, жеребец просто уставился на единорожку, поэтому она решила продолжать говорить, решив, что хочет уже хоть куда-нибудь продвинуться.

— Я как раз говорила твоим гвардейцам, которые, если мне дозволено заметить, до сих пор не опустили свои копья, что мне срочно нужно встретиться с принцессой Дензой, — добавила Рэрити, хмыкнув, когда стражи поспешно убрали оружие.

— Сейчас? — ошарашено спросил Рифт. — Ты хочешь встретиться с нею сейчас?

— Да, сейчас.

Рифт, до крайности смущённый сложившейся ситуацией, отступил назад.

— Ладно, послушай, просто опусти их и давай поговорим, — произнёс жеребец, жестом показывая единорожке опустить камни Элементов. — Прежде чем думать о встрече с принцессой, мы можем сначала обсудить о чём будет разговор? Я всё устрою, и ты сможешь поговорить с ней завтра или даже сегодняшним вечером, хорошо?

— Нет. Мне нужно её увидеть прямо сейчас, — непоколебимо повторила Рэрити. — Или ты, возможно, позабыл, что случилось в прошлый раз, когда ты не сразу меня отвёл к ней?

Кобыла на секунду замолкла и вспомнила, почему именно Твайлайт захотела пойти тоннелем, после чего сузила глаза и спросила:

— Или может, принцессе есть что скрывать?

— Нет, — тут же ответил Рифт, выпрямившись. — Совершенно нечего.

Единорожка изящно улыбнулась.

— Ну тогда почему бы не отвести меня к ней прямо сейчас? Я больше чем уверена, что причина моего пребывания здесь достаточно серьёзна, чтобы она выделила мне минутку своего времени, как ты думаешь?

— Ладно, — пробормотал гвардеец, нахмурив брови. Рифт жестом подозвал двух стражей и сделал шаг по коридору. — Я отведу тебя к принцессе.

Хотя Рэрити шла за ним с высоко поднятой головой, она не могла чувствовать себя более неуверенной чем сейчас. И не потому, что единорожка думала, что не договорится с принцессой, нет, с лёгкостью, а потому что Твайлайт, ну, затихла. Кобыла не ощущала присутствия аликорна, единственный способ, которым она могла бы описать это чувство, словно Твайлайт нарочно закрыла свои мысли от Рэрити.

Переведя взгляд на Рифта, белая пони обнаружила, что тот тоже не в своей тарелке. Лоб сильно нахмурен, глаза прищурены, а шаг размеренный, словно движение секундной стрелки. Было ясно, что он явно не в восторге от предстоящей встречи, и единорожке не терпелось узнать почему.

Они завернули за угол, и то ли от волнения, то ли от тревоги, сердце единорожки бешено забилось в груди при виде дверей тронного зала в конце коридора. Достигнув закрытых дверей, гвардейцы по обеим сторонам от Рифта посмотрели на него с выражением, которое можно описать по меньшей мере как недоумённое, но лейтенант их проигнорировал и постучал в дверь, по началу три раза, и после небольшой задержки ещё дважды.

“Какой-то сигнал?..”

Ощущалось, по крайней мере, что сигнал.

Однако не успела она обдумать мысль как следует, двери распахнулись и Рифт, шагнув в сторону, со странной торжественностью произнёс:

— После тебя, Рэрити.

Вежливо кивнув, кобыла вошла в тронный зал, как уже заходила в тот день, который можно было назвать одним из самых худших дней в её жизни.

Как и в прошлый раз, тронный зал был тускло освещён, а бóльшая часть штор была задёрнута, чтобы не пропускать солнечный свет. В первый раз она не обратила на это внимания, но теперь? Теперь обстановка словно кричала на неё, призывая хоть на этот раз присмотреться повнимательнее.

Или это была Твайлайт?

Единорожка заставила себя отвести взгляд от убранства и посмотрела на аликорна в дальнем конце зала. Совершенно новое чувство, видеть принцессу во время мысленной связи с Твайлайт. Там стояла она, последняя живая родственница двух пони, кого...

Кого она не...

Мысль была раздавлена и отброшена лавандовым аликорном, быстрее чем Рэрити успела её додумать, но не так уж и трудно было догадаться, как должна была закончиться фраза.

Принцесса Денза, как и прежде, стояла перед своим троном около стола. Она явно была удивлена присутствием единорожки, аликорн навострила ушки, а глаза... глаза, казалось, смотрели единорожке прямо в душу, и на мгновение Рэрити испугалась, что принцесса увидит в ней Твайлайт.

И она выглядела... она выглядела точно, как принцесса Кейденс. На неё было так же больно смотреть, как на статую Шайнинга Армора.

И единорожка отвела взгляд, потому что что-то или кто-то побудило перестать смотреть в эти глаза и посмотреть на что-нибудь другое, даже несмотря на боль. Еле заметная зелёная аура всё ещё окружала принцессу, ещё менее заметной ауру делало приглушённое освещение, но... но казалось, что чего-то ещё не хватает.

Денза так была похожа на Кейденс, и единорожке в голову пришла одна мысль.

Возможно, даже слишком похожа.

"Ух-х! Воображение пони действительно достойно восхищения! Чего они ещё придумают? Что на самом деле она Королева чейнджлингов, вернувшаяся к жизни? Ну-у, технически..."

Белая пони затаила дыхание. Нет...

Рифт Шилд прочистил горло.

— Ваше высочество. Рэрити из Понивилля здесь, чтобы увидеть вас. Дело срочное.

Глаза принцессы Дензы метнулись от единорожки к жеребцу.

— Срочное?

— Ваше высочество, — произнесла единорожка, практически выдавливая из себя слова, потому что Твайлайт Спаркл вплотную подобралась к сути чего-то, и Рэрити не была уверена, что готова принять истину. Твайлайт хваталась за соломинку, которой не было.

Или же она...

— Ваше высочество! — вновь повторилась кобыла, левитируя камни Элементов и с силой опустив их на стол. — Эти шары. Вы знаете, что они такое?

— Да, — ответила принцесса. — А ты? Мне кажется, что знаешь.

— Это камни Элементов, да? — спросила единорожка. — Те, что искала принцесса Твайлайт до и после войны, верно?

Принцесса посмотрела на шары.

— Да, всё так, — взгляд аликорна вернулся к Рэрити. — Предположу, что эти камни не причина твоего появления?

— Проклятие. Я сняла проклятие.

Глаза принцессы округлились.

— Ты... ты что?..

— Если я не ошибаюсь, давным-давно Дух хаоса сказал пони, что куда-то переместил дерево принцессы Твайлайт из Вечнодикого леса, оставив на его месте бездонную яму. Это иллюзия. Проклятие заставляло чувствовать, что ты идёшь не туда, хотя на самом деле ты рядом, а само дерево по-прежнему растет в лесу, и именно так он и обманывал пони.

В зале воцарилась тишина.

В своём царствовании тишина была оглушительна, принцесса тихо смотрела на Рэрити. Возможно, оценивала?

— Как... — принцесса выпрямилась. — Ты сможешь подтвердить свои слова? В прошлый раз ты принесла доказательства. Короны и фотографии. Есть что-нибудь ещё, чтобы доказать, что ты действительно сняла проклятие?

Единорожка сглотнула.

— У меня есть свидетели. Мои спутники дома и дракон. Я дружу с капитаном Вандерболтов в отставке, и она, я уверена, что вы в курсе, представила меня своему спутнику — дракону. Я не сомневаюсь, что и вы его знаете.

Принцесса Денза промолчала, но её глаза? Глаза и пристальный взгляд выражали много больше, чем могли бы вместить в себя слова. Рэрити лишила принцессу Эквестрии дара речи, но не была склонна праздновать это свершение.

Гнетущее чувство, что по-прежнему что-то не так, осталось, но единорожка решила идти до конца, ведь разве не дала она обещание Твайлайт?

— Но принцесса, у меня есть прошение, — произнесла кобыла, выдавив из себя улыбку.

— Прошение? — мягко спросила принцесса, её глаза выражали скорее осторожность, чем подозрительность.

— Если позволите мне такую дерзость, то я бы хотела, чтобы вы поехали со мной в Понивилль, — произнесла она, не зная, что и чувствовать, когда принцесса не выказала ни единой эмоции. — Я могу снять с вас проклятие. Я сняла его с моих спутников и уверена, что смогу снять его с вас и с вашей гвардии. Я уверена, что с вашей помощью поиски потерянных принцесс пойдут намного быстрее. Вы...

Рэрити запнулась, на мгновение её охватил страх, но страх был не её.

Справившись с чувством, единорожка продолжила.

— Вы сможете поехать? — решительно спросила белая пони. — Прямо сейчас?

Прошли века, за то время, что потребовалось принцессе чтобы ответить. Сердце в груди единорожки застучало кузнечным молотом, словно что-то ужасное зависело от ответа, и она... они ждали. Сознание Твайлайт затихло, но всё ещё было там, все ещё цеплялось за Рэрити.

— Да, — наконец ответила Денза. — Я смогу поехать.

Удивление окатило единорожку приятной волной, мгновенно развеяв тревогу, засевшую в груди.

— Сможете?

— Да, — повторила принцесса Денза, и Рэрити была шокирована тем, как искренне говорила принцесса.

А почему бы ей и не быть искренней?

— Мне нужно приготовиться, но мы с гвардией сможем встретиться с тобой у ворот через полчаса, — продолжила аликорн, взъерошив перья. Принцесса повернулась к Рифту и кивнула на дверь. — Пожалуйста, Шилд, займись приготовлениями.

— Да, ваше высочество! — сразу же ответил жеребец, отчеканив копытом по полу.

Затем гвардеец жестом пригласил Рэрити последовать за собой, и хотя кобыла повернулась на выход, не успев сделать и шага, она почувствовала, что вынуждена остановиться.

— Что-то не так? — раздался голос принцессы Кейденс.

Единорожка ответила не сразу. Не потому, что не хотела, а потому что со всех сил пыталась понять мысленную просьбу, вопрос, что сжигал её изнутри, потребность знать...

— Принцесса Денза? — спросила кобыла, повернувшись. — Пожалуйста, можете поближе посмотреть на камни?

Принцесса удивлённо моргнула, но выполнила просьбу, левитировав к себе шары и внимательно осмотрев каждый. Черезе минуту она положила их обратно на стол.

— Я не совсем уверена, на что конкретно стоит обратить внимание? — спросила аликорн.

По правде говоря, Рэрити и сама не знала. Твайлайт не давала ответов, просто приказывала без объяснений или контекста.

И всё же.

И всё же она почувствовала что-то. Что-то странное, что-то явно выбивалось.

— Я... я...

Что же это было за чувство? Единорожка вспомнила тот момент, когда Твайлайт прервала мысленную связь. Итак, принцесса, в этом же самом тронном зале, осматривает доказательства. Но что... что заставило Твайлайт прервать связь? Почему ей захотелось...

И тут Рэрити поняла.

В этот момент она поняла страх Твайлайт.

В этот момент единорожка поняла, почему Твайлайт хотела, чтобы Рэрити приехала сюда.

В тот момент она слишком боялась узнать правду, но...

Но трусихой она никогда не была.

— Принцесса Денза, — произнесла единорожка, чувствуя, как её голос дрожит, а имя словно застряло в горле. — Пожалуйста, не могли бы вы вновь осмотреть шары? Мне кажется, что вы упускаете нечто важное.

Ушки принцессы дёрнулись.

— Я... хорошо, — сказала она, вновь левитируя шары, рассматривая их гораздо внимательнее, настолько, что чуть было не прижимала к носу. Через минуту аликорн положила их обратно и беспомощно заявила: — Я не понимаю, чего именно я должна в них увидеть. Они похожи на камни.

С нарастающей слабостью в теле Рэрити сглотнула и попыталась улыбнуться.

— Принцесса, пожалуйста, не могли бы вы поднять их ещё раз?

— Зачем? — нахмурившись, спросила Денза. — Может, просто скажешь, в чём...

— Прошу, принцесса Денза, — попросила единорожка, и аликорн вновь подчинилась, окутав магией шары.

— Нет, — произнесла Рэрити, и теперь кобыла почувствовала подавляющее присутствие Твайлайт. — Не магией. Возьмите их копытами.

Принцесса не выказала ни единой эмоции.

— П-прошу прощения?

— В нашу прошлую встречу, — слегка дрожащим голосом сказала единорожка. — В нашу прошлую встречу, когда вы осматривали вещи, что я принесла, вы... вы пользовались только магией. Почему?

Принцесса Денза улыбнулась.

— Разве? Я даже и не заметила! Должно быть, слишком уж привыкла к ней! — аликорн поднесла копытце ко рту и хихикнула. — И должна признаться, я ужа-а-асно ленивая.

Рэрити не рассмеялась и подметила, что не рассмеялись и гвардейцы.

— Принцесса, знаете, что кажется мне странным? — произнесла единорожка, и теперь эта речь принадлежала в той же степени ей, сколько и Твайлайт. В конце концов, они обе знали, к чему всё идёт. — То, что я знаю лишь ещё одну пони, которая пользуется одной лишь магией вообще для всего, а делает она это потому, что физически не может пользоваться телом.

Улыбка принцессы погасла.

— Да?

— Да, — подтвердила Рэрити, и как трудно было сохранять самообладание, когда казалось, что мир двух пони рушится вокруг неё. — Странное совпадение, да? А как так вышло, что оба раза вы стояли перед своим троном, а не сидели на нём?

— Рэрити, я понимаю к чему ты клонишь. И хотя это крайне интересная теория, но боюсь, что она так же крайне сомнительна.

— Ну, если это так, принцесса, то уверена, вы можете понять, как отчаянно я хочу ошибиться, поэтому попрошу снова.

При помощи магии единорожка пододвинула шары поближе к принцессе Дензе, и страх, оттенка, неизведанного ранее, сковал её сердце.

— Пожалуйста, возьмите шары копытами.

— Довольно! — воскликнула принцесса Денза, явно взволнованная. — Это уже ни в какие рамки не...

— СЕЙЧАС ЖЕ, ПРИНЦЕССА КЕЙДЕНС! — взвизгнула Рэрити, и чужие слёзы заполнили её глаза, когда она магией сдёрнула шлем ближайшего гвардейца и бросила его прямо в правителя Эквестрии.

Как бы описать опустившуюся тишину?

Смертельная, пронзительная, тишина, перебитая лишь звуком удара шлема о трон, а затем падения единорожки на круп, прижавшей в шоке копыта ко рту.

Что-то сломалось в самой её сути. Нет, не совсем точно. Что-то сломалось внутри принцессы Твайлайт Спаркл, и Рэрити почувствовала, словно оборвалась нить, поддерживающая здравомыслие аликорна, словно сама душа безвозвратно разбилась вдребезги.

Единорожка думала, что фраза на статуе Шайнинга Армора обращена к Твайлайт, но нет.

"Даже Кейденс и Шайнинг Армор, — прошептал голос в голове кобылы, пустой и безжизненный, словно сама смерть. — Даже Кейденс и Шайнинг Армор страдали из-за меня".

А затем заклинание связи оборвалось, и реальность обрушилась на Рэрити, потому что существовали тысячи тысяч различных версий Легенды о Четырёх принцессах, и все они были неверными.

Не три принцессы были обречены на существование призраками.

А все четыре.

— Нет, — прошептала единорожка, тряся головой, потому что это было уже чересчур, перебор, и когда Твайлайт ушла, новость оказалось слишком ужасной, чтобы вынести её в одиночку.

Принцесса Денза молчала.

Она просто смотрела.

— Нет, это невозможно! — воскликнула Рэрити, поднялась и сделала пару шагов назад. — Я же видела в газетах как ты путешествовала по всей Эквестрии! Я лично видела тебя во время парада принцессы, смеющейся и обнимающей принца Сильвер Лэнса! Этого же просто не може...

Единорожка попятилась ещё дальше, слова Дискорда вновь раздались в её сознании, кобыла не удержалась и отступила ещё на пару шагов, вспомнив единственный в Эквестрии вид, чьи жизни зависели от принцессы Кейденс.

— Рифт... — прошептала белая пони, обернулась и со слезами на глазах посмотрела на жеребца, что съежился под её взглядом.

— Р-Рэрити, прошу, дай нам объясниться, мы...

Он был в деревне. Они позвали его.

— Ты пони? — прошептала единорожка, а затем шагнула вперёд, движимая первобытным страхом и ужасом. — Ты пони?! Отвечай мне, Рифт Шилд! ОТВЕЧАЙ!

И он ответил, но не словами, потому что через мгновение Рэрити в ужасе отступила, когда жеребец перед ней обратился пристыженным чейнджлингом.

— Нет...

Принцесса же продолжала молча смотреть.

— Пожалуйста, — взмолился он, шагнув к единорожке, — мы лишь хотим помочь! Мы всегда помогали принцессе Кейденс! Пожалуйста, послушай!

Мольбы чейнджлинга остались неуслышанными. У Рэрити закружилась голова, весь мир словно закружился и распался на части вокруг кобылы. Вся её жизнь была ложью. Всё королевство было ложью.

Единорожка повернулась к другим гвардейцам, потому что, прошу, принцессы, умоляю, это не могло быть правдой, но её опасения подтвердились, когда, один за другим, комната наполнилась чейнджлингами.

Наконец Рэрити повернулась к принцессе Кейденс, Первой и Единственной.

— Простите, — прошептала единорожка сквозь копыто, прижатое ко рту, уже не пытаясь сдерживать слёзы. — Принцесса Кейденс, простите меня.

Принцесса Кейденс ласково улыбнулась очень доброй, но очень усталой улыбкой.

— Простить? Но за что? Это первый за долгое, очень долгое время раз, когда у меня появилась надежда.

## — Глава 35 — Последняя Ночь Поисков

[Изображение: https://i.imgur.com/jKeV57H.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/X0bRpQu.png]

Всё казалось размытым.

Какой-то пони вывел её из тронного зала. Рифт? Другой гвардеец? Рэрити не помнила, и ей было всё равно. Казалось, весь её мир изменился, но не как после встречи с Твайлайт. В новом открытии не было удивления или волнения первооткрывателя.

Был лишь чистый ужас.

Ужас от осознания того, насколько глубока кроличья нора.

Перед единорожкой на столе стоял стакан воды. Она подняла взгляд и увидела Рифта Шилда в образе пони, что стоял по другую сторону стола.

— Рэрити, выпей. Это поможет.

Пить ей не хотелось, но всё же она подчинилась. Единорожка хотела было воспользоваться магией, но вместо этого взяла стакан в копыто. Ей требовалось почувствовать его, осознать, не оставив сомнений, что мир вокруг реален, что она не погрузилась в кошмарный сон.

Рэрити сделала большой глоток и, поставив стакан на стол, прянула ушками от стука стекла о дерево.

— Как давно... чейнджлинги...

Единорожка замялась, потому что ей всё ещё тяжело было принять новую правду.

— С самого начала, — ответил Рифт, присаживаясь на подушку и кладя копыта на стол. — Ну, не я лично, конечно же. Чейнджлинги столько не живут, но каждый пони в Хартс Хэйвен давным-давно с принцессой. Только чейнджлинги знают. Ни один пони, за исключением капитана стражи, не повышался в звании выше лейтенанта, чтобы избежать разоблачения.

Рэрити сглотнула. Вся королевская семья была лишь фарсом уже более тысячи лет, и никто об этом не подозревал. Простое знание этого факта отправило бы её в круговерть безумия, если бы она уже в ней не была.

— И ни один пони не знал про это? Даже Спайк?

— Он тоже знает, — признался гвардеец. — Дракон и принцесса поссорились столетия назад, потому что они... Ну, им было непросто.

Рифт покачал головой.

— Но в любом случае он никому не рассказал. Даже Рэйнбоу Дэш не знает. Ей известно лишь, что на принцессу "Дензу" работают чейнджлинги. Я знаю, что Спайк ненавидит принцессу, но даже он прекрасно понимает, что такой секрет способен ввергнуть общество Эквестрии в хаос, что, собственно, и произошло тысячу лет назад, когда принцесса попыталась сознаться в произошедшем.

Единорожка не нашлась с ответом.

— Её обвиняли в том... в том, что из-за неё принцессы стали легендой, — продолжал гвардеец, его голос звучал словно издалека, будто единорожка едва могла осознать всё происходящее. — Пони приходили к Кейденс, она говорила с ними, после все живущие стали прокляты, а она даже не знала по...

— Ты уже мне всё это говорил, Рифт, — прервала рассказ кобыла.

— Её гложет осознание этого, пойми, — продолжил гвардеец почти умоляюще, словно адвокат, пытающийся оправдать принцессу перед многими поколениями пони, обвиняющих Кейденс в бездействии. — Мне кажется, я за всю свою жизнь ни разу не видел на её лице настоящую улыбку, до сегодняшнего дня.

— Ты знаешь, как её освободить?

Рифт ответил не сразу.

— Н-нет... она сказала, что Дух просто проклял её и рассказал, что сделал с остальными.

"Естественно, рассказал, — подумала кобыла, сделав ещё один глоток воды. — Как быть злодеем, если ни один пони не узнает, что ты сделал?"

— Рэрити, послушай...

— Дай мне минутку, Рифт, — перебила его единорожка, закрыв глаза копытами, и, когда ответила ей лишь тишина, добавила. — Спасибо.

По правде говоря, ей вправду надо было подумать, осмыслить и принять, но не мысли о новых откровениях про принцессу Кейденс и её затруднительное положение, вовсе нет, а о Твайлайт. Рэрити всё ещё чувствовала отголоски этого полного и абсолютного самобичевания, переданные ожерельем.

Переданные ожерельем... Лишь звёзды знали, как тяжело было Твайлайт. Как тяжело ей прямо сейчас. Рэрити наколдовала заклинание связи, проигнорировала вопрос Рифта и в молчании стала ждать ответа. Она ждала и ждала, пока не прошли несколько минут, а аликорн так и не ответила.

Так что единорожка поднялась.

— Мне срочно нужно домой, — сообщила она, левитируя свои вещи с полки и надевая плащ.

— Подожди, но ты же не можешь! — воскликнул гвардеец, тоже вставая. — Разве ты не осознаешь, что именно ты узнала?! Теперь ты не можешь просто взять и уйти!

— С чего вдруг? — на последних запасах терпения поинтересовалась единорожка. — С того, что я расскажу пони о том, что монарх нашего королевства — тысячелетний дух, обречённый на существование вне времени? Уверена, что принудительная терапия у психиатра придётся мне по вкусу.

Когда ответа не последовало, Рэрити продолжила:

— Я с удовольствием бы провела больше времени с Кейденс, но прямо сейчас другая принцесса отчаянно нуждается в моей помощи.

Рифт вздохнул, но слов протеста не сказал, вместо этого он просто надел шлем.

— Значит, ты всё расскажешь принцессе Твайлайт? Мне хотелось бы пойти с тобой и объяснить ей ситуацию, но я смогу выехать только на следующий день после Ночи Поисков. Хотелось бы мне поехать сейчас, но... — гвардеец взглянул на дверь. — Но мне нужно позаботиться о своей принцессе. То, что ты рассказала... изменит многое.

— Тогда я всё подготовлю к вашему приезду через два дня, — ответила единорожка. Затем она повернулась к жеребцу и тоном, не терпящим возражений, добавила. — И возьми с собой всю имеющуюся у вас информацию про принцесс. Всё, что Твайлайт сможет использовать, чтобы понять ситуацию. Свитки, доказательства, мне всё равно что, но не смей даже шагу сделать в направление Понивилля с пустыми копытами, Рифт Шилд.

— И не подумаю, — сказал гвардеец и повернулся, чтобы уйти. — Удачи с принцессой.

— Спасибо. И до встречи.

Два стражника ожидали Рэрити снаружи, чтобы сопроводить её на выход. Прогулка до ворот замка прошла в тишине, единорожка краем глаза смотрела на гвардейцев и задавалась вопросом, были ли они такими же пони, как она сама. Ох, у одного определённого профессора случился бы лучший день в жизни, узнай он тайну о принцессе Дензе и самой Эквестрии.

Когда единорожка наконец ступила в город, её сердце сжалось при виде пони, повсеместно развешивающих украшения к Ночи Поисков. Транспаранты, флаги, плакаты и многое другое, чтобы отметить глупый, по их же признанию, праздник, основанный на выдуманной истории.

На миг, одну ужасную секунду, Рэрити позавидовала их невежеству, ведь праздник теперь стал для неё словно болезнь, паразит, питающийся на тысячелетних страданиях четырёх принцесс.

Единорожку от этого замутило.

К её великому несчастью, билетов на поезд, на котором она могла бы вернуться домой, не осталось. Всё уже раскупили пони, что направлялись либо в Кантерлот на праздник, либо в другие города, чтобы встретить его дома. Таким образом, Рэрити была вынуждена провести дневные часы в ожидании, с тупой болью в сердце и биением в голове, пока не наступила ночь, а вместе с ней и возможность купить билет на поезд, что отвезёт её домой.

В глубине души единорожка знала, что могла бы вернуться в замок и попросить у Рифта колесницу до дома, но, по правде говоря, ей было страшно. Хотя нет, страшно — неверное слово, скорее, белая пони просто не знала, что ей делать.

Рэрити считала себя красноречивой кобылой, но чем больше она думала о том, что скажет Твайлайт, тем меньше было вариантов.

“Да и что вообще можно сказать?”

Вопрос мучил единорожку в течение всего дня и не давал допоздна уснуть, пока за окном ночного поезда мелькали пейзажи Эквестрии. Рэрити снова попыталась связаться с Твайлайт. На самом деле уже в пятый раз, но безуспешно, и с каждой неудачей сердце кобылы сжималось всё сильнее и сильнее.

Когда единорожка проснулась под утро, поезд был в двадцати минутах езды от понивилльской железнодорожной станции; странно было думать, что всего год назад, в этот же день она проснулась и приступила к хлопотам, организовывая Ночь поисков. Неделю назад она ждала этой ночи. Два дня назад она ждала этой ночи. Теперь же, в сам праздник, Рэрити жалела, что он всё-таки наступил.

Единорожка не ожидала, что кто-то будет ждать её на станции, и, честно говоря, даже не хотела, чтобы её кто-то встречал. Но по закону подлости всё продолжало идти вразрез с её желаниями, и Рэрити обнаружила Рэйнбоу Дэш, что с омрачённым лицом ожидала прибытия поезда.

Хотела бы единорожка хоть на мгновение понадеяться, что не знает, зачем ждёт её подруга.

— Рэрити! — воскликнула пегаска. — Принцессы, поезд катился целую вечность! Его отложили, или чего он так долго?

— Нет, он прибыл точно в срок, — поправляя сумки, ответила единорожка. На мгновение Рэрити сделала паузу, но потом заставила себя спросить. — А что такое, что-то случилось?

— Да... — прижав к голове ушки, произнесла Рэйнбоу, и Рэрити взмолилась, чтобы дальше та не произнесла знакомое имя. — Я здесь из-за Твайлайт.

Грудь единорожки пронзила боль.

Конечно же, она здесь из-за Твайлайт. Конечно же.

— Понятно.

Пегаска выглядела удивлённой, словно ожидала, что Рэрити выразит шок или удивление. Не увидев ожидаемого, Рэйнбоу встряхнулась и взлетела.

— Пойдём, все остальные уже со Спайком. Там будет легче всё объяснить.

Больно идти по Понивиллю и видеть, что декорации уже установлены. Но эта была не та боль, которую испытываешь от несчастного случая или ранения. Она была ненавязчивой, словно специально приготовленный яд, не очень сильный, чтобы остановить единорожку, но достаточный, чтобы ей было сложно ходить, говорить и дышать.

— О, Рэрити!

Подруги остановились, наблюдая как мэр Мэйр с яркой улыбкой мчится к ним. Единорожка, в свою очередь, нацепила хорошо отрепетированную маску искреннего участия.

— Мэр Мэйр! — воскликнула Рэрити. — Доброго утра! Вижу, приготовления к Ночи Поисков идут полным ходом?

— Ещё бы! Чудесно, правда? Ах, твой плащ! Уже вовсю прониклась духом праздника? — спросила мэр с толикой гордости в голосе, выпятив грудь. — Я надеялась, что тебе всё понравится. Очень жалко, что в этом году ты не смогла помочь с подготовкой. У тебя были такие грандиозные планы на Ночь Поисков в этом году, не успел ещё и прошлый закончиться!

Единорожка продолжала улыбаться.

— Виновна по всем статьям! Вы же знаете меня, мадам мэр, всегда всё планирую наперёд!

— Рэрити, — позвала Рэйнбоу, бесцеремонно двигая копытом в жесте "закругляйся".

— Ох, не смею больше задерживать! — неловко рассмеялась мэр. — В любом случае, Рэрити, всегда можно поучаствовать в следующем году!

Единорожка благодарно склонила голову.

— Ох, мадам мэр, даже не знаю, спасибо, но...

— Ну всё, всё! Если захочешь, обязательно поучаствуешь! — настаивала Мэйр, после чего развернулась, чтобы потрусить по делам, и добавила: — Трижды постучи по дереву, но никто заранее не знает, когда наступит его последняя Ночь Поисков!

— Пойдём уже! — наседала Дэш, полетев в сторону леса, когда старшая кобыла ушла.

Рэрити проглотила комок в горле и последовала за подругой.

Когда они вдвоём добрались до равнины, где расположился Спайк, как и сказала пегаска, их уже ждали Эпплджек и Флаттершай, сидевшие вокруг дракона, и ни одна из них не выглядела хоть немного счастливой, в противоположность понивилльцам, готовящимся к Ночи Поисков.

— Привет, пони, — серьёзно поприветствовала их единорожка. — Рэйнбоу Дэш сказала, что с Твайлайт что-то приключилось?

— Флаттершай, скажи ей! — воскликнула Дэш, зависнув над головой жёлтой пегаски.

— Эм-м... Я... — Флаттершай запиналась, явно испытывая беспокойство, хотя Рэрити не могла сказать, было ли оно вызвано тем, что пегаска оказалась в центре внимания, или тем, что она должна была сказать. Может, и то и другое.

— Да? — подтолкнула подругу единорожка, немного более раздражённо, чем ей хотелось, в то же время пытаясь сохранить хладнокровие, несмотря на то, что сердце вот-вот было готово выпрыгнуть из груди.

Флаттершай сглотнула, явно собираясь с духом.

— Вчера я пошла проведать принцессу Твайлайт, но не смогла войти.

— Не смогла войти? — спросила Рэрити, и знакомый ком в горле вернулся. Звёзды, если проклятие вернулось, то... — В каком смысле не смогла войти? Не нашла библиотеку? Флаттершай, пожалуйста, чуть больше деталей.

Пегаска съежилась под суровым взглядом единорожки, но продолжила:

— Вход в тоннель преградил книжный шкаф. Я... я пыталась стучаться, но принцесса не ответила и двигать его не стала, а мне не хотелось вторгаться...

Сердце барабаном отдавалось в ушах Рэрити, за его стуком все звуки вокруг казались заглушёнными. Единорожка почувствовала слабость, но тут же взяла себя в копыта.

— Ты уверена, что это был книжный шкаф? — спросила она, сама удивившись, каким спокойным прозвучал её голос, несмотря на удушающий страх получить ответ. — Уверена, что не барьер преградил путь?

— Не он, — вмешалась Эпплджек, и уверенность в голосе кобылы немного успокоила растущую панику Рэрити. — Я сходила посмотреть на это дело ранним утром, и уж стук о дерево я ни с чем не перепутаю.

— Может, ей просто нужно побыть одной? — с вымученной улыбкой предположила Флаттершай. — Уверена, она готовит какой-то сюрприз к Ночи Поисков.

— Чего? Заперевшись в библиотеке и никому ни сказав ни слова? — произнесла Рэйнбоу Дэш, перекрестив копыта на груди и покачивая головой. — Да в жизни не поверю! Что-то случилось, и она не говорит, что именно.

— Рэрити.

Единорожка посмотрела на Спайка, что наконец прервал своё нехарактерное молчание.

— Твайлайт попросила тебя поехать в Кантерлот, так? — спросил гигант, пронзив Рэрити взглядом. Таким же взглядом смотрела Твайлайт. — Чтобы привести принцессу Дензу, верно?

— Да, всё так, — ответила единорожка.

— О, да это же сенова гениальная мысль! Готова поставить на то, что всё прошло успешно! — фыркнула Рэйнбоу, закатив глаза. — Что, она отказала? Какой повод на этот раз? Слишком занята ничегонеделанием, в то время как остальные гнут за неё спины?

Гнев вспыхнул в Рэрити, страдания принцессы Кейденс ещё были свежи в памяти, но единорожка сдержалась от ответа.

— Вовсе нет, — произнесла белая пони, повернулась к Спайку и встретилась с ним взглядом. — Просто она оказалась не в том состоянии.

Хотя синяя пегаска и фыркнула на это замечание, гигант промолчал. Его глаза расширились, и между ним и единорожкой проскочило молчаливое понимание.

— Ребята, — обратился гигант, поднимаясь и копируя мрачное выражение лица белой пони. — Мне нужно переговорить с Рэрити наедине. Можете на время нас оставить?

Флаттершай колебалась.

— Что-то не так? — спросила она, и единорожка почувствовала неловкость оттого, что приходилось держать подруг в неведении.

— Мне нужно рассказать ей кое-что о Твайлайт, — ответил Спайк. — Это личное. Простите. Но обещаю, это ей поможет.

Эпплджек поправила шляпу.

— Ну, мне думается, это тот самый случай, когда настойчивость ни к чему не приведёт. Если это ради принцессы, то я только за, — земнопони потрусила прочь, за ней последовала смущённая пегаска. Затем яблочная пони остановилась, обернулась и посмотрела на Рэйнбоу Дэш, что всё ещё парила около дракона. — Ну ты идёшь или как?

Радужная пегаска нахмурилась.

— Куда? А-а-а, пф-ф, не, ребят, он вас имел в виду. Мы с ним одна команда.

— Нет, Дэш, — произнёс Спайк, не терпящим возражений голосом. — Пожалуйста, иди с ними.

— Чего?! — ахнула пегаска, поворачиваясь к дракону с лицом, словно ей дали пощёчину. — Шутишь, что ли?! Что с тобой? У нас же друг от друга нет секретов! В особенности о том, что касается принцессы!

— Рэйнбоу Дэш, — повторил гигант, чуть понизив голос. — Я прошу,   иди с ними, пожалуйста.

— Н-но! Спайк! — запротестовала пегаска, но в конце концов стиснула зубы и полетела к Эпплджек. — Ладно. Пофиг. Я буду где-нибудь неподалёку, если понадоблюсь, наверное.

Рэрити молча смотрела, как подруги уходят, и лишь когда они стали едва различимыми пятнами вдалеке, повернулась к дракону.

— Так значит, ты всё знаешь? — спросил Спайк, вновь пронзая её пристальным взглядом.

Единорожка улыбнулась.

— Что именно? То что принцесса Денза — тысячелетний дух, и вся её личная гвардия состоит из чейнджлингов? Ну да.

Дракон не показал не единой эмоции.

— Твайлайт до этого знала?

— Нет, не знала.

— И ты ей рассказала?

Рэрити удивлённо моргнула.

— Рассказала? О небеса, нет, что ты! — единорожка подняла копыто и постучала по ожерелью. — Мы с ней вместе обо всём узнали.

В ответ Спайк поднёс лапу к своему лицу и произнёс весьма уместное, по мнению Рэрити, ругательство. Мгновение спустя дракон опустил лапу и невесело рассмеялся.

— Ну вот и запланировал всё рассказать ей завтра.

— Мне надо к ней, — произнесла единорожка, поправляя седельные сумки. — Я безуспешно пыталась связаться с ней по меньшей мере дюжину раз, и я не сомневаюсь, что боль в груди, что я сейчас испытываю, сократила мою жизнь уже лет на десять, не меньше.

— Хотел бы я помочь, но этот лес... — гигант стиснул зубы, впившись когтями в землю, прежде чем повернуться к лесу вдалеке, и взрезал почву ещё сильнее. — Этот солнцем проклятый лес сковал меня по лапам!

Спайк раздражённо фыркнул, покосившись на Рэрити.

— Пожалуйста, не позволяй ей себя винить. Обещай мне, что не позволишь.

— Обещаю, — произнесла единорожка, прежде чем потрусить прочь, дав обещание, которое, как она боялась, сдержать не сможет.

Минут десять спустя Рэрити обнаружила, что вновь идёт по Вечнодикому лесу, словно год назад. Оба раза прогулка по лесу казалась мучительно долгой, но по совершенно разным причинам. Ей хотелось пуститься во весь опор, ради Твайлайт, не для себя, но единорожка словно оцепенела.

Столько всего навалилось, ей хотелось просто немного больше времени, чтобы всё обдумать. Немного времени на то, чтобы сходить в бутик, принять ванну и предаться отчаянию и страданиям, после чего попросить кого-нибудь её утешить, но жизнь настаивала, что Рэрити должна быть стойкой. В конце концов, разве она не перестала быть леди? Или же за прошедший год она лишилась этого титула?

Подойдя к дубу, единорожка увидела, что её ожидают две совы. Они сидели высоко на ветке и ухали, а у корней дерева Рэрити обнаружила чернильницу, предположительно, полную. Похоже, что библиотека оказалась закрыта и для Элары с Темисом.

Единорожка спрыгнула в дыру, потрусила вперёд и остановилась как вкопанная перед люком. Вдох, выдох, вдох, выдох, на лице сияющая улыбка. В конце концов, как бы плохо ни шли дела, леди всегда должна улыбаться.

Открыв люк магией, Рэрити подхватила ей же чернильницу. Лишь мгновение посмотрев на чёрную бездну внизу, единорожка, более не медля ни секунды, спустилась вниз, её шаги эхом наполняли воздух.

В конце тоннеля не было света, но несмотря на это, Рэрити трусила по нему, освещая путь рогом. Дойдя до конца, единорожка увидела упомянутый Флаттершай шкаф, и её охватило облегчение, когда, коснувшись копытом, она ощутила не магию, а твёрдую древесину.

Кобыла дважды постучалась.

— Твайлайт? — позвала Рэрити, прижав копыто к шкафу. — Твайлайт, это я, Рэрити! Пожалуйста, могу я войти?

Тишина.

Единорожка вновь постучалась, на этот раз трижды, более настойчиво чем раньше.

— Твайлайт, дорогуша? — фальшиво засмеялась Рэрити неловким смехом. — Ты же говорила, что никогда не отошлёшь меня прочь!

Внезапно малиновая магия окутала шкаф, и мебель с деревянным треском поползла в сторону. Единорожка, прижав ушки к голове, попятилась от громкого звука.

Когда движение прекратилось, и путь оказался свободен, Рэрити нерешительно вошла, осмотрелась и увидела сидящую за столом Твайлайт Спаркл, читающую какую-то книгу. Единорожка сглотнула и подошла к принцессе, пытаясь сохранить на лице улыбку.

— Дорогуша, невежливо без предупреждения запирать дверь! — шутливо отчитала возлюбленную Рэрити, садясь напротив и ставя чернильницу на стол. — Твои бедные совы даже не смогли принести тебе чернила!

Страница книги перевернулась.

— Ты снова надела плащ, — безэмоционально произнесла Твайлайт, не поднимая глаз, тут же обескуражив единорожку. Это определённо было не то, чего она ожидала услышать, если вообще чего-то ожидала.

— Так и есть! Вполне уместное одеяние, учитывая какой сегодня день, — стряхивая копытом пыль с плаща, сказала Рэрити. — И мне очень нравится, как на нём выглядит моя кьютимарка.

— Ты носишь его каждый день, с тех пор как вернулась, — продолжила принцесса, все ещё не поднимая взгляд. — В глаза бросается.

Рэрити запнулась, в попытке подобрать нужные слова.

— Ну, я... видишь ли, да... но... — единорожка вымучила улыбку. — А что не так? Он недостаточно для меня модный? Мне вот нравится. Создаёт впечатление...

Белая пони взмахнула в воздухе копытом.

— Je ne sais quoi. Чего-то таинственного?

— Хм.

Очередная страница перевёрнута, а принцесса всё ещё ничего не сказала.

— Твайлайт, я...

— Шайнинг Армор мечтал о том, что у него будет три жеребёнка, — перебила Твайлайт, с силой перевернув очередную страницу.

Рэрити замолчала и опустила взгляд. Слова не шли на ум, так что она решила просто промолчать.

— По крайней мере, мне так кажется. Я не помню. Я пробыла здесь так долго, что вообще уже ничего не помню. Я помню какие-то приятные моменты, но они уже давно в прошлом, что делает их плохими, потому что они уже давно всеми позабыты, а я не могу их вернуть, потому что уже тысячу лет заточена здесь. — Очередная страница перевёрнута. — Кстати! Вспомнила, он хотел двух жеребчиков чтобы они смогли вступить в королевскую гвардию.

Ещё одна страница, и на глазах принцессы показались слёзы.

— А ещё брат хотел кобылку, он говорил, что для Кейденс, но я знала, что он просто хотел свою собственную маленькую принце... — аликорн подавилась словами, и единорожка почувствовала, как из её груди вырывают сердце. — П-прости! Прости. Он хотел, чтобы я научила малышку магии. Я обучила бы её телепортации и...

Принцесса замолкла.

— Мне жаль, Твайлайт, — прошептала Рэрити, её собственные глаза наполнились слезами, потому что, о звёзды небесные, что ещё она могла сказать? Ничего. — Мне правда жаль.

— Я всё увидела в твоих воспоминаниях, — продолжала принцесса, повернув страницу. — И я так сильно желала, Рэрити. Я мечтала изо всех сил, чтобы я ошибалась. Как бы я хотела быть неправой.

Приглушённый смешок сорвался с губ аликорна, она подняла книгу, спрятав за ней лицо.

— Хотя всё это не лишено смысла, так? Единственный раз, когда я хотела бы ошибиться, я оказалась права! Конечно, как же иначе!

Книга с грохотом рухнула на стол, обнажив лицо Твайлайт со стиснутыми зубами и зажмуренными глазами.

— Как же иначе.

Тишина звенела в ушах единорожки, и, о, она прикладывала все свои силы, чтобы не сводить взгляда с лица возлюбленной.

— Твайлайт, я понима...

Со знакомым звуком принцесса телепортировалась прочь.

Белая пони выдохнула и мгновением позже услышала второй треск телепортации за спиной.

— Рэрити! — воскликнула Твайлайт, и её маниакальная гримаса резко контрастировала с сломленным взглядом. — Ты снова в плаще! Я не могла не обратить на него внимания! Всё время! Не жарко тебе? Ну, я, конечно, представление уже утратила о том, что такое жарко, потому что вообще ничего не чувствую, но ты, должно быть, изнываешь в нём от жары!

Принцесса на мгновение замолчала.

— Ах, Рэрити! А знаешь что? Чуть не забыла! Сейчас же Ночь Поисков, и ты как раз хотела поговорить о том, что же произошло тысячу лет назад, так?

— Да, — осторожно ответила единорожка. — Но не в таком состо...

— Отлично! — воскликнула Твайлайт. — Давай поговорим!

Очередной треск магии, и принцесса телепортировалась чуть дальше, а перед Рэрити теперь парила книга с легендами.

— Так-так-так! — срывающимся голосом заговорила Твайлайт, безостановочно переворачивая страницы. — Легенда о четырёх принцессах! Готова? Начнём! Моя любимая история.

Аликорн прочистила горло.

— Давным-давно, тысячу лет назад, принцесса Селестия попросила свою лучшую ученицу найти Элементы Гармонии. А она не нашла! Упс! Первая ошибочка!

Твайлайт вновь телепортировалась, теперь появившись почти вплотную к единорожке.

— Итак, после того, как она не смогла найти Элементы, принцессы решили дать ей ещё один шанс! И знаешь, что она сделала? Она снова их подвела! Она решила обмануть самого Духа хаоса, заставив его поверить, что победила, а если ты  помнишь ошибку номер один, то, очевидно, она этого не сделала, Элементов-то у неё не было! Кто бы мог подумать, что на свете может существовать столь безнадёжная неудачница, да?!

— Твайлайт, хватит! — крикнула Рэрити, топнув копытом. — В чём смысл?! Ты не... ммпф!

— Рэрити, глупышка! — произнесла принцесса, качая головой и удерживая магией мордочку единорожки. — Я же ещё не закончила рассказ.

Книга поплыла к Твайлайт.

— Так, на чём я там закончила? А, да! И так, после того как она обманула Духа, чтобы он перевоспитался, тут внезапно у Духа начало получаться, и он правда понемногу исправлялся! Ой-ёй! Правда потом он понял, что его обманули, потому что иначе и быть не могло! И что же он сделал?! Заточил бесплотных принцесс по всей Эквестрии на тысячу лет! И знаешь, чья это вина?! Моя!

Аликорн захлопнула книгу, затем перевела взгляд на Рэрити и выпустила её мордочку.

— Ну вот! Как я и гово...

Единорожка выхватила книгу и грохнула её об стол.

— Тартарово пламя, ты знаешь, что я не это имела ввиду, Твайлайт! — закипела Рэрити. — И запомни мои слова, если ты ещё хоть раз скажешь, что это твоя вина, я...

— Да как ты не понимаешь! — перебила Твайлайт, распахнув крылья. — Принцесса Селестия рассчитывала на меня, и я её подвела! Принцесса Луна рассчитывала на меня, а я и её подвела! Теперь и Кейденс! Я всех их подвела, всё это моя вина!

— Хватит, это не...

— Три жеребёнка, — перебила принцесса, одна за другой слезинки катились по её щекам. — Они хотели жеребят, Рэрити! У них были планы! У всех них! Мой брат...

Твайлайт вновь подавилась, будто из её рта выходили не слова, а раскалённые угли, хотя жгли слова не меньше.

— Всю свою жизнь мой брат провёл без возможности обнять свою жену или завести жеребят, и всё из-за меня!

— Твайлайт, они заставили тебя сделать всё это! Заставили решать то тут, то там! И, честно говоря, ты приняла единственно верные решения! Он был монстром, Твайлайт! Чудовищем! Ты не можешь винить себя за то, что сделала что дóлжно!

— Могу и буду! Он правда исправлялся, а я собралась обратить его в камень! В камень!

— Но ты же этого не сделала!

— Если бы нашла Элементы, то сделала бы! — огрызнулась принцесса. — А он не заслужил такой участи!

— Да? А ты, я так понимаю, заслужила заточение в библиотеке на тысячу лет?!

— Да! — крикнула Твайлайт, и ушки единорожки прижались к голове. — Может, я действительно этого заслужила, Рэрити!

— Твайлайт, во имя небес, ты посмотри, что он с тобой сделал! Забудь про тело! Ты вообще слышишь, чего ты говоришь?! — произнесла снедаемая мучительной болью единорожка, только сейчас в полной мере осознав ущерб, что Дискорд нанёс самой сущности принцессы. — Как ты вообще можешь думать, что заслужила такое?! Неудивительно, что ты питаешь магию хаоса!

Голос принцессы стал холоден, точно лёд.

— Рэрити, пойми, Кейденс пришлось смотреть, как Шайнинг умирает.

Единорожка запнулась.

— Твайлайт, я...

— Кейденс смотрела, как он умирал, пытаясь её спасти. Ты хоть понимаешь, насколько это ужасно? — принцесса подошла к Рэрити вплотную. — Понимаешь?

Единорожка не дрогнула.

— Твайлайт, ты расстро...

— Конечно же я расстроена! Потому что я прекрасно понимаю, каково это! Я знаю, каково смотреть на то, как пони, которых ты любишь, напрасно кладут свои жизни в попытке тебя спасти! — принцесса обвиняюще указала копытом на Рэрити. — Посмотри на свой плащ! Тот, который ты не снимаешь с той самой поры, как вернулась! Посмотри на него!

Единорожка впечатала копыто в пол.

— Да какого сена ты так взъелась на мой тартаров плащ?!

— Потому что он напоминает мне о том, что ты чуть не погибла из-за меня.

На это у белой пони ответа не нашлось.

— Рэрити, я не могу освободиться, — продолжала Твайлайт. — Я пыталась. Пыталась, когда из-за меня тебя чуть не убили драконы. Пыталась, когда из-за меня ты оказалась проклята. Затем я получила письмо, что ты чуть не погибла от лап древесных волков, из-за меня, и я вновь пыталась. А теперь скажи мне, почему я не могу освободиться. Поведай!

— Т-Твайлайт, я не знаю! — воскликнула единорожка. — Если ты хоть на мгновение перестанешь себя вини...

— А если и это не сработает?! Что тогда?!

— Тогда мы придумаем что-нибудь другое! Мы справимся! — выпалила Рэрити. — Я найду способ как тебя освободить, даже если мне придётся провести оста...

— Остаток своей жизни?! А потом ты умрёшь, и что тогда?! Я проведу вечность, сидя здесь и сожалея, что не могу умереть вместе с тобой!

Твайлайт вновь обвиняюще указала копытом на единорожку, и жест воткнул очередной кинжал в её кровоточащее сердце.

— Мне было так хорошо, пока ты не пришла, Рэрити! Очень хорошо! Но потом ты вошла в мою жизнь, ища для себя маленькую сказку, и ты её получила. А что получила я? Возможность воочию увидеть весь ущерб, что причинила. Возможность увидеть, как та, кого я люблю, страдает из-за меня.

Голос принцессы упал почти до шёпота, но так и остался холодным и решительным.

— Ты права. Дискорд монстр. Но его месть заключалась не в том, чтобы запереть меня в библиотеке на целую вечность. Его месть была в том, что он помог тебе вернуться ко мне.

Кинжалы в сердце единорожки провернулись. Глаза защипали слёзы.

— Т-ты же не имеешь в виду, что...

— Да, — прошипела Твайлайт, и в её глазах засверкали слёзы. — Именно.

И затем, словно для того, чтобы довести дело до конца, это произошло.

БУМ!

Оглушительный взрыв раздался этажом ниже, сотрясая библиотеку до самого основания и свалив Рэрити с ног, а магия хаоса засочилась сквозь пол, булькая и шипя, затем раздался ещё один взрыв, и внутри комнаты сформировалась марионетка хаоса, вдвое больше, чем прошлая.

— Оно вернулось! — ахнула Рэрити.

Стар немедленно вспыхнул магией, и шквал зачарованных книг полетел в марионетку, но та, завизжав от гнева, просто отбросила их, ни на мгновение не задержавшись.

Твайлайт тут же изменилась в лице. Гнев исчез, сменившись на ужас от того, что она на них навлекла.

— Уходи, — еле слышно прошептала принцесса, расправив крылья и зажигая рог. — Уходи, Рэрити! Пожалуйста!

Единорожка отползла от марионетки, но не отрывала взгляда от аликорна.

— Но Тва...

— Пожалуйста, Рэрити! — закричала принцесса, беспомощно повернувшись к единорожке. — Я не могу и тебя поте...

Фраза осталась незаконченной, марионетка взревела и бросилась прямо на аликорна.

— Беги Твайлайт! Беги! — вскрикнула Рэрити, лишь для того, чтобы в ужасе увидеть, как магия хаоса вошла в Твайлайт, отбросив её к столу и разбив чернильницу, что стояла на нём.

В молчаливом ужасе единорожка смотрела, как принцесса корчилась на полу, всё её тело искрилось энергией хаоса, пока спустя вечность магия не исчезла.

— Твайлайт? — позвала Рэрити, и тут же вновь затихла, когда аликорн начала двигаться.

Принцесса громко застонала, пытаясь подняться, а затем повернула голову, чтобы посмотреть на единорожку, которая в глазах возлюбленной увидела не знакомый фиалковый цвет, а чёрную бездну. Аликорн моргнула раз, другой, третий, и когда её копыто потянулось к столу, то оно не прошло сквозь него.

— Твайлайт... — прошептала Рэрити, на мгновение забыв о магии хаоса, о чёрных глазах, забыв обо всём на свете, кроме истины, что принцесса помогала себе подняться физически, опираясь на стол.

Но когда Твайлайт встала, единорожка увидела кое-что ещё. Чернила заляпали копыта и шёрстку аликорна, и вокруг остались чернильные следы на всём, чего касалась принцесса, когда поднималась.

— Твайлайт! — отчаянно закричала Рэрити. — Посмотри на свои копыта! Посмотри на пол! Посмотри! Прошу!

— Убирайся, — вместо этого ответила принцесса, глядя на единорожку остекленевшими глазами.

Позади Рэрити раздался громкий треск, и, оглянувшись, она увидела, что барьер на входе вспыхнул и начал потрескивать, наполнившись магией, но уже не малиновым цветом, а серым.

Страх сковал единорожку, она отступила назад и перевела взгляд обратно на одержимого аликорна.

— Твайлайт...

— Убирайся, — ещё громче повторила принцесса, она сузила глаза, и магия хаоса вокруг неё вновь вспыхнула и стала темнее. Луч магии вырвался из рога, и Рэрити почувствовала, что парит в воздухе.

— Стой, нет, Тва...

— УБИРАЙСЯ! — взревела принцесса, швырнув единорожку как тряпочную куклу в тоннель, и когда она пролетела сквозь барьер, тот в последний раз затрещал, затем стал чёрным, точно смоль, и затвердел.

* * *

Тишина.

Оглушающая и всепроникающая тишина.

Принцесса Твайлайт Спаркл шагнула назад, не сводя глаз с барьера, она хрипела в попытке выровнять дыхание, а разум... разум затих, затих словно тишина в библиотеке, потому что Принцессы Твайлайт больше не существовало.

Настоящая Твайлайт ушла, спряталась в своём собственном теле, использовав немногие остатки свободной воли, чтобы защитить единственную пони, что имела значение, от настоящего монстра — от самой себя. Принцесса стояла там минуту, может, десять, а магия в её теле наслаждалась барьером вдалеке.

Если боли не противостоять, то больно не будет, правда?

Рог вспыхнул, и комната погрузилась во тьму, ушки едва заметно дёрнулись от отдалённого звука люстры, насильно превращённой обратно в канделябр.

Аликорн улыбнулась.

Тьма, это хорошо, правда, принцесса Твайлайт? Хорошо чтобы уснуть навеки и не просыпаться, никогда больше не сталкиваться с реальностью, болью и чем-либо ещё.

Вдалеке появился свет, и принцесса направилась к нему, нахмурившись при виде светящегося ожерелья, брошенного на пол. Она левитировала его поближе и на мгновение что-то почувствовала.

Вина. Печаль. И нестерпимое желание, чтобы Рэрити вернулась.

Аликорн швырнула ожерелье на пол, наблюдая, как оно приземлилось и скользнуло под книжный шкаф, и сознание Твайлайт Спаркл окончательно сдалось монстру внутри.

Теперь всё как надо.

Настало время спать днями, месяцами и дольше.

## — Глава 36 — Швея в библиотеке

[Изображение: https://i.imgur.com/xX0P3Hr.png]

Обрёл таланты ты

Взамен утратил в звуке разум

Осталось лишь чуть-чуть, корона впереди

Лишь руку протянуть

Нет власти у чудовища в тебе

С тебя все недостатки гладки

Ты снова станешь Королём

~ King by Lauren Aquilina

[Изображение: https://i.imgur.com/cFlXD45.png]

Глубоко в Вечнодиком лесу, за древесными волками и колючими кустами, за домами, права на которые давным-давно заявила природа, за деревьями, на которых в ночи светились цифры, стоял древний дуб, посреди идеально круглой ямы.

Для любого проходящего мимо пони это было бы лишь очередной диковинкой в печально известном лесу. Случайный наблюдатель мог бы просто отвернуться и пойти дальше, но если бы потрудился присмотреться повнимательнее, то заметил бы некую странность.

Подойдя поближе к краю ямы, он бы заметил в стволе дуба окно. А приблизившись к самому дереву, обнаружил бы в земле люк, а спустившись по лестнице ниже, оказался бы в весьма примечательном тоннеле.

По стенам были расклеены рисунки. Десятки и десятки старых рисунков, всяческих пожеланий и слов поддержки, некоторые явно нарисованы и написаны жеребятами, другие, без сомнений, копытами пони постарше. Импровизированная галерея выстроилась вдоль стен вплоть до чёрной блестящей стены, что пресекала любые попытки пройти дальше.

Листы бумаги, однако, были не единственным, что можно было найти.

Десятки пыльных чернильниц стояли вдоль стен, некоторые из них давным-давно высохли, оставленные тут безо всякой видимой на то причины, не делая ничего, кроме как невольно выстраиваясь словно стрелка, указывая на последний приметный объект.

Бережно сложенный плащ в конце тоннеля, с тремя голубыми бриллиантами и аккуратно приколотой запиской с сообщением для кого-то.

“Ради тебя, хоть ещё тысячу раз”.

* * *

В библиотеке сидела аликорн с глазами, чёрными что безлунная ночь, и лениво наблюдала, как вокруг парят книги. Она пыталась, вернее сказать, магия внутри неё пыталась превратить их в самые разные предметы, но всё разбивалось о защитное заклинание, наложенное на книги.

Мягко говоря, было очень скучно, уже какое-то продолжительное время.

Принцесса ещё бы могла побороться за собственное тело. Не то чтобы у неё был хоть какой-то шанс победить, но то, что она даже не пыталась, разочаровывало. Убогая покорность убогого существа. Никакого веселья, но его и не должно было быть.

Маленькая глупенькая принцесска.

Никто её не любит. Никому она не нужна. Даже сама принцесса это знала, в глубине души. Всё по заслугам. Правда в том, что она сама хотела этого. Рэрити ушла, теперь она в безопасности от принцессы, а принцесса в безопасности от страданий, что несла единорожка. Так будет лучше всего. Никаких ошибок. Никаких невинных жертв, что случатся по её вине. Нет ни одной причины попытаться вернуть контроль над телом, если это принесёт с собой одну лишь боль.

— Так-так-так.

Прянув ушками, аликорн нахмурилась. Она осмотрелась и никого не увидела.

— Ты хоть знаешь, сколько времени ты простояла тут с последнего раза, как я заходил погостить?

Принцесса повернулась обратно к книгам.

— Какое жалкое зрелище.

Вспышка магии, и со скучающим недоумением принцесса увидела, как перед ней появился драконэквус. Сознание принцессы наблюдало, но всё равно не вмешивалось. Всё равно не сопротивлялось.

Аликорн отвернулась от посетителя и вернулась к попыткам обратить книги в слизь или что-нибудь такое. Может быть, хоть это вызвало бы какую-то реакцию принцессы.

— Серьёзно? Даже не нападёшь на меня? — спросил Дискорд, паря перед ней. Казалось, он был не то, что удивлён, скорее, раздражён реакцией принцессы. Дух щёлкнул пальцами прямо напротив её мордочки. — Рэрити вернулась!

Прянув ушками, аликорн моргнула.

— О небеса, даже это не сработало? — пробормотал Дискорд, отплыв назад и скрестив лапы. Он отвёл взгляд и будто посмотрел на кого-то ещё в помещении. — Ну, это явно шаг назад.

Принцесса поднялась и потрусила прочь, пробираясь между книжными шкафами и раскинутыми по полу подушками к столу, заваленному предметами. Может быть, там найдётся что-нибудь забавное. Раньше она не утруждалась осмотром.

— Будешь просто меня игнорировать? — спросил Дух, следуя за ней. — Я могу понять, почему ты раньше так делала, но теперь в тебе же часть меня! И тебе даже не надо заботиться об этих глупых понячьих штуках вроде еды и питья! Могла бы хоть поблагодарить! Признаюсь, мне даже немного обидно!

Аликорн не ответила, она копалась в бумагах на столе и нашла... фотографии? Присмотревшись поближе, принцесса различила двух спящих пони с разрисованными телами. Там была какая-то розовая пони, что выглядела смутно знакомой, но внимание аликорна привлекла белая единорожка, спящая рядом с ней.

Вот её она знала.

Внутри аликорна что-то шевельнулось.

Тупая боль, которую она не чувствовала уже давно. Маленькая принцесса узнала этих пони, которых лично прогнала.

— Если тебе интересно, то это твоя вина, — раздражённо продолжал Дискорд. — Твоя, Твайлайт, — и твоя, моя магия. Я добился таких больших успехов, а тебе понадобилось устроить истерику и позволить моей магии собою овладеть! С другой стороны, кое-кто из вас уже привык всё портить.

Аликорн не ответила, лишь отложила фотографию и продолжила копаться в бумагах. На свет появилась ещё одна фотография, снова той единорожки и тех трёх кобылок, все изображали принцессу.

Вновь что-то зашевелилось, и боль стала сильнее. Маленькая принцесса хотела отвести взгляд, похоронить болезненные воспоминания. Однако аликорн взгляда не отводила. В конце концов, глупенькие принцесски не должны получать то, чего хотят.

— Ну, теперь мне уже совсем скучно, — заявил Дух. — Не представляю, чего Рэрити в тебе нашла.

Ушки принцессы дёрнулись, а боль сменилась гневом, и она нахмурилась.

Дискорд хмыкнул.

— С другой стороны, такая простушка как она наверняка прельстилась славой. А ты, бедное одинокое создание, попалась на её удочку, заглотила крючок и... эй! — он отпрыгнул в сторону, едва избежав взрыва направленной в его сторону магии.

Копыто аликорна впечаталось в стол, стон сорвался с губ, а глаза прищурились. Всеми силами стараясь сохранить контроль, принцесса стиснула зубы и повернулась к Духу.

— Дис...корд...

— Твайлайт! — восторженно воскликнул он. — А вот и ты! Всё-таки не безразлична она тебе, а? Как трогательно!

Принцесса снова застонала, разум трещал по швам, а здравомыслие ускользало в поджидающие когти хаоса. Образ Рэрити надёжно засел в её сознании, но магия вокруг тела пульсировала, и воспоминания всплыли на поверхность.

"Мне так было хорошо, пока ты не появилась в моей жизни!"

Очередная вспышка, словно что-то рвало её разум изнутри.

"Месть Дискорда заключалась в том, что он заставил тебя вернуться!"

Принцесса снова застонала, желая, чтобы воспоминания ушли, потому что они причиняли слишком сильную боль, вот бы снова уснуть, уснуть и не просыпаться, потому что она причинила Рэрити боль, а за это никакого прощения быть не могло.

— Ну хватит! Отпусти её! Мне с ней действительно нужно поговорить.

Очередной магический всплеск захлестнул аликорна, прежде чем вырваться из её тела и импульсом отправить её кувырком через стол, с губ принцессы сорвался болезненный всхлип.

— Добро пожаловать обратно в мир не-одержимости! — воскликнул Дух, паря над аликорном. — Как ощуще... ай!

Дискорд увернулся от очередной магии, теперь от уже поднявшейся принцессы.

— Да ладно тебе! Нельзя уже что ли драконэквусу спокойно поиздеваться над аликорном?

— Чего ты от меня хочешь, Дискорд? — прорычала в ярости Твайлайт. — Чего ещё ты можешь от меня хотеть?

— А чего мне от тебя хотеть? — удивлённо моргнул Дух. — У тебя не осталось ничего, что могло бы мне понадобиться, дорогая моя принцесса.

— Благодаря тебе же!

— Мне-е-е-е-е?! После всех усилий, что я приложил?! — воскликнул Дискорд, прижав к груди лапу. — Да я то тут причём?! Я, как и обычно, невиновен! Это ты выгнала Рэрити из библиотеки! Уже забыла, что ли?

Твайлайт замолчала.

Нет.

Нет, не забыла. Магия Дискорда не была достаточно милосердной, чтобы полностью подавить её сознание во время одержимости.

Дух улыбнулся.

— Я так и подумал, — он откинулся назад, покачал головой, сложил лапы на груди и вздохнул. — Ах, бедняжка, давненько копыто Рэрити не ступало в библиотеку, но это ты тоже, думаю, помнишь.

Принцесса продолжала хранить молчание.

Рэрити ушла, точно, как и хотела Твайлайт, и, получается, последнее, что сказала принцесса своей возлюбленной, было то, что встреча с ней была более ужасной судьбой, чем оказаться запертой в библиотеке на тысячу лет.

Всё кончено.

Истинно так. Точно, как она и хотела. Произошло то, чего принцесса всегда боялась, что Рэрити прогонит не проклятие или внешняя сила, а сама Твайлайт.

Вот уж точно, самоисполняющееся пророчество.

— Зачем ты пришёл? — спросила принцесса, и каждое слово отзывалось в ней болью и горечью. Она ужасно скучала по Рэрити. Скучала каждое мгновение одержимости и сейчас хотела бы быть с ней, но её нет.

— Ты победил, Дискорд, — произнесла Твайлайт, встала и потрусила в свою тюрьму из полок и книг. — Убирайся.

— Да что ты? — воскликнул Дух, всё ещё паря позади неё. — В тебе столько же чувств, сколько было при одержимости! Ты уверена, что больше не находишься под моим контролем? Твайлайт, я могу работать со многими вещами, но против апатии я бессилен!

Принцесса нахмурилась, слова Дискорда для неё ничего не значили. Всё это для него лишь игра, всегда было игрой, и лишь по глупости Твайлайт попробовала обыграть его.

— Твайлайт, ну просто невозможно на тебя смотреть в таком состоянии! — продолжил Дух. — И это после всех усилий, что она проделала дабы тебя отсюда вытащить!

— Ей не сто... — принцесса прервалась, потому что теперь у неё не было никого кроме её самой и внутреннего демона, сил поддерживать эту древнюю игру уже не осталось. — Теперь уже не важно.

— Бедная, бедная Рэрити, — засюсюкал Дискорд, следуя за Твайлайт по библиотеке. — Она так тебя любила, а чем ты ей отплатила? Отталкивала её всё дальше и дальше. Ради тебя она отправилась бы в Тартар и обратно! Хотя...

Дух щёлкнул пальцами, и появилась марионетка белой единорожки с ногой, зажатой в пасти древесного волка.

— Она почти так и сделала!

Принцесса встала, и её крылья встрепенулись.

— Такого больше не повторится! — сдерживая слёзы, прошипела Твайлайт. — Рэрити теперь в безопасности. Я прогнала её ради её же блага. Вдали от меня, тебя и всего этого кошмара, и до конца жизни ей больше никто не причинит такой боли. Никто больше не пострадает.

Дискорд улыбнулся.

— Да? Ты так думаешь?

— Нет! Дискорд! Оставь их! — закричала принцесса, когда Дух исчез из виду. — Дискорд! Не смей!

— Твайлайт, Твайлайт, Твайлайт! — отовсюду раздался голос Дискорда, заполнив помещение. — Я не причиню им вреда! Скорее, я немного тебе помогу!

— Не нужна мне твоя помощь! — ответила принцесса, телепортируясь на книжный шкаф, пытаясь высмотреть Духа. — Мне вообще ничего от тебя не надо!

И тут Дискорд появился в нескольких сантиметрах от лица аликорна.

— Ты же любишь её, да?

Твайлайт отступила назад, сжала зубы и зажгла рог.

— Держись от неё пода...

— Знаешь, а я думал об этом! О, несчастная любовь! — перебил Дух, отплывая назад и тоскливо вздыхая. — Дурашка принцесса-призрак с комплексом героини-неудачницы и заурядная единорожка с манией героизма и величия! Ну и сказочка!

Дискорд без особых усилий избежал взрыва магии.

— И тогда, Твайлайт, я понял нечто трагическое! — продолжил Дух, скрестив лапы на груди. — Ты слишком занята тем, что погрязла в жалости к самой себе и не найдёшь времени, чтобы выбраться отсюда, пока она ещё не умерла! Ну и что это за концовка?!

Дискорд хлопнул в ладоши.

— И вот тогда-то меня и осенило! — губы Духа скривились в клыкастой улыбке. — Скажи мне, принцесса, слышала когда-нибудь легенду о Швее в Бутике?

Глаза принцессы широко распахнулись.

— Нет.

— О да.

— Нет! Пожалуйста! — умоляюще закричала Твайлайт, бросаясь вперёд, пытаясь поймать Дискорда копытами и в ужасе наблюдая, как он исчез, прежде чем она успела до него дотронуться. — ДИСКОРД, НЕТ!

— Прощай, Твайлайт! — произнёс Дух, проявившись вновь, но уже по ту сторону чёрного барьера, и замахал лапой. — Я передам Рэрити, что ты с радостью с ней встретишься, когда кто-нибудь из вас двоих освободится!

— Нет!

Принцесса телепортировалась к барьеру и начала бить по нему копытами снова и снова, но барьер, как и раньше, отбрасывал её назад.

— Нет! Не смей к ней приближаться! Дискорд?! Дискорд!

Твайлайт отступила от барьера, и мучительная боль сковала всё тело. Она не может уйти. Не может пробить барьер. И если она сейчас что-то не придумает, то её худший ночной кошмар, о котором она до сей поры и не подозревала, сбудется.

Принцесса почувствовала тошноту. Она даже не знала, что ей вообще может заплохеть, но ей стало так плохо, как ещё никогда в жизни не было. Рэрити поймают в ловушку, обратят в духа до скончания вечности, и в этом будет виновата лишь она одн...

Нет.

Хватит.

Твайлайт осмотрелась, окинула взглядом библиотеку, мысли неслись с огромной скоростью. Быть может, барьер ей не преодолеть, быть может, ей не освободиться, но вот найти бы способ послать какую-нибудь весточку...

“Ожерелье”.

Остался ещё один вариант, если, конечно, для Рэрити принцесса всё ещё не безразлична, потому что, о небеса, Твайлайт надеялась, что не безразлична, ради их общего блага.

Принцесса бросилась в проходы между шкафами, мысленно собирая по пути разрозненные воспоминания о том времени, пока была одержима. Один за другим, книжные шкафы поднимались в воздух, и Твайлайт хмурилась всё сильнее и сильнее, когда ожерелья под ними не оказывалось.

— Нет-нет-нет-нет! — запаниковала принцесса, остановилась и подняла все шкафы за раз, пока наконец не увидела вдалеке мягкое розовое сияние.

Несмотря ни на что, они всё-таки ещё связаны...

Твайлайт призвала ожерелье к себе и применила заклинание связи, шкафы попадали на пол, а книги разлетелись по всей библиотеке.

— Отвечай-отвечай-отвечай-отвечай, — снова и снова шептала принцесса, пока длилась мучительная вечность ожидания, а единорожка всё не отвечала. Твайлайт бросила ожерелье на пол, отступила и тяжело дыша, когда в мыслях закрутились самые ужасающие страхи.

Ну хорошо.

Если Рэрити себя спасать не собирается, Твайлайт придётся сделать всё самой.

Принцесса пробежала по опрокинутым книжным шкафам до самого входа в библиотеку, а затем прыгнула, приземлившись рядом с опрокинутым столом.

— Так, так! Соберись! — воскликнула Твайлайт, начав нарезать круги вокруг стола. — Факт первый. Рэрити не отвечает на мысленную связь, так что сейчас она либо разбирается с Дискордом, либо просто потеряла ожерелье. Факт второй. Рэрити говорила, что Дискорд сказал, будто я сама питаю барьер. Научное исследование показало, что крик на барьер не является ключом. Факт номер три. Барьер не был чёрным до того, как я стала одержима, следовательно, сейчас он питается магией хаоса из лабиринта, и Рэрити была права. Факт номер четыре. Марионетка хаоса появилась, когда я сказала Рэрити, что хочу быть свободной, а ещё я была переполнена чувством вины, получается, марионетка реагирует на мои эмоции. Факт номер пять. Принимая во внимание...

Принцесса остановилась, заметив наконец на полу чернильные отпечатки копыт.

Твайлайт опустила взгляд на копыто и обнаружила, что всё оно перемазано чернилами.

Ого.

— Факт номер пять. Одержимость магией хаоса вернула моё тело в надлежащий временной поток, — аликорн улыбнулась. — Решение?

С громким треском телепортации Твайлайт переместилась на этаж ниже и зависла в воздухе над лабиринтом Дискорда.

— Эй, ты! — крикнула она. — Так это всё что ты можешь со мной сделать?!

Лабиринт под принцессой с шипением ожил, жёлтая магия охватила его, шкафы взлетели вверх, а затем с грохотом рухнули на пол.

— Шкафы двигаешь? Серьёзно? По словам Рэрити, магия хаоса в Рэйнбоу Фоллс вызвала целый водопад! А та что в Холлоу Шейдс на протяжении веков влияет на разумы целых поколений пони! — дразнила магию Твайлайт, скрестив на груди копыта и выгибая бровь. — Ну а ты чего? Вселился в меня и даже так не смог превратить какие-то дурацкие книжки в слизь! Неудивительно, что от тебя Дискорду стало скучно!

Как принцесса и рассчитывала, раздался взрыв, улыбка на её лице стала шире, когда магия хаоса зашипела и забулькала, формируясь в марионетку хаоса, что наконец поднялась и зарычала на аликорна.

Рог Твайлайт сверкнул, и перед ней появилась вся коллекция "Дэринг Ду", одни из немногих книг в библиотеке, не находящихся под заклинанием защиты принцессы Селестии.

— А, кстати говоря.

Очередная вспышка рога, и все пять книг превратились в зелёную слизь, что вылилась прямо на марионетку хаоса, которая тут же пронзительно взревела и бросилась на аликорна.

ХРЯСЬ!

С очередным треском телепортации принцесса появилась перед барьером, и, как она и подозревала, тот затрещал от переизбытка магии. Ещё один громкий толчок сотряс библиотеку; обернувшись, Твайлайт встретилась с убийственным взглядом марионетки хаоса, просачивающейся сквозь пол, что взглядом пыталась прожечь в аликорне дыру, однако не нападала.

Может, ожидала следующего хода принцессы?

В этот момент храбрость Твайлайт дала трещину.

После этого Дискорд больше не вернётся. Никто больше не вернётся, чтобы освободить её от одержимости. Если она ошиблась, как с Элементами, как с Дискордом, как...

Принцесса стиснула зубы. Если она ошиблась...

То это был риск, на который она готова пойти.

Твайлайт зажгла рог, телепортировала к себе ожерелье и вновь применила заклинание связи, в этот же миг марионетка хаоса, завизжав от гнева, бросилась на принцессу, проникая в саму её суть, откинув тело аликорна к барьеру.

Агония.

Ни одно другое слово не смогло бы описать ощущение того, как её душу словно рвали на куски, каждой частичкой себя Твайлайт отчаянно боролась с существом хаоса, не позволяя ему завладеть телом. Сначала одно, потом другое, у неё отняли всё, каждое желание, каждую мысль, каждую частичку самости, и лишь одна мысль пульсировала в голове.

“Я этого заслужила”.

Очередной всплеск чужеродной магии, принцесса пыталась за что-нибудь ухватиться, но всё что ей удалось, это продолжить поддерживать заклинание связи.

Я не смогу спасти её. Я вообще никого не смогу спасти. Даже саму себя.

Ещё одна волна, боль утихла, вместе с ней исчезли и мысли, потому что о чём ещё думать, кроме того, что она права по всем пунктам, это её вина, её ошибка, больше ей никогда не увидеть принцесс, кобылок, друзей, Спайка и Рэрити.

Рэрити.

Боль вернулась с новой силой, всё о чём Твайлайт смогла думать, это Рэрити, как она перед ней виновата, как отчаянно ей хочется, чтобы возлюбленная была в безопасности, поэтому, собрав последние крупицы воли, принцесса поддерживала заклинание связи, даже когда разум погрузился в сон и магия хаоса взяла ко...

Динь!

Глаза аликорна распахнулись, волна посторонних мыслей обрушилась на неё, затопив паникой, замешательством и одновременно облегчением.

“Р-Рэрити?! Что случилось?! Профессор, помогите мне!”

— Рэ... — очередной приступ агонии, словно каждая косточка в теле принцессы начала проворачиваться. — Рэрити... я не... прости...

И вдруг это случилось.

Случилась энергия, сложно подобрать другое слово. Стремительная, переполняющая, гневная, яростная, безграничная энергия наполнила Твайлайт, и, прежде чем она смогла осознать, что происходит, она, нет, Рэрити впечатала копыто в пол и начала вставать.

— Нет.

Внутри принцессы пульсировала магия хаоса, и, несмотря на дополнительную энергию, принцесса согнулась пополам от боли, вновь свалившись на пол. И тут же, как в тот далёкий день, который, казалось, был только вчера, когда Рэрити лежала на кровати из подушек и хихикала над ней, эмоции и воспоминания затопили сознание Твайлайт.

Вот Рэрити преисполнилась благоговейного трепета при виде странного аликорна в библиотеке. Вот Рэрити пришла в восторг от того, что показала принцессе камеру, и последующий ужас единорожки, когда она обнаружила, что камера теперь сломана. Вот Рэрити хихикает как влюбленная кобылка всю дорогу домой, после того как Твайлайт ей впервые улыбнулась. Вот Рэрити постоянно скучает по принцессе во время поездки в Холлоу Шейдс. Вот их общая радость, когда единорожке впервые удалось телепортироваться. Вот Рэрити случайно признаётся в любви Твайлайт. Вот Рэрити принимает принцессу, вне зависимости от её прошлого.

Другое воспоминание возникло в сознании Твайлайт, и она увидела себя снаружи библиотеки, около дерева, смотрящей вверх на галлюцинацию, навязанную Рэрити магией хаоса.

"Отчего думаешь, что сможешь спасти меня?!" кричала галлюцинация, но громче Твайлайт услышала ответ Рэрити.

"Ох, дорогуша, ошибаешься. Не я спасу тебя, ты сама спасёшься".

Принцесса застонала от боли, ещё один всплеск магии пронзил её тело, а в ответ в разуме возникло ещё одно воспоминание.

Теперь Рэрити была по ту сторону барьера, на вожделенной другой стороне, лоб единорожки был прижат к чёрной преграде.

“Твайлайт? Твайлайт, дорогуша, не знаю, слышишь ли ты меня, но я ухожу. Я не могу больше здесь оставаться, — раздался дрожащий голос Рэрити. — Пинки и принцесса Луна нуждаются во мне, а я…”

Единорожка запнулась.

“Я всегда буду с тобой, но лишь ты сама сможешь себя спасти. Как бы мне ни хотелось, в этой битве за тебя сражаться я не смогу…”

Воспоминание прервалось, у Твайлайт не осталось сил поддерживать заклинание. Магия хаоса внутри бурлила, наращивая силу в стремлении захватить над ней контроль, теперь, когда Рэрити помочь не могла, но принцесса, продолжая цепляться за слова единорожки, собрала всю волю в копыто и медленно встала.

Твайлайт бросилась вперёд и врезалась в барьер, что тут же начал шипеть и потрескивать, резонируя с магией внутри неё. Преграда отбросила принцессу, заставив её кубарем покатиться по полу, и несмотря на боль, она поднялась и снова бросилась вперёд, потому что принцесса Луна нуждалась в ней.

И ещё раз, потому что принцесса Селестия нуждалась в ней.

И ещё раз, потому что Кейденс нуждалась в ней.

И ещё раз, потому что прошлое над ней больше не властно.

И ещё раз, потому что если это и были ошибки, то в следующий раз она приложит все усилия, чтобы их не повторить.

И ещё раз, потому что Рэрити готова рискнуть ради Твайлайт всем, и настала очередь принцессы доказать, что она готова ради неё на всё.

Твайлайт толкала и толкала, толкала, пока пол под копытами не задрожал, а чужеродная магия в её теле в последней попытке не запульсировала, прежде чем окончательно исчезнуть. Барьер растворился, библиотека погрузилась во тьму, а принцесса Твайлайт Спаркл влетела в тоннель, покатилась и болезненно остановилась ударом о лестницу на другом конце.

Болезненно, мягко говоря, но не настолько, как было всего несколько минут назад.

Первое что Твайлайт сделала, открыв глаза, это вдох. Не маленький вдох, что пони делают не задумавшись, нет, скорее отчаянный глоток воздуха, словно её лёгкие пытались скомпенсировать тысячелетие кислородного голодания.

Принцесса привалилась к стене, и тут же почувствовала, как вода насквозь пропитала её шёрстку. Нет, не вода, поняла она, оглядываясь вокруг, всё ещё пытаясь вдоволь надышаться. Это чернила, повсюду, пролитые из десятков чернильниц, разбросанных по полу, их запах заглушил все остальные.

Она вернулась, полностью, по-настоящему, в свой собственный временной поток.

Корона Твайлайт упала на пол, приземлившись поверх сложенного плаща с кьютимаркой Рэрити, и растерянность мгновенно исчезла, когда принцесса вспомнила, чья жизнь сейчас на кону. Вот он, плащ, с которого всё началось, и одновременно символ той, что вытащила её из бездны. Аликорн снова надела корону, а затем помчалась вверх по лестнице, отчётливо ощущая прикосновение копыт к каменной поверхности и звук откинутого люка, ударившегося о землю, когда она вылезла из тоннеля.

Время вновь остановилось, а душа Твайлайт ушла в копыта. Её окружал лес, огромный и устрашающий, солнечный свет едва пробивался сквозь лесные кроны, и впервые принцесса по-настоящему ощутила, насколько долго она пробыла в библиотеке.

Это не тот Понивилль что она знала.

Твайлайт попыталась двинуться вперёд, но на неё нахлынуло изнеможение, и принцесса рухнула на землю, пока её тело пыталось осознать, что снова существует. Твайлайт закрыла глаза. Вдох, выдох, вдох, вы...

— Ху?

Принцесса подняла взгляд и увидела трёх серых совят, что, широко раскрыв глаза, с любопытством её изучали. Удивлённо моргнув в ответ, Твайлайт начала было подниматься, но тут белая сова метнулась к ней и сбила принцессу на землю, на мгновение буквально приклеившись к лицу аликорна, а затем взлетела и начала летать вокруг кобылы неистово ухая.

— Элара! — ахнула принцесса, и слёзы застили её глаза, когда она протянула копыта и заключила сову в объятия, прерванные чёрной совой, что тоже прижалась к ней, разделив объятия. — Ох, вы живы-живы-живы!

Когда совы наконец разлетелись, Твайлайт поднялась, собрала все свои силы и расправила крылья.

— Пожалуйста! Отведите меня в Понивилль!

Две совы ухнули, и после того, как птенцы присоединились к ним в воздухе, семейство полетело, а принцесса галопом помчалась следом, прочь из ямы, в Вечнодикий лес. Дискорд всё ещё не добрался до Рэрити, значит, время ещё есть, главное, чтобы тело Твайлайт продержалось чуть подольше.

В конце концов, принцесса увидела вдалеке город и перешла на более быстрый аллюр, вбежав в Понивилль, который сильно отличался от того, что она оставила тысячу лет назад. Разноцветные дома окружали Твайлайт, точно такие же, как на фотографиях Рэрити и в журналах, но принцессу тут же охватил страх, потому что вокруг не было ни души.

Ни кобылки, ни жеребёнка, ни жеребца, ни кобылы, удивились даже совы, хлопая крыльями на месте и в замешательстве ухая.

Неужели Дискорд...

— Нет-нет-нет, — прошептала Твайлайт и, прижав копыто к груди, поняла, что не взяла с собой ожерелье.

Принцесса сглотнула и побежала дальше в город, в отчаянии осматриваясь, пытаясь выглядеть хоть какого-нибудь пони, пожалуйста, пока не добралась до главной площади и резко остановилась при виде сотен пони, что смотрели на кобылу, говорящую с вершины подиума.

— Спокойствие, пони! — произнесла аккуратно одетая кобыла, затем поправила очки и указала копытом вниз. — Знаю, что землетрясения для этого региона редкость, но уверена, что беспокоиться не о чем! Вы все можете вернуться к своим... делам...

Кобыла осеклась, удивлённо заморгав из-под очков, и уставилась прямо на Твайлайт. Прошло мгновение, а затем напуганные обыватели один на другим начали поворачиваться к слегка озадаченному аликорну, стоящему с широко распростёртыми крыльями.

Первой заговорила кобылка, ахнув и потянув мать за ногу.

— Мамочка! Мамочка, смотри! — воскликнула она, указывая на принцессу. — Мамочка, это же принцесса Книжечка!

Сбитая с толку Твайлайт не нашлась с ответом.

— Эм-м..

— Принцесса Книжечка? — воскликнула кобыла с подиума, хватая лист бумаги и бегло просматривая его. — Эбон Квилл!

Она повернулась к единорогу, стоящему в нескольких метрах поодаль.

— Я, конечно, знаю, что тебе не терпится заняться организацией Ночи Поисков, и хотя я впечатлена, но до праздника ещё целых два месяца!

— Н-но мэр Мэйр!

— Принцесса Твайлайт?

Аликорн осмотрелась, и её сердце подпрыгнуло в груди при виде жёлтой пегаски, что отделилась от толпы и направилась прямиком к ней с таким взглядом, будто смотрела на привидение.

— Флаттершай? — с улыбкой прошептала Твайлайт, не в силах сдержать проступившую на глазах влагу, потому что Флаттершай была в безопасности, жива, здесь, словно не прошло и...

— Вот так-так! — произнесла Эпплджек, выбежав из толпы, не сводя глаз с аликорна. — Слыхала я о землетрясениях, что лишали пони жизни, но чтобы наоборот, эт что-то новенькое.

— Принцесса Твайлайт? — высунулись три знакомые головы из-за спины пегаски, после чего удивлённо ахнули. — Принцесса Твайлайт!

Кобылки в мгновение ока рванулись к ней, Твайлайт едва успела вытянуть копыта навстречу, прежде чем Свити Белль обхватила лицо принцессы, взлохматив ей гриву, Скуталу в это время вцепилась где-то сбоку, а Эппл Блум обняла задние копыта аликорна.

— Ты вернулась! — повторяли они, стискивая Твайлайт так, словно недостача объятий отправит принцессу обратно в заточение, попутно перемазавшись чернилами, которыми аликорн была покрыта с головы до ног, примешивая в шёрстку Твайлайт свои собственные слёзы радости.

Принцесса, воспользовавшись магией, как и с совами, заключила кобылок в полные слёз радости объятия.

— Ох, девочки, — прошептала Твайлайт, издав дрожащий от нахлынувших эмоций смех, не в силах оторвать взгляда от кобылок, словно в попытке насмотреться на них за всё время вынужденного отсутствия. — Я вернулась, вернулась и больше никогда не уйду, обещаю.

Затем, когда Меткоискатели отстранились, Свити Белль подняла копыто и вытерла слёзы принцессы, которая заозиралась, не беспокоясь о том, как все пони вокруг на неё глазеют.

— А где Рэрити?

— Рэрити? — переспросила Свити, и радостное выражение её лица слегка померкло; как раз в этот момент подошли Флаттершай с Эпплджек. Ушки кобылки прижались к голове, и она опустила взгляд, жалобно тормоша пектораль на груди Твайлайт. — Она, эм-м...

Страх вернулся в полную силу.

Принцесса положила копыто на плечо Белль.

— Свити? Свити, где Рэрити? — спросила Твайлайт, и, несмотря на то, что она пыталась сохранить спокойствие, голос дрогнул. Принцесса повернулась к Эпплджек и Флаттершай с глазами, полными ужаса. — Где она?

— Она уехала, — произнесла яблочная пони, и Твайлайт ощутила, будто вновь теряет осязаемость. — Переехала в Холлоу Шейдс где-т с год назад. Она, конечно, приезжает при первой же возможности, ну, навестить тебя и всё такое, но весь свой бизнес она перенесла туда.

Радость принцессы почти полностью угасла.

— Г-год назад? — опустив ушки, прошептала она и наконец задала вопрос, который стоило задать с самого начала. — Как долго меня...

— Почти два года, принцесса... — ответила Флаттершай.

— Два года... — прошептала Твайлайт, и её копыто безвольно соскользнуло с плеча Свити и опустилось на землю.

Учитывая все обстоятельства, два года — это ерунда по сравнению с тысячей лет, но для обычной пони два года могут быть целой жизнью. Рэрити была с Твайлайт всего лишь год, и посмотрите, как изменилась её жизнь.

— Но она сделала кучу всяких штук! — быстро выпалила Свити Белль, вновь хватаясь за принцессу. — Правда-правда! Ты ей не стала безразлична!

— Да! — добавила Эппл Блум. — Она открыла магазин в Холлоу Шейдс, и у неё куча пони, что работают с ней над освобождением принцессы Луны, и все пони в Холлоу Шейдс любят её, и даже принцесса Кейденс помогает!

— Ты можешь гордиться, — произнесла Эпплджек. — Можешь не сомневаться, эта кобыла пять лет усердной работы вместила в год.

— Принцесса Книжечка! — внезапно прогремел голос, эхом разнёсшийся со всех сторон, заставив Твайлайт напрячься, расправить крылья и зажечь рог, отчего Меткоискатели попадали на землю. — А вот и ты!

— Дискорд?!

Высоко в небе появился гигантский мегафон, из которого гремел голос Духа, заставив всех пони в округе прижать ушки в голове.

— Привет-привет Пониви-и-иль! — дребезжал из устройства голос. — Похоже, что впервые за тысячу лет легенда о четырёх принцессах получила внезапное и необычное развитие!

— Это он?! Тот самый Дух? — спросила Флаттершай, тут же побледнев. Пегаска повернулась к аликорну. — Принцесса, что же нам делать?!

— Но, ах, действительно, насколько же драматичное развитие! — продолжил Дискорд, прежде чем Твайлайт успела ответить или предложить решение. — Принцесса Книжечка свободна, а героиня романа, чтобы воочию убедиться, даже не здесь! Но не бойся!

Мегафон исчез, и на его месте с дождём из конфетти появился сам Дискорд.

— Всю славу и аплодисменты можно вручить мне, Духу Хаоса и Дисгармонии!

— Ничего себе, Эбон Квилл! — воскликнула мэр Мэйр, с энтузиазмом вместе с остальной частью Понивилля затопав копытами, когда Дискорд несколько раз поклонился. — Потрясающе! Это какое-то заклинание иллюзии? Дождаться не могу, чего ты приготовил на сам праздник!

Твайлайт удивлённо замерла.

— Она, должно быть, шутит.

Эпплджек фыркнула.

— Принцесса, хотела бы я сказать, что да, но... — начала говорить яблочная пони, но затем запнулась и нахмурила брови. — Погодите-ка.

Твайлайт удивлённо осмотрелась, сердце кузнечным молотом застучало в груди.

— Что? Что такое?

— Ты не чувствуешь? — сказала Флаттершай, опустив взгляд. — Земля.

Принцесса замерла и действительно почувствовала слабую дрожь под копытами. Толчок за толчком, словно выбивая какой-то ритм с нарастающей с каждой секундой силой, пока наконец её внимание не отвлёк зелёный огненный шар, пролетевший по воздуху, едва разминувшись с драконэквусом.

— ДИСКО-О-О-О-О-ОРД!

Твайлайт огляделась, и, хотя большая часть Понивилля запаниковала и разбежалась, принцесса ощутила, как сердце в груди сделало сальто при виде разъярённого фиолетового дракона, прокладывающего себе путь.

— Спайк! — воскликнула Твайлайт, взлетев в воздух, и на мгновение дракон замер, прежде чем с удвоенной скоростью помчаться вперёд. — СПАЙК!

— ТВАЙЛАЙТ!

Прикосновение лапы гиганта к её телу было болезненным, но внимания принцесса на это не обратила, ибо слишком была занята тем, что, будучи зажатой, обнимала старого друга, плача до смешного маленькими слезами в сравнении со слезами дракона.

— Ох, Спайк, — прошептала Твайлайт, чувствуя, что часами готова обнимать его морду, и засмеялась от восторга. — Посмотри на себя! Ты в безопасности и... И какой же ты огромный! Ты практически размером с восточную башню замка!

— А ты такая маленькая! Ты всегда была такой маленькой?! — спросил Спайк, прежде чем закрыть глаза и выдохнуть, и вновь прижаться к ней носом. — Как же долго я ждал, Твайлайт. Так, так долго.

— Ах, какое сентиментальное проявление привязанности! — произнёс Дискорд, появившись неподалёку и хлопая ресницами. — Осторожно, а то наплачете тут целое озеро!

Спустя мгновение тишины глаза принцессы и дракона одновременно сузились.

— Знаешь что, Твайлайт? — сказал Спайк, понизив голос до полурыка. — Есть что-то, чего я ждал дольше, чем возможности вновь тебя увидеть.

— Правда? — ответила принцесса, зажигая рог. — Я тоже, Спайк.

И в то же мгновение, оттолкнувшись от дракона, запустила в Дискорда заряд магии, от которого тот с визгом отлетел в сторону, чтобы тут же увернуться от огненного шара.

Дух исчез в клубах разноцветного дыма, а затем снова появился на земле рядом с Флаттершай, которая, взвизгнув от ужаса, чуть не рухнула на землю в попытке оказаться от него как можно дальше.

— Небеса! Как же плохо вы вдвоём целитесь! Мне даже как-то вас жалко! — воскликнул Дискорд, скрестив на груди лапы. Он щёлкнул пальцами, и над его головой появилась круглая мишень. — Ну как-то так! Облегчу вам задачу! Вот и он!

Улыбка Духа стала злой.

— Второй шанс, которого вы ждали тысячу лет.

От этих слов ярость, не виданная прежде, охватила Твайлайт, её рог с треском засиял, засияла и звезда на короне, и в тот же миг луч магии вырвался из рога принцессы и направился прямиком к смеющемуся драконэквусу.

Громкий взрыв сотряс городскую площадь, Дискорда окутало облако магии, и его смех стих. Сжав зубы и пытаясь восстановить дыхание, к своему удивлению, Твайлайт обнаружила, что, когда облако магии рассеялось, Дискорд стоял на коленях, прижав одну лапу к груди, а второй опираясь на землю.

— Я... я это сделала? — спросила она, и гнев принцессы угас при виде поверженного противника.

— Т-ты! — издав страдальческий стон, прорычал Дискорд и посмотрел на Твайлайт, сощурив глаза до щёлочек. — Как?! Э-это невозможно!

Дух застонал и, резко вдохнув, снова поднял взгляд.

— Я даже не... — он замолк, и недовольная улыбка исказила его лицо, затем последовал тихий смешок. — А-а. Я понял. Играем грязно, дорогая принцесса?

— Я не боюсь тебя, Дискорд! Больше нет! — воскликнула Твайлайт, вновь зажигая рог. — Мы освободим других принцесс и сокрушим твоё зло! Всё кончено!

И Дух рассмеялся.

— Всё кончено? — спросил он, с ехидной улыбкой поднимаясь. — Ох, дорогая моя Твайлайт Спаркл, всё только начинается.

И с этими словами он просто исчез.

Сгинул.

— Дискорд?! — позвала принцесса, но что-то подсказывало ей, что он не отзовётся. Поняв, как сильно она запыхалась, Твайлайт спланировала на землю и села, чтобы отдышаться.

— Принцесса? — взволнованно спросила Флаттершай, подбежав к Твайлайт и положив ей на плечо копыто. Пегаска тут же быстро его отдёрнула, тихонько ахнув, но затем решительно вернула его на место. — С тобой всё в порядке?

Твайлайт старалась выровнять дыхание, вдох, выдох, вдох, выдох.

На этот раз всё и вправду закончилось? Закончилось хорошо и по-настоящему, хотя казалось, что что-то не так. Чего-то не хватало, а вернее, кое-какой пони, и принцесса ощутила тяжесть на сердце. Слова Дискорда всё ещё звенели в ушах, потому что он был прав, хотя она и освободилась, героиня этой истории всё ещё отсутствовала.

И вот здесь, на этом самом месте, сидит принцесса Твайлайт Спаркл, окружённая друзьями, наконец-то свободная, а единственная пони, что, не жалея жизни, боролась за то, чтобы Твайлайт обрела это, не могла разделить её счастья.

— Где Холлоу Шейдс? — настойчиво спросила принцесса, поднявшись с земли и расправив крылья. — Мне нужно убедиться, что Рэрити в безопасности.

— Э-эй, смотрите! — крикнула Скуталу, и, подняв взгляд, Твайлайт поняла, что судьба наконец-то была к ней благосклонна.

Голубая пегаска летела по небу, направляясь к Вечнодикому лесу, таща за собой небольшую колесницу.

И принцесса всё поняла.

Твайлайт сделала шаг в сторону леса, в горле образовался комок, а сердце в груди колотилось о рёбра.

— Мне... — принцесса оглянулась на Эпплджек, Флаттершай, Меткоискателей и, наконец, на Спайка. — Мне надо...

— Скачи, сахарок, — произнесла яблочная пони, сняв шляпу и одарив аликорна широкой улыбкой. — Но слышишь, чтобы одна сюда даже не возвращалась! Мне кажется, эта кобыла не выдержит потерять тебя в третий раз.

На глазах Твайлайт проступили слёзы, и она решительно кивнула.

— Она не потеряет. Больше никогда не потеряет.

Принцесса отступила, взглянула на подруг и кобылок в последний раз, затем развернулась и помчалась в сторону леса, на ходу подзывая своих сов. В глубине души она понимала, что могла бы просто телепортироваться ко входу, но ей хотелось дотуда добежать.

Твайлайт хотелось почувствовать землю под копытами, ветер в гриве, громкое биение сердца, вторящее перестуку её копыт, чистую почву Понивилля, а после шуршащие листья Вечнодикого леса, ведь это же всё не сон? Всё по-настоящему, и лишь одна пони на всём свете могла ответить на этот вопрос.

В конце концов, вдалеке появился дуб, и принцессе показалось, что всё её тело онемело, словно это всё-таки сон, но в то же время не сон. Время замедлилось, а вместе с ним и аллюр Твайлайт, галоп перешёл в рысцу, а затем и в шаг, пока она не остановилась около ямы, высмотрев колесницу внутри неё.

Она там.

Ушки принцессы дёрнулись от какого-то звука, и она затаила дыхание, когда из люка появилась пони, и продолжила дышать, когда узнала в ней Рэйнбоу Дэш, что тут же села на землю, тяжело дыша.

— Понечки, если бы мышцы умели кричать, ты бы сейчас оглохла, — довольно громко пожаловалась пегаска кому-то позади. — Надо предложить Спитфайр включить такое упражнение в программу тренировок...

Сделав глубокий вдох, Дэш наконец подняла взгляд.

— Ну ты где там? Может, она уже в Пониви... — пегаска осеклась, когда в яму спрыгнула Твайлайт.

Рэйнбоу уставилась на неё, поднялась и сделала несколько шагов к принцессе.

— При... принцесса Твайлайт? — спросила пегаска, прежде чем взмыть в небо и, хлопая копытами, начать нарезать круги вокруг аликорна. — Принцесса Твайлайт! Ты жива! Звёзды небесные! Стоп-стоп-стоп, тебе надо... СТОП.

Рэйнбоу зависла в воздухе.

— Пожалуйста, — медленно, почти испуганно сказала она. — Пожалуйста, скажи мне, что я не пропустила твоё воссоединение со Спайком. Умоляю.

Твайлайт не нашлась с ответом.

— Эм-м, ну-у...

— Да ты шутишь, что ли?! — воскликнула пегаска, приземлившись и зарываясь лицом в копыта. — Два года, два года, и это происходит ровно в ту единственную неделю, когда я не в Понивилле?! И всё из-за этого сеном проклятого бутика?! Готова поспорить на свои маховые перья, что Дискорд тоже тут поприсутствовал, и я упустила возможность загнать его наглую морду пинком на другую планету, так, что ли?!

И на это принцессе сказать было нечего.

— Да ты издеваешься! Конские яблоки! — пегаска поднялась и повернулась к дереву. — Рэрити, я тя щас прибью!

Ещё один звук, и сердце Твайлайт чуть не встало при виде второй пони, выходящей по лестнице из люка, зовущей Рэйнбоу Дэш.

— Дэши, подожди меня! Мне нужно... — и точно, как и Рэйнбоу до неё, Пинки Пай тут же замолкла, встретившись глазами с Твайлайт. С полураскрытым ртом розовая пони медленно прошла мимо пегаски, пока наконец не оказалась перед принцессой. Земнопони открывала и закрывала рот, но вместо того, чтобы заговорить, она подняла копыто и прижала к кончику носа Твайлайт.

— Буп.

Пинки осела на круп, и её глаза наполнились слезами, а копыта подлетели ко рту, скрывая изумлённую улыбку.

— Приветик, принцесса Твайлайт, — в конце концов сквозь смех прошептала земнопони. — Я бупнула тебя в носик.

Глаза розовой пони расширились, и её смех резко смолк.

— Рэрити, — Пинки вскочила на копыта, быстро и глубоко вдохнула и начала махать копытами в сторону дерева. — Рэрити там! Рэрити! Рэритирэритирэритирэритирэрити!

Ничего не сказав, принцесса едва заметно кивнула и пробежала мимо Пинки Пай и Рэйнбоу Дэш к люку, ведущему в библиотеку и к ждущей её единорожке, но...

Но когда Твайлайт добежала до люка и посмотрела вниз, в бездну, то инстинктивно попятилась, прижав ушки к голове, и волна животного страха прошлась по телу.

Ей придётся вернуться в библиотеку.

Добровольно вернуться в собственную темницу, и одна мысль о том, чтобы спуститься по лестнице в этот тоннель, выворачивала наизнанку не только сердце, но и саму душу. Каждая рациональная частичка её сознания умоляла Твайлайт не делать этого. Лучше уж спуститься в глубины Тартара, чем вернуться в библиотеку.

Но разве Рэрити не была готова на такое ради неё?

Принцесса двинулась вперёд, и каждая ступенька словно добавляла тяжести на спину Твайлайт. Спрыгнув с последней ступени, она заглянула в тоннель, на другом конце которого ждала непроглядная тьма. На мгновение темнота привела принцессу в замешательство, почему там так темно? Пока не осознала, что выброс энергии при её побеге, похоже, забрал с собой и Стара.

Твайлайт пробиралась по тоннелю, и в ушах слышалось лишь биение собственного сердца, пока принцесса не дошла до входа. Страх был при ней, страх окутал её тело, страх умолял повернуть обратно, уйти, уйти наружу, но... но сердце тянуло её вперёд, ему она и подчинилась, шагнув через проход, что когда-то перекрывал барьер, в свою библиотеку.

Сначала принцесса не смогла ничего разглядеть, такая темнота царила внутри, пока не появился мягкий свет, словно парящий в воздухе. У Твайлайт перехватило дыхание при едва различимом виде какой-то пони с двумя светящимися ожерельями на шее, что трусила поверху свалки из книжных шкафов.

Фигура протрусила вдоль шкафа, света её рога едва хватало, чтобы осветить лицо, но несмотря ни на что, принцесса различила прищуренные, словно тоже пытающиеся разглядеть аликорна, глаза.

Рог Твайлайт зажёгся, и от неожиданности пони на шкафу слегка попятилась, а в помещении тут же раздался лязгающий звук, и светящийся канделябр взмыл в воздух, поднимаясь к потолку.

Кто-то заговорил, но это была не принцесса.

— Стар, — произнесла Рэрити, и сердце Твайлайт пропустило удар. — Свет, пожалуйста.

Канделябр продолжил свой путь к потолку, после чего обратился в люстру и осветил библиотеку целиком.

Ей открылась картина, от которой перехватило дух. Её книги и соответствующие им шкафы валялись в одной куче, столы были перевёрнуты магией хаоса, вся картина словно была аллюзией на то, что уже привычная ей за тысячу лет жизнь пришла в полнейший беспорядок.

Но, конечно, ничто в библиотеке не было таким поразительным, как кобыла, стоящая на книжном шкафу, и то, как по-другому она выглядела, в противоположность дню, когда они впервые встретились. Твайлайт Спаркл вспомнилась перепуганная пони, лежащая на полу библиотеки, которая только и могла, что таращиться на принцессу, но теперь?

Рэрити стояла на книжном шкафу, рассматривая Твайлайт ничего не выражающими глазами, высокая, гордая и немного пугающая, эта кобыла, что сражалась с драконами, древесными волками и Духом хаоса, что сделала всё возможное и даже больше ради долга и любви, получив за всё это три шрама, что обезобразили её кьютимарку, но вместе с тем стали символом её самоотверженности.

И вот, так же, как и давным-давно, в ту судьбоносную ночь, стояли принцесса Твайлайт Спаркл и Рэрити, и так же, как и тогда, одна из них испытывала глубокий трепет перед другой.

Принцесса чувствовала, что повисшая тишина звенела, словно натянутая струна. Хотя и без слов, взгляд единорожки был красноречив, подтвердив в себе все страхи аликорна. Воспоминания о их ссоре нахлынули на неё, каждое едкое слово, что тогда она сказала возлюбленной, теперь кричали в голове принцессы, потому что Рэрити любит... или любила Твайлайт, уверенности больше не было... и принцесса сказала ей, что встреча с ней была судьбою страшнее, чем навеки быть заточённой в библиотеке.

Сил выносить эту тишину больше не осталось.

— Рэрити, прости меня, — не поднимая взгляда, произнесла принцесса, не в силах сдержать слёзы, что жгли глаза, а сердце болезненно заколотилось в груди. — Прости за всё то, что я тогда сказала.

Слова сами собой слетали с губ Твайлайт, потому что чем больше она говорила, тем меньше у единорожки было возможности подтвердить страхи принцессы.

— Я не жду, что ты простишь меня, но клянусь, я... я врала тебе и самой себе, я была зла и напугана, из-за Кейденс и моего брата, а потом, вспомнив про твои шрамы и как из-за меня ты чуть не погибла, всё это до смерти испугало меня, потому что я...

Аликорн стиснула зубы, потому что, о небеса, как же тяжело, тяжело говорить, когда каждое её неверное решение, каждый сбывшийся страх и каждая вина возвращались с новой силой, но принцесса решила идти до конца и закончила свою мысль.

— Я люблю тебя.

Твайлайт уставилась на пол, орошая каплями слёз пол библиотеки в ожидании ответа Рэрити, которого не последовало. Ответа не было, и каким-то образом это ранило её сильнее, чем всё сотворённое Дискордом. Принцесса хотела бы сказать что-то ещё, продолжить защищать свои действия, оправдаться и заслужить прощение, но придержала язык, потому что не было ничего более искреннего, чем те три слова, что Твайлайт предложила единорожке, — принять их или же отвергнуть.

Ушки принцессы дёрнулись, и она подняла взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как Рэрити телепортируется вниз с книжного шкафа. Единорожка на мгновение посмотрела на пол, прежде чем снова посмотреть на принцессу, и медленно, мучительно медленно направилась к Твайлайт, пока та ничего не могла сделать, кроме как бороться с желанием убежать.

Нет.

Больше нет.

Никакого больше бегства.

Рэрити остановилась перед ней, и, хотя смотрела она в сторону принцессы, той казалось, что смотрит она куда-то ещё. Твайлайт всё ждала, пока единорожка хоть что-нибудь скажет, что угодно, даже гнев был желанным, потому что молчание лишь делало голоса внутренних страхов громче, о, какими громкими они были.

Вместо слов единорожка поднесла копыто к лицу принцессы, и та слегка вздрогнула. Это было быстро и почти незаметно, но копыто Рэрити на мгновение замерло, и глазами она наконец встретилась с глазами Твайлайт.

Принцессе заплохело, она ужаснулась, что только что сделала всё ещё хуже.

— П-прости ме...

"Ух ты," — подумала Твайлайт, замерев в тишине от непередаваемого ощущения копыта единорожки, аккуратно ласкающего щёку аликорна с гораздо большей нежностью, чем принцесса ожидала.

Глаза Твайлайт закрылись сами по себе, и всё что она смогла сделать, это стоять на месте, не в силах воспротивиться желанию податься навстречу копыту Рэрити, потому что, о звёзды, как же долго она ждала этого момента, до чего же тёплое и приятное ощущение.

Когда единорожка убрала копыто и тепло исчезло, принцесса открыла глаза и чуть было не спросила, почему Рэрити остановилась. Удержавшись, Твайлайт пронаблюдала как белая пони с уже смягчившимся взглядом прижала копыто к своей груди.

— Небеса, — прошептала Рэрити, — ты даже мягче, чем я себе представляла.

Единорожка опустила взгляд.

— А ещё ты вся в чернилах.

Твайлайт, утратив дар речи, удивлённо моргнула. Она воображала себе множество вещей, что Рэрити могла бы сказать, но вот это определённо не было одной из них.

— Я... — начала было принцесса, и страх снова вернулся. Она сглотнула и выдавила из себя вопрос. — Разве ты меня не ненавидишь?

— Ненавижу? — спросила белая пони, опустив копыто и навострив ушки. — С чего мне тебя ненавидеть?

Твайлайт прижала ушки к голове, а на глазах проступили новые слёзы.

— Потому что я сказала тебе, что встреча с тобой была самым худшим, что со мной когда-либо случалось.

Рэрити, задумчиво хмыкнув, левитировала одно из ожерелий и надела его на шею аликорна.

— Не могу с тобой не согласиться. Посмотри на себя, это жалостливое выражение лица той, которой пришлось признать, что её любят, и она лишь стала жертвой череды ужасных обстоятельств. Поистине, худшего сделать я не могла.

Несмотря на улыбку единорожки, несмотря на то, как сильно желала Твайлайт улыбнуться в ответ, она этого не сделала.

Не сделала, и улыбка Рэрити погасла.

— Отрицать того, что мне всё ещё немного больно и грустно, не буду, но... — улыбка вернулась на лицо единорожки, и она нежно откинула чёлку с лица принцессы. — Ты действительно думаешь, что я люблю тебя недостаточно сильно и какие-то слова способны это изменить?

Сердце Твайлайт замерло в груди, но страх остался.

— Да, — слабеющим голосом ответила принцесса, не поднимая ушек и закрыв глаза. — Потому что прошло два года, как я сказала те ужасные слова, а ты просто слишком вежлива...

Твайлайт замолчала, слова были прерваны губами, прижатыми к её собственным, и это было совсем не так, как она себе представляла. Каждое отдельное чувство словно воспламенилось, и по всему телу разлилось опьяняющее тепло. Терпкая сладость и мягкость губ Рэрити, аромат её духов и общие солёные слёзы, нереальное прикосновение копыта единорожки к груди принцессы, и, наконец, бешеное биение её сердца.

Твайлайт прижалась теснее, её собственное копыто оказалось поверх копыта единорожки, и принцесса почувствовала, будто может в ней раствориться, словно ей никогда больше не понадобится дышать, и это было хорошо, потому что тогда она сможет целовать Рэрити так долго, как только ей захочется.

"А так ли это плохо — подумалось ей, — что ради такого поцелуя пришлось ждать тысячу лет?"

Когда возлюбленные наконец друг от друга оторвались, Твайлайт открыла глаза и встретилась ими с полными слёз глазами Рэрити, которая тут же вновь сократила расстояние между их губами на мучительно короткий миг, прежде чем вздохнуть и прижаться лбом к принцессе.

— Ох, принцесса Твайлайт Спаркл, как же я скучала по тебе и твоим вспышкам нервозности, — произнесла пони, что не только случайно забрела в библиотеку принцессы, но и точно так же нашла путь к её сердцу. — Завтра, может быть, меня будет волновать всё то, что ты мне сказала, может, мы будем спорить и ссориться, но всё, что меня волнует сейчас, это что ты здесь, и я отчаянно хочу быть с тобой, если и ты этого хочешь.

После этих слов тяжесть всего произошедшего наконец настигла Твайлайт, и, едва заметно кивнув, со слезами, струящимися по её лицу, принцесса прижалась к Рэрити так сильно, что они обе чуть не упали. Аликорн уткнулась лицом в изгиб шеи единорожки и смогла лишь плакать, плакать, потому что кошмар наконец-то закончился.

Наконец-то закончился.

— О, дорогая моя, — с любовью прошептала Рэрити, обвив копыта вокруг Твайлайт, орошая поцелуями макушку принцессы. — Всё хорошо. Я позабочусь о том, чтобы ни одна душа больше не причинила вреда ни тебе, ни единому пони, что ты любишь.

Твайлайт попыталась заговорить, попыталась кивнуть, сделать хоть что-нибудь в ответ, но смогла лишь продолжать держаться за единорожку, прижавшись мордочкой, после чего аликорна охватила невероятно сильная усталость, и наконец, уютно устроившись в объятиях своей возлюбленной, принцесса Твайлайт Спаркл уснула впервые за более чем тысячу лет.

[Изображение: https://i.imgur.com/hK5T4bW.png]

## — Эпилог — Долгое ожидание

[Изображение: https://i.imgur.com/InJvN3p.png]

Бутик «Карусель» ещё никогда не выглядел таким пустым; по правде говоря, он никогда и не был таким пустым. Большая часть вещей уже была вывезена и погружена на поезд, что отвезёт Рэрити в новую жизнь, вдали от Понивилля. От семьи. От Вечнодикого леса. От... от неё.

— Рэрити... я не хочу, чтобы ты уезжала...

Выйдя из бутика, единорожка остановилась и обняла маленькую кобылку, следовавшую за ней, чьи горячие слёзы слегка замочили шёрстку старшей сестры. Пинки Пай уже ждала снаружи, рядом с ней повсюду были разложены чемоданы, в которых хранилась вся оставшаяся жизнь Рэрити.

Не вся, конечно. Самая важная её часть была всё ещё в Вечнодиком лесу, но...

Как бы там ни было.

— Оу-у, Свити, всё хорошо, — посочувствовала Пинки, опустив ушки. — Рэрити по-прежнему будет постоянно вас навещать! К тому же мы вернёмся уже в следующую пятницу, чтобы сделать рисунки для принцессы Твайлайт, помнишь?! Мы заполним тоннель таким их количеством, что у неё не останется выбора, кроме как выйти!

Кобылка всхлипнула и уткнулась носом в шёрстку своей сестры.

— Мне всё равно.

— Сердце моё, ты же знаешь, что я должна. Принцессе Луне нужна помощь, — утешала сестру Рэрити, но каждое слово тяжёлым грузом падало ей на плечи. Единорожка покрепче обняла сестру и успокаивающе погладила её по спине. — И Пинки права! Я буду приезжать время от времени! Как же я буду без своей маленькой драгоценной сестрёнки?

— А что, если... — Свити всхлипнула, вцепившись в сестру со всей силой, на которую только была способна. — Что, если ты... не вернёшься, как принцесса Твайлайт?

Ответ Рэрити застрял у неё в горле, небеса, она-то думала, что уже справилась с этим, но на глаза тут же навернулись слёзы. Шесть месяцев, шесть месяцев она не позволяла себе думать о принцессе Твайлайт Спаркл, и всё равно один простой вопрос снова разбил сердце единорожке.

— Я не навсегда уезжаю, Свити, — прошептала Рэрити, приподняв сестру и прижимаясь к ней мордочкой, потому что, о, как бы ей сейчас хотелось, чтобы кто-нибудь сделал с ней то же самое, когда она сидела у чёрного барьера несколько месяцев назад. — Даю тебе слово.

Минуту спустя единорожка опустила кобылку на землю, глубоко вздохнула и посмотрела на чемоданы.

— Ну, вот и всё? — подумала Рэрити вслух, прокручивая в уме список вещей, что понадобятся ей в Холлоу Шейдс.

— Агась! Собрала все-е-е твои чемоданы из все-е-ех твоих комнат, — ответила Пинки, поднявшись и начав подпрыгивать на месте. — Можем нести их на вокзал и подождать там, пока все пони не придут попрощаться!

Единорожка сглотнула. Попрощаться.

Слово, которое она возненавидела. Слово, что постоянно её ранило. Слово, которого ей так и не довелось сказать...

— Великолепно! — произнесла в итоге Рэрити, прогнав прочь свои ядовитые мысли, и заставила себя улыбнуться. Позволить себе отступить она не могла. Стойко продержавшись шесть месяцев, стоит проявить силу духа больше, чем когда-либо.

— Ху!

Она подняла глаза, и тёплая улыбка расплылась на лице Рэрити при виде чёрной совы, что приземлилась на её вытянутое копыто.

— Ну и ну, это же Темис! А я всё гадала, куда ты пропал, глупыш! — приподняв бровь, воскликнула кобыла при виде птицы. После всего, что было сказано и сделано, он стал в той же мере питомцем Рэрити, что и... Единорожка откашлялась и продолжила. — Мне было бы грустно уезжать не попрощавшись!

Сложив крылья, сова ухнула.

— Хотя кое-кого всё ещё не хватает, — добавила Рэрити, осмотрев крышу и ближайшие деревья. — А где же Элара? Я бы и с ней хотела попрощаться.

— Ты знаешь, где, — пробормотала Свити, шмыгая носом и шаркая по земле копытом. — Она всегда там.

И вновь сердце единорожки пропустило удар.

— Ах да, — произнесла она, и после того, как Темис слетел, Рэрити приложила копыто к ожерелью, что, как и всегда, свисало с её шеи.

Глупое розовое ожерелье, которое уже так давно ярко не сияло.

— Мне... — единорожка на мгновение замолкла, облизала губы и посмотрела в сторону далёкого леса. — Мне... мне тогда стоит сходить и попрощаться.

— И не только с совой, верно? — с грустной улыбкой спросила Пинки, и Рэрити показалось, словно на спину ей разом навьючили весь подготовленный к путешествию багаж.

Единорожка посмотрела на ближайший чемодан и левитировала с него сложенный плащ.

— С ними обеими.

* * *

Рэрити теперь знала весь лес как свои четыре копыта хотя бы потому, что ходила по нему каждые три дня. Раньше ходила, по крайней мере. Больше не будет.

Она знала каждую тропинку, каждый уголок, каждый путь, что вёл к месту, что она могла раньше считать домом... и к пони, которую единорожка могла назвать любимой. Давно она услышала от кого-то, или прочитала, что пони проходят через определённые стадии горя после смерти родных.

И прошла же она, по сути, то же самое, разве нет?

Теперь осталось встретиться с последней стадией.

Вдали показалось дерево, что раньше служило символом надежды и любви, а теперь... теперь оно служило символом совершённой ошибки. На самом деле, для пони полгода — не такой уж и большой срок, но достаточный для того, чтобы думать, и думать, и думать.

О том, что она могла бы сказать.

О том, что сказала.

О том, что могла бы сделать, чтобы всё это предотвратить.

Что могла сказать или сделать, чтобы спасти Твайлайт от... от судьбы, что её настигла.

Было ли ей сейчас больно? Ранена ли она? Жива ли ещё? Ожерелье, конечно, ещё светилось, но эта последняя мысль не давала Рэрити покоя. Ради своего же здравомыслия, она заставила себе не думать об этом, чтобы вновь не окунуться в чернейшую депрессию, с которой ей пришлось бороться, получив проклятие.

Теперь она в полной мере поняла, каково это, винить себя в чём-то.

Единорожка направилась к люку, зажгла рог и, пока спускалась, услышала отдалённое постукивание, от которого её сердце сжалось.

"Ох, Элара" — подумала Рэрити, и её ушки опустились при виде маленькой белой совы, что клевала барьер, а рядом с ней лежали несколько чернильниц.

— Элара?

Сова повернулась, моргнула на единорожку и дважды беспомощно ухнула, переводя взгляд между Рэрити и барьером. Элара подошла к одной из чернильниц и крыльями попыталась пропихнуть её сквозь барьер.

О небеса, какое же невыносимое зрелище.

— Элара, родная, её нет... — единорожка запнулась, потому что ей было больно. Больно говорить об этом, думать об этом, принять это, но она примет. Разве это не последняя стадия горя?

— Ожидание в тёмной пещере плохо на тебе скажется, — продолжила кобыла, в глубине души зная, что сова была не единственной, кому нужно было это услышать.

Но Элара громко протестующе заухала и вновь попыталась просунуть чернильницу сквозь барьер.

Слёзы обожгли глаза Рэрити, и потому она шагнула вперёд, наблюдая, как сова отошла в сторону, пропуская её к барьеру. Тот был словно стена, чёрная, потрескивающая магией, сама мысль о том, что Твайлайт была по ту сторону... Так близко, так мучительно близко, и так далеко, дальше, чем была когда либо, теперь же...

Теперь Рэрити ждать не могла. Ей нужно было помочь другим. Ей нужно было помочь другим, иначе её собственные мысли поглотят её, точно так же, как поглотили принцессу Твайлайт Спаркл.

Положив плащ на пол, единорожка прижалась лбом к барьеру, и хотя тот сильнее затрещал от прикосновения, кобылу не оттолкнул. Рэрити задышала, вдох, выдох, вдох, выдох, и, несмотря на боль всего мира на её плечах, заговорила.

— Твайлайт?

Единорожка позвала, сломлено, почти умоляюще:

— Твайлайт, дорогуша, не знаю, слышишь ли ты меня, но... — сердце уже привычно отозвалось болью в груди Рэрити. — Я ухожу. Я не могу больше здесь оставаться.

Она продолжала говорить, и пока, говоря, пыталась оправдать свой уход, она задавалась вопросом, сделали ли её действия лучше, чем могло бы быть, потому что сейчас, казалось, что стало только хуже. И сейчас, здесь, часть её сознания повторила слова Твайлайт едва слышным шёпотом.

Быть может, лучше им было и не встречаться вовсе.

Когда единорожка договорила, то задержала дыхание и сглотнула, даже не пытаясь сдержать слёзы. Однажды, надеялась она, слёзы закончатся. Рэрити зажгла рог, и ожерелье на шее засветилось ярче, но когда ответа не последовало, выдохнула и заговорила.

— Прощай, любимая... я буду скучать.

И затем, наконец, она встала и отошла от барьера. Единорожка подняла плащ и положила его рядом с чернильницами, проведя копытом по приколотой к нему записке. Больше она его никогда не наденет.

Мгновение спустя Рэрити глубоко вдохнула, и пытаясь привести мысли в порядок, взглянула на сову, которая вновь села поближе к барьеру.

— Элара, пойдёшь со мной?

Сова тихонько ухнула, но не пошевелилась.

Усталая улыбка скользнула по лицу единорожки.

— Уверена? — спросила она, и когда Элара, не двигаясь с места, ухнула вновь, кобыла сделала ещё один глубокий вдох. Рэрити посмотрела на лестницу вдалеке. — А знаешь... До поезда ещё несколько часов.

Единорожка вернулась к барьеру и села напротив совы.

— Ты не против, если я немного подожду с тобой?

[Изображение: https://i.imgur.com/3Cp3feS.png]

1

Tattle Apple можно перевести как Болтун

1

Толл Тэйл(Tall Tale) — небылица

1

Вечный защитник. * с Пранцузского.

1

Я? * с Пранцузского.

1

Modus operandi — древнеэквестрийская фраза, которая обычно переводится как «образ действия» и обозначает привычный для кого-либо способ выполнения определённой задачи.