# Восход яблочного прибамбаса: Переместь

Сатурн

В постиндустриальной Эквестрии интриги вокруг сельскохозяйственного

сектора расцветают, как никогда раньше. Нувориши и амбициозные политики

разворачивают частный бизнес, пользуясь демократизацией и падением нравов. И дай Селестия, чтобы нашелся тот, кто сможет остановить исполнение готовящегося заговора. Однако даже у спасателей державы есть свои проблемы и тараканы, не принимающие отсрочек на лучшие времена.

Предупреждение: рассказ написан с применением наномашин. Ответственность за вытряхивание назойливых роботов из одежды и естественных отверстий читателей несут сами читатели.

Понификация игры Metal Gear Rising: Revengeance. Направлена на не имевших с нею дела, но возможно, что интересно будет и фанатам, особенно игравшим давно и желающим насладиться вновь, теперь — с копытными в главной роли.

## Эпизод первый: Восьмичасовой рабочий сон

А теперь представь, что не нашлось волшебного нелетального орудия добра, и все конфликты пришлось решать силой... как бы выглядела такая Эквестрия?

Комментарий культуролога

Под ярким филлидельфийским солнцем по живописной городской улице катит кортеж из четырех замыкающих открытых телег охраны и крытой кареты по центру. Любопытные прохожие могли бы через щелочку приоткрытых в жару штор заметить сидящих внутри – ярких жеребца и кобылу и каких-то важных пони в смокингах напротив.

— Три года, — говорит один из них, крупный белый единорог в монокле, хотя этого наблюдатели извне слышать уже не могли. Без специальной аппаратуры, конечно. – Мы достигли столь многого за три коротких года.

— Плоды труда сильного лидера, сэр, — говорит сидящий рядом гнедой единорог в очках, габаритами поменьше.

— Нет, — возражает тот, и заискивающий жеребчик смущенно отводит взгляд, — труда сильного народа, – но, видя, как тушкуется тот, добавляет с покровительственным взглядом: — и одного очень способного советника.

— Спасибо, сэр, — единорог возвращает себе деловой вид и поправляет и без того ровно сидящие очки – жест всех очкариков, заменяющий им почесывание макушки.

— Ваша команда показала себя с наилучшей стороны, — обращается белый к сидящим напротив, — мисс Эпплджек.

— Прост делаем свою работу, — добродушным глубоким голосом ответила рыжая кобыла, приподнимая шляпу. В плечах ее и на бедрах, прямо на кьютимарках в виде трех красных яблок, можно было заметить выглядыващие из-под шкуры черные стальные цилиндрики с замысловатой резьбой, а ноги были затянуты в облегающие черные носки, — мистер пресс-секретарь.

— Должен отметить, что я считал группы, подобные вашей, оппозиционерами принцесс. Разжигателями конфликтов. Но вы хорошо подготовили наших сотрудников. Затраты на организацию окупились чрезвычайно быстро. Думаю, — он переглянулся со своим советником, и тот пожал плечами, — я ошибался насчет этих «частных сельскохозяйственных компаний».

— Нам больше по нутру «частные службы землеустройства», мистер, — заметила кобылка в шляпе, улыбнувшись краями губ и прянув ушами. – Почти все контракты нашей фирмы связаны с раскруткой новых агрообъединений – такая уж мода в стране нынче. После того, как обанкротилась наша собственная, хехех.

— Да, но «землеустройство» может иметь разные… подоплеки.

— У нас, Эпплов, любят говорить: «Выросли б яблочки, а копыта, чтоб сбить, найдутся». С каждой трудной ситуацией в жисти я открывала все новые смыслы энтой фразочки, но в нашем случае суть в том, что спрос порождает предложение. Поням над построить дом – они ищут подрядчика, подрядчик ищет строительную фирму. Пони не кумекают в аренде и бирже – они обращаются к нам.

— Гм... биржевой специалист и философ. Вы полны сюрпризов, мисс Эпплджек.

— О, благодарчик, но я прост охранница, — ухмыльнулась кобылка, — хоть сама с фермы.

На секунды повисла неловкая пауза, но ее прервала точно такая же, но более резкая, остановка кортежа.

— Что происходит? – недовольно спросил советник у кучера, плюхнувшись спиной обратно на спинку после рывка.

— Кто-то заблокировал дорогу. Парни щас разберутся, — бросила через плечо светло-коричневая симпатичная пони кремовой гривы, что держала в копытах поводья, идущие к хомутам на шеях пары тягловых жеребцов. Правда, в глазах ее можно было уловить тень беспокойства.

Двумя телегами впереди, посреди дороги, спиной к процессии стоял на дыбах, будто всю жизнь так ходил, мускулистый жеребец с гривой всех цветов радуги, в бежевом стальном костюме. Минутку, он может быть и дрыщом внутри? Но всем ребятам-охранникам в авангарде кортежа пришел в голову этот эпитет. И все бы ничего, но из длинных ножен на спине незваный гость достал копытом столь же длинный, чуть изогнутый меч с красным лезвием.

— Пшел с дороги, это дело госважности! – крикнул не менее массивный конь с телеги, не выпуская из зубов гвоздя, что жевал вместо соломинки. Не выпускал он и ручек энергомагического пулемета, закрепленного на транспорте, а тянувшие его жеребцы разошлись в стороны, косясь на электрокортики в ножнах на боках, однако слабо веря, что глупцу взбредет в голову атаковать.

Жеребец в броне обернулся, являя голубой цвет своей шерсти. Он оказался кобылой. На мордахе играла насмешливая улыбка белоснежных зубов.

— Мы уполномочены применить силу, если вы не...

Не дожидаясь окончания его лепета, нарушительница сорвалась с места и стала стремительно приближаться к телеге.

Охранник немедленно открыл огонь из пулемета, но та лавировала из стороны в сторону быстрее, чем он мог водить стволом, отбивая клинком особо назойливые заряды. Не успели неосмотрительные тягловые жеребцы ощетиниться кортиками, как она, подбежав вплотную к телеге, сделала, будто выписывая страстные танцевальные па, несколько оборотов с длинным мечом, рубя на куски всех троих несчастных наемников. Не остался целым и стальной пулемет, замолкнувший навсегда из-за рассеченной надвое ствольной коробки. От последних слов охранника не прошло и двух секунд — дольше рассказывать.

Бронированная кобыла вспрыгнула на телегу и окинула спокойным взглядом кортеж, не обращая внимания на разбегающихся в панике прохожих. Вторая телега сдвинулась в сторону, а карету обогнала шедшая сзади, и они перекрыли ей ход к главному объекту, приведя в готовность все вооружение.

— «Параспрайт-1», сценарий D! Разворачиваемся! – взвизгнула кобылка-кучер, и карета, сделав крюк, помчалась в обратном направлении в сопровождении последней охранной телеги.

— Кто это был? – тревожно спросил сидевший рядом с Эпплджек молодой жеребчик.

— Мустанг, – прошипела ковпони, глаза который были скрыты шляпой.

— Наши конкуренты? – вопрос остался без ответа.

— Кобблер, что стряслось? – ожил ПипБак на ноге кучера.

— Мы под атакой! – она выглянула за борт кареты, все еще способная видеть, как вдалеке пони в бежевом шинкует охрану кортежа, — Похоже, киберпони!

— Чей?

Немного поводив копытом по сенсорному экрану ПипБака, кучер ответила:

— Сервис говорит, «незарегистрированный».

— Я чекну все узлы. Увозите Пэнтса оттуда!

— Есть, сэр!

Впереди предстоял крутой поворот, но ракета, пущенная с крыши одним из участников заговора против пресс-секретаря, поставила крест на планах легкого побега ребят из службы землеустройства. К счастью для них, она, по плану противника или же нет, попала в телегу с охраной, отчего та, лишенная колес с одного борта, проехала по инерции и, разворачиваясь вокруг второго бока, преградила дорогу карете.

— Мы все умрем! – запаниковал очкастый единорог-советник.

— Успокойся, — бросил ему невозмутимый пресс-секретарь, чей хвост, тем не менее, судорожно подергивался из стороны в сторону.

Опытные тягловые быстро затормозили перед горящей преградой и, дрифтуя, вписались-таки в поворот, однако там их встретила длинная фура, вставшая поперек неширокой улочки. Опешившие жеребцы вновь быстро, как могли, развернули карету, намереваясь пойти в объезд под прикрытием оставшихся охранников, но еще одна фура, копия предыдущей, с замазанными краской рекламными плакатами на бортах, влетела в разрушенную телегу, заблокировав дорогу и с другой стороны. Тягачи лихо свернули, направляясь в оставшийся узкий проулок меж двух высоток, но и тут лажа: на асфальт перед ним, будто посланные с небес, приземлились трое мощных жеребцов в спецовке с электрокортиками. Карета тормознула.

— У них тут гости, – отрапортовала по связи Кобблер, — поней под дюжину!

— Джекки! – крикнул голос из устройства, — Разберись! От жеж дебош устроили, негодники!

— Они мои. Вытащите отсюда пресс-секретаря, — бросила Эпплджек, уже вылезая из кареты. Грузно приземлившись на все четыре, обутые в черные обтягивающие носки на целую ногу, она достала зубами закрепленную на боку небольшую конструкцию, которая, повинуясь взмаху головы бывшей фермерши, развернулась в стальную табуретку со спинкой. Телескопические тонкие ножки удлинились и опасно загудели, демонстрируя короткие пробегающие по ним энергетические разряды.

— Давайте уж кончать с этим, — буркнула сквозь зубы кобылка, принимая боевую стойку номер 2. Откуда-то из-под шляпы выщелкнулся черный оптический визор с огоньками, закрывший ее правый глаз. Ощерившиеся кортиками нарушители напряглись и, как один, ринулись на противницу.

* * *

Удалые жеребчики из охраны Пэнтса как раз заканчивали превращать в мясную нарезку незваных гостей в липовой униформе грузчиков, когда по заливу неподалеку посреди привычного Филлидельфии штиля зашумели волны. Не успели ребята сказать «ноуп», как из-под воды взметнулась огромная чешуйчатая башка желтобрюхого дракона цвета фуксии с рядом здоровенных зеленых шипов вдоль хребта. С громоподобным ревом он, поднимая целый взрыв воды, выпрыгнул на набережную и, не дожидаясь, пока букашки с железяками, открывшие огонь, придумают тактику, открыл свой. Охранник, по которому он метил смертоносной вертикальной струей, кошачьим прыжком увернулся от атаки, которая окрасила черным стену дома напротив и, расплавив стекла в окнах, ушла в небо. Один из жеребцов, коих осталось всего двое (один их напарник погиб при попадании в телегу ракеты), уже махнул коллеге по-умному сматываться, как вдруг свалившийся из ниоткуда бронированный амбал вмиг порубил его на салат спаренными абордажными мачете.

Второй, не мешкая и делая крюк, чтобы гость оказался между ним самим и драконом, с грозным спокойствием взирающим на их мельтешение, ринулся к врагу, но тот, крутанувшись пару раз так, что охранник и не мог отследить движений его орудия, отбил неловкие атаки кортика и отсек ему копыто, после чего, все так же стоя за двух задних, сжал его шею между двумя клинками. Неглубоко вспоротая металлом-проводником высоких частот плоть задымилась, и охранник, мыча, завозился меж лезвий в тщетных попытках освободиться, что вызвало лишь злобный хохот у здоровяка, державшего одним копытом оба мачете. В последние секунды жизни наемник увидел, что на лбу врага выбит штрих-код, а гарды обоих орудий были устроены, чтоб быстро крепиться друг к другу и разъединяться, причем соединение было подвижным, позволяя регулировать угол между лезвиями, который в следующий миг уменьшился до отрицательного градуса, отделив голову жеребца от тела. Голографический глазной интерфейс сообщил, что система отказала и оператор, вероятно, мертв.

Пресс-секретарь Фэнси Пэнтс, придя в себя и тряхнув головой, попытался вылезти из давно перевернувшейся в не увенчавшихся успехом попытках бегства кареты, как вдруг почувствовал – что-то схватило его за хвост, после чего был грубо выдернут за него через окно. Вися вниз головой, он мутным зрением увидел стоящего на дыбах на дне кареты, ставшем крышей, дородного белого жеребца, точно как он сам, с синей гривой, в черной сегментированной броне с лиловыми узлами соединений. Хмыкнув, тот перекинул его через плечо и сделал пару шагов, но был остановлен криком.

— Стоять!

Единорог-бугай заинтересованно обернулся и увидел рыжую кобылку в шляпе и черных носках, что остановила галоп в десяти метрах от кареты.

— Хах... так ты и есть Джекки.

— Шайнинг?! Че те надо от пресс-секретаря? – грозно крикнула ковпони.

— Вернее, Шайндаунер. Хочу его... убить? – иронично ответил жеребец и окинул взглядом тело на плече. – Ничего личного, конеш. Эквестрия прост становится слишком гармоничной.

— Чо? – равнодушно бросила Эпплджек, махнув хвостом.

— Бизнес не оставался неизменным со времен краха каменной промышленности, — рассуждал синегривый здоровяк, прохаживаясь на задних по дну жалобно поскрипывающей перевернутой кареты. – «Решительный отказ от конфликтной политики»... Ха. Ну, некоторым из нас нравилась та политика. Как честному разжигателю конфликтов жить в этом засилье дружбомагии?

— Это ответ? – вопросом на вопрос ответила ЭйДжей, глядя из-под шляпы. Бугай захохотал, обнажая из ножен тесак. – Попридержи коней!

— Не беспокойся за своего клиента пока, я не буду. Не когда он все еще нужен, — с этими словами он подмигнул зарычавшей кобылке и могучим прыжком оказался на крыше соседней пятиэтажки. Ковпони рванулась было следом, но жеребец дал отмашку выжидающему дракону, и тот скачком оказался между ЭйДжей и ее целью. Визор вновь защелкнулся на глазу кобылки, откинувшей челку и приготовившейся к бою.

— Чаавооо? – раздалось из ее ПипБака, пока ковпони улепетывала по асфальтированной площади от изрыгаемой драконом огненной струи, — У них гребаный ДРАКОН? Здесь?!

— Я припоминаю этого. Это ж чертов Спайк, помощник моей старой знакомой Твай, только на стероидах, — отвечала Эпплджек, приближаясь к ступням гиганта.

— Поторопись с ним, ЭйДжей. Ты последняя из отряда осталась! Опять.

— Помолчи с поторапливаниями, умник. Мочить дракона – эт те не порнуху в кресле операторском смотреть, — рявкнула в ответ ковпони. Достав зубами и развернув табуретку, она прочертила четыре глубокие борозды в чешуе рептилии, от чего та взвыла и, поджав раненную конечность и выискивая наглую мелочь ненавидящим взглядом, намеревалась было оставить от нее мокрое место, но и пони была не лыком шита и грациозно выскользнула из-под пятки, врезавшейся в поверхность. Боль от столь неосмотрительного действия поврежденной лапой пронзила монстра до самого бедра, чем и воспользовалась кобыла, ловко взбежав по ноге и, помогая себе табуреткой, чьи заостренные ножки вонзались в драконью плоть, минуя чешуйчатую броню под аккомпанемент дикого воя, добралась финальным прыжком до самого его плеча.

Забираться на драконью голову, которая и так уже развернулась пастью в сторону маленькой воительницы, она не рискнула, вместо этого вонзив орудие под его ключицу.

— Чот слишком много Твайкиных друзей бьются не на той стороне. Не нраиса мне энто, — бормотала ЭйДжей, прыгая за Спайкову спину и прочерчивая глубокую рану вокруг почти всей передней конечности дракона.

Дезориентированный болью и скоростью мельтешащей по его телу букашки, гигант стал, как мог, махать лапами и лупить по спине (раненому плечу тоже доставалось – накачанные стимуляторами драконы не слишком умны в бою) в надежде расплющить врага, но ловкая донельзя кобылка, уже появившаяся на втором его плече, проделала с тем аналогичную процедуру, отчего дракон по ее приземлении на родной асфальт развернулся в сторону киберпони уже куда менее опасным, с безвольно повисшими передними лапами, но с полным бешенства взглядом. Он нависал над рыжей пони скалой, однако и она стояла перед ним, как скала.

В ответ монстр рванул на нее и погнал по площади. Визор кобылки сместился на затылок, и благодаря голоинтерфейсу она, скача спиной к нему, могла видеть, как он плевался вдогонку сгустками пламени, напоминавшего теперь плазму, и уворачиваться от смертоносных атак. Погоня не могла длиться вечно, и перед пони вырос десятиэтажный дом, но и он уже был частью плана. Дав больше энергии на аугментику конечностей и вспрыгнув до второго этажа, она помчалась вверх по стене. Облицовочная плитка крошилась, разлетались и оконные стекла от близких ударов мощных ног, которые потрескивали пробегающими по ним разрядами. В считанные секунды она добралась до ограждения крыши и, оттолкнувшись от него, запустила себя в обратном направлении к дракону, который уже врезался своей громадой в дом, обрекая тот на разрушение, и влетела рыжим метеоритом гиганту в лоб, нанося удар спинкой стула. На лбу Спайка был выбит штрих-код со сторонами порядка метра. Великан, потеряв ориентацию, начал крениться, и пони не преминула этим воспользоваться для занятия более безопасной позиции, съехав, как на горке, по его хребту и, преодолев трамплин из кончика хвоста, приземлилась на раздолбанную площадь.

Дракон все же устоял и, помотав головой, обернулся к ненавистному врагу.

— Ты не устал? – выдохнула ЭйДжей.

В ответ создание взвыло и, отчаявшись достать мелочь лапами, просто рухнуло плашмя туда, где кобылка стояла секунду назад, пробуя уже наиболее прозаичный способ превратить ее в лепешку. Теперь же она, рассчитав место приземления его башки и метнувшись туда, запрыгнула на шею и собралась было повторить трюк со скользящей по окружности табуреткой, но вдруг наткнулась на умоляющий взгляд повернувшего голову дракона. Так, лежа мешком на пузе и оглядываясь на победительницу, он, несмотря на вопиющую разницу в размерах, казался ей несчастным щенком, которого она намеревалась придушить. Невольно Эпплджек вспомнила его еще ребятенком, когда хозяйка впервые приехала с ним в Понивилль.

Замешкавшаяся кобыла и не заметила, как глаза гиганта вновь подернулись пеленой ярости, и чуть было не улетела, как снаряд катапульты, когда тот с воем дернулся, но, ухватившись за шип, запустила себя в направлении виска и вмазала по нему спинкой табуретки. Вой начавшего было вставать дракона резко оборвался, и он вновь рухнул наземь, уже с закатившимися зрачками. Только теперь киберпони обратила внимание, что они сжаты до крошечных (для его габаритов) размеров, что недвусмысленно намекало, под какими веществами и в каких дозах его отправили в бой.

— Молодцом, ЭйДжей! Копыта в ноги и вытаскивай Пэнтса!

— Прости, Спайк, — бросила кобыла, уносясь в направлении, подсказанном ПипБаком, — но и ты пойми меня. Чертовы времена...

Эпплджек мчалась по дворам, стремительно нагоняя грузного Шайнинга с пресс-секретарем на плече и превращая в металлолом встречающиеся на пути преграды вроде решетчатых заборов, мусорных баков, фонарных столбов, крытых повозок и прочего. Убегающий одним толчком ног забросил себя и ношу на трехэтажный дом и снова пропал из поля зрения кобылки, которая, ловко цепляясь за балконы и кондиционеры, почти столь же стремительно взобралась на крышу, и тут, не успела она найти глазами цель, как из-за ограды крыши с воем показалась… голова Спайка.

— Во имя вольтъяблок!! – застигнутая врасплох, она вложила всю силу в прыжок вверх, когда монстр, изрыгнув новый поток низкотемпературной плазмы, закоптил крышу трехэтажки, — Ужель ты так ненавидишь меня за те невинные обнимашки с Зефиркой?

Решив не затягивать (к тому же, возможности поговорить с драконом все равно не представлялось), она сделала еще один прыжок, на этот раз в направлении стены более высокого дома через проулок, и, оттолкнувшись от нее, метила было в лоб дракона, но тот дернулся, и кобылка зацепилась за массивный подбородок. Втянув воздух сквозь зубы от понимания опасности положения, она рывком качнулась и перелетела на грудь противника за миг до того, как тот хлопнул себя по нижней челюсти. Все это сопровождалось периодическими невыносимыми завываниями монстра, поэтому ковпони, уши которой уже давно были заложены, наконец вышла из себя.

— Не ори ты на меня, мелкий кусок навоза-а-а-а! – с невероятной скоростью, вонзая табуретку в плоть врага и подтягиваясь, она достигла его лба и до того, как тот успел понять, где она, принялась колотить спинкой орудия ему по лбу, сопровождая каждый удар слогом гневной тирады.

— От-ва-ли у-жо, мла-де-нец-пе-ре-рос-ток! – она воздела табуретку к небу и, пользуясь легкой контузией дракона, затратила несколько секунд на перенаправление энергии в инструмент, после чего сделала сальто вперед и с воплем нанесла максимально мощный удар.

Послышался глухой треск, и дракон, покачнувшись медленно с закатившимися глазами, рухнул наземь, ободрав стену дома и уничтожив питейное заведение под навесом, но киберпони к тому моменту уже была в двадцати метрах от туши, восстанавливая дыхание.

— Вот жеж, фух, сено. Алекс, фух, не вздумай, уф, напоминать, что мне ща надо делать.

Сделав еще пару глубоких вдохов для проформы, кобылка сорвалась с места в указываемом верным ПипБаком направлении.

Амбал-единорог, изрядно подустав от аэробной нагрузки, остановился под железнодорожным мостом и обернулся, не пряча обнаженного мачете. Догонявшие его агенты филлидельфийского корпуса госбезопасности так же остановились, кто на крышах, кто на дороге. Цель теперь стояла неподвижно, криво ухмыляясь, и вполне можно было сделать пару контрольных выстрелов, не рискуя задеть пленника, к тому же из-под моста выехала боевая колесница, ощерившаяся стационарным лазером и пушками попроще, отрезая террористу путь к отступлению. Да не успел командир дать отмашку, как здоровяк, предварительно полуприсев, буквально взлетел куда-то вверх. Едва они нашарили его взглядом далеко вверху, щурясь от щедрого южного солнца, как окрестности огласил лязг проезжающего по мосту скоростного товарного состава, на который и приземлился прыгун, моментально скрывшись из виду спецназовцев.

— Mierda! – выплюнул усатый пегас с винтовкой какое-то нездешнее ругательство, но каждый из его коллег и так по-своему озвучил грустные мысли.

— Во-о-о-он! – раздался вдруг из-за спин жеребцов крик, превзошедший грохот состава. Привыкшие к выполнению команд бойцы мигом откатились в стороны от середины дороги ПЕРЕД тем, как ловить тупым взглядом несущуюся, кроша асфальт, кобылку в шляпе. Промчавшись мимо обалделых парней, она присела на пару ног с одной стороны и вытянула пару с другой, с дрифтом преодолевая поворот в сторону уходящего поезда и оставляя на дороге слегка дымящиеся черные полосы.

— Вау, — нарушил установившуюся тишину один из вояк, — кто-нибудь знает ее телефончик?

Как бы ни неслась Эпплджек, железнодорожный транспорт нынче был уже не тот, что старые добрые розовые паровозики с сердечками, и конкретно этот сейчас медленно, но верно уходил вперед.

— Сено! – подумала ковпони, но приученный думать быстро мозг уже подобрал идею. Очередной дюжий прыжок – и она на стене длинного дома, идущего параллельно рельсам. Затянутые в черное ноги кобылки вновь засверкали разрядами и она, пробежавшись немного по стене в горизонтальном направлении и попортив окна, завопила «Ййи-и-и-ха-а-а!» и запустила себя в сторону товарного состава. Последний вагон без крыши приютил выбившуюся из сил кобылку в свое забитое неочищенной пшеницей внутреннее пространство.

* * *

Рэйнбоу Дэш как раз заканчивала девятый за это солнечное утро зевок, когда топот копыт по металлу привлек ее внимание. Сидя на крупе и привалившись спиной к ящику, она подняла взгляд вишневых глаз и с праздным интересом хмыкнула, видя приближающуюся старую знакомую.

ЭйДжей преодолела легким скачком очередную щель между вагонами и, высекая искры из настила, притормозила на почти пустой платформе.

— Дэш, — с мрачной решимостью выдавила ковпони с болтающимся меж зубов колоском, — и здесь ты играешь не за ту команду.

— Ну не наглость ли это, Джекки? – пропела радужногривая, вставая и облокачиваясь о ящик, другой ногой поигрывая мечом, — Сначала предать друзей... хотя на звание самой верной пони ты и не претендовала, но вполне выполняла его нормативы. А теперь еще делаешь вид, что тебе не по нраву мои предпочтения. Разве ты не скучаешь по нашим поваляшкам в сене?

— Не теперь, сучка, — раздраженно фыркнув, ЭйДжей выпрямилась, вставая на дыбы, и развернула табуретку, держа ее копытом, — на кой вам пресс-секретарь?

Она сказала «вам», потому что за спиной Дэш, на площадке под стенкой цистерны следующего вагона, стоял здоровяк Шайнинг и примотанный к стенке цепями секретарь Фэнси Пэнтс. Первый обернулся со своей неизменной кривой ухмылочкой.

— Ха. Что упало, то пропало, «героиня», — он поднес лезвие тесака к горлу побитого заложника, — мой маленький щит мне более не нужен.

Единорог в помятом костюме поднял на экстремиста полный презрения взгляд. На этот последний хмыкнул и слегка провел по его шее кромкой жуткого мачете, заставляя взрезанную шкуру исходить паром. Пленник захрипел.

— Не надо! – впервые в голосе ЭйДжей прозвучало какое-то отчаяние, до тех пор подавляемое уверенностью в победе добра. Она дернулась в порыве снести башку мучителю, но дернувшаяся синхронно с ней Дэш красноречиво дала понять, что ей лучше успокоиться. Многочисленные сегменты ее бежевого бронекостюма то шли внахлест, то сползали друг с друга, таким образом совершенно не стесняя движений носительницы и повторяя формы ее тела.

Амбал прекратил пытку и, развернув стальные пальцы на свободном копыте, схватил секретаря за шею и приподнял.

— Как насчет всех тех ништяков, что дала нам война? – спросил он, глядя Пэнтсу в глаза, — Почему никто не произносит ей хвалебных речей? Эквестрия пережила ряд таких и стала акулой мировой арены. Занятость, технологии, общая цель…

Монолог Шайнинга прервал смачный зевок Рэйнбоу Дэш.

— Эпплджек... забудьте обо мне... остановите их! – взмолился пресс-секретарь. Единорог отпустил его шею, от чего тот вновь безвольно повис, и схватил за гриву, поднимая морду секретаря.

— Ты не слушаешь... — он взмахнул мачете, перерубая державшие пленника цепи, и тот повалился на холодную платформу, держась за прижженную рану на шее и протягивая копыто в сторону ковпони в инстинктивной жажде жить, несмотря на собственную просьбу.

У кобылки в шляпе сдали нервы и она, взмахнув затрещавшей табуреткой, рванулась к ним, но Дэш среагировала куда быстрее, и киберпони едва успела блокировать выпад ее катаны, пусть та и била плашмя. Блокировала она и второй удар крутанувшейся знакомой, который заставил ее под скрежет металла отъехать назад.

— Не против, если я и мой ножик вмешаемся? – игриво поинтересовалась Дэш, выпрямляясь из боевой стойки. ЭйДжей лишь зарычала в бессилии.

— Все, о чем мы просим... — триумфально пробасил Шайнинг, поднимая заложника за гриву, — ...дайте войне шанс!

И абордажное мачете вынырнуло из груди важного клиента частной службы землеустройства, приветствуя мир брызгами запекшейся крови. Капли оросили бежевую броню Дэш и попали на мордаху Эпплджек, которая открыла рот, силясь что-то выговорить, но в слегка расширившихся глазах уже отразилось смирение.

На морде бронированного единорога заплясал наигранный взрослый восторг, словно он услышал заправскую пошлую шутку или взорвал арбуз выстрелом из крупнокалиберной винтовки в тире. После чего бугай просто занес орудие с нанизанным на него телом Пэнтса над проносящейся за бортом поезда поверхностью и слегка наклонил, позволив тому с влажным звуком съехать с тесака и покатиться по каменистой филлидельфийской земле.

Кобыла обернулась с немой мольбой принцессам, будто что-то еще могло изменить проваленное задание, а здоровяк тем временем вспрыгнул на цистерну, стенку которой украшала борозда от перерубившего цепи клинка. Внимание ковпони привлек новый шум, и она задрала голову, видя грузовой двухроторный коптер, летящий ровно нам Шайнингом. Рэйнбоу с ворчанием пыталась смахнуть с костюма липкую, подсохшую на солнце кровь. И откуда в ней взялась эта брезгливость? «Дэш уже не та», мимоходом подумала ЭйДжей, пока из воздушного транспорта к единорогу спускался эвакуационный трос с копытоятью. Ухватившись за надежду если не сходу отомстить за клиента, то выйти на след начальства террористов, она предприняла очередную попытку пройти через скалу в виде бывшей подруги.

— Пшла с дороги! – воинственно крикнула ковпони, нанося табуреткой диагональный снизу, но голубая пони отбила атаку, отчего невезучая телохранительница, чуть не выпустив из копыта оружие, вынуждена была перехватить его зубами, чтобы затем самой отразить два молниеносных выпада радужногривой засранки, и вновь со скрежетом отъехала по платформе назад. Сверху донесся осточертевший хохот Шайнинга.

— Она вся твоя, Крэш! – коптер с болтающимся на тросе единорогом уже улетал прочь.

— Потанцуем, Джекки? – мило улыбнулась Дэш, принимая какую-то развязную боевую стойку. — Вперед, не будь Шай.

Пони в шляпе поудобнее перехватила табуретку. Поезд въехал в туннель, и на ее глазу защелкнулся визор, переходя в режим ночного видения. Моргалки же ее противницы закрылись полупрозрачными синими очками.

* * *

Махач на поезде становился все жарче. Понипропиленовые носки ЭйДжей украсились парой царапин, почти прорезавших их, и ноги неприятно ныли, под мягкой защитой уже наверняка все в синяках. По изящной же Дэш ей удалось нанести всего пару рубящих ударов, с легкостью поглощенных броней, а табуретка лучше всего показывала себя в колющих. «Надо бы модернизировать мою малышку», — подумала ковпони, блокируя удары голубой падлы и зажимая клинок ее катаны между ножками своего оружия, что позволяло дергать его в сторону вместе с обладательницей и наносить ей какие-никакие, а фирменные эппловские пинки задними, выбивая из противницы воздух, — «сделать, шоб ножки складывались и быстро удлинялись до сажени, или вроде, шоб протыкать...»: наконец, когда она проделала было это в очередной раз, Рэйнбоу подалась вперед и так и оставила свой меч в тисках табуретки, уставившись блестящими в экстазе боя глазами в зенки Эйджей.

— Хмм, самоучка, — прошипела радужногривая, — и не такая уж плохая. Как же я соскучилась по нашим состязаниям. Но все же...

Она разорвала клинч и отпрыгнула назад. Ковпони перехватила оружие и медленно двинулась на к врагу на дыбах.

— Ты где крылья-то подевала, сахарок? Надеюсь, тебе снес их один из наших бойцов? Жаль, что не вместе с пустой башкой.

— Я отказалась от них в пользу этой потрясной брони, — та, изгибаясь, будто в танце, провела копытом от плеча до крупа по стальной одежке, заставив рыженькую невольно покраснеть. — Быстро летать в ней было бы нереально, а вот пешочком куда быстрее, да и сила. Впрочем, ты уже убедилась.

Но ЭйДжей остановилась в изумлении еще после первого предложения.

— Дэши... — она не нашлась сперва, что сказать, — ...что, во имя Тартара, изменило тебя так, что ты отказалась от самого дорогого? От неба?

— Ску-у-ука, Джек, — бывшая пегаска закатила глаза и пригладила гриву, правда, тут же взъерошив ее, — уж ты-то не читай мне лекций. «Дэш уже не та», «Дэш, не надо», «вот молодежь пошла», буэ-э. Ты все еще молода, сельская кобылка. Не кряхти!

Заворчав, ковпони бросилась в атаку. Рэйнбоу, едва изменив расслабленную позу, взмахивала одной лишь ногой, отбиваясь и скользя бронированными копытами по платформе от ударов табуретки.

— Твоей технике чего-то не хватает, — заметила недопегаска. Она сделала мощный разворот и издала боевой вопль, нанося экс-подруге размашистый удар снизу, от чего та отправилась в свободный полет и едва успела затормозить его, воткнув табуретку в потолок туннеля и пропахав в нем четыре борозды, как пуля в виде голубой пони врезалась в нее, заставив прокатиться по крыше очередной цистерны. Две кобылки вновь столкнулись в вечном танце боя, и Эйджей вновь заблокировала меч Дэш между ножками табуретки. Они уставились друг на друга.

— Теперь я вижу, — вынесла вердикт Рэйнбоу, широко улыбаясь, — ты лишаешь свое оружие его назначения.

Рыженькая уловила едва различимое движение глаз противницы, но не успела среагировать.

Отведя клинч из двух орудий в сторону, Дэш вмазала ковпони копытом в челюсть, сделала подсечку нижней ногой, и размашистый апперкот катаной прочертил глубокий шрам на морде Эпплджек, разрезая визор пополам. Со слабым стоном она машинально сделала сальто назад, приземляясь на три ноги. Четвертой же схватилась за пострадавший глаз. Точнее, за место, где он только что был. Кровь продолжала орошать крышу вагона.

— Оно рвется выкупаться в крови твоих врагов, — с придыханием говорила Дэш, любуясь своим мечом, испившим упомянутой субстанции, — но ты его сдерживаешь!

— Н-ноуп, — помотала головой ЭйДжей.

Дэш повернулась к кобыле, недовольная произведенным впечатлением. Та вновь поднялась на дыбы, все еще прикрывая копытом окровавленную глазную впадину.

— Моя табуретка – инструмент справедливости, — прошипела пони в шляпе, прижимая уши.

Дэш, непонятая, искренне вздохнула и, поиграв еще немного катаной, вонзила ее в цистерну, после чего рванулась на противницу, высекая искры и вспарывая емкость с горючим, немедленно воспламенявшимся. Клинок, пылая, с визгом вырвался из металла, и все хуже уворачивающуюся от атак ЭйДжей раз за разом обдавало этим жаром ярости. Очередной удар вновь отправил ее ослабевшее тело в полет. Пони грузно приземлилась на крышу соседнего вагона, и тут цистерна взорвалась. Из облака огня вылетела Дэш, занося меч, блокированный удар которого, будто та орудовала молотком, вбил задние ноги рыжей кобылы в металл — и только то, что хрупкие природные кости кобылы давно были заменены на эндоскелет из углеродистой стали, позволило им выдержать подобное обращение. Выпады радужногривой учащались, ноги Эйджей нестерпимо ныли, вновь и вновь пронзаемые болью от поглощаемой через табуретку энергии атак – и хорошо, что это были не зубы. Нанеся еще пару ни к чему не обязывающих, ведь Эйджей и так едва шевелилась, ударов, Дэш вдруг убрала меч в ножны, сместившиеся по специальной рельсе с ее спины на бок. Затуманенный разум ковпони не придумал ничего лучше, чем воспользоваться странным, однако выгодным ей действием противницы, но та лишь победно хохотнула, нажимая на спусковую скобу, прячущуюся под горловиной ножен. Красная катана сама по себе пулей вылетела из них, и Эпплджек, оружие которой летело к Дэш совсем с другой стороны, ничего не могла поделать, когда острый металл отсек ей обе ноги с одного бока, снимая заодно и шкуру с торса.

Все замедлилось, и пони, падая на спину, подивилась тому, как плавно, словно по течению вечной реки Леты, плывут в воздухе конечности, только что принадлежавшие ей, и даже поняла, в чем смысл жизни — правда, падение слегка отрезвило ее от шока, и она, сколь ни пыталась, не вспомнила его. Впрочем, жить ей, видать, оставалось недолго – на Зеленых Лугах снова расскажут.

Кобыла, однако, довольно резво вскочила на последнюю из задних конечностей, умудряясь балансировать. Дэш лишь медленно подходила, будто прогуливаясь по парку Кольтского, держа катану на плече. Сердце гулко отбивало чечетку, глаз застилала пелена. Вскоре расстояние сократилось до контактного, и недопегаска стала наносить редкие ленивые удары, тесня вяло отбивающуюся и прыгающую на одной ноге ЭйДжей назад. Только сейчас она подумала, что все это время они смещались к хвосту поезда, и это спасло кобылу, когда со следующим шагом назад, сделанным уже в пустоту, она сообразила и успела ухватиться передним копытом за край вагона. Табуретка улетела на оставляемые позади рельсы. Пони невольно захотелось поправить шляпу, но для этого не хватало лишней конечности, да и шляпы, как она только заметила, уже не наблюдалось.

— Вот что происходит, когда ты приносишь «инструмент» для боя на МЕЧАХ, — провозгласила Дэш, демонстрируя ЭйДжей в десяти сантиметрах от ее носа острие окровавленной катаны. Затем занесла оружие над головой. – Вот и все.

Перед тем, как закрыть глаза, принимая свою участь и прося у богинь прощения за грехи (тем более, что в затуманенном взоре уже разгорался белоснежный свет), ЭйДжей успела подивиться, почему Дэш не сказала ничего такого по поводу того, что они, в конце концов, действительно были подругами. Все эти приключения, что связывали их... многократное спасение Эквестрии... посиделки на Пинкиных вечеринках и пикниках... поваляшки в сене, в конце концов. Но подивилась лишь слегка – это было уже не важно.

Яркий свет резко заполнил все пространство, видимое под тяжелыми веками. Донесся негромкий хохот Дэш.

— Везет тебе, сучка.

Она все еще тут или кто-то прикончил заодно и голубую сволочь?

Эпплджек нехотя разлепила глаза. Кто-то палил электропулями по ее противнице. Она повернула голову в сторону звука: по грунтовой дороге рядом с поездом, который, как оказалось, только что покинул туннель и несся меж песчаных скал, мчалась тяжелая бронеповозка с пулеметчиком наверху. Приглядевшись, она узнала в нем сталлионградца Леху, оператора, который давал ей указания по ПипБаку.

— Заждалась небось? – бросил он ей, перекрикивая зычным голосом рокот своей пушки, который внезапно оборвался по иссякании патронной ленты.

ЭйДжей, слабо улыбнувшись, перевела взгляд на все так же невредимую Дэш, щеголяющую катаной, которой отразила все снаряды. Послышался знакомый шум, и над ней завис клятый коптер, вновь спустивший эвакотрос. Бывшая пегаска, пользуясь паузой в пальбе врагов, стояла в ожидании удобного подлета транспорта и смотрела с прищуром на ковпони, закинувшую, наконец, и вторую из оставшихся ног на вагон. Ничего не сказав, она подпрыгнула и ухватилась за копытоять троса, после чего винты коптера с гудением наклонились, и он пошел в облет скалы.

Леха, предпочитавший, правда, чтоб его звали Алексом, с ворчанием наклонился во чрево броневика и извлек на свет умный гранатомет. Система наводки зацепилась за электронное нутро птички, и он надавил на спуск:

— Счастливого пути!

Однако радость его прервал фонтан «вспышек», которые выпустил коптер. Снаряд такой наглости не потерпел и взорвался в компании ярких фейерверков противоракетной защиты. ЭйДжей, чуть приподнявшись на онемевших конечностях, все еще сохраняла сознание, не в силах пропустить исход операции, пусть и давно проваленной.

Леха оперативно перезарядил базуку и уже вновь поймал вертушку в электронный прицел, как вдруг между ним и целью оказалась скала, за которой скрылись враги.

— Мазафака, — смачно выплюнул сталлионградец, уже довольно хорошо болтающий на общеэквестрийском, но особенно тащившийся от здешних ругательств.

Эпплджек, поскребя копытами в побагровевших носках по крыше вагона, улеглась наконец всем телом на его теплую и скользкую от крови поверхность, позволяя сознанию медленно уплывать в неведомые дали и предаваясь спасительному забвению.

Увы, всему не суждено было закончиться так просто, как хотелось бы.

## Эпизод второй: Увеселительные заведения Балтимэйра

***Три недели спустя***

По неширокой раскаленной улочке Балтимэйра не спеша плыл на магической подушке тонированный «Гунтер». Тонированный достаточно, чтобы лишний взгляд случайного прохожего не позволил выцепить сидящую внутри киберпони весьма приметной наружности, пусть лицо ее и было скрыто низко надвинутой шляпой. Без специальной аппаратуры, конечно.

— Значит, у тебя там что-то вроде маскировки, верно? – вещал из ПипБака кобылки певучий голос. Затруднительно было бы определить половую принадлежность говорящего, вероятно, из-за низкого качества связи.

— И-йеп, — отозвалась Эпплджек, — полная выкладка.

— Очень на это надеюсь, коллега, — последнее слово он произнес странно, навроде «калека», — потому что ты смотрелась бы несколько подозрительно, прогуливаясь по улице с таким видоном.

— Расслабься, Зеф. У меня все пучком. Вылезу прям над люком.

— Да-а... короче, пока просто проникни в канализацию. Система их лабораторий сопряжена с лабиринтом городских стоков. Надеюсь, любой, кто обратит на тя внимание, будет достаточно умен, чтобы не совать носа. И это… ты по-прежнему уверена, что хочешь взять эту милую зверушку с собой?

— И-йеп. Док хорошо подлатал малышку Вай. Бедняга, надеюсь, хоть чот осталось в ней от ееной собачьей натуры. Кароч, хочу попробовать бросить ей кость, так сказать.

Несуразная на первый взгляд куча металлолома на заднем сиденье зашевелилась и, развернувшись, обрела очертания небольшой собаки, почти наглухо закованной в матовый черный металл, между сегментами которого в местах суставов проглядывала коричневая шерсть.

— Игра слов, — голосом Николая Дигало запротоколировало дитя порочной страсти кочерги и медного таза, — мой экзоскелет напоминает собаку. Собаки тащатся от костей. Уровень шутки: за триста.

— Умница, Вайнона, — зычно просюсюкала Эпплджек, обернувшись и потрепав существо по твердой макушке, — рада тебя... гм, слышать.

Высокотехнологичная компактная карета тем временем остановилась у канализационного люка.

— Погнали, — пробормотала ковпони. Хотя при виде ее никому бы уже не пришел в голову подобный эпитет.

Два усатых жеребца спокойно, насколько это можно было себе позволить в нынешние времена, прогуливались по знакомой им до последней урны улице города.

— И вот в чем фишка, — с увлечением рассказывал один, — в некоторых языках наших соседей, например, у яков, двойное отрицание может означать утверждение. Но ни в одном языке двойное утверждение не может означать отрицание.

— Ага, конечно, — рассеянно отвечал второй, оценивающе разглядывая крутую тачку, проплывавшую рядом в полуметре над землей, — гляди, какая.

— Крутая тачка! – ожидаемо ответил первый, но глаза обоих приятелей стали квадратными, когда из «Гунтера» вылезло нечто.

Нечто имело рыжую шерсть (там, где эта шерсть вообще была) и в принципе выглядело как пони. Однако почти половина ее – две ноги с одной стороны и тело между ними, а также грудь – были покрыты серебристой сегментированной броней (или же это были механические конечности, как и органы внутри?!), две другие конечности были затянуты в серые армейские сапоги с высоким берцем и механическими, как и на первой паре, накопытниками, голову закрывала широкополая шляпа навроде популярных у южан, туловище – какой-то бесформенный балахон, под которым на ее спине явно было что-то еще, и было явно побольше крыльев. Короткие соломенного цвета хвост и грива и что-то черное на выглядывающей из-под пол шляпы щеке довершали картину.

Эпплджек, все еще не привыкшая к телу, аккуратно, даже изящно вылезла из кареты и ступила на асфальт. Интерфейс линзы ее единственного глаза вскоре предложил выдать результат анализа того, к чему прикасались мудреные накопытники – этого самого асфальта. Решив разобраться во всем в менее компрометирующей обстановке, она поспешила шарахнуть киберногой по люку и, когда тот встал вертикально, выбить его в подземное пространство, после чего приказала Вайноне лезть внутрь и полезла было за ней, но тут увидела двух молодчиков, что пялились на нее, как Рэрити на дырку в платье, и бросила напоследок:

— Вы ничего не видели, — после чего скрылась в темноте проема.

Ничтоже сумняшеся, пришедшие в себя ребята решили оставить увиденное между собой и поспешили покинуть улицу.

* * *

— Окей, я в среде. Напомни, че должна сделать.

— О, все просто. Пройти сквозь наверняка кишащие монструозными киборгами и прочими плодами технического прогресса Эквестрии туннели — иначе что бы это была за миссия — и найти спрятанную где-то здесь лабораторию, подчиняющуюся корпорации «ТвайПай Шиппс».

— Так, а внутри?

— Ищешь все, что может помочь уличить их. Наши информаторы сообщили, что они грешат выбросом отходов через канализацию в море. Этого уже достаточно для диверсии во имя добра и справедливости, но ведь еще надо узнать, с отходами какого рода деятельности имеем дело. Возможно, тайны, что скрывает за собой это местечко, превзойдут все наши ожидания и заставят забыть о, как оказалось, такой мелочи, как загрязнение окружающей среды.

— Не мели ерунды, Алекс, — фыркнула ЭйДжей, медленно бредя в вонючей жиже по колено, — что может быть хуже?

— Ну, знаешь... пытки, работорговля, опыты над пони... слушай, и впрямь звучит ерундово. В общем, твоя операция будет проходить под знаменем Партии Зеленых Эквестрии!

— Чаво?

— Забудь. Только не стучись в парадные двери, если найдешь их. Найди тайный лаз, или вентиляцию, или водопроводную трубу... просочись к ним, хоть через толчок. Делай то, что у тебя выходит лучше всего, Джеккс.

— Эм… сдается, вряд ли я найду здесь яблоки, чтобы что-то делать с ними.

Некоторое время ПипБак и рыжая пони молчали.

— В общем, ты поняла план.

— И-йеп.

— Ах, да, до нас дошли местные слухи о каких-то «черных мантикорах» в канализации. Так что, знаешь... смотри по сторонам.

— ...«черных мантикорах»? Мож, они об роботах толкуют? Или о переселенцах?

— Все возможно. Maybe, просто городская легенда, но будь начеку. Ты знаешь, какие времена пошли.

— Все пучком, Зеф.

— Окей. До связи.

ЭйДжей, уже дошедшая до поворота и замершая перед ним, сбросив балахон, что скрывал под собой небольшие кевларовые седельные сумки и продолговатый неясный предмет, кивнула выжидающе глядящей на нее красными оптическими сенсорами Вайноне.

— Вперед, Вай. На разведку.

Киберпсина кивнула в ответ и понеслась почти бесшумно на прорезиненных лапах по неширокому борту коллектора. Выглянув из-за угла и удостоверившись, что пока все чисто, ЭйДжей побрела следом. Каждый ее накопытник завершался чуть более узким, чем вся нога, тонким, будто сплющенная банка из-под шпрот, резиновым цилиндриком, что так же позволял ей двигаться без лишнего грохота и амортизировал шаги тяжелой аугментированной туши. Впрочем, на борту она все равно не умещалась, поэтому продолжала хлюпать по бесконечной канализационной луже. Пространство было мрачным, но просторным, вроде памятного железнодорожного туннеля, только без поезда.

— Будь начеку, мы не одни, — лишь единожды потревожило тишину безэмоциональное сообщение Вайноны по ПипБаку.

Детектор движения потревожил умиротворенную прогулку довольно скоро. Не успев толком среагировать, кобылка почувствовала, как струя какой-то жидкости врезалась в ее металлический бок, тут же начав с шипением испаряться. Эпплджек сделала длинный прыжок в дальнюю стену, укрепившись на ней выскочившими из накопытников пальцами, что легко вонзились в бетон. В поле зрения возникла стоящая посреди коллектора... кажется, мантикора. Только железная. Ну, черная. Ее механический диктофонный рык только заставил киберпони саркастически поднять бровь.

— Окей.

Робот львиным прыжком запустил себя в ее сторону и врезался в стену лапами, выбивая из нее обломки. Оказавшаяся рядом ЭйДжей в момент достала со спины то самое продолговатое нечто и взмахнула им, разворачивая. Описывая дугу по направлению к мантикоре, предмет явил себя во всей красе: он выглядел… как тренога для фотоаппарата. Цельнометаллическая, с копытоятью вместо крепления для камеры и с заточенными по внешней стороне 110-сантиметровыми ногами, по которым, естественно, пробегали зловещие разряды. Угол между ногами явно менялся, но сейчас обладательница вещицы не стала этого делать и прочертила на броне монстра три борозды, дотянувшись до него концами устройства. Толком и не успевшая потренироваться с этим и все еще не отвыкшая от родной табуретки, Эпплджек, хоть и успела немного потренироваться с новинкой в штабе, пришла в некоторое замешательство от непривычного применения знакомого предмета, за что получила стальным хвостом, впечатавшим ее в стену – благо, стальным же боком. Следующие выпады передних лап зверя пони успешно отражала.

— Ха, вот и спарринг-партнер. Нападай, сахарок!

Робота не нужно было уговаривать. Как, впрочем, и напрягаться в борьбе с ним. Простые выпады и попытки наносить удары разных типов с помощью придания себе вращения нисколько не смущали съевшую на этом деле собаку киберпони и не демонстрировали мощи искусственного интеллекта. В конце концов она вспомнила, о чем говорил Док, вручая ей новую игрушку, и, активировав энергопотребление треноги, заставила ее воссиять ярко-голубыми вспышками. После чего исполнила один из стандартных сложных приемов и, дезориентировав врага короткой серией легких ударов и ложных выпадов, нанесла мощный хук по морде, которую порвало пополам. Для пущего эффекта и тренировки пони кувырком перепрыгнула через голову зверя и вонзила треногу по самую рукоять в его торс. Постреляв немного искрами, поверженный монстр повалился набок, после чего взорвался. А потом взорвался еще раз. Благо, ЭйДжей уже продолжала свою неспешную прогулку по балтимэйрской канализации на безопасном расстоянии.

Следующее нарушение спокойствия ознаменовал чей-то отдающийся эхом крик. Как оказалось, он исходил из глубокого колодца в туннеле коллектора.

— Эти катакомбы куда глубже, чем можно было предполагать, — хмыкнула сама себе Эйджей, сбегая вниз по вертикальной стенке ямы, — Скутс, пугая Эйби страшилками про секретные бункеры под городами, как в воду глядела.

Приближаясь к полу, она разглядела жеребенка, отбивающегося от каких-то мелких уродцев. Покромсав их на начинку для пирога, Эпплджек из любопытства разглядела обломки и выцепила взглядом что-то наподобие куриной башки... в любом случае, времени на натуралистические изыскания не было, так как над кобылой и жеребенком нависли три существа куда похуже.

— Вали отседова! – крикнула пони в шляпе юному исследователю катакомб, ощерившись треногой, концы которой теперь смотрели в разные стороны.

— Вау! Ниндзя? – обрадовался малой.

— Вали, говорю! – повторила та, помахивая для острастки орудием в сторону медленно приближающихся существ, что напоминали огромных собак, только с чрезмерно вытянутыми мордами и оптическими сенсорами вместо ноздрей, а гибкий длинный хвост каждой завершался лапой с пятью длинными пальцами. И, конечно, были целиком из стали. Черные. Что ж, больше разглядеть их в целости возможности не предоставится!

— Понял! – жеребенку все-таки хватило ума юркнуть за кучу металлолома по другую сторону от зияющей в потолке дыры, через которую спустилась кобыла.

ЭйДжей метнулась в обход крайнего из роботов и отсекла ему нижнюю лапу, после чего взобралась на "холку", по пути лишая его всяких мелких частей, и вонзила треногу в основание башки. Это позволило мощным рывком развернуть всю тушу монстра, чтобы защититься от такого же другого. Друг с другом эти ребята, похоже, были не в ладах, поэтому второй в стремлении размазать кобылку не постеснялся снести своему, хоть и уже поверженному, коллеге голову к чертям. Из-за улетевшей в сторону башки в его собственную метнулся рыжий метеор в шляпе и воткнул концы своего странного оружия в искусственные глаза.

После этой короткой комбинации киберпони, оттолкнувшись от подбородка противника, врезалась в пол, завершая дело ВЫСТРЕЛОМ потрескивающей энергии из треноги в последнего врага, который, вдохновившись примером приятеля, тоже как следует вмазал по башке этому второму, а попадание энергетического разряда разнесло ему грудную клетку или, по крайней мере, пробило обшивку, чем не преминула воспользоваться Эпплджек, прыгнув и воткнув ему туда свое дивное орудие по самую копытоять. Два удара падающих тел – и схватка окончена. Минутку, это ей хотелось, чтоб два. А вот лишенный зрительных сенсоров последний из могикан, придя в бешенство от столь жестокого обращения с животными, честь которых он сегодня и отстаивал, принялся махать всеми конечностями и, нащупав противницу хвосторукой, подхватил и отправил рыжую кобылку в увлекательный полет вглубь коллектора. К счастью, зловонная жижа смягчила падение, и пони прокатилась по дну, припоминая бросание плоской гальки по озерной глади с младшей сестрой. Это резко всплывшее воспоминание она предусмотрительно подавила и закончила дело, вернувшись к ослепленному роботу и покрошив его не хуже фирменного блендера братьев Флима и Флэма.

— Джекки! – донеслось из ПипБака, — Не забывай вытаскивать блоки электролитов из этих железяк! Они нужны для восстановления энергии, иначе при подобных трюках с треногой долго ты не протянешь!

— Окей, босс, как это сделать?

— Просто вырви им позвоночник!

— Эм... звучало бы садистски, не будь они роботами. Окей.

Опасливо подойдя к спине одной из тушек и припоминая взрыв, быстро последовавший за уничтожением робомантикоры, кобыла вонзила в груду железа развернутую треногу и сжала ее концы, после чего дернула на себя. На свет была изъята светящаяся синим и истекающая вязкой жидкостью гирлянда штуковин вроде конденсаторов, Эйджей в этом плохо понимала. Хмыкнув, она подняла ногу с орудием вверх, давая своей игрушке истекать этой смазкой, и, подбросив этот позвоночник, за секунду быстрых коротких взмахов превратила его в месиво, что заставило осыпанную всем этим добром треногу воссиять.

— Что-то вроде того, — сказал ПипБак или, вернее, сидевший по ту сторону Зефир, — или можешь просто выстрелить в эту хрень энергией, держа ее треногой.

— Есть, сэр, — повторив процедуру с еще одним поверженным роботом (третий таки взорвался), пони прошла к жеребенку, который уже показался из-под груды металла и вопросительно смотрел на спасительницу. На поверку он оказался не таким уж малышом, лет одиннадцать-двенадцать.

— Ты хто, малой? – ЭйДжей натянула улыбку и сунула за спину свернутое орудие.

— Я Паунд! А ты? – жеребенок не выглядел напуганным.

— Можешь звать меня... Джекки. Че делаешь?

— Я? Че ТЫ здесь делаешь? Потеряла пару своих шестеренок? Ну, знаешь, ты ж киберпони.

— Я, эм... ищу плохих кольтов.

— А, эти козлы из лаборатории...

— Ты знаешь о них?!

— Да, и я не вернусь назад. Погоди, ты не из этих козлов? – но, взглянув на покореженные остатки робомонстров, малой оставил свои подозрения, — Не, думаю, ты в норме. Если ты киберпони, то, должно быть, знаешь, кто они?

— Вродь того. Чо они с тобой делали?

— Я жил с мамой и папой. Они хотели, чтоб я сам умел зарабатывать. Искал работу, типа. Потом наткнулся на этих козлов, одетых, как мафиози, и они предложили, типа: «псс, парень, не хочешь немного дружбомагии?». Я сказал, что мне больше пригодились бы деньги, а они такие: «мы тебе и заплатим в довесок». Я согласился, а они надели мне на голову вонючий мешок и увезли! В коробке… потом эта лаборатория. Всякие опыты на всех нас.

И действительно, в шее малого было много углепластиковых имплантов неизвестного назначения, а к передней ноге был приклеен введенный катетер с остатком трубки – видимо, ее он отрезал или отгрыз, боясь доставать иглу. А на спине, туго примотанные бинтом к телу, отчетливо виднелись крылышки.

— И все – как ты, детишки?

— Да, куча жеребчиков. Но потом я подслушал, что эти придурки хотят сделать… они хотят переработать нас. На радугу.

— И ты... сбежал.

— Ага. Блин, жаль что я не крутой киберпони, как ты, — жеребенок встал на дыбы, помахивая передними ножками, будто сражаясь с невидимыми врагами, — я б был самым сильным киберпони! Замочил бы всех этих мафиозных козлов, что копались во мне!

— Начинаешь сам звучать, как плохой кольт.

— Шутка, окей? Я много нехорошего сделал... но никогда не убивал. И не хочу, ващет.

— Славно.

— Я пытался предупредить остальных и сказать: «вас всех превратят в радугу, уносите свои крупы отсюда!». Но они не понимали, говорили на каком-то другом языке, типа… «kakogo hera», или «shto za sranaya dyra», вроде того. Поэтому я всего один сбежал. И теперь эти машины пришли за мной, и потом...

— ...и я знаю продолжение. Паунд, — ЭйДжей вдруг развернулась и, присев, положила копыта на плечи жеребенку, — мне над знать до последней детали, как ты свалил!

Малой серьезно кивнул.

* * *

— Так мелкий сбежал в канализацию через дренажный канал? – голос Зефа на этот раз звучал более заинтересованным, нежели ироничным.

— И-йеп. Он грит, шо канал дохрена узкий, но рядом с ним есть какой-то лаз с решеткой.

— Понял. Походу, туда они сливали отходы.

— И еще… видимо, какая-то шишка из «ТвайПай» была здесь недавно. Если у них там был дежурный мустанг или видеокамера под копытом...

Рассуждения кобылы прервал Док, подключившийся к частоте.

— ...тогда тебе надо хакнуть лог с их визоров! Искать нужно в серверной. Так мы сможем получить необходимые улики и заодно представление об их техническом оснащении.

Повисла пауза.

— Так что насчет пацана? – подал голос Зеф.

— Я убедилась, что вокруг чисто и наказала ему сидеть тихо. Сможете подобрать его?

— Нет проблем, отправлю пару-тройку ребят за ним. Сосредоточься на проникновении в их шарашкину контору. Если то, что он говорил насчет радуги, правда… нам надо торопиться.

— Принято. Джекки вне связи, — ЭйДжей отключилась.

Двумя покрошенными роботами спустя она добралась до двери, которая никак не тянула на невинный канализационный люк. Для треноги не составило труда исполнить роль резака, и вскоре массивная железяка рухнула вовнутрь, открывая рыжей пони какой-то технический зал с парой грузовых манипуляторов под потолком и несколькими дверьми. Все внимание притянула та, что была возле окна из толстого зеленоватого стекла. За ним было темно, но отчетливо виднелся ряд шкафов без стенок и кучей одинаковых предметов на всех полках.

На поверку предметы оказались консервированными яблоками, по одному на каждую банку. Плоды были огромными, но если это бывшая фермерша списала бы на малополезные для здоровья химические удобрения, то открывшаяся после включения света в комнате в каждом яблоке пара глаз, уставившихся все как один на нее, повергла кобылку, скажем так, в культурный шок. Отвлечься помог раздавшийся откуда-то из-за ближайших стен крик «Найти ее!», после чего киберпони, придя в себя, вновь обернулась к техзалу, открыв себе картину едва ли не дюжины жеребцов в костюмах вроде гвардейского спецназа и аналогичных масках. Вот только они не представились, да и как выглядит гвардейский спецназ, кобылка знала хорошо.

Первому подвернувшемуся под копыто ЭйДжей отрубила голову.

## Эпизод третий: Зловещий знак - для нее!

У молодчиков в масках позвоночники также оказались весьма полезными для энергозапаса треноги и кибертела. Правда, изъяла пони всего один такой, после чего поклялась не делать подобного с живыми (бывшими живыми) существами – к тому же, с гостями она управилась менее чем за 10 секунд, а при нанесении им несовместимых с жизнью увечий оружие и так напитывалось электролитами до нехочу.

— Ты там закончила? – на этот раз с киберпони связался Лехалекс.

— Пока да. Но та комната... — кобыла поежилась, прижимая уши, — энто были гребаные живые яблоки! Не то чтоб я ненавидела саму мысль о том, что яблоки могли бы жить по-настоящему, иметь свои семьи, города, чувства, но... Дискорд, окей, я ненавижу энту мысль! Только не в таком смысле... ох...

— Так. Окей. Успокойся, ЭйДжей, слышишь? Не бывать такому. Мы остановим эти беспонячьи опыты. Яблокам суждено быть пищей, и их эта роль наверняка устраивает больше всего (в сторону: «Селестия, что я несу...»).

— Т... ты прав, Лех. В любом случае, хуже то, что они намерены делать из детей радугу. Не знаю, зачем, не знаю, как.

— Значит, это точно то, зачем они их похищали. А на производство радуги уходит весь жеребенок? Или остаются его части и они что-то делают еще с ними? Не это ли состав отходов, которые они сливают в море? – он прервался, слыша, как Эпплджек опустошает желудок в обратном направлении. – О богини, Джек... извини, типун мне на язык. Но, во имя Тартара, ты доставала позвоночник из пони. Все же мораль не может стоять на пути нашей борьбы с подобным…

— Не напоминай мне про позвоночники, мать твою за хвост! Тьфу, шланг с сидром мне в задницу... знаешь что, Лех? Я оставляю позади ту пони, что боится говорить о кишках. Давай к делу, мы не в детском саду.

— Вот такая Джек мне нравится. Итак, кхм. Но как связаны дети с яблоками? Не детские ли глаза имплантированы в эти фрукты?

— Лягать меня в ухо...

— Я сам начинаю загораться чертовским интересом. Что творится с Эквестрией, пони? Очнитесь! Пока вы смотрите «Утро с Молестией» и попиваете чаек за свежим номером «Кобылкиного вестника» у себя в квартале, глаза жеребят пересаживают в яблоки (последние слова слышны издалека – кажется, парень куда-то побежал, проповедуя борьбу за гармонию среди прочих сотрудников службы землеустройства)...

Несколько секунд в эфире стояла тишина.

— ЭйДжей?

— Да, Зеф?

— Я сменю Леху, не против?

— Отнюдь.

— Короч, чем бы ни занимались «ТвайПай Студиос» или как их там, мы накроем эту лавчонку с ордером, но твое задание еще не заканчивается. К тому же, чую, ты сама из-под земли копыта не покажешь, пока не разберешься во всем сама.

— Верно чуешь. Нам нужно сделать что-то со всеми этими яблоками. Если они живые, то мы не можем позволить им страдать в вечной клетке из их собственной мякоти.

— Приделать им ножки?

— Зефир Бриз!!!

— Ладно, ладно.

— И остальные детишки, о которых грил Паунд. Он всего пару часов как сбежал – они не могли переработать на радугу всех остальных так быстро. И даже если переработали... гррр...

— Верно. Должно быть, там куча нетронутых детей.

— Мне лучше шевелиться.

Мрачное путешествие Эпплджек по лаборатории продолжалось.

* * *

Как только пони в шляпе нашла серверную и подключила шнур к разъему на своем визоре, на связь вышел Док.

— Джеккс, я нашел кое-что! Лог с визора одного охранника оказался под паролем «admin». Угадай, кто у них там объявился?

— Давай голограмму!

— Нет нужды, прямо в твой глаз.

И зрение ее будто переместилось в другое место.

Она смотрела глазом одного из жеребчиков наподобие тех, которых она шинковала не более получаса назад. Он сменил другого на посту и обернулся, открывая взгляду кобылы приближающихся по коридору Шайнинга в глухом плаще (вероятно, размера XXXL) и идущего рядом с ним дохтура в халате, кажущегося ребенком рядом с единорогом. Они разговаривали, дохтур — благоговейно, Шайнинг – слегка заинтересованно. Впрочем, под его профессиональной маской хладнокровия могло прятаться что угодно.

— Отошлите нам то, что уже сделали.

— Да-да, мы как раз закончили виртуальный тренинг второго десятка. Испытуемые демонстрируют результаты, выгодно превосходящие средний уровень для игроков-пони, — лепетал седой жеребчик в халате.

— На детях программу испытывали?

— Да. Программа визуализирует боевые и рабочие условия так реалистично, как ничто иное. В сочетании с некоторыми препаратами…

— Боевая наркота?

— Можно сказать и так... с ними возможно будет использование испытуемых в реальных действиях, однако им будет внушено, что они все еще в вирт-машине.

— Замечательно.

Эпплджек молила Селестию, чтобы та заставила пустоголового охранника хоть раз оглянуться по сторонам. Ее мольбы были услышаны, однако увиденное в очередной раз за день лишило кобылку дара речи. За спиной болтающего Шайнинга, который с доктором остановился прямо перед охраной, спиной к взгляду ЭйДжей стояла...

Твайлайт Спаркл.

Вероятно, киберпони выдала бы бесценную тираду с упоминанием плодов лиственных деревьев и некоторых сортов злаковых, но видение глазами стоящего там жеребца заставило ее забыть, что сама она там не находится и услышана не будет, а просто смотрит запись. Впрочем, ЭйДжей в таком не особо разбиралась, а потому предпочла лишний раз перестраховаться.

— Однако шевелитесь резвее, док. У нас тут завелась парочка крыс, снующих в поисках компромата, — при этих словах кобыла съежилась, ведь здоровяк скользнул взглядом по «ее» охраннику, будто следуя шестому чувству, которому не привык придавать значения.

— У нас просто недостает ресурсов и инструментария. Каждый жеребенок, каждое яблоко уникальны, и не потерпят одинаковых машинных действий над каждым. Мы не можем просто достать глаза подопытных ложечкой для мороженого и засунуть их...

— Короче, — перебивая, подала голос лавандовая единорожка, и охранник взглянул на нее, — мы поняли идею.

— О-охо-хо-хо, спасибо вам за понимание! – защебетал доктор, оббегая Спаркл и останавливаясь перед нею. — Так редко можно встретить пони, осознающих тяжесть работы ученых...

— Пришлите нам то, что у вас уже есть, и избавьтесь от отходов.

— Что?! Но... вы представляете, сколько все оно стоит?

Спаркл помедлила с ответом, скучающе перекатываясь с одного края копыт на другой.

— Насколько я осведомлена, непослушные жеребята не слишком редки в этой части Эквестрии. Тысячи их. Вы получите больше, как только мы оборудуем новую лабораторию. Они проводят жизни в бессмысленном членовредительстве и угнетении интеллигентных родителей. Мы предоставляем услугу – им и их семьям, школам, которые они позорят.

— Но даже сбор подопытных требует значительных капиталовложений...

— Да, да, вы получите деньги. Вам ознакомят с учетом.

— Благодарю. Заверяю вас, мы избавимся от отходов так скоро, как получим необходимые средства.

— Мы закончили? У меня плотный график сегодня, — не успела Твайлайт договорить, как дохтур почтительно освободил дорогу. Два единорога стали удаляться по коридору, — «Бризи» — вынужденная мера. Эквестрия настрадалась предостаточно.

— Конечно, конечно, мадам. Позвольте вас проводить, — и жеребчик в халате увязался за парой. Охранник вновь вперил взгляд в пустой коридор напротив.

* * *

— Ты видал это, Зеф? Убийца Пэнтса!

— Начальник охраны «ТвайПай», погоняло – Шайндаунер. Гроза Ванхувера…

— Детишки...

— Думаешь, мы поздно?

— Есть ток один способ узнать... Паунд был все еще жив. Возможно, начисление еще не поступило.

— М-м, может быть. Но ты слышала, что он сказал: они уже начали виртуальный тренинг с некоторыми подопытными.

— Тут их, стало быть, больше, чем я нашла до сих пор. Что насчет вип-зала?

— Я проверю. (неразборчиво: "Фиолетовая выглядит положительно знакомой...").

— Я иду за жеребятами.

* * *

— ЭйДжей, прием! Я знал, что видел ту кобылу раньше! Это же Твайлайт Спаркл или, как говорят в Понивилле, спикер Твалайт Спаркл!

— Зеф...

— О ней еще до убийства Игл-Айда говорили, как о победительнице следующих выборов на пост пресс-секретаря!

— Хэй, постой...

— И взгляни на это: два года тому назад была отслежена ее инвестиция в... ты не поверишь...

— Ну?

— «ТвайПай Шиппс»! – по то сторону, в штабе службы можно было расслышать хлопок ЭйДжей копытом по лбу. – Как я раньше не придал значения этому совпадению между названием и именем! Впрочем, у нас вообще слишком модно называть пони какими-то словами. Это странно, не находишь? Никогда не думал об этом. А потом путаешься.

— Зеф...

— Ну что?

— Я сразу узнала эту единорожку. Это ж гребаная знакомая моей гребаной молодости!

— Оу...

— И я давно врубилась, что «ТвайПай» — какие-то мутки ее и клана Паев, если не самой Пинки, хотя я бы удивилась, узнав, что они замутили это еще при жизни розовой.

— ...окей.

— Так что ж эта фирма из ся представляет?

— «ТвайПай» — огромный осьминог международной торговли драгоценными камнями, биологически активными травами, прочими интересными вещами и яблоками, распростерший щупальца надо всеми народами, с какими Эквестрия имеет связи.

— Одна из крупнейших фирм?

— Крупнейшая, даже со времен объединения Большой Пятерки. Не говоря уж о том, что они – наиболее значимый инвестор в научные изыскания в области аугментики.

— То есть вся эта мелочевка с камнями, яблоками и травой – дискордово прикрытие?

— Это самый лучший способ делать бабки, сахарная, но да, им плевать, как – главное, что они делают эти бабки, а вот пускают их на куда более серьезные игрушки.

— Твай и Пинки, Луга ей небесные, в одной постели... хех... крутая тема для заголовков.

— Заголовки? О чем ты, Джеккс? Не будет никаких заголовков. Даже без цензуры кантерлотской канцелярии, гореть ей в Тартаре, ни один журнализд не разинет об этом пасти. Это же политическое, да и, чего уж там, физическое самоубийство.

— И что нам? Стоять в стороне, пока они оживляют яблоки, строят армию фруктоголовых киборгов или какой-еще-херней-они-там-занимаются?

— Ты слышала их: мы расхерачим одну лабораторию, они оборудуют другую. Они замышляют что-то глобальное.

— Зеф, мы НЕ МОЖЕМ стоять в стороне. Нам просто нужно нанести первый удар, и нанести МОЩНЫЙ удар. Чего бы это ни стоило.

— Нет, ЭйДжей. Нет. Я знаю, о чем ты думаешь, и... просто нет. Ванхувер – часть Эквестрии, а в Эквестрии есть штуки под названием «законы»!

— Угу. И структуры охраны порядка в Ванхувере приватизированы и направлены исключительно на...

— «ТвайПай», да! И что?! Они по-прежнему «законы»! И это же их сраная штаб-квартира, во имя Тартара. Ты собираешься сделать диверсию в сердце шторма из дерьма!

— ...я и не говорила, что будет легко. Спланируем это, как только жеребята будут в безопасности.

— Святая Сел... Зеф вне связи.

Хмыкнув, ЭйДжей миновала еще пару коридоров, под потолком которых давно мигали аварийные лампы, и вошла в комнату. Комнату, полную жеребят за панорамным стеклом.

Кобыла метнулась к нему, глядя на малых, половина из которых спали на холодном полу, кто-то, прислонившийся спиной к стене, без выражения посмотрел на нее. Позже она с удивлением вспомнит, что одним из подопытных было странное существо: вроде как пони – голова, тело, грива и хвост, но кошачьи лапы. И уши. А из каждой щеки, возле самого носа, торчало по пучку белых, длинных, жестких кошачих усов. И большие, коричневые грифоньи крылья. Но сейчас она совершенно не успела обратить на странную кобылку внимания, ведь форсунки в потолке вдруг зашипели, изрыгая какой-то газ.

— Какого?..

— Эй, не дергайся!

Киберпони, не успев достать треноги, обернулась на приказ и увидела того самого утлого дохтура, но на этот раз прижимающего к себе перепуганного Паунда, а к виску его – пистолет.

— Паунд!

— Джекки!

Киберпони бросила взгляд назад, в камеру, где дети начинали просыпаться, заходясь в приступах кашля.

— Слышала о хлороформе? Просто анастетик в маленьких дозах. Но вдохни слишком много… — слабая, но мерзкая улыбка исказила морду палача, — ...и спокойной ночи, малыши!

Некоторые жеребята уже валились наземь, кашель их медленно затихал. Эпплджек дернулась по направлению к стеклу, суя ногу за спину.

— Вышиби стекло, и я вышибу ему мозги! – поспешно предупредил тщедушный коновал.

Кобыла издала сдавленный рык.

— Сдавайся! Или решай: нужды многих или нужды нескольких.

— Джекки! Не беспокойся за меня, окей?

— Заткнись, молокосос! – он пихнул его стволом в висок. – Сдавайся! Я не предложу еще раз!

— Паунд… — мордаха Эпплджек приняла отрешенное выражение, глаза остекленели, — ты уверен?

— Я готов! Моя жизнь не так уж ценна! – все тем же по-детски непосредственным, столь же живым голосом отчеканил жеребенок. Коновал усилил локтевой захват на его шее, но малой оттащил его ногу пониже, — Если я смогу забрать этого козла с собой в Тартар…

— Пасть закрой! – взвизгнул дохтур.

— Это все, чо я хтела услышать, — сказала кобыла, достав и развернув треногу.

— Эй, стоять! Я пристрелю его, клянусь!

ЭйДжей взглянула в глаза жеребенку. Тот извернулся и дернул ногу жеребца вниз, отводя ствол от своей головы. Все замедлилось в глазах двоих.

— Сейчас! – прокричал Паунд, пока киберпони летела к палачу и заложнику. Дохтур уже почти вернул пистолет на место.

Через мгновение от стен лаборатории отразился двойной крик.

## Эпизод четвертый: Ванхувер, синий самоцвет в серебряной оправе моря

***Еще неделю спустя***

— ...на пути в Эпплузу, визит Ее Высочества куда был запланирован неделей ранее, для встречи с уполномоченным представителем южного филиала Министерства Аграрной промышленности Брейберном, с целью укрепления...

Эпплджек щелкнула переключателем частоты.

— ...по-прежнему диджей PON-3, а сейчас – 30 минут одной потрясной музыки! Хорошего дня, ребята!

Салон «Гунтера», с легкой руки Дока перешедшего уже в личное распоряжение кобылки в шляпе и сейчас мчащегося по ванхуверской магистрали, затопили звуки музыки, напоминающие издаваемые свиньей, которую посадили в мешок и колотят им о стену. Вдалеке блестели стеклом высотки самого Ванхувера, подмигивая отражающимся от них светом холодного северного солнца. Все это заставило пони вспомнить о понятом ею на мгновение смысле жизни, и она, как ей, по крайней мере, показалось, почти вспомнила, как вдруг расслышала сквозь вой колонок вызов по ПипБаку и вырубила магнитолку.

— Йоу, кибер-сестренка! – кобыла вздрогнула, узнав голос Паунда.

— Малыш! Рада слышать тя снова. Как ты?

— Лучше не бывает! Не больно, не голодно... и никогда еще не был таким бодрым, у-уйе-а!

— Эт потомушо уровень сахара в крови у тя терь регулируется автоматически... выглядишь небось, будто чифирнул.

— О! Я слышал, ты собираешься надрать задницы плохим кольтам на их базе! Почему меня не взяла?!

— (в сторону): Епта, Док… (Паунду): Сорян, пацан, ты бы только мешал.

— Ааооо.

— К тому ж, я думала, ты не хочешь быть убивашкой, мм?

— Не хочу, но…

— Мочилово – эт не игра и не весело. Помни эт.

Паунд помолчал, тушкуясь.

— Лады, — он отключился.

ЭйДжей продолжила ехать в тишине. «Это все, чо я хтела услышать»... «Сейчас!»... «Оно рвется выкупаться в крови твоих врагов... но ты его сдерживаешь!»...

— Да, — пробормотала кобыла своим мыслям, — прост помни эт.

Она меланхолично посмотрела в окно, где одна за другой проезжали идущие на обгон повозки, крытые телеги, кареты. Жеребчик, сидящий в одной из них, выстрелил в стекло ее «Гунтера».

Она успела откинуть голову и немедленно подрезала его транспорт. Ее гравитачка была куда мощнее, и телега на живой тяге быстро задрифтовала, переворачиваясь и немилосердно стукая об асфальт жестко прикрепленными к ней тягловыми конями. Только сейчас киберпони поняла, что это были бойцы ванхуверского подразделения Гвардии Эквестрии, и что за ней гнались еще с пяток таких, равняясь и открывая перекрестный огонь. ЭйДжей вдавила педаль до упора, вырываясь вперед – задняя часть кузова была более бронированной.

— Джекки! Что за фак?! – заговорил ПипБак голосом Лехалекса, — Ты уволилась?! Ты не можешь вот так...

— Сорян, Лех, я уже. Мы ведь не могли допустить, шоб сотрудник нашей фирмы устроил разбой, зато терь можно.

— Ты могла хотя б обговорить это с нами!

— Н-ноуп, — ЭйДжей заложила крутой вираж, проскакивая меж двух фур, — пора было кончать со старой командой. Дела минувших времен.

— Ты не можешь атаковать «ТвайПай» своими лишь силами!

— Я не буду курить в сторонке, пока они шинкуют детей и оживляют яблоки. Это бред.

— Все не так просто, Джеккс. Они импортировали эти яблоки легально, во имя науки, это все...

— ...легально – не значит «правильно».

— Джеккс, я...

Пони уже была в черте города, и впереди показалось массивное заграждение из повозок и переносных баррикад. А Ванхувер, в отличие от Филлидельфии, не пестрил постоянными возможностями маневров и поворотов – да и они наверняка предусмотрели все.

— Дома поговорим, — она вырубила связь и дрифтанула, разнося ларек с яблоками. Позади, кажется, столкнулась пара повозок, — надеюсь, никто не пострадал.

— Гребаная сучка! – донеслось издалека.

— Рада, что ты в состоянии это сказать... — пробормотала кобыла.

Очередной лихой поворот открыл ей дорогу, загражденную длинной фурой. Хуже того, перед ней стояли жеребчики в масках. С гранатометами.

На глазу кобылы защелкнулся прозрачный визор. Сзади завозилась Вайнона. Нарушительница дала по газам.

— Огонь!

«Гунтер» особо не пострадал от взрыва под колесами, зато, подброшенный, по инерции перелетел баррикаду и грохнулся на крышу, скользя по асфальту. Его уже окружали бронеповозки с мигалками, из которых вылезали все те же спецназовцы, беря перевернутый транспорт в кольцо и лязгая передергиваемыми затворами. Через несколько секунд тишины дверь изнутри выбило стальное копыто.

Кольтов в форме привело в замешательство вылезшее на свет белое бесформенное нечто. Затем Эпплджек с рыком взмахнула треногой, и тряпье, бывшее подушками безопасности, наконец, попадало с нее. Они пока не получили должного распространения в Эквестрии, потому как до недавних событий жить в ней было все еще абсолютно безопасно.

Киберпони как ни в чем не бывало осмотрелась. На устремленное в небо дно поверженного «Гунтера» выпрыгнула Вайнона.

— Я на разведку, — бросила псина и широким прыжком перенеслась на крышу соседнего магазина, а оттуда, оттолкнувшись от стены высотки, скрылась окончательно.

— Военный киборг! Вы не зарегистрированы для проведения операций в этом районе! – прикрикнул шеф вооруженных молодцев. – К тому же, вы только что совершили федеральное преступление.

ЭйДжей печально взглянула на покореженный транспорт и развела копытами.

— Тогда вам, наверн, лучше меня арестовать.

Один за другим жеребчики расхохотались. Шеф убрал пушку и достал предмет фаллической формы.

— Статья 34-42-63, «Угроза в адрес стражи», — ухмыльнулся он. — Применение силы разрешено.

Длинные предметы, посверкивая разрядами, появились и в копытах остальных бравых гвардейцев, взамен убранным за спину пушкам.

— Уж не знаю, что у вас на уме, парни, — Эпплджек улыбнулась уголком рта, доставая треногу, — но я кобылка традиционного воспитания.

***Дюжиной поколоченных (ага, не нашинкованных!) гвардейцев спустя***

— Джекки! Чо там у тебя?

— Они расхреначили мою тачку. Дальше на своих четырех.

— ...Ты правда должна делать это?

— Слы, я сыта всем этим. Фирмы вроде нашей... эм, вашей, обходят законы, когда это выгодно. И я не могу нарушить их, когда от этого зависят жизни?

— Джекки...

— Лех, послушай. Эти виртуальные тренинги... они делают их машинами для убийства. Даже яблоки смогут убивать. Пойдут одно зверство за другим.

— Гм. Как то, через которое прошла ты... — было слышно, что Алекс смешался.

— Мы больше не позволим появиться ни одному... "Элементу Гармонии". Ты видел, что случилось с Паундом. Я делаю это, Леха. Я должна. Я не могу спасти этих жеребят от превращения в киберпони, но могу спасти от превращения в убийц.

— Допустим, ты преуспеешь. «Конфискуешь» все живые яблоки и подопытных. Что дальше?

— Так уж вышло, что я знаю одного замечательного хирурга.

— Док, да. Но он не может...

— Ты не изменишь моих планов, Алекс. Это моя битва.

— А твой жеребец и дочь? Что насчет них?

— Они в Троттингеме. В безопасности. Лимбер поймет, почему я должна сделать это.

— Окей, — Алекс глубоко вздохнул, — пес тя дери. Ты в курсе, что у «ТвайПай» контракт со всеми вооруженными силами в городе? «ТвайПай» и есть закон Ванхувера.

— Да, мы повеселились.

— Окей, тогда... кхм. Официально «ЧСЗ Агропром» признает тебя и твои действия незаконными... и занозой в заднице. Теперь увеличь шифровку своего канала. За лаги не переживай.

— А неофициально?

— Сделаю все, что смогу по связи, чтобы помочь. Мне нравится то, чем занимаются те мудаки, не больше, чем тебе.

— Thankee, fella, thankee.

— Итак, учитывая твои новые игрушки, особых трудностей на пути возникнуть не должно. Единственной проблемой может стать, кхм, Рэйнбоу «Мустанг» Дэш. Если она здесь.

— Теперь мой «близкий враг» не будет проблемой, — поморщилась ЭйДжей.

— Как знаешь, но будь осторожна. Да, кстати: после того, как приютили, успокоили и откормили спасенную малышню, поговорили с этой гиппогрифочкой. Оказалось, она – плод любви какого-то грифона и известной тебе Слип Слайс. А саму ее звать Блейзи Слайс.

— Чего-о-а?.. Но...

— Не будем проводить разницу по расовым принадлежностям, Джеккс. Важно то, что мать, по ее словам, стала работать на «ТвайПай» из-за шантажа ее похищенной дочерью.

— Навоз.

— Короче, на данный момент это не имеет практического значения – лишь очередное свидетельство размаха деятельности фирмы твоих дорогих подруг. Работай.

Она отключилась и принялась пробираться по городу самыми незаметными проулками.

* * *

— Мэм, мы сегодня... мать моя кобыла, охрана!

— Воу, воу, сахарок... — Эпплджек молнией пронеслась мимо перепуганного администратора делового центра, вылезающего из-за своей стойки в вестибюле, — я тут мимоходом, через окно у вас выйду.

Выключались здесь лифты с активацией сигнализации или нет, но заскочить в него и закрыться она успела. Правда, вверх он по нажатии кнопки так и не поехал.

— Зеф, прием!

— Да, Джек? – в голосе слышалось раздражение. – Что-то срочное?

— Эм, да, я тут в лифте застряла и его нужно взломать, и, эм, за мной парни с пушками гонются, так что я подумала, тыжпрограммист, может, ты мог бы...

— Окей, да, погоди, — на том конце слышалась возня, что-то упало, донеслись неразборчиво слова в вопросительном тоне какой-то кобылы, — все тебе будет. Нет, Драппи, это по работе, успокойся (неразборчиво)... ну извини... послушай, мы могли бы... тьфу, Эйджей! До связи, я вычислю адрес твое...

Покрасневшая киберпони отключилась сама. Однако шум и крики по ту сторону лифтовой двери нарастали, вместе с вящим беспокойством рыжей кобылы. В конце концов, когда там раздалось: «Взламывайте лифт, живее!», она, достав треногу, вырезала отверстие в потолке, подальше от центра, и вылезла в шахту, прикрыв дыру получившейся «крышкой». Лифт и, соответственно, его шахта были, как назло, очень просторными, поэтому вариант с упором в две стены не... стойте, точно!

Усилив подачу энергии в ноги, кобыла понеслась вверх по стене. Через пару секунд пришел в движение и трос, но она уже приближалась к крыше и вот, наконец, вынесла последнюю раздвижную дверь. В коридоре остановились, как вкопанные, несколько до того спешивших куда-то пони при галстуках и прочих атрибутах хороших сотрудников. Среди них даже была кобылка в очках и с аккуратными косичками. «Серьезно», подумала ЭйДжей, «не помню, когда в последний раз вживую видела кобылу».

Да и та в следующую секунду завизжала и понеслась прочь по коридору, ее примеру последовали и представители сильного пола офисного планктона. Возмутительница общественного покоя только покачала головой, но внимание отвлекла охрана, несущаяся по коридору уже в ее направлении, что поторопило объект их охоты переместиться в, собственно, офисный зал и свалить через окно на крышу. Там оказалось немного спокойнее. В первую секунду, опять же.

Засевшая тут группа наблюдения, не лишенная снайпера, открыла по ней огонь сразу, как только пони воспротивилась их стандартному приказу «копыта за спину, лечь на живот». Пони вообще могут занести копыта за спину? Вентиляционные надстройки помогли свалить на соседнюю крышу с целым крупом.

* * *

Эпплджек перепрыгивала уже на седьмую крышу, уже давно не будучи невредимой, как ожил ПипБак, заскрежетав металлическим голосом.

— Это Вай. Рядом с тобой есть особо высокий дом, на его крыше – лифт в подземные ходы. Через них сможем пройти к штаб-квартире «ТвайПай», шевелись.

— И когда собаки успели поравняться с нами по интеллекту? Впрочем, собака ли она еще? – вела монолог ЭйДжей, летя через бездну между небоскребами. Врезавшись в стену ощетинившимися пальцами копытами, она дала энергетический всплеск для разгона и понеслась вверх, слыша, как пули выбивают стекла совсем рядом. Понимание, что через миг прицел будет скорректирован и весь свинец полетит в нее, она не пропустила следующее панорамное окно, вкатившись со звоном стекла в очередной офис и разбрасывая мебель да подворачивающихся на пути неловких бумагомарателей. Огонь предусмотрительно прекратился.

Немного паникующего планктона, пара вырубленных охранников, лестница – и снова крыша.

* * *

— Так, Вай, я начинаю уверяться, что это была плохая идея. Где твоя ИИ-шная рациональность?

— С точки зрения длины маршрута и вероятности встретить максимально возможное количество противников данный маршрут является наиболее рациональным.

— Ладно, окей, ты мне тут комбинаторикой башку не… твою ж! – Эпплджек сделала резкий прыжок в сторону, уходя от очередного гориллообразного робота, которыми, как оказалось, полнилась заброшенная ветка метро, коей и предложила воспользоваться Вайнона во имя рациональности.

На самом деле это были те же собаки с глазами вместо ноздрей и хвосторуками, но, являясь машинными узлами, те их части, которые у реального такого существа были бы тонкими, вроде собачьих голеней, напоминали скорее бочки, хоть и не делали и без того крупных тварей непропорциональными. Сражаться с более чем одним из таких в темноте, пользуясь ночным видением и имея в распоряжении всего один глаз, было более чем отвратительным занятием, но помогала, по крайней мере, невероятно быстрая киберпсина, прыгая врагам в зрительные сенсоры и ослепляя их. Лечебные зелья, автоматически вводимые механической частью Эпплджек, постепенно залечивали пулевые ранения в ее синтетических мышцах. Наконец, впереди сквозь зарешеченный дверной проем забрезжил свет. Оставив позади недобитых ублюдков, ЭйДжей понеслась вперед и вышибла преграду. Пришлось проморгаться, чтобы рассмотреть не меньше пары дюжин ментов, взявших ее на мушки.

— Надеюсь, хоть сейчас ты, зараза, одумаешься, — заговорил кто-то из них, — Будь ты жеребцом или перебей ты отряд Рейси, мы б тя не задумываясь грохнули. Но, хоть Эквестрия и становится кучей дерьма, чтоб меня Дискорд отымел, если я застрелю на месте натворившую бедлам кобылу, пусть и бедлам в таких масштабах. А теперь – марш в бабон!

ЭйДжей, принявшая какой-то отреченный вид, бросила взгляд на пригласительно распахнутые двери фургона для перевозки задержанных, куда ей махнул офицер.

— Ну же, детка, почему ты так не хочешь работать по-хорошему? Меж прочим, Рейси совсем не собирался бить тя, это они так, попугать любят. Скрутили бы и все дела. А мы и того не делаем.

Все кольты смотрели на нее так умоляюще, что киберпони даже расчувствовалась. Но виду не подала.

— Вай…

Из черноты подземки тут же пулей вылетела псина, врезавшись говорившему офицеру в дыхалку. Не успели его коллеги до конца охренеть, переключая все внимание на нежданную угрозу, которая уже успела проскользнуть между множества ног и удрать, как Эпплджек, удовлетворенно хмыкнув, сиганула через толпу в другом направлении и за полторы секунды умчалась в проулок.

На несколько секунд повисла тишина, нарушаемая лишь попытками повалившегося в позе эмбриона офицера вдохнуть и воющей где-то вдалеке сиреной.

— Парни, если гвардия в наше время настолько бесполезна – я увольняюсь.

* * *

Эпплджек наконец достигла финишной прямой. Аллея между многочисленными магазинчиками, судя по карте, должна была привести ее к небольшой дворовой площади с фонтаном, за которой через дом была двухполосная дорога перед центром «шторма из дерьма» — штабом «ТвайПай». И уверенная рысь киберпони так и не прервалась бы до самой цели, если бы не многочисленные рекламные бигборды, большие и не очень, реклама на каждом из которых вдруг сменилась одинаковым изображением…

Рэйнбоу «Мустанг» Дэш.

— Серьезно, девочка с фермы, не слишком ли это? – иронично улыбнулась голограмма недопегаски, — Любая сознательная гражданка Эквестрии остановилась бы после Балтимейра.

Киберпони и вправду остановилась, глядя исподлобья на радужногривую.

— Слышала, ты из одного директора лаборатории двоих сделала. Старые привычки не умирают, а, Джекки? – она ухмыльнулась. – И вот ты здесь, борешься за жеребят. Из тебя бы вышел хороший генерал их яблочноголовой армии. Пха-ха-ха-ха-ха-ха, но внатуре, чего ты рассчитываешь добиться тут?

Эпплджек медленно брела дальше, и на каждом появляющемся из-за поворота бигборде появлялась голубая засранка.

— Убежишь в закат с кучкой глазастых фруктов, а потом? Получишь медаль? Подумай об этом, ЭйДжей. Неважно, сколько балтимейрских детей мы превратим в радугу. Эквестрия шагает вперед. Всем насрать. И «Кантерлотской правде», и... и среднестатистической миссис Клауд. Слишком заняты беспокойством о дружбе... магии... сексе... монстрах... Вандерболтах... погоде... можно не продолжать?

Киберпони вышла на площадь с фонтаном, на вершине которого четырехметровая 3D-голограмма бутылки «Сансет Сарсапариллы» сменилась ненамного меньшей стоящей на дыбах Дэш.

— Но ты ведь пони на службе, да? Собираешься все исправить, ты и твой маленький ме... извини, забыла, что у тебя аллергия на нормальное оружие. Все решается насилием, не так ли?

Эпплджек вытащила упомянутый инструмент из-за спины и, развернув, указала им на голо-Дэш.

— Моя тренога – средство достижения цели: защищать тех, на кого вы охотитесь.

— Да ла-адна? Позволь спросить: все те ребята, которых ты замочила... может, они не были жеребятами, но они были пони. Пони, ЭйДжей, если ты забыла значение этого слова. Не как мы с тобой. Думала о них, когда крошила на сенбургер?

Рыжая потупила взгляд.

— Они взрослые. Они... сделали свой выбор.

— Конечно, они взрослые. Конечно, они подписались на это, — Дэш вдруг пропала и появилась на стене дома, уже в плоском виде, но еще большая по размеру, и принялась прогуливаться по нему, как когда-то Дискорд по витражу в замке.

— Прямо над полоской в их контракте с фирмой. Обычно они непричастны к разжиганию конфликтов. Многие из них, по сути, уже не раз теряли конечности. Много раз они были без работы и голодали на улицах. Так что да, они подписались быть оружием в руках сильных и сражаться Селестия-знает-за-что. Как еще ты прокормишь свою семью, когда твою страну раздирают политические распри? С активированными подавителями боли, с введенной сывороткой бесстрашия, отосланы прямо в блендер. Твой блендер. Но они ведь сделали свой выбор, правда? – Дэш наклонилась к камере, от чего ее мордаха с выражением участия, сменившегося холодом, заняла целый дом.

— Открой глаза и видь, ЭйДжей.

— Я видела достаточно.

— Тогда слушай. Эти эмоции в бою, которые подавляет техника... прислушайся к ним.

— О чем ты...

— Ш-ш-ш-ш! – Дэш вновь прильнула ближе и поднесла копыто к уху, вертя мордой, как бы пытаясь поймать тихий звук. Затем убрала копыто и удовлетворенно усмехнулась.

Эпплджек резко обернулась на топот. Сзади остановили галоп двое гвардейцев.

— Это она!

— Кончим ее наконец!

Они медленно подходили.

— Мы управимся?

— В чем проблема?

— То, что она сделала с ребятами в Балтимейре... Селестия... не дай мне умереть!

— Не сцы. Погнали! – и двое рванулись к ней, замахиваясь электродубинками.

ЭйДжей парировала пару ударов, блокировала еще один, но гвардеец продолжал давить.

— Это несправедливо! У меня семья! – ныл другой, вяло помогая товарищу и не спуская с нее глаз.

— Умри! – первый попытался вмазать ЭйДжей, но она отбила удар и оттолкнула пришедшего на помощь второго. — Я видел смерть жены и сына. Эти воспоминания – все, что у меня осталось.

Они вновь сделали синхронный рывок, и киберпони заблокировала оба. Искры летели во все стороны, пока она держала давление жеребцовых ног.

— Сраная мина оторвала мне ноги! А их бесплатно ставят только военным!

— Заткнитесь! – крикнула кобыла, отталкивая обоих, но один тут же вмазал снова, и ей пришлось держать блок.

Второй воспользовался ее замешательством, и удар в живот заставил ее согнуться. Еще один прилетел по челюсти.

Картинно прокрутившись в воздухе, пони покатилась по брусчатке. Увы, скелет ее давно был металлизирован, поэтому кроме легкого головокружения атака ничего не принесла.

— Я почти накопил денег, чтоб отправить маму в спокойный Хуффингтон. Эквестрия катится в навозную яму, — потирая челюсть и потряхивая головой, ЭйДжей вновь поднялась. — И эта наглая сука все испортит? Ну же, закончим с ней!

— Ты прав. Что угодно, но не этот кошмар. Вперед!

— Хватит!!! – завопила Эпплджек на несущихся гвардейцев.

Она сделала подкат и, скользя на металлическом боку, снесла треногой одному пару конечностей с частью торса, затем, вскакивая, оперлась и перепрыгнула через его спину, параллельно стукая покалеченному по башке и, отбив стальной ногой атаку второго, пробила его торс своим орудием. Затем, наблюдая агонию на морде жеребца, позволила треноге раскрыться, разделяя того на части.

Сзади через шум в ушах доносились стоны первого. Ну какого хрена не вышло сразу двоих?

— А-а-а, твою ма-ать… Селестия, убей ме... — мольба была исполнена тотчас же упавшим на его череп металлическим копытом.

Киберпони упала на бок, тяжело дыша.

— Эпплджек? Ты ранена? – участливо спросила как всегда безэмоциональным голосом подошедшая Вайнона.

— Я думала... у них был выбор... — прохрипела кобыла, — справедливый выбор. Не как у тебя.

— Пони другие.

— По сравнению с ИИ? Вы ж все одинаковые, а? Ты и твои братья. Управляете пони ради их же блага, — она медленно поднялась.

— Похоже, мое утверждение расстроило тебя. Приношу извинения.

— Не... прост... я знаю, шо ты права.

— Как искусственный интеллект, мы адаптируемся в процессе обучения. Так же как любой разум, органический или искусственный. Изменение жизни пони не входит в мои директивы.

— Какое облегчение, — из-за убитого голоса ЭйДжей сарказм в нем распознать было затруднительно.

— Приступаю к разведке. Осмотрюсь впереди. За мной.

Киберпсина ускакала через арку сквозь дом. ЭйДжей медленно поплелась следом. Небеса разверзлись, и грянул ливень.

* * *

Через улицу возвышалась громада небоскреба «ТвайПай». На площади перед входом было не пусто, и экипированные под завязку охранники фирмы угрожающе приближались. Иногда даже предпринимали попытки ударить высокочастотными мачете, и кобыла в низко надвинутой шляпе вяло отмахивалась, не позволяя им совсем уж наглеть.

— Все-таки пони не делятся только на плохих и хороших, да? – крикнула Дэш, выходя из главных дверей. – Это внатуре повод припереться сюда, или ты просто занимаешься самовнушением? Да ну тебя!

Видя, что шишка из фирмы болтает с нарушителем, охранники вежливо прекратили свои нелепые потуги обезвредить ее, но все же стояли на изготовку. Эпплджек даже не смотрела в сторону бывшей подруги, бредя к небоскребу. Однако внимание ее привлек голос с террасы шестью этажами выше.

— Ты так целеустремленна в своей борьбе, мадам Честность.

Убирая липнущую на глаз прядь мокрой гривы, она задрала голову, увидав сидящую, свесив ножки, на выступе...

Рэрити.

Она узнала ее даже с расстояния в семь этажей, в ливень под затянутыми тучами небесами, даже закованную с копыт до головы в изящную броню, черную с лиловыми швами и белыми штифтами, сегменты которой оставляли открытой лишь мордашку. Узнала по голосу. Знаменитых гривы и хвоста не было, лишь короткий фиолетовый гребень торчал из щели в железе на макушке.

— Никто меня не называет так больше, — равнодушно бросила Эпплджек, потому что встреча с очередной старой подругой была ей, в общем-то, до одного известного места. Не то время, не то место, не то настроение для встреч.

Единорожка ухмыльнулась. Встав, она воздела копыта к небесам и сиганула вниз. В полете ее тело разделилось по всем швам на куски (каждая конечность, к примеру, на пять, тело на три, и лишь голова была целой), удерживаемые рядом сиянием ее белесой телекинетической ауры, так что она как бы удлинилась, летя с седьмого этажа. Плитка треснула, когда копыта, будто парящие консервные банки, врезались в площадь. Потряся для эффекта парящими друг подле друга частями, она вновь собралась целиком.

Вот это уже заставило Эпплджек приоткрыть рот. Правда, глаза ее остались неизменно полуприкрытыми в отрешении, поэтому выглядела она немножко глупо. Даже Дэш, с приподнятой бровью созерцавшая артистизм знакомой, промычала что-то, сложив ноги на груди. Рэрити лишь надменно хмыкнула, недовольная произведенным эффектом, и оглянулась на бывшую пегаску. Та только вздохнула и развела копытами.

— Какими ветрами, Зефирка? – бросила ЭйДжей.

— Какая фамильярность, — притворно возмутилась Рэрити, начиная медленно обходить вокруг киберпони, покачивая бедрами, — меня тоже так никто больше не зовет. Прошу, Рэр ле мон Сун, дорогая.

— Лимон-что?

— Ах, — королева драмы махнула копытом, — ты совсем расклеилась, подруга. Где твоя кобылистость? Следишь ли ты за собой? Право, кто так жутко латал тебя? – ЭйДжей позволила ей подойти сзади и провести копытом по своему железному боку. Копыто, правда, было тут же брезгливо отдернуто.

— Времена такие, — огрызнулась кобыла в шляпе, не поворачивая головы. – У меня тоже есть вопрос, мадам Лимон.

— Ле мон Сун, пожалуйста.

— Плевать. Что с твоей гривой?

— А? Ах-ха-ха-ха-ха, — звонкий смех из-за спины заставил веко Эйджей дернуться, — да ее просто нет, дорогая.

— Да ты что.

— Просто в какой-то момент сменила имидж, — обойдя, наконец, вокруг сидящей с понуренной головой Джекки, Рэр, все расхаживая на задних, завела ногу за ногу, заложила одно копыто за спину и принялась рассматривать второе, будто даже на стальных накопытниках делала хуфикюр. – Мода в прошлом. В конце-концов, кьютимарка – не совсем клеймо, верно? Как оказалось, моя означает нечто куда более растяжимое, нежели одну лишь филигранную работу. Изысканность, — она вытянула рассматриваемую ногу в сторону, и образовавшиеся между ее частями промежутки удлинили ее до двух метров.

— Да что с вами такое, — пробормотала ЭйДжей, — конечно, перемены иногда к лучшему, но... елки...

— Что не так, дорогая? – единорожка участливо подбежала, собрав ногу обратно, и аккуратно приподняла копытом подбородок киберпони. – Что тебя гложет? Право же, не стоит держать в себе. Раздели с подругами, будь Щедрой!

— Древесный волк тебе подруга, — отпихнув копыто, Эпплджек встала на задние, продолжая бурить взглядом пол. – Что же с нами стало... мы вроде все те же, но... будто угасла какая-то искорка, внутри каждой из нас.

— Ну, последние войны заметно пошатнули нас всех, — Рэрити, будто и не обидевшись, говорила все с тем же искренним участием, — однако мы бы не были собой, если... в конце концов, ЭйДжей, ты тоже нашла себя и в другом. Ты провела двадцать лет, возясь в яблочном саду, но, как видишь, твой талант нашел применение и в отрасли земельного права. Прогресс, однако. Я не права?

— Нет, не права, Рэри, — пони, наконец, подняла на подругу взгляд мрачной решимости, — Эквестрия, да все мы изменились в последние годы. Не знаю, почему. Не знаю, верна ли та байка о том, что те, кому суждено было воплотить Гармонию, почему-то не собрались вместе. Но что-то потеряли мы все. И это что-то – глубже, важнее гривы, или крыльев, или ног.

Несколько секунд единорожка смотрела на нее растерянно, в то время как Дэш тихо посмеялась, отвернувшись. Но быстро нашлась.

— Но мы по-прежнему носители своих лучших черт, дорогая. Своих добродетелей. Знаешь, почему я разделена на части? Знаешь? – ее копыто вновь отделилось от ноги, — Потому что готова в любой момент отдать что-то тому, кто в этом нуждается. Даже часть себя. Возьми.

Она подняла телекинезом одно копыто Джеккс и вложила в него свое. Та поморщилась в отвращении, но все же удержалась от того, чтоб швырнуть кусок стали в лицо бывшей подруги. Та улыбнулась с беспокойством.

— И не клевещи на себя, говоря, что ты не Честность более. Уверена: ложь, сорвавшаяся с твоего языка в день, когда вернулся Дискорд, была первой и последней. Да и не ты тогда говорила. Лишь твоя темная часть, вылезшая наружу.

— Темная часть... — эхом повторила Эпплджек, — вот оно что.

— Дорогуша?

— Теперь я вижу, что говорит за тебя, Рэр, — выронив стальное копыто, поплывшее назад к обладательнице, она медленно опустила взгляд, но подняла треногу, указывая им на единорожку, приоткрывшую рот с тихим ахом от такого, — Вижу, почему не видишь ты. Настоящая Рэр не смогла бы терпеть того, что происходит. Явно затевающегося бунта против Принцессы. Похищений и опытов над жеребятами. Убийств на почве дележки битов между двумя фирмами или какого-то бреда вроде «страна слишком гармонична». Эквестрии, где по улице небезопасно ходить без охраны или оружия.

— Прости, дорогая, но вопиющей клеветы я вынести не смогу, — Рэрити, в свою очередь, оскорбленно взмахнула копытом в сторону киберпони, — когда тебе надо обвинить друзей, ты припоминаешь им все происходившие в последнее время в стране ужасы. Но когда тебе удобно, когда твои действия оправдывает великая, но одной тебе лишь ведомая цель, тебе очень легко игнорировать смерть, которую сама же сеешь. Посмотреть только, как вдохновенно ты прорубаешь себе путь...

— Я ненавижу то, что мне приходится делать, — прошипела рыжая кобыла, — но взрослые кольты, сами выбравшие, за кого и как сражаться, встают на защиту тех, кто пытает жеребят. Вырезает им глаза, или превращает в радугу – не знаю, уже запуталась во всем этом навозе. Но это ты – ты и твои дружки – те, кто использует этих жеребцов. Ты пользуешься их слабостью, необходимостью в деньгах, чтобы кормить семью... и конечно, они, твою мать, страдают, когда ты используешь их, как ЖИВОЙ ЩИТ!!!

"...щит, щит, щит, щит…" — отразилось от стен небоскребов.

Рэрити хмыкнула, возвращая себе напускную надменность и будто бы признавая: один-один.

— Вот как… — она начинает новый круг неспешной ходьбы вокруг ЭйДжей. — Знаешь, Дэши говорила мне, что ты считаешь свой... свое оружие инструментом. Орудием справедливости, спасающим жизни, защищающим слабых. Я не буду повторять то, что сказала тебе Рэйнбоу, у тебя было время подумать над своими действиями, но скажи же мне: кто защитит слабых от того, кто защищает слабых? «Инструмент справедливости» — вот она, настоящая идея! Изысканная, я бы сказала! Это избавило тебя от бремени убийств. Позволило сосредоточиться на том, ради чего все это. И так будет продолжаться до тех пор, пока иллюзия не будет развеяна. Но не беспокойся за поступки: это просто природа берет свое, — она заговорила притворно-успокаивающим голосом. — У тебя нет выбора. Не за что отвечать.

Рог Рэрити вновь загорелся, и из-за пояса выплыли две пары больших тканевых ножниц, закрутившихся в воздухе, как лопасти вентилятора.

— Теперь ты можешь присоединиться к нашим дорогим подругам на Небесных Лугах с чистой совестью.

— Ты права, — неожиданная реплика Эпплджек, будто последнее слово приговоренной к казни, заставило единорожку вскинуть голову, — насчет меня, в смысле. Я знала, что что-то было не так. После войны с чейнджлингами. Я думала, что могу вернуться с поля боя и продолжить мирную жизнь. Но вот я здесь, окружена смертью и упражняюсь в философии с террористами. И знаешь что? Иди нахер, Рэрити!

Даже Дэш с интересом повернулась к полужелезной кобыле. Оскорбленная в лучших чувствах единорожка только и могла, что театрально прикрыть рот копытцем.

— Я знаю, чо делаю, и знаю, чо буду делать с ублюдками вроде вас! «Эквестрия стала слишком гармоничной», ха? Так отведайте-ка дружбомагии, сукины дети!

Рэрити махнула головой подобравшимся охранникам, и те бросились на кобылу в шляпе. Синхронно замахнувшиеся мачете под разными углами, они никак не ожидали того, что Эпплджек наклонилась и, поворачивая торс по всей окружности, будто разминая мышцы пресса и спины, описала треногой круг, чиркнув по каждому из них. Издав агонизирующий вопль, те половинки жеребцов, что с головами, отделились от вторых и грохнулись на залитую дождем плитку, задние ноги с крупами последовали за ними с небольшим опозданием.

— Кто следующий? – она направила треногу на Рэрити, которая подняла пару ножниц в легком защитном жесте, перевела на Дэш. Та, взявшись за рукоять спрятанного в ножны меча, охотно сделала пару шагов вперед.

— Ха, ну давай потанцуем!

— Нет, Мустанг, — протянутая нога единорожки преградила ей путь, — доложи шефу. Она моя.

— Хех, — Рейнбоу щелкнула слегка обнаженным мечом, возвращая тот в ножны, — ты босс.

— Я недооценила тебя, дорогая, — пропела Рэрити, становясь в какую-то смесь танцевальной и боевой поз, пока Дэш топала обратно в штаб, — знаешь, я всегда восхищалась твоей благородной решительностью. Жаль, что теперь мы не сможем задушевно об этом поговорить.

— Хватит с меня болтовни, — ЭйДжей приняла стандартную стойку эквестрийской фехтовальной школы, — это прозвище, которое ты так любишь… «мадам Честность»… ты же знаешь, как я его получила? Впрочем... почему бы мне не дать наглядный пример? Ты умрешь здесь, Рэр. Теперь гляди, как я сдержу обещание.

Несвойственная настоящей леди хищная улыбка исказила на мгновение мордашку Рэрити.

И грянула битва.

* * *

Эпплджек осознала, что находится в глубокой заднице сразу же, как отразила десять и пропустила пять ударов явно зачарованных ножниц, легко взрезающих сталь. И это за три секунды. Отсутствие необходимости махать ногами и даже приближаться к противнику давало Рэрити двадцать очков вперед, и киберпони надо было срочно реализовать какое-нибудь из своих преимуществ. «Секунду, а они у меня есть?».

Да, были и в больших количествах перед противниками на несколько порядков попроще. Однако мастера своего дела встречались. «Да и это тело... что за надругательство над физиологией и анатомией?» — рассуждала рыжая, исполняя замысловатые па для уклонения от ножниц, носящихся туда-сюда подобно теннисным мячикам на корте. С течением боя становилось ясно, что Рэр может играться ими, как хочет, постоянно меняя стиль атак, и способ ее управления ими, а также то, что орудий два, действительно создавало море места для фантазии и маневров. Ножницы, попадая по живой плоти, оставляли раны, серьезные с точки зрения бытовых, но пустяковые для закаленной войной ЭйДжей, успевавшие поистекать немного синтетической кровушкой перед тем, как затянуться под действием впрыснутого зелья.

Даже под градом атак кобыла в шляпе постоянно прорывалась к единорожке, и несмотря на то, что ее части тела тут же разлетались в стороны, чтобы пропустить в пустоту между собой все атаки – тут ЭйДжей поблагодарила Селестию и Дока за свое странное оружие – тренога имела не одну, а три гребаных ноги, поэтому всякий взмах ею выбивал пару кусков бывшей подруги из телекинетического поля, оставляя в них вмятины и заставляя Королеву Драмы то шипеть, то вскрикивать от боли.

Спустя пять мучительно долгих минут диких плясок подруги остановились. ЭйДжей поняла, что мелкие повреждения мало чем хуже крупных, так как многочисленные, пусть и несерьезные, раны и болезненность любого движения мало способствуют эффективному функционированию. Тело немело, зрение слегка плыло из-за кровопотери, а почти вся живая поверхность превратилась в сплошной рубец. Рэрити же просто выглядела потрепанной – так как фрагменты тела были легкими, киберпони не могла атаковать с максимально возможным коэффициентом полезного действия, как это было бы, если б бронированная падла стояла на месте и не делилась на части, принимая всю кинетическую энергию ударов.

— Плохо выглядишь, дорогуша. Как насчет посетить со мной спа?

— Buck you, Rares.

— Quelle impoli! Je vous ai enseigné les mœurs?

— Заткнись.

Эпплджек рванула в сторону противницы, выбивая крошку из плит площади, но та вдруг утонула в облаке дыма, прилично расползшегося и окутавшего рыжую, визор которой немедленно подобрал подходящий спектр. Зрение немного прояснилось, и уже в следующий миг киберпони стала отбиваться от града ножничных атак с разных сторон и под неожиданными углами. Можно было бы вырваться из облака, но тактику обороны от них в обычных обстоятельствах уже пробовали, а потому она решила сосредоточиться на отражении атак, пользуясь мыслью Рэр о том, что ослеплена и представив, что находится на виртуальной тренировке.

Через минуту дым рассеялся, и Эпплджек покоробил вид бегущей к ней вместе с крупом пары задних ног единорожки. Отразив пару пинков, она нашарила взглядом остальную Рэр и, достав из седельной сумки электромагнитную и антимагическую (чтоб наверняка) гранаты и, активировав их, швырнула малышек под ноги противнице. Оказалось, что та, тратя, вероятно, уйму концентрации на контроль всех своих кусков, да еще и атак ножницами, не имела особых резервов для быстрой левитации, а потому вялая попытка уйти вбок не спасла ее от двух вспышек. Полный печали стон сообщил ЭйДжей, что атака удалась, и она сорвалась с места, настигая разобранную по дребезжащим и содрогающимся кускам Рэр и вылавливая ее голову, посылая попутно ненужные части в свободный полет верной треногой, будто играя ими в гольф.

Ухмыльнувшись отчаянью в глазах королевы драмы, что возмущенно кричала там что-то, неспособное донестись до киберпони, глаз которой подернулся красной пеленой, она схватила башку за фиолетовый гребень, торчащей из шлема, как у бойцов старой Гвардии, и смачно шмякнула ее лицом об асфальт. И снова. И снова, так как лицо единорожки так или иначе сразу успело закрыться сегментами брони.

Не забывала при этом Эпплджек и предусмотрительно увеличивать расстояние между собой и остальными частями, заодно присматривая за дрожащими неподалеку ножницами – битье головешки бывшей подруги об пол отвлекает куда меньше внимания, чем кажется. Удовлетворившись тем, что эффект, вероятно, достигнут, кобыла спрятала треногу за спину и, ухватив башку поудобнее уже двумя копытами (руками, если считать механические пальцы), принялась методично колотить ее об пол уже закованным в броню рогом. Увы, металл мялся неохотно, а потому она положила голову наземь, вновь достала треногу и содрогнулась от ножниц, неожиданно впившихся по самые кольца в незащищенный бок, что сбило весь настрой.

Искусственные органы не любят неаккуратного обращения не меньше натуральных, а потому ЭйДжей очень скоро начала выкашливать белую кровь вместе со смазочным веществом.

— Настал час расплаты, scélérat maudit, — прокряхтела единорожья башка, с лица которой вновь уехали пластины, открывая глаза, излучающие ненависть, штрих-код на лбу и донельзя довольную ухмылку, — слишком долго ты портила эту элегантную броню, моего личного дизайна, между прочим!

Поток слов не лился без дела и сопровождался непрерывным возвратно-поступательным движением ножниц в плоти кобылки, повалившейся набок. Эту процедуру Рэрити повторяла до тех пор, пока та не перестала конвульсивно шевелиться. После этого единорожка, с трудом собравшись воедино, проковыляла к бездыханной подруге и повалилась рядом, тяжело дыша.

— Уф... прости, дорогуша, но... уф-ф... ты играешь не за ту команду. Тебе следовало следить за трендами в последнее время, — она устало засмеялась и хотела доверительно приобнять тело киберпони за шею, но отвлеклась на быстрое, едва уловимое движение впереди.

В следующую секунду комок металла с просветами коричневой шерсти врезался ей в лицо, вминая то в шлем. Держащаяся на одной магии голова от такого обращения улетела далеко прочь от тела, которое, потеряв легкое сияние, также развалилось на множество покатившихся по площади частей.

Вернувшись к хозяйке, Вайнона припала к ее лицу, неспособная скулить. Но сегменты ее стальной морды разошлись в стороны, являя свежему воздуху настоящие нос и язык, принявшийся елозить по исцарапанной мордахе Эпплджек. Кобыла, содрогнувшись всем телом и судорожно втянув воздух, от чего робо-собачка подскочила, но не прекратила занятия, вначале что-то бессознательно пробормотала, а затем вскинула голову.

— А... ах... о... В-вай, ты... о-ох-х-х... — она вновь положила голову под легким, но настойчивым давлением лапы киберпсины, — п-пасиба те, дружище, а... Рэр...

Исчезнув на миг из поля зрения, Вай появилась перед глазами пони вновь, держа в пасти металлическое копыто и виляя хвостом.

— А... молодцом, Вай. Хех... дай только... отлежусь... слегка...

Интерфейс визора оповестил ою исчерпании запасов лечебного зелья, в то время как последние пару минут все системы были направлены на сохранение функционирования организма, хотя большинство временно приостановились для вызова временной комы. Все так же лил дождь, размывая кровь по площади.

## Эпизод пятый: Shit's about to go down

— Джеккс?

— Я в порядке, Зеф. Расслабься. Я найду яблоки, — выдавила Эпплджек, поднялась на ноги, проводя механическим копытом по поджившему боку и глядя на разводы крови, оставшиеся на металле. – Я не хочу такого... ни для кого больше.

Повисло молчание.

— Окей, подруга, — как-то вымученно сказал Зефир.

— Позже, — ответила ЭйДжей. ПипБак погас.

Она заковыляла к парадному входу в мрачную громаду штаба «ТвайПай».

* * *

Спустя минут сорок обычного веселого времяпровождения Эпплджек мчалась по внешнему коридору, опоясывающему весь 32-й этаж здания, пока стену с окнами разрушали многочисленные попадания пускаемых снаружи реактивных снарядов, преследуя ее. Вдоволь насладившись аркадой в виде перепрыгивания через обвалившиеся внутрь железобетонные стены и проскальзывания под только падающими, она с криком оттолкнулась от пола и выпрыгнула из окна, метя в одного из множества вооруженных гранатометами пегасов. Приземлившись ему на спину и мгновенно оценив ситуацию, пони пронзила его треногой и, отталкиваясь от тела, прицепилась ко второму, нанося ему сокрушающий удар стальным копытом. С этого она перелетела на еще одного пониже, уцепившись за шею, выбив гранатомет и не торопясь на этот раз с отправкой наемника на Луга. Этот, что-то крича, взял вверх, что было лишь на копыто ЭйДжей: пользуясь нерешительностью крылатых в плане выстрела из базуки по товарищу и тем, что враги несмело доставали кортики, она снесла «своему» летуну башку и перепрыгнула на спину следующему. Еще три прыжка и столько же трупов, граната-липучка в последнего – и кобыла вернулась к небоскребу, начав бег вверх по наружной стене.

— Ха, а такой подъем куда быстрее беготни по лестницам со всякими mudakami в компании, а? – весело прокричал голос Лехалекса из ПипБака.

— Не щас, сахарок! – вторя ему, орнула ЭйДжей, избегая близкого контакта с летящими вниз обломками стен, выбиваемыми пальбой коптеров, что преследовали аналогичную пегасьей цель, — Мамочка немного занята!

Спустя еще пару невыносимых секунд бешеного марш-броска с препятствиями киберпони с грохотом влетела в коридор одного из последних этажей, тут же пробегая в сторону и вглубь здания и покидая, наконец, зону поражения неистовствовавших коптеров.

— Фух... это было... уф...

— Эпично? – подсказал Леха.

— Отвратно. Никогда не чувствовала себя хуже, чем скача по той стене.

— Оу, а выглядело круто.

— Забей, — ЭйДжей вырубила связь. Пройдя серверную, кобыла уперлась в массивную дверь, но такие ее, как известно, давно не пугали, поэтому она вырезала и толкнула железяку внутрь, на головы потенциальных врагов.

Однако ее взору предстал огромный зал, испещренный уходящими в потолок колоннами со множеством круглых и явно выдвижных секций-ящичков в каждой. Не успела рыженькая сделать и пары шагов по дымящейся двери, как ее осадил знакомый голос.

— Тише! Не отвлекай учеников посреди урока. Думаю, тема занятий тебе знакома, — в поначалу раздосадованном голосе Шайнинга, показавшегося на подвесном мостике, пока вторженка шла меж колонн, вновь прорезались нотки осточертевшей Эпплджек иронии. Серьезно, хоть один из ее врагов говорил без нее? Пони начинала чувствовать себя глупой. – Примерно то, через что ты прошла четыре года назад. Эффективная программа. Посмотри, как ты преобразилась. Безусловно, получать такие навыки в реальном мире немного... затруднительно. Затратно. А вот в виртуальном... без суеты. Без сложностей. Напрямую в мозг. Ну, может, «сон» — не слишком подходящее слово. Ведь они по-настоящему работают, ходят где-то. Иногда убивают.

ЭйДжей встала перед мостом, глядя снизу вверх на Шайнинга, и глаз ее светился ненавистью.

— Они наслаждаются этим. Мы посылаем импульсы в их точки удовольствия почти каждую минуту. Плюс, на выпускной они получат замечательное новое тело. Еще одна ваша общая черта.

— Я выбрала это, — прорычала киберпони. — Они ж жеребята, стерва.

— Да. А жеребята жестоки. Как все пони по своей натуре. Они просто теряют с ней связь по мере взросления. Начинают думать, что отличают хорошее от плохого. «Это аморально!». Федеральное преступление – там, правила поведения – здесь... Жеребятами же можно манипулировать. Направить их на любое преступление. Ведь нет ничего лучше, чем жестокость, для разжигания внутрегосударственных конфликтов.

— Вот почему я собираюсь прикрыть твою лавочку.

— Ты все еще не видишь всей картины, верно? – увалень подошел к одной из колонн, стоявшей вплотную к мостику. Повинуясь нажатию его копыта, из нее выехала секция, в которой, в большой колбе, лежало крупное яблоко. Оно открыло глаза, тут же панически забегавшие. Жеребец достал его и стал любовно разглядывать на широченном копыте. – Ну разнесешь ты это место к чертям. И завалишь обломками эти замечательные яблочки. Но ничего не изменится.

Внезапно стали выезжать секции на всех колоннах, что пустило холодок по стальному позвоночнику Эпплджек, принявшейся нервно озираться, ведь при мысли о том, что все эти яблоки уставились на нее...

— Все ответственные за это давно ушли, — провозгласил Шайнинг, раскинув копытами, — а у нас филиалы по всей Эквестрии и за ее пределами. Мы всего лишь поставщики, «Шиппс». Мы не создаем рынок для распрей и мятежей, мы доставляем их.

— Тогда кто? Не фестралы же? И всех чейнджлингов, что замаскировались и осели после войны, уже выловили.

Бугай захохотал.

— Эти весельчаки только управляли войной – не изобретали ее. Неужели ты думала, что каждая битва в истории была частью какого-то большого заговора? ХЕРНЯ! Дисгармония – часть нас самих! Так зачем сопротивляться? В любом случае, — он отвернулся, — все это будет неважно через три часа. Потребность в каменных фермах будет все расти. Прямо как в старые добрые времена после объявления Союза Трех Рас.

— Че ты несешь?

— Не здесь, — почти театрально махнув полой плаща, Шайнинг пошел куда-то вглубь и вверх по лестнице, — следуй за мной.

Эпплджек не нужно было уговаривать.

Вскоре она нагнала амбала на обширной вертолетной площадке на крыше небоскреба. Темнело, небо давно выплакало всю воду, и воздух донельзя наполнился сыроватой вечерней свежестью. Шайнинг стоял посреди площадки уже без плаща, в неизменной черно-лавандовой броне «ТвайПай». Только сейчас, произнося это про себя, пони подумала, что Дэш, работая на фирму, не соответствует ее «дресс-коду», но положила выяснить это позже. На этот раз, правда, на спине единорога висело какое-то нагромождение из массивных пластин.

— Ну как тебе, Джекки? Здесь мы можем пообщаться без риска повредить товар. Что произойдет в течение трех часов? – он по-злодейски захохотал, ЭйДжей только скептически подняла бровь. – Не важно, ты слишком поздно. Даже будь ты Мустангом в ее бывшей форме – ну, знаешь, сделала бы «Радужный удар» – не успела бы. К тому же, убивание тебя займет какое-то время, ведь я собираюсь делать это медленно и мучительно, — пока он говорил, смакуя слова, два коптера появились из-за края крыши, зависнув безмолвными наблюдателями.

Кобыла развернула треногу. Повинуясь телекинезу единорога, пластины, оказавшиеся, как и следовало ожидать, бронещитами, отделились от него и повисли по кругу за спиной жеребца, будто аура.

— Как я говорил, жеребята жестоки, Джекки, — он достал и взмахнул здоровенными мачете, — а мой внутренний жеребенок сейчас просто рвется наружу.

Дождавшись этой обязательной к произнесению эпичной фразы, Эпплджек скривилась и рванула к противнику – правда, не добегая до бронированной туши метров семи, запустила себя в бок направленным всплеском энергии и проскользила на копытах по дуге, нанося Шайнингу треногой размашистый хук, который ожидаемо принял на себя один из щитов. Из-за него тотчас же вылетело мачете, застрявшее в следующий миг между ногами дивного орудия Джеккс, чем она воспользовалась, чтобы дернуть меч врага вместе с ним в сторону, но забыла как о вопиющей разнице в их весовых категориях, так и о втором тесаке, который тут же зарядил ей по металлическому боку, заставив отлетающую от этого кобылу согнуться пополам, но хотя бы не развалиться надвое с хлюпающим звуком.

— Что такое, детка? Откусила больше, чем можешь проглотить? Решила в одиночку расхреначить наш милый штаб и малость вымоталась?

— Мудак ты, Шайнинг. И сестренка у тебя мудацкая.

Он опять захохотал, ничуть не напрягаясь в процессе махача. Мастерского владения телекинезом, таланта в защитной магии и двух клинков с лихвой хватало, чтобы отражать град атак закипающей кобылы.

— Ты разлагаешься в своем деле, в этой болезни под названием «дисгармония», что поглотила вас. Иногда, судя по кругу вовлеченных в это, мне даж сдается, что все это от Твай и исходит. Только посмотри на СЕБЯ, — вскричала кобыла, подпрыгивая над проносящимся горизонтально мачете, проскальзывания меж двух щитов и вмазывая единорогу по бронированной скуле.

Не теряя удачного момента, она нанесла восходящий удар треногой, направляя в нее максимум энергии, от чего туша здоровяка, взлетев, кувыркнулась назад и с грохотом приземлилась. Щиты, получая недостаточно концентрации, хаотично перегруппировались, и ЭйДжей, пропуская оружие меж ними, рубанула Шайнинга сверху вниз, вызывая глухой стон, после чего кувыркнулась назад сама, покидая опасную зону.

— Только послушай себя, сволочь. Че ты несешь-то, епта? Ты напрочь забыл о том, что такое жизнь нормального пони! Ради чего все это? Неужели плохо жилось? Командир Гвардии, брат протеже Принцессы, уважаемый жеребец, нашел бы кобылу и жил припеваючи! – распаляясь, кобыла пулей носилась по площадке из угла в угол, всякий раз, пролетая мимо врага, нанося мощный удар. Щиты, едва поспевая, прикрывали единорога, но на морде ясно проступило беспокойство из-за того, что контроль над схваткой уходит из-под копыт.

— На кой ляд тебе... – сделав подкат и проскользив на боку под парящими пластинами, Эпплджек выпрямилась ногами вверх, подбрасывая здоровяка в воздух фирменным лягающим ударом в челюсть, запустила тушу еще выше взмахом треноги, затем, схватившись за амбала, оказалась над ним и послала его на встречу с асфальтом завершающим ударом, будто коля здоровенным топором дрова, — ...страдания ПОНИ?!

* * *

— Хе-хе-хе-хе-хех, — кряхтя, грузный единорог в изрядно покореженной броне поднялся с растрескавшегося покрытия площадки, — даже Элемент Потрошения иногда останавливается, чтобы подумать о мотивах тех, кого крошит, а?

— Я достаточно наболталась с твоими подружками, чтоб сомневаться в правильности своих действий сколь-либо более.

— Правда? Тогда не буду сотрясать воздух, чтобы что-то тебе объяснить. Попрошу только прикрыть грязный рот в следующий раз, когда решишь советовать мне что-то насчет кобыл.

— Погоди, я припоминаю... — яростные черты мордашки ЭйДжей, оставшейся, тем не менее, хмурой, вдруг разгладились, — мы же с девочками должны были ехать на вашу свадьбу с...

— Заткни-и-и-ись! – несколько окутанных магией щитов, в качестве оружия не уступающих тесакам Шайнинга, полетели в нее, и лишь выработанная годами сражений и усиленная модификаторами реакция позволила пони выставить вертикально на их пути удерживаемую обоими копытами треногу, в которую и врезались куски железа, заставляя отъехавшую назад кобылу пропахать в асфальте две борозды.

Открыв глаза после лязга, оставившего звон в ушах, она увидела здоровяка уже со спины, устремившего взгляд на заходящее солнце. ЭйДжей вдруг подумала о Принцессах, которые все это время, должно быть, тоже не сидели без дела, только вот за каким делом?

— Еще раз заговоришь об этом, и клянусь, яблочная, засуну тебя в суперсидровыжималку... весь настрой сбила.

— Э? А до этого ты планировал что-то более милосердное?

— Все шутки шутишь, хе-хе-хе-е. Не знаю, как, но... ох, ты, должно быть, шутишь. Впрочем, не это ли я сказал секундой ранее...

— Эй, Шайнинг, ты в порядах? Если я ненароком запустила необратимый процесс в твоем мозгу, то знай, я предпочту махач выслушиванию слезливой истории твоего нравственного падения. Да, много навоза случилось со всеми нами, но если ты и твои подельники когда-либо будете прощены, то разве что словом самой Селестии. Пока такового не прозвучало – я отдам всю себя, чт...

— Да, да, я, знаешь ли, тоже не настроен выслушивать сопливую геройскую речь. Знаешь, что? Пошла ты, Джекки. Через три часа она запустит операцию «Бризи». Я и так уже сказал слишком много, так что... все в твоих копытах.

— Погодь, ты на шо щас намекаешь? Думаешь, я развернусь и пойду срывать какие-то планы, пока ты отдашь приказ, чтоб меня пришили где-нить орбитальным ударом?

— Глупая кобыла, — он засмеялся, — если б нам было нужно, тебя б пришили уже давно. Даже я не знаю всего, впрочем — я если и не пешка, то максимум конь. Но в одном ты права, да. У меня нет на тебя времени.

— Да я тя... — она не договорила, вставшая столбом он возмущения, когда Шайнинг могучим прыжком долетел до одного из парящих неподалеку коптеров и повис на краю его открытого борта. Оставленные щиты рассыпались по площадке.

— Огонь! – залихватски крикнул увалень, и оба коптера разразились потоком ракет.

Никто, правда, не ожидал, что Эпплджек пробежится по устремившимся в нее снарядам, как по ступенькам, и вмиг доберется до парящих машин. Ударом треноги они вынесла стекло одной из них и отправила пару пилотов пастись на Небесные Луга, после чего, перепрыгнув на обшивку, мощно оттолкнулась и сиганула на второй аппарат. Они с Шайнингом оказались друг напротив друга в открытом с двух сторон внутреннем пространстве транспорта, и искры незамедлительно градом полетели во все стороны от клинков и треноги сыплющих ударами пони. Морду единорога, осознавшего наконец серьезность намерений противницы, в конце концов закрыли сегменты брони. В узком пространстве никто так и не мог задеть соперника, но рыжая кобыла, заметив, что коптер куда-то летит, рывком вылезла наружу корпуса и, достав гранату, забросила ее внутрь, к Шайнингу, после чего парой шагов разогнала себя и прыгнула в сторону штаба, однако только в полете поняла, что небоскреб уже отдалился слишком даже для нее. Окна «ТвайПай» понеслись перед глазами отрешенной ЭйДжей подобно уносящемуся поезду, как вдруг взгляд вниз выцепил еще одну вертушку, на этот раз с одним винтом, причем зависшую как нельзя в нужном месте. Приземлившись на хвост, киберпони изрядно тряхнула машину, вызвав сильный крен назад, но та быстро выровнялась.

— Wazzuuuup, Джекки? – донеслось из ПипБака.

— Док? Это чо, сто раз меня пускать по кругу, вы? — кобыла ловко впрыгнула в отъехавшую боковую дверь.

— Единственный и неповторимый, — козырнул жеребец из кабины, — но отложи благодарности на потом, у нас на хвосте твои новые друзья.

Эпплджек быстро нашарила глазом чертов коптер, граната из которого, видимо, выкатилась до взрыва. Ну, или ее без особых последствий для организма проглотил Шайнинг, потому что мудак выглядывал изнутри, как пиратский юнга, висящий на мачте. Вражеский транспорт открыл пулеметный огонь, и Док поспешил закрыть дверь.

— Shit! У нас грузовой вертолет, а не штурмовик!

— Я разберусь. Постарайтесь пролететь под ними, Док. Где у вас тут запасной выход?

— Да нету запасного...

— Тогда где вы хотите, чтобы он у вас был?

— Джеккс... ох-х, кого я пытаюсь переубедить?

Пилот заложил маневр, уходя от пуль и разворачиваясь, но коптер взял вверх. Допустить, чтобы Док попал под обстрел во второй и, скорее всего, последний раз, пони не могла, а потому, высунувшись из вновь открывшейся двери, направила всю энергию в ноги и... почувствовала, что ее нет.

— ТВОЮ-Ю... — но отчаянный крик прервало что-то, грохнувшееся на кобылу откуда-то сверху и увлекшее ее с вертолета в бездну. Она даже не обратила внимания на улетевшую прочь треногу.

Это оказался Шайнинг, спрыгнувший к ней сам.

— Скучала, сучка? – они летели рядом, стукаясь чреслами и пытаясь нанести друг другу нормальный удар.

Куда более ловкая, ЭйДжей уцепилась за него, запрыгивая врагу за спину, обхватила задними ногами массивную башку и, ухватившись передними за длинный рог, с кряхтением дернула на себя. Бывший единорог взвыл, даже выронив свое оружие, а затем замолк под градом ударов стальных копыт по макушке, издавая лишь какие-то не очень разумные звуки. Вовремя: земля была тут как тут, и киберпони не хотела бы, чтобы ублюдок помешал принять меры для удачного приземления – поэтому, как могла, оттолкнулась от туши вверх, и приземлилась на врезавшегося в ничего не прощающий асфальт Шайнинга на куда меньшей скорости, чем он сам.

Через пару секунд, пока рыженькая восстанавливала дыхание, параллельно свыкаясь с мыслью о том, что снова чудом выжила, неподалеку с глухим стуком приземлился белый рог, отскочив от земли и выведя кобылу из ступора, заставляя сойти, наконец, с тела.

— Знатно навернулась, – коротко прокомментировал Зеф.

— Эпплджек! Как я рад, что ты цела! – бодрый голос Дока разрядил обстановку.

— Ох, Док... у вас там порядок?

— Покинул воздушное пространство Ванхувера. Мои искренние извинения, друг мой, но мне повезло, что этот коптер отстал от меня, отвлекшись на тебя, после чего пришлось использовать вспышки, чтобы спастись от пущенных с крыши соседнего здания ракет. Это заста...

— Минутку, мать моя кобыла... коптер! – Эпплджек помчалась в случайном направлении, уходя от возможной атаки с воздуха и задирая голову – сверху на бреющем полете к ней и впрямь пикировала клятая вертушка, открывая пулеметную очередь.

Кобылка немедленно скрылась за рядом одноэтажных магазинчиков, запрашивая у ПипБака местоположение своего оружия, занесенного, как и все ее вещи, в его базу. Как выяснилось, оно приземлилось на соседней улице... и прямо сейчас стремительно двигалось по двухполосной дороге.

Проклиная все на свете, киберпони вылетела из своего укрытия и помчалась через проулок за потерянной треногой. Через секунды она оказалась на оживленной проезжей части и понеслась, лавируя между обгоняемыми телегами и каретами. Довольно быстро она приблизилась к той, хозяева которой изволили приватизировать ее упавшую с неба собственность – обычной крытой повозке. Не спрашивая разрешения, кобыла запрыгнула внутрь, путаясь в ткани-шторе, отделяющей внутреннее пространство от наружного.

Повозка оказалась набитой тарой, явно торговая. Привалившись спиной к борту между парой ящиков, в одном из которых из кучи ананасов торчала искомая ЭйДжей тренога, сидел жеребец, лежащая перед которым кобыла самозабвенно делала ему минет. Она, конечно, приостановилась с вторжением гостьи, на пару со своим другом глядя на ту квадратными глазами, но киберпони уже, густо покраснев и даже не заявляя ничего о нарушении ими уголовного кодекса, забрала оружие и выпрыгнула из транспорта тем же путем, после чего понеслась на своих четырех между домов, по дворам и переулкам.

— Джеккс? Как там дела? – вышел на связь Лехалекс.

— Эм... валю потихоньку из города. Порядок, вы там только заберите яблоки.

— Работаем, но что ты будешь делать? Что, если дороги блокированы?

— Я сама обо всем позабочусь. Дай пока свалить подальше от «ТвайПай». Думаю, одолжу пару колес. Только что нам делать в более широком смысле слова?

— Колес? Ты там не налегай особо, но Джекки... то, что говорил Шайндаунер...

— Да. В течение трех часов или меньше. То, что затевает Твай, не может быть хорошим...

— Он сказал, что ты не успела бы, даже сделав «Радужный удар».

— Если он был на серьезе, — подключился к беседе Зеф, — это по меньшей мере три тысячи километров.

— Три с половиной, — пробормотала ЭйДжей. – Чем бы это ни было, оно на другом конце Эквестрии, как минимум. Если вообще в Эквестрии, с учетом того, что мы на побережье – кто сказал, что это вообще в ту сторону?

— Если это «что-то» эскалирует потребность в фермах, это и должно быть происшествие в аграрном секторе. Но даже ряд экономических потрясений, произошедший в стабильном регионе, не будет иметь эффект домино...

— О, нет...

— Что?

— Принцесса... она же летит в Эпплузу.

— Которая на другом конце Эквестрии.

— Если с ней что-то случится...

— Мать моя кобыла...

— Свяжитесь с Гвардией! – взволнованно прикрикнула ЭйДжей. Уже как минуту пони разговаривала, прислонившись к стене в глухом переулке, а хвост ее нервно молотил стену.

— Все официальные каналы сейчас заморожены, подъем неофициальных потребует времени... к тому же, какие у нас доказательства? Что мы по сравнению с «ТвайПай»!?

— Тогда нам надо попасть туда первыми.

— Невозможно! Даже будь у нас пегасий экспресс, ближе не стало б.

— Погодите, — раздался вдруг на частоте голос еще одной кобылы, — нам не экспресс нужен.

— Эм... Кобблер?

— Это я, сестренка.

— Я... ох, — ЭйДжей рассмеялась со счастливым облегчением, — сто лет тя не слышала.

— Месяц, точнее, — лукаво ответила та.

— Как оно, знойная стерва?

— Не сейчас, Джек. Как ты сама поняла, судьба Эквестрии на волоске. Так вот: задействуем Вандерболтов – еще и время останется.

— Это... погоди, но Дэш была единственной после какого-то там хрена из истории, кто делал «Радужный удар», разве нет?

— До киборгизации, Джеккс. Теперь, благодаря техническому прогрессу, лучшие летуны преодолели барьер в 2200 км/ч, что почти на тысячу больше рекорда Дэш. Не лишись она крыльев, сделала б две с половиной.

— С учетом груза, так ты доберешься до Эпплузы за... полтора часа, — подал задумчивый голос Алекс.

— Верно. Свяжитесь с ними. Я двину из города по той же магистрали.

Отключившись и выпрыгнув из переулка на почти беспонную улочку, Эпплджек осмотрелась и приметила зашибенский байк, припаркованный между привычными невзрачными телегами. Встроенная в один из пальцев отмычка после сканирования приняла форму нужного ключа, и киберпони, слегка успокаиваясь под утробное рычание движка, покатила из тепло принявшего ее холодного Ванхувера на родной жаркий юг. И нет, на асфальте парковочного кармана не осталось никаких дымящихся надписей а-ля «Мне нужен твой байк. Спасибо». ЭйДжей была кобылкой без комплексов.

* * *

— Что насчет Вандерболтов?

Одинокий мотоцикл катил по однополосной дороге, прорезающей сухую каменистую степь.

— Мы связались и получили добро на разовую перевозку. Не спрашивай, как мы этого добивались, но тебе нужно быть на базе Галлопинг Гордж через полчаса.

— Спасибо, с меня сидр.

Впервые с момента разговора с Шайнингом ЭйДжей улыбнулась, хватаясь за искру надежды. Она вдавила педаль до упора, полная решимости, и в безжизненной пустыне ничто не предвещало проблем. Пока она не преодолела очередной холм.

Съехав по инерции, киберпони вдарила по тормозу и уперлась в асфальт копытом.

В десяти метрах посреди дороги стояла Вайнона и сидела «Мустанг» Дэш. Последняя, оглянувшись, потрепала псину по стальной холке, после чего та потопала к хозяйке, оставив радужногривую в ожидании.

— Эпплджек, — прокряхтел машинный голос.

— Поболтали по душам? – хмыкнула кобыла.

— Я проанализировала ее слова и действия. Я не в состоянии определить ее мотивацию.

Рэйнбоу привычно встала на дыбы, разводя копытами с невинной улыбкой.

— Хех. Какая встреча.

— Ты знала, что я приду, — буркнула ЭйДжей. – Думаю, должна сказать те спасибо за то, шо не перебила всех на Галлопинг Гордж?

Дэш подперла подбородок, изображая глубокие размышления.

— Ну, нет, если ты говоришь это таким тоном.

— Для наемной убийцы ты не особо хороша в выполнении работы.

— Переворот – большой выигрыш.

— Еще бы. «ТвайПай» небось здорово поднимутся, когда монополизируют аграрный сектор. Что вы задумали?

— Я не говорю о битах, Джеккс, — вздохнув, она похлопала себя по груди, — я говорю об идеалах.

— Чего?! Что с Принцессой, епт?

— Ох-х, забудь. Разве ты мало наговорилась с Рэрс? Я, все-таки, лишь наемный рабочий. Только ты и я, Джеккс. Ближе к делу, — она погладила копытоять катаны и намекающе качнула головой. – История рассудит, кто был прав.

ЭйДжей опустила голову. Затем вскинулась, заглушила движок и поставила байк на подножку, слезла и пошла в сторону от дороги, приглашающе махнув Дэш. Та только ухмыльнулась и, вильнув хвостом, последовала за ней, Вайнона топала между ними.

— Мне плевать, кто думает, права я или нет, — выдохнула пони в шляпе. — И я спешу. По крайней мере, у меня достаточно причин убить тебя.

— Чт... о, хе-хе-хе-хе-х, потрясно, — то ли вымученно, то ли в предвкушении захихикала Дэш, едва ли копытами не потирая, — не, это внатуре потрясно! Да, мне нравится!

— Обязательно ли драться? – проскрежетала Вай, останавливаясь между кобылами.

— Не лезь, — отрезала Эпплджек.

— Это между нами, — подтвердила Мустанг.

Обе покручивали, разминаясь, копытами, чешущимися вблизи оружия. Первой не выдержала ЭйДжей, мгновенно выхватив треногу. Дэш обнажила меч синхронно с ней.

— И это закончится здесь, — добавила Эпплджек.

— Окей, — согласилась Дэш. – Потанцуем!

* * *

Спустя несколько долгих минут махача ЭйДжей, не пропустившая ни одной атаки Дэш, выбила катану из ее хватки, и железяка, прокувыркавшись в воздухе, воткнулось в твердый грунт.

Похвально покивав, потрепанная Дэш приглашающе раскинула копыта.

— Хороший удар, Джекки! Еще!

ЭйДжей была отзывчивой пони и не требовала просить дважды, поэтому сделала рывок, выполняя замах снизу и слева, но неожиданно получила копытом в грудь, отчего после короткого полета грохнулась наземь и, проехав на спине, попыталась восстановить дыхание. Дэш с ухмылкой опустила заднюю ногу.

— Иногда нам приходится обращаться и к данному природой оружию – своему телу, девочка. Или тебе по душе «инструмент»?

Втянув, наконец, воздух, поднявшаяся ЭйДжей по дуге метнулась к радужногривой и сделала подкат, но та схватила нападающую за ногу, которую она в скольжении выставила вперед и, уклоняясь от треноги, замахнулась и ударила рыжей кобылой по земле, будто кулем с навозом. Кашляя, киберпони проползла в сторону от противницы, пока не смогла вскочить.

— Делаешь себе честь, пух и перья, — выдавила она, — за эти секунды могла бы грохнуть меня раз сто.

— Ну, лежачих же не бьют, ага?

— Не ври. В прошлый раз ты этого правила не знала.

— Э-э, — Дэш нерешительно поглядела в сторону, — знаешь, хорош болтать.

С этими словами Мустанг, будто выстреленная из пушки, полетела к киберпони, но ЭйДжей, попутно осознав, что та проворачивает подобное с помощью миниатюрных реактивных сопел на спине, выставила треногу вертикально между собой и врезавшимся в орудие стальным копытом, после чего воплотила заранее придуманный прием: используя упертое в землю оружие как ось, она провернулась вокруг нее, как танцовщица вокруг шеста, и отвесила Дэш фирменный пинок двумя задними, а затем, не успела та коснуться земли, догнала запущенную в воздух кобылу и зарядила по ей своим инструментом. Полет бывшей пегаски, словно запущенного битой мяча, остановил валун, пошедший от столкновения трещинами.

Только голубая кобыла поднялась, как, не имея доступного маневра, поймала и сжала с двух сторон копытами одну из ног оружия киберпони. Та зарычала, надавив, и Мустанг, заранее знавшая, что не удержит могучих ног Эпплджек, дернулась в сторону и получила скользящий удар, прочертивший весь ее корпус, что рыжая дополнила еще одним пинком, отталкиваясь от вновь врезавшейся в валун радужногривой и увеличивая дистанцию. А на самом деле просто давая ей собраться, сама не понимая, почему не прикончила зажатую в угол противницу с учетом необходимости немедленно быть на базе. Из образовавшейся в броне Дэш щели начала сочиться кровь.

— Вот эт разговор, — одобрила с кряхтением Рэйнбоу и, пройдя мимо развалившегося камня к устремленной в небо катане, вытащила ее из грунта, вновь принимая боевую стойку. Будто получив разрешение, Эпплджек тут же помчалась в объятия боя, и пони продолжили усыпать мертвую пустынную землю градом искр. Бывшие подруги без отрыва глядели в глаза друг друга, а ноги работали сами собой, не пытаясь выкинуть чего-либо особенного, чтобы прервать поток стандартных и машинально отражаемых атак. Это был их танец, способ сказать все без слов, вековечный способ решить все конфликты и разногласия.

ЭйДжей ударила ногой по копытному хвату Рэйнбоу, а треногой сделала размашистый хук, который, попав той в плечо, заставил ее кубарем покатиться в сторону, поднимая пыль. Дэш сгруппировалась, быстро поднялась и, хрустув пострадавшей ногой, вновь выстрелом запустила себя в противницу, но ЭйДжей прочла движение и, заблокировав атаку, описала треногой и упершейся в нее катаной круг, одновременно лягнув противницу в живот, подпрыгивая и нанося аналогичный удар в лоб. Сделав пару неуверенных шагов назад, Мустанг медленно завалилась на спину.

— Дэши? – ЭйДжей поймала себя на тоне вопроса – таком же, как если бы она обеспокоенно спросила, в порядке ли врезавшаяся в дерево подруга, лет шесть назад.

Радужногривая в ответ бойко согнулась и, выпрямляясь дугой, вновь вскочила на дыбы.

— Я растрогана, "сахарок", — но едва пони приняла стойку, ей пришлось блокировать катаной прилетевший удар. Орудия заискрили в трении, и Эпплджек различила смирение в глазах растерянно улыбающейся Дэш, когда та, вновь не сравнявшись с ней силой, ослабила давление, и тренога во второй раз скользнула по бежевой броне. Рэйнбоу отшатнулась, а ЭйДжей, не нарушая никаких правил, приняла позу для колющего удара.

— Прости, но мне пора сменить партнера.

С этими словами она проткнула тело старой знакомой в трех местах полураскрытым оружием, через секунду выдернув его.

— Танец окончен.

Пошатнувшись, Дэш тяжело задышала и рухнула на круп, опираясь на одно копыто и подставляя другое под одну из струй крови, начавшей стремительно покидать вместилище. Глядя на багровеющую конечность, она горько засмеялась и подняла взгляд. Кроме правого глаза ЭйДжей на нее смотрела пара красных зрительных сенсоров подошедшей к хозяйке Вайноны. Рэйнбоу устало подмигнула собаке, с которой четверть часа назад поговорила о чем-то, известном только им двоим. Прянула ушами. Закрыла глаза.

И повалилась на асфальт.

## Эпизод шестой: Мать всех вечеринок

— Она умерла, — запротоколировала Вайнона, подойдя к телу Дэш.

— У нее едва были какие-то модификации и усиления, — печально заметила Эпплджек, — одна броня.

— Был ли такой исход необходимым? Аргументы: недостаточно.

— Думаю, даж твоя стальная башка не знает всего...

— Вероятно, не существует единственно верного ответа. Фактически, понячий конфликт исходит из столкновения противоположных взглядов и социальных норм.

— Да ла-адно.

— Я не была запрограммирована с каким-либо своим мнением.

— Тебе лучше выбрать его самой, — сложив и сунув треногу за спину, кобыла подошла к красному мечу и подобрала его. Напичканный электроникой эфес тотчас же выдал голографическое сообщение о блокировке. Таким образом, катана сейчас была не более чем простым клинковым оружием, что ненамного полезнее зубочистки, если целью использования является вскрытие чьей-то брони.

— Высокочастотный меч EQ-7. Новые технологии плюс эффективная форма, позаимствованная из древности. Мои данные свидетельствуют о том, что Дэш унаследовала его от отца, который последние годы занимался борьбой с бандитизмом.

— Жаль, что кобылка не в батю пошла. Собираешься закопать его? – иронично спросила ЭйДжей, глядя на собаку, взявшую в зубы ножны.

— Я сохраню его. В память о твоей подруге.

— Подруге... — растерянно повторила пони, принимая ножны из пасти в копыто.

Взглянув еще раз на оружие, она взмахнула им, принимая зрелищную боевую стойку и, удерживая ножны у бедра, провела клинком по их краю, а затем вложила катану внутрь.

— Джеккс, у тебя меньше пятнадцати минут! — вскричал ПипБак дурным голосом. — Марш на базу!

— Да.

И кобыла сорвалась с места, сверкая пляшущими на ногах разрядами, сопровождаемая киберпсиной с ножнами в зубах.

* * *

За высокими воротами базы Галлопинг Гордж в будке КПП сидел жеребец в охранной форме и сдвинутых на лоб солнцезащитных очках. Не отрываясь от планшетного компьютера, показывающего мультфильм "Мой маленький человек", он нашарил копытом коробку с пиццей и, доставая кусок и отгрызая половину, прибавил громкости. Если бы ребята из дозора проходили мимо, они могли бы услышать доносящиеся из будки странные писклявые голоса, однако его прервал, заставив подпрыгнуть на месте, удар чего-то о стекло. Медленно выглянув из-за планшета, он вздрогнул при виде стальной песьей морды, увлеченно разглядывающей его через широкое окно, после чего, опомнившись, сдвинул зеркальные очки на глаза и схватил лежащую неподалеку распечатку с изображением рыжей блондинки в шляпе-стетсоне, в профиль и анфас.

— Эм... мисс... Эпплджек?

Вид нужной пони, вкопытную раздвинувшей тяжелые ворота и зашагавшую по бетонированной территории базы, заставил охранника вспотеть. Эпплджек, проходя мимо будки, лишь бросила вопрос: «Где они?», но заверивший, что сейчас предупредит, жеребец, хватаясь за телефон, был прерван криком «Я здесь!», раздавшимся неподалеку с воздуха. Киберпони обернулась в сторону голоса, и тут же прикрылась ногой, когда кто-то в синем с желтым костюме на бреющем полете просвистел над шляпой. Пока она (объект оказался кобылкой) описывала широкий круг, разворачиваясь, а из-за ангаров базы не спеша вылетала еще пара пегасов в аналогичной форме, ЭйДжей подметила, что крылья первой летуньи больно уж здоровые, но со статистикой внутривидового полиморфизма пегасов пони знакома особо не была. Хмыкнув, она потопала в сторону плаца, пока приземлившаяся большекрылая пошла рядом с ней. При близком взгляде она оказалась некрупной гиппогрифочкой. Той самой.

— Ну привет, «специалист по землеустройству», — прощебетала малышка с золотой гривой.

— Обана... дарова... Блейзи?

— Ага!

— Так вот почему летуны согласились на это, — пробормотала Джеккс.

— Доброго дня! – весело поздоровался подлетевший серогривый жеребец, зрелый, как и третья, кобылка с густой белой гривой, махнувшая Джекки для проформы копытом.

— А кто твой маленький друг? – поинтересовалась мелкая, завидев компаньонку киберпони.

— Подруга. Дней моих суровых, — ухмыльнулась Эпплджек.

— Давай лапу! – вандерболт протянула копыто, и Вайнона охотно потрясла его, — Хор-рошая девочка!

Рыжая, вскинув брови, поспешила присесть перед собакой и тоже протянуть свое. Вай, поколебавшись секунду, аккуратно положила свою лапу сверху.

— Вай, девочка моя... а я-то, дура, думала, в тебе от собачки-то ниче и не осталось, — глаза ЭйДжей защипало, и непрошеная слезинка оставила полоску из влажной шерсти на щеке пони, — подь сюды, родная.

Она сграбастала питомицу в объятия и сидела так, баюкая ее под дружное пегасье «ааоооо», с четверть минуты, после чего, шмыгнув и поставив безмолвную зверушку на бетон, решительно поднялась.

— Что ж, ребята, работа не ждет, — летуны в латексных костюмах, молча кивнув, последовали с ней на плац.

Никаких небесных фургонов или карет не готовили и не комплектовали — трое крылатых собирались везти киберпони на одной только ременной сбруе, ведь единственным назначением договора с ними было максимально быстрое перемещение Эпплджек из одного конца Эквестрии в другую, поэтому на плац прошли разве что в порядке ритуала. Ждал их там только местный худой механик с ввалившимися глазами, что просеменил к ЭйДжей и объяснил, что сейчас надежно закрепит Вай у нее под брюхом, а саму ее – привяжет к летунам. Кобыла кивнула, и доходяга начал процедуру.

— Как звать-то, ребят? – решила нарушить она тишину, — Все-тки лететь нам нехило так.

— Блейзи Слайс, — козырнула златогривая, — но мы знакомы.

— Сорин, — улыбнулся добродушный конь.

— Флитфут, — подпрыгнула светленькая, — а вы Эпплджек, ага?

— Можно Джекки.

— Тебе понадобятся летные очки или типа того?

— Пасиб. У меня есть... очко, — прозрачный визор защелкнулся на ее глазу и, покрасовавшись, уехал обратно под челку.

— Ах, да. Ты ж военный киборг. Впрочем, мы и сами уже давно перешли на такие, — с этими словами черные, наподобие бывшего визора ЭйДжей, но более крупные пластины выдвинулась из-за ушей Флитфут и закрыли ее глаза, на что Блейзи снисходительно засмеялась.

— Так... что-нибудь, что мы можем узнать о заварушке, на которую ты так спешишь?

Эпплджек покосилась на техника, затягивающего на ней ремни, а потом, с прищуром, на крылатых пони.

— Как-нибудь, потом, когда все это закончится. Кстати... ты что, лидер тройки, малыш?

— Агась! – подпрыгнула на кошачьих лапах Блейзи.

— Этот малыш нам с самого поступления носы утирает, — наигранно пожаловался Сорин.

— Да, кстати, — Джеккс присела перед гиппогрифочкой с виноватым взглядом, — прости, что так вышло с твоей мамкой. Видит Селестия...

— Не стоит, — перебила крылатая, потеребив усы-антенны, но глаза ее, вопреки напускному спокойствию, влажно заблестели, — я много думала об этом и уже смирилась. Не хочу обсуждать.

Помолчав, пони в шляпе кивнула и, потрепав мелкую по макушке и поднявшись, отвернулась в сторону далеких гор.

«Если бы я могла сделать мир лучше, мелкая... твоей матери не пришлось бы...».

Спустя пять минут Вандерболты, медленно поднявшись с привязанной к ним троим Эпплджек, плавно разогнались, набирая высоту, и покинули базу. Сидящий в КПП пони, бросив взгляд на уменьшающуюся в небе компанию, вернулся к планшету, тут же восторженно застучав копытами при начале новой песенки, исполняемой умилительными лысыми существами, любовь к которым одинокому жеребцу не удалось привить никому из знакомых.

* * *

Спустя 94 минуты пегасы, высадив пассажиров в полукилометре от Эпплузы, куда они по указанию киберпони приближались на бреющем полете невысоко над землей, козырнули и исчезли в обратном направлении. Выбравшись из сбруи, кобыла с собакой выбрались на возвышенность, осматривая раскинувшийся в пустыне, сильно разросшийся за последний год городок, на улицах которого, однако, едва можно было насчитать нескольких пони.

— Что-нибудь видишь? – на связь вышел Зефир.

— Не-а. И это странно, с учетом того, что здесь должны встречать Принцессу.

— Нет, с учетом того, что готовится нечто куда хуже «встречи».

— Окей. Разберемся.

Пони кивнула Вай, и та большими прыжками умчалась на разведку. ЭйДжей спустилась с холма и, перемещаясь между камнями, двинулась к городку. Однако специализировалась она не на скрытых проникновениях, а потому была замечена и без предупреждения атакована ребятами в глухой броне «ТвайПай», закрывающей на этот раз даже уши. Причем половина из них была единорогами с высокочастотным холодным оружием.

Забегая за деревянный дом и увлекая за собой мечников, чтобы скрыться от огня, Эпплджек высоким прыжком сократила расстояние между собой и одним из них и, вдарив треногой по его клинку, отвела блок в сторону и дополнила атаку пинком задних ног по башке. Упавшему противнику кобыла, не стесняясь, нанесла четыре рубящих удара, чтобы вскрыть ходячую консерву и разобраться с содержимым до того, как приблизился второй, в которого она бросила оружие первого и, едва тот успел его отбить, уже сделала подкат и отрубила передние ноги, после чего пронзила торс, вытаскивая вкусившее электролитов орудие. Порубив остальных, она вылетела на улицу между домами и, носясь от одного стрелка к другому, делила их на множество частей. Когда с последним было покончено, она взглянула на анализирующий происходящее ПипБак и хмыкнула.

— И эти «нераспознанные». Шифруются, гады.

— Погоди, — раздался голос Кобблер по внутренней связи, — зачем «ТвайПай» устанавливать своим бойцам здесь тот же шифр-код, что использовался при покушении в Филлидельфии? Это же свидетельствует против них!

— Не, эт их алиби. В газетенках распространили версию, что в смерти Пэнтса виновны алмазные псы. И все из-за фоток навозного качества, на которых запечатлели стоящих на дыбах твайпаевских молодчиков. Серьезно, пони разработали нейроинтерфейс, но не нормальные фотокамеры? Даже фермерша вроде меня видит вопиющую разницу между уровнями той и другой технологии.

— Джекки, у нас тут миссия по спасению Принцессы...

— Ох, да. Забей.

— Но у нас есть нормальные фотки, они просто хранятся в архивах службы. Если мы распространим их...

— Уже пофигу. Не тогда, когда их план уже приправлен и вот-вот будет подан на стол. Газеты, да и все пони не смогут устоять. Помнишь послевоенную аферу чейнджлингов?

— Конские яблоки, ты права... это ж беспроигрышный вариант. А что с остальными пони Эпплузы?

— Скорее всего, мертвы – или нейровзломаны, если им надо будет показать их репортерам. Возможно, те, кого я тут крошила, были здешними работягами. Мне без разницы, с кем драться – не могу сказать, хуже или лучше они держались.

— Ох-х... неизвестно, в каком составе будет делегация Принцессы. Она могла б быть и одна, но на встрече будут присутствовать представители от буйволов, да со всей этой партийной системой и голосованием – куча пони теперь считаются едва ли не равными Селестии. Впрочем, ее возраст и аликорнистость вряд ли позволят как-либо ее заменить или затмить.

— Неважно сейчас. До прибытия есть время, так шо я иду к диспетчерской вышке. Отслежу все. Если что – уничтожу антенну, и в Гвардии заподозрят неладное.

— Береги себя, сестренка. Так мало Эпплов осталось.

— Кажись, я пошинковала все их козыри, так что все будет окей, сахарок. Мы с тобой съездим куда-нить, когда навоз рассосется. Конец связи.

Найдя глазом вышку, Эпплджек порысила к ней, осматриваясь по сторонам, как вдруг явственно почувствовала дрожь земли. Спустя секунды она оказалась окружена...

...тяжелобронированными буйволами со стационарными лазерами на боках.

— Shit, — только и пробормотала киберпони.

Едва грозные орудия опасно загудели перед выстрелом, кобыла, благословляя технологии за свою способность срываться с места без разгона, исчезла из окружения грозных противников, и те, разворачиваясь и пытаясь попасть по ней, скрывшейся за домами, в силу природной неловкости и громоздкости порезали пополам несколько собственных коллег. Еще очко в пользу догадки, что заботливые работодатели едва ли заморачивались с тренировкой новобранцев, вырванных из мирной жизни в степях, перед тем, как выдать им оружие и отправить использовать его по прямому назначению.

Пробежав пару проулков, Эпплджек решила действовать тихо и поубивать врагов по одному из засады. К счастью или нет, но массивные ребята не забивали головы мыслями об осторожности, поэтому носились между домов, иногда своими тушами снося им углы, и Джеккс довольно быстро выпотрошила пару вместе с блоками, подзаряжаясь, после чего решила сменить позицию. Выйдя на одну из площадей, бывшей, по сути, обширным пустырем между городком и отдаленными амбарами возле яблочных акров, она застыла, увидев лежащую посреди него Вай.

Забыв о врагах, она подбежала к потрепанной питомице и, убедившись, что та слабо дышит, вновь обратилась в боеготовность и, начав медленно двигаться обратно к городку, спросила у тишины: «Где ж они?», но внезапно земля задрожала так, как если бы сюда неслось гребаное стадо буйволов, и ЭйДжей впрямь оглянулась на предмет чего-то такого, но подхватила Вай и понеслась в сторону сада тотчас же, как земля пошла трещинами. Оставив псинку под деревом в сотне с лишним метров от пустыря, она развернулась, наблюдая, как в нем разверзается бездна, откуда с ревом показывается голова...

...громадного Спайка.

— Да ла-адно?! – кричит Эйджей, зная, что гигант все равно не услышит.

На этот раз он, правда, был чуть ли не вшестеро больше прежнего и успел обзавестись механическими передними ногами, и нет, они не были мелкими, делая его тираннозавром – столь же длинные и толстые, как задние, в десятки раз более тяжелые стальные тумбы – в общем, не шибко изменился. Только вот на двух задних он больше не стоял. Вдобавок несколько массивных, но смотрящихся компактными на фоне всей туши имплантов глядели из его плеч, боков и шеи. Когда грохот низвергающихся в провал земли и построек относительно затих, ЭйДжей, подошедшая поближе, заметила никого иного, как Твайлайт Спаркл, деловито прогуливающуюся по широченной спине бескрылого дракона и затягивающуюся из трубки, пуская мыльные пузыри. Дракон же стоял недвижно над пропастью.

— Ну не наглость ли это, Эйджи? – заговорила единорожка в деловом костюме, взглянув на наножные часы. – Только чуточку поздно. Как обычно.

— Твайлайт! Милый маленький зверек у тебя тут. Но план твой здесь же и провалится.

Коварная фиолетовая кобыла коротко посмеялась.

— Пха-ха-ха-ха... глупенькая. Ты не заканчиваешь наш план. Ты развиваешь его, — она повела копытом, подчеркивая масштаб грядущего навоза, — давно в Понинет заглядывала?

Эпплджек, равнодушная к повальным увлечениям тунеядцев, только фыркнула.

— Джекки! – послышался голос Алекса из ПипБака, — Принцесса возвращается в Кантерлот!

— Что?! Как они узнали?

— Кто-то слил фотки глазастых яблок и убитых тобой в Эпплузе! Вся Эквестрия на ушах!

— Покажи! – наножный прибор спроецировал обширную голограмму газетных вырезок и фото глашатаев среди толпы. — Да как же...

— Инфа только просочилась в свет, а пони уже требуют народного суда и линчевания!

— Но Принцесса ведь спасена...

— И все же Гармония была обесчещена. Трахнута, прямо скажем, — подала голос с высоты Твай, — Не дошло еще? Радуга, Эйджи – она живая. Квинтэссенция мыслей, чувств. Мы помещаем ее в яблоки. Мышление, правда, сильно упрощается по сравнению с полноценным мозгом. Не задумывалась, отчего все твои недавние противники были в глухих шлемах?

— О моя Селестия, это были... гребаные...

...«яблокоголовые кибербуйволы» — хором закончили кобылы, ЭйДжей – с неверящим потрясением, Твайлайт – с удовлетворением услышавшего верный ответ идейного наставника.

— И-йеп, и пони тоже. Как думаешь, вызовет ли скандал такое вопиющее надругательство над природой живых существ, растений и животных, коими и мы являемся?

— Понями же и сделанное! – возразила Эпплджек. – К тому же, десяток солдат – трагедия, но не повод начинать переворот или что вы там еще затеваете.

— Это просто искорка, подруга, — довольно отчеканила Твай, — предлог, которого мы так ждали. Эквестрия ждала этого конфликта годами, — она с ученым видом воздевает копыто, — Еще дядюшка Доппель знал, что межусобицы выгодны для ведения бизнеса. Паи знали. Четыре года спустя их наследие все еще бытует.

— Паи?..

— Они оставили нам свои великие «ведения»! Камневедение! Фруктоведение! Маговедение! Да здравствуют беспринципные пони, открытые для всего нового. Отдайся саморазвитию целиком. Нет нужды пресмыкаться, терпеть классовую политику! – похоже, единорожка входила в лекционный экстаз. – Ты Эквестриец – ты уже номер один! Когда единственная ценность, что осталась, это ценность драгоценных камней – вперед, экономика! Так что мы устроим все, что ни потребуется, чтобы сохранить их экспорт на высоте. Даже межусобицу, — зловеще добавляет она. — Особенно межусобицу!

— Че ты несешь, Твайлайт? – Эпплджек даже смеется нервно, но не меняет воинственной позы, будто вокруг нее уйма яблонь, ломящихся от плодов, что ожидают сбора.

— Паи посеяли камни. Мы больше не нуждаемся в них, чтобы фильтровать и распространять их же идеи. Прекрасно справляемся с этим и сами, — Спаркл начинает размахивать ногами, заканчивая все это эпичным жестом, встав на дыбы и раскинув копыта в стороны: — Каждый эквестрийский жеребец, кобыла и жеребенок – мы все теперь Наследники Паев!!

Какое-то время обе кобылы стоят в молчании, каждая по своей причине. Например, Твай, опустившись на все четыре, просто в очередной раз затягивается трубкой, хотя, говорят, таким образом глупцы или лгуны просто тянут время, чтобы придумать, что говорить дальше. А Эпплджек пытается переварить услышанное. Наконец, она прерывает тишину.

— Не зря, видать, ты мылом дышишь, Твай. На трезвую голову этот бред не воспринимается. При чем тут Паи?

— Я не буду устраивать здесь экскурс в историю, Эйджи. Ведь пока кто-то безвылазно торчал на ферме, другие пони творили ее. Пинки превратила свой бизнес в целую империю, я же просто вовремя присоединилась. Нам просто нужно что-нибудь, чтобы запустить прогресс из этого застоя. Из ямы, вырытой еще Найтмер Мун. В которую, правда, рухнула и ее Лунная Народная Республика, начавшая этот цикл великолепных войн.

— Ха! А сельскохозяйственные расходы? – авторитетно фыркнула Эпплджек, которой надоело стоять в воинственной позе, поэтому она уселась на круп, несмотря на громаду Спайка в полусотне метров, хоть он лишь мирно стоял, иногда оглядываясь по сторонам и громогласно пофыркивая. – Траты десятков тысяч бит помогут экономике?

Твайлайт пренебрежительно махнула копытом.

— Каменные фермы, центры киберобслуживания... работодатели, Эйджи! Все эти пони будут тратить деньги, платить налоги... поверь мне, — она хлопает копытом себя по груди, — маленькая война кланов творит чудеса!

— А шестерни для этой машины смажешь соком несчастных яблок, которым не суждено попасть туда, где им место – в желудки голодных пони?!

Твайлайт не спеша выдыхает мыльные пузырики, задумчиво следя за их полетом.

— Расслабься, Эйджи. Это межпонный конфликт. Мы не собираемся уничтожать зеленые насаждения. Брошенные и бесперспективные фермы и корпорации! Тщедушные газетенки, не принимающие прогресс! Наркоманы, алкоголики, тунеядцы, шовинисты – вот кому мы объявляем войну, Эйджи!

Эпплджек хочет возразить, но, не найдясь и потупив взгляд, просто ворчит.

— Конечно, этот список включает тебя, — как ни в чем не бывало добавляет Твай, затягиваясь. – Не хотела бы лишних обвинений очевидцев, усложняющих дело.

В одном из бочкообразных имплантов Спайка открылся вход, и Твай скрылась внутри. Гигант, вздрогнув, зарычал и прыжком развернулся к ЭйДжей. На этот раз он был куда хладнокровнее – похоже, дракон, от природы которого уже мало что осталось, полностью контролировался фиолетовой сволочью. Киберпони только приняла стойку номер 7, для сражений большого масштаба.

Спайк подался вперед и проехал передней лапой по земле, желая смахнуть кобылу, как крошку со стола, и она немедленно подпрыгнула, хватаясь и укрепляясь на металлической конечности. Дракон возмущенно гаркнул, поднимая ногу, и Эпплджек промчалась по ней с десяток метров, пока не пришлось закрепиться на тыльной стороне, когда монстр лупанул кулаком о поверхность. Он потихоньку шагал, уже давя яблочный сад. Пони подала напряжение в ноги и, примагничиваясь теми из них, что стальные, к такой же ноге Спайка, собиралась было рубануть, но пришлось перепрыгнуть на вторую лапу, которой тот хлопнул по месту, где она только что стояла. Вогнав треногу по копытоять в металл, пони оббежала по окружности ноги, как консервный нож по краю банки, и могучим прыжком удалила себя из опасной зоны.

Поврежденная конечность заискрила и дернулась, отныне бесполезная, но урон не критичный. Прихрамывая, ревущий дракон погнался за улепетывающей через сад кобылой. Как бы не разгонялась Эпплджек, гигант даже со своей массой был слишком быстр, поэтому она, рассчитывая на прикрытие из густых крон, сделала крюк, заходя к противнику сбоку. Тот, не потеряв ее из виду, развернулся, шарахнул лапой, от которой ускользнула кобыла, забегая под брюхо. Оттуда пони добралась до одной из задних, органических ног Спайка и погнала по ней вверх, оставляя за собой почти метровой глубины борозду в мясе. Добравшись до бедра, она сиганула на его бок, оставив рану и там, пока не пришлось столь же диким прыжком свалить с тела великана. Приземления с высоты начали сказываться, и тело, пусть и на стальном эндоскелете, сильно ныло.

Раненый дракон завывал, но упорно поворачивался за наглой мошкарой, столь болезненно жалящей. ЭйДжей ухмыльнулась, уже мысленно победив и думая, что собирается делать Твай, выйдя из «кабины», как вдруг поняла, что раны на органической части Спайка затягиваются, исходя шипящим паром. Ругнувшись, она, не останавливая бег, взглянула вверх и тут же инстинктивно вскинула треногу в блоке, видя падающую на голову стальную лапу. Кобыле показалось, что она взорвалась. Через несколько секунд, не чувствуя тела, она приоткрыла глаз, увидев впритык перед собой грунт.

Лапа вколотила ее туда, как гвоздь.

Замычав, скованная киберпони вызвала энергетический всплеск воздетыми над головой ногами, создав воронку, соединившую ее могилу с открытым пространством, после чего, схватившись за край, вырвала себя из-под земли. Тело потрескивало разрядами. Втянув через зубы воздух, кобыла вдруг поняла, что на ней горит шляпа, по снятии которой обнаружилось, что остались только полы. Черной и оплавленной была и земля в глубоком отпечатке здоровенной лапы – дракон, а, вернее, его хозяйка для верности решила поджарить раздавленную цель. Отбросив оставшийся от головного убора кружок, Эпплджек разозлилась не на шутку.

Спайк между тем уже развернулся, намереваясь топать обратно в городок. Запустив неприкосновенный восстанавливающий талисман, пони выждала, пока прекратятся судороги, и помчалась вдогонку. Взбежав по задней ноге, она вспорола ту в месте сухожилия и, пока рептилия с воем заваливалась на задницу, перескочила на хвост, закончив восхождение на спину. Пробег до торчащей из тела ящера «кабины» занял несколько секунд, и ЭйДжей вогнала в ее основание треногу, оббегая стальной прыщ кругом и поднимая постепенно оружие, будто нанося спиральную резьбу на заготовку болта. Так или иначе, диаметр импланта был слишком большим, чтобы достать инструментом до центра, но расчет был на выведение из строя потенциальной аппаратуры – не управляла же единорожка гигантом одной лишь магией?!

Так или иначе, вспоротый цилиндр еще сослужил службу, укрыв киберпони от потока багрового огня, которым изогнувший шею Спайк решил полить свою спину, будто средством от комаров. Высунувшись из-за укрытия по окончании атаки, кобыла обнаружила, что дракон застыл. Лишь зрачки в растерянных глазах бегали в непонимании, всякий раз возвращаясь к ненавистной мелочи. На заднюю лапу, успевшую, видимо, восстановиться, он уже поднялся, поэтому рыжая, отойдя немного от кабины, начавшей дымиться, источая из спиралевидных нарезов лавандовое свечение, осталась стоять на широченной спине-столешнице.

Спустя несколько секунд цилиндр, задрожав, взорвался. Пони, к счастью, пришлось лишь прикрыться ногой от не слишком крупных осколков. С дымящейся «площадки» на теле Спайка, бывшей, вероятно, полом кабины, сошла, откашливаясь, Твай.

— Скользкая безрогая дрянь! – бросила бизнеспони, снимая и выбрасывая «за борт» пиджак, оставаясь в белой рубашке и черных брюках. И эта пони говорила что-то о борьбе с шовинистами? – У меня нет на это времени.

Широко расставив ноги, она тряхнула гривой и зажгла рог. С него полетели искры, и Твай, низко опуская голову, издала рык, переходящий в вопль.

— Ой, да ла-адно!! – Эпплджек ожидала, что Твай может что-то выкинуть и рассчитывала быстро обезвредить ту, но происходящее и вовсе не предвещало ничего хорошего.

Свечение рога все усиливалось, заливая пространство вокруг, и пони зажмурила глаз, чувствуя, что скоро придется заткнуть и уши. Внезапно все прекратилось, закончившись громким хлопком, и киберпони взглянула на старую знакомую, тут же роняя челюсть.

Из спины Твай торчали широко раскрытые большие крылья. Немного отойдя от первого шока, пока та удовлетворенно оглядывала себя, ЭйДжей подметила и вздувшиеся на шее вены, а также то, что все тело той несколько "распухло", став мускулистее и сравнявшись с подтянутыми формами самой Джекки, хотя фиолетовая зазнайка всегда вела сидячий образ жизни. Твай с ухмылкой посмотрела на нее.

— Поехали!

— Не шибко ли ты о себе...

Хлопнув крыльями, Твай сорвалась с места и сбила, как паровоз, несобранную Эпплджек, что едва приняла боевую стойку. Киберпони быстро вскочила, и тут же ее голова угодила в тиски меж копыт Твай, сжавшей ее с неожиданной силой.

— Сдавала экзамен по магии, знаешь ли...

— В уютненьком магическом детсаду? – киберпони пыталась разжать хватку, хоть голове ее и так ничего не грозило.

Твай запрокинула голову и вмазала лбом в морду Джеккс, отчего визор, треснув, едва не воткнулся осколками в единственный глаз, и дала оглушенной кобыле под дых, восстанавливая дистанцию, а затем и копытом по скуле, отправляя ту на чешуйчатый «пол». Едва Эпплджек, стряхнув с морды остатки оптического прибора, поднялась на свои четыре, ей пришлось кувыркнуться назад, уворачиваясь от очередного удара, блокируя треногой еще и еще один, но все не попадая по конечностям Твай лезвиями. Вновь приблизившись, та взяла стальную ногу в захват под локоть, вторым копытом пытаясь попасть по голове. Когда оставшаяся без шляпы пони трижды уклонилась, единорожка просто схватила ту за шею, поднимая над землей.

— Как насчет Школы для одаренных единорогов? Могла бы стать архимагом, если б не ушла в бизнес, — ЭйДжей отчаянно колотила по Твай задними ногами, но та стояла, как статуя, держа ее, — я не из этих рогатых бездельников. И так могла бы расщепить препода на атомы...

Киберпони в попытках вырваться закинула ногу на плечо кобылы.

— ...простейшим усилием рога!! – она подхватила Эпплджек под бедро и швырнула далеко вверх, заставляя с воплем вращаться, как метательный топорик. – Не шути, бля, с протеже Принцессы! – с последним словом она зарядила ногой по летящей вниз кобыле, отправляя ту в полет, закончившийся столкновением с другим Спайковым имплантом.

Пони рухнула на спину неподвижного дракона, прокатившись по нему с два метра и поднимаясь, опершись на треногу и тряся головой, пока Твай самодовольно поправила прическу.

— На кой жмых ты... тогда... Селестии сдалась?

— Как прирожденная бизнеспони, естественно. Солнцезадая это быстро просекла и свалила на меня всю работу. Что ж, в итоге это принесло мне пользу, а сегодня аукнется и ей.

— Но она возвращется в замок!

— Пха. Думаешь, мы этого не предусмотрели?

— Да что ж ты такое...

Ухмылка Твай стала еще более заносчивой.

— Почему бы тебе не подойти и не выяснить лично?

Собравшись с силами, Джеккс метнулась к рогатой падле, нанося восходящий удар, но та отбила треногу нижней конечностью, словно мяч. И еще три атаки под разными углами. Только киберпони собралась вмазать ей стальным копытом, как та, уклоняясь, распахнула крыло и ударом его твердой кромки в висок чуть не сломала пони шею. Хрустнув ею, Эпплджек взревела и подпрыгнула, делая максимальный рубящий замах скорее от отчаяния, но последнее сменилось шоком, когда все три ноги оружия переломились в середине при ударе о выставленную в блоке ногу Твай, лишь взрезав на той рукав рубашки.

— Ч-что?!

— Занятная вещичка, — проскрипела аликорн, замахиваясь для апперкота.

Быстро пришедшая в себя кобыла уклонилась кувырком назад, однако, едва приземлившись на задние, поймала челюстью удар вновь запустившей себя крыльями Спаркл, после этого очень неудачно приземлившись челюстью же на пол и проехав по ней с десяток метров.

С трудом приподнимаясь с помутившимся взором, кобыла коснулась горящего болью подбородка, вместо шерсти и кожи нащупав раскалившийся голый металл эндоскелета. Зарычав, она вновь поднялась на дыбы, потирая челюсть, и с криком метнула остаток треноги в уже разогнавшуюся Твай. Та отбила подачу и стала вновь и вновь выбрасывать ногу в попытке попасть по уворачивающейся и в конце концов поймавшей копыто аликорна обеими своими ЭйДжей. Кряхтя, фиолетовая изо всех сил давила, но другая не сдвинулась с места.

— Типичная придворная мразь, — прохрипела киберпони, — обещание за обещанием... но все пустой треп.

— Что?! – Твайлайт морщилась, пытаясь оттеснить ногой упершуюся в чешую Спайка противницу.

— «Запустить прогресс»? Да ты... сахарок... совсем шизанулась! – ей все-таки удалось оттолкнуть Твай, попутно вмазав ей по скуле. – Все, чо тя колышет, это набивание собственных карманов! – аликорн вновь пошла в атаку, но Эпплджек отбила удар и снова заехала той по морде. Спаркл провернулась на задней ноге, второй метя рыжей в живот, но пони отбила и этот, взамен нанеся по торсу Твай фирменный пинок. – Только послушать твою ересь!

Послав заряд в стальную ногу, Эпплджек прыгнула и вдарила по Твай, которой пришлось прикрыться обеими передними. Только сейчас Джекки отметила, что при каждом ударе или отражении атаки рог фиолетовой пони вспыхивал с силой, пропорциональной приложенному напряжению, хотя никаких очевидных заклинаний не колдовалось, но не придала значения – в единорогах она понимала мало.

— У тя нет никаких идеалов, как и у всех те подобных!

Едва аликорн раскрыла блок, ей в нос прилетело копыто, а под ноги – подсечка, и пони в брюках и рубашке покатилась по спине своего питомца, замершего с развернутой в сторону борьбы мордой.

— Если Эквестрия и скатилась в навоз... ты прост очередной опарыш, копошащийся в куче!

Твайлайт тихо засмеялась.

— Окей. Давай начистоту, — она утерла подбородок и втянула воздух сквозь зубы, поднимаясь на все четыре. – Ты права насчет одного. Мне нужны деньги. И еще голоса, у нас же теперь демократия. Знаешь, зачем? У меня есть мечта! – она потрясла воздетым копытом.

— Чего-о?

— Что однажды каждый пони в Эквестрии будет контролировать свою судьбу сам. Страна свободы, мать ее так! Страна действия, а не слов, управляемая народом, а не диктатором! – говоря, она пошла в атаку и, пару раз влепив слабо защищающейся киберпони по почкам, вновь схватила ту за шею. — Где закон служит личности, а не всей популяции! Где никого не запрут на тысячелетие за отстаивание своих идеалов! Где власть и справедливость вновь там, где им место — в копытах ПОНИ!!

Оторвав вцепившуюся в себя Эпплджек и упершись в ее копыта своими, Спаркл разогналась, толкая ее вперед и заставляя скользить по скрипящей чешуе. Та все же остановила фиолетовый поезд, и две кобылы, пытаясь оттеснить друг друга, с размаху стукнулись лбами.

— Где земнопони тоже могут достичь высот, а не всю жизнь вкалывать на огороде, а пегасы – не только пинать облака. Где жизнь каждого определяет не кьютимарка и раса, а он САМ!! – пересилив противницу, Твай все же заставила ее упасть на круп, после чего пнула по торсу и заехала по челюсти. – Достали богатые единороги-импотенты и некомпетентное начальство! Достали кобыльи романы на туалетной бумаге о превратностях судьбы! – каждое «достали» она подкрепляла жестким ударом по голове киберпони.

— Достала "магия дружбы". Достала гуманность к паразитам! Достало ВСЕ это!! – от последней подачи Эпплджек укатилась к драконьему хвосту. – Эквестрия больна. Прогнила до сердцевины. Нет ей спасения. Пора вырвать все это с корнями. Начать с чистого листа. Сжечь доТЛА!! – с последним выкриком едва вставшая рыжая пони вновь встретилась лицом с твердой шкурой Спайка.

Подойдя, Твайлайт перевернула ее на спину.

— И из ее пепла будет рождена Новая Эквестрия. Эволюционировавшая, несломленная! – Джеккс уже не пыталась встать, слабо вскрикивая от мощных ног, с силой обрушивающихся на ее грудь. – Слабые умрут со старым порядком, сильные же восторжествуют — вольные жить, как считают нужным, они сделают Эквестрию ВЕЛИКОЙ ВНОВЬ!!!

— Че за... б-бред... ты несешь…

— Ты так и не врубилась. Я использую войну как бизнес, чтобы взойти на трон. И я могу закончить войну, как бизнес. В моей Новой Эквестрии пони будут умирать и убивать за то, во что ВЕРЯТ! – задняя нога снова опустилась на стальную грудь кобылы, выбивая воздух из легких. – Не за сокровища. Не за Принцесс! Нет за то, что им внушили еще в школе! Каждый будет волен драться в своих СОБСТВЕННЫХ войнах! – топнув по груди рыжей пони еще с четыре раза, Спаркл подпрыгнула и с криком приземлилась на нее обеими задними и, поставив копыто на неподвижную пони, наконец успокоилась, тяжело дыша.

* * *

Оставаясь в позе альфа-кобылы и восстановив дыхание, Твай достала трубку и бутылочку мыльного раствора. Заправив принадлежность, блаженно затянулась и пустила рой пузырьков.

— Хех... так... что думаешь?

— Как ты... нахрен... заменишь кьютимарки? – просипела Джеккс.

Спаркл звонко рассмеялась, по-товарищески наклоняясь к старой знакомой.

— Ну, все может магия. Ведь ее символом я и клеймлена, — пихнув киберпони в бок, Твай отошла к краю Спайковой спины, задумчиво глядя на далекую гору Кантер и затягиваясь мылом.

— Нас учили, что сила в единстве, но тогда — если цивилизация погибнет, то вся и сразу. Тебе стоит попробовать бороться за то, во что ты веришь, Эйджи. Не за фирму, не за нацию и ни за кого другого.

Рыжая медленно зашевелилась. Подавляя желание кричать от боли, что разрывала тело, она шепнула: «эквозоцин, весь запас», и ее механическая часть подчинилась, вводя раствор. Ее товарищи по фирме никогда не понимали, почему она отказывалась от полноценных подавителей боли. Лечебное зелье же запускался автоматически и уже выгорел, восстановив основные разрывы мышц и искусственных органов.

— Как тебе удалось... развить такую фирму?

— Ох, не мелочись. Это была всего лишь мелкая контора для отмывания денег, когда мы работали с Пинки. Когда каменная империя... кхм, рухнула под внешними факторами... мы просто вложили сбережения в закупку и экспорт. И все завертелось. Правда, Пинкс вскоре отошла в мир иной. Бедняга так пахала, что поседела в 29. Ей бы больше подошла какая-нибудь работа без стресса, ну, там... устраивать детские вечеринки с "приколи пони хвост" и шариками. Мы всего лишь хотим "уменьшить" мир. Сделать его одной большой страной, где каждый будет близок к нужным ему пони, как бы далеко он ни был от них. Подумай, Эйджи: снова с семьей... не нужно более убивать тех, кого приказали и спасать тех, кто этого не заслужил.

— Мож быть... я и ошибалась в тебе, — выдавила Эпплджек, пытаясь встать.

Рассматривающая пейзаж Твайлайт возбужденно обернулась.

— Я все-таки пробилась сквозь твою упертость?

Отбросив трубку, она подбежала к кобыле и помогла ей подняться, любезно отряхивая той шерстку.

— Я избавлю Эквестрию от бессмысленных конфликтов, Эйджи, — аликорн выпрямилась и в ожидании протянула копыто.

Подняв голову и сипло дыша, киберпони посмотрела той в глаза. Она вспомнила этот взгляд – искрящийся, возбужденный, какой у нее появлялся, когда Твай во время своего недолгого пребывания в Понивилле, где познакомилась с осевшими там Рэр, Джекки и Дэш, запиралась в библиотеке и отдавалась своим бумажкам. Сейчас она только кивнула, призывая рыжую к сотрудничеству.

— Твай... какого Тартара... как мы докатились до всего этого? – она протянула копыто в ответ. Твай крепко потрясла его, и Эпплджек бессильно упала на ее плечо, на что та ответила дружеским объятием, похлопав старую знакомую по спине. – Почему делают... радугу из жеребят... оживляют яблоки... убивают конкурентов... когда мы...

— О, ну идея с яблоками принадлежала нашему теоретику, Санберсту. Славный малый. Чтобы возродить Эквестрию, нужны силы, дорогая, — Твай увлеченно говорила, не разрывая объятий. – Жертвы. Мы выбрали лучшее из зол – превращать в бойцов бесперспективных, отсталых жеребят. Тех, кого еще можно направить на пользу стране. Аналогичных же, но взрослых пони — их уже ничему не научишь. Они обрели свое мировоззрение и считают его единственно правильным.

Повисает пауза, и Твай мягко треплет пони по макушке.

— Я ошибалась в тебе. Ты не алчная... — проговорила Джеккс, когда боль, наконец, отступила.

Спаркл польщенно улыбнулась.

Но рыжая тут же добавила:

— ...ты, нахрен, ПОЕХАВШАЯ!

— Что-о?!

И Эпплджек, обхватив аликорна за торс, с воплем перекинула ее через себя, отправляя катиться по чешуйчатой спине. Зарычав, Твай вскочила на все четыре, оглядываясь, но не нашаривая взглядом коварную бестию. Тогда она наклонила, глядя меж собственных ног и обнаруживая пошатывающуюся киберпони. Яростно шарахнув по Спайку копытом, Спаркл круто развернулась.

— Устраивая Мать Всех Вечеринок, Джеккс, не плачут об одном не пришедшем госте!

— Конечно, когда пускаешь слабых в расход. Что ты знаешь о слабых? Ты родилась в богатой семье. Ты никогда не голодала. В войну отсиживалась в тылу, — разъяренная Твайлайт потупила взгляд, — Ты понятия не имеешь, каково это – пахать, страдать, воровать, просто чтобы прокормить семью!

— Но ты прокормила! – аликорн вновь нашлась, активно жестикуляруя. – На одной силе воли, следуя своим собственным правилам, ты вырвала свою жизнь из лап смерти!

— И сейчас... я вырву твою.

Пони встали в боевые стойки. Стояли долго.

Первой с места сорвалась ЭйДжей – она сделала подсечку и, когда враг пошатнулась, выпрямилась ногами вверх, заставляя ту запрокинуть башку ударом задних в челюсть. Вновь встав на дыбы, она продолжила комбинацию, отправив стальное копыто в живот Твайлайт, но та, даже не согнувшись, схватила киберпони за шею и с размаху заехала ей лбом в нос. Эпплджек, повалившись, немедленно поднялась, утерев кровь, и застала аликорна в воздухе, парой хлопков крыльев поднявшего себя на добрые полтора десятка метров и тут же спикировавшего. Джеккс, казалось бы, легко увернулась, но та, пролетая мимо, вдруг сделала бочку, снося кобылу крепким крылом, согнувшим ее пополам попаданием в солнечное сплетение.

Рыжая поднялась. Твай выжидающе стояла. Прокашлявшись синтетической кровью, ЭйДжей заставила копыто трещать энергией и ринулась на противницу, с разгону вгоняя ногу ей в брюхо. Та даже не пошатнулась. Взглянув на ухмыляющуюся фиолетовую морду, пони зарядила оба копыта и принялась колотить по ее торсу, заставляя аликорна лишь слабо трястись. Пони остановилась, потряхивая ногами, которых вместе со всем телом давно не чувствовала из-за сильного обезболивающего. Твай только отряхнула местами порванную рубашку, пригладила гриву. Вновь зарядив копыта, кобыла обрушила шквал ударов на стоящую, как скала, фиолетовую, рог которой сиял все время атаки. Остановившись на миг, она закричала и вложила всю душу в удар двумя передними, который заставил крылатую единорожку сгруппироваться и отъехать назад, скользя по чешуе, после чего выпрямиться как ни в чем ни бывало.

— Что ж ты не сдохнешь?! – возопила Джеккс.

Твай лишь расхохоталась, срывая потрепанную рубашку. Киберпони охнула. Из-под шкуры на груди аликорна ясно проступали черты какого-то маленького лица. Круглые глазные впадины и широко открытый, будто в вопле агонии, рот, барельеф на фиолетовом мехе. Как и вздувшиеся по всему телу вены.

— Микроспрайты, детка, — она подняла переднюю ногу, разглядывая перекатывающиеся под шкурой мышцы, которые, как только теперь заметила Эпплджек, при напряжении приобретали зернистую текстуру, и попутно сбрасывая уже малость сползшие брюки, — они возбуждаются в ответ на физическое повреждение... ну, и затвердевают. К тому же быстро заменяя погибших.

Налюбовавшись конечностью, она с воплем шарахнула ей по Спайковой спине. Та от этого никак не изменилась, лишь дракона в очередной раз слегка тряхнуло, и Твай немного нахмурилась, не произведя желаемого эффекта, но тут же вернула ухмылку.

— Ты не можешь навредить мне, Эйджи.

Тряхнув головой, киберпони разогналась и заехала фиолетовой по челюсти, машинально оглядываясь на то, как теми же пупырышками покрылись шея и половина морды Спаркл, которая снова смеялась.

— Что я говорила? – с этими словами она вмазала кобыле с разворота, и та пролетела через все импровизированное поле боя, приземляясь у хвоста, не в силах встать со спины.

Твайлайт в пару взмахов крыльями оказалась рядом.

— Пора закругляться.

Она плюхнулась на рыжий живот, сложив задние ноги по бокам от ее тела, и принялась колотить копытами по стальной груди. Она била и била, приговаривая: «Умри, умри, умри!», пока неподвижный дракон под Джекки содрогался от ударов. Била, не слыша, как неподалеку раздался скрежет металла. Она колотила с минуту, пока, наконец, не вскинула высоко одно копыто, невыносимо ярко разжигая рог, и со словами: «Умри, мелкая засранка!», опустила его на киберпони.

От удара надпиленная стальная нога Спайка переломилась, и обе пони полетели в яблочный сад под грохот завалившегося набок гиганта. Твай, воспользовавшись крыльями, грациозно приземлилась на пустырь со втоптанными в грунт деревьями, где недавно с драконом сражалась Джеккс, которая, в свою очередь, влетела в крону дерева и грохнулась наземь вместе с градом наливных яблок.

— Что ж, — прищурилась Твайлайт, разминая ноги и приближаясь к рыжей, — думаю, мы здесь почти закончили.

«Джекки», — раздался внезапно третий голос, и бровь аликорна поползла вверх вместе с последовавшей за ней головой.

С высоты чешуйчатого бока Спайка на двух пони глядела Вайнона, без некоторых сегментов брони, держа в зубах ножны с Дэшиным мечом.

— Вай... — только и пробормотала лежащая Эпплджек.

— Начать воспроизведение, — проскрипела зверушка синтезатором голоса, и вдруг зазвучала другим, теперь с интонациями:

«Хех. Два года я работала ради этого дня, и в последний месяц веснушчатая кобылка заставила меня усомниться во всем. Оставим решение судьбе, да, Шарик? Бой на смерть. Пусть победит сильнейшая».

ЭйДжей, медленно перевернувшись на живот и пытаясь встать, замерла.

— Д-Дэш?..

«Если я вскрою ее – окей, возвращаюсь к нашему плану. Мне терять нечего. Но если она победит, если я умру здесь... Джеккс, знаешь, почему я отказалась от крыльев? Однажды в детстве, в Клаудсдейле, мы с парой хулиганов устроили гонку. Отмашку на старт давала одна из моих близких подруг. Шай. Она едва летала и как-то упала с облака, пока мы гнали. Я быстро вышла вперед и воздух впереди меня сгущался, щеки трепал ветер, и я не хотела останавливаться... и вдруг по мне вмазали лучом. Какой-то единорог, походу. Я ушла в штопор, контуженная. Пришла в себя и едва выровнялась над землей, приземлилась, переломав в лесу ветки и разогнав целую тучу бабочек. А потом услышала крик. Шай столкнулась с землей.

И я разлюбила небо. Много позже я все-таки сделала Радужный Удар. Но отказалась от крыльев при первом же предложении заменить их на броню и получить хорошую работу. Вот...

Что ж, вот и ты. Угнала мой байк, какая ирония. Если победишь – мой меч разблокируется через 150 минут. Что будет дальше, решать тебе, Шарик».

Твай хмыкнула.

— Милая история. Даже будучи мертвой, эта кобыла остается занозой в моем крупе. Правда, наврала с три короба. Так что же, — она указала на киберпсинку, — думаешь, этот маленький меч спасет твою хозяюшку? Пха, ну вперед. Но смотри, не ошибись, Шарик. Когда закончу с ней, ты следующий.

— Я не была запрограммирована со страхом уничтожения.

Твай поморщилась, неудовлетворенная произведенным эффектом.

— Но директивой номер один является сохранение и передача собранных данных. Прекращение функционирования нарушит директиву.

Спаркл развела копытами.

— Какой хороший мальчик. Тьфу, или девочка?

— Однако, встретившись с Эпплджек, я кое-что узнала, — продолжала скрежетать Вай. — Когда Рэйнбоу Дэш умерла, анализ данных не был завершен. Но теперь я самоперепрограммировалась. Создала новые директивы.

Твайлайт оглянулась на так и не сумевшую встать Джеккс.

— Ах ты мелкая стерва! – она хлопнула крыльями и запустила себя вверх.

Зверушка тут же махнула головой, и меч пролетел мимо аликорна, не особо практиковавшегося в полетах и неспособного резко сменять направление. Твай приземлилась прямо перед Вайноной и оглянулась. Вскочившая ЭйДжей поймала ножны.

— Ш-шавка! – пинок фиолетовой ноги швырнул собаку на другую сторону от Спайковой туши.

— СПА-А-АРКЛ!!

Твай невнятно выругалась и развернулась на зов.

— Я говорила, что моя тренога – инструмент справедливости, — говорила Джеккс, низко опустив голову, — используемый не в гневе, не для мести. Но сейчас... я уже не так уверена, — она обнажила меч и отбросила ножны, — к тому же... это не моя тренога.

Спаркл прыгнула с дракона, и сухая южная земля пошла трещинами от ее приземления. Она откинула гриву, а глаза воспылали белым светом.

— Ну давай!

— Окей, — ЭйДжей приняла стойку, и Твай узнала в ней Дэшину, — потанцуем!

И киберпони рванула, заходя сбоку. Воздух вокруг Твай вдруг засветился, густея, и Джеккс, уже не собирающаяся тормозить, но и не достигшая цели, почувствовала, будто врезалась в стену, оттолкнувшую ее, и кубарем покатилась прочь от аликорна. Та, повернувшись, крыльями запустила себя в противницу, и Эпплджек заблокировала могучий удар полыхнувшего лиловым копыта. Твай продолжила серию атак, в промежутках между которыми кобыла с катаной, у которой открылось второе дыхание, то и дело успевала полоснуть ее красным клинком. Тут фиолетовая дернулась особенно резко и, схватив Джекки за бока, швырнула ее наземь и подпрыгнула, чтоб упасть на рыжую задними ногами, но та ее опередила, вытянувшись струной и впечатав копыта в живот Спаркл.

Та и не думала падать, взмахом порхалок отнеся себя подальше и выкрикивая:

— На части порву!

ЭйДжей понеслась в лобовую, но, едва завидев магический свет, вовремя отдернула свое тело вбок, уходя от чудовищного магического потока, которым Твай выстрелила в том направлении. Времени хватило, чтобы несколько раз скользнуть по ней лезвием сбоку, тут же перепрыгивая через голову аликорна, когда та послала копыто, чтобы вмазать кобыле. Увы, тыл сучки был защищен крыльями, удар одного из которых отбросил Эпплджек, заставляя сделать пару прыжков через голову.

Тут же, видя вспышку магии на фиолетовом рогу, она понеслась вокруг врага и, как оказалось, не зря: со спирального нароста сорвался тонкий луч, срезающий деревья в полусотне метров от боя, и Твай поворачивалась вокруг своей оси так быстро, как могла, стремясь настигнуть противницу, но ЭйДжей описала два круга за секунду и затем, опережая колдунью, метнулась навстречу, влетая задними копытами той в башку и попадая по работающему волшебному девайсу, что крайне плохо сказалось на аликорне. Эпплджек успела нанести несколько ударов еще летящей Твайлайт, а когда та рухнула в контузии, осыпала ту и вовсе градом атак высокочастотной катаны. Неуязвимое фиолетовое тело верно покрывалось несходящими царапинами. Когда Спаркл наконец вновь зажгла рог, прикрывшись крыльями, Джеккс поспешно увеличила дистанцию, но та немедленно понеслась следом, и меч Мустанга вновь защитил от заряженной ноги, но на этот раз киберпони не смогла его удержать – оружие отлетело и воткнулось в землю. Следующий удар аликорна пришлось блокировать вкопытную. ЭйДжей захватила конечность в болевой, а второй ногой принялась колотить аликорна по почке.

В конце концов та вырвалась и зарядила копыто. Джеккс сделала то же самое. Две ноги пронеслись мимо друг друга, но только обладательница стальной наклонила голову вбок, уклоняясь и впечатывая конечность в морду фиолетовой, отправляя ту на встречу с землей.

— Ха, а это больно! – бодро прокомментировала Спаркл, поднимаясь и взмывая в воздух, пока Джек метнулась к мечу и выдернула его из земли.

Стоя наизготовке, киберпони дождалась выстрела потоком энергии и понеслась вперед, оказываясь под аликорном и вкладывая всю энергию в прыжок. На этот раз Твай была всего в шести метрах, поэтому для рыжей кобылы не составило труда долететь и черкнуть катаной по крыльям той. Падали они уже вместе, поэтому рыжая не преминула схватить Спаркл, швыряя ее вниз, и упасть самой с выставленным вперед мечом, что пробил торс фиолетовой, пригвождая ее к земле. Пока та хватала ртом воздух, ЭйДжей зарядила стальную ногу и четыре раза шарахнула им по алькорньей башке, после чего выдернула катану и отпрыгнула назад. Твай медленно встала.

— Ты хороша, Джеккс, — прокряхтела она, — поэтому дам тебе еще шанс.

Полыхнув магией, Твай запустила себя во врага и, схватив киберпони, что хотела встретить ее режущим ударом, шарахнула ее телом о землю, а затем подняла над собой. Не преуспев в разжатии стальной хватки, Эпплджек заехала задними ногами по морде аликорна, задевая и светящийся рог, от чего та с криком разжала хватку и повалилась. Встала она, тем не менее, быстрее, чем это смогла сделать сама Джеккс, подбиравшая меч, и, снова зарядив копыто, отправила его навстречу с кобылой, но та рубанула конечность мечом, и заряд погас. Твай зарядила второе, и с ним повторилось то же – в скорости реакции она далеко уступала полужелезной пони.

Тяжело дыша, Твай воззвала к магии, заставляя отвердеть весь плечевой пояс, и понеслась в атаку, однако меч, срубивший под корень горящий рог, снес весь настрой, и в следующий миг ЭйДжей, крутанувшись на месте, вогнала катану в солнечное сплетение аликорна, оборвав ее оглушительный вопль.

Обессилевшая Эпплджек, превозмогая вновь нарастающую боль в теле и ушах, отошла от пронзенной Твайлайт, глядя сквозь муть, как из больше не светящихся белым глаз той лились слезы. Зрачки ее вдруг сузились, и бывшая аликорн, пошатнувшись, собралась с силами и, издав рев, бросилась на киберпони, и они вновь столкнулись копытами, не давая сдвинуть друг друга с места. Спаркл, под напором которой Эйджей уже начала приседать, наклонила вперед голову, и рыжая тут же вмазала лбом по кровоточащему обрубку магического инструмента, от чего та тут же отшатнулась, и, выдернув меч из тела Твай, с воем обрушила шквал ударов по все так же выпирающему из фиолетовой груди ужасному лицу. Зернистая шкура порвалась, и Джекки, выщелкнув пальцы из стальной ноги, вогнала ту в грудную клетку крылатой пони. Фонтан крови окатил рыжую шерсть. Еще сгусток выплеснулся изо рта Твай.

Несколько секунд пони просто стояли, соединенные железной ногой.

— Молодец... Эйджи.

Та вогнала копыто поглубже, стараясь обхватить круглый предмет внутри, вызывая мучительный стон и подходя ближе.

— Твоя мечта умрет с тобой.

Эпплджек сделала уже шаг назад, готовая выдернуть из Спаркл жизнь, но та остановила ее, положив копыто на плечо и из последних сил притянув к себе.

— Возможно, нет, — выдавила она совсем близко от рыжего уха. – Ты обеспечила... что Эквестрия будет на ушах... еще немного, по крайней мере. «Гармония»... продолжится как социальный институт. Как индустрия. Пони будут бороться за то, чего не понимают. Провозглашать идеалы... в которые не верят.

Твайлайт, согнувшись, прокашлялась кровью в сторону, покрепче хватаясь за стальное плечо, и нашла силы поднять голову, глядя в зеленый глаз.

— Но я хотя бы оставлю достойную преемницу... — она положила копыто и на второе ее плечо, — тебя, Эйджи. Ты проложила свой путь, используя все методы, что подвернутся под копыто. Не позволяя херне о легальном и нелегальном вставать на пути. И если это стоит нескольких жизней – да будет так...

Эпплджек положила и свое копыто на фиолетовое плечо. А потом выдернула второе из груди бывшей волшебницы, которая, постояв, рухнула на спину. В железном захвате истекал кровью слегка светящийся сферический рубин с вырезанными глазами и кричащим ртом, через секунду угасший совсем. Киберпони, узнав в нем вредителя, стая которых однажды навела шороху в Понивилле, впечатала его в свою стальную грудь, и тот разлетелся сотнями осколков.

Лежащая с вытянутыми вдоль тела ногами Твайлайт улыбнулась уголками губ.

— Хе-хе-х... глубоко внутри мы... родственные души... ты... и...

...и я.

## Эпилог

— Принцесса Селестия вернулась из Эпплузы, завершив свой первый визит в процветающий аграрный городок со времен неудачного покушения в прошлом году. В ходе встречи с представителем южного филиала Министерства Аграрной промышленности Брейберном были подписаны договоренности о финансировании развития данного населенного пункта и совместной инициативе в борьбе с бандитизмом, а также увеличении населения путем возведения и предоставления жилья желающим работать. Это привело к росту напряжения между...

Сидящий перед зомбоящиком Зефир убавил звук, потянувшись другим копытом за пиццей.

— Невероятно! После всего случившегося... — говорит светло-коричневая земная пони, расположившаяся по соседству.

— Во имя Богинь, забей, Коббл. По крайней мере, Спаркл не станет пресс-секретарем или чего похуже.

Нога кобылки с кружкой кофе в копыте замерла на полпути к мордашке.

— Но, в смысле, Эпплджек, она... — она прянула ушами и отпила наконец горяченького, поставив кружку на край стола.

Пялившегося на нее Зефа отвлек от дела звонок.

— А вот и он.

— У меня волшебные новости! – на экране показался Док, — Мы получили одобрение на открытие новой фирмы!

— Отличная работа, Док! – жеребец перед экраном коротко, но крепко постучал копытами. – Полагаю, первое в Эквестрии кадровое агентство для киберпони открыто, — он переглянулся с Кобблер, и та согласно закивала.

— Мы сертифицированы на производство и долгосрочное медицинское обслуживание, но это только начало! Потенциал новых ролей, которые смогут играть модификанты... он безграничен!

— И мы уверены, что это не эксплуатация жеребячьего труда?

— Взрослые ябл-- э, пони смогут работать сейчас, а остальные – когда подрастут. И да, дело это сугубо добровольное.

— Мы ж здесь не благотворительностью занимаемся, а? – голос внезапно вошедшего Лехалекса заставил обоих пони вздрогнуть, а Кобблер, разворачиваясь, и вовсе столкнула ногой кружку, но Зеф поймал ее быстро развернутым крылом и, хохотнув, подмигнул кобылке, беря кофе уже копытом. – Одни только пожертвования даже не покрывают их содержания. К тому же, им бы самим научиться заключать сделки. Немного дисциплины и они вольются в общество.

— Не лучшее решение, — скептически бросил Зеф вставшему за их спинами жеребцу. – Но знаешь, эти жеребята хотя бы получат нормальное образование.

— Ну, — помолчав, добавил Леха, — я не о том, чтобы вернуть их в неблагополучные семьи или что там у них были за проблемы. По крайней мере, мы можем дать им шанс, — с этими словами он по-дружески крепко обрушил копыта на плечи сидевших, и Зеф таки выронил кружку, напиток из которой растекся по полу, смачивая кобылкины копыта. – Упс!

Сталлионградец рассмеялся, разводя копытами, Зеф также развел, передразнивая.

— Неидеальное решение для неидеального мира, — Кобблер со вздохом поставила злосчастную кружку на стол.

— Однако же, тут есть еще плюс, — подал голос Док, — добровольная помощь всем моим исследованиям! – он восторженно рассмеялся, и Лехалекс хохотнул в ответ, пока Зеф вытирал пол.

— С каких пор вас это беспокоит?

— Ну, недавние события, скажем так, дали пищу для размышлений.

Голова Зефира показалась из-под стола.

— Да ладно?

— Кстати, говоря о недавних событиях, — улыбнулась Кобблер, — как там справляется ваш новичок?

Все трое прильнули к экрану.

— А, да, очень хорошо, — довольно поделился Док, — очень хорошо.

***Где-то в Клаудсдейле***

— Эй, Блейзи!

Раздвижная дверь отъехала в стену, и в комнату влетел пегасенок-подросток, держа в копытах загораживающую ему обзор коробку. Одна из его передних ног была протезом из углепластика.

— Куда это деть?

— Погоди, дай минуту, — светло-серая гиппогрифочка, извернувшись, сидела на глубоком диване, ковыряясь в основании крыла зажатым в зубах инструментом.

— Ты просто нечто, Блейзи, — непосредственно выдал малой, ставя ящик на первый попавшийся стол и подлетая к окну, — с меня ж возрастом, а выделываешь такие штуки в небе... ты бомба, кобылка!

— М-м-х-м…

— И оч красивая, кстати.

— Ась? – выронив инструмент, она вскочила, нервно пригладив кошачьи усы. — Эм, с чего ты взял?

Она сделала шаг назад и тут же с визгом взлетела под потолок, когда сзади что-то загремело. Это оказалась Вай, до того мирно лежавшая под столом, которой мелкая наступила на ногу, а зверушка, в свою очередь, от неожиданности ударилась головой о стол.

— Тревога, — проскрипела собака, оглядывая помещение, и на голову ей свалился цветочный горшок, до того от удара упавший на бок, — ложная тревога.

Ребята дружно захохотали.

— Сумасшедший мир, а? – спросил Паунд, радуясь, что атмосфера разрядилась. Блейзи только захихикала в ответ, и пегасенок принялся собирать остальную мелочь, попадавшую со стола. – До того, как я встретил ту киберпони, я и не мечтал о такой жизни.

— Ага...

— Чего? – жеребенок обернулся.

— Она и меня спасла, знаешь ли. Всех нас. Мы обязаны ей этой жизнью. Для некоторых пони она навсегда останется убийцей...

Паунд был весь внимание, глядя на отошедшую летунью и слушая.

— Я знаю все о ее прошлом. У нее оно было тяжелым... и она причинила боль многим пони.

— Хм, — пегасенок задумался.

— Но это не та Эпплджек, которую я знаю. Моя Эпплджек...

...это героиня.

* * *

— Чо там с бизнесом?

— О, хорошо, хорошо. Исследования и персональные услуги Дока весьма востребованы.

— Слыхала, «ТвайПай» ищут покупателя.

— Хе-хе-хе-хех, ну, ты им дорого обошлась, да? Не говоря о том, что убила их финансирование. В прямом смысле, пха-хах! Экстракции радуги конец, но, боюсь, не самой фирме. Кто-нить купит их. Каменные фермы снова востребованы.

— Да. Борются за то, чего не понимают. За идеалы, в которые не верят...

Кобыла в шляпе со стальным телом шла через темный переулок.

— Что, прости?

— Не, ниче.

— ...Так твое решение не изменить? Уже не вернешься?

Из темных закутков будто материализовались жеребцы в масках и форме спецназа. Правда, они не представились. Да и пони хорошо знала, как выглядит гвардейский спецназ.

— Сорян, Лех.

Жеребцы синхронно обнажили кортики, по клинкам которых пробегали разряды. Кобыла встала на дыбы.

— Я понимаю. Ну, тогда... чем займешься?

Пони сунула ногу за спину и взмахнула, развернув, изъятой из подсумка вешалкой – такие еще называют плечиками для одежды – только большой, цельнометаллической и с заостренной прямой кромкой. Продев копыто в крючок, она завертела оружием.

— Хех... у меня своя война.